Воспоминания о поэте Анатолии Гринесе

«Любите поэтов!
Пока имена их не в траурных рамках газетных.
  Любите поэтов».
Анатолий Гринес.

Напечатала этот заголовок, и самой не верится. Вот только что, четвертого мая, поздравляли его с 80-летием, готовились к юбилейному чествованию, что должно было состояться  13 мая. Днем седьмого мая он предложил в качестве девиза юбилея первую строку своего «толика»: «Я прожил жизнь большую и непраздную», а вечером ушел навсегда, и прошедшее время глагола «прожить» стало пророческим.
Познакомилась я с творчеством Анатолия Зигмундовича, когда он вернулся из временного пребывания в Германии. Он читал свои лирические стихи, в частности, «Недотрогу», и я сразу поняла, что мы с ним единомышленники. Его рыцарское отношение к женщине и к тому, что с ней связано – любви, очень редко сейчас встречается, к сожалению.

Так бывает. Так было от века.
И со мною, и с ним, и с тобой.
Человек приручил человека,
Называется это – любовь.
Позовёт – и пойдёшь на край света
По тернистой тропе бытия.
Человек обручил человека,
Называется это – семья.
Праздник жизни, загадка, причуда,
Ускользающий шар голубой.
Этот мир не погибнет, покуда
Человек человеку – любовь.

Анатолий Гринес в молодости посещал литературное общество старейшины горьковского поэтического цеха Бориса Ефремовича Пильника вместе с Валерием Шамшуриным, Александром Цирульниковым, Юрием Адриановым, Виктором Кумакшевым, Лазарем Шерешевским, Александром Люкиным. По воспоминаниям В.Шамшурина Гринес был очень к себе требователен, не торопился печататься. Затем сам основал  на Горьковском Автомобильном Заводе клубы любителей поэзии, «Струна», и любителей театра –  «Современник». Из гринесовской «Струны» вышли такие талантливые поэты, как Евгений Супрун (Кухтин) и Михаил Садовский.
Евгений Супрун вспоминает: « В молодости он был очень активный, зажигал нас своей энергией. Организовал наше выступление на телевидении. Будучи в московской командировке, прошел запросто к своей ровеснице Галине Волчек и сказал: « Вы – «Современник» и мы – «Современник». Так давайте дружить домами!» Через некоторое время Волчек прислала приглашение всей группе на «Обыкновенную историю» Гончарова. Директор Автозавода выделил автобусы, и молодёжь поехала в Москву на спектакль».
Одна из приятельниц-поэтесс пригласила меня в литературное общество «Крылья» при заводе «Сокол» (бывший завод им. Серго Орджоникидзе). Известный поэт и бард Михаил Песин сказал про Гринеса: «В юности он меня очень жестко критиковал, но это принесло свои плоды – я стал лучше писать». Да, критика у Анатолия Зигмундовича была, скажем так, очень требовательная, но не оскорбительная. Некоторые, особо ранимые и чувствительные поэты уходили, но многие вернулись.
Зато теперь у нас есть Люба Максимова, замечательная лиричная и ироничная поэтесса со своим литературным почерком. Фаина Цверова –  дипломант различных всероссийских поэтических конкурсов. Наталья Янг (Ярова) –  лауреат фестиваля поэзии, организованного А.Гринесом.
Почувствовав, что мой Пегас предпочёл стойло вместо бега в облаках, я перешла на прозу и первый рассказ «Мамины занавески» прочитала на литгруппе. Анатолий Зигмундович сказал: «Заметили, какая была тишина? А вот с Вашими стихами так не было». Когда дарил мне свою книгу «Мир держится на любви», подарил и свой лучший девиз: «Тем лучше, чем хуже». А жизнь его не баловала с рожденья. Как-то он рассказал мне свою семейную историю.
Перед Великой Отечественной войной у одной еврейской женщины, вышедшей замуж за армянина, родились мальчики-близнецы Юра и Толик. Юра был крепыш, а Толик слабее, часто болел. В самом начале войны отец погиб. В Армении случился неурожай, с продовольствием было туго. Армянская родня предложила матери по древнему обычаю отнести слабого Толика в Долину Смерти и там оставить: «Ты двоих не вытянешь, а так, хотя бы один будет жив». Тогда мама, оставила крепыша Юру в семье, за погибшего мужа, а сама, забрав Толика, вышла замуж за польского еврея Зигмунда Гринеса, эмигрировавшего из Польши, занятой нацистами. Когда Красная Армия освободила Украину, они уехали на родину матери Толика. Там было сытнее, была бульба. Вот так мальчик был спасен. Отчим оказался добрым и хорошим человеком, очень интеллигентным. Родился братик, после войны семья переехала в город Горький. Через много лет Анатолий встретился со своим братом-близнецом, они дружили всю жизнь.
Время шло, завод «Сокол» обеднел и отказал поэтам в приюте. Нас приютила библиотека им. Чехова (заведующая Людмила Александровна Малова, окружившая нас вниманием и заботой) и стала наша группа «Чайкой». А меня попросили быть старостой группы. Высокая эрудиция Гринеса, позволяла ему развивать нас, приобщать к непростой поэзии Бориса Пастернака, Марины Цветаевой, Марии Петровых, Анны Ахматовой и других русских поэтов. В марте нынешнего года он познакомил нас с современной поэзией Дмитрия Быкова и Игоря Иртенева.
Вторая операция на суставы вынудила Анатолия Зигмундовича в 2013 году покинуть нас, но перед отъездом он выпустил книгу иронических стихов «Смеемся – значит, существуем» с послесловием  Эдуарда Кузнецова. Мне довелось её печатать с рукописных листов, а почерк у него был трудный. Разобрав очередной стих, просмеюсь и печатаю дальше. Через некоторое время Гринес спрашивает: «Ну, как Вам мои опусы?». «Печатаю и смеюсь, и дочке даю читать, тоже смеётся». А ему важно было мнение первых читателей. Спрашиваю его: «Вы зачем на своих коллег-поэтов такие жесткие пародии пишете? Недоброжелателей наживёте». Отвечает: « Пусть строже к себе относятся. Я такой – зубастый. Умный поймёт». Его толики и пародии всегда печатала «Литературная газета»
Он не писал пародий на начинающих поэтов, считал это нечестным и бестактным. А вот маститых поэтов сделал героями своих пародий.

Ждать вдохновенья как награды?
За что? Я к выводу пришел:
С Пегасом цацкаться не надо –
Пусть пашет каждый день как вол.

Но, когда одного  известного нижегородского писателя недоброжелатели решили исключить из Союза писателей из-за каких-то спорных дел в Литфонде, Гринес был сильно возмущен: « Причем здесь членство в профессиональном Союзе?! Это мерзко! Только фашистская Академия наук исключила Эйнштейна!»
Много проблем со здоровьем было в пожилом возрасте у Анатолия Зигмундовича, но он был мужественный и стойкий человек. А переносить все невзгоды ему помогала добрейшая и умнейшая супруга Галина Борисовна, да ещё чудесные любящие дети, братья и родственники – вся дружная семья Гринесов, у которых основное правило жизни: «Человек человеку – любовь».
А закончит мои воспоминания автограф Анатолия Гринеса:

На судьбу не жалуйся, покуда
Не прошла любви твоей пора.
Не ропщи, что нет добра без худа.
Радуйся: нет худа без добра.

Прощайте, мудрый и зубастый, верящий в доброту и взаимопонимание, Поэт.




Рецензии