Рассказы из дамский сумочки 7

И мама моя, и бабушка, и даже прабабушка - все женщины в  семье - учителя. И я с детства играла в учительницу. Ну и доигралась. Спасибо, важнейшее из исскуств - "Доживем до понедельника","Весна на Заречной улице" и "Ключ без права передачи". Не я первая лохушка, ни я последняя. Я, правда, очень люблю детей, но больше грудных. Когда они попадают в школу, происходят странные мутации и дети уже вовсе и не дети, а монстры. Математика, алгебра, геометрия - это не литература и не история. Тут не разгонишься - лирические отступления и исторические байки мало помогают. Скриплю на морально-волевых уже четвертый год. И все время такое чувство, как будто сплю и скоро должна проснуться, но чет никак не выходит. Уйти - не вариант, тем более, что уходить особо некуда. Географ глобус пропил, на таблицах Брадиса и логарифмической линейке много не наваришь, а подносить кофе и трясти булками перед гипотетическим биг боссом, мне уже поздновато, да и трясти особо нечем. Так вот и живу. Репетиторством подрабатываю, но честно -- своих подтягиваю бесплатно.  Делаю вывод, что человечество понемногу тупеет. Редко кто из нынешних детей может свободно мыслить, с другой стороны - мало кто из взрослых может этим похвастаться. Что уж о детях вздыхать...
Итак, во вторник у меня занятие с моими отстающими. Пришел только один вампир - Саня Петухов. Он большой оригинал. В его рюкзачке одна тетрадка по всем предметам. Дневник его вообще никто не видел. Да и зачем? Петухова-мать в школе бывает чаще, чем на работе. Математику Саня вежливо игнорирует. Меня же постоянно удивляет - то джунгарики радостно выбегают из моей сумочки - но я их не пугаюсь, у меня все детство жили разные мелкие грызуны. То на моем стуле навозная куча из магазина приколов, то пукающая подушка из того же магазина. Я отношусь к его шалостям философски... Это ребенок,  и его способы самовыражения. Главное, что мыслит свободно...
Саня думает над задачами, пьет чай и ест печенье.  Видимо чай и печенье, которое мама печет часто и много обладает какой-то силой. Саня сьел почти все содержимое вазочки под чай и решил все задачи. Я вспомнила, что нужно купить хлеб и молоко, взяла хозяйственную сумку и мы вместе с Петуховым вышли из квартиры и сели в лифт. И когда лифт беззвучно поплыл вниз, Петухов вдруг взял и подпрыгнул. Изобразил бомбочку. Лифт замер. Я нажала на вызов диспетчера, но тишина была мне ответом. Я побаиваюсь замкнутых пространств еще с детства. Чувствую, как начинают дрожать ноги и сердце колотится все быстрее. А этот Петухов вроде бы даже рад. Видимо я очень сильно побледнела - голова закружилась и стало не хватать воздуха. Саня почему-то испугался. Он вдруг  взял меня за руку и  сказал :"Не бойтесь, Ирина Константиновна. Может у диспечера обед. Давайте еще звоните!" И я позвонила еще. Никакого обеда в половине шестого вечера быть не может, но хотелось верить Сане. Так я звонила почти час. Маленький проказник уже не выглядел довольным. Он тоже побледнел и покрылся холодными бисеринками пота. Мне стало уже не до боязни замкнутых пространств. Я решила отвлечь мальчишку, а то кто его знает - будет психотравма на всю жизнь... И я предложила рассказывать страшные истории. За час Саня мне рассказал  про сома-людоеда, про черную руку и старое зеркало. Когда истории кончились и мне захотелось от отчаянья биться головой об стенку, а Саня чуть не плакал, злой голос диспетчера пообещал, что техник сейчас придет. И пришел еще более злой техник и вызволил нас из лифта. А Саня Петухов - этот бедоносец и ходячее недоразумение увязался за мной в магазин, он нес сумку до подьезда. А прощаясь сказал :"Вы, главное, не бойтесь! Я никому не расскажу." Я ответила, что тоже буду молчать, даже под пытками. И вот, что самое интересное - Саня с пятерки по математике, скоренько переместился на крепкую восьмерку. Он по-прежнему  еще тот разгильдяй, но его имя уже не склоняют на всех углах. И мама, которую знали в лицо все - от охранника до завуча, теперь ходит в школу только на родительские собрания. Не чаще. И еще - я теперь дружу со своими учениками. После лифтового заточения, Петухов все-таки проболтался - сказал, что математичка - наш пацан. И мои внеклассные занятия стали популярны, как какие-то квесты и бродилки. Бабушка моя заявила, что теперь я - настоящая училка. Что ж... Наверное так оно и есть.


Рецензии