Рога. Глава 19. Потомки космических пиратов

По плохо прочищенной от снега федеральной дороге на юг к Казахстану, стараясь объезжать посты ГАИ, двигался странный кортеж: подержанная японская «Скорая помощь», а за ней — роскошный золотистый «Мерседес».

— После моего «Москвича» это просто сказка какая-то! — не мог нахвалиться на свой новый автомобиль Серега. — Хреново, конечно, что руль не там, где положено. Зато как идет, какая тишина в салоне, а музыка…

Он прибавил звук и замотал головой в такт песне про «два кусочека колбаски».

— А это!.. Можно еще раз гуднуть, товарищ майор?

— Хватит… Заколебали вы уже своей сиреной, — равнодушно отвечала ему корова, которая вольготно разлеглась на носилках и попивала что-то из приделанной к потолку капельницы.

— Ну, пожалуйста, последний раз.

— Прошлый раз был «последний».

— Этот будет самый последний, всего на пять секунд.

— Нет, я сказала: нет, значит, нет. Что за детский сад?

— Ну и ладно. Я просто взбодриться хотел, а то засыпать начал.

Серега демонстративно зевнул.

— А!.. Так я вас сейчас взбодрю.

— Не надо! — поспешно замахал руками ефрейтор. У него после её последнего «взбадривания» и так глаз дергался. — Я просто зеваю, а так бодр.

— А… Ну тогда ладно. А то смотрите…

Какое-то время ехали молча. Тихий рокот мотора и мерное посапывание спящей на лавке Клары Карловны убаюкивали Серегу. Он решил встряхнуть себя не током, а провокационной беседой:

— Да-а, товарищ майор. Много народу-то, поди, от взрыва погибло? Жалко их. Соседи все же.

— Вовсе нет. Померла только одна бабка Пантелеевна, и то не от взрыва, а от натуги, когда свою стиральную машину в подъезд вытаскивала. Еще четверо раненых: адвокат с проституткой спали под кайфом, дымом отравились, да двум зевакам из соседнего дома обломками стен по головам досталось. Но все они своевременно эвакуированы в госпиталь, и их жизням ничего не угрожает. Так что успокойтесь, ефрейтор, наша с вами совесть чиста.

— Ага, а Пантелеевна? Ее вам не жалко? Такая отзывчивая старушка была.

— Ну, что касается Пантелеевны, так она и так бы через год умерла от рака печени, причем последние три месяца провела бы в страшных мучениях. Мы же принесли ей легкую смерть и бесплатные похороны за счет государства.

— Хорошо, предположим. Но откуда вы это всё знаете, товарищ майор? И про Сюзанну, что она — мужик, и про сейф, и вообще? А про нотариуса?

— Я могу попытаться объяснить, но боюсь, вы не сможете этого понять.

— А вы попробуйте, товарищ майор, может, пойму, — Серега скроил обиженную физиономию.

— Ну что же, попытаюсь. Как бы вам это попроще объяснить?.. — Корова перевернулась на другой бок. — Я узнаю это из многочисленных информационных полей и нитей, которые окружают и пронизывают всё вокруг. Данные идут везде: в почве, в воде, в воздухе. Из каждого живого существа идут такие нити — из вас, из Сюзанны, из нотариуса шли. Нужно только уметь подключаться к ним, считывать сигналы и иметь достаточно развитый мозг, чтобы анализировать, сопоставлять и делать выводы. Это что-то типа вашего интернета, только гораздо сложнее. Понятно?

— В принципе, ясно. Что-то типа телепатии. Но почему я не вижу и не ощущаю эти поля и нити? Я тоже хочу этим всем пользоваться, сопоставлять и это... делать выводы.

Командир соснула из капельницы и грустно вздохнула.

— Дело в том, что вам этого не дано. Все существа на Земле в той или иной степени умеют делать это, а вот вам, людям, в большинстве своем этого не дано.

— И почему же? Чем мы хуже всех?

— А объясню чем. Дело в том, что вы, люди, являетесь инородными телами на нашей планете. Вы — потомки древних пиратов, прилетевших из далекой галактики и не пожелавших жить по земным законам. Поэтому вам не доступны её секреты, ефрейтор. Поэтому вы не видите и не ощущаете то, что вижу и ощущаю я.

— Да вы что? Как интересно! Ты слушаешь, Абрамыч? — ефрейтор толкнул дремавшего Михельсона в бок и приглушил радио. — Расскажите-ка, пожалуйста, поподробнее, товарищ майор.

— Извольте. Когда-то давно, тысяч пятьдесят лет тому назад, на Землю совершил жесткую посадку огромный военный корабль с космическими захватчиками. Их варварская цивилизация потребителей исчерпала ресурсы своей планеты и, пересев в железные корабли, покинула её. Они, словно стервятники, летали по вселенной, захватывали другие миры, бездумно грабили и уничтожали. Один из их кораблей столкнулся с астероидом и еле дотянул до ближайшей планеты. Корабль разрушился, но пассажиры выжили.

Корова сделала паузу, глядя в окно на снежную дорогу.

— На их счастье Земля оказалась райским местом. Несколько тысяч хорошо вооруженных мужчин быстро расселились по планете, не встретив серьезного сопротивления. Местных женщин они сделали своими наложницами, а самих людей — рабами. Так через несколько поколений смешения двух цивилизаций и образовался ваш вид, Homo Sapiens. Ваша «разумность» — это унаследованная от захватчиков жажда изменять этот мир по своему вкусу. Появился один вид, вечно всем недовольный и развивающийся вопреки земным законам.

— Да, да. Я тоже что-то такое смотрел по телеку, — вставил Серега с умным видом. — Там один дед спрашивает: «Если люди произошли от обезьян, почему горилла всё еще не стала человеком?» А другой отвечает: «А ей и так неплохо, зачем ей еще и человеческие проблемы?»

— Вот, вот. Это был мудрый дед. До появления пришельцев первобытные люди жили простой жизнью и были счастливы. Счастье — это гармония в самом себе. Мать-Земля щедро давала тот мизер, который был необходим. Полдня побегали — неделю лежите, переваривайте, занимайтесь приятными хлопотами по размножению. Разве это не счастье?

— Так это же скучно! Каждый день одно и то же.

— Вот! Вот оно! — Корова вскочила с носилок от возмущения. — Именно эту вредную мысль привезли с собой и заронили в ваши умы пираты. До них вам не было скучно. Но прилетели чужаки, согнали вас в стада, выделили немногих и заставили остальных им завидовать. А вместе с неравенством пришла скука — двигатель вашего прогресса. А дальше всё покатилось как снежный ком.

Корова замолчала, чтобы отпить из капельницы.

— Почему же тогда, товарищ майор, вы едете с нами в этой железяке, а не перемещаетесь вашим безопасным способом? — ехидно спросил ефрейтор.

— Ну, во-первых, мне нужно перевезти вас — мое подразделение. А во-вторых, моим методом в пространстве можно перемещаться только разумом. Телепортация в принципе возможна, но я ей, к сожалению, не владею.

— Ага, значит, для чего-то наш прогресс всё-таки пригодился, — обрадовался Серега.

— Да, сегодня он мне необходим. Правда, для борьбы с ним же самим.

Корова присела на носилках и заговорила серьезно:

— Вы, люди, на данном этапе дошли до той точки, когда ваш прогресс стал смертельно опасен для всей планеты. Вы превратились в огромную гнойную раковую опухоль. Вы изрыли недра, сосете кровь Земли, превращаете всё в ядовитые отходы. Вы накопили в тысячи раз больше оружия, чем нужно для вашего уничтожения. Вы называете это достижениями прогресса, понимая, что губя её, губите и самих себя.

— Но как же?.. Мы боремся за экологию, вон по телеку про озоновые дыры жужжат…

— Боретесь для виду. Бесполезная болтовня. Чтобы что-то изменить, нужно многим поступиться, а вы на это не пойдете.

— Это точно! Нужно всем договориться и перестать это всё делать.

— Именно в этом спасение. Я выступаю от лица всей планеты и существ из мирового океана. Дельфинов в том числе. Мы долго терпели ваш мусор и ваши войны, но теперь предел настал. Моя рота парнокопытных — это попытка спасти хотя бы лучших из вас. Вернем в лоно Матери-Земли, а там посмотрим.

— Понятно. А можно узнать поподробнее: как это — «возвращать в лоно»? — спросил Серега.

— А почему бы и нет. Делать всё равно нечего. Вы не спите там? Может, ватт девятьсот для бодрости?

— Не, не! Все нормально! — замахал руками Серега. — Может, потом.

— Ну, что же. Тогда слушайте. И попробуйте понять. Да вижу я, без иллюстрации здесь не обойтись…

Корова подсела поближе, вытянула манипулятор, взяла им руль и пристально уставилась в Серегин затылок. Через секунду тот уронил голову на грудь, а еще через три секунды издал громкий вопль и очнулся.

— Что это было? — изумленно прохрипел он.

— Возьмите руль, сейчас объясню, — еле слышно произнесла корова и без сил повалилась на носилки. — Ну что, ефрейтор, как оно?…

— Блин, вообще! Я побывал в каком-то розовом лесу… Там бабочки величиной с индюка... Но самое главное — девчонки! Красивые, сиреневые, с ушами как у зайцев. Они стали трогать меня... У них на спинах мех мягкий, а грудей шесть. И у меня ноги сиреневые, и член длинный, как змея... Трахался я с ними. Сразу с тремя. Кайфанул нереально! Что это было?

— Это были реальные ощущения моего старого друга Мокколенуса Рцагнуса из другой галактики. Я показала вам, что не обязательно выдумывать железные машины, чтобы жизнь была интересной. Достаточно быть частью космоса. Имея развитый мозг, вы получаете информацию оттуда моментально. Сами, без звездолетов.

— То есть я побывал в шкуре инопланетного козла, когда тот после ужина трахал своих подружек?

— Именно так.

— И если я исправлюсь, я тоже так смогу? Хоть пять раз на дню?

— Нет, — усмехнулась командир. — Я показала то, что было бы доступно вашему виду, не увлекись вы железками.

— Зачем тогда пещерные люди спали со своими вонючими соплеменницами, а не шлялись по космосу?

— Потому что они были чистыми детьми Земли. А если бы я показала вам их грезы, они бы не впечатлили вашу испорченную душу.

— Ну хорошо, а вам самой разве не интересно перепихнуться с каким-нибудь трехголовым змееящером?

— Мною движет сугубо научный интерес. Тьфу на вас, ефрейтор! Зря я это всё показала. Стереть, что ли, это из памяти?

— Нет, не надо! — закричал Серега. — Обещаю, слова больше об этом не скажу.

— Ну ладно. На дорогу смотрите.