Ева. Полностью

 
   Она не любила своё имя. Ребята, когда знакомились, отвечали: - "А я Адам", и смеялись. Хотела поменять имя на простое - Лена, но мать просила не делать этого, пока она жива. Говорила, что будут трудности с оформлением наследства. Собственно говоря, наследство было - одна квартира, правда, хорошая, трёхкомнатная.
 Мать болела, тяжело и долго - все, кто с ней лежали в палате, уже умерли, а она всё жила, цеплялась за жизнь изо всех сил.
Говорила: "Ты к жизни не приспособлена, как ты будешь без меня? Мне надо жить".
Ева придумала себе имя - Эвелина. Ребятам нравилось - красиво, а то всё Лены, да Оли. Знали бы они, как ей хотелось быть просто Леной!
Мать умерла ночью, спокойно, легко.
 Ева вызвала тётку из Питера, родную сестру мамы.
Плакали обе, обнявшись. Ева - от жалости и раскаяния, казалось, плохо ухаживала за матерью, хоть это было и не так. А тётка от страха, что осталась совсем одна.

   Похоронили рядом с отцом, помянули, как положено -  девять дней и сорок.
Подруга позвала ехать в Анталью по горящей путёвке.
Ева работала медсестрой в частной детской больнице. Детей не любила - раздражали своим нытьём, капризами. А надо притворяться, что любит - мамаши следили за каждым словом, жестом, взглядом. Чуть что не понравится, могли пожаловаться главному, и тогда прощай хорошая денежная работа - увольняли сразу, не разбираясь.
 Отпуск дали - летом детей в больнице мало.
Гостиница шикарная - пять звёзд, всё включено. Ева первый раз отдыхала за границей и ей всё нравилось. Чистота, порядок, цветы кругом, бельё меняют каждый день, еда вкусная, на выбор, пляж рядом. Что ещё надо.
В первый же день познакомились с двумя парнями из их же гостиницы - тоже москвичами.
Ева назвала своё настоящее имя, а парень представился: Игорь. Это было впервые.
Всё время проводили вместе, вчетвером. Весело было, легко, приятно. По вечерам танцевали до упаду.
Конечно, ночи проводили парами: Ева с Игорем, а Света с Максимом.

   Светка хвасталась - Максим мужчина - супер. Ева помалкивала, ей хвастаться было нечем. Игорь был к сексу почти равнодушен. Один раз за ночь, не больше.
Утром ходили купаться. Море прохладное, чистое, Игорю нравилось.
Как-то лежали после купания рядом и он вдруг сказал:
- Ева, ты мне очень симпатична, но в мужья я не гожусь. Хочешь, разбежимся сейчас, найдёшь себе достойного. Я предупредил, потом не обижайся.
Ева решила превратить всё в шутку:
- С чего ты взял, что я хочу замуж? Мне ещё рановато!
Он промолчал. После ужина исчез, никто не знал, где он. Максим был в ярости: - Как я мог так расслабиться, не уследил за ним!
Ева не понимала ничего. На наркомана он не похож - она насмотрелась на них, когда работала на скорой. В чём же дело?
Игорь появился утром - бледный, потерянный, под глазами синяки. Максим сказал, что они сейчас уезжают.
Игорь поцеловал Еве руку:
- Прости. Я предупреждал тебя.

   Проводили ребят и в тот же день познакомились с другими. Ребята были из Питера.
Время проводили так же весело, но Ева не могла забыть Игоря, не могла и всё тут.
Однажды Светка застала её в слезах.
- Ну что ты в нём нашла? Странный он какой-то. Ручки целует, интеллигент паршивый, а сам сбежал. Где он был? Наверняка у проституток, где же ещё.
- Нет, он не мог! Секс его мало интересует, здесь какая-то тайна. Макс тебе оставил телефон, спроси его, прошу.
Светка позвонила Максу, и тот попросил Еву к телефону.
- Ева, ты забудь его поскорей, лучше вчера. Не нужен он тебе, запомни. Я с ним вожусь, потому что мы со школы друзья. И то скоро не выдержу. Игрок он. Поняла?
Если будешь с ним встречаться, всего лишишься. Тебе это надо? Подумай. А любовь - блажь это.
Ева долго сидела молча, потрясённая. Игрок... Она знала, что это за люди, не
понаслышке.
На прежней работе, врач из их отделения жил в подсобке - всё проиграл.
Старалась не думать о нём, забыть. Не получалось.

2

   Прошла осень - золотая, красивая, тёплая. Наступила зима, как всегда в Москве -   слякоть, сырость, холод.
 Светка встречалась с Максимом и дело шло к свадьбе. Ева решила не менять имя - хлопотно, да и Игорю тогда понравилось.
Не могла она забыть его. Знакомилась с ребятами, и сразу сравнивала с ним - нет, не то. Вспоминала его тонкое, аристократическое лицо, красивые руки музыканта.
Максим сказал, что Игорь окончил консерваторию, а потом ещё психологический факультет МГУ. Хотел помочь себе сам, но увы! Сапожник - без сапог.
 Однажды, возвращаясь с работы, увидела знакомую фигуру на скамейке у подъезда.
Подбежала. Он был легко одет и весь продрог.
- Пойдем скорее! Ты же простудишься!
Дома дала ему тёплые меховые тапочки, напоила чаем с ромом. Смотрела, смотрела, не могла насмотреться.
- Ева. Я вор. Взял у Максима семьдесят тысяч. Потерял единственного друга. А завтра нужно отдать сто. Они бьют, Ева! Ты не знаешь, как они бьют! А я не выношу боли, совсем не выношу. Нужно ещё тридцать. Ты не одолжишь?
Игорь уснул на диване, а она пошла по соседям занимать. До получки оставалось три дня, давали охотно, первый раз ведь.
 В кармане куртки зазвонил телефон Игоря. Взяла трубку, ответила.
- Эта скотина у тебя? Он взял деньги, раньше такого не позволял себе. А у меня свадьба скоро. Конечно, это не последние, есть ещё на карточке, но сам факт!
Сходи к его родителям, посмотри, что он там натворил, тебе полезно будет.
Дура ты! Он неисправим - пустит тебя по миру. Да и черт с вами, надоело.
Он отключился.
   Утром  отдала ему деньги. Он обрадовался, заулыбался:
- Ева, ты ангел! Я всё отдам, и Максу и тебе. Максим нашёл мне работу. Я завязываю. Ты мне веришь?
- Верю. Может, я пойду с тобой? Мне сегодня в ночь работать.
- Значит не доверяешь...
Он пошёл один, но всё обошлось, вернулся быстро, весёлый, правда с синяком под глазом.
   На следующий день пришёл Максим, принес сумку с вещами Игоря и два приглашения на свадьбу. Ещё была хорошая новость - Игоря взяли на работу в рекламное агентство.
   На свадьбе Ева даже гордилась им. Сочинил поздравление в стихах, с юмором, весёлое, оригинальное, всем понравилось. Игорь не пил совсем, чем выгодно отличался от большинства гостей, при этом был весёлый, заводной, по очереди с тамадой придумывали разные приколы. Свадьба удалась. Правда, букет Ева не поймала, нашлись проворней, но ничего, она и так была счастлива.

   Счастливая полоса закончилась быстро. Как-то вечером, она почувствовала неладное.
Игорь был суетлив, и этот нехороший блеск в глазах. Потом оделся и ушёл, ничего не сказав.
Ева ждала три дня, никуда не обращалась. Телефон Игоря был отключен.
Она позвонила Максиму. Тот долго ругался, потом сказал - жди, скоро явится.
Но прошла неделя, а его всё не было. Она решила пойти к родителям.

  Открыла пожилая женщина.
- Я Ева. Игорь пропал, уже неделя, как его нет.
- Проходите. Я давно вас жду. Максим заходит к нам, рассказал о вас. Игорь меня не интересует - мы вычеркнули его из жизни. А вас жалко, загубите свою жизнь.
Она закурила. Руки сильно дрожали, с трудом зажгла спичку.
- Какой мальчик был! В четыре года уже читал, музыкой занимался охотно, стихи писал. Школу с золотой медалью окончил, в консерваторию поступил. Ничего не предвещало, ничего. И вдруг! Квартиру хорошую продали за долги, перебрались в эту дыру. Пробовали лечить его - столько денег ушло! Хватило на полгода...
Отец не выдержал - инсульт. Сейчас в кресле передвигается, и речь так и не восстановилась. Бегите от него, пока не поздно!
- Я буду искать его, с ним беда, я чувствую.
- Дело ваше. Только он неисправим, не надейтесь.
Ева пошла в полицию. Там долго искали по компьютеру, потом сказали:
- Он арестован за вооружённое ограбление, сидит в СИЗО.
- Но этого не может быть! Игорь не мог!
Полицейский сказал, кто ведёт дело, назвал отделение. И занялся другими делами.
  Ева вышла на улицу. Не может быть! Это ошибка. Позвонила Максиму.
К следователю поехали вместе. Всё подтвердилось: Игорь, угрожая ножом, пытался отобрать у мужчины бумажник. Но тот оказался сильней, скрутил его и привёл в полицию. Дело было ясное, да Игорь и не отрицал ничего.
  Максим нанял адвоката. На суде тот настаивал на снисхождении -  родители инвалиды, а он единственный сын. Игорь получил три года общего режима.
 Максим спросил: - Будешь ждать?
Она кивнула. Потом сказала:
- Я беременна. Сказали, что девочка будет.
- Хорошо, что девочка. Пойдём, довезу тебя.

3

       
   Максим довёз Еву до дома и сказал:
 - Трудно ему там будет. В тюрьме не любят таких интеллигентов. Ты обращайся, если что нужно, я всегда помогу. Поеду к его родителям съезжу.

Еве очень хотелось плакать, а не могла. Душа сжалась в комок, причиняя боль.   Легла на диван, укрылась пледом и сразу уснула.
Утром не могла вспомнить, какой сегодня день. Оказалось, будний, а значит, надо идти на работу. Ева скрывала беременность - при её росте и стати было незаметно.
А характер изменился - она полюбила детей. Плачущих умела успокоить, капризных малоежек - накормить. Когда мамаши не видели, брала на колени, целовала в макушку, тискала. Дети отвечали взаимностью. Мамаши задаривали подарками, совали деньги.
Ева не отказывалась - деньги скоро понадобятся.

 Как-то её вызвали в вестибюль. Там ждал этот мужчина.
- Что вам ещё надо? Игорь в тюрьме. Денег?
- Подожди, Ева, выслушай меня. Я с того раза сам не свой - совесть замучила.
Я Афган прошёл, разбираюсь в людях. Видел, что он не ударит, да и нож перочинный. Отнял сразу. Нет бы поговорить по-мужски, а я в полицию поволок. Он руки просил не калечить, музыкант ведь, а я не слушаю, матом крою.
- Я не батюшка, идите в церковь и исповедуйтесь там. А если бы вы отдали бумажник, а ему понравилось?
- Ева, я зарабатываю хорошо. Помогу лечить. Что скажешь?
- Надо ещё вернуться сначала. Идите, я на вас зла не держу.

  Ева пригласила тётю Женю из Питера - поможет с ребёнком, не надо няню нанимать  - работу она бросать не собиралась. А та и рада - боялась одна жить, помрёшь и не сразу заметят. Жили дружно, тетя своих порядков не устанавливала, слушалась Еву во всём.

  Еву вызвал главврач:
  - Оформите документы на Егора Никитина - мать отказывается его забирать из больницы. Будем определять в детдом.
Егорка был любимцем всего отделения, несмотря на дефект развития - одна ручка была короче другой и не росла. Для своих трёх лет вполне развитый ребёнок, весёлый, общительный, белобрысый парнишка. Ева обожала его.
- Егорку в детдом!? Да ещё в специальный! А можно мне взять его?
- Я такие вопросы не решаю. Опекунство, думаю, можно оформить. Ты хорошо подумала? Скоро ведь свой будет.

  Ева поговорила с мамой Егорки. Пыталась убедить не бросать ребёнка - бесполезно.
- Муж всё время попрекает меня, что не смогла здорового родить, ссоримся. Боюсь до развода дело дойдёт, а я люблю его, боюсь потерять. У него есть дочь от первого брака, взрослая уже, двадцать лет. Он её больше любит, чем Егора.
Егор не его сын. Мы поженились, когда я была уже беременна.
- Вы люди состоятельные, могли бы попробовать лечить мальчика за границей.
- Пробовали. Ставили аппарат Илизарова, ничего не получилось. Такой организм у него, всё отторгает. Теперь только протез. А я хочу родить ещё раз, думаю, будет здоровый.
- Вы бездушная женщина, чудовище! И можете жаловаться на меня, кому хотите!
Ева ушла в сестринскую. Разволновалась. Опять эта боль в груди - часто стала повторяться.
 Мать Егорки жаловаться не стала, просто уехала. А Ева начала собирать документы на опекунство.

Игорь получил разрешение позвонить. Он на условия не жаловался, просил беречь себя, не волноваться, думать о ребёнке. Ева сказала, что берет опекунство, а со временем усыновит мальчика. Игорь не возражал.
 
 Подошёл день, когда можно взять Егорку домой. Приготовили детскую, шведскую стенку купили, игрушек всяких.
Еву пригласил главврач. Подходя к кабинету услышала какой-то шум, возню, крики.
По коридору уже бежал охранник. В кабинете двое мужчин выясняли отношения, держа друг друга за грудки. Главврач пытался разнять их, безуспешно.
Наконец, с помощью охранника, развели по разным углам.
- Вот, два папаши сразу объявились у Егора. Не хотят отдавать!
Папаши опять начали кричать, одновременно. Ева ушла - ещё одна мечта разрушилась  в один миг!
Она не дошла до сестринской - вдруг наступила чернота. Ева потеряла сознание.
Очнулась на кровати в палате, делали кардиограмму. Рядом стояли врачи из их отделения и кардиолог.
- Ева, ты знала, что у тебя проблемы с сердцем? Похоже на осложнение после ангины.
- Да, я болела два года назад. Но ведь ничего серьёзного? Я просто расстроилась из-за Егора.
- Я беру тебя в своё отделение, полечим. Тебе рожать скоро, а тут такое.
 
  Ева лежала две недели, подлечилась. Однажды увидела, как кардиолог показывал её
кардиограмму главврачу и озабоченно что-то говорил, но она не обратила внимание.

4

  Игорь позвонил радостный - начальник колонии попросил его заниматься с сыном музыкой. Будет приходить три раза в неделю по два часа. Разрешил звонить по телефону сколько хочешь, не в ущерб занятиям. Слышно было, как ученик разучивает гаммы.
  - Мальчик способный, желание заниматься есть. Всё будет отлично! Я ведь после консерватории преподавал немного в музыкальном училище, опыт есть. Как у тебя дела? Как со здоровьем? Макс написал, что ты лежала в больнице. Почему ты ничего не сообщила? Ева, я очень волнуюсь за тебя. Я только здесь понял, как я люблю тебя. Я очень люблю тебя! Я скучаю...
- Я тоже, ты знаешь. У меня всё хорошо, не волнуйся. Скоро уже.

  Ева боялась - предчувствие было плохое. Как медик, она знала, как опасно рожать с больным сердцем. Кардиолог успокаивал: вызовем лучших врачей.
Главврач пригласил психолога, чтобы успокоил Еву. А она решила поговорить с ним о Игоре. Рассказала всё. Психолог, пожилой мужчина, опытный, сказал:
- Игромания очень тяжело лечится. Хорошая встряска может помочь. Был у меня случай - парень катался с девушкой на лодке по озеру, а в них на большой скорости врезался гидроцикл. Лодка перевернулась, девушка начала тонуть. Спасатели прозевали этот момент. Парень начал нырять, искать её. Спас всё-таки, выплыл с ней на берег, откуда только силы взялись. Она без сознания, но тут уже спасатели, врач, откачали её. А парень после этого и слышать не мог про игру. Вот уже несколько лет держится. Ещё был случай...
Ева перебила:
- Не надо мне больше никаких случаев рассказывать! Боюсь я! Понимаете? Что с ребёнком будет? С Игорем?
Она ушла.

 Максим подробно написал Игорю о состоянии Евы. Не стал скрывать, что рожать ей крайне опасно. Игорь разволновался - он далеко и ничем не сможет помочь!
Жена начальника колонии видела его состояние, расспросила. Игорь не выдержал, заплакал, рассказал обо всём. И добрая  женщина обещала что-нибудь придумать.

Решили так: она едет в Москву, а Игорь в качестве сопровождающего. Начальник колонии разбирался в людях. Как только получили телеграмму от Максима, сразу выехали. Успели вовремя, схватки уже начались. Еву готовили к операции. Игорю разрешили зайти в палату. Ева, бледная, не похожая на себя, он едва узнал её.
- Ты приехал, тебе разрешили, как же так? Или ты сбежал?
- Ева, дорогая, всё в порядке, всё законно, я с тобой.
Привезли каталку, Еву переложили и увезли на операцию.

 Игорь побежал в церковь при больнице. Стоял на коленях перед иконой богородицы
"Феодоровская", плакал. Подошёл священник, расспросил обо всём, сказал, чтобы Игорь заказал молебен о благополучном разрешении. Игорь заказал и опять побежал в больницу.
Ему показалось, что сознание его помутилось, он ничего не соображал.
Увидел Максима, не узнал его, тот  взял его за руку и отвёл в сторону.
- Родила девочку, сама в реанимации. Состояние тяжёлое. Будем надеяться.
С девочкой всё хорошо, здоровенькая, три восемьсот вес. Успокойся, от нас сейчас ничего не зависит.
Он достал фляжку, хорошо приложился, протянул Игорю. Тот отодвинул. 
Вышел врач. У Игоря подкосились ноги:
- Что? Что?
- Тише! Пришла в сознание. Я думаю, всё обойдётся. Не дадим нашей лучшей медсестре покинуть нас. А вы что, оба мужья? Ну Ева!
Игорь не воспринимал шутки. Значит жива! И всё обойдется, так он сказал?
Он сел на кушетку, закрыл лицо руками.
- Если она выживет, то всё, ты понимаешь, всё! Завязываю, обет даю! Никогда больше, никогда. Мне завтра надо возвращаться. Вы заберёте её из клиники? Купить надо детское всё, кроватку.
- Насчет этого не волнуйся, Светка занимается. Езжай спокойно. Я думаю, тебе разрешат увидеться перед отъездом. И девочку посмотришь.

 На следующий день Еву перевели в палату. Она была ещё слаба, и с ней дежурила медсестра: подносила кормить девочку, ухаживала за Евой.
Игорь взял дочь на руки, и сердце его дрогнуло. Это крошечное, красненькое существо - его дочь!  Они обе нуждаются в нём. Он поцеловал Еву, надо было идти, 
машина ждала. Она слабо помахала ему рукой.
- Я буду ждать! - прошептала Ева.

























 


Рецензии
Да, Эммочка, до слёз пробрало... Если бы ещё бросил "играть", музыкант...
Видела я таких у игровых автоматов - глаза бешеные, выпучат их - стоять
рядом опасно. Хорошо, что сейчас этих безруких бандитов отовсюду убрали.
Спасибо!
С уважением,
Татьяна.

Пыжьянова Татьяна   23.11.2018 16:18     Заявить о нарушении
Игорь играл в казино. Хорошо, что их сейчас запретили в Москве. Ведь игромания тоже болезнь.
С теплом,

Эмма Татарская   23.11.2018 17:48   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.