Отелло

Отелло.
----------------------------
У этого мрачного, никогда не раздевавшегося и не мывшегося,  деревенского мужика была тяжелая 101 статья - убийство. Задушил жену. Сейчас он сидел на верхней шконке по-турецки и терпеливо, с помощью карандаша,  разбирал старый, кем-то брошенный в камере, старый свитер на нитки.
   Фельдмаршал сказал:
   - Кличка тебе будет - Отелло.
Мужик усмехнулся:
- Кліч хоць гаршком...
- Как ты свою жену задушил? – спросил Фельдмаршал.
- Сваімі рукамі, - сказал Отелло и показал длинные, как экскаваторные ковши, руки.
- За что?
- За ўсё добрае.
- Ну, чем она перед тобой провинилась?
- Пиць стала замнога.
- За то, что пила - задушил?
- Ня толька за гэтае.
- За что же еще?
- Ведаеш пагаворку: Гарэлка ў роце, манда ў рабоце.
- Так за это задушил?
- Ды не задушыў я яе, а заказытал.
- Ты ж сказал, что задушил.
- Гэта следовательша напісала, што задушыў, а я заказытал.
- Да, что это такое - заказытал?
Отелло сделал козу пальцами и ткнул Фельдмаршала в живот.
- Защекотал, что ли?
- Менавіта так, - сказал Отелло.
- До смерти?
- Да смерці.
- Неужели так можно? – спросил Фельдмаршал.
- Заказытаць цябе ці што, каб ты паверыў, - сказал Отелло.
- Так объяснил бы следователю.
- Следак у мяне дзеука была - гадоу двадцать пяць, уже капитан. Кажа, зробім следчы эксперымент. Я пытаюся: На кім? Яна кажа: Да хоць на мне. Я схапіў яе і паказытаў трохи. Яна смяялася, смяялася, пачырванела ўся, стала задыхацца.   Я яе адпуцциу, а яна кажа, што за напад на следчага можа мяне на кичу адправіць, але нікому не скажа, калі я падпішу, што задушыў.  "Заказытал" суд не прыме, вярне на даследованне.   Ну, я падпісаў, што задушыў, якая мне розніца.
- А нитки тебе зачем?
- Вяроуку спляту.
- Вешаться что ли?
- Хай жыды вешаюцца. У гаспадарцы вяроўка на другім месцы пасля сякеры. Вось убачыш, яшчэ спатрэбіцца..
- Слушай, сказал, Фельдмаршал, раз ты жену задушил, то передач тебе не принесут. Нет, ты не подумай, камера тебя будет кормить по любому, но мне нужно знать, для учета.
- Будзе, - сказал Отелло. - Ёсць яшчэ людзі добрыя.
И в самом деле, через два дня принесли передачу для Отелло.
В посылке был кусок сала, десяток луковиц, чеснок и поломанные и сваленные в целофановый мешок две пачки сигарет Прима. Сало было порезано на несколько кусков.
- Навошта яны гэта робяць? – спросил Отелло.
- Смотрят чтобы тебе чего не передали.
- Чаго?
- Таблеток.
- Якіх яшчэ таблетак.
- От кашля.
Отелло в недоумении пожал плечами и ушел в свой угол, разложил на полотенце куски сала и принялся собирать из них пазл.
- Цэлы не атрымліваецца, - сказал он спустя какое-то время.
- И не получится, потому что мамочка кусок взяла себе, - объяснил Фельдмаршал.
- Вось гэтая замужняя ў зэка скрала? – спросил Отелло.
- Она.
- І няма каму яе лярву пакараць?
- А как ты ее накажешь. Жаловаться на нее. Говорят, она какая-то рогачевская родственница самому начальнику тюрьмы.
- А ты не ведаеш, як бабу пакараць? Карацей, каму наступная перадача прыйдзе, я буду забіраць!– сказал Отелло громко, так чтобы слышала вся камера.
В тюремную камеру на шестьдесят человек приносят передачи почти каждый день, а то и по два раза в день и уже вечером появился в кормушке округлый живот молодой нахальной бабы в грязном белом халате, мелькнуло широкое золотое кольцо на среднем пальце правой руки и тетка, пронзительным высоким голосом, совершенно не соответсвующим ее размерам, выкрикнула фамилю получателя. К кормушке быстро подошел Отелло и сказал заготовленные проверочные слова: имя отчество и статья , и как только, ничего не подозревавшая мамочка, просунула в кормушку мешок с передачей, набросил ей на руку заранее заготовленную петлю, а когда она попыталась освободиться от захвата, ловкими движениями человека, привыкшего управляться с домашней скотиной, затянул петлю на другой руке и привязал обе веревки к наглухо вмонтированной в бетонный пол стойке двухярусной шконки. Мамочка взвыла с проклятиями и мольбами о помощи. Прибежал попкарь, но сделать ничего не мог, тетка, втянутая в камеру за руки, плотно закрывала кормушку своим телом. Попкарь нажал кнопку тревоги и на вызов пришла тюремная стража во главе с офицером у которого на рукаве была красная повязка с загадочной аббревиатурой ДПНСИ. О проишествии доложили начальнику тюрьмы. Через пятнадцать минут из административного корпуса запыхавшись пришел сам начальник. Начались переговоры.
У Отелло было только одно требование, пусть тетка публично в присутсвии начальника тюрьмы повинится в том, что крадет продукты из зэковских передач. Мамочка пошла в глухую несознанку. Ситуация зашла в тупик. Дежурный начальник помощника следственного изолятора сказал, что если тетку сейчас отпустят, то он обещает никого не наказывать. Приближалось время обеда. Было слышно как на нижнем этаже шныри громыхают мисками. Камера уже готова была сдаться, но тут Отелло сказал: ‘Щас яна ў мяне спяе і станцуець’ и запустил свою клешню мамочке под халат.
К ужасу и удивлению тюремной администрации тетка, вдруг, дико захохотала и закричала: 'Да! Я воровала из передач! Я сознаюсь! Отпустите меня! Я больше не могу! Я сейчас умру! Я боюсь щекотки!'