Альберт и мольберт

Сегодня Альберту чрезвычайно повезло: он успел-таки выкроить чуточку времени для велопрогулки. Его душа была настолько переполнена чувствами и мыслями, что вот-вот  опрокинется и разольётся по чистому листу, поэтому надо было как можно скорее уединиться для священнодействия.   На удивление последнее занятие третьих Леонтьевских чтений оказалось весьма увлекательным: лектор затронул актуальные общественные и семейные проблемы, несмотря на то, что лекция должна была носить исключительно медицинскую направленность. Честно говоря, Альберт обожал это больше всего – когда тот или иной вопрос рассматривался с разных ракурсов, поскольку так и только так можно сформировать полное представление о чём-либо. Таким образом, возможно, полагал молодой человек, впоследствии медицина перестанет быть второй по точности наукой после богословия. Это и многое другое последнее время сильно волновали Альберта, после лекции по суицидологии, переодевшись, он сделал запись в своём дневнике: «У меня два преимущества и проклятия: я ничего не понимаю, но всё хочу понять». Выходя из комнаты, студент захватил с собой тетрадь, а когда до главного входа оставалось пару метров, неожиданно вахтёрша попросила его задержаться. Альберт любил тётю Лену больше остальных, она с пониманием относилась к студенческой жизни, делала поблажки, но только те, которые не нарушали всеобщего спокойствия.
- Альберт, ты не видел Кошку сегодня? Вчера вечером даже поесть не приходила. Она не у тебя ночевала?
- Нет, Елена Викторовна, к сожаленью, со вчерашнего дня не видел её. – Ничего не добавив, женщина взяла ключ от комнаты и продолжила смотреть телевизор, по которому транслировали очередную глупость по одному из центральных каналов. Однако в какой-то момент, когда у Альберта сформировался целостный замысел, он остановился в полушаге от выхода и повернул голову к кабинке:
- Елена Викторовна, можно мне, пожалуйста, взять велосипед?
- Конечно, бери, - ответила она, -  если Кошку где-нибудь увидишь, скажи мне, а лучше приведи её домой.
- Без проблем.
Чтобы взять велосипед, пришлось зайти в медучреждение, там, на цокольном этаже, хранилась всякая всячина; после нескольких бюрократических процедур – заполнения разного рода журналов – молодой человек поехал вдоль общежития. На дворе стояла изумительная погода: всё разнотравье, ветви деревьев и цветы вальсировали под тихим ветерком. Под одним из кустарников сидела Марта, та самая Кошка Елены Викторовны, сперва показалось, что она притаилась, лишь позже, когда Альберт посмотрел на неё с другой, хорошо обозреваемой стороны, он догадался, что она всего-навсего наслаждается закатом весны, накапливает тепло в преддверии похолоданий. В позе сфинкса, прищурив зелёные глазки и слегка вздёрнув свой носик, Марта принюхивалась к близлежащим цветкам, складывалось впечатление, будто все эти растения отдают дань богине плодородия: «Вот наши лепестки, ощути весь аромат жизни, ведь это всё благодаря тебе!» Альберту пришлась по вкусу вся эта картина, позже он отразит её в своём дневнике. Только проехав полквартала, студент опомнился, что обещал  уведомить Елену Викторовну о местонахождении Кошки, но своей оплошности ему удалось найти неплохое оправдание: «Разве можно кошку называть Кошкой?! Знает, что зовут её Мартой, нет же, Кошка – и всё!»
Дороги пустовали, было наиболее благоприятное время для велопрогулки. Для того чтобы сократить путь, молодой человек поехал через церквушку. Всякий раз, когда я здесь проезжаю, думал он, вижу этих жирных голубей, естественно, местечко добротное. Ох, сейчас показать бы всё это французу – курятина, ей-богу, курятина! Асфальт был ровным: ничто не мешало предаваться размышлениям. Хорошая наука, продолжал студент, - эта суицидология, но такая посредственная, возможно, не отрицаю, ей не хватает зрелости, область знаний как-никак молодая, да и лектору не больше тридцати. Так или иначе, несколько мыслей врезались в моё сознание: «Если ребёнок на данном этапе жизни считает смыслом своего существования наличие рыжего кота, не противьтесь этому, если ребёнок держится за жизнь, уже хорошо». А эта мысль: «Если дитя пришло просить совета, которое пусть даже отдалённо напоминает гамлетовский вопрос, а вас сегодня обругал начальник, не удостоили премии или вы совершили непростительную ошибку, - неважно, несмотря на всё ваше недовольство, вы обязаны ответить ребёнку: нет ничего важнее жизни, жизни человеческой». Тоже интересно: «Парадоксально, но количество упомянутых в СМИ случаев суицида прямо пропорционально новым безрассудствам со стороны подростков». И, пожалуй, главное: «Большие обиды почти всегда формируются из великой любви. Это необходимо понимать». А в заключение: «Россияне и японцы – две самые депрессивные народности. Интроверсия часто перерастает в психическое расстройство, но чтобы всего этого избежать, я предлагаю вам один простой принцип: о чувствах нужно разговаривать – всегда и везде».
Слева молодой человек проехал два крупных банка, там располагалась автостоянка, Альберт же был вблизи областной библиотеки. «Да, каждый сделал свой выбор – капитализм и лень либо ответственность и свобода». Через некоторое время студент выехал на главную улицу, где неподалёку находился памятник какому-то коммунисту.
Уже через две минуты мечта Альберта сбылась. Он сел на скамейку с видом на восхитительный пейзаж. Синяя река серебрилась в вечернем свете, волны горбились, точно кошки, под песнь едва уловимого ветра. Молодой человек достал из портфеля чистую тетрадь. «Кстати, интересно, почему даже в эпоху IT писатель не в силах обойти стороной ручку и чистый лист? Возможно, проходя через бумагу, всякая глубокая мысль получает одобрение природы». Чёрный стержень повис над тетрадью в считанных миллиметрах: Альберт не знал с чего начать. Он поднял голову, чтобы изучить небо, однако заметил на том берегу, как сидел рыбак, а рядом с ним немецкая овчарка. Они не двигались, словно окаменели. «Да чего же мудра эта собака! Видимо, в служении своя философия, именно поэтому я без ума от «Игры в бисер» Гессе и «Остатка дня» Исигуро. КультУРА! Мало кто это понимает, все хотят царить. Многие думают, что служение чему-либо – разновидность психического дефекта. Да, привыкли мы во всём искать плохое, ненормальное, недостаёт людям сорадости.  «В последний раз – психология!»  Выходит, всё противоречит современному холизму. Подросток в обществе, кошка и собака как часть животного мира – их значимость трактуется неверно. Это – эмерджентность».
Такие выводы более чем удовлетворили студента. Взяв в руки мольберт, художник приступил к созданию картины мира.