Азбука жизни Глава 2 Часть 66 Странное чувство

Глава 2.66. Странное чувство

Сегодня в Нью-Йорк прилетели Надежда с Франсуа. Но для меня настолько день был напряжённым, что я, как бы, пытаясь взять на себя груз ответственности за роялем, ублажаю гостей и расслабляюсь сама. Джон сидит в кресле, прикрыв глаза, утверждая всем своим видом, что ловит прекрасные минуты, не упуская их для себя. Умеет наш американец жить на полную. В принципе, для него и играю. Детки уже спят, устав после бурного дня. Джулия с Деном взяли на себя сегодня роль гидов и прогулялись с ними по Нью-Йорку.

Вижу, как Диана и Надежда иногда переглядываются. И мне уже хочется поговорить с ними потому, что в гостиную вошли Ричард с Вересовым и Франсуа. Надежда была на нашем показе и на концерте, а вот мужчины плотно весь день работали. Деток нет, хочется уже просто поговорить и снять лишние эмоции перед сном.

— Устала?
—Нет, Николенька!
—Я с Викой сегодня была на протяжении всего дня и заметила её отстранённость…
—Причём, полную?
—Да, Надежда!
—Она этим, Диана, всех и удивляла с детства.
—Я не помню, что было в детстве.
—Которого у тебя, в принципе, никогда и не было.
—Николай, но сказал ты без сожаления.
—Франсуа, она только ему доверила свои детские дневники, о которых мы даже не подозревали.

Надежда сказала с сожалением, а Вересов, нежно прижав к себе, пытается меня защитить. Но я неожиданно всех перебиваю, переводя разговор.

— Диана заметила сегодня мою абсолютную отрешённость на подиуме и на концерте. Но причина для этого была. Приснился сон. Подобный сон мне снится очень часто. Я попадаю на окраину Петербурга и не знаю, как добраться мне до центра города. А сегодня во сне я оказалась на Московском вокзале, в поезде. Почему-то из пассажиров никто не вышёл, а я, видя, что поезд снова набирает скорость в обратном направлении, обречена ждать первую остановку, в замешательстве пытаюсь дозвониться до Анастасии Ильиничны, но связь обрывается. Выхожу на первой же остановке и попадаю в незнакомое место.
—Снова на окраину Петербурга!
—Вересов, и звоню тебе. А ты, как всегда, невозмутимо мне говоришь, чтобы возвращалась в Москву.
—Но ты же не послушала меня?
—А ты, родной, ещё сомневаешься?

Все уже смеются, но Надежда посмотрела на меня с тревогой. Я им часто в детстве рассказывала прекрасные сны, в которых летала, а последние мои сны её волнуют.
—Я вижу, Надежда, если описываю свои сны, они тебя беспокоят.
—А тебя?!
—Только во сне я испытываю волнение, а проснувшись, как правило, выдыхаю, понимая, что это всего лишь сон. Но сегодняшний настолько показался вещим, что я его обозначила «Россией в миниатюре».
—Ты выходишь на первой остановке и снова оказываешься на окраине Петербурга?
—Напрасно, Николенька, улыбаешься. Если раньше я была уверена, что попаду в центр цивилизации Петербурга, то сегодня во сне не увидела ни одного жилого здания, только огромная широкая дорога без асфальта и странные люди, которые сидели на каких-то скамейках, плотно, прижавшись друг к другу, в ожидании транспорта. Я, пытаясь спросить, в какой район Петербурга попала, ответа не услышала. Они и на петербуржцев не были похожи. Женщины в платочках, а мужчины настолько бестолково смотрели на меня.
—И не могли ответить, как этой красавице добраться в центр Петербурга, потому что сами не знали, превратив всю Россию в окраину.
—В твоей улыбке, Франсуа, возможно, и есть доля правды. Но когда я вхожу в гимназию, в центре Петербурга, то не испытываю такого ощущения.
—А когда включаешь телевизор?

Джон задал вопрос вполне серьёзно, вызвав благодарность в глазах дочери.
—Диана, я тебя понимаю. Да, когда я вхожу в одну из лучших гимназий, то вижу там наше настоящее и достойное будущее, а включая телевизор, вижу что-то на пещерном уровне, как и сегодня во сне. Я тебе объяснила свою сегодняшнюю полную отрешённость, Диана?
—Вполне!

Ричард ответил за Диану с торжеством, не вызвав улыбки у присутствующих. Вересов невольно обнял меня, поцеловав, как бы, желая защитить от невидимых сил и снять напряжение.