Проект Велимира

Константин КЕДРОВ
-
ЧЕЛИЩЕВ
ПРОЕКТ ВЕЛИМИРА
(Из литературного дневника)
Никто  толком  не  осознал, какой грандиозный  прорыв  совершился в  самом  начале
прошлого 20
-
го века, когда великий каббалист, преподаватель в политехническом ВУЗе, где
учился Эйнштейн,
провозгласил на основе своих физико
-
математических исследований, что
времени  нет  и  нет  пространства.  Есть  только  ТАЙМРАУМ  (время_пространство  или
пространство_время).  Даже  Эйнштейн  думал,  что  Герман  Минковский  просто  придумал
ловкую математическую ловушку
и не более.
Зато  молодой  поэт  Виктор  Хлебников  сразу  понял,  в  ч;м  дело.  Ещ;  в  первом
прозаическом отрывке под названием «Завещание» Хлебников сказал: «Пусть на его могиле
напишут:  «Он  связал пространство  и  время...».  Как не вспомнить  анекдот про  сержанта
Ива
нова,  который  вслед  за  Минковским  и  Эйнштейном  связал  пространство  и  время,
приказав его подчин;нным копать траншею ОТ ЗАБОРА И ДО ОБЕДА.
Идея  связать  пространство  и  время  возникла  в  сознании  студента  Казанского
университета чуть
-
чуть раньше того момента,
когда Герман Минковский прочт;т свой доклад
о пространственно
-
временном континууме: «Отныне время само по себе и пространство само
по себе становятся пустой фикцией, и только объединение их в некую новую субстанцию
сохраняет шанс быть реальностью».
Многие
до сих пор не поняли, что это означает. Даже Эйнштейн просто сч;л вначале
удобным воспользоваться графиком Минковского как неким математическим обобщением,
где в пространстве вместо точек возникают некие отрезки, сливающиеся в линию мировых
событий. И лишь
в конце жизни Эйнштейн в письме к сыну ч;рным по белому написал, что
«прошлое, будущее, настоящее» с точки зрения физики есть простая иллюзия человеческого
восприятия.  Ведь  график  Минковского  покончил  с  иллюзией  времени  и  пространства
Ньютона.  Теперь  пере
д  нами  их  единство,  названное  Бахтиным  термином  «хронотоп».
Хронотоп Хлебникова означал, во
-
первых, что во времени можно свободно перемещаться из
настоящего в прошлое или будущее, поскольку на линии мировых событий Минковского
будущее и прошлое присутствую
т всегда здесь и сейчас.
Чтобы показать, как это выглядит, посмотрим на дуэль Пушкина с Дантесом в свете
открытий Хлебникова
-
Минковского
-
Бахтина
-
Эйнштейна.
* * *
Как маялся стилист высокий на диване
прилипая кровью
и как Дантес был далеко отсюда
Он с приближеньем смерти от
-
далялся
от выстрела
и пули раны
теперь он дальше всей вселенной
хотя «рука бойцов колоть устала»
и может быть гора кровавых тел
не может быть горою никогда
поскольку тело больше
чем гора любая
и нет в полях кровавая гора
а в
животе кровавая дыра
и залпы тысячи орудий
слились в протяжный вой Ивана Ильича
не хочу
-
у
-
у
-
у
-
у
-
у
-
у
-
у
(Читай одноим;нного Толстого
с тотемным знаком африканским ЛЬВА
откуда родом по отцовской ветви Пушкин
куда уехал не Дантес
-
охотник ГумиЛЕВ
стрелять во
ЛЬВА но не в Толстого
а в африканского
но рикошетом пули был сраж;н
в одноим;нном городе
где ныне
умирал от Пули Пушкин
а шкура ЛЬВА валялась под диваном
у ГумиЛЕВа до расстрела)
Итак, дано:
Дантес, ЛЕВ, ГумиЛЕВ, Толстой и Пушкин
Их связывает Африка и
пуля
Что общего меж Африкой и пулей?
Но в первый миг творенья
они ещ; не от
-
делились
друг от друга,
и более того: Дантес и Пушкин
в тот миг едва ли были различимы
поскольку весь объ;м вселенной
был менее игольного ушка
в которое пролез верблюд (богатый)
Т
ак соблюдая Правило верблюда
Дантес и Пушкин вновь соединились
посредством выстрела и рваной раны
Дорогой читатель
Тебя интересует чему равен ты?
Утешаю тебя ты ничему не равен
кроме той пули
которую так просто извлечь сегодня
о ч;м свидетельствует Вторая
мировая война
где большинство раненных в живот
вернулись в строй для нанесения другим
таких же ранений
Немцы были Дантесом
мы
–
Пушкиным
Мы победили
потому что согласно правилам справедливости
второй раз Пушкин убивает врага
в разбегающейся вселенной
всегда побеждает ДРУЖБА
Вот так далеко разбежались Дантес и Пушкин
растянулись на два фронта
А давно ли вся побежд;нная армия Бонапарта
сжалась в точку пули Дантеса
дабы в битве Кутузов
–
Наполеон
победила ДРУЖБА
Но если взять момент
когда до сотворенья
мира
ДАНТЕС и ПУШКИН были нераздельны
как ты и я сейчас
когда от пули рана неотличима
и опять же вместе
когда был ПУШКин ПУШКой а я тобой
К.
Кедров, 1980
В  книге  «Неравнодушная  природа»  и  статье  «Вертикальный  монтаж»  Сергей
Эйзенштейн  открывает  тайну  контрапункта  пространства
-
времени.  Каждому  зримому
(пространственному) событию на экране соответствует контрапунктное слуховое или звуковое
событие  во  времени.
Пример
–
древнекитайская  притча.  Мудрец  созерцает  рябь  на
поверхности пруда. «Что ты делаешь?»
–
спрашивают его ученики.
–
«Я созерцаю радость
рыбок». Самих рыбок не видно, видна рябь от их подводной игры. Так музыка должна быть
рябью  того,  что  видим,  а  т
о,  что  видим,  должно  передавать  рябь  звучанию.  Сергей
Эйзенштейн назвал это «вертикальный монтаж», или «4
-
е измерение в искусстве».
Это своего рода эквивалент открытия Германа Минковского в геометрии и физике. На
графике  Минковского  линия  мировых  событий
–
это  рябь  пространства  на  поверхности
времени  и  времени  на  поверхности  пространства.  Они  контрапунктны.  Подъ;му  в
пространстве соответствует провал во времени.
Так,  Велимир  Хлебников  говорит:  «Стоит  Бешту,  как  А  и  У,  начертанные  иглой
фонографа». А
–
греб
ень волны, У
–
вогутая поверхность ряби.
Вот зримое воплощение контрапункта:
Бобэоби пелись губы
–
втянутая воронка У в глУбь мира.
Пиээо пелись брови
–
расходящиеся от О круги в ширину на пОверхности ряби.
Лиэээй пелся облик
–
И в облИке связует,
стягивает воедИно глубину У и шИрИну И.
Осталось связать вс; это мировой цепью
–
Гзи
-
гзи
-
гзэо пелась цепь.
И вот перед нами мировой лик
–
автопортрет поэта
-
вселенной или вселенной
-
поэта:
Так на холсте каких
-
то соответствий
Вне протяжения жило лицо.
Первое измерение в движении да;т линию на плоскости. Таковы плоские фрески и
барельефы  Древнего  Египта.  Над  плоскостью  листа  и  любой  поверхности  мы  парим
изначально. А вот как воспарить над объ;мом? Ведь пространство физическое тр;хмерно.
Богословы объясня
т, почему. Догма о Троице напрашивается. Напрашивается и связь его с
тр;хиспостасным прошло
-
будуще
-
настоящим и с тр;хмерным объ;мом пространства.
Однако  математики  имеют  дело  с  эн
-
мерным  миром.  А  физики  и  космологи  от
пятимерной  модели  Калуццы  пришли  к  оди
ннадцатимерной  модели  мира.  Выход  в  4
-
е
измерение
–
это 4
-
я координата пространства
-
времени Г.
Минковского. Хлебников это понял
сразу. И сразу решил, что «узор точек заполнит эн
-
мерную протяж;нность».
Пять чувств
–
это пять точек в четыр;хмерном континуум
е. Они разрознены: слух,
зрение,  осязание,  обоняние,  вкус.  Как  только  время  перестанет  быть  отдельной  от
пространства иллюзией, «узор василька соль;тся с кукованием кукушки». Проще говоря,
звуку  будет  соответствовать  цвет,  как  у  Рембо,  Скрябина,  Римского
-
К
орсакова.  О  своем
звукозрении Хлебников рассказал в Зв;здной Азбуке «Зангези»:
эМ
–
синий вс; заполняющий объ;м
–
масса,
Пэ
–
белый разлетающийся объ;м
–
порох, пух, пыл,
эС
–
расходящийся из одной точки
–
свет, сияние,
Зэ
–
отраженье и преломленье
–
зигзи
ца (молния), зеркало, зрачок,
Вэ
–
вращение вокруг точки
–
«вэо вэо
–
цвет чер;мух.
В принципе это может быть и по
-
другому. Важно соответствие цвета звуку, контрапункт
Сергея Эйзенштейна. Таким образом, законы времени
–
«Доски судьбы» Хлебникова
–
это
конт
рапункт четыр;хмерного континуума. Или вибрация мирового звука, запечатл;нная, как
волны, на граммофонной пластинке. Впадины
–
317, буруны
–
365. Универсальная модель АУ
–
УА. Мир как эхо крика младенца.
Скачок от двухмерности к тр;хмерному объ;му
–
перспе
ктива эпохи Возрождения. Она
заполнена фресками Микеланджело и Леонардо. Озвучена объ;мными мессами от Баха до