Тендер по-казахски

«Объект хороший, с наваром», — решил я, закрывая в офисе последнюю страницу сметного расчета. На капитальный ремонт школы выделили 300 млн тенге, небывалая роскошь со стороны наших властей!
Похоже, что смету делали ребята, которые сами собирались на этом объекте работать, вбили туда все, что можно, по самым жирным расценкам. Многие виды работ можно было вообще не делать, например, полную отбивку штукатурки и новую высококачественную штукатурку. Скорее всего, зашпаклюют и закатают эмульсией, а стоимость штукатурки заберут. Кто-то явно готовил объект под себя.
По моим расчетам, на ремонт хватало и 100-120 млн, а на оставшиеся 200 млн можно хорошо навариться. Интересно, кто и как? Дело пахло коррупцией!
Чтобы хоть как-то выяснить обстановку по этому тендеру, позвонил Тимуру, директору фирмы «Домстрой», у которого частенько подрабатывал на субподряде. Парень ушлый, вхожий во все кабинеты, хорошо закрышованный многочисленными родственниками. Почему бы не посоветоваться?
Тимур не заставил долго себя ждать, в ответ пригласил меня в соседнее кафе, где он уже с кем-то пил пиво. Хорошо живут люди, каждый день в ресторанах ужинают! Растет благосостояние нашего народа! Да и мне неплохо бы поужинать, был уже одиннадцатый час.
Тимур с друзьями картинно расположился на тахте, лежа по-казахски за живописным столом, описать который у меня не хватит художественного таланта. Поел я с ними хорошо, особенно рыбу в кляре — вкуснятина, пальчики оближешь.
Мы отошли в сторону, я объяснил ему раскладку по смете.
— Почему они 300 заложили, ведь работу можно сделать за 120 млн?
— Навариться хотят, там начальник районо с замакимом в деле. Давай, я генподряд возьму, а ты свои 120 млн будешь иметь, — предложил Тимур.
— Согласен. С комиссией ты сам раскидаешься?
 — Разберемся, там 12 человек в деле. С каждым нужно будет переговорить, с завтрашнего вечера и начнем. Только сядешь за руль, водителям не надо слушать наши разговоры, да и болтаться по саунам им ни к чему.
— Хорошо, не впервой, — согласился я.
— Я разберусь со всеми, ты главное, работу сделай за 120 млн, а все остальное мое, — еще раз уточнил Тимур.
На другой день вечером заехали после работы за начальником районо. Он с радостью согласился на «стопку чая». «Чай» пили до часу ночи, о чем только не говорили, а Тимур изредка за углом вел свою, как говорится, секретную часть, переговоры.
— Все, он наш! Согласился за 10 процентов, — заговорщицки подмигнул он мне через некоторое время.
На другой день мы уже были в сауне с начальником отдела госзакупок. Ну, сауна как сауна: девочки, веники, пиво и прочие райские наслаждения. Опять Тимур долго шептался в парной.
— Все, он за нас, договорился за 10 процентов, — потирал руки Тимур.
 Стоит ли повторять, что следом в бане мы были с замакима района, в ресторане — с заведующим отдела финансов и с каким-то дядей из отдела финансов. С молодым человеком из финпола вообще, без бань и ресторанов, шептался за углом.
Каждый из них с пеной у рта доказывал свое превосходство, хвастался родственниками или дружескими связями «там, наверху». Кто-то откровенно называл очень известные фамилии, один даже чертил родословную чуть ли не со времен Чингисхана, в нашем поколении она пересекалась с родословной первых лиц государства. Кто-то рассказывал, как запросто выпивал с тем-то и тем-то! С кем только мы не общались, и все «великие».
Не перевелись еще "Хлестаковы" на казахской земле! Цель их была ясна и проста, все разговоры заканчивались тостом «за проценты отката». Наши родные «Хлестаковы» бились против монстра — «Чичикова» Тимура. Интересное было зрелище. Молодец, Гоголь! Не перестаю восхищаться его талантом.
Обязательства были неизменны, 10 % и ни копейки меньше, а это как минимум 150 000 долларов по курсу. Когда его обязательства выросли больше 200 млн, я начал тревожиться. Седьмой клиент тут был явно лишним, так как работу делать мне, а рассчитываться за счет стоимости материала или же зарплатой рабочих я не собирался.
— Не бойся, ты свои 120 лямов будешь иметь, доверься мне, — успокаивал меня Тимур.
 Обязательства брал не я, а Тимур, поэтому из любопытства я продолжал этот вояж. Гонка по ресторанам, баням и бильярдным продолжалась две недели. Мои накладные расходы росли, а обязательства Тимура росли семимильными шагами, но он, знай себе, смеялся и шутил: «Все будет путем!»
Интересно, как будет выкручиваться? Но, зная его много лет, чувствовал — что-то придумает. Скорее всего, что-то не очень порядочное, но эффективное.
Тем временем число тех, кому Тимур обещал «10 процентов», прошло критическую отметку «11». Теперь его коррупционные обязательства составили 110%. Получается, что надо отдать все деньги, да еще 10% сверху! Это становилось интересным.
После 12-х переговоров он сказал:
— Все, теперь идем к нашему агатаю, но с ним я буду разговаривать один, — и скрылся в дверях областной прокуратуры.
“И эти, что ли, в деле?” — наивно подумал я.
Вышел он оттуда, как обычно, очень довольным.
Тендер прошел на удивление четко. У всех фирм, кроме Тимуровской, нашли кучу ошибок в документах, он остался единственным потенциальным поставщиком, поэтому закупили услуги по ремонту у него. Без скидки! На все 300 млн!
 Но самое интересное началось на другой день. Вечером в кафе уже нас пригласил на стрелку начальник отдела финансов. По перепуганным глазам и бессвязной речи мы поняли, что его вызывали в прокуратуру, проводили профилактическую беседу на предмет коррупции.
— Меня тоже вызывали, вот Талгат свидетель. Грозили, пришлось им 10% отдать, поэтому, братан, извини, для нашего с тобой спокойствия не могу теперь тебе отдать твои 10%. А за моральный ущерб тут 1000 долларов, сам понимаешь, прокуратура! — ответил печально Тимур.
Я чуть со стула не упал, вот это трюк! Начальник отдела финансов ушел довольный, напоследок спросив:
— Больше не будут вызывать?
— Нет, гарантирую, мы же им за это заплатили! — печально и с сожалением ответил Тимур.
Следующими были начальник районо, замакима, мальчик из финпола. Сумма комиссионных колебалась около 1000 долларов. Кто радостно принимал, кто с подозрением, но все соглашались. Не закрыли, и ладно!
— Ты что, их заложил, что ли? — спросил я Тимура.
 — Нет, конечно. Просто в прокуратуре с ними провели профилактические беседы на тему коррупции, у них это плановое мероприятие. А прокурор — друг моего дяди, я его попросил поговорить именно с этими. Им какая разница с кем проводить профилактику, а суть дела он не знает. Я в такие игры не играю! В таких делах ты хочешь остаться чистеньким. Посмотри, каждый из них себя в грудь «копытом бил», утверждая, что он и только он все решает. Хотя все знают, что это не так. Мы с ними так, как они с нами. Бизнес — это война, а, как говорил великий Сунь-Цзы, «Война — это путь обмана», — многозначительно подняв вверх указательный палец, произнес Тимур.
Война так война. Но, выиграв бой, мы, похоже, войну проиграли.
Что самое странное, объект у меня все-таки получился убыточным, видимо, не прет обман, что-то не так сделали...