Десять листов дневника

Я пишу, чтобы узнать, что я думаю.
Граффито

Зная склонность моего брата Кутдуса ЯГУДИНА к размышлениям (ещё ребёнком он говорил: странно, что человек не может не думать, да?), я неоднократно предлагал ему заняться литературным творчеством. В ответ он однажды оставил у меня десять исписанных им листов, датированных 1994–1998 годами. Интересные, оригинальные размышления нашёл я в этих записях.

– А зачем писать? – берёт сразу быка за рога брат мой. – Ведь мысли, изложенные на бумаге, только жалкое отражение того, что мы думаем, а то, что мы думаем, лишь бледная тень того, что мы чувствуем, чем живём. Истину вообще, мне кажется, невозможно достичь одними мыслями, без прочувствования, без проживания в ней, если можно так выразиться. Но и тогда вряд ли сможешь объяснить её другим.

Я думаю, тех, кто пишет из-за денег, то есть для развлечения публики, отбросим. Поговорим о серьёзных писателях. Зачем бы, казалось, придумывать сюжет, писать о каких-то мелких проявлениях жизни, когда можно основные свои мысли сказать напрямую. Потом эти романы разбирают сотни критиков и литературоведов, каждый комментирует их по-своему. Притом мнения вплоть до противоположных. Не честнее ли изложить свои мысли, как делают это философы, прямо и понятно?

А художники-абстракционисты (ещё какие там течения современные), для кого они творят? Ведь то, как они выражают свои мысли и чувства (если это, конечно, не чистое надувательство), никто кроме них самих не поймёт.

Впрочем, любого творящего человека другой человек вряд ли до конца понимает. Разве не об этом говорит и Набоков в своём романе «Приглашение на казнь»: «…так как нет в мире ни одного человека, говорящего на моём языке; или короче: ни одного человека, говорящего; или ещё короче: ни одного человека, то заботиться мне приходится только о себе, о той силе, которая нудит высказаться». Может, именно «та сила, которая нудит высказаться», и двигала теми, кто написал самые великие произведения?

У Пушкина есть строка: «Зачем же пишете? – Я? для себя». То есть все, кто творит, думает, что ищет через это истину, но раз каждый ищет её по-своему, видимо, находит истину, пригодную только для себя. Если предположить, что автор пишет для того, чтобы, прочитав его книгу, люди стали лучше или хотя бы задумались о чём-то, то почему же до сих пор человечество не стало лучше? Ведь все возможные мысли уже высказаны. Всё, что можно отрицать, уже отрицали. Не исключено, что писали уже и о том, что я сейчас пишу здесь. Если даже читать в день хотя бы по полстраницы из Достоевского или Толстого, живя под впечатлением этого, можно стать прекрасным человеком. Но человечество за века своего существования не стало лучше ничуть. Умный человек, пожалуй, и сам додумается до всего того, что понаписали за историю человечества, а дураку, как ни вдалбливай, всё без толку.

***
Литературные критики, разбирая произведение своего любимого писателя, считают своим долгом сказать что-либо против его оппонентов. Да и сами писатели друг друга не жалуют: например, известно «великое противостояние» Достоевского и Тургенева. Вересаев по поводу творчества Толстого и Достоевского говорит: «Трудно себе представить живого человека, у которого могла бы лежать душа одновременно к Достоевскому и Толстому». Он признаёт только творчество Толстого, а Достоевского презирает. Но зачем? Какое он имеет право отказать кому-то иметь свои мысли? Я не понимаю людей, у которых «твёрдые позиции» в жизни, кто имеет «своё мнение» и не допускает никакого иного. Любой поступок или любая черта любого человека имеет абсолютно противоположные оценки у других людей. Нельзя ни о чём сказать, что это лучше, а вот это хуже. Так что «Карамазовская широта» нужна во всём: и в жизни, и в мыслях. Без этого нет даже начала пути к истине.

Ведь что такое эти «твёрдые убеждения»? Человек, если он, конечно, существо развивающееся, не может всю жизнь иметь один и тот же взгляд на какое-нибудь явление или вещь. И я не вижу ничего зазорного в том, что сегодня человек говорит абсолютно противоположное тому, что он говорил вчера. Возьмём, например, «Опыты» Монтеня. Это же сплошное отрицание самого себя. И это естественно. Можно понять молодёжь, которая слепо верит какой-то идее. Или тех же фанатов рок-звёзд и т.д. Это всё детские игры. Но я отказываюсь понимать взрослых людей (учёных, писателей), которые с полной уверенностью говорят, что они знают, как, например, обустроить общество, чтобы все в нём были счастливы. Как будто они последняя стадия правды. Вот от этих «самых умных» и исходят, мне кажется, все несчастья на земле.

Монтень пишет: «По правде говоря, мне представляется чрезмерным самолюбием и величайшим самомнением ставить свои взгляды до такой степени высоко, чтобы ради их торжества не останавливаться пред нарушением общественного спокойствия, пред столькими неизбежными бедствиями и ужасающим падением нравов, которые приносят с собой гражданские войны…» Монтень писал это в шестнадцатом веке. Ульянов-Ленин в веке двадцатом ввергает миллионы людей в кровавую бойню, которую назвали красивыми словами «революция, коммунизм». Из самой мудрой теории Ницше Гитлер умудрился вывести всю свою пошлость и подлость. И сумел навязать свои взгляды толпе... Вот! Толпа ещё нужна, чтобы осуществить такие чудовищные планы. Толпа – это всегда мерзость. Наверное, когда каждый человек будет личностью, а не частью толпы, только тогда возможна приличная жизнь на земле. А пока люди не понимают мудрых, не слышат друг друга, писать бесполезно.

***
Зачем же, если Бог всемогущ и всеведущ, не открыл истину людям? Побоялся открыть? Для чего Он держит нас в неведении? Я не хочу быть марионеткой, исполняющей чью-то волю, как, например, те же пророки. Ведь в Библии говорится, что их устами говорит сам Бог. Получается, человек всего лишь кукла в Его руках? Моисей без своего Господа не мог даже слова выговорить перед фараоном. Что же, у нас нет своей воли?

Думаю, Бог создал этот мир так же, как человек рождает ребёнка. Ведь ни мужчина, ни женщина не прилагают при этом каких-то умственных усилий, это получается само собой. Бог выполняет в создании этого мира только рутинную работу по расположению атомов и молекул в определённом порядке. А тонкой материей Он управлять не может. Так же как человек любит своё дитя, Бог любит человека. И так же как человек не властен над душой своего ребёнка, Он тоже не властен над душой и мыслями своего создания.

Говорится, человек создан по Его образу и подобию. Значит, в Нём тоже борются Добро и Зло? «А поле битвы душа человеческая», – говорит Дмитрий Карамазов. И душа Создателя, можем добавить мы. Получается, Бог и Дьявол не нечто отдельное, а только два проявления одного и того же. Иначе, если Он такое совершенство, если Он всеведущ, каким Его пытаются изобразить, Он не стал бы создавать этот наш человеческий мир. Зачем бы Ему этот мир тогда? Он размножил себя в миллионах экземпляров для того, чтобы достичь той «карамазовской широты» (от Наташи Ростовой до Николая Ставрогина) и через это искать истину? Он тоже не знает истину?

Было время, когда я думал: не стоит тратить время на изучение «этой» реальности, надо думать о «той», узнать, что «там». Но раз мы попали в эту разновидность истины, наверное, через изучение самого себя мы можем узнать и всю суть. Ведь мы наверняка часть, а может и вся истина. Но наша земная жизнь, материальные заботы и трудности занимают так много времени, что на поиски истины остаются крохи. Возможно, это и есть суть нашей жизни. Потому что в повседневной жизни ты не задумываешься о каких-то высоких материях, они живут своей отдельной жизнью, обособленно. Лермонтов говорил: «Надо полагать, что люди созданы вовсе не для того, чтобы мыслить, раз мысль сильная и свободная – такая для них редкость». Как он нас подцепил, господа! Мы-то думали, что человек – венец природы.

Но есть другая сторона. Герой рассказа Набокова Адам Фальтер «в минуту игривости… комбинировал различные мысли, ну и вот скомбинировал и взорвался…» Получается, слишком глубокая мысль вредна, или кто-то не допускает нас до настоящей истины: тот, кто узнает, должен умереть. С таким знанием уже невозможно жить. Жить можно только в этой детски наивной гармонии незнания. Поэтому истинные мудрецы самые сокровенные свои мысли не выражают публично, высказывают только то, что не повредит другим.

Я удивляюсь наивности тех, кто говорит: «Вот Пушкин (или Лермонтов) так рано умер, сколько он мог ещё сказать, проживи он ещё несколько лет». Дело-то, по-моему, в том, что всё приемлемое для нас он уже высказал. А ту большую истину, которую он, быть может, открыл для себя, уже нельзя знать всем. И уход из жизни через дуэль – это, наверняка, вовсе не защита своей чести, а только наиболее приемлемый для него способ. Я не думаю, чтобы Лермонтов или Пушкин были такими уж упорными, тупыми «людьми чести». Их умственный и культурный уровень не позволил бы снизойти до такой глупости, как «защита чести», рискуя своей жизнью. А как же другие, скажете вы, кто умер по болезни или вследствие несчастного случая. А может, это уже сама Природа отомстила им – за то, что они сумели так далеко заглянуть в её тайны.

Но есть другая крайность: те, кто и не пытается думать о значении, о смысле жизни, кто вообще не способен мыслить (живёт просто животной жизнью). Они вынуждены всё время придумывать себе занятие или хобби: охота, выпивка, азартные игры и т.д. И иногда возникает большой соблазн назвать именно такую жизнь истинной. Для детей, пожалуй, такое состояние естественно. Они что-то знают такое, про что мы уже забыли. Но они, увы, не могут нам это объяснить.

Возвращаясь к герою рассказа Набокова. Он просто «комбинировал мысли» и отгадал «загадку мира». Но если её можно таким образом разгадать (то есть при помощи одних только слов и мыслей), то за века существования человека можно было уже одним механическим переставлением слов добиться этого. Тем более, сейчас для этой рутинной работы имеется компьютер. Давайте зададим ему программу и будем сидеть и ждать, когда он выдаст нам разгадку тайны человека и вселенной. Ведь сколько уже исписано бумаг, пора бы уже, господа, и случайно наткнуться на эту комбинацию. Хотя… Может оказаться и так: истина уже найдена, и она высказана. Но мы не можем её распознать среди бесчисленных похожих на неё фальшивок.

***
После этого небольшого экскурса в историю мыслящей и пишущей братии может возникнуть естественный вопрос: «А, кстати, для чего пишет сам автор этих заметок?» Я отвечу: «Пишу я для того, чтобы выложить свои мысли из головы на бумагу и тем самым освободить место для других мыслей, которые должны заполнить образовавшуюся там пустоту». К тому же, авось, записи эти кому-нибудь да пригодятся, сократят ему путь познания.

***
Я живу и не знаю, зачем я живу. Ну и бог с ним. Зато у меня есть сын. Я очень надеюсь, что он будет знать, зачем мы живём. Говорят, Бог послал своего сына на смерть для того, чтобы мы узнали смысл жизни. Но в том и разница моя с Богом, что я никогда не смогу отдать своего сына на растерзание толпе лишь для того, чтобы кому-то доказать какую-нибудь теорию. Я его люблю больше себя. Я лучше сам пойду к этой гидре, чем пошлю сына, если уж это так необходимо. И в этом моё преимущество перед Богом.

***
Добро и зло – вечное противостояние. Но одинаковые по силе и противоположно направленные векторы, как известно, дают в результате ноль. Вот почему человечество, создав себе эти нелепые ценности, в продолжение всей своей истории топчется на месте. Ведь оно не продвинулось в своём развитии ни на йоту. Как были, допустим, в начале нашей эры отдельные мыслители и безликая толпа, так и сейчас. А пытался ли кто-нибудь объединить добро и зло, как это сделал Булгаков в «Мастере и Маргарите», и взять себе на вооружение более действенные ценности, как предлагал господин Ницше?

Ведь как живут люди? Вечно один сводит на нет результаты всей жизни другого, отдавая на это, в свою очередь, всю свою энергию. Одни в целях развития цивилизации отравляют природу, другие, рискуя жизнью, её защищают. Сами создают условия для развития всяких болезней, потом сами же с ними борются. Да и отдельно взятый человек всю жизнь создаёт то, что сам же и разрушает, то есть борется сам с собой.

Так же и со всякими теориями и учениями. При создании любой теории, приемлемой для какого-то определённого круга людей, сразу же возникает абсолютно противоположная теория. Её будут считать хорошей столько же человек, но уже думающие по-другому. Но суть-то у них будет, пожалуй, одинаковая, и такая же ничтожная, как всё до сих пор созданное человеком.

***
У меня какая-то странная особенность. Отбросив лишнюю скромность, хочу признаться: мне никогда не удавалось вычитать, у кого бы то ни было, ни одной новой мысли. Может мне так не везёт, но книги мне всегда попадались после того, как я сам о написанном уже думал. А может, не у меня одного так? Может, так устроен человек, что из любой книги он поймёт только то, что сам уже когда-то пережил или о чём когда-то думал?

Почему же классика мало кого влечёт? Может быть, потому, что в это надо вдуматься. До того как взяться за чтение книги, у тебя уже должны быть свои мысли. Или вопросы, на которые ты ищешь ответ. И тогда найдёшь ответ. Или убедишься, что ответа нет. А чтобы самому что-то написать… Это же надо сначала прочитать всё, что написано до тебя…

Однажды мне попался Омар Хайям. Видимо, под его влиянием, я написал несколько десятков четверостиший. Приведу здесь одно из них:

Ты Аллаха не чтишь, осуждают меня,
Ты живёшь не всерьёз, а как будто шутя.
Уродился таким, переделать нельзя,
Сам себе иногда через раз верю я.

Но я не уверен, что эта мысль уже не была у кого-то прежде. Возможно, я просто по-другому выразил её.

************************************************

ОТ АДРЕСАТА

Вопрос брата «А зачем писать?» заставил меня задуматься. Может, действительно, обо всём уже написано и напрасны все старания? Почему-то не хочется с этим согласиться.

Сотни жизненных впечатлений, ежедневно откладываясь в памяти, формируют моё Я. Со временем они, отшлифованные работой мысли, позволяют мне видеть мир таким, каким его не видел никто. Если расскажешь то, что случилось с тобой, и только с тобой, так, как только ты это мог почувствовать, из такого рассказа и родится новая мысль. Разве читателю не интересно посмотреть на мир не только глазами Толстого и Чехова, но и глазами своего современника? Тем более, живи Толстой в наше время, у него возникли бы, думаю, совсем другие мысли. Они рассказали о своём времени, наша задача – осмысливать своё.

Есть такой вид искусства: камень распиливают, и на срезе получается какой-то рисунок. Если распилить в другом месте, тогда и картина другая. Книги – это срезы жизни. Видимо, чем больше срезов, тем полнее, объёмнее общая картина.

Умный, говорит брат, и сам догадается. Возможно, мы и сами додумались бы до мысли автора. Но для этого нам нужно, как минимум, попасть в ситуацию, изображённую в книге. Но дни наши так бедны на события, что за всю жизнь мы вряд ли успеем побыть в ситуациях, описанных хотя бы в одной книге…

Впрочем, как же у нашей мамы хватило мудрости воспитать семерых детей, ведь она за всю свою жизнь не прочла ни одной книги? Китайское учение говорит: «Следовать своей природе есть истинный путь человека». Видимо, достаточная для жизни мудрость заложена в нас самой природой. Если ты на своём пути, ты уже знаешь всё, что тебе надо. Мама наша часто говорила притчами. Удивительно, откуда она их знала? Видимо, то, что человеку нужно, он впитывает отовсюду.

А мы мечтаем об освоении других планет. Но тот, кто на своей планете не смог сберечь природу, жизнь, – сможет ли во враждебной среде создать всё заново? Мне кажется, передачи такие делаются по заказу крупных корпораций, отравляющих Землю. Ничего, мол, что здесь мы всё погубим, зато переселимся на другие планеты... Допустим, появятся такие технологии, что через пятьсот тысяч лет планету Марс мы сможем сделать пригодной для жизни, обитаемой. Но до этого дожить ещё надо!

«Берегите Землю! – говорят космонавты. – Она такая хрупкая». Они знают, о чём говорят. Они побыли в той точке вселенной, откуда Земля не кажется центром мироздания. И убедились, что Земля – единственно пригодный для жизни людей островок на сотни световых лет вокруг. Сотни, тем более тысячи световых лет нам не преодолеть. Видимо, высшими силами природы, высшим разумом уже предусмотрено, чтобы такое несовершенное существо как человек не был допущен к управлению вселенной.

(Из книги Марса Ягудина «ТАЙНИК». Издательство Татарстанского отделения Союза российских писателей, 2002 год)


Рецензии