Про Чугундурова

         
          Вечерело. В воздухе затерянной станции разносился запах самсы. Как он докатился до такой жизни, как он здесь очутился, Чугундуров не понимал, совсем не понимал.

          На этой станции нельзя было что-нибудь отчебучить или что-нибудь выкинуть, ибо всё, что было выкинуто кем-либо во всех остальных местах этой планеты  благополучно оказалось  именно здесь, на этой станции,  и  бесповоротно  украшало местный захламлённый пейзаж.

            В  тощей почве этого станционного тупика цивилизации не было питательных веществ даже для простенькой брачной аферы.У Чугундурова не было денег, не было галстука-бабочки, не было перспектив, но у него было конституционное право голоса. И он воспользовался этим своим правом голоса, он завыл: "Ууу- ууу - ууу!"..

            Эти дикие звуки воя Чугундурова смешались с запахом самсы, местные собаки присоединились к этой композиции своим бестолковым и искренним лаем.

             Вечерние сумерки сменила безудержная и кромешная темнота. Чугундуров продолжал выть.