Юность беспокойная моя

Весной 2017 года усилиями моих друзей в Омске вышла книга «Мы сами себе выбирали маршруты». Толстый такой фолиант (одной рукой не удержишь), выпивший во время подготовки к печати немало крови у его составителя Виктора Иргоновича Хана. Виктор, хотя сам по спортивной ориентации альпинист, постарался как можно полнее представить картину зарождения и развития СПОРТИВНОГО ТУРИЗМА в нашем степном и очень далёком от гор краю. Редкое по собранным материалам издание, видеть которое на своей книжной полке хотел бы каждый, кто за последние полвека имел счастье (или несчастье) отнести себя к непоседливому племени туристов. Здесь и рассказы о первых походах моих земляков, и описание перипетий самых интересных маршрутов, и то, как воспитываются будущие путешественники, и даже поэтические строки.
Казалось бы, что можно добавить к словам самых бывалых, маститых и удачливых? И всё же, листая эти замечательные страницы, полные непростой, порой опасной и очень интересной жизни, я решила кое-что добавить…

…Мне повезло: будто на морском валу я прошла главные стадии формирования движения, которое поначалу принято было называть самодеятельным туризмом. (По аналогии бардовское движение, шедшее рука об руку с туристским, тоже называли «самодеятельной песней»).
Самодеятельное – читай, кустарное, то есть неполноценное, ненастоящее, не заслуживающее серьёзного отношения. За государственный счет шайбу гонять, педали крутить и даже на вершины лазать – это считалось настоящим спортом. А в чем смысл бродяжничества с грязными мешками по горам, ради которого люди убивали немалые собственные деньги и целые отпуска? – это, получалось, кустарщина.
Долго не могли, да и не старались функционеры разных мастей внимательнее приглядеться к искреннему массовому движению, растущему, как и в Омске, повсеместно в стране. Деятелей от спорта в основном интересовали высшие спортивные достижения, в первую очередь в олимпийских видах. Профсоюзы были озабочены оздоровлением трудящихся, к которым почему-то огромную армию туристов не относили. Партия глядела на это дело, как на безыдейное баловство взрослых балбесов. А у комсомола не было специальных установок на данный счет. «Самодеятельные» не вписывались ни в одну из существующих рамок работы с населением.
И слава Богу! В обществе, старательно втискиваемом в те или иные прокрустовы ложа, вдруг появилась радостная никому не подконтрольная отдушина, где гуляй сам себе велосипед!
Как и должно быть, первыми ветер свободы учуяли молодые – студенты, начинающие инженеры, будущие учёные и т.п. Первые турсекции изначально стали возникать именно в ВУЗах. Очень плодовитыми на будущих выдающихся спортсменов-туристов стали секции Института железнодорожного транспорта, Института физкультуры. «Транспортники» дали мощный рост техничному водному туризму, «физкультурники» вывели омичей в горы. В походы ходили «медики», в Автодорожном институте были завзятые любители, даже в «девчачьем» Педагогическом.
Одной из главных альма матер омского самодеятельного туризма была кафедра физкультуры Политехнического института. Вернее, кафедра не противилась тому, чтобы на её территории собирались участники будущих походов. Позже из «политехов» 70-80 годов вышли те, чьи имена впору уже писать на скрижалях; моим читателям они хорошо известны. Мне тоже повезло пройти через школу «политехов», навсегда сохранив в сердце благодарность к ней.
А где в те времена проходили самые весёлые и многочисленные слёты туристов? Конечно, в Добровольном спортивном обществе «Буревестник», объединявшем студенческо-ученический спорт. На этих слётах закладывались лучшие в Омске соревновательные традиции и формы общения благородных бродяг.
Но студенческая пора ни для кого не вечна, и после получения дипломов вчерашние школяры, не изменив своей неизбывной тяге к путешествиям, разбрелись по трудовым коллективам. Тут, по моему убеждению, омский самодеятельный туризм перешёл на новую ступень.
Какая главная задача стояла перед студентом для сбычи мечт о походе? Конечно, где деньжат набрать. А законные каникулы есть, да и возможность досрочной сдачи сессий никто не отменял. Времени полно, путешествуй, сколько душе угодно. Были бы в достатке презренные денежные знаки. Понятно, что при горячем желании изыскивались разные способы разжиться ими и на поход, и на снаряжение (которое обычно брали на прокат).
Совсем иной коленкор на работе. В советское время, где трудовая дисциплина висела над обществом дамокловым мечом, туристы могли рассчитывать только на отпуск. У инженерно-технического работника это были 24 дня, а у работяги от станка – и вовсе 12, две жалкие недельки. За целый год. Не очень-то разгуляешься...
К тому времени туризм перешел на новую ступень и уже был признанным, хотя и не олимпийским, видом спорта. Но несмотря на это, дополнительное свободное время для путешествий добывать было очень тяжко. Способов добычи отгулов – по пальцам перечесть: донорство, дежурство в Добровольной народной дружине, участие в сандружине, ещё два-три вида общественных нагрузок, за которые начальство готово было «платить» отгулами… Но накопить отгулы – полдела, нужно было убедить руководство, что они позарез нужны все разом и в конкретное время на сомнительные с бытовавшей точки зрения приключения. Кто счастливо вырывался из начальственных тисков на простор гор и рек, тот знает, чего это стоило. Многие мои собратья по увлечению нередко стояли перед выбором: карьера с заработком – или спорт.
В общем, подготовка к путешествиям давалась работающему туристу ох как нелегко. И если на спортсменов других видов, отпрашивающихся на соревнования или сборы, смотрели без особого пиетета, но хотя бы одобрительно, то туриста при непонимании его занятий чаще всего не уважали и недолюбливали.
С таким непониманием пришлось столкнуться мне и моим друзьям из бывших «политехов», пришедших работать на ПО «Полёт». Нас держали за несерьёзных чудаков, хотя в полётовском спортивном клубе «Юность» стараниями предшественников -низкий им поклон! - уже не один год существовал клуб туристов-альпинистов – КТА «Юность». (На «Полёте» всё культурно-спортивно-социальное носило имя «Юность»)
Чтобы перейти на следующий виток спортивного развития, нужно было что-то придумывать.
Первое, что пришло тогда в голову: поднять престиж нашего вида спорта. К тому времени для спортивного туризма уже были разработаны квалификационные нормативы (сетка разрядов), и, к нашему счастью, это вывело его из разряда самодеятельных. Если бы туристы приносили в копилку заводского спортклуба массовые, а тем паче высшие разряды, на нас могли бы смотреть благосклонно – статистика массовости была нужна. Тогда можно было бы говорить и о помощи с освобождениями для участия в походах, и о каком-никаком финансировании путешествий высших категорий: спортклуб на заводе пользовался высоким авторитетом, и начальники подразделений на его просьбы редко отвечали отказом.
Но…Массовых разрядов у членов КТА было не очень, так как на заводе ещё не было и самих широких туристских масс. Про высшее мастерство тоже громко говорить не приходилось: едва наскребали 2-3 перворазрядника в год… Простые любители лыж, выходя на зачётную дистанцию, могли в одном забеге принести разрядов на порядок больше, чем все туристы за целый год. Кстати, впоследствии на эти зачётные дистанции выходили главным образом наши туристы. Но это было всё потом.
Ну и что же! Мы от похода к походу, от сезона к сезону всё равно упорно сдавали в учебно-спортивный отдел свои пока небогатые третьи и вторые разряды. А сами продолжали интенсивно чесать затылки, соображая, как изменить ситуацию.
…Тут нужно сказать, кто такие «мы».
Так получилось, что с моим приходом в КТА «Юность» там сложилось дружное работящее ядро, упёртое на спорте своей жизни. Фамилий называть нет смысла – в те времена в Омске они были на слуху. Существовало правление КТА, которое много делало для «адаптации» туризма в заводском коллективе. Разумеется, в первую очередь думали мы, конечно же, о новых маршрутах, сложных районах, усовершенствовании снаряжения, физической подготовке групп. Большинство из нас были единодушны: без хорошей репутации многого не добиться. Нужно было найти способы, как обратить на себя внимание заводского начальства.
Тут, в отдельно взятом клубе, спортивный туризм прошел в своём становлении  очень важные и интересные витки .
Для поднятия престижа молодого вида спорта мыслились два пути. Первый – сделать туризм на заводе популярным настолько, чтобы о нем знали и говорили буквально на всех углах. Второй – привлечь к туризму само начальство, хотя бы частично. Ну, или хотя бы заинтересовать. Чтобы руководство узнало поближе, что за народ эти туристы.
Сейчас с трудом верится, что потуги общественников привели-таки к поставленной цели….
Шли несколькими параллельными путями.
Во-первых, упорно работали над массовкой. Кроме категорийных походов – квинтэссенции всего нашего спорта – опытные туристы, руководители сложных походов не гнушались участвовать в организации слётов, походов выходного дня, заводских соревнований по туртехнике, агитпоходов, вечеров, концертов. Пообщаться с корифеями спорта, пройти в одной группе с ними пусть и небольшой маршрут – это привлекало лучшую заводскую молодёжь. Идеологический пул «Полёта» уже не мог с пренебрежением отмахиваться от мероприятий, объединяющих сотни участников. В те времена «вывести» на какой-нибудь марш или зачетную дистанцию даже 20 реально существующих работников (остальные, как водится, приписывались в отчётах), считалось хорошим результатом. А туристские слёты или многодневные агитпоходы привлекали сотни участников. Без какого бы то ни было подпихивания со стороны партийно-профсоюзно-комсомольских структур.
Не все в заводском клубе туристов-альпинистов до конца проникались идеологической необходимостью организации разного рода «массовок».(тогда это называлось «зарисоваться перед начальствои»). Но все были согласны, что пирамида, на вершине которой - самые сложные, престижные и интересные походы – должна иметь устойчивое, то есть многолюдное основание. Чем больше новичков приходит в туризм, тем выше вероятность появления групп для походов III, IY и Y категорий сложности. Хочешь расти – смену расти!
И мы растили. Самые опытные туристы «Юности» проводили теоретические семинары и практические занятия с желторотиками, собирающимися в свои первые путешествия. Например, в разгар лета наши новичковые группы несколько лет подряд ходили горным маршрутом из Алма-Аты на Иссык-куль. Интереснейшее путешествие, но не без опасных участков. Для переправы через речку Юго-Западный Талгар требовались и смелость, и техника, и сноровка. В степном Омске трудно найти место для обучения такой действиям на подобной переправе. Но нашли, оттренировали. А потом руководительница похода не без гордости рассказывала, как горники «Юности» легко и технично преодолели эту коварную речку, оставив с открытыми ртами несколько групп из других городов, замявшихся перед сложной водной преградой.
Постепенно создаваемое широкое устойчивое основание спортивного туризма стало приносить и значительное число массовых разрядов. В глазах спортивных функционеров это был заметный шаг! От клуба на майские праздники заявлялись в походы три-четыре достаточно многочисленные группы; летом, кроме высококатегорийных путешествий, проводились туриады с ещё большим числом участников. Годовой урожай разрядников насчитывал до двух сотен человек. Подобная статистика уже вдохновлял и спортивных чиновников, и идеологов разных мастей. Более того: те, кто ещё недавно гнобил туристов, теперь старались приписывать себе наши успехи в спортивно-массовой и воспитательной работе! Да Бог с ними. Главное, что к туристам на заводе теперь стали относиться настолько доброжелательно, что нашли немного денег на отдельного инструктора клуба туристов-альпинистов (что прежде казалось несбыточным сном) и на финансирование выполнения КМС и мастеров спорта.
…Тут имеет смысл сказать о классификации разрядов, существовавшей в туризме в то время. Она была просто драконовской! Чтобы выполнить норматив МС, спортсмену требовалось 5, 6, а то и 7 сезонов!. Набор походов для женщин-«мастериц» отличался от мужского на одно-единственное путешествие. Не могу с казать, кто придумал такие рамки – похоже, человек, побывавшей в своей жизни в одной-единственной «единичке». Но даже в таких жёстких рамках мы уже могли выполнять и мастеров, и КМС, и не по одному в год. Потом, очнувшись, всесоюзное спортивное начальство сначала вовсе вывело туризм за рамки спорта, потом опять ввело, но уже снабдив его куда более лояльной классификационной сеткой. Наши прежние перворазрядники могли бы смело претендовать на КМС с видами на мастеров.
Еще один путь популяризации самодеятельного туризма на «Полёте» заключался в широком освещении деятельности «этих бродяг». Как известно, увлечённые люди быстро обрастают друзьями. Среди наших друзей было немало фотографов, художников, разного рода пишущей братии. А потому после очередной туриады, слёта или похода выходного дням нам не сложно было вывесить фотоотчет о них прямо на проходной. Или разместить репортаж в заводской, а то и в городской газетах. Всё многотысячное предприятие могло видеть, как ребята проводят свои выходные и отпуска. Такая агитация оказывалась очень действенной. Не погрешу, говоря, что цвет заводской молодёжи прошёл через наш турклуб. Не все шли в походы, но в иные годы число заводчан, приезжавших с командами на слёты, переваливало за тысячу человек! Бывало, ещё только снег сошел, а мне уже прохода на территории нет: люди теребят вопросами, когда собираться на летний слёт? Кроме того, был ещё и зимний, и осенний. А ещё говорят, что на наши вечера туристов билетов было не достать, в городе ими даже спекулировали…
Нарастающая популярность КТА «Юность» постепенно привела к тому, что наши мероприятия стали посещать начальники подразделений и даже высшее руководство завода – кто в качестве VIP-гостя, а кто и в числе участников. После таких «зарисовок» служебные записки относительно предоставления в нужное время отпусков или отгулов визировались куда быстрее. Нам выделяли дефицитные материалы для изготовления снаряжения, открывали заказы на производство кошек, крючьев, ледобуров и проч. Некогда «кустарный» вид спорта стал уважаемым и поддерживаемым…
Нужно признать, что далеко не на всех предприятиях Омска спортивная жизнь туристов складывалась так же интересно и благоприятно, как в «Юности». В большинстве случаев заводские секции оставались малочисленными, и только благодаря энтузиазму единиц отвоёвывали себе место среди других видов спорта. И если со временем у нас стало много легче подписывать отпуска и освобождения для походов, то у большинства собратьев по спорту контакты с начальством по-прежнему оставались камнем преткновения, нередко приводивших к срыву заветных планов.
…В конце концов, клуб набрал такую силу, что смог не только ежегодно проводить «четверки» и «пятерки» (да не по одной), но и выставлять команды на первенство Союза (СССР) и на первенство Добровольного спортивного общества «Зенит», куда входило наше предприятие. Был год, когда от КТА «Юность» на Союз вышли лыжники и водники, на ДСО «Зенит» - лыжники. Кто был хоть немного в курсе тогдашнего спорта высших достижений, отметит, что это являлось высоким результатом не только для завода или города, но даже и для страны. По спортивно-массовой и учебно-спортивной составляющим наш турклуб входил в десятку лучших в Союзе.
В то доперестроечное время молодые полётовцы жили удивительно наполненно. Это была редкой крепости дружба людей, объединённых и увлечённых общей замечательной идеей. Так, как общались мы, мало кому выпадает в жизни. С тех пор прошло немало лет, а люди, когда-то собравшиеся под флагом КТА «Юность», и по сей день дружат, поддерживают друг друга, остаются между собой на связи, живут на одной волне, ценят идеалы прошлого. И я счастлива, что тоже была частицей этого незабываемого процесса, память о котором так греет душу и сегодня.


Рецензии