Нелюдимый

Дома, которыми были застроены два квартала небольшого городка, обычно назывались бараками. Никто уже не помнил, откуда пошло такое название, тем более, что дома эти к баракам никак не относились. Быть может, это название прилипло к ним в более поздние времена, когда в соседних кварталах начали появляться сначала пятиэтажные «хрущевки», а затем и панельные девятиэтажки брежневской поры.
На самом деле эти двухэтажные блочные дома, были домами обычного, квартирного типа, причем даже не с коммуналками, за редким исключением. Да, дома эти, не видели капитального, да на самом деле, никакого ремонта, уже лет сорок, если не больше. По крайней мере, никто из старожилов этих домов, ничего о ремонте не помнил. Впрочем, о том, что таким домам тоже нужен ремонт, совершенно не вспоминали и городские власти. Вот потому, и местным жителям, и тем, кто жил в окрестных кварталах, эти дома как-то привычнее было называть бараками.
К слову сказать, и контингент, который, в большинстве своем населял эти бараки, никак не принадлежал даже к тем, кого можно было бы с натяжкой назвать провинциальным средним классом. Жители этих кварталов, в основном были рабочими с близлежащего механического завода, влачившего после всех перипетий, произошедших в стране, довольно жалкое существование. Другая часть жителей этих бараков были служащими и рабочими железной дороги, в том числе и вагоноремонтного депо. И по своему благосостоянию они ушли совсем недалеко от работников механического завода. Лишь в небольшом количестве среди населения этих кварталов попадались чуть более интеллигентные люди. Скажем учителя неполной средней школы, расположенной неподалеку или медицинские работники амбулатории, которая еще с советских времен сохранилась при железной дороге. Здесь же проживали, совсем уж в небольшом количестве, чуть более интеллигентные люди, которые волею судьбы, были вынуждены покинуть более благоприятные места. Но таковых были единицы.

Как и следовало ожидать, жизнь в этих кварталах протекала просто и весьма незатейливо. Какие-то, не слишком частые городские мероприятия сюда практически не добирались, и жители нередко развлекали себя сами. Не трудно догадаться, что при таком контингенте жителей и развлечения были весьма неприхотливыми. Более молодая часть жителей проводила время либо на недалекой речке, либо в единственном, расположенном поблизости кафе-баре, либо на футбольной площадке. Разумеется все это в сопровождении немалого количества табака, травки и алкоголя. Последний, правда, в молодежных компаниях, был представлен в основном пивом и более модным джин-тоником. По негласному местному правилу более крепкие спиртные напитки принадлежали, если можно так сказать – зрелой части жителей. И, как ни странно, это правило выполнялось вполне четко.

Дом, стоявший ближе других к железнодорожному депо, в общем-то, ничем не отличался от других. Разве что построен он был раньше всех и состояние его, можно сказать, было вообще аховым. Однако жителей его, в подавляющем большинстве своем представителей низшего класса, это мало волновало. Куда больше их волновали скандалы в семье, которые почти бесконечно возникали на почве пьянства, причем не обязательно мужской половины, но и вечного отсутствия денег.

Единственным исключением из всех жителей этого дома составлял один человек. Ему было лет около тридцати пяти, и он проживал здесь не так и долго, поскольку переехал в этот барак всего несколько лет назад. В отличие от большинства жителей дома, работал он хотя и на железной дороге, но в более престижном месте. Как говорили, был вроде инженера-наладчика по системам связи. В эти бараки, по словам всезнающих бабушек, он был вынужден переехать после смерти родителей, поскольку на квартиру нашлось слишком много других претендентов. А квартира в здешнем бараке осталась еще от деда с бабкой.
Молодого человека этого здесь не слишком любили. И причина была проста и обыденна – он слишком отличался от остальных обитателей дома, в котором жил. И одевался получше, и главное – всегда очень чисто. Никогда не устраивал ни с кем скандалы, и что настораживало больше всего – был непьющим и некурящим. Что с точки зрения многих здешних обитателей делало его этаким «человеком с Луны». Мало того, что он никогда не поддерживал никакие компании с возлияниями, и никого ничем не угощал, так у него и просить закурить было бесполезно.
Но еще больше многих раздражало то, что сей молодой человек очень мало общался со своими соседями. Разумеется то, что интересы этого человека могли лежать кране далеко от интересов других обитателей барака, это было совершенно неважно. С точки зрения многих местных жителей, молодой человек был просто обязан поддерживать досужие разговоры на те темы, которые были интересны остальным. Сам же молодой человек явно так не считал и, по большей части, от подобных предложений довольно вежливо, но твердо отказывался. Не снискал он какого-то внимания и у женской части жителей барака. Поначалу, правда, часть дам, особенно те, которые были одиноки, весьма активно пытались заинтересовать молодого человека. Но, к их немалому разочарованию, эти попытки не увенчались успехом. Разумеется, после это поползли устойчивые слухи о различных болезнях и нетрадиционной ориентации молодого человека.
Впрочем, сам молодой человек, насколько можно было понять, на такие вещи почти не обращал внимания.

***

Этот день, в общем-то, не был выходным днем, но по причине очередной задержки зарплаты на железной дороге, большая часть жителей барака, находились дома. И по случаю дня рождения одного из них, получила повод провести очередное застолье. Практически полное отсутствие денег этому никоим образом не мешало. Два местных завсегдатая застолья, как обычно имели хорошую заначку для такого случая и немедленно сию заначку выставили на стол. Стол, к слову сказать, был расположен во дворе, как раз между дорогой, ведущей к депо и крайним подъездом.
Конечно, внеочередное празднование вызвало довольно резкую отрицательную реакцию у женской половины жителей. Но, пошумев немного, часть женщин разошлась по домам, а другая часть посчитала возможным присоединиться к застолью. Когда одна часть заначки уже была почти опустошена, участники застолья увидели того самого, нелюдимого молодого человека, выходящего из дома. Разумеется, не обошлось без неодобрительных реплик.

- Вот, опять куда-то спешит, - проворчал седой слесарь Витя, с первого этажа, - куда спешит, итить его, так можно все жизнь на бегу провести.

- И не говори, - согласно кивнула головой тетя Клава из второго подъезда, - с моим-то, даже не здоровается, если тот сильно пьяный бывает.

- А он у тебя когда-то трезвый бывает? – Засмеялся круглолицый Алик, из угловой квартиры. – Да твой Толик всем нам сто очков в этом деле даст.

- Но, но, нашелся тут, нотации читать, - обиделась тетя Клава.

- И то верно, чего там сто очков давать, - воодушевился дядя Леша, сосед Алика, - куда лучше добавить еще по сто грамм.

- Это дело, - согласился Витя, открывая вторую бутылку.

- Эй, мать! Дуй к нам! – Закричал Алик, увидев женщину, которая вышла из подъезда вместе с молодой девушкой, везущей коляску.

- Щас, Аньку провожу! – Проорала в ответ женщина.

Никакую Аньку, вероятно приходившуюся ей дочерью, она провожать не стала. Бросив дочь с коляской прямо там, на дороге, она развернулась и двинулась к столу. Девушка крикнула ей что-то во след, но мать её уже не слушала.
Девушка покачала головой и повезла коляску по дорожке. Возле небольшой канавы, которая была разрыта еще с прошлого года, она задержалась, переходить тут было очень неудобно. И внезапно ей на помощь пришел тот молодой человек, нелюдимый. Он взял коляску на руки и просто перенес её через канаву. Девушка что-то сказала ему, видимо благодарила, но молодой человек лишь кивнул головой и свернул за угол дома.

- Ты смотри, какой вежливый выискался, - недовольно проговорила мать девушки, подходя к столу, - с Анькой только и здоровается, а с нами никогда.

- Ну, так, известное дело, Анька то молодая девица, - хитро подмигнул глазом дядя Леша, - а ты-то, Варвара, уже не та.

- Что ты несешь-то? – Воззрилась не него Варвара. – Ты на себя-то посмотри, пенёк старый, а Анька замужняя жена, чего-то он к ней подкатывает?!

- И когда вы последний раз Анькиного мужа видели? – Усмехнулся Алик, доставая бутылку пива и прикладываясь к ней. – Года два назад?!

- А это никого не касается, - отрезала Варвара, отнимая у Алика бутылку пива, - раз есть муж, значит замужняя.

Препирательства продолжались еще какое-то время, и закончились предложением Вити – добавить. Что вызвало у всех присутствующих положительных эмоций.

- Эта, - вытирая рот рукавом, проговорил Алик, - Варвара, а твой-то где?

- Дома дрыхнет, с вечера так нагрузился, что даже примус не успел починить вчера, паразит, - Варвара добавила пару непечатных слов.

В это время к столу подошла её дочь, Анна, уже без коляски и встала рядом с матерью. У молодой женщины было довольно миловидное, но очень уставшее лицо, видно было, что проживание с такими родителями, да еще при наличии маленького ребенка, давалось ей нелегко.

- Ну, что ты на меня так смотришь?! – Укоризненно произнесла Варвара, разглядывая дочь масляными глазками. – Что, мать не имеет права расслабиться? Сама-то, куда Женьку дела?

- Дома он уже, спать уложила, - терпеливо произнесла молодая женщина, - ты когда вернуться собираешься?

- А ты мной что – командовать собралась? – Обиженно проговорила Варвара.

И тут со сторону дома раздался громкий хлопок и звон разбитых стекол. Как не была заторможена реакция тех, кто сидел за столом, но тут они быстро повернулись на звук. И на несколько секунд все превратились в восковые фигуры. Из окна второго этажа вырывались языки пламени, причем из двух окон, что были рядом, уже ползли клубы дыма.

- Женька, - каким-то растерянным голосом произнесла Анна, делая шаг в сторону дома.

В этот момент раздался еще один хлопок, громче первого и теперь клубы дыма повалили уже из нескольких окон второго этажа. Внезапно все увидели, что из подъезда дома выскочил какой-то человек, который сразу бросился к ним.

- Это же Вовик мой, - то ли обрадовано, то ли с негодованием произнесла Варвара.

- Это, чё случилось то, - развел руками опухший Вовик, - я это, примус решил починить, а он возьми, да и взорвись совсем.

- А Женька, Женька же там! – Закричала Анна, бросаясь к дому, который пылал уже ярким пламенем. Но её успел схватить плечи чуть более трезвый, чем остальные, Алик.

И не мудрено, ведь все внутренние перекрытия его были сделаны из дерева, которое давно пересохло и поэтому занялось мгновенно.

- Ух, ты, а у меня там баллон газовый стоял, наверное, он и рванул вторым, - задумчиво проговорил дядя Леша.

- Женька же там! – Рвалась изо всех сил Анна к пылающему дому. – Спасите же его! Что же вы стоите?!

- Однако же, щас крыша провалиться,  - все так же задумчиво произнес дядя Леша.

И тут все увидели, что дверь подъезда распахнулась, и оттуда вырвались клубы дыма. Раздался сильный треск и откуда-то из под крыши полетели целые снопы искр.
Из горла Анны вырвался сдавленный крик.

- Итить, - опустошенно произнес Вовик и опустился на землю.

И тут из клубов дыма вышел какой-то человек, который нес что-то на руках.
Все, присутствовавшие на застолье пооткрывали рты.
Когда же человек подошел ближе, все увидели, что был тот самый молодой человек. Тот, которого все считали нелюдимым. Он был весь покрыт копотью, на лице его виднелась кровь, а одежда была местами порвана, а кое-где и подгорела.
Он откинул полог небольшого закопченного одеяльца, которым был прикрыт сверток, что был у него на руках. И все увидели, что это ребенок.
Анна бросилась к молодому человеку и схватила ребенка, и тот, до сих пор лежавший на руках молодого человека спокойно, немедленно заплакал.
Анна прижала ребенка к себе и тоже заплакала, уронив голову на плечо молодому человеку. Тот осторожно приобнял её одной рукой и посмотрел на всех присутствующих.
А они смотрели на него. Сказать им друг другу, по-прежнему было нечего.


Рецензии
Вот она жизнь без прикрас....Спасибо.

Аля

Аля Хатько   18.05.2019 19:07     Заявить о нарушении
Благодарю за отзыв!
В некоторой степени - история списана с натуры...

Сергей Макаров Юс   18.05.2019 19:44   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.