Учения

Ранним июньским утром двое глухонемых друзей, учеников начальных классов специнтерната, подхватив с вечера приготовленные снасти и котомки с хлебом, луком и квасом, отправились на рыбалку. Быстро накопали червей на берегу и уселись неподалеку от брода, который в этот год из-за дождей было так просто не пройти.

Небо уже просветлело, но солнце не спешило показываться из-за дремотных облаков. Поплавки едва покачивались в тихой заводи, лёгкий ветерок потихоньку разгонял предрассветный туман. Река Щара ласково колыхала прибрежные камыши. Пацаны начали клевать носами.

Если бы они могли слышать, то были бы, скорее всего, разбужены непонятным звуком, от которого наверняка бы вздрогнули. Шум повторился: он отдалённо напоминал коровье ботало, но вдруг будто раздвоился, а через несколько мгновений превратился в настоящее подобие оркестра – не то бубенчиков, не то крошечных кандалов, надетых на гномьи ножки.

И все же ребят что-то разбудило. Они вглядывались во все глаза в противоположный берег. Тем временем странные звуки, неслышные двум маленьким рыболовам, становились все отчётливее, и вскоре ребята увидели неясные силуэты, выплывающие из туманной пелены по ту сторону брода.

Солдаты – молодцеватые, подтянутые, в безукоризненно подогнанной форме,  явно стараясь не шуметь, спускались к броду.  Большие ребристые футляры для противогазов и саперные лопатки в их снаряжении и были источниками непонятного бряканья. Пацаны позабыли про свои поплавки и замерли разинув рты, даже не заметив, что концы их удочек погрузились в воду. Для них это было бесплатное немое кино.

Первый из подошедших солдат опустил на траву винтовку, освободился от амуниции, быстро скинул верхнюю одежду и с бухтой пеньковой веревки и лопаткой в руке в несколько взмахов преодолел неширокую Щару. Подмигнув обомлевшим мальчишкам, он быстро вбил лопатку в землю как колышек и, примотав к ней один конец верёвки, другой перекинул через реку обратно. Его товарищи на той стороне закрепили переправу, и дело пошло.

Солдаты снимали сапоги, раздевались и, держа винтовку с обмундированием и снаряжением над головой и охватив образовавшимся из рук кольцом натянутую над рекой верёвку, по очереди преодолевали довольно сильное течение.

На другом берегу они споро и привычно одевались, поправляли снаряжение и оружие и выстраивались в походную колонну.

Пацаны как зачарованные провожали их взглядами, не решаясь утолить нестерпимое желание потрогать винтовку, штык-нож или ручной пулемёт, которые солдаты проносили мимо них на расстоянии вытянутой руки.

Светало. Последний из актёров их немого кинофильма устранил следы переправы, натянул сапоги и неожиданно достал из кармана складной нож, которым только что перерезал верёвку.

– Erst wagen, dann wagen*, – с улыбкой сказал он и протянул нож старшему из пацанов. – Du bist einem Jungen sehr ahnlich.**

Колонна уходила прочь навстречу первым лучам рассвета. Мальчишки долго смотрели ей вслед. Старший крепко сжимал в руке подаренный нож. "Жаль, что учения заканчиваются так быстро…" – подумал он и вздохнул.


*Сперва обдумать, потом отважиться / Семь раз отмерь, один отрежь (нем.)
**Ты очень похож на одного мальчика (нем.)


Рецензии