Ленинградский фронт

         

    
В один из дней, когда был сильный мороз и шёл снег, мы походным маршем двинулись на ближайшую станцию, погрузились в эшелоны и отправились в направлении Ладожского озера.
Вскоре стало известно, что с 10 февраля 1943 года наша 196-я стрелковая дивизия зачислена в резерв Ленинградского фронта и направляется на помощь осаждённому в блокаде Ленинграду. Путь нам предстоял нелёгкий.
На одной из станций мы выгрузились из вагонов и пешим ходом пошли через деревню Кобона к Ладожскому озеру, а когда вышли на лёд, уже стемнело.

Командир батальона капитан Зыков, собрав всех командиров рот, объяснил, что за одну ночь нам предстоит пройти около 30-километров по льду озера и утром быть на противоположенном берегу, правее Шлиссельбурга.
Когда начался марш по чистому как стекло льду, для лошадей с нековаными копытами это было невероятное испытание, а для меня настоящий ад.
В одной телогрейке на 30 градусном морозе мне было жарко. Только пробегу по колонне своей роты, как одних саней уже не хватает. Со связным и командиром взвода возвращаемся обратно и видим, что лошади лежат на льду, а солдаты на санях вповалку. С пистолетом в руке и с матерной руганью поднимаю солдат, лошадей и вперёд бегом обгоняя всех остальных, присоединяемся к своей роте.
И так всю ночь, пока не добрались до берега.               
Однажды мы со связным немножко отклонились от курса и увидели железнодорожную ветку, проложенную прямо по льду озера Ладоги.               
    
Перед рассветом мы вышли на берег Ленинградского фронта, правее Шлиссельбурга. Благодаря нелётной погоде весь путь мы прошли относительно тихо, противник с воздуха нас не беспокоил. Был получен приказ подводы направить своим ходом, а всем остальным двигаться на ближайший полустанок. До Ленинграда оставалось 45 километров.

Мой заместитель лейтенант Монзиков родился в Ленинграде и хорошо знал дорогу, поэтому отправился в город с подводами и ездовыми, а рота с материальной частью и вооружением загрузилась в вагон пригородного состава, в котором не было верхних полок. Я сел за столик, уложил голову на руки, и сразу же уснул.
    
Утром, когда поезд прибыл к месту назначения, мы прошли несколько километров пешком и оказались у здания Политехнического института на Лесном проспекте, в котором разместился весь наш полк. Моей пулемётной роте выделили три комнаты, две из которых в классах, а одну на преподавательском этаже. Лошадей мы разместили в конюшнях на окраине города. И потекла наша блокадная жизнь в городе на Неве.               
    
Однажды мой заместитель лейтенант Монзиков попросил отпустить его в город, чтобы навестить старенькую матушку и невесту. Зная, что командир батальона эту идею не одобрит, я на свой страх и риск взял на себя ответственность и отпустил лейтенанта домой. Прошло несколько дней, а лейтенант не возвращался. Когда командир батальона спросил: «Где твой заместитель?», - пришлось соврать, что он на конюшне. На моё счастье к исходу четвёртого дня лейтенант вернулся и рассказал, что его матушка находилась в плачевном состоянии, пришлось добывать топливо и продукты. Так в блокадной жизни над моей головой пронеслись тучи.      
 
Если понравилась глава, можно прочитать всё произведение по адресу: "Воспоминания о войне" Лысенко Михаил Яковлевич http://www.proza.ru/2018/05/31/1649               

Фотография взята из интернета...          


Рецензии