Когда уходили близкие. Условно нет худа без добра

    Начну, пожалуй, издалека.

    Вижу во сне: широкая общая лежанка. Никого нет. Я заправляю свою «постель». Возвращаются мои сёстры. А ты разве не была на занятии? Нет, расстроенно отвечаю – я проспала! Вы уж в следующий раз, на всякий случай, меня будите!

    Действительно, это был мой первый выходной. В такие дни я часто дрыхну всё утро, что называется, без задних ног. Отсыпной после смены. Ага! Подумала. Значит, несмотря на то, что обучение моё уже закончено, что-то вроде курсов по повышению квалификации я всё-таки посещаю! (Во сне, разумеется). Вскоре ситуация подтвердилась.

    Я в классе. У нас были домашние задания. Но вот беда! Я забыла! И всё пытаюсь вспомнить, какое там было слово?! А поскольку кроме нас никого нет, то мы уже собрались просто уйти. Но тут случилось какое-то оживление. И я уже не в классе, а на работе, в магазине.  Что-то неправильное с движущейся лентой: товара много, а она ускорилась, не останавливается. Кое-как нам удаётся справиться с ситуацией. И вот мы опять в классе. На этот раз с преподавательницей. О! Я вижу тетрадку, где записаны наши домашние задания. Листаем. Напротив моей и ещё нескольких фамилий написано: подобрать высказывания лингвистов на эту тему! (Ага, кодовое слово ЛИНГВИСТИКА). И тут меня понесло! Всю мою пылкую тираду можно свести к мысли, что  от нас уже начинают требовать сверхвозможное. Преподавательница улыбается и говорит: я могу посоветовать лишь одно – объединяйтесь в своих требованиях… Пробуждение. Иду на работу.

    Лингвистика! Это, скажу вам, особый настрой. Не тогда, когда все соки уже практически выжаты, а полноценного отдыха не предвидится.  На работе не хватает народа. Оптимизация. Думаю, вслед за днём без уборщицы и летом без дворника последует ещё и год без продавцов! Я давно согласилась с поговоркой «свято место пусто не бывает!» Но либо просто не берут, либо действительно уже никто не идёт, хотя рекламные листочки везде разложены. Да ещё призыв «не расхолаживаться!» только подлил масла в огонь. Мы, что ли, виноваты, что людей не хватает? Хотя я и убеждаю свою напарницу, что нет ничего постоянного, ситуация ещё изменится, а расклады бывали и похуже. Но после закономерного, ранее отложенного, кидалова с отпусками разве что на больничный всем уйти, добавляю смеясь.

    А зря я смеялась! Потому что на следующей смене в первый день меня поставили за табакошоп, буквально «заваленный» стиральными порошками. Во, засада! – опешила я, начиная чихать.  Правда, чуть позже, внемля моим заявлениям, что «ещё жить хочу», порошки потихонечку «рассосались». На второй день, в субботу, после обеда, неожиданно стала побаливать спина. К вечеру она уже чувствительно болела. Так что домой, вопреки обыкновению, в двенадцатом часу ночи я шла совершенно не спеша.

    Спала хорошо.  И сон мне снился, но теперь я вспоминаю только основное.  Основное заключается в том, что я, разговаривая, захожу в комнату и совершаю действие, которое расцениваю как выражение страха, хотя в самом сне такого чувства не испытываю. И вижу темный дым. А разговаривала я не сама с собой – за комнатой остался слабый силуэт какого-то паренька. Жаль, не помню, что говорила.

    Пробуждение оказалось эффектным: хочу встать, а не получается. Прощупала – крестец сильно болит. Кое-как села, согнуться не могу…  Минут десять пробовала одеть разными способами шорты, пока один из них не оказался удачным. (Позже у меня начали мёрзнуть ноги. Одеть носки, скажу вам, это ещё круче, чем натягивать шорты.)

    Позвонила дочь. Дала мудрый совет. Поскуливая сквозь зубы и мысленно поглаживая Белого Кролика, пробую опуститься. Лежу на спине на ковре. Ноги в коленях согнуты к груди. Начинаю осторожно покачиваться из стороны в сторону. Амплитуда с каждым разом легко увеличивается. Только заканчивать упражнение нужно в другую сторону от той, с которой движение начиналось. Этого мне дочь не сказала, но я уже раньше усвоила (сама же ещё в детстве дочь знакомила с йогой).

    Порадовали рептильки. Вопреки обыкновению, они решили в этот день вообще не показываться. Хорошо. Потому что однажды, когда мне было тоже очень плохо (почему-то с этим моментом совпала тогда смерть совершенно чужого для меня человека), и лежала я, скрючившись в постели, занесла мама ко мне на минутку нашу хомячиху, а после, почти сразу я нащупала у неё под шкуркой шарик размером с орех фундука.  Несколько месяцев он оставался таким же, а затем опухоль буквально съела нашу Злату… Нет! Я не хочу навредить моим черепашкам. Но слыша упорное закапывание в спальнике, не выдержала и, «раскачав» боль до минимального уровня, просунула руку в свёрнутый спальник, слегка пощекотав сразу притихшую широкую задницу с поджатым хвостом. Нет, я не хочу навредить черепашкам! Покормлю их завтра. Им полезно. Хотя и совершенно не по-человечески.

    Сегодня воскресение. Поэтому пью «диклофенак» и отлёживаюсь, изредка предпринимая попытки подвигаться по квартире. Какие-то они совсем не удачные. Но это хорошо, что меня «пригвоздили». Потому что когда позвонили из Деревни, я была дома, рядом с родителями. Оказалось, сегодня умер муж маминой сестры, крёстный моего брата, и в четыре часа дня его будут хоронить. (Деревня далеко от нас, в другой области. И родные в курсе, что мои родители уже никуда не смогут поехать, а я не оставлю их). Последние несколько лет мой дядя не мог ходить: сахарный диабет полностью отнял у него ноги… Теперь я могу сказать, чего так боюсь: я категорически отказываюсь думать о том времени, когда старшее поколение покинет нас. Да, мне уже сказали, что они быстро уйдут. Но я не хочу этого. Хорошо, что я сейчас со своими родителями. Плохо, что мы сейчас далеко от родных.

    Опять легла. Взяла книгу (лежит у меня уже год или все два, пора бы в неё заглянуть). Книга о Святославе. «Княгиня и рабыня» называется. Начинается с похорон… Около пяти сели, немного перекусили. Хотя сидеть не могу: спина колом встаёт. После шести решила выйти на улицу. Удачно доплелась до ближайшей аптеки. Решила попробовать дальше. Зря решила. Вечер, конечно, был хорош, но обратно идти уже стало «не айс». И главное, если сяду – только хуже станет. А я уже стала задумываться, как быть со следующей сменой? Не похоже, что успею оклематься.

    Из этой ночи мало что запомнила. Взяла из сложенных вещей что-то сиренево-фиолетовое, да ещё небольшого резинового тёмно-красного коня с развевающейся гривой. Мимо стремительно проходила какая-то женщина. Я предложила и ей такого же игрушечного чёрного лося. Она притормозила, улыбнулась и взяла. Интересно, кто эта Стремительная Женщина?

    Утром чуда не случилось и, выпив кофе, звоню в регистратуру. Спрашиваю, можно ли вызвать врача на дом или нужно самой обращаться с острой болью? (В поликлинике ремонт, и участковые врачи принимают ещё дальше, в бывшем детсадике.  А я сильно подозреваю, что не смогу…) Сказали, что можно.  Через время зазвонил телефон. Наша участковая. Поинтересовалась, что болит? Давно ли была на больничном?  (В 15-м году с отёком Квинке). Работать сможешь? (Не очень представляю, как). Что принимаю? (Диклофенак ей не понравился. Так, говорит, я долго с тобой возиться буду! Нет-нет, я уже даже приседаю, только сидеть пока ещё не могу! Лучше выпей, говорит, Нимесил, остальное после осмотра обговорим). И стала я её ждать. Заодно позвонила на работу, чтобы успели сориентироваться и вывести завтра другого кассира на час позже, чтобы магазин закрывала. И книгу заодно успела прочесть. И почему сказали, что княгиня Ольга скупая была? Думаю, что всего лишь прижимистая… И предполагаю, что немного не так, как в романе описано, всё было. Но автор сумел добиться главного: смягчил-таки моё сердце к героям повествования.  Поэтому отправится книга на свою постоянную полку. Мне вот тоже как-то во сне какую-то девочку припоминали. Не знаю про неё ничего и за что? Только вины своей не отрицала. А вина та, чи, и поболе была…

    Ближе к вечеру пришла наш участковый врач. Да, стремительная женщина. Громкая. Главное, что оптимистичная. (Соседка наша в одном классе с ней училась. Говорит, ещё и круглой отличницей всегда была). Общупала. Простукала почки. Сказала, что без осложнений. Спросила, температура есть? Нету! – ляпнула не задумываясь. Да она её и не меряла! – сдала меня мама. Нужно мерить! – не отрываясь от листочка с назначениями «бросает» участковая (зав. отделением вообще-то). Потом заодно у папы прощупала печень. (Раскормила ты его! – сказала маме. – А помнишь, какой худенький после инсульта был?) Выписала и ему кое-какие мази. Жду тебя в пятницу! – сказала и скрылась из виду. Стремительная Женщина…

    А я пошла в аптеку выкупать лекарства. Отдала девятьсот с лишним рублей и подумала, что если бы могла сейчас сидеть на *опе ровно, то купила бы «плохой» диклофенак за 33 рубля и отправилась бы на работу!  А так, отправилась к Бывшему: он до инсульта уколы даже в вену умел колоть, а внутримышечно – тем более. Ничего. Умеет и сейчас…

    Пока ходила (довольно шустро) на укол, мама звонила в Деревню. Очень переживает моя тётя. Просят её, чтобы дала «упокоится» на кладбище. Опять я, как и когда-то на похоронах брата, повторяю. Не здесь его душа будет!  Совсем не здесь! Не нужно плакать. Светлая память…

    Вечером звонила дочь. Спросила строго: ты ведь понимаешь, что обезболят тебя сейчас, снимут воспаление, а потом оно повторится опять? Понимаю. Но что ты предлагаешь, заняться йогой? Там много упражнений, которые моя голова с моими сосудами не выдерживают. Она не сдаётся: нужно что-то подбирать! Потом посмотрим, ладно? – примирительно предлагаю я. Вот как дочери объяснить, что даже при наличии свободного времени я едва ли стану заниматься. Потому что моё кодовое слово «лингвистика», а не «кундалини».

    Этой ночью я что-то продрогла. Да! Нужно мерить температуру! – думаю я, залезая под верблюжье одеяло. Нет, так мне пожалуй жарко станет. И я высовываю из-под одеяла ноги для отвода тепла. Так и не поняв, холодно мне или жарко, опять засыпаю.

    Снится мне, что я оказалась на работе. Не сердятся на меня здесь и не обижаются.  Спасибо за то! Одна сотрудница даже говорит: ну иди ты, а потом уже я схожу!

    Затем моя Дочь (или это Девушка, Которая Поёт?) говорит мне, что этот человек ей очень нравится. Обдумываю информацию со смесью любопытства и лёгкого недоверия. Потому что сейчас передо мной пожилой, но моложавого вида мужчина в полосатом зелёном плате на голове (точно таком же, как у Сфинкса или египетских фараонов). Видит ли он? Или просто его взор сейчас обращён не ко мне! А вот голос медленный и действительно «старческий». И он говорит: Это мой внук! Правда, не помню, который по счёту и от кого… Но это мой внук! Покажите-ка мне его!

    И Дедушка склоняется над небольшой высокой каталкой, на которой лежит малыш, завёрнутый тоже во что-то зелёное.

    А я ухожу. Передо мной два эскалатора с серебристыми ступенями. На обоих люди спускаются вниз, хотя на «моём» ступени, вроде как движутся вверх? Ступаю и легко взбегаю наверх, не чувствуя движения назад. Наверху светлый обширный холл. Там тоже людно. Но среди всех выделяются несколько парней с черными коротко стриженными волосами. Один из них протягивает руку ко мне и, улыбаясь, придерживает меня за край одежды. Я не падала, и никто меня не толкал. Но сейчас я почему-то лежу на животе, полуобернувшись к тому парню. Поскольку на мне лишь лёгкая сорочка, я хоть и не шиплю на него, но сильно похоже на то. Не хватало ещё, чтобы я предстала перед этими охальниками совсем обнажённой!

    Пробуждение. Без комментариев. 21.08.2018 г.


Рецензии
Прочитал на одном дыхании. На писано нутром. Вопрос один. А к Вам это имеет отношение? Хотя знаю, хорошие писатели в основном пишут о себе. Вообщем поздравляю, очень хорошая вещь. Удивляюсь, что на неё нет рецензий. Не зачёт читателям. Дальнейших творческих успехов!

Игорь Тычинин   24.08.2018 23:32     Заявить о нарушении
Игорь! Я фантазирую, сколько себя помню. И врать научилась ещё в детстве. Потому что ложь - это оружие слабого. И вот однажды я оказалась перед выбором: солгать или сказать правду? Мне выгоднее было солгать. Я помню эти несколько мгновений душевной борьбы. А потом что-то произошло. На всю жизнь произошло. Может быть, именно тогда во мне проснулась какая-то сила? С тех пор я могу что-то умолчать, но говорить стараюсь всегда правду (в отношении свершившегося) или то, что может свершиться и стать правдой.

А в том конкретном случае врать было безполезно. Вот так нарвёшься невзначай на экстрасенса, а он всю твою жизнь перевернёт и вывернет :)

Спасибо Вам, отвлеклась. Но разве я писатель? Нет. Я фиксирую. Анализирую. Да. Эстетическая составляющая имеет значение: хлебушек предложить или чёрствую корку?..

Светлана Каплун   25.08.2018 00:54   Заявить о нарушении
Фантазируйте на здоровье. Тем более, что у Вас это прекрасно получается. Здоровья, хорошего настроения и новых фантазий!

Игорь Тычинин   25.08.2018 07:15   Заявить о нарушении