65. Когда страшное дело наполнит восторгом

"Песнь. Воскликните Богу, вся земля.
Пойте славу имени Его, воздайте славу, хвалу Ему."

«Радостно восклицай Богу, вся земля» – это прямой перевод с древнееврейского.  Воспеть с радостью за всё творение славу имени Его, воздать славу и хвалу Господу –
это должно быть стремлением, потому что этим человек ловит и настраивает канал ощущения величия Творца, – лучший и самый надёжный канал связи с Ним.

"Скажите Богу: как страшен Ты в делах Твоих! По множеству силы Твоей, покорятся Тебе враги Твои.
Вся земля да поклонится Тебе и поёт Тебе, да поёт имени Твоему!"

«Скажите Богу: как страшны дела Твои!» – уточняем смысл по непосредственному переводу с еврейского текста.
«Вся земля поклонится Тебе и петь будет Тебе, воспоёт имя Твоё, сэла!» – а эта строка уже предсказывает – земля это сделает, и это подтверждается свыше: «сэла!». Евангелие будет возвещено, проповедано на всей земле, и Бог страшными делами заставит всю землю поклониться Богу и воспеть Ему.

Именно земля воспоёт имя Его, не люди и народы, а основа всего творения – земля. Люди и народы своей хвалой добавят вклад лишь к Его провозглашённой славе, посредством которой Бог явил себя нам, но ничего не могут прибавить к духовной славе Творца.
Почему страшны дела Его? Об этом дальше:

"Придите и воззрите на дела Бога, страшного в делах над сынами человеческими."

Или в переводе Теилим: «Идите и созерцайте деяния Бога, страшно дело Его для сынов человеческих», – то есть для  сынов человеческих, то есть для эгоизма и гордыни ныне живущих на земле!

Давид призывает прийти и воззреть на дела Бога, ибо дела Его славят Его независимо от того, славим ли Его мы. Мы познаём Творца только по тем действиям, которые Он совершает над нами. Но почти никогда не относим то, что происходит с нами, к Нему!

А ведь это Он пробудил во мне все мои желания, Он устроил так, чтобы я почувствовал его воздействие именно таким образом! Я только чувствую следствия от его действий. И только то, что я раскрываю, я ощущаю как «работу» Всевышнего. И Его я называю именем, которое даёт мне сумма желаний с ощущаемым в них высшим светом.
Имя Творца - это я, ощущающий в себе Его свойство отдачи, проявляющееся во мне – то есть моё суммарное, точнее – интегральное впечатление.

«Приди (бо) и увидь (рэ)» – это Бог относительно человека, одно из Его имён для человека. Я чувствую и раскрываю Его согласно своему пониманию, восприятию, способности Его представить в Им же созданном желании. Я не могу знать Его самого, а только то, что я улавливаю и приписываю Ему.

Когда я начинаю ощущать величие Его, Он устанавливает  со мной особую связь, и тогда внутри своих свойств я улавливаю нечто, что представляю Творцом. Но этот образ существует только относительно меня. Поэтому и говорит Давид: «Идите и созерцайте деяния Бога» – то есть измени себя до такого состояния, чтобы суметь увидеть.

И что ты увидишь? Свои собственные исправленные свойства, которые стали подобны Ему. Конечно, если таковые есть, то увидишь. И это уже будет погружение в духовные ощущения.

При таком изменении внутреннего настроя дела Бога становятся чудесны и при должном размышлении могут исполнить нас вполне уместным изумлением. «Страшное дело» Бога станет означать «изумительное дело»:

"Он превратил море в сушу; через реку перешли стопами, там веселились мы о Нём.
Могуществом Своим владычествует Он вечно; очи Его зрят на народы, да не возносятся мятежники."

«…веселились мы о Нём» в прямом переводе – «радовались мы Ему».
А то, что далее: «Властвует Он в могуществе Своём вечно, глаза Его смотрят на народы; мятежники, да не возвысятся они! Сэла!» – позволяет нам понять, что эти слова подтверждены высшим, духовным ощущением.

О том, что Бог Своим могуществом может остановить и реку, и море, давая пройти чрез них идущим к Нему, говорят два образа из Писаний. Когда Израиль («идущие прямо к Творцу») вышел из Египта, из рабства фараона, Всевышний перед ними «превратил море в сушу». А когда им предстояло войти в Ханаан, Он разделил воды Иордана.

Выход из Египта – это бегство из рабства эгоистического намерения получения только для себя, и устремление к исправлению, к заботе о благе ближнего с отрывом от себя.

Море – преграда между эгоизмом и свободой от него, прохождение которой ещё не исправление на любовь и отдачу, но уже выход из эгоизма. На это оказались не способны эгоистические желания, которые называются «воины фараона», утонувшие в море.

Вода, обладающая с одной стороны мощью стихии, а с другой – мягкой силой милосердия, разделяет Египет (эгоистический мир) и Божий мир. И надо пройти, то есть пробить ту часть воды, которая защищает Египет, не даёт выйти из него.

Только тот, кто действительно идёт к отключению от самости, кто желает оторвать фараона от себя и сбежать, вырваться из Египта, – только для него море расступается.

Но что значит «действительно идёт»? Ведь когда Моисей простёр свой жезл и повелел морю: «Во имя Творца, расступись!» – море не подчинилось. Но сыны Израиля продолжили продвигаться навстречу волнам, вода уже доходила им до горла. И только тогда произошло явление Творца (Шхина), и море расступилось.
Почему море не поддалось повелению Моисея? Потому что выход из эгоизма может осуществиться только с помощью высшего света – свойства, которое называется «Творец». Море – это та мощная сила природы, которую нельзя перейти с эгоистическими мыслями и намерениями. Море рассекается только силой веры, когда готов идти выше своего знания, выше своего ощущения к отдаче, к всеобъемлющей силе любви, – к закону, который действует во всей духовной системе в противовес моей нынешней личной эгоистической системе.

Сила отдачи и любви и называется силой веры. Но эта потенциальная сила становится  собственно силой благодаря воздействию высшей силы. Под действием света Творца море расходится на две половины – это значит, что сила отдачи проходит между ними.

Речь здесь идёт о внутренних силах человека. Это не какие-то люди на берегу моря, – это у тебя внутри вдруг рождается ощущение, что ты должен и сможешь выйти из-под власти фараона, ты просишь силу Творца, и тогда эта сила разводит воды, открывая путь.

У Израиля первым этапом пути была пустыня. В пустыне родилось новое поколение, которое должно было войти в обетованную землю. Но оно смотрело на эту землю глазами из пустыни! И не видело того, что даёт Творец, а Он даёт силы, чтобы стать бОльшим. А чтобы это увидеть, нужно понять, что без Него не сможешь  н и ч е г о.

Переход через Иордан, похожий на переход через Красное море – это уже точка переворота. Там море расступилось – и всё, а здесь переход более осознанный, более сложный.

К бегству из Египта подгоняет страх перед преследующим тебя фараоном, а тут ты сам должен возбудить в себе необходимость движения и преодоления. Там ты бежал от страха, а здесь ты входишь в него. Но всё так и должно быть, ведь это – духовный рост.

«…да не возносятся мятежники» – они, мятежники всегда появляются как преграда духовному росту. Мятеж – это разрыв возникающего духовного единства с намерением сбить с прямого пути, отбросить от возвышения и любви. Его организатор и вдохновитель – всё тот же эгоизм.

На первой духовной ступени человек уже ощущает потребность соединиться вместе, поскольку раскрывается общая система связи всех душ – связывающая нас всех сеть сил взаимной отдачи и любви, в которой находятся наши души. И эта сеть наполнена высшей общей силой – Творцом.
Но как только мы наталкиваемся на что-то отрицательное - мы обвиняем Бога. Так действует эгоизм, и в этом случае Творец скроется в мере нашего отрицания Его как дающего абсолютное добро.
А движение к высшей силе может быть только за счет получения свойств высшей силы от неё же самой. Поэтому движение происходит за счёт того, чтобы все время притягивать к себе высшую силу, или себя подтягивать к ней.

Для этого надо быть с ней в постоянной взаимосвязи, нуждаться в ней, тянуться к ней или тянуть ее к себе. Но поскольку эгоизм всё время мешает, мы всегда забываем об этом.

"Благословите, народы, Бога нашего и провозгласите хвалу Ему."

«Благословите, народы, Бога нашего и дайте услышать голос славы Его!» – чувствуете отличие?
«Народы» – это различные сложные состояния, вызванные эгоистическим устремлением душ, которые не дают услышать голос славы Творца. Но если они благословляют Бога – изменяется устремление с себя на Него, и не слышавшие – слышат.
И есть повод благословлять Бога:

"Он сохранил душе нашей жизнь и ноге нашей не дал поколебаться."

«Он даёт жизнь душе нашей» (дословный перевод) – то есть поддерживает её в нас, а истинная жизнь души – это не существование, это блаженство под действием духа.
«Ноге нашей не дал поколебаться» – давал направление пути и утверждал Своим словом.

"Ты испытал нас, Боже, переплавил нас, как переплавляют серебро.
Ты ввёл нас в сеть, положил оковы на чресла наши,
посадил человека на главу нашу. Мы вошли в огонь и в воду, и Ты вывел нас на свободу."

А вот прямой перевод: «Ибо Ты испытал нас, Боже, очистил нас, как очищают серебро, Ты привёл нас в ловушку, навёл бедствие на чресла наши, Ты посадил человека на голову нашу, прошли мы сквозь огонь и воду, и Ты вывел нас к изобилию».

Здесь, ни много, ни мало, а вкратце замысел и план Бога по нашему исправлению и спасению.

В нём предусмотрены ловушка и бедствия, огонь и вода, потому что самость не даёт нам извлечь пользу из благополучия, и учимся мы только на испытаниях и страданиях. И только тогда, когда за этими страданиями сможем рассмотреть благодать и любовь Бога, увидим пользу для себя, точнее – для души, то это видение души, отвергающее самость и гордыню, обозначит окончание испытаний – изобилие с наполнением души высшим блаженством.
 
Ловушка – это и в духовном смысле ловушка, которую выстраивает эгоизм и сам потом в неё попадает, показывая всё им произведённое исподнее зло.

Страдания не только испытывают. Через них вложенные в нас благодати становятся более очевидными, а мы – ощущающими Творца и оправдывающими Его действия, – праведными. «Будешь ли переходить через воды, пойдешь ли через огонь, – Я с тобою» (Ис. 43:1).

«…навёл бедствие на чресла наши, Ты посадил человека на голову нашу» – и в этой строке вполне просматривается духовный смысл.
Чресла (тело) и голова составляют духовную сущность (парцуф), в которой та часть, которая хочет уподобиться высшему, те мысли, стремления, намерения, планы, которые приведут к подобию, – называется головой. А желания, приводимые в действие этим намерением, называются телом.

В физическом мире подобное отражение духовных процессов: сначала принимает решение голова, а потом уже действие выполняется в теле. А если на теле оковы бедствия, оно не выполняет команды головы.
«Посадил человека на голову» – поставил в зависимость внутреннего человека (духовную сущность) от внешнего человека.

В результате все испытания становятся для праведных неизречённым преимуществом, – благодаря им таковые становятся сопричастниками Божьего плана спасения и идут к святости – подобию собственных свойств свойствам Творца. Это становится началом нового, исправленного состояния: «Ты вывел нас к изобилию, орошенное водой место, подобное садам Господним и поэтому плодоносное» (один из вариантов перевода  последней строки).

"Войду в дом Твой со всесожжениями, воздам Тебе обеты мои,
которые произнесли уста мои и изрек язык мой в скорби моей.
Всесожжения тучные вознесу Тебе с воскурением тука овнов, принесу в жертву волов и козлов."

В «еврейском переводе» добавляется «Сэла!» как подтверждение истинности этих слов. 

Далеко не каждый израильтянин мог себе позволить вознести всесожжения. Овны, волы и козлы должны быть наилучшего качества, они воздавали почесть Богу, и в них приносящий жертву не имел своей части. Они сопровождались воскурением тука овнов, без чего жертвы не будут приняты – таким образом они символизировали полную отдачу.

Жертвы всесожжения – это самые грубые эгоистические желания. Их берут и, сжигая, начинают поднимать с целью исправления. Приносить в жертву желания – изменять их с эгоистического уровня на альтруистический. Кроме того, это не только жертва, ведь на иврите слово «курбан» (жертва)  так же означает «приближение», то есть действие, приближающее к Творцу.

Образом всесожжения Давид также учит сознательному исполнению обетов, данных Богу. Желая обрести милость во время страданий, люди давали обеты и забывали о них, когда беда миновала. Лучше не давать обет, чем дать и не исполнить.

Нет смысла воображать все аллегории псалмов в материи нашего мира. Ведь всё должно подняться к мысли и смыслу, а они абсолютно не материальны.

"Придите, послушайте, все боящиеся Бога, и я возвещу вам, что сотворил Он для души моей."

Давид призывает собраться, чтобы послушать его свидетельство о Божьем благоволении к нему. Его слова содержат назидание и ободрение тем, кто жаждет.
Он свидетельствует не из тщеславия или желания «повысить рейтинг», а чтобы воздать должное Богу и показать духовные благословения, которые даются душе.

"Я воззвал к Нему устами моими и превознёс Его языком моим.
Если бы я видел беззаконие в сердце моём, то не услышал бы меня Господь.
Но Бог услышал, внял гласу моления моего."

Кроме меня, никто этого не узнает и не поймёт, и не оценит этих ощущений и переживаний.

Грех – препятствие для молитвы, он прерывает ожидание услышать ответ.
И снова слышим свидетельство Давида: Бог Его услышал и внял молитве.
Бог видит сердце, Ему не надо представлять доказательства своей невиновности или давать отчёт о выполненной работе.

Бог повелел нам молиться, ободрил нас молиться и затем, чтобы увенчать всё, дал сердце, желающее молиться. И чем больше мы взываем к Нему, тем больше Он соединяет наши устремления в одно общее – в одну душу.

К тому же здесь как будто слышим, что уже не Давид, а Спаситель призывает послушать Его свидетельство. «Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принёс молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти»; если бы в Его сердце было беззаконие, Господь не услышал бы Его. Но Он был безгрешен, поэтому «услышан был за Свое благоговение» (Евр. 5:7).

И псалмопевец заканчивает песнь словами:

"Благословен Бог, Который не отверг молитвы моей и не отвратил от меня милости Своей."

Милости, полученные в ответ на молитву, особым образом обязывают быть благодарными.
Не моя молитва добивается избавления для тела или души, не мои, только мной самим себе приписываемые заслуги, а милость Божия посылает благословение.

Бог не отвергает молитв и не отвращает Своей милости, ибо просто не в состоянии этого сделать – таковы Его свойства, которые нам трудно представить, не говоря о том, чтобы понять. А вот смогу ли я своими свойствами принять Его милость – это вопрос к себе самому.


Рецензии