От казаков днепровских до кубанских ч. 74

В итоге по согласованию с донским атаманом, черноморцы 14 октября 1792 г. разбили лагерь на Задонской стороне, где-то в районе современного г. Батайска. Четыре дня переселенцы отдыхали, приводили в порядок себя и тяжелый дорогой обоз, подкармливали лошадей. Переход был весьма изнурительным и силы отряда были на пределе. Ранняя осень, обычно теплая и погожая в этих краях, в тот год была на редкость ненастной. Дожди с пронизывающими холодными ветрами начались с первой недели похода. Каждая верста по раскисшим дорогам давалась с большим трудом. Только высокий авторитет, сила духа и воли Захария Чепеги делали управляемой обессиленную и отчаявшуюся массу черноморцев. Тяжелейший поход можно смело отнести к событиям героическим и, он продолжался. Позади уже остался Азов, уставшие казаки, измученные лошади шли по Копыльскому шляху в направлении на Ейское Укрепление. Пройдя мимо него и спустившись на дорогу, ведущую к Чёрному броду, отряд вытянулся узкой колонной по едва возвышавшейся над водой гати, извивающейся через плавни реки Ея. В XVIII в. переправа через Ею называлась Чёрным бродом, так как с давних времен татары угоняли в рабство людей и если до Еи у людей была надежда, что их отобьют донские казаки, то после переправы, за которой начинались земли кочевых народов, эти надежды исчезали. Отсюда и название – Чёрный брод, т. е. печальный, горестный. Перед деревянным мостом, длиною в 10 саженей кошевой атаман Чепега спешился, сняв папаху, перекрестился и ступил с лошадью в поводу на мост. Обнажив головы и крестясь, за ним последовало Войско. Таким образом, 23 октября 1792 г. колонна достигла своей войсковой территории и у Карантинного редута (ныне ст-ца Старощербиновская) расположилась лагерем. Здесь отряд встречал Ейский комендант секунд-майор Андрей Николаевич Война, которому подчинялся гарнизон Карантинного редута на противоположном берегу р. Ея, в её нижнем течении и гарнизоны на косах Ейской, Долгой, Камышеватской.

Появился указанный редут после 1783 г. и представлял собой укрепление размером 30 на 30 саженей с двумя бастионами, обращёнными на юг в степь. Четыре чугунные пушки надёжно прикрывали вход на Пашковский мост недалеко от центра современной Старощербиновской. Передохнув и переждав непогоду, спустя 23 дня отряд атамана Чепеги ушёл зимовать в земляной Ханский городок, на Ейскую косу, которая почти на полгода стала столицей ЧКВ. Ранняя в том году зима налетела снегопадами и сильными морозами. Черноморцам пришлось остановиться на азовском берегу и занимать полуразрушенные старые постройки укрепления, рыть землянки. Спустя полвека на месте первой «черноморской» зимовки возник г. Ейск. В честь этого события в дни празднования 200-летия переселения Войска на Кубань в морском порту Ейска установлен памятник. После спада весеннего половодья, 10 мая 1793 г. два конных полка Захария Чепеги (1011 чел.), по просохшим степным дорогам, двинулись на юг и 19 мая достигли р. Кубани, в районе строящейся Усть-Лабинской крепости. Обсудив с командиром Кавказского корпуса ген. И.В. Гудовичем некоторые аспекты колонизации «новопожалованных земель», атаман Чепега 23 мая 1793 г. отправил Кузьму Белого расставлять вниз по Кубани кордоны. В ордере, выданном войсковому полковнику, говорилось: «...для учреждения и содержания по Кубанской границе кордонной стражи с тысячной командою определены Вы... От Воронежского реданта начав, кордоны расставить вниз по Кубани до Казачьего ерика расстоянием один от другого в десяти верстах, с определением на каждый кордон по одному старшине и 50 чел. казаков. Самому же расположиться с оставшейся командой посреди цепи кордонов, дабы с обеих сторон от кордонных старшин поскорее рапорты доходить могли». Уже 6 июня К. Белый рапортовал об устройстве 10 кордонов. Сам он с командой в 170 чел. расположился в Главном Ореховатом кордоне (ныне начало ул. Ставропольской в г. Краснодаре).

Через несколько дней два последних кордона его части, Каракубанский и Казачьеерковский, были переданы в ведение поручика Захария Малого, установившего шесть постов вниз от Копыла. В рапорте от 24 июня 1793 г. он доложил о их расстановке и этот день считается днём рождения Черноморской линии (около 260 верст). Начальнику кордонной линии, войсковому есаулу (позже названа Черноморской) было «не велено пускать горцев на российскую сторону; перешедших же самовольно представлять кошевому Чепеге, а имеющих какое-либо дело на нашей стороне Кубани направлять в Бугаз и другие пункты, где были устроены меновые дворы». С весны 1794 г. по распоряжению войскового правительства некоторые кордоны были передвинуты ближе к Кубани. Их число возросло до 20. Некоторым кордонам сменили названия по именам царствующей фамилии - Павловский, Константиновский, Александровский, и т.д. В 1797 г. их число увеличилось ещё на пять и линию разделили на три части. По указанию премьер-майора М. Гулика к каждому кордону были прикреплены определённые курени, составлено новое расписание отводных и секретных пикетов, ночных и дневных разъездов (глубокая разведка). Порядок несения пограничной службы постоянно совершенствовался и окончательно сложился в 20-е гг. XIX в. Тактика черноморцев заключалась в основном в выслеживании противника, предупреждении набегов. К середине века система постов и укреплений выдвигается к предгорьям Кавказского хребта. С окончанием Кавказской войны начинается постепенное сокращение кордонных линий в Кубанской области, но это не означало отмены постов. Изменился и характер службы - она приобрела военно-полицейский характер. 15 августа 1793 г. в Войсковое правительство собрались: кошевой атаман, полковники, бунчуковое товарищество, полковые старшины и атаманы и решили в Карасунском куту напротив дубравы Круглик воздвигнуть главный город Екатеринодар, где находилось бы правительство и 40 куреней (46).

10 октября 1793 г. полковой хорунжий армии прапорщик Леонтий Зима получил распоряжение поднять обоз и выйти к урочищу Карасунский кут, где уже вовсю шли работы по строительству войскового града. Между 25 января и 20 февраля 1793 г. на Тамань прибыло ещё 100 чел. вместе с казначеем гребной флотилии. Численность казаков на Тамани достигла 3947 чел. После ухода З.А. Чепеги из Слободзеи, войсковой судья Головатый занялся подготовкой переселения оставшихся казаков и членов их семей. 1 января 1793 г. Антон Андреевич предписал полковнику Л. Тиховскому оповестить всех казаков о готовности к походу. Головатый заблаговременно предупредил должностных лиц о сроках и маршруте движения. Оставшаяся часть войска должна была следовать в 20 колоннах через Буг на Сокольский перевоз, а затем на Берислав. Общее количество людей в колоннах полковник Головатый определил примерно в 5 тыс. чел. 26 апреля 1793 г. его отряд выступил в поход. В авангарде, для отыскания водопоев и подножных кормов, шёл старшина Танский. Войсковой судья прошёл по маршруту георгиевского кавалера Захария Чепеги до Берислава, где разделил свой отряд. Три колонны казачьей пехоты и лёгкий обоз составили отряд войскового полковника И. Юзбаши, который направился через Таврическую область, на Керчь и Тамань. Остальные колонны из конных и семейных казаков вместе с тяжёлым обозом составили отряд полковника Тиховского, который последовал и дальше путём кошевого Чепеги, через земли Екатеринославской, Херсонской, Таврической губерний и Войска Донского. Сам Антон Андреевич двинулся через Крым на Тамань с небольшой лёгкой командой, ускоренным маршем и, оказался там намного раньше полковника Юзбаши - в конце мая - начале июня 1793 г. Уже 12 июня 1793 г. атаман З. Чепега поздравлял А. Головатого с прибытием на Тамань. Колонны И. Юзбаши прибыли на Тамань только 4 августа.

Кстати, Юзбаши стал первым градоначальником Тамани. Через шесть дней, 10 августа, первая колонна из отряда полковника Тиховского достигла р. Еи – северной границы войсковой земли. По его маршруту затем двинулись около ста казаков, не успевших присоединиться к судье А. Головатому. 11 сентября войсковой полковник Алексей Шульга привёл их на Кубань. 6 июня 1793 г. в поход выступил ещё один небольшой организованный отряд переселенцев под командой полкового хорунжего Орлова, составленный из старшин и казаков, проживавших в различных местах Таврической области. Войсковой есаул Сутыка, находившийся в Березанском Коше с «войсковыми тяжелостями», доставил их на обывательских подводах в Керчь, а оттуда на войсковых лодках в Тамань. 1793 год прошёл для черноморцев в трудах и хлопотах по переселению их из-за Буга. С начала прибытия на высочайше пожалованную им землю их расположили таборами при постах на Кубанской границе. Отметим, что население Черномории в первые годы было весьма немногочисленное, но уже в 1795 г. насчитывалось около 25 тыс. душ обоего пола, из них 17 тыс. мужчин. Когда наступила весна 1794 г. кошевой атаман распорядился собрать в Екатеринодар всех куренных атаманов и предложил тянуть жребий, какому куреню, где занимать под поселение место на войсковой земле. Размещение куренных селений явилось итогом предварительного объезда и знакомства с краем нескольких старшин во главе с 3.А. Чепегой. Но выбор во многих случаях оказался неудачным. Началась долгая неурядица передвижений населения с места на место. Большая часть куреней оказалась потом за десятки, а то и сотни верст от мест первоначального расселения. А пока в прикубанских слободах шла раздача мест под поселение жителей, разделение казаков на курени и формирование из них новых двух куреней Березанского – в память взятия черноморцами о. Березань и Екатериновского – в честь императрицы Екатерины Великой, кошевой атаман бригадир Чепега по высочайшему повелению 22 апреля 1794 г. был назначен в Польский поход.

Потребованными в действующую армию в царстве Польском были два конных полка черноморцев. Впервые для казаков устанавливался особым «Положением» штат полка: 1 войсковой старшина или полковник, по 5 есаулов, сотников, хорунжих, 1 квартирмейстер, 1 полковой писарь и 483 казака (всего 501 чел.). Жалованье комполка назначалось 300 руб. в год, казакам – по 12, а всем остальным – по 50 руб. (47). Десятого мая З.А. Чепега на заседании войскового правительства, доложил, что счёл «самонужнейшим сделать наряд с достаточнейших старшин и казаков, с таковых кои не у должностей; с одиноких по одному, с семейных по 2 чел., как для комплектования сих полков, так и для перемены кордонной стражи (48). Примечательно, что «достаточнейшие» казаки имели возможность выставить вместо себя наёмника, что они как обычно, и делали в данном конкретном случае. Казакам предписывалось иметь при себе провиант на 5-6 дней. Затем продукты, порох и свинец должны были выдавать из казённых магазинов. Командование первым полком З. Чепега поручил армии премьер-майору Высочину, вторым – армии поручику Малому. В их обязанности на данном этапе входил приём от куренных атаманов людей «вполне исправных как лошадьми, так и амуницией». 14 июня 1794 г. два полка (с небольшим некомплектом – 973 чел.) выступили в поход и командовать ими временно стал Высочин, поскольку Чепега сначала отправился в Петербург. Накануне он поручил войсковому судье «главное командование», как значилось в приказе, войском Черноморским в свое отсутствие. Проводив кошевого до р. Еи, А. Головатый вернулся в Екатеринодар и, с присущей ему энергией принялся за устройство куренных селений, прокладку дорог по направлениям главных трактов, строительство через реки плотин и мостов и разрешение массы прочих дел. Одним из них стала медицина.

При расселении черноморцев на места куренных селений и водворении их там из-за нужды и лишений начали развиваться болезни, особенно среди малолетних детей и старых людей, истощённых скудной пищей и переутомлённых дальними передвижениями. Кроме того, неблагоприятно влияли ещё на здоровье людей вредные испарения, исходящие летом из болотистых рек со стоячими водами, при которых устраивались курени. Чтобы облегчить страдания новых поселенцев, Головатый попросил Таврического губернатора Жегулина прислать в Черноморию медика для оказания больным медицинской помощи. Штаб-лекарь Барвинский прибыл в Екатеринодар сначала как прикомандированный, а потом и штатного войскового медика ЧКВ. Необходимые медикаменты Антон Головатый приобрёл в Еникольской полевой аптеке. Барвинский оказался знающим и усердным врачом, оказывающим квалифицированную помощь черноморцам более всего страдавших лихорадкой. Кубанская земля в то время представляла собой необозримую безлюдную пустыню, простиравшуюся вдоль и поперёк на сотни вёрст... Присоединившись к действующей армии, черноморцы вместе с донскими казаками активно несли разведывательную и дозорную службу, «содержали почту для возки писем». Они в авангарде русских колонн. Из них назначались боковые патрули численностью от 50 до 200 казаков по обе стороны движения войск. В составе корпуса генерал-поручика Дерфельдена, а затем барона де Ласси черноморцы участвовали в целом ряде небольших сражений: при Брестовицах, Соколках, Поповке и др. В сражении при местечке Остроленке 18 октября 1794 г. особенно отличился казак Трофим Левицкий. Он отбил вражескую пушку и открыл из неё огонь по противнику. «Усердствуя палил с оной до 15 раз» - рапортовал полковой есаул Захарий Мазан кошевому атаману. В этом деле потери казаков составили 2 убитых и 2 раненых.

Продолжение следует в части  75                http://proza.ru/2019/07/06/1085      


Рецензии