посвящения Жителям земли

Сменяя друг друга, дни и ночи напролёт, пролетали годы на взлёт. Не успевали оглянуться, а детство уже позади, юность — за плечами, зрелость — на пороге. Словно верная подруга, полно сферы жизни округа, шли года за годами строго, не сбиваясь с шага, не пропуская ни одного удара. Век за веком уносило след, перед жизнью данный обет, нравственности устоев завет. Тот самый, что передавали от отца к сыну, от матери к дочери, от деда к внуку. Не на бумаге, в сердце.

Мы, дети родимой матушки земли, в ней суровые дни коротали, сладостно в жизни витали, в ней пищу и кров обретали. Не жаловались, не роптали, не требовали большего. Благодарили за то, что есть. О!.. Благодатная матушка земля! Что вскормила и взрастила нас у себя! Сполна наградила временем тем! Что было нужно и не нужно всем! Чтобы был кров в обителях, благодатно для нас в просторах земных. Мы творили чудеса из чудес! Под небосводом земных небес!

Но вот однажды, проклятием трижды! Словно в нас вселился бес, тайна мира без завес открылась, и мы увидели не то, что надо, или не захотели видеть то, что важно. И превратили мы кров свой в кромешный гроб иной; коль пошли гурьбой на ближнего, в страсти пылкой, разъярённой... Не на врага, на своего, на соседа, на брата. Деля обитель под покровом ночи, уничтожали всё живое и неживое в мочи. И творили суд над себе подобным, полумерами веры, страсти расторопным.

Совершая бал замером страстным, таинством берущим примером; страх превыше всего, нами обладая, душит чувство, прежде не зная. И себя нам ныне уже не угомонить, коли будем верить беспристрастно. Напролом идя, как монолит, что губит мысли и идеи страстно! Во тьму ведущим, по чужим идеалам; чуждым для нас вероисповеданием. Наобум ведущих нас за собой к Конибалу.

Либо к миру не воспрянем – в душах сердцем не взглянем!... И не найдем в нем – крик души отчаянный, в ужасе тонущих наших сознаний. Где в нем отразится другая душа, где есть обитель прежнего бытия, где страх не восторжествует! Что не затмевает разум житья. И где не гонит шквальный ветер, восвояси от себя в тот вечер. Где еще пуще дарит нам улов, пищу, делят с нами обитель и кров.

Коль велят делиться вровень, всем, что есть у нас, а не порознь; дабы всем оно дано, обитель мира для нас одна. Одна земля, одно небо, одним воздухом дышим, одно светило греет нас. Не разделенные, не противопоставленные, не враждебные друг другу. Просто — люди. На одной планете. Под одним небом.

О, жители земли благородной! Что нам нужно для счастья сродной?! На этой вечно бренной земле. Что же мы ищем, смерть на земле?! Наслаждаясь страданиями ближнего, творим злодеяния в виде прежнем; и раздуваем лишь ненасытность коварного огня, пожирающего всё на своем пути после себя.

И неужели нельзя изменить?! К лучшему, где будет преобладать; не торжество высшей расы рать, а высший разум будет нами обладать! В житейских проблемах бытия, ибо найдет в себе силы житья, в разуме грядущего дня; откроет истинную сущность бытия.

И вовеки веков воцарится мир на земле, и славен будет путь грядущим днем. Чего же мы так боимся, как огня, раскрыть себя во имя мира и добра. И ничто на земле не вечно, но доселе пары лишь одно. Добро обретает вечные крылья, дабы было во всех веках востребовано оно!


Сколько воинов, сколько средств и сил понапрасну растрачено в противостояние, разрушения над миром. Не счесть их со времен человеческого бытия. А какие могли стоять благородные ныне города, и свести там благодатные и плодородные, райские сады вместо этого пожирающего огня…

Вместо того чтобы строить — разрушаем. Вместо того чтобы любить — ненавидим. Вместо того чтобы делиться — отнимаем. И в этом безумии — наша война. Не с врагом, с собой. С тем, что в нас есть человеческого. С той искрой, которая может разгореться в пламя добра, но вместо этого тушится страхом, алчностью, желанием власти. Одна земля. Одно небо. Одна надежда. Что когда-нибудь мы одумаемся. Перестанем убивать друг друга за идеалы, которые выдумали сами. И начнем жить. По-настоящему. Без оглядки на цвет кожи, язык, веру. С уважением к тому, кто рядом. С благодарностью за то, что мы есть. Друг у друга. Пока не поздно.

Сменяя друг друга, дни и ночи напролёт… Но в этой смене — не только усталость, но и надежда. Что следующий день будет лучше. Что мы проснемся другими. Что мир, наконец, воцарится. Не на небесах — на земле. В наших сердцах. В наших поступках. В каждом «здравствуй» и «прощай». Спасибо тем, кто не сдаётся. И тем, кто верит. И тем, кто строит, а не разрушает. Спасибо. И — давайте меняться. Не завтра — сегодня. С этого часа, с этой минуты, с этой мысли. Не говорите «нельзя» — скажите «попробую». И мир сдвинется. На миллиметр. Но в нужную сторону. Спасибо. И — будем жить. А не воевать. Потому что жизнь — это лучшее, что у нас есть. И она слишком коротка, чтобы тратить её на ненависть...

Сменяя друг друга,
Дни и ночи напролет,
Пролетали годы на взлет.

Словно верная подруга,
Полно сферы жизни округа,
Шли года за годами строго.

Век за веком уносило след,
Перед жизнью данной обет,
Нравственности устоев завет.

Мы, дети родимой матушки земли,
В нём суровые дни коротали,
Сладостно в жизни витали,
В нём пищу и кров обретали.

О!.. Благодатная матушка земля!
Что вскормила и взрастила нас у себя!
Сполна наградила временем тем!
Что было нужно и не нужно всем!

Чтобы был кров в обителях,
Благодатно для нас в просторах земных.
Мы творили чудеса из чудес!
Под небосводом земных небес!

Но вот однажды,
Проклятием трижды!
Словно в нас вселился бес,
Тайна мира без завес.

И превратили мы кров свой
В кромешный гроб иной;
Коль пошли гурьбой на ближнего,
В страсти пылкой, разъярённой...

Деля обитель под покровом ночи,
Уничтожали всё живое и неживое в мочи.
И творили суд над себе подобным,
Полумерами веры, страсти расторопным.

Совершая бал замером страстным,
Таинством берущим примером;
Страх превыше всего, нами обладая,
Душит чувство, прежде не зная.

И себя нам ныне уже не угомонить,
Коли будем верить беспристрастно.
Напролом идя, как монолит,
Что губит мысли и идеи страстно!

Во тьму ведущим,
По чужим идеалам;
Чуждым для нас вероисповеданием.
Наобум ведущих нас за собой к Конибалу.

Либо к миру не воспрянем –
В душах сердцем не взглянем!...
И не найдем в нем – крик души отчаянный,
В ужасе тонущих наших сознаний.

Где в нём отразится другая душа.
Где есть обитель прежнего бытия.
Где страх не восторжествует!
Что не затмевает разум житья.

И где не гонит шквальный ветер,
Восвояси от себя в тот вечер.
Где еще пуще дарит нам улов,
Пищу, делят с нами обитель и кров.

Коль велят делиться вровень,
Всем, что есть у нас, а не порознь;
Дабы всем оно дано,
Обитель мира для нас одна.

Одна земля,
Одно небо,
Одним воздухом дышим,
Одно светило греет нас.

О, жители земли благородной!
Что нам нужно для счастья сродной?!
На этой вечно бренной земле.
Что же мы ищем, смерть на земле?!

Наслаждаясь страданиями ближнего,
Творим злодеяния в виде прежнем;
И раздуваем лишь ненасытность коварного огня,
Пожирающего всё на своем пути после себя.

И неужели нельзя изменить?!
К лучшему, где будет преобладать;
Не торжество высшей расы рать,
А высшей разум будет нами обладать!

В житейских проблемах бытия,
Ибо найдет в себе силы житья,
В разуме грядущего дня;
Откроет истинную сущность бытия.

И вовеки веков воцарится мир на земле,
И славен будет путь грядущим днем.
Чего же мы так боимся, как огня,
Раскрыть себя во имя мира и добра.

И ничто на земле не вечно,
Но доселе пары лишь одно.
Добро обретает вечные крылья,
Дабы было во всех веках востребовано оно!
2004

Дополнение к сказанному:
Сколько воинов, сколько средств и сил понапрасну
Растрачено в противостояние, разрушения над миром.
Не счесть их со времен человеческого бытия:
А какие могли стоять благородные ныне города,
И свести там благодатные и плодородные,
Райские сады вместо этого пожирающего огня...