Раки

     Приближался сентябрь, но лето не собиралось сдаваться – уже две недели с утра до вечера палило солнце без признаков облачности на голубом небе.
     В предвкушении начала учебного года в небольшом поселке местная детвора спешила насладиться последними свободными днями. Два футбольных поля, не смотря на жару, были оккупированы несколькими командами. Велосипедисты старательно крутили педали, наматывая километры вокруг домов и кустарников. Во дворах туда-сюда летали резиновые мячи, запущенные веселыми девчонками, пытаясь попасть ими друг в друга. Рядом со школой бегали наперегонки будущие первоклассники. И только каменный Ленин в пионерском галстуке на своем постаменте спокойно, молчаливо и важно указывал в сторону школы, снисходительно уставившись в безоблачное небо.
     Каникулы в школе придумали не для детей, а для родителей. В это время не нужно следить за успеваемостью своих чад, помогать делать уроки, ходить на собрания и делать все остальное, связанное со школьными хлопотами.
     На окраине поселка в двухэтажном многоквартирном доме жила девочка Марина со своей семьей. Отец, мать, младший брат Алеша и она занимали двухкомнатную квартиру на первом этаже. Отец был шахтер, мать подрабатывала на швейной машинке. По советским меркам семья была благополучная и обеспеченная. У них был старенький Москвич, на котором они ездили или на рыбалку, или просто на речку, которая текла в нескольких километрах от дома.
     В воскресенье отец встретил Марину на улице и сказал:
   – Марина, иди домой, мы едем за раками в Акимово.
   – За раками? – переспросила она, – я же не люблю их, и меня Наташка звала к себе.
   – Тебе понравится их ловить, вот увидишь. Я взял у соседа бредень. Говорят, в пруду у Акимово раков очень много. Поедем.
   – Ладно, – согласилась она, только переоденусь.

***********

     Дорога заняла два часа. Было весело в пути, они выставляли руки в открытые окна навстречу тугому напору воздуха. Когда отец нашел место для парковки, вся семья пошла к берегу.
     Жаркая погода заставляет людей искать спасительной прохлады около водоемов. Акимовский пруд Марине показался большой лужей. На берегах свободного места было совсем мало: одни люди сидели и лежали на песке и на траве, другие плескались в воде. Метров пятьдесят берега почему-то были совершенно пустыми, никто там не сидел и не плавал рядом. Ей это показалось странным.
   – Доставай бредень, – гаркнул отец.
   – Алеша, тебе говорят, – переадресовала Марина команду брату.
     Мужчины взяли бредень и зашли в воду.
     Марина решила не купаться. Она увидела местных девочек-подростков, которые то забегали, то выбегали из сарая недалеко от них. Подойдя ближе, с удивлением обнаружила, что девчонки моют большого светло-коричневого коня.
   – Какой красивый, – восхитилась она вслух.
     Как ни странно, девчонки оказались доброжелательные. Обычно Марина привыкла к неприятию чужаков из соседних поселков и деревень.
   – Нравится? – расплылась в улыбке рыженькая загорелая девочка. На вид ей было лет пятнадцать.
   – Ага, – Марина смотрела на коня, в первый раз она видела это животное так близко.
     Высокий стройный жеребец раздувал ноздри, взбрыкивал и пытался укусить свою уздечку. Внимательно его осмотрев, она увидела повязку на задней ноге. Конь немного прихрамывал. Рыжеволосая взяла коня под уздцы и повела к пруду как раз к тому месту, где никто не купался.
     Марина вернулась на другой берег. Отец с братом весело обсуждали улов. Они уже успели наловить не больше половины мешка раков и полезли в воду еще раз.
   – Здесь их очень много, интересно, почему? – спросила она мать.
   – Не знаю, мне все равно, лишь бы они были, – та была немногословна.
     Марина решила все-таки искупаться. Вода была теплая и немного с запахом. Прохладное илистое дно приятно щекотало пальцы ног. Неожиданно она почувствовала, что наступила на камень, который начал смещаться под ее ногой. Это был рак. Она прижала его ко дну, нырнула, взяла на спинку и вытащила на берег.
   – А ты смелая, – улыбнулась мать.
     В это время рыжеволосая девушка прохаживалась на берегу, а конь, хромая, бродил по мелководью и пил воду.
     Через пару минут из-за бугра к пруду неожиданно стало подходить стадо коров. Довольно быстро упитанные коровы достигли воды, и там, где никто не купался, стали заходить на мелководье рядом с конем.
     Коровы пили воду и туда же очищали свой желудок с громким хлопаньем. «Вот почему тут много раков, – подумала Марина. – Еды у них здесь много». Ей стало не очень приятно от этой мысли.
     Мирная деревенская картина нарушилась появлением двух быков, которые с шумом и храпом заскочили в воду и стали гоняться за коровами. Двое пастухов на спокойных и невозмутимых лошадях медленно передвигались вдоль стада.
     Рыжеволосая девочка поняла забеспокоилась и громко стала звать коня, который стоял по колено в воде и пил. Он поднял голову и пошел к ней, не спеша.
     Внезапно один бык направился к коню. Раненый конь пытался убежать, но споткнулся, и бык с разбегу воткнул ему в бок свои рога.

*********************

     Только к вечеру отец, наконец, упаковал бредень в багажник. Мешок с раками втиснули на заднее сиденье, заняли свои места и поехали домой. Дорога проходила рядом с местом гибели животного. Отец остановился. Решили посмотреть, что произошло все-таки. Марина подошла к берегу и стала разглядывать тушу коня в воде. Пастухи отогнали стадо, убрали навоз с берега. Толпа зевак стала расходиться. Вдали дребезжал трактор, направлявшийся в их сторону.
     Прошла волна, туша всколыхнулась, и Марина увидела многочисленных раков, вцепившихся в брюхо поверженного коня. Ей стало дурно. Она заплакала и побежала в машину.
     В дороге обратно все молчали. Последние впечатления на пруду были очень необычны.
     Приехав домой, отец веселым голосом спросил:
   – Что приуныли? Сейчас раков варить будем, зря, что ли две банки пива заранее купил?
   – Сейчас поставлю ведро на огонь, – согласилась мать.
   «Никогда больше не буду есть раков» – с негодованием подумала Марина.
     Ей казалось, что эти отвратительные существа – воплощение сил ада, которое на ее глазах уничтожало красоту в образе стройного и милого коня, – не достойны для восприятия ее сознанием. Дав себе клятву никогда не есть, и даже не трогать их руками, она успокоилась и пошла спать.