Эссе 27 О моральном состоянии нашего общества

О моральном состоянии нашего общества.

Эссе 27

И так Глушков и его типологическое наднациональное мировоззрение (хотя и с примесью тогдашнего господствующего «марксизма», который почувствовал инородность мировоззрения Глушкова и уничтожил Гения): -

«Состояние человека в моем понимании включает и благосостояние тоже, но при обязательном сочетании его с повышением — как бы сказать? -духовного комфорта, ощущения личного счастья, полноты жизни, согласия с миром (необходимой личности своей порции жизнеутверждающих эмоций по убеждениям и доказательствам великого русского психоантрополога И.А. Сикорского В.М.).

Получается, что формируя систему управления даже на техническом уровне, нужно понимать так, что в конечном счете управлять нужно человеческими отношениями. Это, пожалуй, самый глубинный уровень ОГАС. Рациональное управление не просто технологическими или даже экономическими процессами, но и проникновение этой системы на уровень человеческой психологии в самом тонком ее понимании».

Виктор Михайлович Глушков не переставал думать над этими проблемами до самой своей смерти. Вот образец такой мысли, в которой удивительнейшим образом переплетаются политэкономия, русская типологическая мысль и психология: -

«Воспитать чувство ответственности перед обществом в целом гораздо сложнее, чем воспитать чувство ответственности перед конкретной частью общества, с представителями которой каждый день человек сталкивается. Перед своими соседями воспитать ответственность проще, чем перед обществом в целом. И идея основная состоит в том, чтобы воспитывать ответственность перед обществом через ответственность перед жителями данного микрорайона, нашими соседями...(!!! в этой мысли заключено очень многое, и даже, и в том числе, кричащая проблема гибельности духа городской среды, когда она переходит грань типологической нравственности и превращается в уродливое явление мегаполисов, как системных пороков общественности в целом В.М.) Именно с этой целью и предлагается дополнять систему безналичных расчетов населения развитием «потребительских ассоциаций».

 (доведенная до логического конца подобная типологическая природная мысль Русского Имперского Мiра; это сам наглядный природный принцип русской Общинности, который и выступил формообразующим Началом при  историческом Созидании Типологической Русской Империи В.М.)

Глушков обращает внимание на то, что в обычной жизни здесь происходит не просто пространственный разрыв, а разрыв системно организационный: если на производстве человек действует как член определенного коллектива, то потребление остается частным. А контроль за ним осуществляется исключительно старым, то есть собственно принудительным способом — через деньги и государственный аппарат. Но, — подмечает В.М. Глушков, — одно дело, когда ставящего свои интересы над коллективными осуждает государство (всегда найдутся «добренькие», кто по «справедливо-социалистически» пожалеет «несправедливо обиженного» или те же деньги помогут обойти сам закон), и совсем другое дело, когда его осуждает непосредственно контактный коллектив (сама Среда, однозначно трактующая материальные и духовные ценности В.М.), поскольку он залез карман не просто государству, а именно к своим соседям.

 (и нарушил неписанные природные законы типологического русского Обще-жития; а «марксизм» в первую очередь и разрушает эту главную и основную природную спайку Общества своим основополагающим антинациональным принципом интернационализма-космополитизма В.М.).

Здесь надо понимать психологию исследовательской мысли Глушкова. Само единое общество должно всегда строится на определенных пропорциях сходной по замыслам внутренней общественной психологической, и властной двухуровневой зависимости. В том «социалистическом» обществе СССР Глушков абсолютно верно подмечает разрывы природного духа и общественной жизни. Он начинает системно и психологически «вязать» общественные отношения в единое целое.
 
Просто Глушков был уверен, что кибернетику можно использовать и по-другому, то есть для освобождения духа человека от общественных связей политическими догмами, какого бы типа они не были, живительна в народном социуме только природная наднациональная связь. Притом, он очень точно ухватил как то, в чем состоит действительное основание порабощения человека, как и то, где искать ключик к его освобождению. Современный человек оказывается рабом машины и ее социального предназначения, точнее, ее придатком, функцией машинного (компьютерного электронного взаимодействия) производства, а поэтому, и только поэтому, рабом другого человека (!!!; или группы людей управляющих этой анонимной системой власти В.М.). Механизм современного рабства приводится в движение посредством денег.


Тщательное изучение идей В.М. Глушкова позволит очень многие явления современной действительности рассматривать сквозь призму задач будущего, которые встанут перед Нами независимо от того, отдаем Мы с Вами себе сегодня отчет или нет.

Другим Гением общественной Русской Мысли и исследователем самого человека был Борис Федорович Поршнев. Но давайте сделаем небольшое необходимое отступление и посмотрим на общественный фон той эпохи через одну известную личность.

Так к числу активных членов «русской партии» советского времени  принадлежал популярнейший искусствовед и реставратор древнерусских икон Савва Ямщиков, позиционирующий себя, как православный верующий. Казалось бы, уж он то, человек искусства должен всеми фибрами своей души и кожей чувствовать суть Культуры и ее путь Становления, как Великий Дар Творчества от Создателя.

И вот, в памятной ТВ передаче о Ямщикове (какая то его дата), слышу запись его странного высказывания: -

«Вот мне говорят, что сначала было искусство, а потом религия, на что я отвечаю, что по вашему Рафаэль нарисовал Христа, а потом он, Христос, появился?».   

И здесь не простая оговорка или недомыслие сути понятия, Это мировоззренческая позиция православного материалиста и «марксиста» духа ! Это совершенно естественное для подобного типа личности, полное материалистическое игнорирование представления о природе человека, как о его Предназначении в Мiре, деятельного со-творца с Создателем Мiра! Русский человек, как имперский тип, социально творит культуру в Наднациональной общественной ауре, которая дана очень немногим типологическим Народам. А его общественные религиозные воззрения истинны, когда они отражение исключительно его природной типологии, как чувство Высокой Эстетики со-вести с Творцом. Здесь понятие «мировая религия» для русской наднациональной типологии нонсенс! Материалисту, космополиту приверженцу «мировой религии» подобные типологические чувства и прозрения просто непостижимы.

Вот сам Ямщиков с гордостью вспоминает о себе, как о «простом» человеке «из бараков», чьим соседом был Лужков. Я когда то писал о дружеской беседе с коллегами по работе, где мы шутливо спросили нашего коллегу кавказца: - «а что означает твоя фамилия?». Тот, не задумываясь, ответил: - «ничего, просто князь», но мы продолжали допытываться в том же тоне: - «ну, а как же тебя в партию то приняли, происхождение у тебя чуждое, подмоченное?». «Я князь из батраков» - с улыбкой важно отвечал он.

Вот подобные по типу «демократические, простонародные князья из батраков» заполонили и демонизировали своей ложной элитностью Наше с Вами общество и общественное мнение в России с 1917 года. Про подобных «князей из батраков» Русский Мiръ издавна говорит, что это все те, кто вознесся «из грязи прямо в князи», как наглядный пример, те же Ямщиков с Лужковым. Вместе с ними это подавляющее большинство идейных «социалистов-коммунистов», как и все без исключения политические вожаки «советского народа» и его комсомола и «ленинской кпсс», как и все без исключения властные вожаки нынешних «демократов».

Идеологическая обслуга либералов, формирующая «общественное мнение» и мигрирующая духом из эпохи в эпоху, всегда оставалась все той же раболепной идеологической обслугой любой власти (являясь ее рупором на общественном поле) и тут же принимала нудную политически личину: - сначала «русской интеллигенции», затем революционно перелицовывалась в «красных профессоров», и именно из ее рядов и сформировалась «русская партия», активным членом которой и был Ямщиков. Сегодня эта, все та же по духу интеллигентная публика, перелицевалась в «авторитетную русскую общественную  патриотическо-государственную структуру», где они все, как один, в «государственно-патриотическом» безвременном угаре, как те карикатурные собаки на заборе, жаждут и терпеливо ждут….  грядущие «изменения курса власти в сторону народа». Для чего? А чтобы вновь строить «обновленный социализм», где будет прежнее «могучее государство» и «все то, чего раньше не было».

Я познакомился с личностью Ямщикова (фамилией Бог шельму метит, пожизненная езда на чужой общественной шее) в середине 60-х годов XX века, прочитав его первую публикацию «Русский плотник». Тема русских шедевров деревянного архитектурного зодчества, поднятая начинающим реставратором Ямщиковым, привлекала к себе своей великоруской культурной типологичностью. Но среди этих людей сама фигура Ямщикова, этакого командировочного студента, выглядела инородной и несопоставимой по духу, с описанными им типажами северных великорусских созидателей Русской Империи и держателей ее народного Имперского Духа. Затем последовала женитьба Ямщикова на дочери болгарского дипломата, с которой он, по протекции и подаче ее дипломатического отца (знаковый момент; дипломаты мировая каста либерально-неприкасаемых и подпускают к себе лишь «социально близких» В.М.), объехал всю Европу. Но от культурного наследия Европы от Ямщикова не осталось никакого воспоминания. Воспоминания касались сугубо реставрации, ее проблем, деятельности в ВООПИиК и любимого Пскова.

Чем запомнился Ямщиков? Он один из идеологов и создателей «Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры (сокращённо ВООПИиК) — общественная организация, которая была учреждена в РСФСР в 1965 году и продолжает работу в современной России. Да по охране и восстановлению разрушенного мировыми  революционерами с 1917 года культурного наследия Русского Мiра, различных культурных объектов эта структура имеет несомненные заслуги. Но ни один из ее участников и членов не выдвинул ни одной конструктивной Русской Типологической Идеи будущего Русского Мiра и сегодня Мы с Вами слышали и продолжаем слышать лишь их унылый безудержный плач «по России, которую мы потеряли» или по возврату к «советскому социализму». Так и Ямщиков после десяти лет прострации и затворничества дома, в 90-е годы, очнулся и написал привычный плач «Когда не стало Родины моей». Я здесь ставил и опять ставлю штамп безликости и безнадежности для созидательных сил Русского Мiра этих кастратов духа, извечных интеллигентов плакальщиков из той «русской партии».

Совсем иной великоруский тип представляет собой Борис Федорович Поршнев, идейный марксист, что стало страшной жизненной трагедией этой гениальной личности.  Поршнев прекрасный выразитель Гения Великоруского Типологического Духа и стоит того, чтобы Мы с Вами познакомились ближе с ним самим, как и с его великими научными идеями.

И это Мы с Вами сделаем в следующей части.


Рецензии