Генерал Власов борец или преступник

Личность генерала Андрея Андреевича Власова, генерала Рабоче-крестьянской красной армии, а позже командующего русскими коллаборационистскими войсками во время Второй мировой войны, уже на протяжении семи десятилетий не дает покоя историкам и пропагандистам в России и за рубежом.

Кто-то считает генерала Власова откровенным преступником и негодяем, предавшим советский народ и военную присягу, которую он приносил Советскому Союзу. Кто-то уверен, что генерал Власов стал жертвой тоталитарного режима в СССР, против которого он осмелился бороться, вступив при этом в союзнические отношения с властями и военными нацистской Германии.

Как бы там ни было, личность генерала Власова сочетает в себе трагедию личностную и трагедию социальную, затронувшую судьбы тысяч людей.

Биография генерала Власова неоднозначна. В начале своей профессиональной карьеры он был успешным и молодым советским офицером, который, благодаря своему старанию и организаторскому таланту, сумел добиться головокружительных высот в советской армии. Ему вверяли самые ответственные должности и всячески поощряли. В 1938 году он был направлен военным советником в Китай, где также удостоился признания и наград от тамошних властей. Вернувшись в СССР, в 1940 году Андрей Власов получил звание генерал-майора РККА.

В первые месяцы войны Советского Союза с нацистской Германией, Власов руководил обороной Львова и Киева. Ему удалось невредимым выйти из вражеского окружения, когда Вермахт безжалостно теснил советские войска. Зимой 1941 года Власов был одним из высших военачальников, руководивших обороной Москвы от немецких войск.  За активное участие в обороне столицы Андрей Власов, вместе с другими генералами, получил восторженные оклики в советской прессе, а позже удостоился аудиенции с Иосифом Сталиным, о котором очень радостно отзывался в письме к своей жене.
 
В 1942 году Андрею Власову было поручено руководить операцией по прорыву немецких позиций на Ленинградском фронте. В подчинение ему досталась 2-я ударная армия. Эта военная операция стала роковой для одного из лучших советских генералов. К лету 1942 года, из-за отсутствия необходимой помощи и подкреплений, а также слаженных и молниеносных действий немецкой 18-й армии под руководством генерала Георга Линдемана, Власов и остатки его войск оказались в плотном кольце окружения. Андрей Власов слишком поздно получил из Ставки приказ об отступлении, спасти его армию уже не представлялось возможным, от нее уже практически ничего не осталось. Сам генерал отказался эвакуироваться в тыл на самолете, который прислали за ним советские власти, и бросить остатки своих войск (спустя всего три года Андрей Власов поступит точно также, но только при совершенно других обстоятельствах).

В результате разгрома 2-й ударной армии, генерал Власов был вынужден отступать с небольшим отрядом своих подчиненных сквозь болота, в окружении немецкой армии, в совершенно безвыходных условиях. Нужно сказать, что в то время, когда разворачивалась вся эта драма с генералом Власовы, его активно искали не только советские военные, не желавшие, чтобы столь высокопоставленный военачальник попал в плен к немцам, но и солдаты Вермахта.

12 июля генерал Власов был пленен жителями небольшой деревни Туховежи, население которой было полностью лояльно немецкой оккупационной власти.

С момента начала немецкого плена жизнь генерала Власова круто изменилась. И не только благодаря ему самому и его воли, но и вследствие определенных обстоятельств.

Нужно учесть, что начина с 1942 года, а может еще и раньше, группа высокопоставленных немецких военных рассматривала возможность появления на Восточном фронте так называемого «Русского де Голля» — сильного лидера, который, по замыслу немцев, должен был возглавить национальное освободительное движение народов России против большевистского правительства, заручившись при этом поддержкой немецких военных кругов. Немецкие военные аристократы всерьез рассматривали реализацию такого проекта. Вскоре у авторов данной инициативы появились кандидатуры на такую роль. Первыми, кому немецкие офицеры предложили возглавить коллаборационистское движение, стали советские военнопленные: Яков Джугашвили (сын И. Сталина) и генерал Михаил Лукин. Однако первый из них отказался сотрудничать с немцами, будучи убежденным большевиком, а второй, изначально давший свое согласие, изменил свое решение, увидев, как немцы обращаются с советскими военнопленными. 

Осознав свои ошибки, немецкие офицеры изменили свой подход к поиску желанной кандидатуры на роль «русского де Голля». Большой удачей для них стало появление в лагере для военнопленных известного генерала Власова. Свою работу с ним немцы начали крайне осторожно. Вскоре в офицерский лагерь для пленных советских военачальников в Виннице, где содержался Власов, прибыл бывший офицер Русской императорской армии, а на 1942 год военнослужащий вермахта, Вильфрид Карлович Штрик-Штрикфельдт. Этот аристократический немец, родившийся в Риге, много лет прожил в России, знал ее культурные особенности и менталитет, а также прекрасно владел русским языком. Именно он вступил в переговоры с плененным генералом Власовым.

Штрик-Штрикфельдт начал свою работу с бывшим советским военачальником издалека. Вначале их доверительные беседы носили отвлеченный характер. Власов и Штрик-Штрикфельдт обсуждали несправедливость социального строя в СССР, а также провалы в управлении советской армией. Тем не мене, однажды новый друг Андрея Андреевича Власова задал ему прямой вопрос: не считает ли он, что дело борьбы против несправедливого большевистского строя в СССР принадлежит не только немцам, но и самим народам России? Не согласится ли он, генерал Власов, возглавить такое антибольшевистское движение? Объединить вокруг своей личности, всех русских и другие национальности России, недовольных советской властью и готовых сражаться против нее наравне с немецкой армией?

Власов дал свой ответ не сразу. Ему потребовалось несколько дней, чтобы обдумать свое решение. Трудно сказать, что, в конце концов, повлияло на него и заставило изменить своей присяге.  Историк К. А. Александров, много лет потративший на изучение биографии генерала Власова и всех спорных фактов, связанных с ней, утверждал, что Андрей Андреевич сделал свой выбор в пользу сотрудничества с немецкой армией, осознанно. Историк утверждал, что на решение генерала Власова повлияло сразу несколько фактов: обида на советское правительство за то, что оно допустило попадание его в немецкий плен, влияние антисоветских настроений и духа свободомыслия, царивших среди других советских офицеров, а также пересмотр собственных жизненных ценностей, не желание генерала и дальше оставаться советским человеком, согласным со всеми действиями тоталитарного правительства.
      
Андрей Власов согласился на сотрудничество с Вермахтом, и вскоре немецкое военное руководство начало использовать его имя в пропагандистских целях. Власов подписывал антисталинские и антисоветские листовки, которые затем разбрасывались с самолетов над советской территорией, на занятой немцами, а также контролировавшейся советскими войсками. 

После, зимой и летом 1943 года состоялись пропагандистские поездки генерала Власова по оккупированным территориям Советского Союза. Он убеждал русских людей, населявших оккупированные немцами территории Советского Союза, оказывать поддержку Вермахту для победы над сталинским режимом. Власов уверял соотечественников, что Россия никогда не станет немецкой колонией, а после окончания войны, в случае победы Вермахта, жизнь в стране станет намного лучше. Генерал Власов также призывал русских активнее вступать в различные коллаборационистские формирования, помогавших немецкой армии на Восточном фронте, обещая в скором времени создание на их основе национальной армии новой России.

Нужно сказать, что поездки Власова при участии немецких офицеров по русским оккупированным городам возымели большой успех. Многие советские граждане, оказавшиеся под немецкой оккупацией, не желали возвращения советского строя. Им также тяжело жилось при немецкой администрации. Поэтому нет ничего удивительного в том, что многие люди желали получить какую-то альтернативу сталинскому и гитлеровскому режиму. Именно такую альтернативу они и увидели в личности Андрея Андреевича Власова. В городе Пскове, который Власов посетил во время своих пропагандистских поездок, его восторженно встречала масса горожан. Простые горожане, много слышавшие про генерала Власова, хотели пожать ему руку, постоять с ним рядом, поблагодарить за его деятельность. В городе Луга восторженные массы горожан, встречая генерала Власова, прорвали полицейский кордон, который был выставлен местной администрацией для безопасности. Поведение советских людей, которые верили генералу Власову и восторженно встречали его, хорошо описал в своих мемуарах Вильфрид Штрик-Штрикфельдт: «Приятно было видеть, что у людей вновь появилась надежда».

В 1943 году Власов и его соратники из таких же советских офицеров, решивших бороться против советской власти у себя на родине, а также сочувствовавшие им немецкие офицеры, решили всерьез реализовать идею создания национальной русской армии и независимого от  Кремля русского правительства. На тот момент генерал Власов и несколько его сторонников были переведены из лагеря для военнопленных в Берлин, в специальный отдел по вопросам восточной политики при Верховном главнокомандовании Вермахта (ОКВ). Однако такой инициативе русских коллаборационистов воспротивилось политическое руководство нацистской Германии. Высшее военное командование также было недовольно слишком инициативным русским генералом. Масло в огонь подлило также и неосторожное высказывание самого генерала Власова, которое он обронил во время встречи с генералом Линдеманом. Во время застольной беседы с этим военачальником, Власов пригласил его в гости в Москву после победы Германии в войне. Об этой реплике Андрея Андреевича было доложено вышестоящему руководству. Главнокомандующий Вермахта Вильгельм Кейтель пришел в ярость от таких слов русского генерала. «Что этот недочеловек себе позволяет! Приглашать немцев куда бы то ни было!», - таковы были слова Кейтеля, когда он приказал запретить Власову посещать оккупированные территории и, вообще, вернуть его в лагерь военнопленных.

Эти угрозы не были выполнены. Власова всего лишь поместили под домашний арест. Тем не менее, его деятельность была приостановлена. На совещании в ставке Адольфа Гитлера в июне 1943 года последний заявил, что Германия никогда не создаст русской национальной армии, и что генерал Власов должен использоваться только как инструмент немецкой пропаганды на Востоке. Такое решение немецкого диктатора на долгие месяцы приостановило деятельность Власова и его сторонников. Неудачное покушение на Гитлера летом 1944 года, в котором принимали участие некоторые из немецких сторонников русских коллаборационистов, только усилило недоверие нацистов к Власову и его деятельности.


Новый толчок в развитии власовского движения произошел осенью 1944 года, когда добро на создание нескольких дивизий из русских коллаборационистов дал глава СС Генрих Гиммлер. Власовцам также было разрешено создать свое политическое управление, которое должно было стать русским правительством в изгнании. Формирование дивизий Русской освободительной армии (РОА) началось в деревне Дабендорф, поблизости от Берлина, в которой ранее располагалась школа пропагандистов для русских офицеров. Однако к концу войны власовцам удалось сформировать лишь две дивизии. Гораздо больших успехов генералу Власову удалось добиться в политической сфере. Ему и его сторонникам удалось организовать политическую организацию, которая, по замыслу власовцев, должна была стать законным правительством в России, после свержения большевистского строя. Данная организация получила название Комитет освобождения народов России (КОНР). Во главе организации встал сам генерал Власов.

14 ноября 1944 года в Праге был принят манифест КОНРа, провозглашавший новый демократический политический строй в послевоенной России. Власов также подписал финансовое соглашение с Германией, согласно которому его армия получала финансирование от немецких властей, ручаясь при этом вернуть немецкой стороне все издержки после совместной победы в войне.

Однако генералу Власову не удалось реализовать свои далеко идущие планы из-за скорого окончания Второй мировой войны. В апреле 1945 года полностью сформированная 1-я дивизия РОА была переброшена на фронт. Ей предстояло принять участие в прорыве позиций Красной армии на реке Одер. В течение двухдневных боев солдаты РОА смогли занять небольшой плацдарм, отбросив назад часть советских войск. Однако недовольство русских коллаборационистов вызвало то, что немецкое командование совершенно не жалело их дивизию, бросая русских на вражеские укрепления, словно «пушечное мясо». В такой ситуации, командующий 1-й дивизии РОА Сергей Кузьмич Буняченко принял решение снять свою дивизию с фронта и отступать на Запад. Немецкое командование было раздражено неконтролируемым поведением Буняченко и его дивизии. Однако у немцев уже не оставалось фактических сил для подчинения себе взбунтовавшейся русской дивизии, в составе которой было более 20 тысяч хорошо вооруженных людей.

Двигаясь навстречу американской армии, власовцы надеялись сдаться американскому военному командованию как самостоятельная армия, являвшаяся союзницей Вермахта. Однако планы русских были нарушены масштабными и трагическими событиями. В то время, пока 1-я дивизия РОА продвигалась в Западную Европу, в столице Чехословакии – Праге, которая на тот момент все еще находилась в руках немецкой армии, вспыхнуло освободительное восстание. Чехи не могли самостоятельно выдавить из своей столицы хорошо вооруженные немецкие части. Им была необходима помощь Союзников или СССР. Но американские и советские войска находились в тот момент слишком далеко от чешской столицы, и ничем не могли помочь восставшим чехам. К своей удаче зачинщики восстания узнали, что недалеко от Праги проходит русская дивизия Вермахта, которая вышла из подчинения своих немецких союзников. Именно к власовцами руководители восстания обратились за помощью. Представители чешского национального правительства уверяли руководство РОА помочь им, взамен предлагая политическое убежище генералу Власову и его армии.

Сам Андрей Андреевич, который в начале мая 1945 года прибыл в свою армию, был против участия русских в Пражском восстании. Об этом он прямо заявил на одном из последних собраний офицеров КОНРа. Власов опасался, что если его солдаты помогут чехам и выступят против немцев, это может серьезно ухудшить и без того плачевное положение его людей. С Востока к Чехословакии приближались советские войска, попасть в руки которых для власовцев, которых советское командование рассматривало как предателей и преступников, означало неминуемую гибель. Поэтому генерал Власов стремился как можно скорее увести своих людей подальше на Запад, где, как он считал, они могли избежать пленения и выдаче советскому руководству.
Тем не менее, Сергей Буняченко и другие офицеры КОНРа проголосовали за участие их армии в Пражском восстании. Власову ничего не оставалось, как молча покинуть собрание его офицеров.

Власовцы вступили в бой против немецких частей в Праге 6 мая 1945 года. Им удалось отбить у врага несколько ключевых позиций в городе, включая пражский аэропорт Рузине. Благодаря поддержке власовцев, чешским повстанцам удалось освободить свою столицу от немецкой армии с меньшими потерями и разрушениями.
Надеявшиеся на признание своих заслуг перед чешским народом, власовцы были жестоко обмануты. Новое Чешское правительство – Чешский национальный совет – отказал им в предоставлении убежища, и, стало быть, в защите от советской власти. Буняченко ничего не оставалось, как приказать своей дивизии продолжать следование на Запад.

10 мая 1945 года 1-я дивизия РОА остановилась в селении Лнарже, поблизости от американских войск. Власов вступил в переговоры с американскими военными, его главной просьбой было взятие его армии в американский плен. Однако офицеры из армии США не давали никаких определенных обещаний, затягивая тем самым процесс переговоров. На самом деле судьба армии генерала Власова была уже решена, ее собирались передать в руки советских войск. Все надежды власовцев на спасение от советской карательной системы в американском плену основывались на незнании условий Ялтинского соглашения между СССР, Великобританией и Соединенными Штатами Америки. В данном соглашении содержались пункты об обмене военнопленными между странами-участницами антигитлеровской коалиции. Согласно Ялтинскому соглашению все русские коллаборационисты, воевавшие на стороне Германии и ее союзниц, подлежали выдаче Советскому Союзу.

12 мая командование РОА получила от американских офицеров уведомление о том, что они не будут взяты в плен и подлежат выдаче СССР. Сергей Кузьмич Буняченко был вынужден объявить офицерам и солдатам своей дивизии, что она распущена. Он предложил всем участникам власовского движения спасаться самостоятельно, пытаясь прорваться в тыл американской армии. Это воззвание послужило началу множественных личностных трагедий. Русские, принимавшие участие во власовском движении, рискуя своей жизнью, пытались пробиться на запад и избежать встречи с советской карательной машиной. При попытке пробраться сквозь американские патрули многие из них были застрелены, многие схвачены и переданы Красной армии. Некоторые коллаборационисты из РОА понадеялись на милость своих соотечественников и самостоятельно сдались в руки советских солдат. Из 20 тысяч участников движения генерала Власова, состоявших в Русской освободительной армии, 8 тысяч оказались в советском плену.

Сам Андрей Власов, отказавшийся от предложения покинуть свою армию и спастись в одиночку, также был передан советской стороне 12 мая 1945 года.

Суда над ним не было. Политбюро ЦК КПСС заранее вынесло смертный приговор Андрею Власову и 12-ти его офицерам. Судебный процесс над ними  был лишь постановочным представлением. 1 августа 1946 года генерал Андрей Власов и другие осужденные были казнены через повешение во дворе Бутырской тюрьмы. Их тела были кремированы.

Трагическая история генерала Власова давно закончилась, но и сегодня она не дает покоя многим исследователям в России. Если в СССР память о «генерале-предателе» пытались уничтожить или, в лучшем случае, осмеять. То в современной России мнения историков и общественных деятелей о личности генерала Власова кардинально расходятся. Одни считают  Андрея Андреевича преступником, предавшим свою страну и своих сограждан, сотрудничавшим с нацистами. Другие склоняются к тому мнению, что Андрей Власов был борцом против тоталитарной системы, действовавшей в Советском Союзе. Власов, по мнению таких исследователей, боролся со сталинским режимом, за его свержение и установление на территории Советского Союза более справедливого социально-политического строя. Исследователи подтверждают такие намерения Власова главным документом его политической программы – манифестом Комитета освобождения народов России 1944 года.  Руководствуясь этими фактами, некоторые исследователи истории РОА и русского коллаборационизма в целом, ставят генерала Власова в один ряд с такими историческими личностями, как генерал де Голль и Клаус фон Штауффенберг.
 
Первое ходатайство в Военную прокуратуру РФ о пересмотре дела генерала Андрея Власова, снятии с него всех обвинений и посмертной реабилитации было подано еще в 2001 году. Однако военный суд, убрав из уголовного дела генерала Власова некоторые обвинительные статьи, оставил приговор советского суда без изменений.
Спустя несколько лет, в 2005 году, российский историк, кандидат исторических наук, Кирилл Михайлович Александров заявил, что реабилитация генерала Власова де-факто состоялась. Исследователь обратил внимание публики на существование давно забытого  постановления Верховного суда РФ от 1992 года, в котором все судебные приговоры, выносимые политическими органами КПСС, признавались недействительными. Согласно данному документу, приговор Власову и его сподвижникам был вынесен незаконно и они подлежат реабилитации как жертвы политических репрессий.
 
О том, что Андрей Власов стал жертвой сталинского террора говорится и в недавно вышедшей книге «Русские на службе у Вермахта».

Личность генерала Власова вызывает немало споров и эмоциональных всплесков у многих исследователей и простых людей, интересующихся историей Второй мировой войны. И эти споры еще долго будут продолжаться вокруг личности генерала Власова. Ведь непредвзятое исследование его личности, движения, которое он создал, а также его роли в отечественной истории, еще только в самом начале.