Принцесса-беглянка

– Хорошо, что все закончилось! Теперь я смогу жить как хочу.
Три года плена ушли для Юлии в прошлое этим утром, когда наконец во время конной прогулки она обхитрила доброго шталмейстера Юркеля и вместе с Тролем, любимым пони, исчезла в глубине королевского парка. А как дальше ей удалось улизнуть за высокие каменные стены, знает лишь она одна. Действительно, как и мечтала, научилась проделывать фокусы. Ничего не скажешь – волшебница!
В замке шкодливой девчонке было душно. Юлия не находила удовольствия в том, чтобы сидеть на месте и заниматься скучными делами, которые другие называли серьезными, а по ней – самыми что ни на есть глупыми и пустяшными. Теперь свежий ветер с моря обдувал ее лицо, а неширокая мощеная дорога через сосновый лес уводила непоседу все дальше в глубь страны.
На память в кармане у Юлии лежали пять новеньких ярких шаров: красный, золотистый, в горошек, черный и еще один красный. Рождественский подарок шталмейстера Юркеля. Он знал, что Юлии они понравятся. Настоящая слоновая кость, раскрашенные и покрытые лаком. Ничего не скажешь – шталмейстер расстарался.
– Обидится, наверное, что я так жестоко его провела. Последние дни, словно что-то подозревая, Юркель не отпускал меня ни на шаг. Он – хороший человек. Хотел сделать из меня лучшую в королевстве наездницу. Троль – еще один его подарок. Моему исчезновению Юркель огорчится, но поймет. Если кого-то мне и жаль оставлять в этом мрачном замке – так это его, – размышляла Юлия. – Могу представить, как меня сейчас ищут! Только довольно! Они мне все надоели!
На ночлег девчонка устроилась в стогу сена. Потом долго сквозь соломинки смотрела на черное небо, усеянное золотыми звездочками. Яркие и свободные, в эту ночь они светили для Юлии.

2.

Поиски не увенчались успехом. Ничего не скажешь – вздорная циркачка умела запутывать следы. Мастерица фокусов и розыгрышей словно сквозь землю провалилась. По всему королевству разослали гонцов, только попробуй найди ее теперь! Птичка выпорхнула из клетки.
Спустя месяц после бегства Юлии канцлер Себастьян собрал придворных на совет. Некоторое время все молчали.
– Что дальше? Время идет, и пора бы что-нибудь предпринять, – наконец, не выдержал главный церемонийместер Бенджамин.
– Да, мы теряем время, – поддержал его королевский часовщик Михел.
Все посмотрели в сторону гросс-канцлера Себастьяна.
– Она – просто негодная девчонка! – неожиданно встряла гофмейстрина Терезия. – Неблагодарная всех нас бросила!
– Вот что значит отдать власть циркачке. Безродной авантюристке, – подал голос дворцовый кардинал Конрад. – Я всегда говорил, что это все из-за происков наших врагов! А у нас находились такие, кто ее поддерживал.
Кардинал многозначительно посмотрел в сторону гофмаршала Бенса. Старик тут же замахал руками.
– Что Вы?! Я никогда не одобрял… И при чем тут враги?
– Сейчас все смелые стали, а прежде лишь я один…,– тихо произнес придворный кастелян.
– Ты бы лучше молчал, Фабиан. А вообще, слишком гордая девчонка. Что ее вспоминать? Никакого почтения к людям благородным,– прервал кастеляна генерал-почтмейстер Винс. – А эти ее странные выходы в город? Любила показать себя доброй перед народом. Учить его вздумала.
– Она просто добрая, – едва слышно произнес шталмейстер Юркель, но никто на его слова не обратил внимания.
– Вы что, забыли? Она одна из них. Поэтому так себя вела, – выпалила злопамятная гофмейстрина, – Помню, когда ее привели, ведь и одеть было не во что. До нее детей в замке отродясь не было. А тогда наш король повелел нарядить эту девчонку во все самое дорогое и красивое. А эта еще оказалась капризной, так что не угодишь. Наряды любила дурацкие и чуть что спорить начинала. Из-за нее я тогда едва место свое не потеряла.
– Простите, не Вы ли ее принцессой называли? Раскланивались и осыпали комплиментами…– напомнил кардинал Конрад.
– Разве такие принцессы бывают? –  не успокаивался генерал-почтмейстер Винс.
– Я и говорю - курносая, вся в  веснушках. И манеры как у дикой обезьянки, – не унималась злючка Терезия, словно не слышала упреков в свой адрес.
– А что Вы, дорогой гросс-канцлер, обо всем этом думаете? – главный церемонийместер посмотрел в сторону Себастьяна.
– Может, вы все и правы. Юлия доставляла немало забот, во многих случаях вела себя сумасбродно, только старый король  ей доверял. И напоследок наказал ее поддерживать.
– Не такая она плохая, как вас послушаешь, – дошла очередь до кухмейстера Тони. – Бедным помогала. Поэтому люди ее искренне уважают.
– Она вино не пила! – не то в осуждение, а может, в качестве одобрения замотал головой обер-шенк Патрик.
– У тебя в голове только вино! – махнул на него рукой Юркель. – Соглашусь с Тони. Когда Юлия появилась, вспомните, королевство разваливалось…
– Ну, на твой счет мы все знаем! Ваши совместные конные прогулки…,– ужалил кардинал Конрад, но, поймав на себе уверенный взгляд шталмейстера замолчал.
– Позвольте продолжить,– гросс-канцлер поднял указательный палец, – Наш король Магнус несомненно отличался подлинным величием. Не случайно весь мир нарек его Прозорливым… Вероятно, мы сами виноваты в том, что случилось и нам надлежит сделать выводы.
На некоторое время все снова замолчали.
– Она не глупая была. Пусть Юлия и простолюдинка, только соседи ее уважали. Сумела с ними замириться. Прекратила все войны. Эти два года в истории королевства были самые спокойные, – гофмаршал Бенс бросил неодобрительный взгляд в сторону гофмейстрины.
– Вы зря на меня так посмотрели. Я девочку любила, – сразу пошла на попятную Терезия. – Может, действительно, хлопот было много, но принцесса навела порядок во дворце, а то тащили отсюда. Лишней простыни нельзя было найти.
Кастелян почувствовал горячее.
– Что правда, то правда. На кухне стало намного больше порядка!
– Это ты говоришь, Фабиан? –подал реплику кухмейстер Тони. Другие придворные поддержали ее легким смешком.
– Впрочем, может, все правильно. Принцессе надоело решать все вопросы за нас, – гросс-канцлер строго посмотрел на присутствовавших. – Пока Юлия управляла королевством, одного обижало, что им командует простолюдинка. Другая, видите ли, не одобряла ее вульгарные вкусы. Третий ни о ком, кроме себя, вообще не думает. Четвертый витает в облаках...
При этих словах королевский часовщик вздрогнул и удивленно приподнял брови, другие - потупили взгляды.
– Вы совершенно правы. Мы виноваты…– заключил церемониймейстер Беннджамин.
– Сегодня на рынке купцы рассказали, что неделю назад в Данциге на костре сожгли молодую колдунью. Совсем юную. Девчонку. Прежде там ее никто не знал, –  продолжил разговор кухмейстер.
– Ты это к чему, Тони? Полагаешь, она? – вскинулся Юркель.
– Не думаю. Юлия – умная девушка и никак не могла совершить подобной ошибки, – запротестовал гросс-канцлер. – К тому же, за что? За ее безобидные фокусы?
– Сейчас честных людей хватают без разбору! Хорошо, что в нашем королевстве принцесса отменила все казни, – в ожидании одобрения своих слов Фабиан обвел взглядом собравшихся. – Мы же не будем их возобновлять, правильно?
– Кто знает, люди сейчас злые. Такое время. Просвещение до нас еще не добралось, – грустно произнес королевский часовщик, – Юлия любила чудачить. Может, ее трюки с кроликами и приняли за колдовство?
– Все равно этого не может быть! – запротестовал Юркель.
– Я тоже не верю. И вообще, она – хорошая. Никто не посмел бы ее обидеть. Самая настоящая принцесса, хотя и не любила вино, – при этих словах обер-шенка Терезия неодобрительно покачала головой, – и мне очень жаль, что все так получилось.
– И все же… Как она могла нас бросить? – словно искал у остальных придворных слова поддержки главный церемониймейстер Бенджамин.
– Просто была рождена свободной, как птица. Поэтому и любила показывать трюки с синичками, которых каждый раз выпускала в небо, – неожиданно по-доброму ответил генерал-почтмейстер Винс.
– Она сама, как синичка. Маленькая такая, – согласился Юркель.

3.

А началась эта история во время правления в Антеннарии бездетного короля Маркуса. Долгую жизнь плохо или хорошо монарх управлял своими подданными и вот собрался на покой. И правильно. Одно его угнетало - не знал, на кого оставить королевство. Гросс-канцлер Себастьян отличался тонким умом и знаниями жизни, только решительность, так нужная любому правителю, не принадлежала к числу его достоинств. Гофмаршал Бенс, прежде смелый воин, состарился вместе с королем и напрочь утратил вкус жизни. Покой – единственное, что его интересовало. Главный церемониймейстер Бенджамин при завидной усердности - излишне прямолинеен и рассеян. Главный объект шуток во дворце.  Кардинал Конрад мог похвастать знанием жизни, но чрезмерно увлекался интригами и ничем другим не занимался. Придворный кастелян Фабиан – знатный мошенник и лавелас. На этом занятии сколотил самое большое в королевстве состояние. От справедливого наказания Фабиана спасало покровительство жен знатных особ Антеннарии. Королевский часовщик, любимец Маркуса Прозорливого, обладал философским складом ума, знал различные науки, но совершенно не разбирался в людях. Оставались еще надменный генерал-почтмейстер Винс, смотритель винных погребов обер-шенк Патрик - самый ленивый человек в королевстве, добряк кухмейстер Тони и претенциозная гофмейстрина Терезия, но какие из них правители?
За размышлениями, кому передать власть в королевстве, король проводил все последние месяцы. Ведь не зря в народе его прозвали прозорливым. На другие дела у монарха времени не оставалось, так что жизнь в королевстве неуклонно приходила в упадок. Ремесленники покидали Антеннарию. Крестьяне поднимали восстания. Соседние правители вспоминали прежние обиды и в любой момент готовы были начать войны.
И вот однажды, когда король вышел со своей свитой в город, его внимание привлекла юная циркачка. Девочка лет двенадцати показывала публике разные незамысловатые фокусы. В то время как все подданные упали перед королем ниц, циркачка осталась стоять как ни в чем не бывало с гордо поднятой головой.
– Разве ты не понимаешь, что перед тобой король и что ты обязана поклониться? – строго произнес гросс-канцлер. Стражники едва не арестовали юную бунтарку.
– Подождите…–  остановил их король. – Кто ты такая?
– Я – волшебница, – последовал ответ.
– А у волшебницы есть имя?
– Юлия. – девочка сделала легкий реверанс.
– А кто я, ты знаешь?
Глядя недоверчиво на короля, циркачка кивнула головой.
– Тогда почему же ты столь непочтительна?
– Волшебники никогда и не перед кем не преклоняются, – уверенно ответила Юлия.
– А если я тебе прикажу под угрозой смертной казни? – Чтобы внимательней рассмотреть дерзилку король сам несколько склонил голову.
– Тогда я превращу вас в жабу, – не очень уверенно произнесла девочка.
– А сможешь? Ошибки не будет? – король взглядом показал на стражника.
– Абсолютно, – совсем тихо произнесла юная фокусница. В глазах юной циркачки появились едва заметные слезинки.
– Ну, хорошо, – сбавил напор монарх, – тогда покажи, что ты умеешь. Если получится меня обмануть, я одарю тебя. Ну, а если нет, тогда тебе придется отправиться в подземелье.
Девочка растерянно посмотрела на короля, но изо всех сил старалась не выдавать испуга.
– Хорошо, смотрите, Ваше величество! – И тут циркачка откуда-то достала какой-то совершенно истертый цилиндр. – Сюда вы должны положить одну крону.
– А теперь я скажу, что будет дальше. Ты накроешь цилиндр платком и в нем окажется мышь или синица. Я угадал?
Девочка разочарованно кивнула.
– А еще я вот что умею, – Юлия достала из карманов несколько старых облезлых деревянных шаров. – Смотрите: тут красное, золотистое, в горошек, черное. Они все разные.
– И этот трюк я знаю. Последним в цилиндре окажется снова красный. Это разве волшебство?
– Простите, Ваше величество, – после этих слов неудачливая фокусница склонила голову.
– Схватить? – поинтересовался канцлер.
– Зачем? Разве она убегает? Не будьте так жестоки, канцлер, девочка просто хотела нас удивить. Жаль, что не получилось. А потом, разве Вы не боитесь, что юная волшебница превратит нас в мышь и синицу, которые всю оставшуюся жизнь будут сидеть в этом потертом цилиндре! Лучше пригласите девочку во дворец и покормите ее.
Вот так незадачливая фокусница оказалась во дворце.
В тот же день глашатаи объявили Юлию принцессой, наследницей короля Маркуса Прозорливого.

И еще красное!

Такая она, придворная служба. Порой и не знаешь, где окажешься помимо своей воли. Вот и занесли дела королевского шталмейстера Юркеля перед самым Рождеством в далекие края, аж на противоположный берег Балтики, в Любек. В гостинице показалось холодно и неуютно. С улицы привлек призывный голос торговки штруделями. Любек славится своими печенюшками. Юркель решил прогуляться. Город прихорашивался перед праздником. Повсюду разные музыканты и артисты веселили публику.
Вот и на небольшом пятачке Соборной площади какой-то молодой клоун показывал фокусы. Маленький росточком, с тонким, словно девичьим, голосом, в нелепом рыжем парике, с краской на лице и большим красным носом. Публика живо реагировала на рукотворные чудеса смешного чародея. Вот сейчас из старого цилиндра клоун достал синичку и выпустил ее в небо. Люди аплодировали! Юркель заинтересовался.
– Ну, конечно, как я сразу не догадался! Вон из-за повозки выглядывает Троль! – шталмейстер поразился неожиданному открытию!
– Правда ведь, смешной! – показывая на клоуна, сказала улыбаясь, стоявшая рядом толстая торговка.
Тем временем клоун начал показывать трюк с шарами. Шталмейстер сразу же узнал свой подарок. Заказанный в самом Штеттине у лучшего ювелира. Желая остаться незамеченным, Юркель поспешил спрятаться за спинами зевак. А Клоун меж тем разложил на подносе четыре шара: красный, золотистый, в горошек и черный. Потом накрыл их шелковым платком, из-под которого стал вынимать по одному.
– Какое первым? – спросил он у публики.
– Красный! – крикнул кто-то, и после этого клоун вытащил из-под платка красный шар.
– Теперь тот, что желтый! – закричала толстая торговка, и следом в руках фокусника оказался  шар золотистого цвета.
– Давай в горошек! – потребовали зрители.
Клоун сделал вид, что долго выбирает этот шар под платком и под одобрительные возгласы достал тот, что просили!
– Какой остался? – дальше спросил он публику.
– Черный! – закричали из толпы.
– Точно-точно? Вы ничего не путаете? – подначивал клоун.
– Черный, какой же еще? – громко поддержал игру Юркель, оставаясь незамеченным.
К изумлению собравшихся смешливый фокусник поднял платок и на подносе оказался еще один красный шар!
А потом с этим подносом стал обходить публику, собирая за представление маленькие медяшки. И тут наткнулся на штлмейстера. Было заметно, как клоун на мгновение растерялся, а Юркель уловил хорошо знакомый острый взгляд и к великому удивлению окружающих положил на поднос золотую крону.
– Юлия, – тихо произнес шталмейстер, – моя девочка! Лучшая принцесса на свете!
Она опустила руки, и из подноса на мостовую посыпались монетки…

15-18 октября 2018.


Рецензии