Любаша

                Основано на реальных событиях.

 
     Капитан полиции ловко запрыгнул в уазик, поставил "Калашников" между ног и с силой захлопнул дверь.
-Поехали, - сказал он водителю.
-В город везем? - спросил тот.
-Да! Куда же ещё? Хотя я бы в лес увез эту тварь, и, как говорится, "без суда и следствия"... Шлепнул гадину - и в реку, рыбам на съедение. Такого парня завалила.
-Это точно, - ответил водитель и повернул ключ в замке зажигания. -Пашка парень был классный, собак любил.

     Машина фыркнула, дернулась и не спеша выехала с заднего двора отделения полиции.  Любашу качнуло. Она даже не заметила, что потертая спортивная сумка упала с ее колен на заплеванный пол.
 Она скрючилась в сжимающем плечи отсеке для перевозки заключенных и не отрываясь смотрела в небольшое зарешеченное пыльное окно. Начавшийся дождь разбивался каплями о стекло, размазывая грязь. Любаша водила по нему рукой, словно могла протереть его и рассмотреть четверых дочерей, пришедших проводить ее. Она не видела девчонок, но она их чувствовала. Как чувствовала каждую, с минуты рождения. От удара по окну Любаша вздрогнула: старшая дочь Алла догнала переваливающийся по выбоинам уазик и провела ладонью по заляпанному жижей стеклу. Любаша разглядела дочек, бежавших за набирающей скорость машиной. Она не слышала их, но читала по губам:
 -Мама! Мама!..
 
     Беспросветно-серое детство Любаши прошло, как и у большинства живущих в поселке. Предприятия приватизировали, работников сокращали. Родителей Любаши тоже уволили. Отец начал пить. Мать, устав от безуспешных поисков работы, начала торговать на рынке. Каждое утро она садилась за руль старенького «Москвича»-каблука и ехала за сто тридцать километров в город. Там на рынке она продавала все, что давало хозяйство: мясо, овощи, творог, сметану и даже соленья. Любаша все время была одна.

     После занятий в школе она спешила домой, ведь дел было много: прополоть грядки, накормить скотину, чистить коровник и прибирать в доме. После переделанной работы времени хватало только на то, чтобы сделать уроки. А Любаше хотелось научиться играть на скрипке, изучать английский язык и заниматься танцами. Вечерами, когда мама приезжала из города и они садились ужинать, начинался скандал: проспавшийся после пьянки отец устраивал сцену ревности, заканчивавшуюся дракой. Вначале мать хватала дочь и пряталась в кладовке, но поняв, что скандалов не избежать, начала сопротивляться мужу, вступая с ним в неравную схватку. И каждый вечер отец уходил из дома искать собутыльников, а мама, обессиленная, валилась спать, чтобы ни свет ни заря проснуться и собраться в дорогу.
Любаша, закутавшись в одеяло, мечтала о том, чтобы поступить в училище, устроится проводницей, и уехать далеко-далеко от этого дома. И ещё она мечтала, что, когда выйдет замуж, нарожает много детей, которым она подарит настоящее счастливое детство. И никогда, ни одному мужчине она не позволит ударить её.
После окончания школы Любаша поступила в Уральский университет путей сообщения и переехала в общежитие. Студенческая жизнь закрутила приятной суетой. На университетской вечеринке она познакомилась с Виктором. Парень внешне не сильно отличался от других ребят. Любашу привлек его взгляд, нежный и теплый. Виктор пригласил ее танцевать, а после вечеринки они долго разговаривали, сидя на скрипучем диванчике в фойе общежития. Любаша влюбилась.
 
     К последнему курсу молодые распланировали дальнейшую жизнь: после получения дипломов они поженятся, начнут работать, купят квартиру и родят четверых мальчиков.
- И не возражай, - сказал Виктор. - Только мальчиков.
Любаша и не собиралась возражать:
-Мальчиков, так мальчиков...
Она была счастлива. Но все пошло не по плану.  Свадьба уже была "на носу", когда ей позвонили и сообщили, что её родители насмерть угорели в бане. Свадьбу пришлось отложить. Любаша с Виктором приехали в поселок.


После поминок Виктор спросил:
 -Любаша! А зачем нам отсюда уезжать? Посмотри, какое хозяйство!  Давай останемся! Квартиру покупать не надо, работать на дядю чужого тоже не надо. Станем фермерами, да и пацаны будут на всем домашнем расти, без нитратов и прочей химии.
 -Витенька, - взмолилась Любаша. - Я всегда мечтала, чтобы дети мои языки учили, музыку. Чтобы у них было детство. У меня не получилось так, хотя бы у них… Знаешь, сколько я одна напахалась с этим чертовым хозяйством?
 -Почему одна? Я же все могу и умею. Всё будем вместе делать, а пацаны пойдут - будешь ими заниматься, а я себе помощников найду. Справимся!
 
Хозяйство быстро разрасталось, и вскоре вдвоем они уже не управлялись. Вначале наняли продавцов для торговли на рынке, а потом и скотника.  Вскоре родилась Алла, и у Любаши начались совсем другие заботы, а через четыре года она родила Нину.
 - Ну, ты даешь, мать, - сокрушался Виктор, обнимая жену. - Обещала пацанов, а сама что?
 -Я обещала? - смеялась Любаша, - по-моему, ты говорил, что мальчиков хочешь. Что раскис? Давай попробуем мальчика сделать, я не против!
Через год Любаша родила Леночку, а еще через четыре - Лялю.
 -Все, видимо, не судьба, - усмехнулся Виктор. - Жить мне теперь в бабьем царстве.
 -Вот тебе плохо, -улыбнулась Любаша. Восьмого марта, конечно трудновато будет, зато двадцать третьего февраля каково? Смотри, какие они у нас красавицы, разве можно их назвать бабами, они - царевны!
 Виктор махнул рукой:
-Ладно, пойду я свинарник чистить, нет у меня времени с царицами нянчиться.
 
 "Царевны" подрастали, и, как прежде, с ними нянчилась Любаша. Школа, садик, кружки, спортивные секции -девчонки хотели успеть везде. Любаша усаживала их в машину и везла в город. Алла и Нина серьезно занимались вольной борьбой, Лена - вязанием, макраме, шитьем, Ляля - ментальной арифметикой, шахматами и танцами. Все девчонки учили иностранные языки: английский, французский, немецкий и даже хинди. Занимались они охотно, и Любаша была счастлива. Ничего не предвещало беды, но она пришла, и, как всегда, неожиданно.
 Виктор начал пить.
 "Ну почему? - спрашивала себя Любаша. -Почему? Ведь все прекрасно: дочки умницы, деньги есть, в доме чистота и уют. Мы его любим и заботимся о нем. Чего не хватает?" Ответов на вопросы у нее не было. Виктор спивался на глазах и перестал работать. Теперь на Любаше повисло еще и домашнее хозяйство. Долгих два года она боролась за мужа: врачи, знахарки, колдуны. Ничего не помогало. Если раньше он пил и спал, то теперь, напиваясь, он зверел, устраивал скандалы и цеплялся к дочерям. Любаша вспоминала свое детство и не хотела допустить, чтобы её девочки испытали те же чувства, которые когда-то довелось пережить ей...
У всего есть предел, Виктора она выгнала. Уволила помощников, расплатившись с кем поросятами, с кем гусями: наличных денег почти не осталось, муж пропил все. Любаша села на скамейку во дворе, обхватила голову руками и заплакала впервые за много лет. Её не пугало то, что она осталась без мужа, её волновали дочери. "Как теперь справляться? - думала она. - Тянуть хозяйство одной невозможно. Сил конечно хватит, а хватит ли времени? Я буду продолжать их развивать и учить, чего бы это не стоило".

     Любаша устроилась торговым представителем сразу в две фирмы. На работу можно было не ходить неделями, все дела она решала по телефону: искала клиентов, продавала товар, руководила перевозками и командовала экспедиторами. Все оставшееся время она жила детьми, но заботы о хозяйстве никто не отменял. Дочки понимали, что мама ничего не успевает и ей надо хоть немного отдохнуть, всегда помогали ей, а порой вставали пораньше, чтобы, пока мама спит, все сделать самим. Постепенно в семье наладился график, каждый знал свои обязанности. Младшая Ляля следит за цветами и протирает пыль, на Лене и Нине порядок в шкафах и мытье полов, старшая Алла готовила кушать, стряпала и доила корову. В выходные дни, если у девчонок не было занятий в кружках и не надо было ехать в город, они все вместе гуляли: летом ездили на речку и в лес, зимой катались на коньках, лыжах и санках. Осенью Любаша с Аллой делали заготовки, которых обычно хватало до конца зимы. Любаша смотрела на детей, едва сдерживая слезы. "У меня все получилось, девчонки счастливы, - думала она. - А раз счастливы они, то счастлива и я".
Любаша понимала, что с четырьмя детьми ей вряд ли когда-то удастся выйти замуж, но это было неважно, потому, что в её жизни уже была любовь. Любовь к её красавицам.

Лето выдалось жаркое. Вдоволь накупавшись, Любаша с детьми возвращались с реки домой. У обочины на въезде в поселок примостилась машина ДПС, возле которой скучали два сотрудника полиции. Увидев приближающеюся "Тойоту", один вышел на дорогу и махнул жезлом. Любаша затормозила и открыла окно.
-Лейтенант полиции Коновалов. Будьте добры, права и документы на автомобиль.
 -За что остановили, лейтенант Коновалов? Я вроде ничего не нарушила. - спросила Любаша.
-Не нарушили, - улыбнулся инспектор. - Проверяем наличие средств для перевозки детей. У вас же есть дети в машине?
 - Это точно, - засмеялась Любаша. - есть, и сразу четверо!
- И все ваши?
- Конечно, мои.
 -Повезло папаше, четыре дочки, - сказал лейтенант, заглядывая в машину.
-Нет у нас папы, мы сами с усами. Точно, девчонки?
Девчонки закивали головами.
- Зато у нас есть корова, поросята и большой дом.
 -А как же, если гвоздь забить нужно?
 - Ну, это мы и сами умеем.
-Все в порядке, счастливого пути, - полицейский козырнул и отдал Любаше документы.
 -И вам всего хорошего, - сказала Любаша.

 Вечером, поужинав, все уселись играть в "Монополию". По забору громко забарабанили.
 -Я посмотрю, - сказала Алла и выбежала из дома. Через минуту она вернулась:
 -Мама это к тебе, не знаю, кто, но лицо знакомое. Любаша вышла на улицу. Перед ней, переминаясь с ноги на ногу, стоял молодой мужчина. Любаша окинула его взглядом и улыбнулась:
 -Ух, ты! Лейтенант Коновалов! Используете служебное положение и запоминаете адреса, указанные в документах? Нехорошо!
 - Меня зовут Паша, - ответил лейтенант. - Проходил мимо, думаю, дай зайду, может, помощь какая нужна?
 -Вы ко всем, кого останавливаете, потом на помощь приходите? И как жена на это смотрит? - спросила Любаша, косясь на обручальное кольцо гостя.
 -Жена не смотрит, мы разводимся.
-Вот когда разведетесь, тогда и приходите, лейтенант Коновалов. А то у меня таких желающих помочь полпоселка. Она подтолкнула Пашу к выходу, захлопнула калитку и с силой задвинула звякнувший засов.

Любаша сдалась через месяц, и они начали встречаться. Уж очень ей понравился молодой лейтенант: высокий, широкоплечий, с сильными руками. Открытый, нежный взгляд и добрая улыбка. И ухаживал необычно: то подложит огромный букет полевых цветов под калитку, то привяжет к забору связку воздушных шаров. Поздно ночью, когда Паша, крадучись, чтобы не разбудить девчонок, уходил, Любаша долго не могла заснуть: начинали одолевать сомнения. "У него ведь жена, - думала она. -Нельзя же так. А если бы я была на её месте? Каково бы мне было? Хорошо? Но он сразу сказал, что будет разводиться, значит не я причина».
Паша приходил к Любаше без предупреждения: подъезжал к воротам, сигналил, и она бежала к забору открывать калитку. Дочери начали привыкать к маминому другу и принимали его, не задавая лишних вопросов. Они видели, как изменилась мама: она все время улыбалась, оглядывала себя в зеркале и подбегала к окну, высматривая любимого гостя. Паша приходил все чаще и чаще, вместе ужинали, и он оставался ночевать. Утром он уезжал домой, надевал форму и мчался на дежурство.
 
Слух о том, что у лейтенанта полиции появилась пассия, быстро распространился по поселку, да и Любаша ни от кого не скрывала свои новые отношения, хотя и не понимала, почему Паша не торопится переехать к ней. Уже два года он жил на две семьи: захочет - придет к ней, захочет - останется у жены.
-Ты когда определишься? - спросила Любаша. - Ты или со мной, или давай все закончим. Мне муж нужен, а не разрывающийся между двумя бабами любовник.
-Не волнуйся, все решится, - ответил Паша. -Ребенок все время болеет. Ему помощь моя нужна. Я и сам мучаюсь: люблю тебя... Пойми.
Она понимала и ждала.

Любаша собиралась в кафе. Днем заходила одноклассница Оля, которая уехала из поселка сразу после окончания школы, и сейчас, вернувшись навестить родителей, пригласила Любашу вечером посидеть, поболтать, вспомнить беззаботную юность. Девчонки вертелись вокруг мамы, словно она уезжала навсегда.
 -Ты не волнуйся, мы все сделаем, и корову подоим, и скотину накормим, и звонить тебе будем, - щебетали они.
 Официант принес подругам бутылку сухого вина, кофе и мороженное.
-Все, как в школьные годы, - улыбнулась Любаша. -Только вместо вина лимонад был. Помнишь?
 - Помню, помню, Любушка, - ответила Ольга. - Ты мне зубы не заговаривай. Давай, рассказывай, как тебе удалось мужика из семьи увести?
-Увести? - нахмурилась Любаша. - Кто это тебе такую ерунду наплел? Никого я не уводила.
 -Да, ладно, подруга, весь поселок только об этом и говорит. Ты теперь прямо звезда! Мне-то правду расскажи. Приворожила, что ли?
 -Олька! Ты совсем ненормальная? Буду я дурью маяться. Он сам приворожился, сказал, что думал разводиться, а как меня увидел, так точно решил. Только уже два года никак разродиться не может. Туда-сюда мотается.
 - Говорят, в полиции работает, весь такой правильный, перспективный, далеко пойдет... Ну ладно, не хочешь - не говори. Давай выпьем за твою любовь, - сказала Ольга. -А вечером тебя провожу и покажешь, кого ты тут захомутала.
 Подруги громко звякнули бокалами и выпили.
-Ой, Пашенька! - посмотрев на дверь, воскликнула Любаша, она подняла руку и помахала любимому.
  Паша стоял у входа в кафе, и смотрел по сторонам, оглядывая полупустой, тусклый зал. Увидев Любашу, он стремительно подскочил к ней, схватил за запястье и с силой поднял из-за стола.
 -Ты чего, мне же больно! -воскликнула Любаша и выдернула руку.
-Быстро домой пошла, -сквозь зубы прошипел Паша, обдав ее запахом спиртного.
-Никуда я не пойду, мы с Олей двадцать лет не виделись, поговорить хотим. Хочешь, посиди с нами. Ты же не мешаешь, - сказала Любаша и села на место.
Паша молча схватил её, словно задерживая преступника. Вывернул руку за спину и выволок кричащую от боли Любашу из зала. На улице он обеими руками сжал ей шею и начал трясти.
 -Запомни! Никогда, поняла, никогда ты не должна шляться по кафе. Поняла? Ты должна сидеть дома и ждать меня. Поняла?! - говорил он, все сильнее стискивая пальцы. Любаша не могла произнести ни слова, дыхания не хватало, глаза покраснели, по щекам текли слезы.
"Сейчас умру", -подумала она, зажмуриваясь. Как только Паша разжал руки, Любаша оттолкнула его и побежала в сторону дома. Паша сел в машину, рванул с места и поехал за ней. Он перекрывал Любаше дорогу, заезжая на тротуары и клумбы, Любаша уворачивалась и, размазывая ладонями слезы, бежала все быстрей и быстрей. "Главное - успеть заскочить в калитку", - думала она.
 
 -Что случилось, мамочка? - спросила Алла, увидев заплаканную Любашу.
 -Все хорошо, солнышко, я просто споткнулась и упала.
 -А почему ты так быстро вернулась?
 -Тетя Оля позвонила, что не сможет прийти. Все нормально. Я пойду спать, и вы ложитесь. Хорошо?
 -Спокойной ночи, мамуля, - ответила Алла, девчонки уже легли.
 
     Утром Любаше надо было в город, в торговое представительство. Она приготовила завтрак, разложила в пластиковые контейнеры обеды девчонкам в школу, завезла младшую дочку в садик и выехала из поселка. Трасса была свободна, машина набирала скорость, и Любаша в какой уже раз вспоминала произошедшее вчера. "Что это было? - думала она. - Ревность? Но к кому? К подруге... Странно. Сам постоянно говорит, что любит, а чуть не придушил. Я и повода не давала. То, что мужики на меня оборачиваются, знаю, но я же не буду в парандже ходить. Нет. Все. Судьбу мамы я не повторю и терпеть не буду. Да и вообще все странно. У меня пожил, идет к жене. Вечером придет- не придет. Ждать-не ждать.. Баловство это все. Только разговоры одни о совместной жизни. Нет. Все. Поиграли в любовь, и хватит. Переживу. Нам с девчонками и без него хорошо". Любаша вытерла выступившие слезы и надавила на педаль газа.
 
Закончив дела, она позвонила Алле.
 -Привет, моя хорошая, как там у вас?
 -Ой, мамочка, ты скоро приедешь? - радостно кричала в трубку дочь. - У нас все так круто! Приедешь, мы все расскажем. И еще у нас для тебя сюрприз.
Любаша слышала визг и смех других дочерей.
-Алла! Что у вас происходит? - серьезно спросила она.
 -Мамуля! Не волнуйся. Приедешь, сама увидишь. Все. Пока. Целую. Ждем.
Любаша подъехала к воротам. Легкий дымок, поднимаясь над забором, наполнял воздух ароматом жареного шашлыка. Любаша распахнула калитку. На дорожке к дому, выложенной потертой плиткой, стояло ведро, заполненное высокими бордовыми розами. Девчонки носились по двору, осыпая друг друга мыльными пузырями из маленьких баночек, Паша в ее фартуке стоял у мангала и переворачивал решетку барбекю с румяными кусочками мяса. Любаша остановилась:
-Что за праздник? - грозно спросила она.
-Мамочка! Мы сегодня с парашютом прыгали, нас дядя Паша учил.
-Как с парашютом? - переспросила Любаша.
-Да просто: на аэродром ездили, - улыбнулся Паша, подходя ближе. Он обнял Любашу за плечи и поцеловал в щеку. Она дернулась в сторону.
 -Ты чего, мамочка, - спросила Алла. - Не рада?  Знаешь, как здорово было. А еще сюрприз: дядя Паша к нам жить переезжает. Навсегда. Любаша опустилась на пластиковый стул у мангала.
 "Жить переезжает. Навсегда, - подумала Любаша. - Он считает, что все так просто? Обычная бабская сущность: ведро, полное роз, по-хозяйски пожаренное мясо, поцелуй в щеку, счастливые дети, и все - оттаяла. Как будто не было вчерашнего ужаса. Это же забыть невозможно...Я поняла, вот дура! Это, наверное, не только ревность. Он на самом деле за меня вчера испугался, мало ли, что бывает. Кто только в этой кафешке не собирается. Обидеть запросто могут. Просто он перенервничал и не сдержался.  Ладно. На эту тему мы с ним еще поговорим.
Паша остался.

 Через пару месяцев Любаша поняла, что беременна. "Господи, - подумала она. - Как это здорово! У нас будет малыш, и помощницы выросли. Аллочке семнадцать, самое время учиться ухаживать за малышом. Сегодня Паше расскажу, вот он обрадуется".
 Паша приехал около одиннадцати вечера. Любаша накрыла на стол и спросила:
-Ты чего так поздно, дежурство же в восемь закончилось?
 -Ну, во-первых, я с мужиками пиво попил, после дежурства. А во-вторых, никогда мне не задавай подобных вопросов. Что значит - поздно пришел? Когда пришел, тогда пришел. Значит, так надо. Понятно?
 - Понятно, - ответила Любаша, подсаживаясь к столу. -А как ты за руль-то сел после пива? Не боишься?
Паша захохотал:
 - Ну, ты даешь. В первый раз, что ли, да и кого мне тут бояться? Инспектора? Самого себя, значит, или кого-то из наших?
-Нет, - замотала головой Любаша. -А если ты не виноват, а кто-то под колеса шмыгнет, тогда?
- Не боись, Любка, отмажемся.
 -Паша, - тихо сказала Любаша и улыбнулась. - Я беременна.
Паша замер, глаза его стали злыми.
- Ты, чего? Дура, что ли? Это нам зачем сейчас? Я не готов. Да и так живем, как в детском доме. Нет, не в детском, а сумасшедшем: шум, крик. Тронуться можно. Сколько ты на детей денег тратишь? А? Зачем? Объясни! Кружки там всякие: вязания-мазания, языки...Они же всё забудут, когда вырастут. Только деньги на ветер. Лучше бы пельменей нормальных купила, а не это дерьмо. Он оттолкнул от себя тарелку.
 -А ты не забыл, дорогой, что ты еще мне ни разу и копейки не дал? -Любаша встала из-за стола. Живешь на всем готовом. Мы с девчонками вокруг тебя скачем: "Пашенька то, да Пашенька сё". А Пашенька даже ведро с кормом в свинарник унести не может, я уже не говорю - коровник почистить. Сколько тебя просила материалы на баню привезти? Сам ведь знаешь, перебирать её надо. И что? Завез? Пельмени ему не понравились. Дай денег, и куплю какие хочешь или сама настряпаю. А девчонок моих не трогай. Как воспитывала их, так и буду воспитывать. Тебя не спрошу!
Паша соскочил, подошел к Любаше и со всего размаха влепил звонкую пощечину. От неожиданности она отшатнулась и схватилась за лицо.
-Убирайся, - прошептала Любаша. -Убирайся отсюда.
Она расправила пальцы, словно львица, выпустившая когти и бросилась на Пашу, пытаясь вцепиться ему в лицо. Он увернулся, и Любаша, роняя стулья, грохнулась на пол. На шум из комнаты выбежала Алла.
-Что случилось, мамочка? - спросила она, опустившись на колени.
 - Упала она, - процедил Паша. - Закрой, Алла, за мной, я пошел. А ты, Любаша, запомни: ты будешь со мной всегда. До самой смерти. Поняла?
 
     Ночью Любаша не спала. Опять мучали вопросы. "Как так получилось? - думала она. -Добрый и милый Паша оказался настоящим зверем. Его все в поселке любят. Он же показывал фотографии в районной газете, где статья про него. И приют для бездомных собак помогал строить, и на аллее славы деревья высаживал, а сколько нарушителей поймал. У него даже грамота есть, и не одна. Получается, это он на людях такой, а дома садист настоящий. Я же видела его глаза, когда он меня ударил, и тогда, давно, в кафе. Они же блестели яростью. Все. Никогда. К черту его".

 После больницы Любаша приехала домой. Настроение было - хуже некуда. Она села на кровати в своей комнате, опустила голову и закрыла лицо руками. Живот болел, тяжелые мысли не давали покоя. "Ох, и дура я всё-таки, как я могла убить ребенка?  Как? - подумала Любаша. - Что теперь будет? Господь отвернется от меня. Такой грех, такой грех. Как теперь жить с этим чувством вины? Четыре девчонки, ну, был бы еще один ребенок, прокормили бы и выходили. Девочки уже совсем самостоятельные, справились бы. Да что сейчас уже говорить. Поздно".
-Мамочка! Что с тобой? - в комнату зашла Алла. Она села рядом с Любашей и обняла её за плечи.
 -Мамочка, расскажи мне, я все пойму. Я многое понимаю, не маленькая, и всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось.
Любаша всхлипнула и рассказала дочери и про аборт, и про случай в кафе, и про то, как Паша ударил её. Она говорила и вспоминала о том, что, когда они с Пашей просто дурачились, валяясь на кровати, он заламывал её руки, выкручивал пальцы -  не со зла, так, «ради шутки». А когда она кричала от боли, он хохотал, но не отпускал.
Три месяца Паша не звонил и не приезжал, Любаша постепенно пришла в себя, жизнь пошла по накатанному годами пути. Она, как и раньше, возила девчонок на кружки и секции и не переставала восхищаться их успехами. Однажды, когда они вернулись из города и подъехали к дому, Любаша услышала грохот.
 -Мне показалось, девчонки? Что это шумит?
- Мама, у нас во дворе стоит грузовая машина - ответила Алла.
 -Так, все сидите на месте, я пойду посмотрю, - сказала Любаша.
 -Я с тобой, - откликнулась Алла, и они зашли в распахнутую калитку. Около бани стоял грузовик. Паша с двумя мужиками выкатывали из кузова бревна и швыряли их на землю
-А вот и хозяйка приехала! - воскликнул Паша. -Привет, Люба! Вот видишь, обещал материал привезти и привез. На следующей неделе буду баньку нашу перебирать.
 -Нашу? - переспросила Любаша. - Ты не ошибся? По-моему, мы все решили.
 -Нет, Люба, я все время думаю о тебе, понял, что люблю и не могу без тебя жить. Прости меня за все, пожалуйста, прости!
Во двор вошли девчонки, которые оставались в машине. Младшая Ляля подбежала к Паше, схватила его за штанину и закричала:
-Дядя Паша, а мы с парашютом пойдем прыгать?
 -Пойдем, Лялька, обязательно пойдем, - ответил Паша, подхватил девчонку на руки и прижал к себе.
 Любаша смотрела на это со слезами, она не могла остановить кружащиеся в голове мысли: "Господи, что происходит? Я сойду с ума. Наверное, я люблю его, но как с ним жить? А если опять? Да вроде не похоже. Взгляд такой же добрый, как тогда, когда он впервые пришел к нам. Может, поверить? Вдруг на самом деле он изменился за это время, возможно, три месяца ему хватило, чтобы все осознать. Любаша перевела взгляд на Аллу. Девочка стояла молча. Она скрестила руки на груди и медленно крутила головой из стороны в сторону. Широко открытые глаза наполнились испугом, они словно кричали:
 -Нет, мамочка, нет! Не надо! Не верь! Не верь!
Любаша вновь посмотрела на Пашу, улыбнулась и спросила:
-Хочешь кваску холодного? Сейчас из холодильника принесу. Он у меня ядреный, домашний!
Алла наклонила голову, махнула рукой и выбежала из калитки на улицу.

    Пару недель они прожили без скандалов, а потом все началось опять. Паша жутко ревновал, кричал, выкручивал Любаше руки. Ни сказав ни слова, он мог вечером уйти и вернуться утром, а порой и вечером следующего дня. Любаша молчала, памятуя недавний разговор, но однажды не выдержала.
 - Скажи мне, - спросила она, остановив его у машины. - Может, у тебя другая появилась? Так ты скажи. Я пойму.
-Другая? - засмеялся Паша. - Мне еще другой не хватает для полного счастья. Я и с вами двумя разобраться не могу.
-С кем это  - двумя? - Люба сжала кулаки.
- Так как -  с кем? С тобой да с женой. Вы же меня обе любите, и обе хотите, чтобы я с вами жил.
-Ты же сказал, что развелся.
 - Развелся, но ребенка навещать захожу. Ну, и остаюсь иногда до утра, - захохотал Паша, и сел в машину.
 -Ну, вот и все, - прошептала Любаша, глядя вслед уезжающему автомобилю. - Богом клянусь, что ты ушел из моего дома в последний раз. Теперь ты вернёшься сюда только забрать свои вещи.
 На следующий день был выходной. Погода стояла чудесная. Девчонки собрались купаться на речку. Любаша проводила их до калитки.
-Только недолго, Аллочка, - попросила она. - Вернетесь, будем кабачки на зиму заготавливать.
-Не волнуйся, мамочка, мы на пару часиков, - ответила дочь.
 Девчонки убежали, а Любаша пошла во двор. На большой, почерневший от времени, стол у крыльца она вынесла кабачки, разделочную доску, нож и алюминиевый таз.
"Пока девочки на речке, все почищу, приготовлю, а придут - начнем жарить-парить, - подумала она. - Как все-таки спокойно мне с ними. Тихо, без нервов. И никто нам не нужен, жили одни и дальше будем жить. Со временем забудется пережитый кошмар и все наладится. Так! Надо сумки его к калитке вынести, чтобы во двор не заходил". Она зашла в дом, взяла одну из собранных накануне сумок и подтащила её к забору.
-Что это у нас тут происходит? - услышала Любаша и подняла голову. Перед ней стоял Паша.
-Вещи твои выношу. Никогда мы не будем вместе. - ответила она.
Паша оттолкнул её и закрыл калитку изнутри.
 -Я говорил тебе, что ты будешь со мной всегда?
 -Говорил.
-А ты что удумала?
-Паша! Пожалуйста, уйди! Уйди по-хорошему, прошу!  - взмолилась Любаша
-А то что? - спросил Паша и ударил её ладонью в лоб. Любаша упала на спину и тут же попыталась встать.  Паша пнул её в живот и повторил:
 -А то что? В полицию заявление напишешь? Так кто тебе поверит. Дура! Кто ты, а кто я?
Любаша поднялась и быстро пошла к дому.
 -Я спокойна, я спокойна, - шептала она. - Пусть делает, что хочет. Я спокойна. Не возражать. Молчать. Не провоцировать.
Сердце Любаши сжималось от страха, руки тряслись, ноги наполнялись ватой
 - Я спокойна, - повторяла она. -Не отвечать. Пусть бьет, истязает, главное - молчать.
Она подошла к столу, положила кабачок на доску и взяла нож. Сильно выдохнула, и тихо сказала:
- Паша, милый. Забери в доме вторую сумку и уезжай. А потом успокоимся и поговорим. После этих слов Паша неожиданно обмяк. Плюнул на траву и сказал:
- Уговорила. Он поднялся по ступенькам и вошел в дом. Любаша счищала с кабачка зеленую кожуру, а сама краем глаза косилась на дверь. Паша вышел из дома, на секунду задумался, бросил сумку и подскочил к Любаше сзади. Он обхватил её горло согнутой рукой и начал душить. В глазах все поплыло и потемнело, она задыхалась. На мгновение она почувствовала, что рука Паши ослабевает. Любаша напряглась, собралась с духом, вырвалась, повернулась и сильно толкнула Пашу в грудь. Он пошатнулся и грохнулся на ступеньки крыльца. Около нагрудного кармана его рубашки расползалось красное пятно.
 -Ты убила меня, - прошептал Паша и закрыл глаза.
Любаша посмотрела на свои руки: в правом кулаке она сжимала окровавленный нож, которым только что чистила кабачок.  Любаша с трудом разжала затекшие кулаки, бросила нож и безвольно опустилась на ступеньку рядом с Пашей.
 "Ну, вот, - подумала она. - Все получилось, как ты говорил. Я с тобой до самой смерти. Но я не хотела, видит Бог, я не хотела…"

      Уазик остановился у высоких, окрашенных черной краской ворот. Капитан полиции выпрыгнул с переднего сидения и открыл отсек для перевозки заключенных.
-Выходи! Приехали, - сказал он.
 Любаша выбралась на улицу, и покачнувшись на онемевших ногах, ухватилась за открытую дверцу машины.
К ней подошел мужчина в синем дорогом костюме.
-Эй, эй! Полегче, - сказал он капитану, направившему на него дуло автомата. -Я её адвокат, вот удостоверение.
 Он наклонился к Любаше и зашептал на ухо:                - Все не так хорошо, как хотелось бы, Люба. Все против нас. Он сотрудник полиции. Сама понимаешь уровень его заступников. Так что пока статья сто пятая, до пятнадцати лет.               
 -Как же девчоночки без меня будут пятнадцать лет? - заплакала Любаша. - Поверьте, я же, честно, не хотела!
  -Знаю я, знаю! Сложилось все так, один к одному. Понимаю, что это случайность. Будем бороться и верить в справедливость.
- Все, пошли! - скомандовал капитан.
Любаша сложила руки за спину, опустила голову и пошла за конвойным.
Больше всего на свете ей хотелось, чтобы её дочери были счастливы...

22.10. 2018


Рецензии
Тяжёлая судьба у Любаши, но хочется верить, что
всё у неё образуется и её оправдают, это же самооборона.
Интересный рассказ, прочитала до конца на одном дыхании.

Валентина Сенчукова   23.10.2018 12:06     Заявить о нарушении
Спасибо, Валентина! Все очень сложно. Погибший на самом деле сотрудник полиции. Там все, как с цепи сорвались! Вот поэтому я и привлекаю общественность.

Олег Черняк   23.10.2018 12:24   Заявить о нарушении
Есть мнение, что нельзя заглядывать в будущее. А по мне, вот лучше бы герой знал бы чем всё кончится. Тем более таких случаев тысячи. По мне бы в школе надо изучать жизнь реальную. А не" Горе для ума" или искать героев" На дне"

Николай Килин   25.11.2018 08:20   Заявить о нарушении