Цветочек

  Возраст  у  Саньки  угадывался  смутно.  Что-то, между  тридцатью  и сорока. У  всех, кто много отсидел возрастные  особенности складываются иначе.  Может отсюда  и поговорка эта "Лагерный пацан - 60  лет" ?

 Его  широкое  восточное  лицо  состоялось,  оформилось и осталось  в настроении  какой-то  ушедшей   боли  или   печальной иронии.  А  глаза,   глубокие,  черные,  прищуренные,    добавляли ощущения,  что   он  всегда где-то далеко.  Или  в себе,   с  собой или  где-то. И  заставить его  оттуда  выйти  -  дело   бесполезное.
  Он  не спорил,  ничего не доказывал и не отстаивал.   В  разговоре  чаще  соглашался  или отшучивался.  Про таких  говорят: "Все концы подобраны,   ухватить  нет  за  что".  Да  собственно,  все мы там были не очень распахнутыми и расстегнутыми и даже не знаю почему так.


 Может потому, что большая половина  моей партии  -  люди  пожившие,  посидевшие и уже кое что понявшие  в  этом  сложном и странном  мире.  Наверное, они и создавали общую  атмосферу.  Общий  фон,  состояние, настроения,  темы.
   Довольно быстро я заметил,  что  Санька с удовольствием ходит  на  базу,  если   возникает  такая необходимость.   Или в какой-нибудь  населенный  пункт,  если такой оказывается в зоне доступа  одного-двух  дней пешего перехода.   Его легко было отправить  в магазин  или  на  базу...  чем я и пользовался. 
  Однажды  Санька вернулся с базы через  пять  дней.  Меня это крайне  удивило.
-  Саня,  ты  чо  там  делал  три  дня?  Тут же день туда - день обратно, ну заночевать там,  это понятно, а три дня?   Чо ты там делал? 
  Санька  вернулся   ощутимо  подавленным  и заторможенным.  И было очень хорошо  видно,  что  ни  врать,  ни просто разговаривать,   он  вообще не хочет.  А даже если бы и захотел,   то у него не получилось бы. 

  Допытываться  я  не  стал.  Сам немного  растерялся   и  огорчился.  Не  хочет говорить - ладно.  Но от этого как-то  неуютно  стало.  И чтобы отвлечься,  взял  удочку и пошел на ручей ловить  хариусов. 
  Где-то  через  час  подошел  Санька.  Постоял.  Помолчал.  Сел   рядом.
-  А  знаешь как я попал к тебе на работу?
Я  был не готов к такому вопросу и ответил  первое, что пришло в голову:
-  Так ведь ты уже работал в лесоустройстве.   И сам говорил, и по опыту вижу. 
-  В том-то и дело, что работал... -  Санька   беззвучно хихикнул и замолчал.  А после немного  напряженной паузы,  он рассказал  мне то,  что   почему-то не отпускает и сейчас...
-  Я  тогда только  освободился и назад  не  хотел.  А на работу никуда не брали. Жить негде.   Родственников нет.  Я  же  детдомовский.  Деньги, что заработал в зоне, кончились.  И надо было  что - то   делать по срочному,  а  то  первый  шмон  и  опять  восемьдесят девятая,  висячих  дел  с  магазинами   везде  много.   А опять  на зону  я   не  хотел.  Единственное  место,  куда брали,  это была такая же экспедиция   как  эта.  Но и туда я тоже  не хотел,  Я хотел  встретить   женщину.   Живую.  Настоящую.  Любую.  Лишь бы женщина.   Но  чот у меня не получалось.  Не  научился  я  с  ними разговаривать.  В детдоме  не  успел.  Потом  малолетка*.   Досиживал  на  взрослой зоне. 
Там тоже негде было.
 Скоро  тридцатник,  а  я живой женщины не видел.  Когда понял,  что  еще   день -два и посадят - пошел  устраиваться в экспедицию.   Объект  был  не  такой  дикий  как  сейчас.  И  мы  подолгу в  домах  жили  и  на базе. 

    Санька пару  минут помолчал. Пауза получилась емкая  и значимая.  Как  отсек.  Вступление от текста.
  - Послал  меня начальник в магазин за нитками. 
Ну  я  и  пошел.
Ниток в магазине не оказалось. 
Но там оказалась женщина,  которая  согласилась   продать  катушку.  Мол,  дома   у нее ниток  много  и  она  готова  помочь  бедным командировочным .  Но нитки  у нее дома.  Пошли к ней.
 Топаю  рядом,  а меня уже кроет.  Уже  мозги в тумане.
  Пришли  домой.  Разулся,  прошел на кухню.  Она  меня  за  стол,  чай,  печенье,  варенье,  расспросы...  а  я  не  знаю  как с ней   разговаривать.  Не  умею.  У  меня туман  в голове  и движения как у пьяного. 
Она смотрела на меня, слушала,  соображала....  потом  берет меня за  руку  и  ведет  к  кровати.

Не  помню,  кто и как раздевался,  ничего не помню,  что там и как было,  но  я  через  край, по полной,  побывал  там,  где  до этого  еще  ни  разу  не  был. 
А  в  голове все равно ясность не наступала.
Она поняла, что стала у меня первой. Она поняла  всё и даже больше.
.  Я  вообще ничего  не  соображал.  Вышибло как-то.  Напрочь.  В  какое-то другое измерение попал - не знаю.
 И  вдруг,  сквозь туман  слышу:  "А ТЫ ПОГОВОРИ С МОИМ ЦВЕТОЧКОМ".  И  поворачивается  всем этим своим  ко  мне. 
 Вот  тогда  я  и увидел  живой  "цветочек".  Впервые в жизни.
Через  неделю  нас  сняли и отравили  добивать  какие-то  хвосты  в  другом  конце  страны.
 Там сезон и закончил. 
А расчет  нужно было получать в конторе.  Приехали.  Пока ждал  деньги, попал в вытрезвитель. А  у меня только справка формы "Б"  полгода   назад  выданная и никаких  документов больше. Я им кричу, что  позвоните в экспедицию, а мне кричат, что  будет тебе экспедиция, и не очень  тяжелая, если сам во всем признаешься.  В общем,  повесили на меня свежий магазин, дали четыре  года  и  всё  сначала. 
За  четыре года  не  было дня,  чтобы  я  не  вспоминал  эту  ее  фразу  "А  ты  поговори с моим цветочком"  и  вообще,  всю эту историю. 
 Я  с этим засыпал и с этим просыпался. Это было со мной везде и давало  силы жить. Я точно знал,   что освобожусь и поеду к ней...
   Санька опять замолчал.  Я боялся дышать, чтобы не вспугнуть. Почему-то,  я  его   очень  хорошо  понимал... 
   Помолчав,  Санька продолжил:

-  Освободился.  Приехал.  А к калитке подходить боюсь.  Еще  сильней кроет,  но уже по другому.
Подошел.  Смотрю.  А на крыльце  мужик в майке и резиновых сапогах умывается. 
Я  отошел,  чтобы  он  меня не видел и сел  на землю.   
 Посидел.  Вспомнил магазин.  Пошел  купил четыре бутылки  водки.  База  у нас   была в заброшенной  школе,  пошел туда.  Там  сидел  пил.  И  не  знал  о  чем  и как думать.
 Помню,   что хотел  повеситься,  но было лень.  Или просто,  забыл как это делается.
В общем...  всё  нормально.
  Его рассказ  погрузил  меня в какой-то  ступор  и я не знал что  можно  ответить или  спросить.  Но  вопрос  появился сам:
- Саня,  а ты кому-то  это   рассказывал?
- А  зачем?


*Малолетка - колония для несовершеннолетних  осужденных.


Рецензии
Спасибо за интересный рассказ.

Игорь Леванов   05.02.2020 15:14     Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.