Белый на красном

       Художественно-историческая повесть.

                Октябрь. 2018 года.
Лада собирала краски, мольберт, масло, холстики в свой особый чемоданчик с благоговением. Наконец-то, она покидает Москву. Этой ночью она сядет в поезд, который умчит её в теплые края, где, если верить рекламе, именно и расположен земной рай.
Поезд Санкт-Петербург-Адлер прибыл на Курский вокзал строго по расписанию.
Приветливая проводница с южным говором проверила паспорт и билет, пожелала хорошей дороги.
Настроение улучшилось еще.
Дверь в купе не была закрыта.
В купе никого не было, но висело пальто на вешалке и стояла бутылка «Перье» на столике.
Лада неспешно разложила свой багаж, даже успела переодеться. Поезд тронулся. Позади осталась Москва-сортировочная, а попутчик так и не появился.
Лада легла и вскоре заснула.
Сон молодой женщины был безмятежен и крепок. Она не слышала, как вошел в купе пожилой мужчина. Он немного посидел, глядя в темное окно, затем лег и попытался заснуть. Сон долго не приходил сквозь мрачные мысли, но, наконец, и черное облако этих мыслей утонуло в сонной пелене.
Солнечные лучи пробивались сквозь шторы купе.  Сергей Леонидович проснулся ,как обычно, в 7 утра, умылся, побрился, освежил лицо одеколоном, сделал небольшую зарядку в коридоре вагона, пока все пассажиры спали, и сел пить ароматный травяной чай с французским печеньем.
Он впервые в России, хотя  здесь в далеком 1907 году был рожден его батюшка Леонид Сергеевич.
В 20-е годы семья вынуждена была переехать в Европу. Там же, в Бельгии, в 1938 году родился и сам Сергей Леонидович. И вот, накануне своего 80-летия , какая-то неудержимая сила потянула в эти места. Он и сам не мог обьяснить природу этой одержимости. Возможно, сны, в которых он в последнее время видел того человека, который на каком-то разъезде останавливает бронепоезд, бросаясь на рельсы, затем кидает гранату в кабину машиниста . Взрыв и кровь. Много крови. Целые реки алой крови заполняют землю. Этот сон появился впервые осенью 2017 года. Потом появилось неотъемлемое желание купить билет на самолет в Санкт-Петербург.
Он все медлил с покупкой билета. Что-то останавливало и пугало. Чужая страна, чужой язык. Сергей Леонидович владел русским, но книжным. Современный язык был ему недоступен. Русский язык он учил по распоряжению отца своего. И учил по книгам великих русских классиков. Он как бы застыл во времени. Пушкин, Толстой, Бунин.
Их слог, их мысли, их восприятие всего были частью России, которую он не знал. Дети же Сергея Леонидовича ни словом единым не могли обмолвиться по-русски. Но в Россию летали. И показывали отцу видео и фото. Он смотрел на фото, просматривал видео, но и мысли не допускал, чтоб самому увидеть и Москву, и Санкт-Петербург, не говоря уже о Твери, Туле, Ростове или других больших и малых городах.
Зачем ему эта страна, если он и здесь успешен? Он любил Европу, будучи европейцем, посетил Америку, Китай, Японию, бывал в Австралии. Все, что он хотел увидеть, он увидел.
Теперь этих воспоминаний хватит до последнего дня пребывания на свете божьем.
Но видно что-то свыше было не согласно с этой точкой зрения пожилого человека. Что-то сверху считало иначе. И тогда пришел этот сон, который и погнал в дорогу.
Санкт-Петербург встретил Сергея Леонидовича приветливо и державно. Он поселился в отеле с видом на Исакий. Много гулял по Невскому и прилегающим улицам и улочкам. Дышал и не мог надышаться петербургским воздухом.
Посетил Эрмитаж, побывал в Петергофе, прокатился по Неве.
Порой он шел наугад, без всякой цели что-либо увидеть. Ноги сами вели. Сергею Леонидовичу казалось, что он уже бывал на некоторых улицах. Почему-то ему захотелось посетить Кронштадт. Поездка в Кронштадт вызвала сердечное волнение. Давление поднялось, на глаза наворачивались слезы. Вернувшись в Петербург, почувствовал себя лучше.
Но ночью снова этот сон. Человек на рельсах, бронепоезд, граната и реки крови. Проснувшись встревоженным, Сергей Леонидович принял сердечные капли и почувствовал ту непреодолимую тягу к новой поездке. 
Но куда? Куда он должен ехать? Где тот разъезд и кто тот человек? И почему он это все видит? Почему?
От этих волнующих вопросов Сергей Леонидович почувствовал коготки голода в своем желудке. Он оделся и спустился в ресторан отеля.
Сделав заказ, обратил внимание на необычный мягкий говор официантки.
Когда она принесла еду, он спросил:
-Сударыня, у Вас непривычный мягкий говор. Вы из каких мест будете родом?
-Та я с Кубани.
-С Кубани? Это где?
-Та на юге. Краснодарский край.
-Не знаю такой край.
-Ну, так как же? Это Краснодар, Сочи, Адлер, Анапа. Море у нас. Казачий край. Вы шо и не слышали, как поет Кубанский казачий хор? Тю, как же так?
-Не довелось послушать.Уж простите великодушно, сударыня!
Девушка удивилась еще больше. Как можно не знать Кубань? Вот отсталый старик!
Вернувшись в номер, Сергей Леонидович  набрал в поисковике своего ноутбука слово «Кубань» и начал читать.
Читал он долго и внимательно. Дойдя до периода Гражданской войны, его глаза наполнились слезами. От отца он слышал и фамилию Корнилов,и фамилию Деникин. Но никогда не расспрашивал об этих людях. Сергей Леонидович не интересовался историей, а уж историей далекой и незнакомой страны тем более. Он посвятил себя  коммерции. Жил днем сегодняшним, крепко стоя на ногах, планировал день завтрашний.
А то , что он прочитал, его шокировало!
Красный террор, белый террор! Соотечественники нещадно убивали друг друга, уничтожая все на своем пути. Жесточайшие пытки, казни, прилюдное глумление на телом погибшего генерала Лавра Корнилова!
Как это возможно? Насилие над детьми, девушками, женщинами, церковнослужителями. Дико-жестокие казни казаков.горы трупов, море крови,как «белой так и красной».
Сергей Леонидович читал, не сдерживая слез. Он плакал и за окном плакал дождь, стуча по подоконнику. В эту ночь Сергей Леонидович не смог уснуть. Перед глазами стоял весь тот ужас, который он открыл для себя.
На утро он купил билет до Краснодара.
Он должен увидеть этот город. Должен и все!
 И вот он уже в поезде. За окном меняются города и станции, в купе спит молодая попутчица, а в голове бурлит от прочитанного, да слезы переодически наворачиваются на глаза.
 Погруженный в свои думы, Сергей Леонидович даже не заметил, что его попутчица проснулась и рассматривает его:
-Доброе утро!
Мелодичный молодой голос вернул мужчину из былого в день сегодняшний. Он повернул голову от окна и встретился взглядом с лучистым взглядом своей соседки по купе. Она пробудилась ото сна окончательно.
-Доброе утро, сударыня!
Позвольте представиться: Сергей Леонидович.
-Очень приятно! А я Лада.
-Лада? Разве еще современных барышень называют такими старомодными именами?
-Называют. Сейчас в моде более старые имена. А меня так назвали в честь песни.
-Песни!?. Но как это возможно: назвать малютку в честь песни?
-А вот и возможно. Я Вам сейчас её найду , и Вы все поймете.
Женщина нашла в телефоне некогда популярную песню «Лада» в исполнении Вадима Мулермана, в чей голос была влюблена мама Лады.
-Как это прелестно! Ваша матушка большая фантазерка!
-Она учительница музыки и страстная поклонница этого певца. Мой папа хотел назвать меня иначе, но мама настояла на своем решении. А потом у папы появилась и машина «Лада» . Две Лады в одном доме.
-Надеюсь, что в Вашем доме царил лад?
-Вы правы. Мы хорошо ладили и были счастливы, пока папа был жив.
-Мои соболезнования, сударыня. Простите мою назойливость, но что послужило причиной кончины Вашего батюшки?
-Инфаркт. В 90-е многие внезапно умирали. Времена такие были.
Сергею Леонидовичу стало неловко. Какие времена? И что было в 90-е годы в этой несчастной стране? Как же он так умудрился прожить в вакууме? Он чувствовал, что новые открытия ввергнут его в воронку многих бед. Он лишь заглянул в бездну времени. А что будет, если бездна заинтересуется им? Или она уже обратила на него свой взор? Ведь видит же он этот бронепоезд и этого человека !
Сергей Леонидович почувствовал укол страха. Ранее страх был ему неведом. Он прожил благополучную жизнь, удачно женился, удачную карьеру сделал, удачно женил сына. Удача была верной спутницей их семьи. Он отправился в это путешествие один, без супруги. Та осталась в Брюгге нянчить внучку, в которой души не чаяла. Это её стремление посвятить себя малышке было так нетипично для бельгиек, но Леа так любила малышку Алисию, в которой она видела себя маленькую, что невестка Роуз не смогла отказать своей свекрови в ежедневных визитах. Да и самой Роуз эта помощь пошла на пользу. Она могла больше времени уделять себе и своему любимому мужу Лео.
Когда Сергей Леонидович объявил домашним о своем вояже в Россию, только Лео и Роуз его единодушно, без сомнений поддержали. Они бывали в России не раз и считали, что и ему давно следовало познакомиться с родиной его родителей, давно пора посетить землю своих предков.
А милейшая Леа была встревожена: не повредит ли здоровью столь дальний вояж? Но дети убедили её в обратном.
И вот сейчас Сергей Леонидович начал разделять опасения своей супруги.
Но надо гнать прочь эти волнения и тревоги. С ним такая очаровательная спутница. Прехорошеньких дамочек он видел сразу и надо сказать, что в глубине души обожал. Его Леа не была красавицей, её фламандское лицо было неброско. Но душа была прелестна.
А вот лицо этой Лады по-настоящему красиво, а душа пока еще загадка. Голос бархатный, приятный слуху.
-Вы извините, мне надо умыться. Я выйду ненадолго.
-Да, конечно! Простите великодушно, заболтал Вас.
Лада поднялась и вышла из купе.
Мужчина отметил статную осанку. Или из балерин, или эта стать дана при рождении?
Лада шла пр коридору вагона и думала о попутчике. Забавный старик! Такой несовременный!Сразу видно, что иностранец. Говорит так чудно, как в старинных фильмах. Бабушка таких называла «из бывших». Как выяснилось позже бабушка и сама была из таких. Но Ладу не особо интересовало прошлое бабули, да и сама бабуля запретила им интересоваться. Лада родилась в 1978 году. Была поздним ребенком в семье. У мамы была уже одна дочь, но она умерла в 1969. Ту девочку тоже звали Ладой. Но в отличие  от первой Лады она родилась здоровой малышкой. В школе занималась художественной гимнастикой, увлеклась рисованием, литературой. Потом охладела к этим увлечениям и неожиданно для всех увлеклась гемматологией, наукой о самоцветах. Накупила много книг о них, поехала в Екатеринбург, в музей камня, там влюбилась в экскурсовода.
Вернулась с ним в Москву, сыграли свадьбу. Начали хорошо жить. Он много работал, она открыла салон, где гадала на камнях. Это было очередным новым увлечением.
Потом внезапно охладела и к самоцветам, и к мужу. Они развелись, разменяли новую квартиру. Лада вновь увлеклась живописью. Она купила небольшую дачу на Кубани, куда выезжала «зимовать». Там она писала свои миниатюрки. Кое-что продавала, кое-что раздаривала.
Вот и сейчас она ехала на очередную «зимовку».
Лада вернулась в купе, достала припасенные в дорогу продукты.
Угостила своего попутчика, и начались неторопливые беседы под стук колес.
Каждый делился частичкой своей жизни.
Потом снова пили чай.
Перед Ростовом стемнело. Они легли, но сон не шел. Каждый думал о чём-то своем.
В Ростове была большая посадка.
Город окутала ночь, не давая рассмотреть донскую столицу.
Дверь купе открылась. Молодой худощавый паренек с рюкзачком переступил порог.
-Добрый вечер!
-Добрый вечер , молодой человек!
Вы куда путь держите?
-Я до Краснодара. Хотя мне придется вернуться . В Медведовке поезд не останавливается.
-Здорово! И я в Медведовку еду.
-Вот Вам,Ладушка, и попутчик до Вашей станицы.Проходите, молодой человек, располагайтесь и давайте знакомиться. Как Вас звать-величать?
-Сергей.
-А по батюшке?
-Леонидович.
Лада засмеялась. Молодой человек опешил.
-Дело в том, что мы с Вами тёзки. Разрешите представиться: Сергей Леонидович!
Теперь уже паренек засмеялся такому совпадению.
Лада тоже представилась и загадала желание между двумя тезками. После этого молодежь перешла на «ты».
-А позвольте спросить: по какой надобности в станицу едете? Живете там или в гости?
-Да, нет! Живу я в Ростове. Работаю в театре, а еду в кино сниматься.
-В кино? В Медведовской?
-Да, именно. В апреле было столетие знаменитого боя за Ведмидивку. Снимают ретроспективу гражданской войны.
-И кого же играть будешь?
Красного или белого?
-Мне предложили роль белого генерала.
-Ух, ты! Аж самого генерала!!! А не молод для такой роли?
-Да, нет, генерал сам был молодой.
-И как фамилия этого генерала?
В купе повисла тишина. На лице парня застыло не то удивление, не то открытие чего-то.
-Голубчик, что с Вами? Вам нехорошо? Вон Вы как побледнели! Выпейте водички.
Парень выпил воды, ибо в горле неожиданно пересохло.
-А генерала тоже звали Сергей Леонидович. Сергей Леонидович Марков.
Тишина сгущалась. Только лёгкий ветерок казалось прорезал эту тишину.
Сергей Леонидович почувствовал его холод. Молодой Сергей сидел неподвижно, глядя в лицо своего тёзки.
Лада смотрела то на одного, то на другого.


                Июль 1878 года . Санктпетербургская губерния.

Теплым летним днем в семье  подполковника, потомственного дворянина, Леонида Васильевича Маркова родился первенец. Мальчика нарекли именем Сергей. Судьба предопределила малышу воинскую славу, честь и доблесть рыцаря без страха и упрека, участие в Русско-японской войне, братоубийственной Гражданской.
Но это еще все впереди. А пока младенец лежал на руках своей матушки, Веры Евгеньевны Аллар, дочери московского врача Евгения Морисовича Аллара, сына известного книготорговца, эмигранта из Франции  Мориса-Жерара Аллара. Вот такое переплетение судьбы.
Мальчик родился черноглазым красавчиком на радость батюшке и матушке.

Когда оцепенение прошло, Сергей Леонидович произнес:
-А давайте чай пить! Что-то зябко стало.
Они пили чай с остатками французского печенья и ростовскими сушками, которые достал из рюкзака Сергей.
Спать не хотелось. Говорить тоже.
Лада открыла планшет, нашла сведения о неизвестном генерале и читала с большим интересом.
Сергей Леонидович смотрел в темное окно. Мыслей не было. Была внутри какая-то необъяснимая тревога.
Сергей включил телефон и с кем-то переписывался.
Но сон сделал своё дело.
Трое легли и уснули.
Ладе снился молодой красавец-генерал. Её поразили его фотографии своей благородной, канувшей в Лету, красотой. Таких лиц уже не встретишь. Это ушедшая эпоха. Но эта эпоха здесь, рядом. Сто лет для истории- миг.
Поезд шел по щедро политой кровью земле. Вез пассажиров сегодняшних, приближая их к месту боя, который еще не раз будут вспоминать, о котором вновь и вновь будут писать и снимать фильмы.
В 8 часов утра все проснулись, как по команде.
-Скоро будем проезжать Медведовскую.
-Надо бы посмотреть на станицу.
-Сразу после Тимашевска. И я вам свою дачу покажу. Она рядом с вокзалом. А пока пойду умоюсь.
Пассажиры просыпались, умывались, ходили к титану за кипятком.
Поезд проехал Тимашевск.
Перед станцией Ведмидивка стояла стена плотного тумана.
-Туман какой! В Тимашевске было так ясно, а здесь туман. Не видно ничего. Почему это так? А в Интернете показывает «ясно».
-И у меня «ясно». Откуда здесь туман?
-Мой сын когда-то участвовал в игре «Калевала», он говорил, что туман -это души ушедших. Страна тумана- это страна мертвых.
-Мистика какая-то! Сергей Леонидович, неужели вы в это верите?
-Сударыня, я был материалистом все эти годы. Но сейчас не могу поручиться за твердость убеждений.
Мне часто снится один сон: броневик, человек на него бросается, кидает гранату и реки крови. Я не знаю этого человека, но он меня преследует.
Услышав эти слова, Сергей уронил чайную ложечку, которой собирался размешать сахар в стакане.
-Я.. Он... Это Марков. Этого не может быть!

 

                Апрель 1918 года.
                «Смело вперёд, за Отчизну Святую!»
               
                Как под Медвёдовкой лихо-то дралися!
                Марков там был генерал
                С ним в бронированный поезд ворвалися
                И большевик побежал.

    Отступавшая от Екатеринодара Добровольческая армия в конце своего Первого Кубанского похода имела в своём составе в начале апреля 1918 года около полутора тысяч человек и её положение было крайне тяжелым. Она имела большое количество раненых, дальнейшие её цели были неизвестны и не определены, настроение добровольцев было подавленным. После гибели 31 марта во время штурма Екатеринодара прежнего командующего, генерал-лейтенанта Лавра Корнилова, ею командовал генерал-лейтенант Антон Деникин. Он вёл отступающую армию от немецкой колонии Гначбау в направлении станицы Дядьковской.
К ночи на 1 апреля армия подошла к немецкой колонии Гначбау, где простояла весь следующий день, приводя себя в порядок и дожидаясь темноты[4]. Деникин распорядился оставить лишь 4 орудия, так как большее количество и не требовалось в связи с мизерным числом оставшихся снарядов. Более 10 добытых с огромным трудом, а теперь ставших бесполезной обузой орудий, утопили в реке, предварительно сняв затворы и испортив лафеты.
Главнокомандующий генерал Деникин решил дезориентировать противника и, сделав ложный маневр, который должен был показать большевикам, что он якобы уводит добровольцев на север, вечером в сумерках отдал приказ двигаться на восток, в направлении железнодорожного полотна, к станице Медвёдовской[6]. Успешное пересечении линии железной дороги означало существенное повышение шансов на спасение армии, так как позволяло вырваться из сетки железной дороги, контролировавшейся красными бронепоездами.
2 апреля Деникин издал приказ № 198, в соответствии с которым следовало «Генералу Маркову с частями 1-й бригады выступить из колонии Гначбау в 17 часов и следовать по направлению Медвёдовской, по взятии которой выставить заслоны к северу и югу по железной дороге, по проходе обоза следовать за ним, составляя арьергард». В обозе армия везла большое количество раненых, при нём находились гражданские лица и Главнокомандующий Добровольческой армией генерал от инфантерии Михаил Алексеев. Ночью 1-я бригада генерал-лейтенанта Сергея Маркова подошла к станице Медвёдовской.
Военный специалист, полковник Арсений Зайцов так охарактеризовал положение Добровольческой армии накануне боя у Медвёдовской:
Потерявшая вождя, упавшая духом, бросившая половину своей артиллерии, окруженная подавляющими силами большевиков, армия, казалось, была на краю гибели. И в эту минуту ей приходилось форсировать с боем железную дорогу, по которой ходили красные бронепоезда.
Около 4 часов утра части Маркова стали переходить через железнодорожное полотно. Генерал Марков захватил железнодорожную сторожку у переезда и расставил пехотные части вдоль железнодорожного полотна, выслал в направлении станицы отряд разведчиков для атаки противника и начал организацию переправы через железную дорогу раненых, обоза и артиллерии. У сторожки сосредоточился весь штаб Добровольческой армии с генералами Деникиным и Алексеевым. В это время от станции в сторону сторожки двинулся красный бронепоезд.
Когда бронепоезд подошел на близкое расстояние, пишет исследователь Н. Калиткина, «Марков, осыпая бронепоезд нещадными словами, оставаясь верным себе: „Стой! Такой-растакой! Сволочь! Своих подавишь!“, бросился на пути. Когда тот действительно остановился, Марков отскочил (по другим сведениям тут же бросил гранату), и сразу две трёхдюймовые пушки в упор выстрелили гранатами в цилиндры и колеса паровоза. Завязался горячий бой с командой бронепоезда, которая в результате была перебита, а сам бронепоезд — сожжён».
Согласно описанию очевидца события, генерала Деникина, приводимых также в работе Зайцова, бой представляется таким образом:
Медленно, с закрытыми огнями, — описывает этот бой генерал Деникин, — бронепоезд надвигается на нас… Поезд уже в нескольких шагах от переезда. У будки все: генерал Алексеев, командующий армией со штабом и генерал Марков… Марков с нагайкой в руке бросился к паровозу.
— Поезд, стой. Раздавишь, с…..с…. Разве не видишь, что свои?..
Поезд остановился.
Пока ошалевший машинист пришел в себя, Марков выхватил у кого-то из стрелков ручную гранату и бросил её в машину. Мгновенно из всех вагонов открыли по нам сильнейший огонь из ружей и пулеметов. Только с открытых орудийных площадок не успели дать ни одного выстрела.
Между тем Миончинский (командир батареи) придвинул к углу будки орудие и под градом пуль почти в упор навел его на поезд.
— Отходи в сторону от поезда, ложись! — раздался громкий голос Маркова.
Грянул выстрел, граната ударила в паровоз, и он с треском повалился передней частью на полотно. Другая, третья — по блиндированным вагонам… И тогда со всех сторон бросились к поезду «марковцы». С ними и их генерал. Стреляли в стены вагонов, взбирались на крышу, рубили топорами отверстия и сквозь них бросали бомбы… Скоро все кончилось. Слышался ещё только треск горящих патронов…
После уничтожения команды бронепоезда станица была обстреляна из орудия захваченного бронепоезда под руководством полковника Дмитрия Миончинского. Другой бронепоезд красных, подошедший с юга, из-за огня белых вынужден был отойти. Отряд Африкана Богаевского был выдвинут в сторону станицы в качестве заслона. Основные силы 1-й бригады атаковали станицу, не дав разгрузиться эшелонам советских войск, часть которых спешно и в беспорядке отошла от станции Медвёдовка, на станции белыми захвачены вагоны с припасами. В ходе кровопролитного ночного боя вся станица Медвёдовская была взята силами Добровольческой армии к утру 3 апреля, офицерская рота 1-й бригады при этом понесла значительные потери.
      
                / Из материалов Википедии/.


      Медведовку проехали в тумане. Ближе к Краснодару туман рассеялся.
Пассажиры покидали свои купе.
Сергей и Лада пошли на электричку, чтоб вернуться в станицу.
Сергей Леонидович остался стоять на перроне в нерешительности.
Вдруг Лада развернулась назад.
-Сергей Леонидович! Вас же никто не ждет в Краснодаре?
-Никто. Правда у меня отель забронирован. А есть какое-то предложение?
-Есть! Поехали ко мне на дачу. Сейчас электричка будет. Тут недалеко. У меня места всем хватит. И дача теплая. Яблони, груши, виноград. Поехали!
Сергей Леонидович и сам не хотел расставаться с попутчиками, и то, что он узнал, было для него потрясением, которое он хотел обсудить.
-Я приму Ваше предложение с удовольствием. Вы сказали, что недалеко от вокзала живете? Значит , можем навестить это место.? То, которое мне снилось.
-Конечно! Это совсем рядом. Да и съёмки посмотрим.
Сергей Леонидович отменил бронь, и троица отправилась на электричку.
Ехали они, действительно, недолго.
По дороге прочитали биографию генерала. Решили, что непременно нужно побывать на
могиле «Ангела-Хранителя», как его называли верные марковцы.


         

                25 июня 1918 г.
1-я пехотная дивизия Сергея Леонидовича Маркова оказала помощь остальным добровольческим частям во взятии Торговой. Утром дивизия Маркова совершив стремительный переход, атаковала хутор, но взять его с наскока не удалось, так как силы были слишком неравны, тем более красные оборонялись под прикрытием тяжелой артиллерии, бившей как из расположения полевых батарей, так и с бронепоездов, которые курсировали по железной дороге Торговая-Тихорецкая, осыпая все шквальным огнем.

В результате завязался тяжелый и упорный бой, Марков со своим штабом выехал на позиции и лично руководил сражением. Он стоял с зажатой в руке знаменитой белой папахой, его взгляд был устремлен вперед, он будто не слышал свиста пуль и осколков, оставаясь спокойным. Вскоре в бой были брошены основные силы дивизии, как бы красуясь перед любимым командиром, они шли на врага в полный рост. Большевики не выдержав напора и героизма атакующих, начали отступать. Они уже оставили хутор побежали к станции, а вслед за ними двигались по пятам офицерские и кубанские стрелковые роты. Еще через несколько минут стало понятно, что красным не удастся зацепиться и на станции, в животном страхе они спешно покидали позиции и отступали дальше в поле.

Марков поблагодарил своих верных стрелков за проявленный героизм и отдал приказ немедленно взять станцию Шаблиевку, после чего выслал в направлении станицы Великокняжеской команду опытных подрывников для того, чтобы не дать противнику эвакуироваться по железной дороге или же подвезти пополнения. Генерал Марков хотел лично видеть происходящее, для чего вместе с командиром 1-го Офицерского стрелкового полка полковником Тимановским и командиром 1-го Кубанского стрелкового полка полковником Туненбергом перешел на еще более открытую позицию.

Втроем они поднялись на возвышение из шпал и стали наблюдать за стремительной и красивой атакой добровольцев, чьи цепи стремительно приближались к Шаблиевке. Победа была полной, большевики уже даже не думали об обороне, они толпами хлынули прочь, а вслед за пехотой медленно пятился по рельсам, посылая снаряд за снарядом, последний красных бронепоезд. В этот момент рядом со стоящими командирами упал тяжело раненный капитан Дурасов, Сергей Леонидович приказал оказать ему помощь и продолжил спокойно стоять под огнем уходящего противника.

Вот еще немного — и бронепоезд красных скроется за поворотом, но в этот момент прогремели два последних орудийных выстрела, и генерал Марков, схватившись за голову, рухнул на шпалы. Над ним склонился его близкий друг полковник Тимановский, который приподнял голову раненного, и с ужасом понял, что случилось непоправимое. Его руки были в крови, которая буквально хлестала из разбитого затылка, где зияла рваная рана, часть черепа была вырвана осколком, также у Сергея Леонидовича было ранено плечо, он был фактически безнадежен.

Тимановский припал к его груди, он услышал едва заметное дыхание, после чего приказал перенести тело раненного на освобожденную станцию, и послал в штаб командующего короткое донесение следующего содержания: «Станция Шаблиевская взята. Генерал Марков убит». На самом деле Сергей Леонидович был еще жив, но его дыхание с каждым часом становилось всё тяжелее и тяжелее.

Уже находясь в станционной избе, генерал Марков в последний раз пришел в себя, глаза смертельно раненого героя были ясны, он обвел спокойным и безмятежным взором онемевших от горя офицеров, каждый из них был его боевым другом и любил своего генерала больше жизни. Марков понимал, что умирает, своим взглядом он простился с братьями по Белой борьбе и тихо произнес:

— Вы умирали за меня, теперь я умираю за вас…

Дальше было уже не разобрать, что говорил командир. Все склонились над ним, отдавая ему дань памяти и уважения. А в четыре часа утра 26 июня 1918 года сердце верного сына России перестало биться, он молча перенес все страдания и тихо отошел к Господу, за веру в которого и свободу Родины сражался и отдал жизнь.
               
/ Д.Романов "Белая Вандея России"/


Когда путешественники, наконец-то, пришли в дом девушки, они с облегчением вздохнули. Можно расслабиться и побыть наедине с неожиданно нахлынувшим потоком информации.
Сергею Леонидовичу Лада предложила гостевую спальню с собственной душевой.
Сергею комнату на втором этаже. Сама, приняв ванну, прилегла в спальне.
Закрыла глаза и явственно представила два тех судьбоносных для генерала боя.
Какая судьба у 39-летнего мужчины! Две военные кампании, множество наград, тюремное заключение, а погиб от руки своего же! Белые, красные! Брат на брата пошел!
Лада не слерживала слез.
На следующий день были назначены съёмки.

Сергей в ночь перед съёмками не спал.
Он ещё и ещё перечитывал все, что мог найти о генерале Маркове,всматриваясь в его фотографии.
Он «переживал» его жизнь. Короткую и трагическую. Под утро сон его свалил. Сон, в котором он видел погибающего генерала.
Сергей Леонидович, напротив, эту ночь спал безмятежно .
Лада уснула в слезах, но в полночь проснулась от желания рисовать.
За окном плотно стоял туман.
Она достала холст и всего лишь два тюбика краски. Смешала красную с белой. Сделала фон. Не то!
Добавила немного желтого. Вновь смешала. Теперь то! Сквозь красноту проглядывает солнечный луч.
Вроде и красный, а если присмотреться, то внутри солнечно.
На тонкую кисть взяла немного белой краски. Рука сама нарисовала контур человека в длинной распахнутой шинели. Взяла мастихин и внутри контура нанесла им белые штрихи.
Поставила холст сохнуть. Как вновь уснула, не заметила.
Наутро троица отправилась на съёмочную площадку. Народу там уже было много. Сергей пошел готовиться к съёмкам.
Рядом с Ладой и Сергеем Леонидовичем стоял старый казак. На вид лет 90, но не древний.
Когда съёмки начались, и Сергей в белой папахе бросился на перерез броневику, старик сказал:
-Любо! Как настоящий генерал! Ох, любо!!!
-А Вы откуда знаете, что, как настоящий?
-Знаю, касатка! От отца своего знаю. А он у самого Маркова служил. До последнего дня с ним был.
-И в том бою последнем?
-И в бою, касатка, и опосля хоронил.
-А мы собираемся поехать на его могилу.
-А могилы-то и нет никакой! Вот такая судьба! Нет у героя могилы!
-Как нет? Памятник есть, а могилы нет?
Лада не могла в это поверить!
Да и Сергей Леонидович не мог представить такого.
-А вы приходите ко мне вечерить, я вам все и расскажу. То, что от отца еще узнал. А пока идти мне надо. Стар стал, тяжело долго стоять. Я тут недалече живу. Приходите. Я один в хате. Я и Пират , старый кобель. А гостям мы завсегда рады.
Вечереет на юге быстро. Нет здесь долгих сумерек.Солнце село и сразу же темно.
Поэтому решили идти в гости к старому казаку до заката.
-Сейчас , Сергей Леонидович, Вы побываете в гостях в старом саманном доме. Таком же древнем, как и этот казак. Ходики на стене, в рамке выцветшие фотографии, половики и подзоры на высокой кровати. Вы не смотрели фильм « Тихий Дон»? Там такие хаты показывают.
-Нет, не довелось увидеть.
-Зато сейчас увидите. И голову наклоняйте, чтоб головой при входе не стукнуться. Потолки низкие.
-Хорошо! Последую Вашему совету.
Дорога до дома, указанного в адресе, лежала через больничный сквер, который облюбовали для себя черные вороны.
-Смотрите, вОроны! Какие у них крылья красивые. Иссиня-черные!
-Я читал, что ворон- символ предусмотрительности и долголетия!
-Падальщики они! «Черный ворон, я не твой!».
-А мне они нравятся. Они мудрые! Помните, Герде помогали искать Кая?
Я ими всегда любуюсь, когда сюда приезжаю «на зимовку».
-Лада, да ты и сама перелетная птица.
Сочинил тебе экспромт:
В краю вОронов могучих
Затерялась одна птичка.
Перелетна по неволе,
Но в душе всегда свободна.
А весной летит на север,
Здесь же вОроны большие
Ждать останутся ту птичку.
Лада весело рассмеялась, заулыбался и Сергей Леонидович.
А между тем они уже подошли к указанному адресу.
Но их ждала не старая саманная хата, а добротный дом из красного кирпича.
И внутри не было ходиков и выцветших фотографий, а был быт 21 века.
Их встретили кобель Пират и помощница по хозяйству, Ирина.
-Проходите , пожалуйста! Георгий Саввич вас ждет.
Они прошли в гостиную. Георгий Саввич был одет не в казачью форму, а в домашний костюм.
Стол уже был сервирован. Пыхтел пузатый самовар, ароматно пахло пирогами. Имелось и вино домашнее, и кое-что покрепче.
Сели за стол. Трапеза неспешно началась. Гости рассказали немного о себе, хозяин поведал коротко о себе.
Учительствовал, почетный пенсионер, пишет книгу о станице. Жена гостит у внучки, помогает нянчить правнука. Все как у всех добрых людей.
После чая перешли в кабинет .
Там уютно расположились в креслах и на диване. Приготовились слушать:

- Отец мой, Савва Игнатьевич, воевал в том полку. Много рассказывпл о храбрости и доблести своего командира. Описал и его похороны. Потом был новый бой. Марковцы потеряли командира, были окружены. Отец мой был контужен, но с поля боя вытащил его один есаул, долго скитались, потом попал в плен к большевикам. Бежал,снова поймали, били, но не расстреляли. Он грамоте был обучен. Это его и спасло. Определили писарчуком. Женился на казачке. И стал жить другой жизнью.а перед смертью позвал меня и рассказал про свое прошлое, про своего командира.
А вот что я нашел в интернете:
«Утром 14 июня гроб с телом генерала Маркова и несколько других гробов с убитыми были привезены в Новочеркасск и поставлены в Войсковом Соборе, а затем он был перенесен в домовую церковь при Епархиальном училище.
Все в городе узнали об этом и пошли поклониться телу убитого всем известного генерала. Полковник Биркин вспоминал:
«Я немедленно, чуть не бегом отправился в собор. Подхожу к клиросу и вижу несколько гробов, стоящих на левом крыле. Вхожу на клирос и сразу остановился у первого гроба, так как через стекло, вделанное в крышке, увидел лицо своего удивительного командира полка.
Не помню уже, как долго я стоял над гробом.
Мыслей не было, а я не мог оторвать свой взор от лица того, кого больше всех других уважал и более всех других боялся.
И положив земной поклон великому воину и еще раз взглянув на того, который ничего не боялся, я поплелся домой.
Если бы все генералы были такие, как он, - думал я»
В церкви Епархиального училища у гроба генерала Маркова стали почетные часовые его полка, в течение всего дня в церковь приходил народ, марковцы, несли венки.
15 июня в Вознесенском соборе состоялось отпевание и прощание с генералом.Траурную речь у гроба произнёс генерал Михаил Алексеев, который поклонился присутствовавшим на похоронах жене и детям Маркова. Марков был захоронен на военном кладбище Вознесенского собора Новочеркасска.

Захоронение генерала Маркова оказалось утрачено[30]. В отличие от тела Дроздовского, которое было вывезено дроздовцами при отступлении в 1920 году, а также тела Михаила Алексеева, также забранного с собой белыми при отступлении, тело Маркова подшефными частями вывезено не было, в том числе и по причине того, что в конце 1919 года марковские части лишились командования и при отступлении попали в окружение у села Алексеево-Леоново (район современного города Торез Донецкой области), потеряли значительную часть личного состава и не смогли решить задачу вывоза тела Маркова из Новочеркасска.

Судьба его захоронения в Новочеркасске неизвестна. Могила генерала, по понятным причинам, не сохранилась: белые не смогли вывезти прах Сергея Леонидовича в эмиграцию, победители же отнюдь не были заинтересованы в сохранении памяти о "враге народа". Но по странной иронии судьбы именно Маркову было суждено стать ПЕРВЫМ деятелем Белого Движения, которому в России поставили памятник.»
Эти скупые сведения из Интернета заставили меня поехать на место гибели генерала. Поехал я со своими учениками. От местных жителей мы узнали, что в ходе наступления большевиков была разрушена и церковь, где захоронен Сергей Леонидович.вот и получается, что стены храма навсегда упокоили прах легендарного офицера.
Что же касается его жены и двоих детей. Эмигрировали они в Европу, в Бельгию, а позже в Америку, где следы их и затерялись.Это и все, что мне удалось узнать.

Гости долго не решались заговорить. Судьба неизвестного генерала ворвалась в их жизни. Прошлое прочно обосновалось в душах этих людей.
Оно звало действовать, искать детей, может быть, внуков. Зачем?
Чтобы нити памяти не разорвались

Сергей Леонидович уже принял решение. У него есть знакомый историк в одном из университетов США. Он поможет в поисках. И непременно надо сьездить к тому разрушенному храму. Непременно!

Туман лежит на той земле,
Где не венчался белый с красной!
Казаки жили, и вполне
Считали жизнь свою прекрасной!
  Течет Кубань, цветут сады.
  И вновь гуляем я и ты.
  Все были б счастливы!
  Увы!
  Ах, если б не было войны!
   


Рецензии
Лариса, Ваша повесть, определённо, заслуживает внимания читателей.
Попытки нас, потомков участников событий тех времён, восстановить прошлое, не что иное, как попытка понять, что же происходило тогда. Ведь только через себя пропустив, человек начинает понимать события тех далёких лет.
Красное и белое. Кровь и любовь...

У меня тоже есть новелла о временах Гражданской, где с максимальной достоверностью я попыталась восстановить события тех лет, произошедшие с моими близкими.
При желании : "Когда расцветёт эдельвейс".

С интересом,

Татьяна Дмитриева Рязань   10.11.2018 22:22     Заявить о нарушении
Спасибо большое, Татьяна за прочтение и рецензию.
Время идет вперед, а память тянет назад.
С интересом прочитаю.
Захожу к Вам в гости.
С уважением, Лариса.

Лариса Василевская   10.11.2018 22:51   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.