Безумству храбрых

 - Александр Анатольевич – раздался по громкоговорящей связи взволнованный голос главного специалиста по чрезвычайным космическим ситуациям – передайте нам пожалуйста ещё раз видеоинформацию о неисправности стыковочного узла космической станции.
 - Я наверное раз двадцать пять передавал вам её на Землю и всё без изменений – угрюмо ответил ему космонавт безмятежно плавая в невесомости в ярко освещённом отсеке среди приборов проводов – и даже если я вам эту информацию передам в миллионный раз, всё останется на прежнем уровне, без изменений. Но только вряд ли для такой длительной пустой деятельности хватит мне запаса кислорода, он уменьшается на космической станции с каждым часом. Баллоны с кислородом находятся на «Прогрессе», который мы никак не можем пристыковать вот уже целых восемнадцать часов к космической станции из-за прилипшего к стыковочному узлу непонятного предмета похожего на гайку. Он не даёт нам возможности стянуть стыковочные узлы для герметизации шлюзового отсека, и словами мы этой проблемы никогда не решим.
 - Хорошо Александр Анатольевич, я со вниманием выслушал ваш утомительный диалог. А сейчас вы пожалуйста со вниманием выслушайте меня. Возьмите видеокамеру, протрите как следует ветошью иллюминатор гермолюка стыковочного модуля и  сфотографируйте нам крупным планом эту лишнюю деталь на космическом корабле. Затем этот отснятый вами фотоматериал срочно передайте нам на Землю, а мы уж здесь разберёмся как нам избавиться от этой вашей гайки не позволяющей нам пристыковать грузовой «Прогресс».
 - Уже и моей стала эта гайка – недовольно пробурчал космонавт, с небритым лицом с красными от бессонницы глазами, плывя в невесомости к своей видеокамере прицепленной за ремешок к вентиляционной трубе – собирать космические аппараты на Земле надо внимательней! И более грамотно!  Что бы не отваливались от них всякие детали в Космосе в самые неподходящие и ответственные моменты, тогда бы и нам космонавтам здесь вдали от Земли не пришлось бы рисковать своими жизнями.
   А через некоторое время Александр уже всматривался через тщательно протёртый иллюминатор в блестящую злосчастную деталь прилипшую к стыковочному узлу.
 - И как она там оказалась? – Угрюмо бормотал он, фотографируя её – ведь кажется всё инженерами на Земле продуманно до мельчайших мелочей. Всё ими прощупано протянуто приварено и вдруг как из неоткуда появляется эта маленькая сверх глобальная блестящая наша проблема. И как нам эту деталь оттуда выцарапать, из глубочайшего вакуума с температурой окружающего пространства – так, а какая сейчас у нас температура за бортом? – И космонавт развернувшись в тесном пред шлюзовом отсеке посмотрел на встроенный в стенку слабо освещённый термометр – ну ничего себе! – Удивлённо воскликнул он – целых сто тридцать три градуса по Цельсию! Как в хорошо прогретой парной! А впрочем, чему здесь удивляться, космическая станция уже много часов крутится в ослепительных лучах полыхающего жаром Солнца вдали от морозных теней Земли и Луны, а потому её металлический корпус хорошо и прогрелся.
 - Александр Анатольевич – вдруг услышал космонавт вновь голос инженера – когда мы получим от вас видеоинформацию?!
 - Сейчас отсылаю – ответил Александр, извлекая флэшку из видеокамеры и вставляя её в бортовой компьютер – получили информацию?
 - Да, получили Александр Анатольевич, большое спасибо вам за это. А в каком состоянии ваш скафандр?
 - Мой скафандр был в ремонте на Земле и в данный момент он дожидается меня на «Прогрессе» который мы никак не можем пристыковать к космической станции из-за этой блестящей штуковины.
 - Ах да, я совсем забыл про это, Александр Анатольевич. Простите меня за мою забывчивость. А сейчас мы здесь на Земле ещё немного поразмышляем над этой нашей общей утомительной проблемой в виде прилипшей к стыковочному узлу гайки.
 - Размышляйте думайте анализируйте. Да только ничего вы путного не придумаете господа учёные – недовольно проворчал космонавт смотря на счётчик кислорода – и если не вы, ни я ничего путного не придумаем, то осталось мне жить ровно тридцать шесть часов и двадцать семь минут. А что если мне! Нет, это очень плохая и явно безрассудная идея – огорчённо произнёс Александр в усмешке махнув рукой – меня в открытом Космосе без скафандра разорвёт как мыльный пузырь и размажет по всему стыковочному узлу с разноцветными узорами из моих внутренностей. Нет, это просто идиотская идея, выхода в открытый Космос без скафандра. Но есть ли у меня выбор, вот ведь в чём вопрос? А выбор у меня есть и их даже два: первый, это задохнутся здесь от недостатка кислорода. А второй выбор, это рискнуть и обмотавшись скотчем, что бы не разорвало меня на сотню маленьких медвежат – ухмыльнувшись своей невесёлой шутке грустно произнёс космонавт – и выйти в открытый Космос, чтобы извлечь из стыковочного узла эту злосчастную серебристую гайку. И вполне возможно я не взорвусь в Космосе от разницы давлений в моём теле и глубокого космического вакуума. По крайней мере второй выбор будет, как мне кажется, менее мучительным – молвил Александр приступая к изнуряющему обматыванию себя в комбинезоне скотчем.
   И в это время ему вдруг почему-то вспомнился маленький эпизод из художественного фильма «Вспомнить всё» где главный его герой Арнольд Шварценеггер попал в вакуумную среду, и у него от этого катаклизма стало распухать тело лицо, вылезать из орбит глаза и Александру от этого видения стало даже немного не по себе.
 - Мне непременно надо отбросить все негативные мысли и подальше от себя – сказал он одевая на голову полиэтиленовый мешок с заранее сделанными в нём прорезями для глаз рта, а затем старательно обматывая и её скотчем.
 - «Чтоб не треснула моя рожа от такого бесшабашного героизма» – невесело усмехнувшись подумал Александр.
 - А думать мне надо о том, как победить – продолжил он свои рассуждения вслух – а не как бесславно проиграть в этой непростой космической ситуации. За пять секунд я должен вытащить эту металлическую штуковину из стыковочного узла и вернуться с ней на станцию. За такое короткое время без скафандра в Космосе, я думаю, со мной ничего ужасного не должно случиться.
   Обмотавшись в несколько слоёв скотчем, и примотав к своему поясу небольшой кислородный баллончик с ресивером, Александр крепко сжал исходящий из него тонкий резиновый шланг зубами, и пробурчав:
 - Чему быть, того не миновать – вошёл в шлюзовую камеру которая служила и барокамерой для аварийного выхода космонавтов в Космос.
   Он решительно нажал на большую красную кнопку и за ним плотно захлопнулся гермолюк. Затем автоматически включилась откачка воздуха из шлюзовой камеры и когда стрелка прибора показала ноль атмосфер, открылся гермолюк в Космос. Александр как во сне зачарованный вышел в космическое пространство, вытащил из стыковочного узла гайку и боясь её уронить крепко сжал в своём кулаке. Затем он удивлённо посмотрел, своими глазами, в темноту необъятного Космоса с его удивительно чёткими яркими звёздами галактиками и подумал:
 - «Так значит вот какая она наша Вселенная, настоящая увиденная без приборов защитных стёкол иллюминаторов, увиденная обыкновенными человеческими глазами – и после этих мыслей у Александра вдруг зажгло глаза – это испаряется влага в глубоком вакууме с поверхности моих глаз» – подумал он и плотно сжал свои веки.
   Затем нестерпимый жар появился у него во рту.
 - «Это кипит моя слюна – подумал он и плотно сжал свои губы что бы прекратить ненужные ему испарения и одновременно стараясь не передавить трубочку со спасительным кислородом – пора мне возвращаться на мой корабль. Хватит прохлаждаться в открытом Космосе. Да и жарко мне здесь что-то очень стало. Сто тридцать три градуса по Цельсию, это всё же не шутка. И распирает меня изнутри от этого космического вакуума, хорошо хоть догадался обмотать себя в несколько слоёв скотчем».
   С этими своими мыслями Александр с плотно закрытыми глазами вернулся в шлюзовую камеру, судорожно нащупал рукой и нажал спасительную кнопку герметизации, и за ним плотно захлопнулся гермолюк. Затем включился насос и довольно урча он стал постепенно нагонять в шлюзовую камеру воздух и когда его давление через определённое время достигло нормы, открылся гермолюк в отсек космической станции. Космонавт облегчённо вздохнув вошёл в него, открыл свои глаза, глаза первого человека увидевшие необозримый простор Космоса в реальности. И вдруг он услышал громкие аплодисменты по громкоговорящей связи.
 - Безумству храбрых, поём мы песню! – Торжественно воскликнул ведущий специалист по чрезвычайным космическим ситуациям отражаясь в многочисленных ярких мониторах жилого отсека – Александр Анатольевич, мы видели этот ваш удивительный подвиг который передали нам на Землю видеокамеры шлюзового отсека. И мы восхищены! Нет, мы просто поражены этим вашим бесшабашным героическим поступком! Вы, первый в мире человек вышедший в открытый Космос без скафандра, и ваше имя войдёт в историю покорения людьми космического пространства! А теперь покажите мне пожалуйста то, что вы извлекли из стыковочного узла?
   Александр с готовностью разжал свой кулак, и конструкторы на Земле увидели у него на ладони обыкновенную намагниченную гайку М десять. 
 - Хм! – Задумчиво воскликнул ведущий специалист по чрезвычайным космическим ситуациям почёсывая рукой голову – и как эта гайка умудрилась попасть в стыковочный узел корабля? Наверное её занесло туда из космического мусора летающего по околоземной орбите. Ну, да Бог с ней. Главное это то, что сложнейшая космическая проблема нами успешно решена. А сейчас Александр Анатольевич мойтесь в бане отдыхайте, а через семь часов мы приступим к пристыковке нашего «Прогресса» к космической станции. 
   И радиосвязь с Землёй отключилась. А Александр улыбнувшись своим мыслям, разрезал ножницами липкий скотч стягивающий всё его тело, снял с себя комбинезон и облегчённо вздохнув залез в большую белую бочку именуемой космонавтами баней. В бочку подался жаркий увлажнённый воздух и он, развалившись в уюте и тепле на маленькой скамеечке, призадумался:
 - «А если бы не эта злосчастная гайка М десять в стыковочном узле корабля, вышел бы человек хоть когда-нибудь без скафандра в открытый Космос? – Подумал Александр невольно улыбнувшись – наверное, нет. Всё это слишком безрассудно легкомысленно и очень опасно. А хотя почему? Со мной же ничего страшного не случилось, я жив здоров целёхонек. Правда глаза мои увидевшие натуральный Космос немного побаливают, ну да это пустяки. Часов через десять я думаю, у меня всё заживёт и всё восстановится. А вот интересно, сможет ли человек в будущем без скафандра без космического корабля жить в Космосе? Если допустить, что в далёком будущем мысль свою человек с Божьей помощью разовьёт до такой степени, что научится летать. А если он ещё и научится переводить своё тело в другое энергетическое состояние, например в световое, то он сможет стартовать даже с Земли, выходить в открытый Космос, жить в нём и летать на другие планеты. Пищей ему будет служить свет звёзд и энергия Вселенной. И сможет тогда человек путешествовать без всяких космических аппаратов к далёким звёздам нашей Вселенной».
   Незаметно для себя Александр уснул и приснился ему человек в виде яркого света с маленькими крылышками за спиной, летящий в темноте необозримого космического пространства к далёкой и таинственной звезде.
 - Да это же ангел Божий! – Воскликнул космонавт и проснулся.
   А к его кораблю уже успешно стыковался в автоматическом режиме грузовой «Прогресс», и продолжилась для Александра его опасная трудовая космическая вахта вдали от тёплой обустроенной и уютной Земли. 


Рецензии