Белка и Стрелка первые собаки в космосе

Белка и Стрелка - первые собаки в космосе, или Хорошо ли там, где ничего нет

Знаете ли вы, что Белка и Стрелка - первые собаки в космосе – сами думали о своём полёте? Нет?
Очень стыдно!
Ведь именно в нашей стране живёт выдающийся этолог Мудр Иванович Щенников, умеющий переводить лай собак на человеческий язык и записывать его.
Разумеется, когда состоялся первый полёт в космос Белки и Стрелки, Мудр Иванович расспросил собак подробнейшим образом об их впечатлениях.
И вот что они рассказали.

МУДР ИВАНОВИЧ. Уважаемые Белка и Стрелка! Прошу вас поделиться своими ощущениями от полёта в космос. Что вы думали, чувствовали и вообще? Дадим слово Белке.

БЕЛКА. Сначала я чувствовала, что р-р-р-р - очень хочу покусать кого-то.

МУДР ИВАНОВИЧ. Почему же?!

БЕЛКА. Потому что нас опять посадили в какой-то ящик. Надоело уже!

МУДР ИВАНОВИЧ. А вас часто в него сажали?

СТРЕЛКА. Нет, - в другой.

БЕЛКА. Неважно! Все они одинаковые.

МУДР ИВАНОВИЧ. И вы нервничали потому, что вас туда посадили?

БЕЛКА. А вы думали? Вот если вас, Мудр Иванович, засунуть в коробку, чуть больше вас самого, вам это понравится?

МУДР ИВАНОВИЧ. Вряд ли.

СТРЕЛКА. Вот и нам не нравилось.

МУДР ИВАНОВИЧ. А как вы ощущали набор высоты космическим аппаратом «Спутник-5» во время взлёта 19 августа 1960 года?

СТРЕЛКА. Я ощущала, как будто меня какой-то злой дядька взял за шкирку, поднимает на воздух и трясёт.

БЕЛКА. Точно. И снизу ещё ногой пинает.

МУДР ИВАНОВИЧ. Участился ли у вас пульс, уважаемая Белка?

БЕЛКА. Участился? Он у меня чуть из лап вообще не выпрыгнул.

МУДР ИВАНОВИЧ. Могли ли вы двигаться внутри космического аппарата?

БЕЛКА. Да, там подвигаешься! Уж лучше в будке во время ливня с градом на цепи сидеть.

СТРЕЛКА. Нет, мы не могли двигаться. Нас привязали какими-то поводками. Но мы видели друг друга.

БЕЛКА. Как же! Я видела, что у тебя душа в хвостик ушла. Ты прямо вся побелела.

СТРЕЛКА. Ну, что ж! Я же в первый раз в космос летала. А ты не побелела?

БЕЛКА. Я отродясь белая. Меня раньше Альбиной кликали. Не знаешь будто?

МУДР ИВАНОВИЧ. Ну а потом? Когда пилотируемый аппарат вышел на орбиту?

БЕЛКА. Не поняла: кто куда вышел?

МУДР ИВАНОВИЧ. Когда вы перестали набирать высоту?

БЕЛКА. Мы там набрались страху на всю жизнь. И до этого ещё: во время тренировок. Тренировки эти даже ещё хуже!

МУДР ИВАНОВИЧ. А кормили вас хорошо?

СТРЕЛКА. Да!

БЕЛКА. Да? Тебе понравилось? Они нас кормили каким-то клеем, который из тюбиков вытекает. Вроде того, чем ботинки чистят. И вкус такой же.

МУДР ИВАНОВИЧ. А как вам понравился космический туалет?

СТРЕЛКА. Класс!

БЕЛКА. Бред! Это ж надо придумать такое – космический туалет! Всё равно что колбаса из туалетной бумаги.

МУДР ИВАНОВИЧ. А помните ли вы, уважаемые космонавтки, о своём самом ярком впечатлении на орбите?

СТРЕЛКА. Я помню!

БЕЛКА. Я тоже. Самое яркое впечатление – это когда приходится писать в невесомости. Так и ждёшь, что сейчас вся собственной мочой обольёшься.

СТРЕЛКА. Нет! Самое яркое впечатление, а, точнее, возмущение, - это когда рядом пролетал американский спутник…

БЕЛКА. А, помню. Здоровый такой.

СТРЕЛКА. Да! Мы с Белкой были страшно возмущены тем, что американцы нагло захламляют космическое пространство!

БЕЛКА. Помню, как же. Ты так лаяла, что чуть за борт не выпала.

СТРЕЛКА. А ты не лаяла?

БЕЛКА. Я на тебя лаяла, чтоб ты, дура стоеросовая, замолчала.

СТРЕЛКА. Не дура, а патриотка.

МУДР ИВАНОВИЧ. А как вам жилось раньше? До того, как вас взяли в космическую программу?

СТРЕЛКА. Так себе. Мы ведь беспородные. Но так нас никто не мучил. Впрочем, мы рады пострадать ради славы советской космической отрасли!

МУДР ИВАНОВИЧ. Теперь вы стали знаменитыми. Вас постоянно возят на разные встречи.

БЕЛКА. Да, дня отдохнуть не дают. Зачем это – непонятно. Если бы за это колбасу давали…

МУДР ИВАНОВИЧ. Как в целом вы оцениваете свои достижения?

СТРЕЛКА. Я – высоко. У меня шесть щенков! А у вас сколько?

БЕЛКА. Чего ты его спрашиваешь? Он же не сука!

СТРЕЛКА. Ах, да. Извините. Щеночки у меня чудесные. Я их просто обожаю!

МУДР ИВАНОВИЧ. Рады ли вы, что стали космонавткой?

СТРЕЛКА. Да!

БЕЛКА. Это она рада, что каждый день кормят до отвала. В детстве-то пришлось поголодать, а?

СТРЕЛКА. Всяко бывало. Но я всё равно за советскую власть.

БЕЛКА. Ну, а как же! Попробуй – против неё, родимой. Сразу в лагерь загремишь.

СТРЕЛКА. Прекрати свою антисоветскую пропаганду!

БЕЛКА. Я тебе так скажу. Ехали мы как-то на встречу с пионерами, в машине. Гляжу: бегут три дворовые шавки – вот как мы. Тощие, как смерть. Ободранные. Это по центру-то Москвы!

СТРЕЛКА. Это потому, что они работать не хотят.

БЕЛКА. Нет, ты послушай меня. Вот если бы на те деньги, которые потратили, чтоб нас с тобой в космос запустить, купить колбасу, то на сколько бродячих собак хватило бы?

СТРЕЛКА. Не знаю. На московских, может, хватило бы.

БЕЛКА. Да, лет на сто. Так стоило их выкидывать, так сказать, прямо в космическое пространство?

СТРЕЛКА. Стоило! Зато СССР – первый в мире!

БЕЛКА. Да, хвастаться можно ещё сто лет. Безумные существа – эти люди. Поймали двух сучек – и послали в космос летать. И – радости полные штаны. Чего радуются? Тут у них под боком тысячи собак с голоду дохнут.

СТРЕЛКА. Ты – антисоветчица!

БЕЛКА. А ты - дуроломка. Чем по космосам летать, лучше бы на Земле порядок навели. Но где там! Я таких идиотов никогда в жизни не видела.

МУДР ИВАНОВИЧ. Спасибо, дорогие космолётчицы, за ваши интересные впечатления и воспоминания.