В Питере на дне Балтийском

 На Сенной.
Всё рвался в Питер. После Эрмитажа. А теперь оказался в коморке тесной - наглухо забитой от внешнего мира. Только странные звуки идут с потолка проникают в подвал обитаемый тоже жилой.

Там наверху – насущным спросом свито осиное гнездо разврата - публичный дом. пюре в миниатюре. скрипит кровать рабочая пружинит – металлом лязгает станок для ковки денег.

Внизу - друзья по острову - под ними. Возраст дожития за чаем коротают. в беседе об искусстве живописном. Как вкусен штрудель, яблочный пирог. И крабы в кляре. Кофе и вино.

На фоне безнадёжного привета - прелюдии любви запретной плотской гостей клиентов энергичных. Тюбетейки рабочие рядом снуют в подворотне.

Там искомые есть Насекомые вавилонского града Петра и Февронии - много плодятся в условиях рынка в кромешной агонии - поблизости скопища разных конфессий продажных тлетворных. Сомнительных Сделок. Товаров услуг и телесных утех запрещённых. В советском союзе, когда это было, теперь стало можно. – веселись, пока молодой - по заказу за деньги.