Где же Ты спрятался, Боженька?

 
(Из цикла рассказов "Латгальские мальцы")


*


На местном рынке переполох. Торгующие тётки кричат, дядьки с ленцой выплёвывают шелуху от семечек, посвистывают и смеются – им забавно наблюдать за шкетами, которые дубасят друг друга, не жалея своих маленьких кулачков.

– Смотри, смотри, этот сейчас уложит мелкого.

– Не скажи. Он мелкий-мелкий, но жилистый, а тот глиста на палочке, сломается.

– Ага, глиста. А у кого кровь из носа?

– Ну и что, что кровь? Зато вона как удушающим прихватил!

– Ну, и где твой удушающий? Мелкий лежит, а глиста на нём гопака пляшет!

Все заворожённо следили за поединком юных гладиаторов. Мужики комментировали, а бабы криком пытались разнять драчунов. И никто не заметил, как за спинами зрителей третий малец запихивает в карманы и за пазуху всякую всячину, оставленную без присмотра.

Одна из тёток, не выдержав такого зрелищного мордобоя, выскочила из-за прилавка и сильными шершавыми пальцами ухватила «глисту» за ухо. Тот от боли заорал, потом извернулся и укусил продавщицу за что-то мягкое. «Мягким» оказалась её грудь. Вопль иерихонской трубой потряс площадь. Мужики заржали, а пацанов как ветром сдуло. Словно пронёсся табун лошадей и растворился вдали на Замковой горе…

Троица шалопаев уютно расположилась в развалинах недостроенного ещё до войны костёла и готовилась к заслуженной трапезе. Славка вытряхивал из своих закромов всё, что ему удалось стащить у сердобольных тёток. Стол получился на славу. Приятно вкушать плоды, добытые собственным трудом. И если бы не Сашкино ухо и не Колькин нос, можно было бы смело сказать, что день сегодня удался…

– Ну, как мой генеральный план? По-моему гениально! Главное, отвлечь противника, а потом можно смело проводить основную операцию. Стратегия, пацаны, это большая наука. Благодаря ей наши батьки войну выиграли.

Славка явно ждал нашего одобрения и восхищения.

– Да, ты-то выиграл, – вздохнул Колька, натирая свой нос подорожником, – только мы с Сашкой пострадали. Вон ухо у него выросло, и красное, как свёкла. А у меня нос хлюпает и кажись кривой стал…

– Мальцы, а вы чего хотели? На войне как на войне: командующий думает, а армия в боях несёт потери. Ничего страшного, трое суток на ремонт – и опять можно в наступление!

– Ага, в наступление! Скажешь тоже. А следы битвы куда деть? Нет, нам с Сашкой не миновать наказания…

Сашка при слове «наказание» встрепенулся, и стал судорожно что-то искать в траве. Нащупал подорожник, сорвал пару листьев и приложил к пострадавшему уху. Глянул исподлобья на Славку:

– Знаешь, если главнокомандующий с мозгами, он не допустит, чтобы армия страдала. А раз мы страдаем, значит мозгов у тебя нет!

– Как это «нет»! – возмутился «командир». – А в голове у меня что?

– В голове у тебя вместо мозгов капуста, вот!

– Не понял. Это что – бунт на корабле? Под военный трибунал захотели?!

Дофинизм Коляна помог избежать новой порции адреналина:

– Э, мальцы, вы чего пыхтите, как два примуса? Только зря керосин изводите. Сейчас надо думать, как задницы от ремня спасти.

– А тут и думать нечего: подушку в штаны засунул – и топай себе на экзекуцию! – Славка глянул на нас своим командирским оком и вздохнул: – На собственном опыте проверял…

– Ладно, может с Боженькиной помощью и пронесёт…

В Сашкиной интонации сквозила какая-то обречённость.

– Стоп! Ты насчёт «помощи» серьёзно? Неужели в Бога веришь?

Славка в упор смотрел на Сашку и ждал конкретного ответа.

– Я нет, а бабуля моя верит…

Колька встал на сторону Санька:

– Моя мамка тоже верит. Если бы не Бог, у нас бы никого после войны не осталось.

– Знаете, мальцы, в Бога верят те, кто своих мужиков дождался. А те, кому встречать было некого, те вряд ли верят. Мне папка говорил, а он знает, он сам войну прошёл.

– А у нас что, не прошли? – подпрыгнул Колька. – У меня батя, пусть контуженным, но вернулся, а у Сашки из Бухенвальда – еле живой, но пришёл. Это что, не Боженька помог?

– Хорошо, хорошо, не будем спорить, – согласился Славка, – но кое-что проверить всё-таки надо. Вот где Он прячется? Допустим, у нас есть три варианта: церковь, костёл и синагога. С чего начнём?

– А давай с костёла, – предложил Сашка. – Тем более он здесь, рядом. Что зря время терять? Встали и пошли.

Подошли быстро. На склоне горы возвышалась большая статуя Девы Марии с ребёнком на руках, и от неё по ступенькам можно было подняться в маленький круглый костёл. Двери были открыты, изнутри доносилась музыка, но людей там не было. И Бога почему-то тоже не было. Навстречу мальчишкам шёл мужчина в строгом чёрном костюме и с какими-то бусами в руках.

– Гости дорогие, а вам чего здесь надо?

– Дяденька, ты только по-честному скажи, – вступил в разговор Сашка, – где Бог прячется? И можно ли с Ним поговорить?

– Мальчики, Бог не прячется. Он есть в каждом человеке, а поговорить с Ним можно через молитвы. Приходите на воскресную службу вместе с родителями. Посидите, послушаете проповедь. Может Он и откроет вам глаза и уши…

– Спасибо, всё ясно! – перебил Славка. – Если сможем, придём. До свидания!

– Да хранит вас Господь…

Мужчина с улыбкой проводил ребят до выхода. Спускаясь по лестнице, Сашка обернулся и увидел, как тот им в спину правой рукой делает какие-то выкрутасы. «Ну, очень странный дядька…» – подумал Санёк.

На улице Славка выдал резюме:

– Всё, здесь Бога точно нет.

– Ты чего? – возразил Сашка. – Он же сказал, что если придём в воскресенье, то мы Его увидим и услышим.

– Пацаны, а вдруг этот дядька и есть Бог?!

Колька даже остановился от такой своей догадки. Но Славка быстро его остудил:

– Щас! Два Бога! Этого дядьку зовут Ксёндз.

– А что он тогда здесь делает?

– Ну, это как бы директор этого костёла. И заодно сторож. Чтобы всякая шпана не шастала. Мало ли чего.

– Ну, и куда сейчас двинем? – спросил Сашка.

– Куда-куда! Будто не знаешь. В церковь идём! – раздражённо ответил Славка. – Ищем-ищем, а кого ищем, чёрт его знает.

– Стой! – Сашка дёрнул приятеля за рубаху. – Так значит, в чёрта ты веришь?

– В чёрта верю и в нечистую силу тоже, потому что все наши несчастья от них, окаянных! Так папка говорит.

– А вот мне бабуленька говорит, что Бог всегда воюет с чертями, потому что они антихристы! И Боженька всегда побеждает зло.

– Ага, как же, побеждает! – не отступал Славка. – Когда ты по заднице ремнём получаешь, где твой Боженька? А? Съел?

– Сашка, по-моему, дело говорит, – заступился Колян. – Ремнём-то он получает за что-то плохое. За хорошее не бьют по заднице!

– Ой-ёй-ёй, не бьют. А вчера за что ему наваляли? Он сделал хорошее дело: сливочное масло смешал с какао и с сахаром, и получил шоколадное масло! Человек, можно сказать, открытие совершил, друзей угостил – вот это и есть доброе дело! И что получаем? Голый ремень вместо благодарности и поощрения. Нет, чтобы поддержать юный талант – давай, сынок, дерзай, делай открытия, спасай человечество от голода! А вместо этого: «Снимай штаны»! Ну, и где же здесь Бог? Бог – ремень или Бог – задница? Не, мужики, здесь, как ни крути, как ни верти – для взрослых мы всегда будем чертями рогатыми, потому что вечно делаем не то и не так. Они даже обзывают нас то бесами, то чертями, то силой нечистой какой-то. И где же тут правда?

Последний аргумент для Кольки оказался весьма убедительным.

– Что же получается? Если для нас поступок хороший, то для взрослых он плохой? И как с этим жить дальше?

Возле церкви присели на скамейку за оградой, чтобы набраться сил для вхождения вовнутрь. Славка продолжал тарахтеть, как заведённый:

– А зимой что было? Мы же думали над взрослыми девками подшутить. Им смешно, и нам весело. И что из этого вышло? И от девок получили, и от родителей. Повеселились, называется.

– Ну, получили мы за испорченную простыню бабы Фроси, – уточнил Колька. – И не мы, а Сашка.

– А как же без простыни приведение сделать? – не сдавался Славка. – А так очень здоровски было, приведение что надо: Сашка на моих плечах, простыня сверху, а в руках метла. И ты кричишь замогильным голосом: «Кого потискать?!!», – а девки в темноте орут со страха. Вот это адреналин!

– У тебя адреналин, а у меня фингалы! – встрял Сашка. – Девки, когда из общежития выскочили, били все меня! Вы-то ноги сделали, а я в этой простыне запутался. Вот и получил и за себя, и за вас. А дома ещё добавку за простыню дали.

– А добавку-то за что? – вытаращил глаза Славка. – Мы же её обратно на верёвку повесили!

– Мы её чистой брали, – встал на защиту Колька, – а вернули грязной и порванной. Вот Сашке за это и досталось. Скажи спасибо, что он нас не выдал, а то бы схлопотали за компанию… ну что, идём искать?

– Ой, пацаны, – вздохнул Славка, – как мне надоели эти прятки. Скорей бы уже найти, и делом заняться. Шлындаем, шлындаем, и всё без толку. Чего шлындаем?..

В церковь зашли очень робко. На стенах слева и справа висели иконы, перед ними горели свечи. Далеко впереди тоже были иконы, и одна из них показалась Сашке знакомой… точно, знакомая, он её у бабуленьки видел! Какие-то тётки в платках стояли на коленях и молились. Кто-то тихонечко плакал. Здоровый-здоровый поп махал какой-то штукой на цепочке, из которой валил дым, и голосил во всё горло «Господи, помилуй, Господи, помилуй!». А бабки, стоявшие сбоку, делали вид, что тоже поют, и звучало всё очень даже красиво: «Господи, помилуй, Господи, помилуй!» А у попа в другой руке большой крест – он ходит, крестит этим крестом тёток, стоящих на коленях, и продолжает голосить толстым голосом: «Слава Отцу и Сыну, и Святому Духу ныне и присно и во веки веков. Аминь!». И все тётки крестятся – и те, которые на коленях, и те, которые делают вид, что поют – все! А Бога нет…

Мальцы пристально осматривают помещение. За попом – никого, за его поющими тётками тоже пусто. Наверху голый дядька нарисован, и какой-то чудной венок у него на голове – из колючей проволоки. Красиво так нарисован, на облаке вроде, но венок-то зачем? Ему же больно!

«Вот попробовал бы поп себе такой венок нацепить…», – размышлял Сашка, – «…сразу бы охота голосить пропала. А так чего? Балахон из золота, шапка тоже непростая. Ходи себе да размахивай дымом, давай всем крест целовать и голоси что есть мочи «Господи, помилуй, Господи, помилуй!»… и куда это он пошёл? Ага, спрятался за воротами и что-то бубнит там себе под нос. Может, он с Богом разговаривает? Да не, не похоже. Если бы там был Бог, то Он обязательно бы вышел и успокоил эту тётку. Плачет, бедная, навзрыд. Её пожалеть надо. А поп спрятался там за стеной. Ну, никакого дела нет до людей…»

– Э, а жалеть кто будет?! Людей жалеть?!!

Сашка не предполагал, что его возмущённый крик в сторону спрятавшегося попа вызовет такую бурную реакцию от крестившихся тёток. Несколько женщин вскочили с колен и буквально вынесли троицу друзей из церкви. Одна из них, толкая Сашку в спину, выкрикнула очень обидную фразу:

– Антихристы! Чтобы вашей ноги здесь не было, бесовское племя!

Славка ликовал:

– Ну, что я говорил? «Прячется, прячется»! Некому прятаться, потому что Его нет!

– Нет, есть! – сопротивлялся Сашка.

– Ну что, осталась синагога, – напомнил Колька. – Пошли, надо успеть.

– А чего тут идти? Рядом совсем. Двести метров – и мы там. Двинули!

Синагога располагалась у озера. Маленькое, уютное здание из красного кирпича вызывало у пацанов интерес, потому что там собирались мужчины. Кто-то громко то ли пел, то ли говорил, и кроме этого певучего голоса ничего не было: ни тёток, что пели в церкви, ни попа с его толстым голосом, ни даже музыки, как в костёле. Но что-то было такое, что притягивало, как магнитом.

У дверей столкнулись с дядей Яшей. Его все знали, и он знал всех, потому что был в городе самым главным человеком. К нему все ходили бриться и стричься, и он был строгим. Но иногда казался добрым. Дядя Яша работал вместе с дядей Моисеем, но тот умел не только брить-стричь, но и играть на трубе, да ещё так здорово! Многие красивые тётки плясали под его дудку на летней танцплощадке в городском парке.

– Ну, мальцы, опять хулиганим?

– Как вы могли такое подумать? Мы по делу пришли.

– Та-ак, ну и что за дело у вас?

Славка вышел вперёд:

– Дядь Яш, только дай слово, что никому. Это между нами.

– Что-нибудь натворили? Вот несчастье-то… прямо беда. Ой, мальцы, мальцы…

– Не-не-не, никакой беды, – успокоил Колька. – Мы полдня уже ищем и не можем найти, где Он прячется.

– Так что же вы потеряли? Ключи?

– Дядя Яша, мы не ключи, мы с самого утра Бога ищем! – вклинился Сашка.

– Кого? – удивился дядя Яша.

– Бога. А Он от нас прячется. В церкви искали, в костёле искали – без толку. Вот пришли в синагогу за Ним. Последняя надежда на вас.

Дядя Яша улыбнулся, обнял нас, и стал говорить тихо, как Сашина бабуленька:

– Друзья мои, за полдня вам Бога не найти. Многие люди всю жизнь Его ищут, и только к концу жизни находят. Но вы молодцы. Ищите Его, ребятки, ищите в каждом своём поступке – в добром или в злом…

– А что, Он и в злом бывает?

– Бог поможет вашему сердцу отвернуться от зла. Человек, который ищет Бога, никогда не совершит злого поступка. А если и совершит, то Господь наш его накажет.

– Дядя Яша, спасибо тебе. Теперь можно и гулять спокойно.

– Гуляйте, гуляйте, но про Бога не забывайте…

– Да уж, теперь точно не забудем, – заверил Славка.

– Мальцы, а не пора ли нам по домам? Что-то под ложечкой сосёт, кушать захотелось, – предложил Колька.

– По домам, так по домам, – согласился Славка, – перекусим, а там ещё что-нибудь придумаем…

Навстречу троице шёл Шурка с футляром в руках.

– Из музыкалки? – поинтересовался Сашка.

– А откуда же ещё? Не видно, что ли? Аккордеон вот тащу. А вы откуда?

– А мы вот делами занимались, Бога искали.

– Чего?

Юный музыкант аккуратно поставил футляр на землю, указательным пальцем поправил на носу очки и изрёк свежую информацию из энциклопедии:

– Вообще-то Бога нет. Есть голая религия, которая классифицирует верующих людей по разным конфессиям. У нас в городе их три: католицизм, православие и иудаизм. Так, где вы его искали?

– Везде.

– Ну и как, успешно?

– В том-то и дело, что нигде Его не было.

– А я о чём вам талдычу? С точки зрения философии, я думаю что Бог – это материя.

Колька поперхнулся от неожиданности:

– Чего? Штаны, по-твоему, Бог?

– Штаны здесь ни при чём. Я сказал «материя». А что есть материя? Материя, друзья мои, это всё то, из чего состоит Вселенная.

Славка встрепенулся:

– Всё, я понял, пацаны. Я понял! Спутник запустили в космос для того, чтобы он Бога искал. Вот где собака зарыта!

– Собака зарыта не в том месте. У меня сейчас нет времени, но в следующий раз я вам расскажу о сути миссии нашего первого спутника. Пока, мальцы!

Фигура музыканта растаяла за углом так же быстро, как и появилась, оставив троицу в ещё большем недоумении. Славка поставил точку:

– Значит, Бог там, где мы Его не видим. Ничего нового, я так и знал.

– Главное, чтобы Он видел нас, – вставил Сашка, – а мы уж будем стараться.

– Ну, это как получится, – подытожил Колька. – Жизнь, она сложная штука, живём от задницы до задницы. Но с Богом будет легче. Всё, разбежались, с Боженькой вас!


Рецензии
А зороший рассказик, забавно и естественно. С Н!овой тебя удачей!

Валерий Хатовский   18.11.2018 10:23     Заявить о нарушении
Спасибо, Валера!

Саня Аксёнов   18.11.2018 14:02   Заявить о нарушении
Валера, извините, Саня - собака хорошо чувствует и в ней дар верности.
Она просто чувствует-обоняние, нюх. Ум человеку дан от растения и животных, движение по вертикали и горизонтали, в кресте как знаке плюсе это зафиксировано.
Умножить как перевёрнутый плюс, крест-умно жить; ум, но жить.
Запах-это разговор цветов, мы его не слышим, просто чувствуем. Ум даёт рост мудрости и от запаха, возможно появился звук и у каждого животного он свой как у каждого растения. Собака-гав, а главное?
Главное-верность, ось веры в которую мы верим. Боженька есть и ёлочка показывает зелёный цвет-свет святости. Её рубят и срубают в теле вечность.
На десять дней и животных убивают ради шубы, селёдка на столе под ней.
Экономика побеждает экологию как зло добро, идя быстрым ходом и смерть побеждает жизнь из-за нашего смирения. Побольше хороших слов, чтоб радовалась душа в теле и не уходила из него-Боженька есть.

Нат Арт Ант   23.11.2018 07:30   Заявить о нарушении
Кажется, понимаю Вас, Нат. Верно мыслите. Всевышний - он во всем. А рассказ Саши - хорош.

Валерий Хатовский   23.11.2018 11:00   Заявить о нарушении