Дом под флагами. Записки пресс-секретаря что остал

Кто ты, Карелия - мать или мачеха?
Долго живу -  не пойму...
Тайна такая  в душе твоей  прячется -
Непостижимо уму...

Введение.
    … На днях  в троллейбусе услышала  разговор… Беседовали  двое, видимо -  гость нашего города, только что с поезда, и  встретивший его петрозаводчанин. Проезжаем по Куйбышева, мимо здания, где располагается Законодательное Собрание Республики Карелия. Его в обиходе  называют просто - Дом под флагами. А еще – желтый дом… Да все его знают…
 Парень спрашивает, кивая на  здание:
-  Что это?
Мужчина постарше  отвечает:
- Парламент. Наши законодатели тут сидят…
 - Чего делают?
- Законы пишут.
– Законы пишут для всех нас  в Москве…В Госдуме. У вас же тут Россия?
- Россия. Но и  Карелия.
 – В каждой избушке свои колотушки?– усмехнулся молодой.
 – Да… - как-то неопределенно вздохнул наш земляк, не выразив готовности продолжить тему.
    Я с трудом удержалась, чтобы не вступить в разговор… На самом деле – подумалось – наверное, многие, особенно молодые,   уверены, что все решается в Москве. Как Москва скажет – так и будет… Так – да не во всем и не всегда.   Россия  – единое  государство со своим  государственным устройством, системой представительных, исполнительных, судебных  органов  власти и местного самоуправления.  12 декабря 1993 года мы проголосовали за новую Конституцию Российской Федерации, где сказано, что  мы -  многонациональный народ, соединенные  общей судьбой  на своей земле, что  мы утверждаем права и свободы человека, гражданский мир и согласие. Территориально наша огромная  страна поделена на 85 субъектов Российской Федерации, и в каждом есть  свои органы представительной, исполнительной, судебной власти и органы местного самоуправления. Потому что здесь,  на местах, нам виднее…Мы избираем своих депутатов  в  Государственную Думу, даем им наказы – как работать, чего добиваться, проверяем, все ли правильно сделали, - но и,  примеряя федеральные законы на себя, на свои территории, добиваемся    от них нужного эффекта.
Но всегда ли,  у всех ли получается быть хозяевами на своей земле?
 Далеко не всегда, далеко не у всех.
 Даже  когда объективно есть все условия для достижения успеха - что-то мешает…
Какие из нас получаются  хозяева жизни?
Я уже попыталась поразмышлять на эту тему  в  моей  первой  книжке («Фантом. Повесть о прошлой жизни», 2016 год). В ней я намеренно изменила фамилии людей, о ком писала, и даже географические названия, чтобы, высказывая свои суждения, не обидеть кого невзначай…Рецензию  на книжку  попросила написать  моего  давнего  коллегу,  журналиста, ставшего  признанным писателем - Константина Гнетнева.
 Константин узнал себя в персонаже по фамилии Гнетов. В  целом  похвалив повесть, как я поняла, за смелость, он между тем  заметил: «Упоминая коллегу Гнётова, ты пишешь о предательстве. Мне кажется, книга значительно выиграла бы, будь она строго документальной - со всеми именами. Это был бы твой взгляд на дела минувших дней. Субъективный, но открытый, твой. Тогда бы я показал тебе копию мотивированного заявления о выходе (из партии - Н.А.), а ты бы написала, что Гнётов был избран в последний состав Карельского обкома и на призыв Кирьянова на первом оргпленуме дать свои соображения, как поступить и что делать в чрезвычайных обстоятельствах, дал такие предложения на нескольких страницах. Такие предложения дали 2 члена обкома из 75. Они есть в архиве. И что? А ничего! Даже пальцем никто не шевельнул. Поэтому партию погубили не враги, а сама партия. Погубила хотя бы тем, что выродилась, изовралась, запуталась. Стала служить не тому (лидеру, делу? - Н.А.), а народу и не служила никогда. Что героиня твоей книги думает обо всём этом? Ничего».

Героиня – Ольга Тюрина – это я. То есть автор – Надежда Акимова. В самом деле – чего прятаться? Мне достался очень интересный кусок жизни – на переломе веков, да еще и при власти.   Почему бы не рассказать, как я воспринимала это время?

Но сначала – надо познакомиться. Немного о себе. Осенью 1991 года мне не было еще и сорока лет. За плечами – два высших образования, работа в  республиканской молодежной газете «Комсомолец» и в обкоме комсомола,  руководство Сегежской районной газетой (поехала в район с семьей, как на личную комсомольскую стройку), возвращение в столицу Карелии  с повышением по службе – в Карельский обком КПСС. Оказавшись в статусе безработной (после разгона партии), уже через полтора месяца, не выдержав вольной жизни, я решилась участвовать в конкурсе на вакансию руководителя пресс-центра Верховного Совета Карельской АССР.  В успех не верила. Но - выиграла  конкурс, оставив позади четверых претендентов -  мужчин.

Новые люди – старые знакомые.
…Мои служебные блокноты – в жестких красных переплетах. Партийное наследство с ленинским профилем на обложке… Я переворачиваю страницы, читаю  новые записи  в блокноте и порой забываю, где работаю: на планерках, заседаниях, пресс-конференциях в том же самом здании, где располагался  обком партии  - по улице Куйбышева в Петрозаводске - звучат одни и те же слова, повторяются практически одни и те же фамилии…Но сейчас здесь – Верховный Совет республики.

В первый день – 6 ноября 1991 года - на новом рабочем месте меня встречал Виктор Петрович Шарапов, бывший тогда начальником Секретариата ВС КАССР. Он и вводил меня в курс дел. Пресс-центра еще не было, но задачи перед ним уже стояли - в полный рост.
 Мне повезло, что ранее, будучи редактором районной газеты, я познакомилась  с Виктором Петровичем : в качестве председателя Госкомитета по делам полиграфии, печати и книжной торговли республики он приезжал к нам в Сегежу инспектировать типографию.  Заодно и в редакции побывал (мы размещались в одном помещении). Ему понравилось. Мы обсудили тогда проект пристройки к зданию типографии дополнительного помещения для редакции – мечту журналистов, и даже поискали финансы для осуществления этой мечты…
   В общем, с моим непосредственным начальником и с его заместителем – Вилли Матвеевичем Вуори – контакт нашла сразу. Предстояло найти нужную волну в общении с руководством Верховного Совета – Виктором Николаевичем Степановым и его заместителями – Иваном Петровичем Александровым и Татьяной Николаевной Калашник. Это важно, ведь я теперь должна была отвечать за всю информацию, какая выйдет из этих стен в средства массовой информации, и не только за достоверность ее, но и за оперативность. Я -   мостик между властью и прессой…

Все  вместе  народные избранники собирались  на сессии несколько раз в год, рассматривали    проекты законов, подготовленные для них председателями комиссий и специалистами аппарата.
С Виктором Степановым я была  знакома по обкому  комсомола, где он был вторым секретарем, а я занималась обобщением опыта работы комсомольских организаций. Не близкое знакомство,  но все-таки. Ивана Александрова тоже знала по комсомолу… Совсем нигде не пересекалась по жизни с Татьяной Калашник. Знала, что до прихода в Верховный  Совет она работала в публичной библиотеке,  директором.  В первый раз мы увидели друг друга только накануне, на  заседании конкурсной комиссии, где она председательствовала. Татьяна показалась мне строгой, решительной, властной. Ее вопросы, задаваемые громким, поставленным голосом, были все по делу. Но она не улыбалась…В общем, несмотря на то, что в конкурсе я победила – долго еще  перед Татьяной Николаевной робела.  И расслабилась не скоро…Помню,  проводила  ее первую пресс-конференцию. Журналисты уже собрались в малом зале на четвертом этаже, уже без пяти минут десять, а главного докладчика – Калашник - нет. Наконец – шум лифта, значит, поднялась… Я встречаю  ее около кабинета,  на ходу рассказываю,  кто  из журналистов пришел, что больше интересует, захожу  в кабинет вместе с ней и невольно смотрю, как она снимает пальто, переобувается, причесывается,  придирчиво смотрит на  отражение в зеркале…
- Как …? – спрашивает  у меня как-то очень доверительно.
- Как всегда – хорошо! – отвечаю я, нисколько не кривя душой.
Мне хватило этого доверчивого взгляда…
Почему  я обращаю внимание на такие «мелочи»? Да потому, что, готовясь  к работе над этой книгой, я, конечно, подержала в руках  записки пресс-секретарей известных деятелей - президентов, кандидатов в президенты, депутатов разных уровней…На самом деле – просто подержала в руках, полистала и отложила, не дочитав. Не понравилось. Про Ельцина пишут – смакуя его  пристрастие к алкоголю, про Немцова – на фоне влюбленных в него девочек…Отвращает меня уже сам тон повествования, не говоря о  выборе тем. Поэтому  в своей книге я хочу подчеркнуть – между  мною
(пресс-секретарем по сути, как бы ни называлась  моя должность) и руководителями  высших органов власти, с которыми довелось работать достаточно близко  – никогда не было панибратских отношений. Ни с мужчинами, ни с женщинами. Только уважительные, только товарищеские, только деловые. И в этой книге не будет чернухи…Я  ничего «такого» не видела и не знаю. Видимо, мне повезло. Или все люди у нас на Севере лучше, чище…

Итак, вспомним: ноябрь 1991 года – это политически нестабильное время. Совсем недавно - 19-21 августа – в стране была совершена попытка государственного переворота. Обострились все кризисные явления как в политике, так и в экономике.
Верховный Совет Карелии двенадцатого созыва -  еще во многом новичок в политике, он избран  4  марта 1990 года. Новая  - демократическая избирательная система включала в себя обязательную состязательность кандидатов, обеспечивала условия широкой гласности, проведение предвыборных дискуссий, и поэтому  в составе высшего органа власти увеличилось число ученых, преподавателей вузов, журналистов, врачей.  Если в 1985 году 20 депутатов Верховного Совета Карелии занимали  высшие командные  должности в аппарате управления (Совет Министров), то в 1990 – всего 5. Число депутатов – партийных руководителей – сократилось с 22 до 7.*
* «Представительная власть Карелии: история и современность».Петрозаводск, ПетроПресс, 2006

В целом состав Верховного Совета обновился на 93 процента по сравнению
с 66 процентами в 1985 годом. И  первая  же сессия, в отличие от практики прошлых лет, готовилась не аппаратом, а депутатской группой из представителей всех городов и районов республики.
Увеличилось число депутатов, работавших на штатной основе. В Президиум вошли два заместителя Председателя ВС и председатели постоянных комиссий. Председателем  Президиума Верховного Совета на первой же сессии был избран В.Н.Степанов,    председателем  Совета Министров республики - С.П.Блинников.

Я уверена - прошедший после выборов год многие руководители  засчитали себе  сразу за несколько лет - при таком-то накале политической ситуации.…Органы власти, казалось,  сделали все, чтобы обстановка в республике,  при всей ее нестабильности,  не вышла из-под контроля и народное хозяйство функционировало нормально. Но в  прессе звучали все-таки обвинения в адрес Президиума Верховного Совета, который «проявил медлительность в оценке политического положения в стране  и созыве внеочередной сессии». Раздавались  и предложения по  реформированию Верховного Совета. 

Начало. Аккредитация журналистов.
…Первая  новая запись в моем старом блокноте:
«Сессия. 19 ноября 1991 года. Постатейное обсуждение Земельного кодекса». Далее: «О правовом статусе национального района».
« 20 ноября:  постатейное обсуждение проекта закона «О приватизации государственных и муниципальных предприятий Республики Карелия» - создана согласительная комиссия по 4 и 5 пунктам.»
 И большими буквами: «Пресс-конференция в пятницу в 16.30».
…Пресс-конференции обычно проходили в так называемом «малом» зале на четвертом этаже. Вот и первая моя – там же. Присутствует 15 журналистов. На страничке в блокноте – мои подсчеты: «Если по три минуты отвечать на каждый вопрос – то уложимся в один час»…
 За столом президиума – Степанов и Александров, в зале вместе с журналистами – председатели комиссий. С первого же вопроса понятно: журналисты настроены воинственно, видимо, они застали утренние  пикеты у  крыльца здания.
- Ваша оценка работы Верховного Совета?
 - Есть ли в Москве куратор Карелии?
 - Согласны ли Вы с утверждением, что Карелия плетется в хвосте российских реформ?
 -  Нас заставляют проводить у себя российские реформы?
 - Рассматривается ли  руководством Карелии наметившаяся тенденция выезда интеллигенции, особенно финнов, за пределы республики и страны?
 - Согласны ли вы с мнением некоторых депутатов о кризисе власти?

       В один час  явно не укладываемся. Зинаида Строгальщикова долго отвечает  Лажиеву из «Неувосто Карьяла»,  Иван Александров – Светлане Лысенко из «Северного Курьера», Виктор  Степанов – Ольге Сидловской из                «Комсомольца» и  Льву Абрамову из «Голоса профсоюзов   Карелии»…Степанов вообще коротко говорить не любит, как я со временем замечаю…
В понедельник на планерке получаю  задания: отправить в «Северный курьер» - единственную на тот момент официальную ежедневную газету – документы, принятые на прошедшей сессии, а также списки с результатами поименного голосования – для опубликования.

  31 января 1992 года. У нас – гость: председатель комиссии по национально-государственному устройству Верховного Совета Российской Федерации Николай Павлович Медведев. Встречается с Виктором Николаевичем Степановым, с председателями комитетов …
 Собираю пресс-конференциию. Гость из Москвы в Петрозаводске – не случайный. Москва озабочена разгорающимися в стране национальными проблемами. У нас заявило о себе  Карельское движение… Карелия – единственная республика, где коренная национальность представляет меньшинство населения – десять процентов. Однако карелы были основателями  государственности на этой территории в 20-х годах, создав Карельскую трудовую коммуну, почему и  требуют для себя привилегированного участия в управлении  территорией.
 Н.П.Медведев «с порога» обозначил темы, которые готов осветить на пресс-конференции: это  Северный Кавказ, это Татарстан и это – финно-угорская языковая группа народов. Три группы проблем. Пока в Москве  не сложилось единой точки зрения – как их разрешить. Пока больше вопросов. Как, например,  понимать – право народов на самоопределение? Что считать субъектами Федерации? Что такое суверенные республики?
 После путча появилась возможность  рассмотреть национальные проблемы в ином ракурсе, объясняет  Н.П.Медведев. Возможен компромисс – конституционно-договорные отношения…Мы должны сохранить единую государственность России, не разыгрывать национальную карту, но и не ущемлять интересы народов, даже самых малых.

…Межнациональные отношения – тема тонкая, горячая, опасная. Не каждого журналиста пригласишь на пресс-конференцию, потому что не каждый – специалист, а надо быть «в теме», чтобы – не дай Бог – не раздуть своим репортажем или просто отчетом с пресс-конференции тлеющий огонек конфликта. И  вопросы надо уметь задавать…В этот раз блеснули своим знанием  темы Александр Колобов, собкор телеканала «Россия» и заместитель председателя ГТРК «Карелия» по национальным вопросам Александр Еремеев.
…Первые  же пресс-конференции  выявили  недочеты в организации работы с журналистами.  Надо разобраться с тем, что такое у нас будет пресс-центр (подготовить  и принять на Президиуме  Положение о пресс-центре) и продумать систему  аккредитации журналистов в Верховном Совете.

…Аккредитация – слово по тем временам новое, происходит от латинского – доверие (банки деньги дают в кредит – доверяют нам, значит).  Само действие -  аккредитация - означает процедуру официального  признания  права человека  заниматься  какой-либо деятельностью в означенной сфере (есть, к примеру, аккредитация врачей)… Аккредитация журналистов  при Верховном Совете республики означала бы, что наш высший орган власти соглашается не препятствовать, а напротив, обязуется помогать журналистам –  и в первую очередь тем, кто есть в  списке, составленном  редакциями СМИ. Подпись руководителя СМИ под списком гарантирует квалификацию аккредитованного журналиста. Это важно – ведь не каждый, кто, как говорится, зашел с улицы, разберется сразу в том, что увидит и услышит…Кому это надо, чтобы он  потом написал неизвестно что, потому что не знает предмета…?
 
        Столкнулась с проблемой, о которой никто не должен был даже догадываться: я не  могу показать своего личного отношения к тому, о чем рассказываю. Информирование должно быть точным, своевременным, объективным. Мое личное мнение здесь, на государственной  службе, никого не интересует. Я  не депутат и даже не журналист.  Здесь я – просто проводник информации…А оценки дадут депутаты и избиратели, голосовавшие за них на выборах – сами. Для этого есть пресс-конференции, депутатские  приемные, дни открытых дверей в парламенте, множество мероприятий в избирательных округах…
       Каждый день погружаясь в атмосферу разговоров в парламенте на самые животрепещущие темы,  я жалела лишь об одном –  одна я не могу  донести  этого накала страстей до всех людей там, за стенами зала! Короткие строки пресс-релизов, каким бы простым языком ни старалась их писать для журналистов, не заменят телевизионной картинки, а еще лучше – живого участия, да просто - присутствия  прессы  на заседаниях. Это сейчас, через 20 лет, когда пишутся эти строки, любой желающий пользователь социальных сетей в Интернете может зайти на сайт парламента, чтобы получить необходимую информацию и даже виртуально побывать на заседании, увидеть своего депутата в деле. А в мое время, в самом начале,  в штатном расписании аппарата пресс-службе  полагалось лишь одно место… И потому надо было крутиться-вертеться, организуя выступления депутатов в средствах массовой информации, их  личные встречи  с журналистами. Аккредитация при парламенте давала им возможность беспрепятственно проходить в здание и встречаться здесь с любым депутатом (не стоит забывать, что Верховный Совет и Законодательное Собрание – это органы власти, и значит, специально  охраняемые режимные  объекты).  Удалось и другое – на заседания парламента стали пропускать,  по предъявлению паспорта,  и простых  граждан. Народные депутаты должны быть доступны для  избирателей…

          Здесь, думаю, надо сделать небольшое отступление, чтобы не возвращаться к теме открытости власти вновь… Люди  есть разные. Мне приходилось, между прочим, и прятать некоторых особо популярных депутатов от назойливых посетителей, физически, собственной спиной загораживая их, помогая исчезнуть вдруг на пустом месте (кто из них сейчас вспомнит?) …
          Процесс  аккредитации  журналистов наделал много шума …На очередную сессию с «Горки»(местное телевидение) приехала съемочная группа. А на милицейском  посту их тормозят – мол, нет таких журналистов в наших списках. Пошумели…А через пару дней  читаю «Северный курьер» и со страницы уважаемой газеты  получаю в свой адрес эмоции, которые нельзя было, видимо, вылить на милицию. Известная телеведущая, не обнаружив  себя в списке аккредитованных журналистов  и, видимо, по этой причине поскандалив с постовым милиционером, пожаловалась на меня читателям республиканской газеты. Чего проще было выяснить отношения со своим руководством, не включившим ее в представленный список, или позвонить в пресс-службу, или просто показать паспорт…Я этого инцидента не помню, знаю только из заметки в газете…Скажу лишь, что  бойцовские качества, проявленные  телеведущей в этот момент  профессиональной карьеры, видимо, помогли  ей впоследствии стать  депутатом Государственной Думы…
…И любят же некоторые ломиться в открытую дверь…

От Джона Рида к Евгению Акатьеву. Государевы люди

 Без журналистов никакой самой лучшей пресс-службе не успеть за депутатами. На себе испытала. Я вообще оказалась как бы  между молотом и наковальней. Мое журналистское прошлое требовало максимальной открытости в освещении деятельности власти (люди должны знать, как работают их избранники, помнят ли о данных обещаниях). А мое чиновничье настоящее противилось  чрезмерной откровенности…Государственная служба, привыкли мы, во многом должна быть скрыта  под грифом «Для служебного пользования». Или  еще лучше – «секретно», «совершенно секретно»…

Еще в конце девяностых,  приезжая на  учебные сессии в Высшую  партийную  школу в Ленинград-Петербург, я по-новому заинтересовалась  легендарными записками   Джона Рида «10 дней, которые потрясли мир»…*
Джон Рид. Избранное.  Книга первая. Десять дней, которые потрясли мир. М., Издательство политической литературы.
Таврический дворец, Смольный, Аврора на вечной стоянке около Адмиралтейства – живые  свидетели истории, живые уроки… Перечитывала
книгу и как будто воочию видела эти улицы, запруженные вооруженными,
только что  с фронта, солдатами в серых шинелях, этот зал в Таврическом, выступления Керенского, Каменева, Троцкого, Ленина…Костры  ночами на улицах и площадях… Да как же удавалось руководить этой огромной волнующейся массой революционно настроенных людей,  удивлялась я, без  каких-либо пропагандистских средств? Что было у вождей в наличии, кроме человеческого  голоса, собственной  силы убежденности в выступлениях  на митингах – только  листовки и газеты, которые солдаты передавали друг другу, зачитывали до дыр?  «Рассказывая историю тех великих дней, я старался рассматривать  события  оком добросовестного летописца, заинтересованного в том, чтобы запечатлеть истину» - вспоминал  Джон Рид…
       Но ведь не писатели управляют массами, при всем уважении к огромному  их вкладу в сокровищницу общественной мысли, массами управляют вожди, которые встают во главе государств. Ну, а у вождей непременно должны быть помощники, своеобразная государственная машина, отлаженная до последнего винтика…
        Мало кто из простых смертных обращает внимание на способы  получения информации о работе государственных органов  (кто-то где-то сказал в очереди…услышал по телевидению…прочитал в социальных сетях). Еще улавливают суть сообщения, если оно прямо касается слушающего,  или смотрящего, или читающего (изменились цены…закрыто движение транспорта…вводится новый налог…), но  источник  информации мало кого волнует. Между тем понимающие люди доверяют только официальным источникам. И только аккредитованным корреспондентам, ведь они ближе других к власти.
        Тут, конечно, возникает тема для дискуссии. А допустимо ли верить официальным источникам? А не скрывают ли что-то власти от народа? Или просто  о чем-то умалчивают, если это что-то – не выгодно для собственного имиджа?.. Есть учебники по политтехнологиям, которые  учат, что о событии следует думать с позиции журналиста - что в нем может заинтересовать  аудиторию. А если читателей интересует чернуха, которую некоторые журналисты специально  отыскивают или просто придумывают? По заказу своих работодателей, оппозиционных к власти? 
         Власть - это, если коротко – мозг страны. Это капитанский мостик, откуда поступают приказы команде, ведущей корабль по морю жизни, - как действовать в той или иной жизненной ситуации. Попадание во власть, на государственную службу,  открывает   большие возможности для активного, думающего  человека. Классическая русская литература  уважительно рассказывала о традициях  Государства Российского, когда на государеву службу отбирались особо одаренные, образованные представители дворянства, строго почитались  Табель о рангах и  Анна в петлице (полученная  из рук Государя, она  была особо  ценимой наградой). Сейчас,  конечно, времена другие, но  ничего, кроме  государства как института
управления населением, проживающим на едином жизненном пространстве, еще не придумали.

Ловлю себя на том, что заговорила словами Евгения Николаевича Акатьева. Уважаемый в республике управленец, он недолго, к сожалению, поработал  в  должности начальника аппарата Законодательного Собрания, всего два года – с 2000 по 2002, до своей болезни. Он приучал нас чувствовать себя «государевыми людьми».
После первой своей поездки в Москву, в Государственную Думу,  на семинар-совещание, Акатьев  предложил мне взять у него интервью. Оно было опубликовано в газете «Карелия».

- Что такое государство, кто персонально несет эту продекларированную ответственность? Государевы люди! Не люблю говорить – государственные служащие. Государевы люди – как-то значительнее, точнее, как бы плоть от плоти…- говорил Евгений Николаевич.
- Настала пора посмотреть, кто у нас в стране и как действует от имени государства. Какова эффективность их работы, хватает ли у них образования, здоровья, воспитания заниматься государственными делами? Что надо сделать, чтобы государственный механизм работал, как самые точные часы? Я мог бы привести статистику, но не хочу загромождать интервью множеством цифр, поверьте на слово: оказалось, что Россия значительно уступает США и Великобритании в численности государственных служащих (на 1000 человек); что у нас на государственной службе сложилась половозрастная структура, не соответствующая аналогичной структуре занятого населения страны (более 70 процентов – женщины, средний возраст – 40 лет); что оставляет желать лучшего и образовательный уровень. Сохраняется тенденция к увеличению числа государственных служащих, чье профессиональное образование не соответствует квалификационным требованиям по замещаемой должности. В течение ближайших десяти лет произойдет высвобождение более половины государственных служащих, занимающих ключевые должности, и их некем будет восполнить.

Мы подсчитали: на момент интервью в аппарате ЗС РК работали  58 сотрудников, из них женщин – 35, мужчин – 23. По возрасту – до 30 лет – 11 человек, 30-40 –десять, 40-50 –восемнадцать, 50-60 – девятнадцать. Мы вполне  подходили  под общую тенденцию.

Государевы люди… Власть. Кроме того, что это – мозг  страны, капитанский мостик на корабле -  это и  страна в стране, со своими правилами,  законами, отношениями  на разных ступенях иерархической лестницы. Это академия науки управления, в которой далеко не каждый  способен получить  свой красный диплом. Конкурсы на государственную службу стабильно высоки…

         Но я  не любила говорить, где работаю.  Случались такие ситуации, когда  нельзя было не ответить на прямо поставленный вопрос -  в той же маршрутке или в  поезде, в очереди к врачу, в незнакомой компании…Тогда иногда  придумывала – учительница, мол. Да и не  обманывала – по диплому-то учительница.  Зато люди как-то сразу располагались  ко мне, как бы принимали   в свой круг.
Иногда я  отвечала – журналист, что тоже было правдой, записано в трудовой книжке… Но в этом случае   должна была  быть готовой  выслушать просьбы о помощи, жалобы на жизнь…К журналистам у людей тоже разное отношение, но все-таки  больше уважительное…
 А скажи я – государственный служащий или попросту – чиновница? Стена холода рядом вырастет  сразу… И вспоминается строчка  Евтушенко: «Не дай мне, Боже, вляпаться во власть»… Власть – грязь – напрашивается рифма… Спасибо тебе, Боже, что на моем пути не было грязи. Долгое время начальниками  Аппарата были Николай Сергеевич Жгун, Андрей Германович Уханов,  их заместителями – Геннадий Александрович Фанасов, Виктор Егорович Богданов,  Вилли Матвеевич Вуори.  И деловые, и человеческие качества этих людей – сверх всяких похвал…

      У колыбели газеты «Карелия»

…Рано или поздно каждый, кто приходит во власть, начинает испытывать потребность донести свою позицию, свое видение насущных проблем и путей их решения до широких масс. Прямо говоря, такой руководитель приходит к мысли о необходимости создания  своей газеты. Как минимум.
Я ждала, когда же кулуарные разговоры  в высоких кабинетах  о необходимости создания газеты органов верховной власти республики станут официальным решением. В журналистских кругах   поговаривали, что меня не случайно пригласили на работу в парламент, а с  дальним прицелом – на место главного редактора, но  время шло, а  решения не было. Наконец, разбираясь в очередном  конфликте  очередного депутата с  одним из многочисленных  «папарацци»,  И.П.Александров дал  мне  прямое поручение: заняться созданием парламентской газеты. И я поняла – моя  кандидатура  на место редактора будущей газеты  не рассматривается. Зато название не вызывает споров – «Карелия».
Первым главным редактором газеты «Карелия» я видела Константина Гнетнева. Его авторитет в журналистской среде  был достаточно высок, и в правительственно-парламентских кругах кандидатура не вызывала отторжения.  Проблема была в том, чтобы уговорить его самого. Место редактора новой газеты,  претендующей на роль главной государственной общественно-политической ...- это же  сковородка, на которой тебя будут поджаривать со всех сторон…И одни, и другие, и третьи, не согласные с  каким-либо мнением, высказанным на страницах газеты…А Константин  на тот момент работал в  большом литературно-художественном и общественно-политическом журнале. В «Севере». Спокойный, уравновешенный человек, справедливый, не суетный… Ему-то, напротив, уже хотелось бы укрыться от мира  на маленькой затерянной даче и спокойно писать романы…Конечно, это  заманчивая привилегия  в  наше  неспокойное время. Кому же из пишущей братии не хочется…Однако   все еще помнили Гнетнева   председателем Союза журналистов республики, а это такая  школа жизни!.. В общем, едва уговорила – по старой дружбе. За ним в газету пришли Анатолий Цыганков, Юрий Родионов, Тамара  Разумова – давние мои  знакомцы  по работе в молодежной газете.
        4 ноября 1992 года увидел свет первый номер газеты «Карелия». Теперь я частенько забегала в редакцию, которая располагалась здесь же, в здании  парламента, чтобы перекинуться парой слов по делу или просто отдохнуть.
        Ах, газета! Ну что такое – газета? Плод коллективного творчества журналистов, читателей и почитателей? Четыре страницы формата  ежедневной «Правды» или восемь – еженедельника «Аргументы и факты»? С призывными, завлекающими или удивляющими, гневными или смешными заголовками? С  моментами из  обычной суетной жизни, схваченными фотокорреспондентами и ставшими историей?
Газета – это наше все, - скажут те, кто  когда-нибудь работал в редакционном коллективе. Я   помнила себя  в роли   корреспондента, руководителя  отдела, главного редактора…Какую бы должность ни занимала – газета была для меня главным делом жизни. А новая, да такая многообещающая,  манила   к себе как новорожденный ребенок, которому еще очень и очень нужна материнская поддержка.

«Детство» нового органа печати пришлось на отчаянно противоречивые годы. Взять хотя бы 1993-ий с его расстрелом Белого дома в Москве.
Виктор Николаевич Степанов – председатель Верховного Совета Карелии в эти годы – вспоминал:
– В 1992-м и 1993 году, когда президент Ельцин и руководство Верховного совета России не смогли договориться, я был в центре всех событий как член согласительной комиссии по урегулированию конфликта. На первом этапе нам удалось погасить назревающий политический кризис, но потом все пошло наперекосяк. В августе Совет глав республик проходил в Петрозаводске, и ничто не предвещало беды. А далее случилось то, что случилось… Расстрел Белого дома – это, безусловно, трагедия, хотя мне кажется, что все могло быть еще хуже, ведь уже стоял вопрос о сохранении целостности страны. Существовала реальная угроза распада России, как когда-то Советского Союза. И хорошо, что этого не произошло, и Россия осталась целостным государством.

Отзвуки этих событий   слышались  и в нашем Доме под флагами, где появились  вырвавшиеся  из блокады Белого Дома российские  депутаты Виктор Богданов,  Владимир Матросов,  Анатолий Аникиев… Газета  «Карелия» опубликовала интервью с коммунистом Меркушевым,  вызвавшее неоднозначную реакцию ее  учредителей. Московское противостояние исполнительной и законодательной ветвей власти в этом случае прямо  вылился на власть четвертую – на прессу, когда журналисты  высказали  свое  отношение к происходящему.  А кто обещал, что  новая газета будет этаким бесстрастным свидетелем окружающей жизни,  пресным процеженным  бульоном для беззубых и больных?..

Конечно, в первую очередь газета «Карелия» была создана для опубликования официальных актов, издаваемых органами власти – они вступали в силу,  как правило, только с момента опубликования. Но это была и площадка для  выражения разных точек зрения на  происходящее в стране  для всех, кто хотел высказаться…
 На словах эту принципиальную позицию редакционного коллектива поддерживали все учредители. На деле – все чаще и чаще  на газету стало не хватать  бюджетных  денег. Тираж  «Карелии»  рос, эта тенденция укреплялась с каждым месяцем, но вместе с ним росли финансовые  долги. Обычным явлением стала задержка заработной платы,  не выплачивались  детские пособия  и другие компенсации работникам, установленные  законодательством. 
Встречаясь в редакции с бывшими коллегами, я  принимала на себя  критику  в адрес органов власти,  старалась донести  ее до начальства. Соглашалась – да, Минфин виноват,  не признает принятого учредительными документами порядка финансирования газеты. Да, возможности   зарабатывания  денег на покрытие  затрат самой редакцией иссякли. И очень плохо, что заработная плата у сотрудников в три-четыре раза меньше, чем в  других подобных изданиях, ведь начнется  отток кадров…
Возвращалась из редакции с больной головой, забитой отнюдь не творческими  проблемами…
 Когда  возникла задержка в выплате зарплаты, когда  эта задержка превысила  уже три месяца, профсоюзная организация редакции приняла решение частично приостановить  выполнение  редакционным коллективом своих  учредительских обязанностей и  не печатать  официальных материалов.
Это известие стало поводом для внеочередного заседания совета учредителей. Оторвавшись от  сиюминутных  государственных, производственных, личных  и общественных  забот, за одним столом  собрались представители правительства,  парламента, предприятия-инвестора и редакции газеты. Тон совещанию задал И.П.Александров, председатель палаты республики, предварив  информацию главного редактора  категорическим заявлением: «Здесь нет повода для дискуссий. Газету необходимо финансировать!» Он так выразительно при этих словах посмотрел на меня, что я почувствовала себя самой виноватой в сложившейся ситуации…Больше, чем сам министр финансов…
  «Но, - продолжил уже  после  выступления редактора, - редакции не нужно самой пугаться и нас пугать. Газета  должна выходить, должна освещать работу органов власти!»
- Реальное  улучшение  финансирования редакции – это сделать расходы по зарплате ее сотрудников защищенной статьей бюджета. Или превратить редакционный коллектив в структурное подразделение  государственного органа, парламента или правительства. В любом другом случае  это будет постоянное латание дыр, - доказывал  руководитель аппарата правительства.
С ним не соглашались. Искали другие пути  стабилизации экономического  положения газеты. Искали другие подходы. В конце концов  решили включить этот вопрос в повестку дня  очередного заседания парламента.
- А пока, - вспомнил кто-то просьбу журналистов, - надо   поискать для редакции другое помещение, поскольку нынешнее не соответствует санитарным нормам.
- Вот-вот, с этого надо было и начинать, - посмеялись, расходясь. – Журналистам здесь просто воздуха не хватает…

  Вскоре  коллектив редакции переехал из здания парламента в подготовленные для него кабинеты в административном здании  по адресу улица Свердлова, 15, в центре города. Одну проблему – нехватку помещений – решили. Другие оставались…Константин Гнетнев  все-таки не выдержал  их гнета  - вскоре после переезда ушел с должности главного редактора газеты по собственному желанию,  устав от такой жизни. Сам себя назначил обозревателем газеты  и пропадал в командировках. Ему это было интересней. Он писал. И, видимо, писатель победил в нем не только главного редактора, то есть администратора, но и журналиста. Зато теперь у нас есть писатель Константин Гнетнев, лауреат  государственной премии Республики Карелия в области культуры, искусства и литературы, автор целого ряда книг-исследований, проливающих свет на тайны истории, объясняющих многие загадки  прошлой жизни.
          Потом у «Карелии» были другие  руководители…Не скажу, чтобы на место главного редактора единственной  официальной газеты в республике выстраивалась очередь из желающих…Но  за   10 лет  в ней сменилось 5 редакторов…Кто-то уходил сам, кого-то никак не могли уволить из-за разногласий между учредителями…Не могу забыть, как однажды в конце рабочего дня ко мне в кабинет заглянула Анна Кузнецова – третий, очередной  главный редактор. Она присела на свободный  стул, достала из сумочки  листок бумаги, протянула его мне. Помолчала, ожидая, пока прочту, подняла на меня глаза, полные слез... Я не удержалась, тоже зашмыгала носом …Пришлось закрыть на ключ дверь кабинета:  чтобы никто не видел нас в таком состоянии…
Конечно, женщины порой слишком эмоциональны, слишком близко к сердцу принимают пустяковые на первый взгляд проблемы, но бывают ситуации, когда приходится резать по-живому. В данном случае не  сработались главный редактор и директор издательства,  выпускающего газету. Директор просто лишила редактора кабинета…Нормально? А если учесть, что до этого инцидента совет учредителей разбирался  в конфликте редактора с руководителем  пресс-службы Правительства, неправомерно  взявшего на себя обязанности цензора газеты…И вот после очередного конфликта  Анна решила уйти. Анна Кузнецова, авторитетнейший журналист, а в моем прошлом – главный редактор любимой  газеты «Комсомолец»…
Вспоминается один из семинаров, на которые представителей пресс-служб всей России собирали кураторы из Государственной Думы. В тот раз нас принимал  Петербург. Было интересно узнать, чем живут коллеги, какие у них проблемы, как они их преодолевают. Широчайший спектр информации сложился из выступлений на «круглом столе», из живого общения на экскурсиях по городу. Чем больше я слушала, тем яснее понимала, что мне еще очень повезло, в нашей Карелии, что у нас многое сложилось не так, как у других, особенно в центре.
Моему выступлению даже не очень поверили. В регионах, как и в Москве, существовало некое соперничество между исполнительной и представительной властью. Я же утверждала, что у нас –другие отношения, что мы дружно живем и взаимодействуем с пресс-службой Правительства…. И парламентская, и правительственная пресс-служба – это  ведь бывшие журналисты, знакомые, как минимум, по прежнему месту работы. Поэтому  и работаем бок о бок, помогая друг другу. А чего мне, к примеру, делить с  Андреем Раевым, тележурналистом, прекрасно знающим и новое свое дело в пресс-службе Правительства?
Правда, помню момент, когда  нам было необходимо отстоять свою независимость от правительственных структур. Создавался в Интернете сайт государственных органов Республики Карелия, и Законодательному Собранию предлагалась в нем только одна собственная страничка.  Мы настояли на том, чтобы парламент, как и правительство,  имел возможность  размещать  информацию о своей деятельности самостоятельно, на своем сайте. Первые шаги в интернете делали робко – учились новому делу, во многом зависели от технических служб. Зато зайдите сейчас на сайт ЗС РК : здесь  можно многое узнать  о депутатах, об их повседневной деятельности и планах и даже  побывать на заседании парламента в режиме он-лайн. Пресс-служба работает оперативно, размещая на сайте свежие новости по мере их появления.


«Найти выход из глубокого политического кризиса»…

Я  листаю свои  записи. Они все еще  – в красных блокнотах. В революционных красных…
…« Край родной – Карелия. Древняя, мудрая земля…»- так начинается наш государственный  гимн… Плавная величественная мелодия, сразу со словами, звучит у меня в голове в сопровождении оркестра, я сейчас как будто воочию вижу сцену Национального театра и хор Петрозаводского университета (или консерватории?), впервые исполняющий новый государственный гимн…Это пока репетиция, но уже генеральная. Здесь же автор музыки – Александр Белобородов, председатель Союза композиторов Карелии, и авторы текста – Иван Костин и Армас Мишин.
Мне довелось участвовать в напряженной работе  многих людей – специалистов и любителей – по созданию символов республики – гимна, герба и флага. На память осталась строчка в предисловии к сборнику А.Пашкова «Гербы и флаги Карелии»: «Хочу выразить свою благодарность за помощь и поддержку в работе руководителю пресс-центра Верховного Совета Республики Карелия Н.Н.Акимовой»…В перечислении называются и другие фамилии, но мне-то важна моя…Александр Пашков, преподаватель госуниверситета, захотел быть свидетелем и участником интереснейшего процесса – рождения новой государственной символики Карелии – и я поделилась с ним всем, чем могла, даже своим рабочим кабинетом.  На просторах нашего края  уже свободно реяли не только советские   красные флаги, но и  флаги с другими цветами  - карел, вепсов, ингерманландцев… Люди вспомнили про старинные гербы городов. И поняли, что не успевают за временем…
В августе 1990 года  Верховный Совет Карелии принял Декларацию о государственном суверенитете Карельской АССР, а в ноябре 1991 года Карельская АССР была переименована в Республику Карелия. В связи с общими изменениями в общественно-политической жизни страны  значение и самостоятельность Карелии в составе России существенно выросли. 27 ноября 1991 года Президиум Верховного Совета принял постановление об изменении государственной символики и о  проведении конкурса на новые герб, флаг и гимн.
«Разработка государственной символики Республики Карелия  показала очень низкий уровень нашей геральдической культуры,- пишет А.Пашков в своем сборнике. – Художников – геральдистов в Карелии практически нет, обобщающих работ по геральдике и вексиллологии нет тоже. Столичные общества и организации, занимающиеся этими вопросами, возникли недавно, не имеют пока должного авторитета, а также не очень компетентны в хитросплетениях истории и современного положения Карелии.»
Как оказалось, все участники конкурса плохо знали историю Карелии. Это незнание, а также отсутствие исторической традиции, по мнению А.Пашкова, предопределило  неудачу  проектов  А.Литвина и Ю.Нивина, а также  В.Добрынина - А.Галлен-Каллела. Успех пришел к неожиданно возникшему проекту флага А.Киннера. Его цвета, взятые с флага Карело-Финской ССР 1953 года, пробудили положительные исторические воспоминания. В массовом сознании жителей Карелии существование  Карело-Финской республики было связано с победой в тяжелой войне, с быстрым послевоенным восстановлением хозяйства. К тому же он не имеет этнической ориентации и потому не подогревает  межнациональной напряженности. Для переходного периода, в котором мы сейчас живем, нынешний флаг Карелии – именно то, что надо…
Говоря о гербе Республики Карелия, можно сказать, что принятое решение Верховного Совета не вызвало каких-нибудь откликов в прессе. Государственным гербом Республикеи Карелия признан прямоугольный, закругленный в нижней трети, трижды  пересеченный в равных долях цветами государственного флага Республики Карелия щит с изображенным на нем профилем стоящего медведя черного цвета. Золотое обрамление щита переходит в стилизованное  изображение ели с левой стороны и сосны с правой. В навершии щита расположена восьмиконечная звезда  (сдвоенный крест) золотого цвета).
А Пашков считает, что население осталось равнодушным к изменениям  государственной символики Республики Карелия.  Все дело в том, что как раз в те  дни все внимание  людей было приковано к событиям в Москве, где  танки стреляли по Белому дому…

События 3-4 октября 1993 года резко изменили политическую ситуацию в России. Мы помним тревожные информационные сообщения  о штурме Белого Дома  и  телевизионного центра в Останкино, о танках на улицах Москвы и пролившейся крови …Противостояние  исполнительной и законодательной властей  страны обострилось до последней черты…
В этой ситуации Президиум Верховного Совета Карелии сумел сохранить мир и согласие в республике, не допустил безвластия. Пожалуй, это главное – не допустил безвластия, потому что после октябрьских событий последовала череда президентских указов, юридически закрепивших  ликвидацию Советов народных депутатов. Через два года после роспуска КПСС была ликвидирована  вторая политическая основа советского  социалистического строя. Указ Президента РФ от 9 октября 1993 года предусматривал  реформирование органов  представительной власти в целях  реализации принципа разделения властей. Указ Президента от 26 октября «О реформе местного самоуправления в РФ» по существу  прекращал деятельность  местных органов власти.

На последнем этапе своего существования Верховный Совет республики главной  своей задачей видел  разработку нормативных документов по формированию органов  государственной власти  нового типа. Депутаты создали рабочую  группу, ее возглавил Александр Иванович Киннер.

…Александр Киннер – депутат, прокурор Олонецкого района (в будущем – судья Конституционного суда РК). Спокойный,  скромный человек, квалифицированный юрист. Незадолго до описываемых событий он в составе делегации парламентариев побывал в США, что называется, «руками пощупал» американскую демократию, и теперь примеривал увиденное на Карелию. Двухпалатный  парламент содержит  целую систему  сдержек и противовесов. Две палаты – больше демократии, - уверял  Киннер. Его позицию, как оказалось позже,  поддерживали   все сенаторы мира,  собравшиеся в Париже на свой первый форум 14 марта 1994 года.  Миру надо больше демократии…
Депутатский корпус Верховного Совета двенадцатого созыва поддержал принцип разделения властей и передачу конкретных полномочий  от Верховного Совета Главе республики, избираемому всем населением. При определении структуры  высшего законодательного органа власти был выбран вариант двухпалатного парламента, но, в отличие от российского, у нас обе палаты виделись равноправными, что обеспечивало бы учет интересов различных групп населения.  По-новому предлагалось формировать избирательные округа – в границах административно-территориальных единиц.
Раньше, чем в Российской Федерации, законодатели Карелии установили основы местного самоуправления. 12 ноября 1993 года Верховный Совет  РК принял постановление  «О реформе местного самоуправления  в РК» и утвердил ее основные положения. Предусматривалось до 15 декабря 1993 года подготовить и внести на рассмотрение Верховного Совета РК проект закона о местном самоуправлении (над этим документом работала группа под руководством  Николая Жукова), а также провести досрочные выборы в органы местного самоуправления  17 апреля 1994 года (за исключением города Петрозаводска, где они были назначены раньше).

Торопливые записи в моих блокнотах…Некогда…успеть бы схватить смысл того, что происходит на сессиях, на заседаниях депутатских комиссий.
 «Найти способ выхода из глубокого политического кризиса…»
 « Та черта, за которую нельзя было перейти, пройдена…»
« Только досрочные выборы, одновременно, чем быстрее – тем лучше…»

     Выборы высших органов власти РК состоялись 17 апреля 1994 года.

  А через месяц,  16 мая 1994 года в Петрозаводске на здании под государственными флагами по улице Куйбышева, 5  была снята табличка «Верховный Совет Республики Карелия». Вместо нее появилась другая,  из которой следовало, что теперь здесь размещается  Законодательное Собрание Республики Карелия. Простая смена табличек  как бы завершила одну эпоху в деятельности органов государственной власти и начала другую.

 Вот мой репортаж с первого заседания Законодательного Собрания.

17 мая 1994 года - первое заседание  выборного  законодательного (представительного) органа  РК.  По  традиции его открывает  старейший из депутатов -  Николай Григорьевич Никитенков, директор совхоза «Таунанский». Кворум есть – из числа избранных присутствуют 50 депутатов, отсутствует 6. С информацией об итогах выборов выступает председатель Центральной избирательной комиссии Республики Карелия  Виктор Нефедов.  Он сообщает, что выборы состоялись в 56 избирательных округах из 60, из 36 депутатов палаты представителей избрано 34, из 25 депутатов палаты республики избрано 22. Принимается постановление о вступлении в силу  высшего законодательного (представительного) органа–  двухпалатного Законодательного Собрания Республики Карелия, преемника Верховного Совета.  Можно начинать работу.
Это официальное  заседание – самое первое (ранее, сразу после дня выборов,  была лишь встреча депутатов, собранная по инициативе руководства бывшего Верховного Совета). Депутаты в большинстве своем еще не знают  друг  друга, но уже  из их числа выделились  инициативные группы, которые подготовили проекты  основных документов, необходимых для организации работы Законодательного Собрания. Нелегко дается принятие первой  повестки дня – в основном выясняются правовые вопросы, на это уходит добрая половина заседания. Наконец все выяснено, повестка  принимается 50 голосами против одного.  Депутаты рассматривают и принимают проекты  временного Регламента ЗС РК и его структуры,  подтверждают  учредительные права Законодательного Собрания  на  республиканскую газету  «Карелия».  Далее работа идет раздельно по палатам.  Рассматриваются кадровые вопросы. Председателем палаты республики избирается Иван Александров, его заместителем – Виктор Богданов (с сентября 1997 года   - Евгений Морозов). Председателем палаты представителей избирается  Валентина Пивненко, ее заместителем -  Петр Востриков.


В этот же день, 17 мая, Законодательное Собрание принимает присягу  вновь избранного Председателя Правительства Республики Карелия  - Виктора Степанова. Выступая перед депутатами, Виктор Николаевич говорит о том, что  в республике завершилась  реформа органов государственной власти. Он  благодарит за совместную работу депутатов Верховного Совета, председателей районных и городских  Советов народных депутатов, высоко оценивает  стабилизирующую роль Верховного Совета  Республики Карелия  в сложных политических и экономических условиях  постперестроечной России. Он подчеркивает, что  в непростой ситуации Верховный Совет сделал главное – сохранил  мир и согласие в родном краю. Председатель Правительства  выражает готовность работать с Законодательным Собранием в духе  взаимопонимания, в интересах  жителей Карелии.

      Депутаты первого созыва сформировали комитеты, которые являлись рабочими органами. В  палате республики это комитеты: по природным ресурсам, охране природы и туризму; по законности и правопорядку; по экономике и бюджету; по социальной политике; по государственному устройству, местному самоуправлению и национальной политике; и комитеты палаты представителей: конституционный, по бюджету и налогам, по административно-территориальному устройству и развитию территорий, по социальной и экономической политике, по лесопромышленной и аграрной политике. Первыми председателями комитетов палаты республики были избраны депутаты В.Валяев, М Гошкиев, Е.Морозов, Н.Прохорова, З.Строгальщикова, Н.Шиханова, и палаты представителей - А.Булдаков, В.Григорьев, С. Катанандов, В.Степанов, А.Штыков.
      Был также создан совместный комитет палат - по внешним связям и межпарламентскому сотрудничеству. Сопредседателями комитета стали  заместители председателей палат.

Законодатели  сразу же приступили к профессиональной работе в парламенте, хотя многие из них не имели опыта законотворчества. Приходилось учиться на ходу, искать компромиссы в жарких спорах между представителями различных политических сил. В значительной мере в условиях правового вакуума шла работа над республиканскими законами, аналогов которым в федеральном законодательстве ещё не было.
Всего Законодательным Собранием первого созыва принято, подписано и опубликовано 295 законов Республики Карелия.   

Этот день – не забыть…
… За долгую дорогу в переполненной утренней маршрутке чего только не передумаешь…Вот считается,  что рабочий день у чиновника начинается в девять. Да? Я – чиновница, а  работаю, считайте, с того момента, как проснулась. Возьмем обычный, как казалось, рабочий день -  11 января 1996 года. Уже сложился в голове план действий на сегодня.  Сейчас, в десять, Палата Республики начнет рассматривать проект закона  о государственной службе. То есть речь пойдет  непосредственно о том, что положено и что не положено делать чиновникам. Депутаты будут   примерять   Закон  РФ «Об основах  государственной службы» на  нашу республику, наши условия, в том числе финансовые. И, конечно, придет много журналистов, она известила их, как  положено, заблаговременно… В общем-то, ничего необычного в этом законе нет, кроме того, пожалуй, что  посвящен он  – весь – не любимым народом чиновникам. Однако  заранее можно было предположить реакцию какого-нибудь дяди Пети – слесаря  из гаража или Марь Ванны – технички из школьной столовой: «Что им там – больше не о ком  заботиться?»
         Помня  о  нелюбви народа к  «чиновникам», я собиралась   заранее  подготовить информацию для журналистов о начале работы над законопроектом, а то и пресс-конференцию провести. «Нет-нет, ни в коем случае, - запротестовал председатель  палаты парламента Иван Петрович Александров, - чем меньше шума вокруг этой темы, тем лучше».
Не удалось  его переубедить…   
       
        Этот день   мне не забыть…
     В 10 утра, как обычно, в малом зале началось очередное заседание Палаты Республики. Законопроект представлен, началось обсуждение. Депутаты активны, один за другим выходят к трибуне, вносят  свои поправки, снимают поправки коллег…Я , как всегда, почти протоколирую высказанные предложения - сразу после окончания заседания  надо будет отправить устную информацию на радио и телевидение и письменную – в газеты. В газеты можно к вечеру или завтра с  утра – успеет в свежий номер, а вот на радио и ТВ – непременно в этот же день, до  пяти …
Захваченная  обсуждением проекта  закона, я не сразу увидела, что   дверь в зал приоткрылась и из образовавшегося проема мне   подают какие-то знаки. Просят выйти…Оказывается – из приемной, срочно к телефону. Что-то дома…
 Семья  собиралась вместе  недавно, пять дней назад, на папин день рождения. Ему исполнилось 72 года. Именинник  болел, но нашел в себе силы посидеть  за праздничным столом и даже попытался, как обычно, подыграть на баяне, поддержать мелодии застольных песен (а петь любили)…  В этот раз не очень-то у него получалось, пальцы не слушались. Я видела, как переживает отец эту свою немощь, с какой досадой попросил забрать у него баян…

И вот я бегу  через площадь, мимо парка, по старому мосту через речку – домой к родителям. Знакомая, годами  вымеренная дорожка минут на 20 – пролетела в миг. Торопилась не застать  «скорой» и все-таки медлила – боясь увидеть то, что увидела…
Отец лежал неподвижно на полу  на середине комнаты, как-то неестественно раскинув ноги и руки. Вера, старшая сестра, сама медик,  вызывала  врача из поликлиники - официально засвидетельствовать смерть. Мама, с мокрым от слез лицом, занавешивала зеркала. Ждали  перевозку…
Вот и все. Это случилось. Неважно – как, из-за чего. Ничего не изменишь… Остановилось сердце … Все!
Можно было позвонить на работу, сказать, что не приду, потому что у меня такое горе. Прошу, мол, отгул, всего-то полдня осталось рабочего времени.  Но я не была бы папиной дочкой, очень ответственной, если бы не  вернулась на работу.  Знала, что никто другой не выполнит  мои  служебные обязанности (вся пресс-служба состояла из одного человека). Значит, надо  идти работать…
Наверное, в тот злополучный день я написала информацию для прессы слишком официальную, сухую. Просто констатировала, что  парламент начал работать  над законопроектом «О государственной службе». Хотя конечно, надо было  бы все-таки  и пресс-конференцию провести,  чтобы разъяснить на пальцах, зачем, кому необходим этот закон… Я же  журналистов знала – вопросов, чем дальше,  тем будет больше! Но начальство сказало – не привлекать внимания  к этому закону…Да и у меня сейчас – другие заботы. Похороны.
В законах всего не пропишешь… Насколько все мы, каждый, зависим от других людей, от настроения тех, с кем общаемся в данный момент. Взять хотя бы эту мою  ситуацию, самую жизненную…Представим: умер бывший директор крупнейшей школы, заслуженный человек, со званиями и наградами. Думаю, что это событие касается не только семьи… Растерявшиеся  родственники звонят в гороно – безответно,  дозваниваются в Министерство образования, сообщают новость секретарю приемной.   Министра нет на месте. Как следует поступить секретарю? Сказать: «Примите мои соболезнования» - и все? А может, найти все-таки  в ведомстве кого-то, кто занимается этими вопросами, кто позаботился бы о  написании и опубликовании некролога? Спросил  бы у родственников, нужна ли какая помощь?
 Законом такое участие не установишь…
Я  сама пошла в редакцию ежедневной газеты, чтобы подать объявление. В ближайший номер успевала еле-еле. Намучалась с некрологом... Мало того, что  сама,  еле сдерживая слезы, написала  текст ( подбирала какие-то казенные, приличествующие случаю слова - чтобы было официально), так  и,  не имея гарантийного письма из ведомства, заплатила за объявление и некролог сразу сама (услышав мои  телефонные переговоры с министерством, в бухгалтерии газеты не согласились подождать оплаты  ни одного дня). Что было самое обидное: бухгалтер, давно знакомая женщина,  не поверила моим  обещаниям принести гарантийное письмо …
В тот день, закончив необходимые хлопоты по организации похорон, я  все-таки расплакалась, причем на плече своего непосредственного начальника, заместителя руководителя аппарата ЗС РК . «Закоренелый чиновник» советского воспитания, немногословный  финн  Вилли Матвеевич Вуори после рабочего дня возил меня  на своей машине по городу – куда скажу.  А после  передал с рук на руки мужу… 
На похоронах, несмотря на жуткий мороз, было много народу. Поминки   прошли в школьной столовой. Позже семья узнала, что оплатил поминальный обед Василий Попов, бывший ученик покойного, ставший  успешным бизнесменом и оппозиционным политиком. Не афишируя свой поступок, сказал только: «В память о  лучшем моем учителе».…

Так пришла  первая настоящая  потеря. Было очень больно. И с этой болью надо было жить, работать, растить детей. В память об отце – достойно и жить, и работать, и растить детей.


Скандальный закон
          Закон о государственной службе в РК (а чуть позже и закон о муниципальной службе), как и ожидалось,  принимали скандально. На заседаниях комитета по государственному устройству, местному самоуправлению и национальной политике палаты республики дискуссии разворачивались  вне всяких регламентов. Депутаты, понимая, что обязаны переложить  требования и нормы одноименных  федеральных  законов  на местную почву, образно говоря, вымыли их в нескольких водах, подкрасили, где потерся от переделок, подлатали, где порвался… И вынесли на рассмотрение всего   парламента документы, соответствующие не только Конституции, но и возможностям бюджета  нашей территории. Главное  в них – законы  признавали профессией  ту деятельность, которой изо дня в день занимаются  государственные и муниципальные служащие, называли четкие параметры ее оценки, устанавливали, наконец, рамки, в пределах которых только и возможна деятельность чиновников. 
         Палата республики закон приняла. А палата представителей, рассматривая проект закона о республиканском бюджете на 1997 год,  абсолютным большинством голосов  выступила против. Более того, депутат Владимир Степанов высказал мнение, что парламент обязан отреагировать на реакцию населения, общественности  республики на принятие законов «О государственной службе в Республике Карелия» и «О муниципальной службе  в Республике Карелия», принятом палатой республики позже, назвав их «безобразными». Председатель Правительства РК Виктор Степанов предложил депутатам по поводу этих законов обратиться за разъяснениями в Конституционный суд, с ходатайством о проверке их  конституционности,  что и было сделано.
        Виктор Степанов закон не подписал... В практике  взаимодействия двух ветвей власти этот случай – не частый…Значит, вся работа – напрасна?
        В глубине души я понимала свою часть ответственности за случившееся. Ведь это я не настояла на проведении пресс-конференции или других мероприятий для журналистов перед началом работы над законопроектами…
А могли бы в начале пути разъяснить все противоречия…Что ж теперь…Кто же накануне новых выборов подставит под удар критики свое имя, подписав закон, вызвавший неоднозначную оценку в обществе?
          Конституция Карелии, как оказалось, такой момент предусматривает: в случае, если палата республики принимает  закон двумя третями голосов, право подписи  имеет ее председатель. 10 января 1997 года И.Александров  поставил под ним свое имя, ровно через год после первого рассмотрения законопроекта,  совершенно четко  понимая последствия своего поступка. Это  было его нравственное   решение, его   принцип - не нарушать Конституцию. Закон вступил в силу с 1 января 1997 года.
           И – да, Александров лично пострадал на новых выборах в парламент: оппоненты припомнили ему и его возможным избирателям эту историю…Выборы он проиграл, причем в Медвежьегорском районе,  где работал ранее долгие годы. Его оппонент и соперник, директор Медвежьегорской детской  музыкальной школы Валентина Евсеева оказалась убедительнее со своей программой  экологического обустройства района и Карелии.

В своих воспоминаниях «О времени и о себе», написанных двадцать лет спустя, Александров называет себя «заложником вето» при принятии закона «О государственной службе в Республике Карелия». «Почему одни категории работников могут иметь свой закон, а другие – нет?- задается он вопросом.- Да может, и работают наши чиновники не с  полной мерой ответственности, не с полной отдачей, что не чувствуют себя социально защищенными. Наконец-то появилась профессия – государственный и муниципальный служащий…»

Всего Законодательным Собранием Республики Карелия первого созыва принято 305 законов, из них 10 подписаны в преодоление вето  председателем палаты республики. Остальные 295 не вызвали возражений у Председателя Правительства.

Все это – наше внутреннее дело, наша кухня…Я не старалась рассказывать в своих материалах о «драчках» на полях сражений за конкретные строчки законопроектов…Главное – законы появлялись, их так требовали новые социально-экономические и политические условия. В  90-е годы нашим законодателям приходилось создавать практически новое законодательство на своей территории, во многом опережая страну… Значительно раньше, чем в России, у нас в республике началась приватизация жилья, земель, хозяйственных объектов. Был принят комплекс законодательных актов по социальным вопросам.

Я старалась писать так, чтобы народ читающий увидел и прочувствовал: там, наверху, во власти, есть единство в стремлении наладить жизнь в родном крае.

«Вперед, за работу, к успеху республики!»

…Открываю очередную страничку в ежедневнике. 10 февраля, среда. В повестке дня один вопрос: «О Концепции социально-экономического развития Республики Карелия на 1998-2002-2010 годы.  Докладчик – Валерий Александрович Шлямин, руководитель рабочей группы».

- Мы собрались для того, чтобы достигнуть согласия…- начинает свой доклад Валерий Александрович.- Не все вопросы ясны…Но самый факт принятия  согласованной концепции станет привлекательным для инвесторов…Без духа команды между Правительством  и  Законодательным Собранием  нам не решить проблем…Концепция – не догма, это открытый для обсуждения документ…

Один за другим на трибуну выходят  депутаты Алексей Мосунов, Александр Чаженгин, Сергей Яскунов, Алексей Андрейко, Чеслав Скрипин, Владимир Степанов, Валентина Евсеева, Михаил Мрыхин. Отношение к собственности, к земле, реформа ЖКХ, государственное регулирование экономики – самые сложные вопросы…
-Надо вычленить спорные моменты,- предлагает  председатель палаты республики Владимир Шильников. – Что такое мобилизационный период? Это, коллеги, как раз наш период избрания. Мы не можем быть временщиками…Правительство руководствуется теми задачами, которые прописаны в Конституции. Ученые выполнили заказ…Мы, политики, должны делать для себя выводы… На дворе – 14 марта 2002 года.


Концепция социально-экономического развития  Республики Карелия  на 1998-2002-2010 годы принята. Она стала своего рода компасом в работе Правительства. Подводя итоги 2001 года, Председатель  Правительства Сергей Катанандов  уже сверял их с обозначенными в документе рубежами. Несмотря на то, что ситуация в республике  была критической, на грани взрыва, когда,  в результате негативных процессов в мировой экономике, в России   продолжалось падение объемов производства  в промышленности и в сельском хозяйстве,  многие предприятия стояли,  росли долги по заработной плате, пенсиям, пособиям…- мы  продержались. Более того, Карелия оказалась крепче многих регионов России: по данным мониторинга  социально-экономического развития  регионов России с 51-го места мы переместились на 28-е – в группу со средним уровнем развития и заняли 28 место  среди 88 регионов страны.  Сократился уровень регистрируемой безработицы, в 2.6 раза выросла заработная плата, снизился уровень инфляции. В 2,6 раза выросли платежи в бюджеты всех уровней, что позволило своевременно выплачивать пенсии и заработную плату работникам бюджетной сферы…
«Вперед, за работу, к успеху республики!»-  оптимистично закончил свой доклад  Председатель Правительства Сергей Катанандов.
 Депутаты договорились в этот раз не устраивать прения по  ежегодному докладу Правительства – чтобы не превратить  их в предвыборный митинг, накануне очередных выборов.


Валентина Пивненко – «горячая женщина в горячих точках».

А теперь я  должна повиниться перед Валентиной Николаевной Пивненко – в свое время  не выполнила одно  важное поручение…
Кто такая Пивненко – в Карелии знают, наверное, все. Столько уж лет эта фамилия на слуху,  то  радует людей – что слышат ее, то раздражает – мол, сколько можно, дала бы дорогу молодым…И то – ее звезда взошла на политическом небосклоне в  конце прошлого века! Председатель Совета профсоюзов Карелии, депутат  Верховного Совета  и  Законодательного Собрания, председатель палаты представителей ЗС РК, депутат Государственной Думы Российской Федерации, председатель самой главной для нас комиссии  ГД – по Северам…Почти три  десятка лет  - на орбите государственной власти. И, если бы я не знала ее лично, не работала бы с ней несколько лет бок о бок – я бы вслед за немногими завистниками  сказала: отдохните, Валентина Николаевна, пусть другие поработают …
Но я так не скажу. Я пожелаю ей здоровья и еще многих сил на избранном поприще служения людям. Да, скажу вот так – высокопарно. Она ведь не просто делает свою работу – она следует за своим призванием.  Бывает резка в суждениях, опрометчива в поступках, по-женски слишком эмоциональна и откровенна, доверчива…Но характер у нее – железный, если что задумала  или пообещала – сделает!
Помню один вечер, когда я сама что-то припозднилась на работе и,  уходя, заглянула в приемную палаты представителей, где ярко горел  свет и  откуда слышались незнакомые голоса, куда  подходили и подходили люди, в основном, женщины с  сумками…Потом и военные подошли, человека два-три…Помощницы Пивненко –  ее секретарь Татьяна и юрист Наталья – замахали на  меня руками, мол, уходи, ты здесь лишняя…Ушла.
Поняла уже на следующий день, что это было:  Пивненко готовилась к поездке на войну…1995 год, боевые действия  в Чечне, по сути – настоящая Кавказская война.
Наши ребята тоже там воевали, причем, даже первогодки.

Продолжение следует.


Рецензии