Повесть Непростая история. Четвёртая глава

Предупреждение.
ГОМОСЕКСУАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ. Читать только после исполнения ВОСЕМНАДЦАТИ ЛЕТ.

****************

Вот с того момента армейская служба для троицы: Пашки, Сашки и Максима, совсем перестала быть «в тяжесть»…, она стала просто НЕОБХОДИМОЙ РАБОТОЙ…
Да…, сложной, и где-то своеобразной, иногда невыносимо тяжёлой, но её НЕОБХОДИМО исполнять ежедневно и качественно…, а иначе как…, ведь это БЕЗОПАСНОСТЬ страны...
Вот и старались, увлекая сослуживцев, всем своим образом бытия. Но при этом у них, троих, было НЕЧТО, о чём НИКТО не знал.
Это ожидание ПРАЗДНИКА…, торжество ОБЛАДАНИЯ…, разными, но такими классными телами…, самых дорогих, на тот период времени, людей.
Ах, как уникальна привлекательность молодости…, силы…
Завораживает…, так и хочется воскликнуть вслед за великим Гёте: «Остановись мгновенье, ты прекрасно…»
Согласись, что именно художники в разные времена истории общества возвели облик ЧЕЛОВЕКА в КЛАССИКУ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ.
И все, кто ценит прекрасное, с восторгом замирают у того или иного полотна в художественных галереях, пытаясь разгадать тайну мироздания…
Меня, к примеру, наряду со всеми, восхищает один из таких ТВОРЦОВ - художник Кузьма Сергеевич Петров – Водкин. Вы только взгляните на картину «Купание красного коня»…

Тут вот, совсем недавно, прочитал на художественно – аналитическом сайте текст, и как-то совершенно по-другому увидел то, что привычно - знакомо «со школьной скамьи»: «Современники называли этого могутного мужика «древнерусским иконописцем, волею случая попавшим в будущее». Полотна живописца не только отражали настоящее, но и пророчили грядущее…
А ещё, они вызывали яростные споры поклонников и критиков. Первые говорили о гениальности, самобытности и глубоком символизме, другие – что лучше бы Петрову-Водкину, как и намеревался ранее, работать на железной дороге или продолжать семейное дело - стать сапожником»*.
А на самом деле, ведь, оказывается, было совсем не так…
Давайте приоткроем «просмотровое окно машины времени»…, да подглядим…
Вон…, смотрите: «Петров-Водкин натянул на подрамник новый холст. Сам для себя уже решил: «Прочь всякую бытовщину — его полотно будет символическим!»
Он и раньше мечтал об этом, только не знал, какими художественными средствами воспользоваться. Но сегодня утром зашёл на выставку палехских икон, увидел юного Георгия Победоносца на резвом коне и понял: на полотне должен быть не гнедой, а написанный киноварью алый конь — символ «ОБНОВЛЕНИЯ всего сущего».
И НАГОЙ ОТРОК на нём — образ человечества, хрупкого, но гибкого, готового к переменам…
На выставке объединения «Мир искусства», открывшейся в Москве десятого ноября одна тысяча девятьсот двенадцатого года, «Купание красного коня» произвело эффект разорвавшейся бомбы….
Хвалили все.
Сам корифей русской живописи Илья Репин, который раньше картины Петрова-Водкина называл не иначе как «возмутительным безобразием неуча», а его самого «рабьей душой», долго стоял у полотна и, наконец-то, вынес вердикт: «ТАЛАНТИЩЕ!»
А Александр Бенуа восторженно прокомментировал: «Как все абсолютно новое, это образец ГЕНИАЛЬНОСТИ!»
Кузьме оставалось только чесать затылок: конечно, что может быть «новее» иконописи, которую он взял за образец…
Картина стала культовой.
Ей посвящались стихи и поэмы. Мелодекламацию модного поэта Рюрика Ивнева даже положили на музыку: «Кроваво-красный конь. К волнам морским стремящийся. С истомным юношей на выпуклой спине...»**

Вот эта гармония СИЛЫ, ПОЗИТИВА и КРАСОТЫ, что ухватил художник тогда, она реально присутствует в жизни…, причём постоянно: как в прошлом, так и настоящем…, в том числе и в образах нашей славной троицы парней…
А мы ведь иногда и не понимаем, КАКИМ богатством обладаем!
Специально привлёк ваше внимание к художнику и его картине. Ведь наши знакомцы, так же привлекательны, как и те, кто восседает нагими на красных конях…
Так что…, давайте, други, поднимем своё художественное восприятие повседневности, до уровня ВЫСОКОГО ИСКУССТВА и оценим по достоинству то, что видим рядом…

Пашка, Сашка и Максим…
Их жизнерадостность и бодрость духа «заряжала» других. За ними тянулись, старались походить, приводили в пример. А они…, как бы и не замечали этого, жили в радости от дела сделанного…
И ещё от того, что есть у них своя тайна, которая хранится ими «за семью печатями»…
Никто и помыслить не мог об истинных причинах их мужской армейской дружбы.
А ведь ребята искренно любили друг друга...
И при этом понимали, что это не вечно, что всё разом может измениться, народ-то служивый: ныне здесь, а завтра – там, сейчас вместе, а поутру могут и разослать по разным «городам и весям»…, помните, как в известной песне: «Дан приказ ему на запад, мне в другую сторону»…
Потому наши знакомцы и берегли каждую минуту общения, как редкий изумруд, лелеяли…, наслаждаясь и радуясь…
А то, что они, по-особому, угождали дружка дружке, их «не обабило», не было никакой манерности, каких-то приметных признаков внешнего поведения, отличающих НАСТОЯЩИХ МУЖИКОВ от «гнойных пидоров», так презираемых всеми.
Нет. Парни были ПРИВЫЧНО – ОБЫЧНЫМИ. Отличало их ото всех только одно: все трое «искрились счастьем»…
Почему?
Да оттого, что у каждого были два желанных дролечки, телесное общение с которыми и были той «волшебной батарейкой» их искромётности на фоне обыденности существования всех прочих сослуживцев.

И при этом, за все годы службы ни у кого из троих не возникало потребности ещё к кому-то «залезть в штаны». Им хватало с лихвой того, чем обладали сами.
Да, они постоянно жаждали секса, но только ВТРОЁМ…, да так чтобы излиться полностью и принять всю имеющуюся у них силу страсти…
Но при этом вопросы БЕЗОПАСНОСТИ и сохранение тайны их отношений, стояли на первом месте…
Никаких экстремальных ситуаций, хотя адреналина хватало, как говорится «выше крыши», самой знаменитой, московской, сталинской высотки, что на Котельнической набережной, помните фильм «Москва слезам не верит».
Они прекрасно понимали, как легко можно «спалиться» в границах небольшой воинской части, очерченной конкретным забором.
А потому фоном их «любовной сказки», этой удивительной и почти «фантастической феерии», а может быть и наоборот - главным действующим лицом, была красота экзотической природы Дальнего Востока...
Их, еженедельно отпускали в увольнение, на целых двенадцать часов…, и они «забуривались в такие медвежьи уголки», где кроме диких зверей не было «ни одной живой души»…
Благодать!
Весной…, когда все окружающие сопки поражали цветущим багульником…
Или летом…, где каждая полянка становилось «кладовой хозяйки Медной горы», но не в плане злата – серебра, да богатых каменьев. А наличием богатств матушки – природы, как бы «прилавком рынка», созревших ягод: земляники, черники, жимолости.
Осенью…, когда ковёр разноцветных листьев завораживал буйством красок…
Они были первыми и удачными добытчиками «лесных даров», которые по хозяйственному разумению командира части, немерено заготавливали впрок. Эх и хороши были по зиме на солдатском столе грибочки солёные, да маринованные, и компоты из сушёной лесной ягоды!

Пашка, Сашка и Максим в обладании друг другом перепробовали всё…
И теперь…, оттачивали ТО, что особо нравилось…, до уровня «МАСТЕРСТВА»…, доводя до исступления своих любовников – партнёров.
Яко гурманы…, смаковали, достигая полного раскрепощения при совместных совокуплениях, наполняя себя яркими эмоциями. Похоть так распаляла их страсть, что в неистовстве «насыщения и утоления сексуального голода», они были неутомимы…
Ну…, а возможности для УЕДИНЕНИЯ, им, как бы сама СУДЬБА постоянно «подкидывала»…
Причём, ВСЁ время службы. И такие разные варианты…
Командиры, от младших до самых старших, не раз убедившиеся в дисциплинированности данных бойцов, чётком и быстром исполнении любого поручения, уверовались в их порядочности.
Понимали, что не «ангелы» и что «ничто человеческое им не чуждо». Но при этом стопроцентно знали, что эта троица не подведёт, не «накосячит», руководствуясь логикой «солдат удачи», типа: «Хоть час, но мой, а там… «трава не расти» и «будь, что будет». Думаю, что каждый, кто служил в армии, тот поймёт, о чём я хочу сказать…
От таких, «неуравновешенных субъектов», только одни неприятности можно ожидать.
Потому командиры всех мастей и рассуждали примерно так: «Нет, голубчик! Ты уж лучше до конца призыва за забором посиди, нам всем спокойнее будет. А «фортелями разными» пусть своих родителей на гражданке «радуют». Таких «шебутных хлопчиков» только под личным надзором, да строгим контролем сержантов, как цепных псов, держать надо. И не иначе!»
И уж совершенно точно, ТРИО ДРУЗЕЙ, идиотами не были...
Совсем наоборот! Убеждены: «Хочешь достойно отслужить положенный государством срок, веди себя как ЧЕЛОВЕК, а не как чмо…, ведь одним махом можешь мгновенно перечеркнуть заработанный авторитет, как у своих товарищей, так и командного состава».
А зачем?
Ведь кроме долга, есть ещё и «личная заинтересованность в регулярном достижении комфортного состояния»…, когда - полная гармония тела и духа…, когда секс, как сказочная мощь родной матушки – землицы, особую силу даёт …
А чтобы было именно так, нужно СПРАВНО исполнять приказы. Службу нести качественно, по уставу. А уж попутно, да так чтобы «никто не ведал, да не знал», и своим…, желанным можно заняться…, пьянея от доступной близости и вседозволенности.

На пути «достижения чувственности», конечно же, были моменты, которые требовали определённой решительности и внутренней готовности пойти на некоторые..., дюже болезные «экзекуции». Сами понимаете…, такое бывает… со всеми…, кто попервости… решился, а затем…, сплошной кайф и удовольствие…
Но не было ни у кого из троих страха «быть изувеченными», чай разумные же они люди…
Тем более, проживая в деревне, хотя бы из частушек, были осведомлены, что ЭТАКОЕ не только не смертельно, но и прикольно – приятно…
Можно много цитировать таких образцов народного творчества, но ограничусь малым:
«Я «вперёд» и «взад» даю,
Мужика свово люблю.
Пусть меня везде е**т,
Но к другим не пристаёт»
И при этом, из тех же хулиганисто - матерных припевок, было ясно, что такое частенько случается в интимной семейной жизни, и что вполне допустимо, как и другой сценарий развития событий…, коли об этом, к примеру, в них же, так декларируется:
«Один раз не пидарас» -
Сеня Вене в попку даст.
Но всё ЭТО обоюдно,
А ещё, чтоб не прилюдно!»

К тому же, не они первые мужики в истории человечества, кои оказались оторванными от противоположного пола в самое «зело е**чее время» на пике юношеской сексуальной активности: восемнадцати – двадцать лет.
Когда у каждого нормального пацана, **ёк вскакивает мгновенно на «ВСЁ, что шевелится». И е***ться хочется постоянно…, ведь «в башке крутятся мысли» только об одном…
Кого бы прямо сейчас «завалить» хоть вон на той солнечной поляночке, что за кустиками расположена…
И что тут можно поделать, коли именно на этот возрастной период выпадает парням служить в армии – «святая обязанность, по конституции, защищать Родину».
А некоторые, в силу сложившихся обстоятельств, в те же годы оказывались вообще за решёткой в «местах не столь отдалённых».
Вот и ищет каждый свой выход из такой... жизненной коллизии…, и находит…
У кого выдержка упёртого монаха - терпит, кто-то «тихо сам с собою» - и счастлив от случившегося. А некоторые, что имеют неуправляемо – бешеную потенцию, ищут «приключения на разные части своего тела»…, и обретают…, при этом каждый раз с новыми партнёрами…
Но пусть это будет на их совести…, не о них уж точно здесь речь…
Ведь ни Пашку, ни Сашку, а уж тем более Максима к другим парням взвода, роты, батальона, полка, да и целой советской армии не тянуло. И даже больше могу утверждать, на данный момент другие парни, даже самые яркие особи, были им просто безразличны.
Поскольку только внутри милой троицы царили похоть и страсть, от взгляда именно на их ладные тела рождались всякие сексуальные фантазии. И достаточно пяти минут не видеть своих полюбовничков, как становилось «не по себе», беспокойство «зашкаливало»…
И как тут ни крути, но выходит, что «любовь – морковь» у парней случилась…, настоящее реальное чувство…
А не похотливое временное «помутнение сознания» от желания получить свою порцию кайфа при стимуляции вздыбившегося стояка…
Но ведь о таком кому расскажешь?
Не поймут…, засмеют…, возненавидят…

«Насколько всё-таки фальшива жизнь, вернее ПРАВИЛА, по которым она предлагает играть. Ты должен соответствовать какому-то образу, который с точки зрения окружающих тебя людей, идеально подходит»***
Вот и наши знакомцы: Пашка, Сашка и Максим, не исключение…
И им приходится «исполнять роль»: крутых мужланов, ё**рей – террористов, по которым на гражданке «сохнет толпа поклонниц»…
И «эти дамы», якобы, готовы при возвращении служивых домой, тут же упасть на любую горизонтальную плоскость и «ножки широко раздвинуть»…
«И от этой намеренно демонстрирующей фальши было СТЫДНО…
Но разве, если бы они попытались объяснить свои чувства, их восприняли бы, как «нормальных пацанов»?
Нет!
Выходит…, надо соблюдать ПРАВИЛА ИГРЫ…
А кто знает…, может все эти ржущие ребята…, тоже играют свои РОЛИ, а в душе бы не только приняли, но и обзавидовались их «высоким отношениям» и «страстному сексу по симпатии». Потому всем троим было НЕУДОБНО перед своей ЛЮБОВЬЮ»****
Что же выходит…, в повседневности суеты не до высокого штиля поэзии?
Всё равно, мол, время неумолимо движется: то медленно, то быстро…, и от нас сие не зависит…
НИ ЗА ЧТО… не соглашусь с подобным мышлением…
Да, иногда надо просто ЖИТЬ, пристраиваясь к сложившимся обстоятельствам. Но при этом, не терять присутствие духа, веру в романтику. Пусть постоянным станет желание найти чудо «в самом простом и обыденном явлении»: солнышко светит – вот и ПРЕКРАСНО…
А ещё, использовать каждую удобную минуточку в своё удовольствие…
Не опуская себя до «скотского состояния души».
Сохраняя самое лучшее, что имеешь, чтобы не возникал диссонанс того, что внутри тебя, с тем, что окружает снаружи.
Выживать-то – выживай, только душу свою БЕССМЕРТНУЮ, на «тридцать серебряников не меняй»!
И найди свою «нишу комфортного существования»…
Ведь, как ни крути, а жизнь-то, она одна!
И надо бы каждому найти свою формулировку её обоснования, хотя бы на примере классического материала. Как там, у писателя, несгибаемого комсомольца и коммуниста Николая Островского в романе «Как закалялась сталь»: «Самое дорогое у человека – это ЖИЗНЬ. Она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жёг позор за подленькое и мелочное прошлое и чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире – борьбе за освобождение человечества. И надо спешить жить. Ведь нелепая болезнь или какая-нибудь трагическая случайность могут прервать её».
Разве такое не заслуживает достойного уважения?
И совсем не правильное утверждение, что, мол, «у каждого времени свои песни… и свои герои…»
Я убеждён, что во все времена для душевного спокойствия и жизненного баланса важно: «САМОУВАЖЕНИЕ, ЛЮБОВЬ, и УМЕНИЕ ДЕЛО ДЕЛАТЬ».
Последнее направлено не для пополнения «пиастрами личных сундуков», не на благополучие только «себя любимого», а так чтобы каждому, живущему под солнцем было хоть чуть-чуть комфортнее, чем раньше. Вот и ВСЁ!

Ещё в середине недели замполит оповестил их, что все трое поедут с ним в подшефную школу, что за двадцать километров от воинской части. Там примут участие в патриотической акции чествования героев Гражданской войны, загубленных некогда интервентами. Вначале во Дворце культуры, а потом все присутствующие прошествуют к могиле захоронения, у входа в заброшенную штольню.
А уж оттуда, они втроём пойдут в часть самостоятельно. По пути обследуют состояние радиолокационных вышек на сопке «Багряная». Для таких опытных бойцов – спортсменов десять километров привычное расстояние обычного кросса, а их за прожитые месяцы службы эвон сколько было…
Ну, и как тут не воспользоваться ситуацией? Как устоять от соблазна порадовать себя и любимых классным сексом, коли такое количество времени, будут НАЕДИНЕ…
Грех такое упустить!
Они и не собирались. Наоборот подготовились соответствующим образом…
А уж когда поручение было исполнено наилучшим образом, на обратной дороге, нашли такое местечко, подходы к которому хорошо просматриваются….
А то уж более часа в головах, как молотом об наковальню, грохочет только одна мысль: «Секс! Секс! Секс!»…, но безопасность – превыше всего…
Расположились с комфортом на зелёной травке, хоть листья деревьев уже тронула осень, окрасила в разные цвета «золотой поры»…
И тут, на полянке, на расстеленной плащ – палатке стали «резвиться три нагих фавна».
Их звонкие поцелуи слаще любой забойной музыки, а эрегированные части тела – лучшие украшения…
Макс привычно возлегает посередине. Пашка с Сашкой рядом, обоим так хочется наиграться большим и толстым жезлом. Вот уж который раз сие происходит, а удивление размерами *** товарища у обоих не проходит…
Нарезвившись, привычно сложились в «равнобедренный треугольник» и, обхватив посохи, стоящие как каменные изваяния, вобрали их по максимуму в глубину рта…, вау…, реальность перестала существовать…, все трое «парили в облаках наслаждения»…

Губы, о-о-о…, как велико стремление уцеловывать желаемое, обхватывать, втягивая в себя…
Нега поцелуев наполняет души особой музыкой, звуки нежности растут, высятся, дабы спустя мгновение обрушиться неистовством страсти, похотливым стремлением, звонкостью шлепков по ягодицам, «сладостной болью внедрения»…
Удары, «пронизывающего копья»… всё глубже и глубже, а, трение, вздыбившейся плоти о бархат внутренних покровов..., неистово приятно…
Не часто …, вот так, как сегодня, возникает возможность «потеряться в пространстве и времени», зная, что в ближайшие три – четыре часа они принадлежат только друг другу.
И это возлежание «звездой», когда три восторженно – похотливых «звездюка» отсасывают с урчанием, стараясь заглотить до упора, успевая при этом не только облизывать, но ещё и восклицать, пришёптывая: «Вай…, какая прелесть! Моя ж ты красота! Пусть будет так ВСЕГДА!»
Вот он первый сладостный раунд их феерического рандеву. В страстных стонах, парни, один за другим, изливаются в широко – распахнутые зевы, с причмокиванием глотают сладчайшую субстанцию, делясь в поцелуях с остальными полюбовничками. Умиротворение, что наполняет каждого из троих, сродни родниковой свежести в кувшинах их тел и душ. Да…, теперь точно нужно некоторое время, дабы мозг вновь дал отмашку,  для начала следующего этапа обладания.
Чай подобные игрища не в первый раз…, уж накоплен опыт. Он и стал фундаментом постоянного ритуала. Ребята, говоря на сленге «определённой группы народонаселения», являлись «комбайнами». По-простому, чтоб было понятно, каждый и «пассив», и «актив». Причём, любой из троих, жаждал: как быть «оттраханным до состояния распластанного матрасика», так и самому «вспахать две аппетитные попки в хлам» до звона «пустоты своих собственных яиц».
Потому второй, третий и четвёртый туры состояли из того, что одного из них, двое других, установив «на четыре кости» имели «во все щели». Первым, как всегда, был Макс. У него всегда получалось так «завести» Пашку с Сашкой, что оба впадали в состояние неистовства. Когда, хоть и с нежностью, но жёстко…, до полного изнеможения…, имели каждого, как говорится: полным махом, «по самое не балуй»…
При этом столько личностных эмоций…, у-у-у…, «мама не горюй»: от похабного мата, до щенячьего сюсюканья. Излившись, сваливались «кучей – малой», и впадали в некое пространственное – временное состояние… «не стояния»…
«Нирвану» - блаженство покоя…, которая сменялась возгласами, «осанны» во славу стараний и мастерства каждого…

Сашка с Пашкой поначалу побаивались впускать в себя Максимкиного монстра…, а вдруг порвёт малюсенькую дырочку «на британский крест» и станет из дырищи всё вываливаться…
Да…, Максим, чай не зря в будущем зоотехником хотел быть, с глубоким знанием анатомии доступно довёл до понимания обоих, что «живые мышцы могут: как сужаться, так и расширяться». Они обладают «природной эластичностью», хотя, конечно, « с дуру и *** можно сломать»…
И надо отдать должное…, приложил максимум терпения при первом, да и втором вхождении, так что… «всё в ажуре» было…, выжили…
Зато теперь обоим не терпится вновь и вновь быть «предельно распёртыми» и заполненными «под завязку»…
Когда кажется, что «ещё чуть – чуть и изо рта вылезет»…, уж такой длинный…, или попец, как глиняный кувшин, треснет, от такой толстенной елды…

Был и пятый раунд, когда времени у троих, как сегодня было немерено…
Начинался он с облизывания – обцелования – обжимания «тружеников анала и орала», постепенное превращение их из расслабленного состояния «натруженных ливерных колбасок» в грозно – притягательное «орудие сладчайших пыток любовных утех». И тогда уж начиналась этакая игра в ПОБЕДИТЕЛЯ, суть которой: «Кто последний кончит»…
При этом они выстраивали «паровозик с вагончиками». Причём, последний гвардеец, по сигналу, через равный промежуток времени, становился первым, нанизываясь кормой на готовый «вертел» впереди стоящего жеребца.
Команды доверяли подавать Пашке, он самый собранный, ответственный и беспристрастный, ну, как будильник…
Каждый любовник старался так довести дролечку, чтобы именно от его массажа предстательной железы тот кончал «без рук». Сказать, что это было бесконечно долго, значит соврать, хотя каждый раз по-разному…, но то, что это ВСЕГДА становилось АПОФЕОЗОМ наслаждения…, без сомнения…
Именно «о пятой стыковке» грезили, когда не было возможности уединиться надолго, именно ЭТО хотели повторить вновь и вновь…

Во второй год службы поменялся командира полка. Старый полковник вышел «в запас». Мы его очень уважали и даже… любили. «За глаза», между собой звали «дед», а он, солдат и молодых офицеров - «сынки». Великую Отечественную прошёл всю, от первого до последнего дня. Успел повоевать и с немцами, и с японцами…
Начинал простым пехотинцем… и ни разу не был ранен…, вот такой уж «везунчик» был. К солдатам относился бережно, по-человечески, хоть был строг, но щепетильно – справедлив. Особо проявлял заботу о еде бойцов, да об экипировке, как и особой суворовской выучке. Он даже внешне на непобедимого генералиссимуса был похож….
Новый руководитель такую развил кипучую деятельность, так перелопатил всё вокруг…, совершенно точно, «никому не было скучно». Тревоги, учения, марш – броски были чуть ли не каждую неделю. Учебные занятия по специальности с утра до вечера.
Вслед за ним появился некий капитан Дятлов – заместитель по спорту…, и все разом стали усиленно заниматься физкультурой. Пашка с Сашкой как перворазрядники по боксу были переведены в отдельный спортивный взвод. У них теперь ежедневные усиленные тренировки, сборы, и выездные соревнования.
Видеться стали реже, но от этого накал страстей, когда появлялась возможность обособиться, меньше не стал. Наоборот!
А вот возможностей для «уединения» стало гораздо больше.
Пашку с Сашкой назначали на должности, что обычно занимают сверхсрочники: один - инструктор физической подготовки, второй - старшина спортивного центра. Они там же и жили в небольшой комнатке.

Вот туда, к ним, я бегал, иногда, чуть ли не каждую ночь…
И в этом «царстве спорта со многими дверями и крепкими замками», мы и зависали, более не волнуясь, где можем в зимнее время пере***нуться…
Тут тебе и банька – сауна, и бассейн, и помещений куча…, в любом е**сь, как хочется…, и как желается…
А времени, несмотря на старания комполка, действительно стадо гораздо больше…, вот оно преимущество старослужащего…, ещё чуть – чуть и «дедом» стану…
Я уже «во всю» готовился к «дембелю». Ну, там: альбом с фотографиями; парадка, особо ушитая; погоны с вставочками; да и многое другое, по мелочи…
В мечтах грезил, как увижу родных, как вновь стану работать, занимаясь привычным делом, как стану поступать в Тимирязевскую академию…
А Пашке с Сашкой, капитан Дятлов предложил остаться в армии прапорщиками. Обещал помочь  поступить в физкультурный институт. Будут дипломированными тренерами. Они и рады!
А чего им, детдомовским, у обоих как в песне: «Мой адрес не дом и не улица, мой адрес – Советский Союз». Никто нигде не ждёт, нет ни папок, ни мамок, нет и «семейного очага»...
А капитан клятвенно заверил, что на первое время жильём будут обеспечены: двухкомнатная квартира на двоих. Уже, якобы, такая выделена для их службы, под общежитие. Так что, если даже женятся, то у каждого своя комната есть, а там и квартиры отдельные им выхлопочет…
Ребята, полагаю, согласятся. Работа «не пыльная», денежное содержание достаточное, жильё отдельное на двоих есть. Фантастика! Да о таком они никогда и не мечтали…, всю жизнь по казённым кроватям ютятся. А тут квартира, где кроме друга – любовника более никого нет, что хочешь, то и делай за закрытыми дверями… БЛАГОДАТЬ…

Жаль, конечно же, что возвращаюсь домой из края красивых сопок и тигровых распадков один. Прощай ДАЛЬНИЙ ВОСТОК…
Я буду вспоминать о тебе постоянно… и обязательно вернусь…, когда-нибудь…, ведь оставляю здесь двух самых близких и дорогих мне людей…



Примечание:
* Материал о художнике Кузьме Сергеевиче Петрове – Водкине https://24smi.org/celebrity/51427-kuzma-petrov-vodkin.html
**Статья в «Искусстве и время»  названием «Красный художник К.С. ПЕТРОВ - ВОДКИН и парижанка ЙОВАНОВИЧ» https://to-priz.livejournal.com/160668.html
***Екатерина Щербакова. Роман «Вам и не снилось». Книжный клуб ТЕРРА 1998 год.
****Екатерина Щербакова. Роман «Вам и не снилось». Книжный клуб ТЕРРА 1998 год.



ЖДИТЕ ПРОДОЛЖЕНИЯ. Оно обязательно будет…


Рецензии
Великолепное изложение и стиль. Я так понимаю, перед читателями автор постепенно, талантливо и виртуозно разворачивает монументальное творение! С интересом буду ждать продолжения...
Творческих успехов, Владимир.

Кирилл Райман   30.12.2018 21:21     Заявить о нарушении
Спасибо, уважаемый МЭТР!
Совсем недавно нашёл строки Мирзы Шафи Вазеха, которые как-то, уже давно читал. Они так глубоко меня взволновали:
«Будь благодарен дереву за тень.
Реке - что воду пил ты в жаркий день.
Был добр к тебе какой-то человек –
Его добра не забывай вовек.
Сам сделай, доброе, кому-нибудь –
Не поминай ему и сам забудь!»
Прекрасно сказано!
Но не в моих правилах забывать ДОБРО…
Позволь тебе, хотя бы словами выразить свою признательность.
С уважением Владимир Семёнов.

Семенов Владимир   15.02.2019 16:32   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.