Хроника одного дня. Окно в Прибалтику

         Из цикла   «Окно в Прибалтику»


              Лето в  этом году наступило рано – уже 3-го мая мы открыли купальный сезон, затянувшийся почти  на  пять месяцев до последней декады сентября. Были поездки  на озёра, к морю, в лес, работа в саду,  приносившая удовлетворение, как никогда. Хотелось всё время соприкасаться с природой, быть как можно больше на этом щедром солнце, не замыкаться в четырёх стенах.  Мы находили время для этого и в выходные и праздники, и после работы в будни.  Каждый день был наполнен особым  смыслом и имел своё очарование.  Погоды постоянно стояли жаркие, сухие, природе не хватало воды, даже вездесущая трава приостановила рост и пожелтела.
 
                Но июнь, июнь… как же без клубники?    Своя как-то  не удаётся уже много лет, а в магазине безвкусная пластмассовая испанская или из ещё каких-то экзотических краёв, на базаре польская, тоже безвкусная, только помягче, моментально плесневеющая.  А так хочется настоящей, ароматной ягоды!  В интернете натыкаюсь на страничку  фермера – вот она, клубника.  Звоню – пожалуйста, приезжайте и собирайте сами прямо на плантации. Один  евро за  килограмм.  Это раза в три  дешевле, чем на рынке.  Не откладывая в долгий ящик, освобождаем себе  день для этой поездки.  Это километрах в восьмидесяти  от Вильнюса, недалеко от районного центра Укмерге. Ну что ж, на обратном пути заедем посмотреть городок, мы там ещё ни разу не были. Так сказать, совместим приятное с полезным,  мы любим такие небольшие экскурсии.
 
                По автостраде до Укмерге пролетаем быстро, здесь  много раз ездили по пути в Ригу. Наконец, съезжаем с трассы в указанном месте. После    пары километров асфальта начинается «жвировка»  (примеч. – гравийная дорога).  Из-за сухой погоды машины пыль здесь подымают страшную.  Мы задраиваем окна и стараемся ехать потихоньку. Вокруг поля,  сколько глаз видит, где-то вдалеке копошатся  в довольно высокой траве люди, но на клубничные поля вроде это не похоже.  Проезжаем деревню, дальше какие-то заросли. Звоню фермеру и выясняю, что мы уже проехали его плантацию, нужно вернуться.  Вдалеке посреди поля стоит  навес, над которым развевается яркий флаг. Рядом на полянке несколько машин, мы здесь не одни такие сборщики. В тени навеса сидит женщина-распорядительница, рядом   спит рыжая собачонка.   Нам взвешивают тару, которую мы привезли и показывают место, где можно собирать ягоды.   Плантация вся заросла травой, типа хвоща, ягоды довольно мелкие, сухие (полива тут нет), но невероятно вкусные и ароматные.  Настоящие экологические. Можно их есть, не боясь, прямо с поля. У хозяев нет возможности прополоть эти бескрайние борозды, но, к счастью, гербицидов они не применяют. А ведь в погоне за прибылью крупные промышленники где только не используют эту химию.

            Европейские дельцы упорно продвигают приспособленный к генномодифицированным сельскохозяйственным культурам Раундап (глифосат), продукт биотехнологической корпорации Monsanto . Препарат этот распространители  лицемерно называют самым безопасным гербицидом в мире, но  вряд ли это правда.  Глифосат впервые применили в США,  и в США же впервые был поднят вопрос о вреде  этого препарата. Калифорнийский суд присяжных  постановил, что  корпорация Monsanto должна выплатить 290 млн. долларов садовнику Деуэйну Джонсону, заболевшему  раком из-за этого  средства от сорняков. Суд постановил, что Monsanto знала, о том, что продукты, содержащие глифосат, опасны для здоровья, но не предупредила покупателей. Это разбирательство стало первым, дошедшим до суда делом о глифосате, как о возможной причине возникновения рака. А обратившийся с иском садовник стал одним   из более, чем пяти тысяч истцов, выдвинувших аналогичные обвинения.  Европейская комиссия же недавно продлила лицензию гербициду еще на пять лет, несмотря на противодействие активистов, особенно французских, пытавшихся запретить использование глифосатсодержащих гербицидов в Европе.  Но агрессивному крупному промышленному  сельскохозяйственному производству, сожравшему мелких фермеров, это выгодно, а здоровье людей – для них дело второстепенное. Кстати, гербициды активно используют не только на полях, но и в городах для поддержания в порядке дорожек, тротуаров, газонов, скверов и парков и пр.  Миллионы работников коммунального  сектора постоянно соприкасаются с этим веществом и рискуют своим здоровьем.

          Но здесь, на поле,  этого нет.  Борозды уходят далеко, далеко, ягоды прячутся в траве. Мы усаживаемся на захваченные с собой  маленькие скамеечки и начинаем свой «путь»  по полю вприсядку. По соседству работают ещё несколько семей –   родители, дедушки-бабушки, одна старушка даже с палочкой, дети разных возрастов.  Каждый вносит свой вклад .

            Но какой кайф здесь побыть, поработать  в поле!  Этот простор, эта даль, этот пьянящий воздух. Как хорошо тут дышится! Вроде мы так много бываем на природе,  в саду,  на озерах, в  лесу, но здесь что-то особое.  Кажется, что вернулась в студенческие годы, когда мы, беззаботные, молодые, ездили в колхоз  «на картошку», и весёлой компанией  гуляли по полям.  И сейчас - это поле,  клубника, и нам совсем нетрудно работать.  Пока собираем ягоды, наедаемся от души, это можно, никто не ограничивает.  Каждую наполненную ёмкость относим под навес, и составляем под присмотром распорядительницы. Потом, через пару часов, когда корзинки   уже заполнены, взвешиваем «добычу». 15 килограмм, пожалуй, хватит, больше мы просто не переработаем сегодня.   Теперь самое время подкрепиться.               
      
         У машины выставляем  складные стулья, в автомобильном холодильнике у нас припасены всякие вкусности.  Рабочий день движется к концу, наблюдаем, что  на поле съезжается всё больше машин – люди после работы спешат за клубничкой. Скорее всего, большинство из них приехали из близлежащих мест. Ну, а мы собираемся возвращаться. По дороге домой, как  и планировали заезжаем в Укмерге.

                Укмерге (прежде - Вилькомир), старинный городок, известный в истории уже с XIII века.  В дореволюционной России был уездным городом, имевшим торговое значение. Во время послереволюционной заварухи польские войска пытались захватить эту территорию, но согласно межгосударственным договорённостям город остался в составе Литвы.   Теперь это типичный истощенный эмиграцией населения районный центр. Чистенький, заботливо ухоженный, но улицы пустынны.

        На главной площади возле здания администрации впечатляющий монумент  в честь независимости государства  «Lithuania Restituta» , восстановленный в 1990 г.  Старый город, один из семи имеющих наибольшую историческую ценность в Литве.  Красивейшая панорама, открывающаяся  с нескольких высоких точек (конечно, отправляемся смотреть и фотографировать).  Старинная пожарная башня, краеведческий музей.  Костёл Св. Петра и Павла, построенный в 1800-1820 г. - неоклассицизм с элементами барокко, очень напоминает костёлы в юго-западных районах Литвы, а так же  приграничных районах Гродненской области Белоруссии и Польши. Изящная неовизантийского стиля церковь Святой Троицы в самом центре старого города, выстроенная в 1869 г., в 1919 году превращённая в католический костёл, в послевоенное советское время закрытый, а в 1991 г. возвращённый верующим. В живописном месте около набережной реки Швянтойи необычная деревянная    старообрядческая моленная Покрова Пресвятой Богородицы, построенная в 1873 г. на средства верующих. И здесь же, у слияния речек Швянтойи  и Вилькмергеле, древний курган, использовавшийся в оборонных целях ещё в первом тысячелетии нашей эры. Крутые склоны, 16-метровой высоты. Когда-то в древности здесь был отразивший  множество набегов крестоносцев деревянный замок,  уничтоженный в 1391 г. во время междоусобицы литовских князей.  Очень красивая панорама, великолепно благоустроенная набережная, прекрасное место для прогулок и отдыха.

             В туристском перечне объектов для  посещения на сайте Укмергского самоуправления я не увидела даже малейших упоминаний об объектах еврейской истории города.  Как будто бы и не было её. Но многие здания старого города отличаются характерными  элементами, присущими еврейским жилым домам и общественным зданиям.    Это немудрено -  согласно статистическим данным 1889 года из 16559  жителей Укмерге 9034 человека относили себя к иудейскому вероисповеданию (54 проц.). Еврейская община здесь начала создаваться уже с 17 века, после шведских войн, когда  евреям было разрешено выстроить  синагогу, сначала деревянную, как и большинство зданий в городе, перестроенную в каменную в 1851 г.   
         Наплыв евреев в Укмерге в конце XIX века объяснялся указом царя  Александра Второго  о черте оседлости. Вынужденные переселенцы из других регионов  принесли русский язык и свои обычаи в эти края.   Вокруг Большой синагоги начал формироваться целый комплекс религиозных и социальных объектов – другие синагоги и здания религиозного назначения, сиротский приют, целая сеть различных школ. В городе открылись  две еврейские гимназии, библиотека, книжные магазины, больницы, много хозяйственных объектов и пр.  Отправляемся осмотреть этот комплекс. Большая синагога и некоторые здания рядом уцелели,  сейчас здесь спортивный центр. О прошлом напоминают памятные  доски на стенах – план еврейского комплекса, а так же доски, увековечившие память знаменитых горожан еврейского происхождения – в 1868-1869 г. здесь жил и начал свою карьеру Мойше-Лейб  Лилиенблюм, писатель, публицист, критик и политический журналист, лидер   поздней Хаскалы и движения Ховевей Цион (международное еврейское политическое движение того времени).  Здесь же установлена мемориальная доска Хацкелису Лемхенасу (1904-2001), известному языковеду, связавшему русский и литовский языки, составителю целого ряда литовско-русских и русско-литовских словарей, многолетнему руководителю издательств научной и учебной литературы. Рядом памятная доска с именем Соломона Левита (1894-1938), выдающегося учёного, биолога генетика, основателя и директора Московского института медицинской генетики, одного из родоначальников медицинской генетики в СССР, погибшего в жерновах сталинских репрессий.

        Я назвала  только несколько имён, но их было гораздо больше,   знаменитых людей, известных во всем мире, оставивших след в науке и культуре .  Межвоенный период ХХ в. справедливо называют периодом расцвета духовной, культурной и научной жизни евреев в Литве, в том числе и в этом городке. Но сейчас здесь не осталось ничего… Целый мир, яркий, многоцветный, живой  рухнул  и исчез в одночасье в конце лета 1941 г.

              Здесь, в 4 км от  Укмерге есть Пивонийский лес. У шоссе указатель – место массовой казни евреев.  Таких зловещих мест в Литве установлено 227, и разбросаны они по всей стране.  Съезжаем с дороги и по указателям  плутаем по лесным тропинкам. Вокруг фантастически красивый лес, яркая зелень молодого ещё лета, неописуемый аромат. Всё благоухает и цветёт вокруг,  какое-то райское место.  Белая строгая  арка у въезда на большую, широкую красивейшую поляну. Это здесь…  Невероятная красота вокруг, похоже, специально, цинично  выбирали это место. Скромный памятник с надписью  на трёх языках: «Здесь  в 1941 г. под пулями гитлеровских палачей и их местных пособников навечно полегли 10239 человек, невинные  граждане Литвы – сыновья и дочери еврейского народа, дети и старики. Пусть невинная их кровь пробудит совесть каждого и пусть никогда больше не убивают людей ». 
            Невозможно описать чувства, которые охватывают здесь, на этой поляне. Фантастическая красота и  чудовищное преступление, спрятанное в этом лесу. Как вообще всё это стало возможным?

              Потрясённые выбираемся на шоссе. Дальше дорога ведёт домой. Темнеет. Пора возвращаться. Нас ждут повседневные дела,  а фотографии, этот рассказ и клубника будут напоминать о необычном прожитом дне.


Коллаж и фотографии автора   
         
          


Рецензии
молодец... что же не написала когда в Литве была? я бы приехал::))

Валерий Кувшинчиков   17.07.2019 10:54     Заявить о нарушении
Я живу в Вильнюсе,Валерий ))
всегда к Вашим услугам

Эми Ариель   17.07.2019 11:02   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 23 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.