Павильон иллюзий

Предисловие

   В предисловии к своей предыдущей книге «Полёт фантазии, фантазии в полёте» я постаралась ответить на ключевой для большинства причастных к  творческому письму (creative writing) людей вопрос «почему я пишу». Не менее важен и другой вопрос – «как я пишу». Для меня создание текста – это переложение сложившейся в голове визуально-образной картины на язык слов. Своеобразная смена кода, перевод содержания в другую семиотическую систему. Сначала я ВИЖУ своих персонажей, чётко представляя ситуации, в которые они попадают, и постепенно происходящие с ними события из отдельных эпизодов складываются в пёструю ленту единого сценария, плавно реализуемого моим внутренним режиссёром в виде полноценного художественного фильма. И всё, что мне остаётся – это как можно скорее и     точнее передать это своё «внутреннее кино» средствами вербального текста. 
   Если честно, то предлагаемая вашему вниманию книга и появилась первоначально в виде сценария под названием «Уроки русского для   американца» (http://www.proza.ru/2018/03/04/2370), но я не профессионал по части написания сценариев, кроме того, вы сами понимаете, что такое в мире современной киноиндустрии перенести сценарий на экран. Крайне сложный процесс, тут и люди, и финансы, и конечно, элемент везения. Но мои герои – влюблённые комсомолка Ника и американский студент Дэн, разъединённые в конце семидесятых жестокой политикой, преподаватель русского Таня и юрист из США Дэвид, которым спустя тридцать с лишним лет судьба позволила исправить ошибку родителей, просто не могли ждать. Они живые. Поэтому я решила дать им шанс выйти на сцену и рассказать свои истории вам, моим дорогим читателям, представив родившиеся образы и события в виде текста романа под названием «Павильон иллюзий». 
   Кстати, Павильон иллюзий – это реальное сооружение, которое находится в очень живописном месте под названием Ущелье Дракона в трёх часах езды от Пекина. Построил его древний китайский император специально для созерцания и размышлений, для того, чтобы в окружении покрытых зеленью гор, взирая на простирающиеся внизу голубые долины, познать истину. И современные китайцы упорно карабкаются на эту вершину, веря легенде, что именно здесь древний император ответит на их вопросы, поможет отличить настоящее от иллюзии.   
 И ещё одно важное замечание прежде чем вы приступите к чтению: хотя в реальности главные герои говорят между собой то на русском, то английском, что вполне естественно для общения между представителями разных культур, в книге для удобства читателей все диалоги приводятся на русском.
Приятного вам чтения, enjoy!
 
Павильон Иллюзий в Ущелье Дракона

   «Сколько она уже одолела ступеней - 865, 875?»  -  Ника сбилась со счёта. Тяжело, жарко, сердце колотится. Конечно, ей уже не двадцать лет, и даже не тридцать, а целых пятьдесят пять. И зачем только она опять на эту гору лезет?  Ведь дважды уже сюда поднималась, каждый раз как в Пекинский университет работать приезжает. И теперь не отступится. Нужно обязательно подняться, дойти до этого волшебного павильона, построенного на вершине древним китайским императором специально для размышлений, для того, чтобы в окружении покрытых зеленью гор, взирая на простирающиеся внизу голубые долины, познать истину. Потому что именно здесь можно получить ответы на все главные жизненные вопросы, отличить настоящее от иллюзии. В Павильоне иллюзий в Ущелье дракона. 
    И какие у неё вопросы? На все главные вопросы ответы дала сама жизнь, достойная жизнь состоявшейся женщины. Тридцать лет счастливого брака, любимая работа, интересные поездки, прекрасная дочь. Конечно, были и «удары судьбы», причём весьма ощутимые – ранняя потеря матери, продолжительная болезнь и смерть отца, безвременная кончина мужа. Но несмотря на это, Нике удалось сохранить удивительное ощущение радости бытия, счастья просто «быть». «And may the bird of paradise will follow you wherever you go» пожелал ей когда-то давным-давно сероглазый американец Дэн, её первая любовь. И Ника верила, что именно эта маленькая райская птичка помогает ей найти верный путь в жизни.
    Дэн… как же интересно проявляется жизненная киноплёнка, выхватывая из памяти словно кадры только эмоционально значимые фрагменты. Долгие годы спрессованы до нескольких мгновений, легко укладывающихся в короткий видеоклип, как, например, все тридцать лет её супружества: вот полная ванна роз в день свадьбы, вот они танцуют на ночном берегу моря в Пицунде, вот мчатся на белой Ауди по ночному шоссе под музыку АBBA, вот склоняются над новорождённой дочкой, а вот и последний печальный кадр – неподвижное тело её красавца Влада в морге больницы. Рядовая операция, никто не виноват, просто не повезло.
   Но некоторые события запоминаются в таких мельчайших подробностях, что и нескольких серий художественного фильма не хватит. Как те десять июньских дней 1979 года, которые она помнит буквально по минутам, всё до последней мелочи, десять счастливых дней, которые она провела вместе с Дэном ровно 37 лет назад.
    
      Всё началось с того, что солнечным июньским днём её вызвал секретарь комитета комсомола филологического факультета МГУ. 
- Ну, Кулешова, пляши! Поедешь переводчиком с группой американских студентов. Поездка шикарная - Питер, Рига, Таллин, принимать будут на высшем уровне, соответственно составу группы – десять лидеров студсоюзов из университетов США плюс наших трое, включая председателя студсовета МГУ. Так что, Кулешова, не подведи. Ты у нас кто? Правильно – спортсменка, комсомолка, отличница, так что полный вперёд. 
   Домой счастливая Ника летела на крыльях воплотившейся мечты. Наконец-то у неё будет возможность целых десять дней наслаждаться настоящим английским, её любимым обожаемым английским, языком Шекспира и Байрона, а ещё Фрэнка Синатры и дикторов БиБиСи, бархатным голосам которых иногда удавалось пробиться сквозь завесу советских радио глушилок.  Эх, жаль, мама не дожила до этого момента, сгорела год назад от скоротечного рака. 
   Военный отец, инженер-полковник ракетных войск и артиллерии, воспринял новость без энтузиазма, сказав:
-Ты там дочь, поаккуратнее, особо языком с капиталистами не трепи, помни, что отец у тебя в министерстве обороны служит, против американцев новое оружие разрабатывает.
  Конечно не будет, она же не дура, понимает, что советское государство надо от американских шпионов защищать.
    На следующее утро Ника при полном параде явилась в главное здание МГУ, где и произошла первая встреча с американцами, семь настороженных парней и три испуганные девицы мало напоминали загнивающих капиталистов. После дежурного обмена приветственными речами все отправились на смотровую площадку на двадцать восьмом этаже, чтобы зарубежные гости смогли полюбоваться эксклюзивным видом на красоты столицы, и именно здесь с Никой случилось то, что принято называть «любовью с первого взгляда».
 -And what is this big round building? – обратился к ней высокий светловолосый парень в белой футболке и синих джинсах.
- Это спортивный комплекс Лужники, - бодро ответила Ника, и уже собралась объяснить несведущему американцу, что это главный стадион страны, на котором в следующем году пройдёт церемония открытия летней Олимпиады 1980, но вместо этого растерянно замолчала, совершенно потеряв дар речи под пристальным взглядом серых глаз. Оба на мгновенье застыли, молча изучая друг друга, словно пытаясь узнать знакомые черты после длительной разлуки. «Вот что значит «любовь с первого взгляда», - подумала Ника, - это ничто иное, как узнавание, узнавание любимого сквозь века и пространства. Такое  чувство, что когда-то давно в прошлой жизни мы уже были вместе, и теперь встретившись вновь,  просто стараемся угадать воплощённые в новом облике любимые черты».
    На затянувшуюся немую сцену обратили внимание все присутствующие, потому что не заметить это было просто невозможно. В автобусе сероглазый американец сел рядом с Никой:
- Меня зовут Дэниэл, можно просто Дэн.
- А меня Вероника, можно просто Ника.
  С этого момента Дэн старался всё время быть рядом с Никой, причём он удивительно точно чувствовал её состояния.  «Ты всё время переводишь, голос устал, хочешь отдохни, помолчи, а я расскажу тебе об Америке» заботливо говорил он после очередной встречи-экскурсии.  Слушая его рассказы о семье, о доме в городе Портленд штата Орегон, об университетских друзьях, о том, какой у него замечательный пёс породы хаски, о путешествиях, о спортивных соревнованиях, о музыкальных увлечениях, Ника думала только об одном – вот если бы она тоже когда-нибудь смогла стать частью его историй, чтобы их жизненные пути-дорожки соединились.
  На второй день они поцеловались, на третий Дэн около полуночи постучал к ней в номер:
- Можно с тобой побыть, просто посидеть, я не могу уснуть.
«Просто посидеть» неизбежно привело к объятиям-поцелуям, которые в свою очередь привели к тому, что охваченная любовной страстью Ника уже не могла, да и не хотела останавливать разгорячённого парня, только предупредила:
- Ты, наверное, сейчас будешь смеяться, но я ещё девушка.
Но Дэна её признание не остановило: 
- Ты знаешь, это не важно, и, хотя я никогда не спал с девственницей, но ты не бойся всё будет хорошо, я всё сделаю как надо. 
 Так оно и вышло. После десяти наполненных счастьем #бытьвместе# дней настало время неизбежного расставания. В аэропорту Шереметьево влюблённых охватило отчаяние, в ужасе от предстоящей разлуки они не могли оторваться друг от друга, устроив группе и провождающим комсомольцам из студсовета МГУ спектакль под названием «расставание Ромео и Джульетты».
   Роман с американцем не ускользнул от всевидящего ока советских органов, и через неделю Нику вызвали «куда следует». В кабинете сопровождавший группу кэгэбешник отчитал её по полной программе.
- Дура ты, Кулешова, а ещё студентка МГУ, отличница, комсомолка. Ты хоть соображаешь во что вляпалась, что за связь с иностранцем бывает?  И ведь не просто иностранец, а гражданин США, самый что ни на есть империалист. Это же клеймо на всю оставшуюся жизнь – ни тебе престижной работы, ни партии, ни поездок за границу. Повезло ещё, что на меня нарвалась, ты хоть и дурная девка, но переводчик классный и отец у тебя в министерстве обороны работает. Так что я это дело замну, только запомни, люди разные бывают, вот попадись кто другой на моём месте, а? И что? Вся жизнь к чёртовой матери под откос. Так что скажи мне спасибо. Да, и вот ещё, я тут фотографии кой-какие делал, как ты со своим американцем в аэропорту целуешься-обнимаешься, возьми на память, хорошие получились.
   Глотая слёзы, Ника пулей вылетела из мрачного здания и медленно побрела к метро, не обращая внимания ни на проливной дождь, обрушивший на центр столицы потоки воды, ни на спешащих под зонтами людей, ни на брызги из-под колёс проносящихся мимо автомобилей.
   «Ненавижу вас всех, ненавижу! Что мы с Дэном вам плохого сделали? Чем помешали? Ну и что, что он гражданин США? Какие такие секреты государственные я могу ему выдать? Мы просто очень любим друг друга. Почему нам нельзя быть вместе?» – Ника села на скамейку в сквере Большого театра и заплакала, слёзы ручьями текли по лицу, перемешиваясь со струями дождя. Пусть она промокла до нитки и замёрзла, пусть, так даже лучше, простудится, заболеет и умрёт. Но умереть Нике не дали добрые люди, каких в Москве, да и вообще в России при любом политическом строе всегда предостаточно. Какая-то красивая похожая на балерину женщина, заметив мокрую окоченевшую девушку на скамейке, усадила её в такси и спросив адрес, отправила домой. 
    Вскоре в почтовом ящике Ника обнаружила продолговатый кремовый конверт, который, судя по аккуратной полоске скотча на обратной стороне явно вскрывали. Письмо от Дэна начиналось такими нежными словами, которыми к ней прежде никто не обращался - My love, my only one, my sweetheart. В ответном письме Ника постаралась использовать весь свой запас английской любовной лексики – my dearest Dan, my only true love, my darling.
    Активная переписка продолжалась почти три месяца, Дэн так увлекательно писал о своих путешествиях, что Нике казалось будто она вместе с любимым увидела Мексику, Гавайи, объездила Калифорнию, Флориду, побывала на Большом Каньоне. В письма Дэн вкладывал красочные открытки и фотографии – вот он на лужайке университетского кампуса в компании друзей, вот на теннисном корте, вот в обнимку со своим любимым псом хаски. Но главное в каждом письме Дэн повторял, что он её бесконечно любит и сделает всё, чтобы они были вместе. Ника жила этими письмами, дышала ими в буквальном смысле: вскрыв конверт, она каждый раз подносила странички к носу, надеясь уловить ставший родным запах Дэна, от его густой пшеничной шевелюры так приятно пахло, такой неповторимый аромат свежескошенной травы, смешанный с морским ветром.
   Дэн пытался разрешить ситуацию по-мужски, он искал реальную возможность встретиться, соединиться, увезти Нику в США. В конце октября написал, что приедет на Рождество в Варшаву, и если бы она смогла туда тоже приехать, то он найдет способ навсегда остаться вместе. Together forever.  Он всё устроит, придумает, как увезти её с собой в Америку, только доверься мне, моя любовь, доверься, умолял Дэн. «Trust me, my love, just trust me and everything gonna be all right», - читала Ника и плакала, потому что как воспитанная в партийно-комсомольских традициях советского строя девушка, она прекрасно сознавала всю безнадёжность своего положения и уже внутренне смирилась с неизбежным разрывом. Ну не сможет она удрать за границу с американцем, пусть даже очень любимым. Не сможет. Никогда.
    Разрыв отношений ускорил военный отец Ники. Как-то в конце ноября полковник Кулешов пришёл домой мрачнее тучи, не раздеваясь прошёл на кухню, налил водки и, опрокинув стопку, сказал:
- Ты, дочь, вот что, заканчивай этот свой роман в письмах. Всё равно ничего хорошего из этой переписки не выйдет, только жизнь себе и мне испортишь.
- Себе понятно, а ты то тут причём? – задала наивный вопрос Ника.
- Меня сегодня в соответствующие органы вызывали, сказали, если ваша дочь не прекратит переписку с гражданином США, не видать вам генеральского звания как своих ушей. И вообще можете из центрального аппарата Министерства обороны вылететь. Вот так, доча, всё тебе теперь ясно?
- Теперь всё ясно, - обречённо ответила Ника, - ты не волнуйся, пап, я всё понимаю, я прекращу.
  Её последнее письмо Дэну было очень коротким:
  Dear Daniel, my love, my only one. This is my last letter to you, because we shall never be able to be together. But I promise to keep you in my heart forever, and please forgive me for having no courage to overcome all those barriers between us. Be happy, Nika.
    В письмо Ника вложила одну из полученных от кэгэбэшника фотографий, на которой тот очень убедительно запечатлел момент расставания влюблённых – они с Дэном обнявшись печально смотрят прямо в объектив.   А ещё стихотворение на русском, строчки прощального послания сами сложились на родном языке. И не в силах сделать хороший перевод Ника подписала «если когда-нибудь захочешь прочитать, Дэн, то тебе придётся выучить русский».
Как больно, милый мой, как странно.
Мне не дано тебя увидеть,
Мне не дано тебя услышать,
Обнять, прижать, поцеловать.

Ты был, ты есть, ты снова будешь,
Но мне никак не дотянуться,
Но мне никак не прикоснуться,
И не почувствовать тепла.

Обнять, прижать, соединиться.
Так просто и невыносимо сложно.
Невероятно, невозможно,
Недостижимая мечта.

Пусть так, зато я знаю,
Тебе ни что не угрожает,
Я здесь, я рядом, я с тобою.
Моя любовь хранит тебя.
 
    В конце декабря Ника получила от Дэна последнее прощальное письмо, которое она выучила наизусть, да это и не сложно было сделать, потому что всю свою любовь и нежность светловолосый американец выразил в коротком стихотворении.
My love, the only one, my sweetheart,
Without you I am like thrash
That has been thrown away
Just dumped into a dustbin
Without regret.
Like lonely traveler in vast taiga.
Like vessel in the stormy sea
That lost its sails.
I feel as if I were paralyzed
Can’t move my limbs and hardly breathing
And watching everything around
From cold and empty nothingness.
Yet I am still alive.
Because in spite of all you are with me.
Imprinted firmly in my every cell,
Fixed in my heart and soul.
I see your lively eyes, your joyful smile
I feel your passion and desire,
That you bestowed on me so generously.
And though now you are away
I know for certain:
One day I’ll find you, take in my arms
And never let you go.

   Написал ли он его сам, или у кого заимствовал, неважно, важно то, что от этих строк на душе у Ники стало легче.  Её любимый её отпускает, и пусть сегодня им не суждено быть вместе, но всё равно им крупно повезло. Потому что они были вместе в прошлой жизни, встретились и узнали друг друга в настоящей, и обязательно встретятся в жизни будущей. Печаль моя светла. Прощай, Дэн, вернее до свидания, будь счастлив, и спасибо тебе за ангела-хранителя, за посланную тобой райскую птичку – and may the bird of paradise will follow me wherever you go…
   
   Что мы делаем в ситуациях, когда душа болит невыносимо? Пытаемся найти средства чтобы облегчить боль, будь то лекарство, поддержка близких или поиск оправданий для причинивших страдание поступков.  И Нике спустя какое-то время удалось достичь душевного равновесия, найдя как ей тогда казалось весомые оправдания своему решению. Она отказалась от любимого, зато не предала отца, ей пришлось предать Дэна, но она осталась верна своей родине. На самом деле, оценивая события тех лет сегодняшним постсоветским взглядом, можно рассудить по-иному. Типичный продукт советской эпохи Ника просто не смогла отличить настоящее от иллюзии, потому что не умела, не учили этому в большой стране больших иллюзий, граждане которой сами находились в плену одной общей иллюзии «построения светлого коммунистического будущего» на протяжении почти семи десятилетий. 

   Печаль Ники длилась не долго, как известно молодость быстро залечивает сердечные раны. Спустя год она благополучно вышла замуж за выпускника юридического факультета МГУ, родила дочь, защитила кандидатскую диссертацию. Почти тридцать лет счастливого брака, насыщенная жизнь, успешная карьера.  После смерти мужа стала много ездить в командировки – читать курсы по русскому языку и культуре в зарубежных университетах. Особенно часто приглашали друзья-китайцы, вот и в этом году с марта по июль в пекинском университете работает. И снова как прошлым летом к Павильону иллюзий вверх по ступеням карабкается, в надежде получить мудрый совет от китайского императора. Наконец ступеньки закончились, ещё метров сто крутого подъема по узкой горной тропе, и она на месте. Но прежде чем идти дальше надо немного отдохнуть. Присев на предусмотрительно поставленную в этом месте скамейку, Ника сделала глоток воды, сидевший рядом пожилой китаец протянул ей кусок ароматной дыни.
- Спасибо, - ответила на русском Ника.
- Здравствуйте, рад вас видеть, - ответил на русском обрадованный китаец, - вы из России? Из какого города?
- Из Москвы.
- О, Москва, я в Москве в институте инженеров транспорта учился. Россия – хорошая страна, мы с русскими друзья. А что вы в Китае делаете?
- Я по приглашению китайских коллег в Пекинском университете работаю, лекции по русскому языку и культуре читаю. Знаете, совсем недавно 6 июня была в центре русской культуры в Пекине, там китайские студенты такой замечательный праздник устроили в честь дня рождения Пушкина, я такого искреннего проникновенного чтения стихов нигде больше не встречала, хотя много в каких странах работала – и в Англии, и в Канаде, и в Европе. Но только ваши студенты так пушкинское «Я вас любил» читали, что аж мурашки по телу пошли. Удивительно, не ожидала от внешне сдержанных китайцев такой эмоциональности. 
   - А знаете, как мы про себя говорим? Мы, китайцы, как самовар: холодные снаружи и горячие внутри, - засмеялся собеседник. - И ещё нас много, очень много. Поэтому чтобы завоевать мир китайцам не нужна военная сила, мы просто везде просочимся как просачивается вода. И потом мы упорные, вот вы знаете, сколько раз я на Великую стену поднимался? Десять раз, сначала с родителями, затем один, потом с женой, потом с детьми, а теперь и с внуками. «Кто поднялся на Великую стену тот герой» как говорил великий кормчий Мао дзе дун.
- А правду говорят, что здесь на вершине в Павильоне иллюзий можно задать вопрос вашему древнему императору и получить ответ?
-  Ну, это, наверное, тоже иллюзия, как и многое в жизни. Хотя, знаете, всё от человека зависит, если император сочтёт нужным, то ответит.  Так что в любом случае задайте свой вопрос. 
      А вопрос у Ники был один – как помочь любимой дочери Танюше? Умница, красавица, а в личной жизни не везёт. Скоро тридцать, не семьи, ни ребёнка. Да, есть Кирилл, уже пять лет вместе. Ну что такое этот Кирилл? Байкер –раздолбай, совершенно не готовый к созданию семейного очага. Да и будет ли он вообще когда-нибудь готов? Сколько Танюше ещё ждать и мучиться? «Поэтому попрошу-ка я китайского императора за дочь, пусть поможет ей глаза открыть. Вот как у неё сейчас дела? Как ни позвонишь, «мама всё хорошо, мама всё в порядке, не волнуйся», а на самом-то деле как?  Сердце матери не обманешь».
    На самом деле ничего хорошего в отношениях Тани и её бойфренда не наблюдалось. Развеселый похожий на Данилу Козловского байкер никак не хотел соответствовать Таниным представлениям о нормальных отношениях. Нежность, доверие, взаимопонимание, способность договариваться - это всё не про Кирилла, совместная жизнь с которым скорее напоминала эмоциональный маятник: страстная любовь – ссора, бурное примирение – громкое расставание, взаимные упрёки, извинения, прощение, опять скандал. Таню эти шарахания ужасно вымотали, и самое неприятное, что жизненные часики-то тикают, скоро тридцать, хочется уже какой-то стабильности, семью, ребёнка. И что? Никакой определённости. Но отпускать Кирилла ей никак не хотелось: как же так, пять лет вместе, столько для него сделала – в трудные моменты поддерживала, когда без работы остался финансово помогала, всегда «Кирюша милый, Кирюша любимый, Кирочка дорогой». И что теперь, уступить его какой-то очередной мотоциклетной блондинке? Да ни за что.
          Какое лучшее лекарство от сердечных переживаний? Правильно, работа.    Поэтому, когда в конце марта верная подруга Маша предложила Тане уроки русского в одной из компаний Большой четвёрки (Big Four), та, не раздумывая, согласилась.  Три раза в неделю по сорок долларов деньги совсем не лишние, по времени университетское расписание позволяет, да и ученик солидный - начальник отдела банковского аудита господин Дэвид Джонсон. Интересно, что за птица? Наверняка очередной офисный зануда. 
    Ехать в холодную Россию после трёх лет комфортного пребывания в Арабских Эмиратах Дэвиду совсем не хотелось. Зачем ему целый год сидеть в Москве, когда и в Штатах можно неплохо устроиться. Тем более Джейн, его подруга (girl-friend) трёхлетней выдержки вряд ли согласится его сопровождать, только получила пост редактора в одном модном журнале. Столько лет к этому стремилась, наконец удалось, и что? Ради него она точно от своих амбициозных планов отказываться не станет.
    Однако в силу сложившихся на работе обстоятельств и настоятельных просьб со стороны начальства Дэвиду пришлось согласиться. Он неплохо владеет русским, студентом стажировался в Москве, отличный специалист и жёсткий руководитель, так что кто как не господин Дэвид Джонсон сможет разрулить непростую ситуацию, сложившуюся в   московском отделении компании.  Перед отлётом в Россию Дэвид съездил в Денвер навестить отца, с которым старался видеться как можно чаще, особенно после смерти матери полгода назад. Джонсон старший воспринял новое назначение сына с энтузиазмом.
- Рад за тебя, Дэвид. Отличный шанс посмотреть на мир из другого полушария, с Востока. Как сказал Киплинг, East is East, and West is West, and never the twain meet. Кстати, я тоже в мае лечу в восточном направлении, китайские коллеги пригласили в Пекинский университет прочитать курс по экономике. Может по пути загляну к тебе в Москву, сто лет там не был.

     Солнечным весенним утром Таня отправилась на первое занятие со своим новым учеником. Поднявшись на двадцать восьмой этаж одной из высоток Сити, она прошла в указанный кабинет, где её встретил высокий светловолосый мужчина лет тридцати пяти. Загорелое лицо, длинноватые пшеничные волосы, внимательный взгляд серых глаз. «Симпатичный, на Роберта Редфорда похож, хотя по отзывам коллег репутация у этого американца та ещё – вредный зануда, уже нескольких сотрудников уволил» - отметила про себя Таня.
- Здравствуйте, господин Джонсон, я ваш преподаватель по русскому Татьяна Кузнецова, - с улыбкой сказала она и усевшись за стол начала занятие с традиционной вводной беседы – как вам нравится Москва, где изучали русский, что уже успели посмотреть в столице.
  «Ну что ж, устная речь ничего, только произношение править придётся, сейчас проверим лексику-грамматику». Пока американец занимался написанием теста Таня осмотрелась вокруг.  Просторный кабинет, окна во всю стену, беспрепятственно пропускающие солнечный свет, стильная лаконичная обстановка. На столе идеальный порядок, сразу видно, что хозяин – аккуратист. «Аккуратист, а пуговица на пиджаке на одной нитке держится, вот-вот оторвётся», - отметила про себя Таня. 
  - Готово, - Дэвид протянул аккуратно заполненный тест.
-  Отлично, текст начинайте читать, а я пока проверю.
   Быстро справившись с текстом, Дэвид стал разглядывать преподавательницу. Интересное, цепляющее взгляд лицо, словно портрет, написанный талантливым художником в теплых пастельных тонах. Каштановые волосы, ассиметричная стрижка с длинной чёлкой, которая в солнечном свете казалось золотистой. Правильные изящно выписанные черты, высокие скулы, персикового цвета кожа, нежные выпукло прорисованные губы, а главное глаза - большие, светло-карие, которые в сочетании с вопросительно-удивлённой улыбкой придавали Тане сходство с мультяшным оленёнком Бэмби, её широко распахнутый взгляд словно говорил: «привет, я пришла в этот прекрасный мир и мне всё интересно».
    Почувствовав на себе пристальный взгляд господина Джонсона, Таня вопросительно улыбнулась, словно спрашивая «в чём дело». Дэвид вежливо улыбнулся в ответ, понимая, что его застигли за любимым занятием под названием «рассматривание», за которое его в детстве часто упрекала мама. «It’s impolite to stare» - повторяла она сыну, привычка которого внимательно наблюдать за людьми, смущая их пристальным взглядом «исследователя-натуралиста», всех раздражала. «Мама, Дэвид опять на нас пялится», застав брата за наблюдением, жаловались младшие сёстры и их подружки. «Какой необыкновенно внимательный взгляд у вашего мальчика», отмечали родственники и друзья. Позднее в университете Дэвиду удалось избавиться от этой неприятной для окружающих привычки, но иногда этот особенный изучающий взгляд всё же давал о себе знать.
    У Дэвида сохранилась ещё одна интересная особенность «родом из детства» - он совершенно не выносил чужих прикосновений. Когда случайно, или не дай Бог намеренно имел место тактильный контакт, он вздрагивал и мог отшатнуться словно почувствовав ожог медузы. И что удивительно, он действительно ощущал прикосновение чужих рук к поверхности своей кожи как настоящий ожог. Зная о таких особенностях сына, родители даже опасались диагноза «аутизм», но слава Богу обошлось. Сказалась эта особенность и позже на построении любовных отношений: к объятиям Джейн он привыкал почти год, и хотя в начале такая реакция на прикосновения вызывала трудности, по завершению периода «привыкания» это имело свои положительные стороны: Джейн не опасалась измен, её мимоза Дэвид просто не даст чужой женщине к себе прикоснуться. 
   Наконец отведённые на урок русского полтора часа истекли, Дэвид встал, чтобы попрощаться с преподавательницей, висящая на одной нитке пуговица зацепилась за край стола, оторвалась и упала на пол. 
- Shit! Чёрт, чёрт, чёрт! – воскликнул Дэвид, возмущённо вскинув руки.
Не ожидавшая такой бурной реакции Таня сказала:
- Да не волнуйтесь вы так, это всего-навсего пуговица. Её пришить можно.
- Всего-навсего пуговица? У меня через полчаса важная встреча, я что на неё с оторванной пуговицей явлюсь?
- Ничего страшного, сейчас всё исправим, - сказала Таня и полезна в сумочку, в которой чего только не было. Кроме обязательного для каждой женщины набора из косметики, смартфона, блокнота, ручки, ключей и прочих необходимых вещей там лежали пилочка для ногтей, пачка гигиенических салфеток, пластиковая коробочка с нитками-иголками, зубная щётка и пачка презервативов. Потому что Таня хорошо усвоила совет своего деда-генерала «у хорошего солдата всегда всё должно быть под рукой». А что касается презервативов, так это вовсе не означает, что она развратная женщина, просто её милый друг Кирилл очень боится нечаянно сделать ребёнка, а сам презервативы купить забывает. 
- Take off your jacket, - сказала Таня, вдевая нитку в иголку. – Пиджак снимайте.
- What do you mean “take of your jacket”? Зачем?
- Я вам пуговицу пришью.
   Закончив работу, Таня помогла Дэвиду надеть пиджак и, как заправский сотрудник пошивочного ателье проверяющий качество выполненной работы, провела рукой по лацкану, случайно коснувшись пальцами загорелой шеи. Дэвид уже хотел отшатнуться, но к его удивлению Танино прикосновение не вызвало привычного эффекта «ожога медузы», наоборот, возникло приятное ощущение, как будто по коже провели лёгким пёрышком.  «Надо же, какая необычная реакция», - отметил он про себя. 
- У вас что, всегда нитка с иголкой под рукой? – поинтересовался Дэвид.
- Конечно, вот оторвётся у симпатичного мужчины пуговица, а я раз – и наготове, сразу пришью. Он мне за это спасибо скажет, а может ещё и поцелует, - с шутливой улыбкой ответила Таня.
- Спасибо, - сказал Дэвид, и тотчас добавил: - Вас поцеловать?
- Нет, целовать не надо, - рассмеялась Таня, - насчёт поцелуя я пошутила.
Она протянула руку, чтобы положить нитки-иголки обратно в сумку, но, неудачно задев её, опрокинула, и на стеклянную поверхность стола выпала пачка презервативов.
- Чёрт, - воскликнула Таня и, покраснев, стала быстро запихивать упаковку обратно, - извините.
- Да всё нормально, - сказал Дэвид и, не в силах сдержать насмешливой улыбки, добавил, - omnea mea mecum porto.
- Что вы имеете в виду? – возмутилась Таня, - это вовсе не то, о чём вы подумали, так что по поводу omnea mea вы ошибаетесь. И вообще, vita brevis, gaudeamus igitur, - с вызовом сказала она.
- Вы знаете латынь? – удивился Дэвид.
- В московском университете на филфаке учила.
- Простите, я вовсе не хотел вас обидеть. Кстати, сколько я вам должен за пришитую пуговицу?
- Сто долларов, - невозмутимо ответила Таня, решив таким образом проверить своего американского ученика на прочность, в смысле на наличие чувства юмора, с которым судя по её опыту общения с представителями данной культуры у них ну о-о-очень плохо. Что в очередной раз подтвердила реакция Дэвида: не выказав никаких признаков удивления, он достал портмоне, вынул сотню и протянул её Тане. 
  «Всегда знала, что у американцев плохо с юмором, но чтобы до такой степени! Да, трудный мне случай попался», - отметила она про себя и, не меняя серьёзного выражения лица, произнесла:
- Шутка.
- Что вы имеете в виду?
- Я – преподаватель, мне ваша фирма за уроки русского платит, я за пришитую пуговицу денег не беру, просто вам помогла, не хотела, чтобы вы на важных переговорах с оторванной пуговицей появились. Это просто так, бесплатно, понятно?
  И, видя, что господин Джонсон по-прежнему в замешательстве держит купюру, добавила:
– Насчёт ста долларов я пошутила, это шутка такая. Юмор, понимаете?
- Ах, шутка, - наконец среагировал Дэвид, - русский юмор, понимаю.
«Да ни черта ты не понимаешь, dumb American», - подумала Таня. 
 
    Однако господин Джонсон оказался вовсе не таким уж и «dumb», он быстро схватывал материал, прилежно выполнял задания, и за две недели занятий достиг заметных результатов. Единственное, что ему никак не давалось – это произношение, причём дело было не в акценте, акцент для иностранца дело естественное. Американец никак не мог справиться с русскими гласным звуками, упорно подчиняя их правилам своего родного языка: долгие-краткие, открытые –закрытые. И только удивлялся, как это возможно, что такие разные английские слова как shit и sheet для русского слуха звучат одинаково.   
- Знаете, самый действенный метод быстро улучшить произношение, - как-то сказала Таня, – это стихи наизусть учить, а ещё лучше петь. Но для вас, наверное, больше подойдут стихи, вы же петь не умеете, - окинув ученика критическим взглядом, заключила она.
- Почему это вы считаете, что я петь не умею? – возразил Дэвид, - очень даже умею. Пою, а ещё на гитаре играю, популярные песни, кантри, и прочее.
- Вы поёте?! – изумлённо воскликнула Таня.
- А чему вы так удивляетесь? Почему я по-вашему петь не могу?
- Да нет, можете, наверное, просто по виду не скажешь, что вы поющий человек. Сложно представить вас с гитарой в руках. Not the type.
- И какой же я как вы выразились «тип»? 
- Типичный офисный начальник. Жесткий, холодный, расчётливый.
«Ничего себе, вот это характеристика – жёсткий, холодный, расчётливый. Да, пришлось некоторых сотрудников уволить в целях обновления персонала и повышения эффективности. Но ей-то я что плохого сделал?» - отметил про себя Дэвид, вслух сказав:
- И что вам дало повод так обо мне думать?
- В прошлый раз, когда я от вас выходила, вашу сотрудницу в слезах застала, оказалось, вы её только что уволили. Она пять лет на этом месте проработала, у неё ипотека невыплаченная, а вы взяли и вышвырнули её как малоэффективного сотрудника. Выжать из человека всё, а потом выбросить, очень американский подход.
- Ну знаете, я сюда не в личных проблемах сотрудников разбираться приехал, а работу компании налаживать. И я бы вам не советовал так со мной разговаривать.
- И что? Уволите? – с вызовом сказала Таня, - да мне всё равно, я в МГУ, главном вузе страны работаю, и репутация у меня как у преподавателя отличная, так что я вас не боюсь. Увольняйте пожалуйста. 
   «Надо же, на вид такая мягкая и покладистая, а оказывается с характером», - отметил про себя Дэвид и постарался перевести беседу в более спокойное русло:
- Вас я как раз увольнять не собираюсь. Вы действительно очень хороший профессионал и отлично справляетесь со своими обязанностями. Спасибо за сегодняшнее занятие и особенно за совет насчёт произношения, я обязательно им воспользуюсь.

   В середине апреля в связи с открытием мотосезона Кирилл ударился в очередной загул. А чтобы Таня ему своей безграничной любовью не мешала, попросил её от него съехать, ненадолго, всего-то на неделю, пока у него друзья-байкеры из Питера тусуются. «А то неудобно тебе Танюха будет в моей небольшой квартире ещё с тремя мужиками соседствовать». Не чувствуя подвоха, Таня вернулась к себе на квартиру в Кунцево, а спустя три дня позвонила верная подруга Маша и сообщила, что видела Кирилла в компании байкеров с соответствующими девицами, причём Кирилл был с какой-то вульгарной блондинкой. Таня как всегда попыталась найти для своего любимого оправдание:
- Маша, ну что ты опять на Кирилла наговариваешь, знаю я, к нему друзья из Питера приехали, и девица эта наверняка из их компании, а вовсе не с Кириллом.
- Вот дура ты, Кузнецова, сколько раз тебе глаза на твоего ненаглядного пыталась открыть, а ты всё никак в его кобелиную сущность поверить не хочешь. Вот верно говорят - «хорошим девочкам нравятся плохие мальчики». Кирилл реальный «плохиш». Ну ничего, я тебе настоящие доказательства добуду, времени не пожалею, иначе кто, как не я тебя спасать будет.
   Проплакав полночи после неприятного разговора с подругой, на следующее утро Таня явилась на занятие расстроенная. Не увидев на лице преподавательницы обычной улыбки, Дэвид спросил:
- Вы чем-то огорчены?
- Да нет, всё в порядке, давайте заниматься.
   Но несмотря на все попытки сосредоточиться Таня никак не могла отвлечься от тревожной мысли «неужели Машка права и Кирилл опять врёт и изменяет» и периодически бросала взгляд на лежащий на столе смартфон.  Дэвида такое отношение ужасно раздражало, и он уже собрался попросить преподавательницу убрать мобильник, когда при звуке входящего, Таня схватила смартфон и, взглянув на экран, со словами «Вот гад» разрыдалась.
   Не ожидавший такого бурного проявления эмоций Дэвид спросил:
- Вы что там увидели? Что случилось? Что-то страшное?
- Очень страшное, - всхлипывая сказала Таня, - подруга фото прислала, как мой бойфренд мне изменяет. Вот, сами посмотрите.
    Не успел Дэвид сказать, что ему вовсе не интересны похождения её бойфренда, как Таня продемонстрировала ему так расстроившую её фотографию, которая Дэвиду показалась вполне безобидной – парень с девушкой сидят друг напротив друг за столиком кафе и он держит её за руку.
- И что тут такого криминального? Почему вы так уверены, что он вам изменяет?
- Да вы сами посмотрите, разве не видите, как он на неё нежно смотрит, ручку гладит, и это как раз в то время и в том кафе, где мы с ним должны были встретиться, а он наврал что не сможет. Козел. Вот правильно моя подруга Машка говорит, что все мужики козлы, - непроизвольно вырвалось у Тани и она с неприязнью взглянула на Дэвида.
- Козел это кто? – попросил уточнить дотошный ученик.
- Козёл – это козёл, - утирая слёзы, ответила Таня, - и можно я сейчас уже пойду, я сегодня заниматься всё равно не смогу.
- Сначала успокойтесь и приведите лицо в порядок, а то мало ли что мои сотрудники могут подумать, увидев, в каком состоянии вы из моего кабинета выходите.
- И что такого они могут подумать? – удивилась Таня.
- Ну как что, что я вас чем-то обидел, приставал, например, а мне знаете ли обвинения в sexual harassment совсем ни к чему.
«Да, здорово американских мужиков харрасментом запугали. Ладно, не буду человека подставлять».
- И кстати, - перевёл разговор на другую тему Дэвид, - у нас уже четыре занятия пропало, включая сегодняшнее. Два я пропустил из- за командировки, в среду вы не смогли, сегодня тоже занятия не получилось, хорошо бы восполнить.
- И что вы предлагаете? У меня на неделе свободного времени нет.
- А давайте тогда в выходные, например, в субботу. Завтра как раз суббота, приезжайте ко мне на квартиру в Крылатское утром, часов в десять.
   «Со стороны этого запуганного американца sexual harassment мне точно не угрожает. С Кириллом в ссоре, в выходные свободна, так что почему бы и нет? Лишних денег не бывает», - подумала Таня и согласилась:
- Хорошо, только в выходные занятие дороже стоит, на десять долларов.
- Опять шутите?
- Нет, серьёзно, это же не рабочие дни, а моё свободное время,
- Понятно, согласен, без проблем.

   На следующее утро Таня пожалела, что согласилась на дополнительные занятия в выходные. «Такой день чудесный, солнце, тепло по-летнему, лучше бы на дачу съездила, чем с этим американским перфекционистом глаголы разучивать».  Но делать нечего, уговор есть уговор, и сев за руль верной Мазды Таня отправилась в Крылатское, где на семнадцатом этаже престижной высотки проживал господин Джонсон. Дверь открыла высокая заспанная блондинка. 
- Дэвид, это к тебе, - едва взглянув на гостью прокричала она вглубь квартиры и усадила Таню за стол в большой светлой гостиной, объединённой по западному образцу с кухней. «Надо же какая здоровенная американка, прямо настоящая чирлидерша (cheerleader), наверное, жена или подруга» - подумала Таня и не ошиблась, потому что это была именно Джейн, подруга Дэвида трёхлетней выдержки. 
    Упорная Джейн сумела выстроить достойную карьеру в журналистике и, получив накануне отъезда жениха в Россию пост редактора в одном из модных журналов, теперь курсировала между Москвой и Нью-Йорком в надежде что упрямец Дэвид сократит своё пребывание в стране, не признающей демократии, до минимума.  Ну не хочется из-за этой дурацкой командировки терять устраивающего её во всех отношениях бойфренда – спокойный, надёжный, в быту не требовательный.  А как иначе, если воспитанная в лучших традициях американских феминисток Джейн за годы совместной жизни приучила Дэвида к полной самостоятельности.  Завтрак-обед приготовить? Давай лучше в кафе-ресторан сходим, или на дом закажем, я не нанималась тебе готовить. Рубашки постирать-выгладить? Сам завези в прачечную, я тебе не прислуга.
     Господин Джонсон дома разительно отличался от господина Джонсона на работе. В белой рубашке поло и синих джинсах, с приветливой улыбкой на загорелом лице Дэвид понравился Тане гораздо больше чем в офисном варианте. Пока она разъясняла ученику очередные глаголы-причастия, готовившая в этот момент себе кофе Джейн решила любезно предложить и ей чашечку. Не успевшая позавтракать Таня с радостью согласилась.
- Джейн, сделай и мне кофе пожалуйста, - вежливо попросил Дэвид.
- Сам себе сделай, я на встречу опаздываю, - буднично ответила Джейн.
  Танина рука с ароматно пахнущей чашкой застыла на полпути. «Как же так? Не налить любимому мужчине кофе? Просто феминистский беспредел какой-то». Удивлённого взгляда её широко распахнутых глаз Дэвид не забудет никогда. Смущённо пожав плечами, словно извиняясь за поведение всех американских феминисток, он встал из-за стола и молча приготовил себе кофе сам.
     На Таню этот случай с кофе произвёл неизгладимое впечатление. Жёсткий начальник господин Джонсон предстал перед ней в совершенно ином свете – послушным подчинённым домашнего «босса», которым несомненно была Джейн. Кроме того, Таня уяснила для себя две важные вещи: во-первых, любого мужика, даже такого на вид сурового как Дэвид, можно приучить к самостоятельности. Вот интересно, если бы её Кирилла, который вечно «подай-принеси», под начало к такой Джейн на месяц-другой отправить, сработало бы? Во-вторых, дома господин Джонсон не получает заслуженной порции женской заботы, тепла и нежности.
    В правильности своего второго наблюдения Таня имела возможность убедиться ещё не раз. В конце занятия вышедшая из спальни при полном макияже Джейн дежурно чмокнула жениха в щёку и со словами «милый, к сожалению, никак не смогу сегодня пойти с тобой на выставку, подруга в Москве проездом всего на день, надо встретиться» удалилась. Похожая сцена повторилась и в следующую субботу, и через две недели – «Дэвид, вечером на концерт сегодня никак, встреча в клубе экспатов, а я о них статью пишу», «дорогой, визит в Архангельское отменяется, у меня интервью» говорила Джейн и убегала.
   «Надо же, такого приличного мужика одного на выходные бросает и не боится», - думала Таня и была не далека от истины, потому что Джейн действительно была уверена: Дэвид не способен на измену, из-за своих тактильных особенностей просто не позволит другой женщине к себе прикоснуться. Чтобы как-то подбодрить явно расстроенного поведением подруги ученика, Таня предложила:
- А хотите я с вами в Пушкинский на импрессионистов схожу? Давно там не была, по Жанне Самари соскучилась.
- Вы имеете в виду портрет актрисы Самари Ренуара?
- Да, вы знаете эту картину? – удивилась Таня.
- Конечно, я вообще импрессионистов люблю. Знаете, какой у них главный принцип? Свет, картины импрессионистов – это прежде всего передача тончайшей световой гаммы. 
  После музея изобразительных искусств последовало посещение Большого зала консерватории, во время которого Таня убедилась, что Дэвид неплохо разбирается не только в живописи, но и в музыке, и к её удивлению знает о Бахе, Бетховене, Моцарте, Гайдне и Вивальди гораздо больше, чем она.
- А откуда ты так здорово знаешь музыку? (разговор шёл на английском, и Тане казалось, что они уже давно перешли на «ты», хотя правилами английской грамматики это не предусмотрено)
- У меня мама была пианисткой, преподавала в консерватории, нас с сёстрами с самого детства к музыке приучила. И слушать, и играть. Обе сестры в результате свою жизнь с искусством связали – одна преподаёт историю музыки, другая – живопись.
-  А почему ты про маму сказал – была? Она что, умерла?
-  Да, полгода назад.

    Для Тани эти субботние культпоходы стали спасением, потому что помогали справиться с переживаниями из-за Кирилла, который после того злополучного фото и последующей ссоры просто исчез. Удалил её из своей жизни, «delete» так сказать, забанил. «Эх, Кирюша, - плакала она по ночам, -что же ты с нашей любовью делаешь? Может права Машка, и хватит уже мне страдать-мучиться? Пять лет вместе, вернее то врозь, то вместе, и ничего хорошего их этого не получается». Однако поставить точку в своей трудной любовной истории Таня не могла, или не хотела, и уже решила, наплевав на гордость, отправиться на квартиру к загулявшему возлюбленному, как Кирилл объявился сам.
    Примчался накануне майских праздников с букетом роз и извинениями, уверял, что наконец-то «прозрел» и ему нужна только Таня, страстно молил о прощении, обещая вечную любовь-верность, а главное, главное сказал, что все праздники проведёт вдвоём с Таней на даче и прозрачно намекнул, что её ждёт очень приятный сюрприз. Наивная Таня в очередной раз простила-поверила, в надежде, что приятный сюрприз - это ни что иное как заветное колечко с предложением руки и сердца, и что её измученная душа наконец-то сможет успокоиться, потому что любимый Кирюша всегда будет рядом уже в новом закреплённом законом статусе. Эх, Таня, Таня, пора уже избавиться от иллюзий, скоро тридцать, а по-прежнему пустым обещаниям веришь. Вот правильно мама говорит, надо тебе самой в Павильон иллюзий подняться и с китайским императором побеседовать.

  В предвкушении романтического уикенда Таня напекла любимых Кириллом пирожков, замариновала мясо для шашлыка, закупила всяких вкусностей и ранним первомайским утром, уложив закупленную снедь в багажник Мазды, уселась у окна в ожидании суженного. В назначенные восемь тридцать Кирилл не появился, девять, десять, абонент не отвечает, смски безнадёжно летят в никуда, в одиннадцать Танино терпение лопнуло вместе с разбитой вдребезги чашкой, в двенадцать Кирилл наконец взял трубку:
  - Кирилл, ты вообще приезжать собираешься? Обещал в полдевятого, уже полдень, я три часа как дура сижу, тебя жду, - не в силах сдержаться, сорвалась на крик Таня, - у меня сейчас все продукты от жары в багажнике протухнут.
- Ты что на меня кричишь? У друга мотик не заводится, мы сейчас в гараже всё доделаем, и я примчусь. Я другу помочь должен, что тут не ясного?
- Другу? А я тебе кто? Не друг, просто так, что ли?
- Ты подруга, и, как оказывается, занудная истеричка.
«Кирюш, ты скоро?» - услышав на том конце женский голос, Таня чуть не задохнулась от возмущения: «Опять врёт. Не с другом, а с той самой блондинкой, с которой его Машка застукала».
- Занудная истеричка, говоришь? Знаешь что, дорогой, иди ты к чёрту и не приезжай вовсе, развлекайся там со своей блондинкой, Катей кажется или как там её. Я на дачу сама поеду, хоть отдохну от тебя немного. 
- Да как хочешь, Танюш, приятного тебе отдыха. Ты только там особо не бесись, нервы побереги. А то в последнее время какая-то взрывная стала.  Видно, на своих дополнительных уроках переработала. Как успокоишься, звони, приеду, - ехидно ответил Кирилл.
   «Какой же Кирилл гад, опять враньё это бесконечное. Господи, как надоело. И продукты уже в багажнике: мясо замаринованное для шашлыка, овощи-фрукты, закуски, пирожков напекла как дура, куда это теперь всё девать? Боже ты мой, ну почему мне так не везёт, почему?» - Таня уже была готова заплакать, как снова раздался звонок.
- Ну что тебе ещё? – со злостью прокричала она, схватив смартфон.
К её удивлению это оказался вовсе не Кирилл:
- Прости Таня, что? С праздником тебя.
Услышав голос Дэвида, Таня сразу сменила тон:
- Спасибо, Дэвид, тебя также. Ты что-то хотел?
- Да, ты сейчас очень занята?
- Нет, а что?
- Мне нужны занятия по русскому дополнительные, сможешь сейчас приехать?
- Прямо сейчас?
- Ну да. У меня как раз время свободное образовалось, хочу русским позаниматься. Ты приедешь?
«А что, это выход, хотя бы половину наготовленного Дэвиду с
Джейн отдам, порадую американцев в честь праздника трудящихся», - подумала Таня.

   Однако порадовать Джейн не удалось, поднявшись в квартиру, Таня застала Дэвида одного.
- Дэвид, привет. Ты что один, а где Джейн?
- Она на неделю в Штаты по делам улетела, - Дэвид явно обрадовался Таниному приезду, - рад, что смогла приехать, хотя никак не ожидал, что ты в праздники свободна окажешься. Думал, со своим парнем куда-нибудь уехала.
- Собиралась, да не сложилось.
Оба замолчали, изучающе глядя друг на друга. Наконец Таня прервала затянувшуюся паузу:
- Выходит, что нас обоих на праздники бросили.
- Бросили? Это что значит, выбросили?
- Выбрасывают мусор, а нас просто бросили.
- Не могу понять эти ваши русские приставки: выбросить, разбросать, отбросы, выбросы, перебросить мяч через сетку. А теперь ещё оказывается можно человека бросить. Ужас какой-то.
- Ну да.  На английском так не говорят – он её бросил, она его бросила. Нельзя ведь сказать she has thrown him away, можно she has left him, they parted, или separated. В вашем англоязычном мире выражаются более цивилизованно, политкорректно. А по-русски - что окурок бросить, что собаку, что человека любимого, всё едино.
   «Так расстроена сильно, наверное, опять со своим бойфрендом поссорилась», - подумал Дэвид, и глядя на Танино печальное лицо, предложил:
- А знаешь, если не хочешь сегодня заниматься, можно просто погулять в парке. Вон погода какая отличная - тёплая, солнечная.
- Нет, занятие так занятие. Только ты прав, зачем в такой замечательный день в четырёх стенах сидеть, самое время на природу махнуть, так что давай мы с тобой сегодня выездной урок устроим.
- Выездной урок? Это как?
-  А просто, поедем ко мне на дачу, заодно и занятие на соответствующую тему проведём.
- На какую такую соответствующую?
- Ну, например, как в России отмечают майские праздники. Дача, природа, шашлыки. Ты у кого-нибудь на даче уже был?
- Нет ещё.
- Вот и отлично, поедем ко мне, сделаем шашлыки, заодно посмотришь, что такое настоящая русская дача. Кстати, ты шашлыки жарить умеешь? Барбекью?
- Барбекью? Конечно, я когда в родительский дом в Боулдер приезжаю всегда барбекью делаю.
- Замечательно. Тогда вперёд. Только одежду какую-нибудь тёплую захвати и кроссовки, а то там вечерами прохладно.
«Вот она, подсказка судьбы, нестандартное решение. Спасибо тебе, сверхусмотрящий,  за поддержку. Негоже такому количеству продуктов пропадать, а теперь всё пригодится, ещё и соседей угощу» -  с облегчением вздохнув, подумала Таня.
   
   «Как же всё-таки здорово что вдоль Ленинградки платную трассу сделали, можно спокойно держать 140-160 и дать волю любимой машинке. Обожаю скорость, сразу настроение поднимается», - лихо обгоняя очередной автомобиль, отметила про себя Таня.
- Ура, молодец Зая, японка ты моя хорошая.
- Ты это кому? Машине что ли? – удивился Дэвид.
- Ну не тебе же, это ж она только что 180 км выжала, Зая моя любимая. 
- Ты всегда так гоняешь? – обратил внимание на весьма агрессивную манеру вождения Дэвид.
- Какой русский не любит быстрой езды! – торжественно произнесла Таня, вопросительно взглянув на Дэвида:
- Ну?
- Что ну?
- Знаешь, кто это сказал: «какой русский не любит быстрой езды»?
- По-моему это ты только что сказала.
- Я просто повторила, процитировала известного русского писателя Гоголя.  Николая Васильевича Гоголя, слышал про такого?
- Нет.
- Понятно. Кого вы там в Америке из русских писателей знаете? Толстой, Чехов, Достоевский?
- Кажется, да.
- И на том спасибо.

    Приехав в солидный дачный посёлок неподалеку от Истры, Таня припарковала машину возле аккуратного жёлтокирпичного дома с большой застеклённой верандой. Через сделанный из литья забор был хорошо виден ухоженный участок с зелёной лужайкой и россыпью разноцветных тюльпанов вдоль ведущей к дому дорожки. При виде распустившихся цветов Таня забыла про плохое настроение, про обиду на Кирилла, и стала громко радоваться весенней природе:
- Ты только посмотри, Дэвид, красота какая! Здравствуйте мои цветочки, здравствуйте мои милые. Как же я рада вас видеть, мой дорогой красный тюльпан и жёлтый нарцисс, спасибо что расцвели пораньше.
- Ты с кем это разговариваешь, с цветами?  - удивился Дэвид.
- Да, а что такого? Они же живые, всё слышат и понимают. У меня знаешь сколько цветов? Одних роз 15 кустов, 7 гортензий метельчатых, барбарис, лаванда, клематисы. У меня садик что надо, один из самых красивых в посёлке. Давай выгружаемся и пойдём я тебе дом покажу.
 
    Экскурсия по дому произвела на Дэвида должное впечатление. Было видно, что его построил грамотный и ценящий комфорт хозяин. С крыльца гости сразу попадали в просторную залитую солнцем веранду, раздвижные стеклянные двери которой беспрепятственно позволяли выходить в сад, с веранды можно было пройти в большую светлую гостиную с настоящим камином, украшенным бело-синими изразцами, с противоположной стороны веранда соединялась с оформленной в прованском стиле кухней. На второй этаж вела витая лестница из литья, выполненная в том же имитирующем модерн стиле, что и забор, наверху находились кабинет и две спальни вместе с ванной и туалетной комнатой.
- Это что, дача? – удивился Дэвид, - Я думал, что дача – это небольшой деревянный дом, изба, так кажется по-русски называется? А это настоящий солидный дом. Что, в России у всех такие дачи?
- Не у всех, конечно. От возможностей зависит, как и везде. Это мой дед-генерал построил, отец доделал отопление, воду, мама интерьер, в общем это наше семейное гнездо. Хотя семья сейчас всего мама да я. Дед давно уже умер, папа три года назад.
- А мама сейчас где?
- Мама сейчас в Китае, в Пекинском университете преподаёт.

   Первый день майского отдыха прошёл на «ура», предоставив Дэвиду возможность вкусить все основные прелести дачной жизни. Составленный Таней план «выездного занятия» включал чай-кофе с домашними пирожками, велосипедную прогулку по окрестностям с осмотром недавно отреставрированного Ново-Иерусалимского собора и, конечно, шашлыки. Отведав миниатюрных вкуснейших пирожков, Дэвид поинтересовался:
- А где ты такие замечательные пирожки купила? Я обычно в Азбуке Вкуса беру, там не такие.
- Купила? – возмутилась Таня, - таких нигде не купишь. Это я сама испекла, по маминому рецепту.
- Сама?  - удивился Дэвид.
- Да, а что тут сложного пирожки испечь.
«Кому-то может и не сложно, а кому-то невозможно», - подумал Дэвид, вспомнив о полном отсутствии кулинарного таланта у Джейн.
  Велосипедная прогулка удалась на славу. Оседлав видавший виды спортивный байк, Дэвид бодро катил за Таней, с удовольствием вдыхая насыщенный весенними ароматами воздух и думая о том, что как же всё-таки здорово крутить педали на природе, а не в спортивном зале, как это ему обычно приходится. Проехавшись по дачному посёлку, они свернули на живописную лесную дорожку и весело помчались вперёд: мимо усыпанных белыми подснежниками полянок, мимо заросшего по берегам камышом озера, вдоль берёзовой рощи, по широкой просеке пока вдруг перед глазами прямо ниоткуда как по волшебству вырос огромный величественный собор.
- Ну всё, приехали, это знаменитый собор, сейчас экскурсию тебе проведу в рамках выездного урока. Ты как насчёт отношений с Богом, верующий?
-  Как-то не сложилось, атеист.
- Ничего, атеистам, как и прочим туристам, в православный храм тоже можно, на красоту полюбоваться. Это точная копия храма в Константинополе.
   Внутреннее убранство собора поразило Дэвида вызывающей роскошью и великолепием сверкающих золотом икон. Следуя за Таней от одного строгого православного лика к другому, Дэвид не особо вникал в её слова, отдавшись любимому занятию – рассматриванию окружающих. Глядя на пёстрое   разнообразие многочисленных прихожан и туристов, на облачённую в платок Таню, которая время от времени прерывала свой рассказ для того, чтобы помолиться у очередной иконы и поставить свечку, он думал о тщетности попыток найти ответы на главные философско-религиозные вопросы. Если Бог есть, и он един, то почему он позволил разделить людей барьерами разных религий, которые всегда были и продолжают оставаться одной из главных причин конфликтов и кровопролитий? Если Бог есть и ему не безразлична судьба своей паствы, то почему он допускает мерзостные преступления по отношению к детям? А главное, почему столько людей, не получающих от предполагаемого Бога никакой реальной поддержи, упорно продолжают в него верить?
- Таня, ты у одной иконы, не запомнил, как называется, так долго стояла, шептала что-то, наверное, просила о чём-то? Если конечно не секрет.
- То, что просила – не секрет, о чём просила – секрет.
- И что, часто сверхусмотрящий твои просьбы выполняет?
- Нет, конечно, он же не волшебник. Хотя, наверное, потому что я недостаточно сильно верю. Меня двоюродная бабушка в детстве окрестила. Тайком от родителей, они же оба при советской власти росли, в комсомол-партию верили. Мама мне вообще говорит, езжай лучше в Китай, там недалеко от Пекина древний император павильон иллюзий построил, вот он на все твои просьбы –вопросы точно ответит.
 
   С приготовлением шашлыков Дэвид справился на «отлично». Мясо получилось сочное, мягкое и ароматное. Таня накрыла стол на веранде, открыв стеклянные двери и превратив её в продолжение благоухающего весенними ароматами сада. Вечернее небо то и дело озаряли разноцветные огни фейерверков, то здесь, то там слышались звуки музыки, песен, праздничного застолья, дачный посёлок вовсю отмечал Первомай.

- А теперь, Дэвид, глубоко вдохни, чтобы прочувствовать все ароматы весны, сделай глоток красного вина, закуси шашлычком и всё, вот оно счастье, та самая неповторимая дачная жизнь, так сказать русская dolcе vita, -  в середине трапезы произнесла Таня, - и тут же добавила, - хотя, знаешь, чего-то не хватает.
- И чего ещё не хватает?
- Духовной пищи и развлечений, в данном случае музыки. Ты кажется говорил, что умеешь петь и на гитаре играть? У тебя есть шанс продемонстрировать свой талант прямо сейчас, - сказала она и через минуту вернулась на веранду с гитарой в руках.
  Дэвид не стал отнекиваться, как это обычно бывает, и устроил настоящий импровизированный концерт, начав с известной As long as you love me  от Backstreet Boys и I am sailing Рода Стюарта, затем последовала череда песен кантри, а в завершении прозвучала Isn’t she lovely, которую он исполнил обращаясь к Тане, словно хотел сказать «это песня не только для тебя, но и о тебе, потому что ты несомненно lovely».
   «Надо же, кто бы мог предположить, что господин Джонсон, этот вредный офисный зануда не только прилично поёт, но и может быть вполне обаятельным”, –глядя на самозабвенно поющего американца, подумала Таня, - «вот правильно англичане говорят «people often are not what they seem to be» люди часто совсем не такие, как нам кажется, - подумала Таня, сказав вслух:
- Вот уж никак не ожидала, что ты так здорово петь умеешь. У тебя тембр голоса такой приятный, прямо заслушаешься. И самое интересное знаешь что?
-Что?
- Твое пение очень пригодится для работы над произношением. 
- Каким образом?
- А ты романсы русские запросто петь сможешь, слова выучишь, и не хуже Погудина петь будешь.
- Погудин это кто?
- Наш известный певец. У него репертуар такой богатый, но лучше всего русские романсы поёт. Например, «в лунном сиянии снег серебрится, вдоль по дороге троечка мчится. Динь, динь, динь, динь, динь, динь, колокольчик звенит, этот звук, этот звон о любви говорит» - напела Таня довольно приятным голосом, - я тебя обязательно на его концерт свожу.
 
   Постепенно небо из серо-голубого стало синим, затем тёмно-синим, потом превратилось в огромный чёрный купол, на котором одна за другой зажглись сверкающие точки звёзд:
- Дэвид, ты только посмотри сколько звёзд! Вон Большая Медведица, вон Малая, вон созвездие Кассиопеи в виде перевёрнутой буквы «М». В Москве такого не увидишь, как, впрочем, и в любом мегаполисе. Световой шум мешает. Только на природе. Красиво, правда? Вот скажи, ты где-нибудь ещё столько звёзд видел?
- Видел, конечно. На Гавайях, на Бали, там ещё больше, вообще всё небо бывает звёздами усыпано.
- Ты был на Бали? – не в силах скрыть зависти спросила Таня.
- Ну да, много раз, я там серфингом занимаюсь.
- Везёт тебе, а я никогда не была, но очень хочу как-нибудь съездить.  Моя мечта. «В сентябре с Кириллом планировали, да теперь неизвестно, что с нами дальше будет с этими его блондинками-загулами. Эх, Кирилл, что же ты творишь с нашей любовью», – с горечью отметила она про себя.
 
   Часов в одиннадцать, когда довольные прекрасно проведённым временем «дачники» засобирались спать, раздался звук мобильника: звонил Танин сосед по даче:
- Татьяна, привет! Какие люди, с праздником тебя, я тут твою машину увидел, ты что, на даче?
- Да, приехала, шашлыков наелись, теперь спать собираемся.
- Так ты с Кириллом? Я что-то его байк не заметил.
- Я не с Кириллом.
- Слушай, какая разница с Кириллом не с Кириллом, ты, главное, приходи. Какой спать, у нас тут такая вечеринка классная, все наши ребята здесь, приходи не пожалеешь. Ждём.
 «Время позднее, вести этого американца на нашу дачную тусовку, не вести? -  Таня с сомнением взглянула на Дэвида, - а ладно, раз обещала показать, как русские на майские гуляют, пусть посмотрит, тем более компания вполне приличная».
- Что-то случилось? – поинтересовался Дэвид.
-  Мой дачный приятель нас на вечеринку приглашает. Ты как, пойдёшь? Там нормальные ребята, наша дачная компания, посмотришь на настоящую русскую вечеринку, Russian party. 

  В доме Таниного приятеля царило шумное веселье. К удивлению Дэвида, который, учитывая напряженные отношения между Россией и США, не ожидал особо тёплого приёма, его встретили вполне доброжелательно. Он сразу попал в плотный круг гостей, молодые ребята и девушки лет двадцати пяти, мужчины и женщины постарше, его ровесники, все, решительно все хотели пообщаться с представителем Соединённых Штатов: «Вы первый раз в России? Как вам нравится Москва? Вы на Красной площади были? А в Большом театре? Вам русские девушки нравятся? Вы водку уже пробовали? Штрафную ему налейте, штрафную» - Дэвид едва успевал отвечать на вопросы, вежливо улыбаясь и пытаясь держаться от дружелюбных русских на безопасном для себя расстоянии, ведь он так и не рассказал Тане об особенностях своего тактильного поведения. Когда наконец гости оставили его в покое, переключившись на парня с гитарой, который пел что-то очень хриплое, скорее даже не пел, а орал что-то про коней, Дэвид особо не понял, кроме «постою на краю». Последние слова песни потонули в одобрительном свисте и громких аплодисментах, Дэвид оглянулся и обнаружил, что Тани рядом с ним нет. Не было её и среди гостей.
- Вы Таню не видели? – спросил он стоящего рядом мужчину.
- Таню? Они с Саньком в спальне, переодеваются.
- Извините, раздеваются?  - переспросил удивлённый Дэвид, запутавшись в значениях приставок.
- Можно и так сказать, - рассмеялся собеседник, но всё же попытался объяснить американцу тонкости русского языка, - «переодеваются» – это значит, сначала раздеваются, а потом снова одеваются, только уже в другую одежду.
  «Понятно, что сначала раздеваются. Я, конечно, слышал, что в России свободные нравы, но чтобы до такой степени! Ну и Таня, привела меня в гости, бросила, а сама с хозяином в спальне развлекается, понятно, почему тогда презерватив из сумочки выпал», – по-своему растолковал услышанное Дэвид и уже начал обдумывать план побега с затянувшегося «выездного занятия», как по лестнице со второго этажа спустились Таня с Саньком, переодетые в танцевальные костюмы. Пара смотрелась очень эффектно: Санёк в белой рубашке и чёрных джинсах, Таня в ярко красном платье с развевающейся короткой юбкой напоминали испанских танцоров танго. Под одобрительный свист и крики гостей «Ура чемпионам, давайте танго, ребята!» они вышли в центр образовавшегося круга, зазвучала мелодия знаменитого танго Por una cаbeza и, не в силах отвести глаз, Дэвид забыл обо всём на свете.
    Глядя как Таня то страстно прижимается к партнёру, то отталкивает его, воплощая историю любви мужчины и женщины в движениях танца, Дэвид ощутил острый укол зависти. Дело было даже не в том, что он прекрасно осознавал, что никогда не сможет так красиво и профессионально танцевать, всё гораздо проще: его «тактильная сверхчувствительность» вообще исключала парные танцы, хотя, будучи человеком музыкальным, он весьма неплохо двигался.
     - Дэвид, ты что стоишь, пошли танцевать, - подбежала к нему запыхавшаяся Таня и взяв за руку втащила в круг танцующих. Дэвид не успел опомниться как Танины руки оказались на его плечах и, крепко прижавшись, она повела его за собой под музыку. Он инстинктивно напрягся, ожидая «ожога медузы», но ничего подобного не произошло, напротив, по всему телу разлилось приятное тепло и напряжение спало. «Удивительно, неужели со мной произошло то, о чём говорил дядя Эдвард? Неужели это возможно, и он был прав?» - подумал Дэвид, растворяясь в потоке неожиданно нахлынувшего на него ощущения счастья.   
 
    Второй день майских праздников порадовал настоящей летней жарой, Дэвид с Таней продолжали наслаждаться дачной dolce vita и, уютно расположившись на веранде, пили чай с пирожками, ведя неспешную беседу:
- Здорово вы вчера танцевали, прямо как профессионалы, - сказал Дэвид. 
- А мы и есть почти что профессионалы. Я в университете бальными танцами занималась, Саша моим партнёром был, классно танцует, мы с ним призы брали, а за это танго вообще первое место на студенческом конкурсе получили.
- А почему у него твое платье?
- Так оно мне больше не нужно, - пояснила Таня, – а в России все ненужные вещи на дачу отвозят. Я после окончания университета как танцы бросила, платье на дачу отвезла, потом ребята нас как-то попросили на вечеринке станцевать, вот и пригодилось. А поскольку вечеринки в основном Санёк устраивает, то платье моё так у него и осталось. А что, удобно: пришёл, переоделся, станцевал.
- Переоделся – это значит, сначала разделся, потом оделся в другую одежду? – с недоверием уточнил Дэвид.
- Да, молодец, хорошо приставки усвоил. Не зря я тебе это выездное занятие устроила.
  За разговорами время летело незаметно, однако около полудня дачное спокойствие нарушил звонок Кирилла. Таня не ответила и после потока раздражённых сообщений от неверного бойфренда - «ты что не отвечаешь?», «ты там в порядке?», «ты что молчишь, таблеток что ли наглоталась?»  отключила смартфон.

  Следующим пунктом программы «выездного занятия» спонтанно оказалось знакомство с известной русской традицией купания в холодной воде. Таня с Дэвидом уже собрались прогуляться как у калитки объявилась молодая женщина с пышной рыжей шевелюрой, соседка по даче Люба.
- Тань, привет, с праздниками тебя. Ты купальный сезон уже открыла?
- Не успела, я только вчера приехала. А ты что, уже?
- Ес-с-сественно, такая погода замечательная, просто лето. Сейчас как раз на пруд собираюсь, ты как, со мной?
- А давай, – не раздумывая ответила Таня, - заодно Дэвиду русалок покажем.
- Дэвид, ты на русалок посмотреть хочешь?
- Русалки? Это кто?
- Не что, а кто. Русалка – mermaid.
- Mermaid? Здесь?
- Ну да, в нашем дачном пруду русалки водятся, - утонила Таня невозмутимым тоном.
- Шутка, ты опять шутишь.
- Не веришь, сам увидишь, пойдём.

    Несмотря на начало мая водную гладь лесного озера, мимо которого они с Таней проезжали накануне, рассекали несколько любителей холодноводных процедур. Пощупав воду, Дэвид опешил:
- Таня, you must be crazy. Вода ледяная, ты что, собираешься плавать? Ты простудиться не боишься?
- Не боюсь. Я морж.
- В каком смысле морж? Walrus?
-  А что, неужели похожа? – рассмеялась Таня. – Да нет, не животное walrus, просто моржами в России называют людей, которые купаются в холодной воде, точнее в открытой воде даже зимой. Вот я, например, знаешь, когда последний раз в этом озере купалась? 19 января.
-  Шутишь? Вот это точно шутка.
- Вовсе не шучу. Серьёзно, 19 января православные отмечают Крещенье, Epiphany.  Считается, что вода в этот день становится святой. На самом деле правда, учёные доказали, что 19 января в крещенье вода приобретает особые свойства.
- И ты зимой 19 января купалась в этом озере? Оно же наверняка льдом всё было покрыто.
- А в этот день специально проруби во льду делают, чтобы люди окунуться в крещенской воде могли. Поэтому в Крещенье это не совсем купание, скорее омовение. Надо просто окунуться три раза с головой, перекреститься, и всё.
- И что, много у вас в России таких любителей зимой окунуться?
-  Много, и с каждым годом всё больше. Холодная вода - это здорово, такое ощущение непередаваемое, словно заново родился. Можешь сам попробовать, только конечно не сейчас, надо подготовиться соответственно.

  Оставив изумлённого американца на берегу, обе женщины с шутками-прибаутками «смотри, Дэвид, зацени настоящих русских русалок» полезли в воду. «Да, вот уж действительно русское развлечение в ледяной воде купаться, сомнительное удовольствие», – отметил про себя Дэвид.
 
  За купанием последовали шашлыки, на этот раз из лосося и осетрины (которые на самом деле Таня закупила по просьбе любителя запечённой рыбки Кирилла), всё было так необычайно вкусно, что Дэвид не смог отказать себе в удовольствии съесть ещё кусочек, потом ещё чуть-чуть и ещё немножко. Собрав после трапезы посуду, Таня ушла в дом, а разомлевший от вкусной еды и майского солнышка Дэвид устроился на скамейке-качалке и, закрыв глаза, погрузился в приятные мысли.
    «Расслабьтесь и почувствуйте, как по всему телу разливается приятное тепло», - вдруг пришли в голову слова инструктора по йоге. Как же здесь здорово, никакой умственных усилий йоги не требуется чтобы почувствовать весеннее тепло. «Представьте, что вы лежите на зелёной лужайке в окружении цветов и слушаете голоса птиц». Да, всё так, именно так, только в реальности, которая сегодня для него гораздо лучше любых медитаций. «Освободите свой мозг от ненужных мыслей, тревог и волнений, и тогда вы поймёте главное». Дэвид погрузился в приятную дрёму, через минуту сознание улетело, и он очутился в саду родительского дома в Колорадо, где явственно услышал голос мамы «Дэйви, хватит играть с собакой, оставь Джоя в покое, иди за стол». Он побежал маме навстречу, но оказался совсем не за обеденным столом, а на своём любимом сёрфе, летящем на гребне огромной волны возле лагеря серфингистов на Бали. Не удержавшись, упал, зелёно-голубая прозрачная масса, ласково поиграв с невесомым телом, вынесла его на берег, прямо к порогу Таниного дачного дома, из которого ему навстречу выбежал маленький мальчик и с радостным криком «папа» бросился на шею. Вздрогнув, Дэвид открыл глаза и улыбнулся: на соседнем участке отец с сыном гоняли футбольный мяч. «Папа, давай, папа, так не честно» - то и дело слышался из-за забора звонкий мальчишеский голос. «Надо же, что приснилось, такое странное переплетение реальности, воспоминаний и мечты».
   Неожиданно облако приятных мыслей разорвал треск мотоцикла: у калитки лихо затормозив остановился чёрный спортивный байк, облачённый в полную мотоамуницию мужчина снял шлем и решительным шагом направился к дому. В коренастом темноволосом парне Дэвид без труда опознал того самого «неверного бойфренда», которого Таня показывала ему на фотографии. Заметив поднявшегося со скамейки Дэвида, Кирилл остановился:
- Ты кто?
- Дэвид Джонсон.
- А, тот самый американец, к которому Танька по субботам бегает? Уже и сюда притащила. Понятно. Ты что здесь делаешь? – угрожающим тоном произнёс байкер.
- Таня пригласила. Урок русского.
- Ах, урок русского? Ну, я тебе сейчас покажу урок русского!

    От сильного удара в лицо Дэвид отлетел и, задев край скамейки, приземлился на дорожку. В глазах потемнело, из рассеченной брови потекла кровь.  Выбежавшая из дома Таня бросилась к мотоциклисту:
- Кирилл, ты что творишь? Ты в своём уме? 
- А, Танечка моя любимая, подруга моя дорогая, вот ты и показала свою б…ую сущность. А я-то думаю, что это моя Танюша на звонки-смски  не отвечает, примчался, думал, случилось что, может таблеток наглоталась от расстройства, что меня с Катькой застукала.  А она здесь со своим американцем развлекается, уроки русского ему на природе даёт! Ну ты и стерва!
- Кирилл, это вовсе не то, о чём ты подумал. Ничего такого не было, я просто пригласила господина Джонсона на выездное занятие.
- Так я тебе и поверил!
- Кирилл, Кирочка, любимый, - умоляюще запричитала Таня, - всё не так, всё совсем не так! Ты же знаешь, я только тебя люблю, успокойся, пожалуйста, ничего же не было, поверь. Вот и Дэвид тебе может подтвердить, Дэвид, скажи ему, пожалуйста, что между нами ничего не было.
- О, ты ещё американца своего сюда приплести хочешь. Думаешь, я ему поверю? Да после твоих ночных утех-ласок он что захочешь скажет. Тоже мне, нашла дурака, американцу верить, - Кирилл резко оттолкнул Таню и, окинув презрительным взглядом сидящего на дорожке Дэвида, добавил: 
- Ну всё, милые мои, оставляю вас наедине, продолжайте и дальше наслаждаться друг другом. Арриведерче!
- Кирилл, не надо, остановись пожалуйста, сам же потом первый мириться прибежишь, хватит уже, - тщетно пыталась образумить разгневанного бойфренда Таня.
- Иди ты к чёрту, и вообще после всего мой телефон забудь, поняла?
   По-прежнему сидящий на дорожке Дэвид, который от боли и шока никак не мог прийти в себя, с недоумением наблюдал за разыгрывающейся перед его глазами сценой. В очередной раз оттолкнув бегущую за ним Таню, разбушевавшийся байкер остановился у калитки и яростно стал топтать цветы, сшибая разноцветные тюльпаны тяжёлыми мотоботами.
- Кирилл, не надо! Цветы не трогай, - отчаянно закричала Таня, безуспешно пытаясь защитить своих любимцев, - цветы то в чём виноваты, они ведь живые.
  Но Кирилла мольбы «неверной» возлюбленной не остановили, расправившись с цветами, он оседлал мотоцикл и, дав по газам, скрылся за поворотом. Склонившись над разорённым цветником, Таня рыдала в голос, подбирая с земли яркие головки тюльпанов:
- Милые вы мои, хорошие, любимые, ненаглядные, как же так, как же так, простите меня, простите.
  Наконец она медленно побрела к дому и, не обращая внимания на сидящего на дорожке Дэвида, опустилась на скамейку. Придерживая рукой разбитую бровь, Дэвид присел рядом: 
 
- Да, буйный у тебя бойфренд.
- Всё из-за тебя, вот зачем я только тебя сюда пригласила, - с неожиданным укором сказала Таня, - ну почему я такая невезучая: хотела, как лучше, а получилось как всегда. Вот что ты ему сказал, что Кирилл так взбесился?
- Да я ничего и сказать то не успел, он на меня сразу набросился.
- Нет, ну ты всё-таки повтори ваш разговор дословно.
- Спросил кто я и почему здесь. Я сказал, что меня зовут Дэвид Джонсон и  ты пригласила меня на дачу на урок русского. Он закричал «ах на урок русского, сейчас я тебе покажу урок русского» и сразу ударил.
- В этом весь Кирилл, - вздохнула Таня, - всегда в драку лезет, не разобравшись. Господи, вот за что мне всё это? За что? 
- Таня, не нужно так сильно расстраиваться, я уверен, твой парень успокоится и всё правильно поймёт, - попытался успокоить её Дэвид, - хочешь, я с ним сам поговорю?
- Да не будет он тебя слушать. Он вообще американцев недолюбливает, считает, что они все тупые и постоянно врут.
- Что за глупость такая. Везде и честные люди есть, и вруны, и умные, и как ты выразилась, тупые. В том числе в Америке, - возразил Дэвид, наконец заметив, что рассечённая бровь сильно кровит и его белая рубашка поло и джинсы безнадёжно испачканы:
  - Таня, ну хватит уже плакать, помоги мне лучше кровь остановить, а то мне прямо в глаз затекает.
- Хватит плакать? А если б ты башку свою американскую о бетонную дорожку насмерть расшиб, тогда что?!
- Да не переживай ты так из-за меня, ничего страшного.
- Ты что, думаешь, я из-за тебя, из-за твоей разбитой морды переживаю? – с каким-то непонятным вызовом сказала Таня, - я из-за Кирилла плачу. Ты хоть понимаешь, что если что, ему из-за тебя пришлось бы в тюрьме сидеть за убийство, пусть даже непреднамеренное. Так что хорошо ещё, что упал удачно.  А ты что думал? Если американец, так большая ценность? Подумаешь, одним американцем больше, одним меньше, какая разница, - последнюю фразу она произнесла, глядя на Дэвида с явной неприязнью.
  «Одним американцем больше, одним меньше, какая разница», обидные слова, заглушая шум в ушах, отозвались резкой головной болью. «Надо же, какая быстрая перемена, (what a dramatic change) говорит со мной, как будто я её враг, а не человек, с которым только что прекрасно общалась – песни вместе пели, шашлыки жарили, танцевали. А теперь видите-ли вспомнила, что я гражданин США, страны потенциального противника» – с горечью отметил про себя Дэвид.   
- Ну знаешь, это уж слишком, - не скрывая возмущения, произнёс он и, молча пройдя в дом, начал собирать вещи в сумку. Это оказалось не просто, через минуту не только надетые на нём рубашка и джинсы, но и вся одежда, к которой он прикасался, были заляпаны кровью.
- Чёрт, чёрт, чёрт, - Дэвид прижал платок к разбитой брови, - Таня, какой тут у вас адрес, мне надо такси срочно вызвать – прокричал он ей на улицу.
   Увидев перепачканного кровью Дэвида, Таня наконец осознала масштаб ущерба, нанесённого американцу её разбушевавшимся бойфрендом:
- Такси не проблема, сейчас вызовем, только дай я тебе бровь сначала обработаю, а то кровь реально сильно течёт.
   Не обнаружив в аптечке спасительной перекиси, Таня схватила начатую бутылку водки, смочила вату и со словами «терпи, будет немного больно» прижала тампон к ране. Если вы когда-нибудь пробовали обрабатывать открытую рану водкой, то наверняка знаете, насколько это болезненно, а учитывая то, что с обильно смоченного тампона водка попала не только на разбитую бровь, но и затекла Дэвиду в глаз, ему можно было только посочувствовать.
- Damn, чёрт, чёрт, чёрт, больно как, - не в силах сдержаться завопил он, - ты что делаешь, у меня сейчас ожог глаза будет!
- Да не кричи ты так, тут на самом деле чуть-чуть рассечено, просто крови много вытекло, - успокоила пострадавшего Таня, - сейчас пластырем заклею, всё нормально будет.
 Дальнейшие действия «домашнего доктора» произвели на раненого американца неизгладимое впечатление: закончив с обработкой раны, Таня достала из шкафчика маленький гранёный стаканчик, и, молча налив в него водки, залпом выпила.
- Ты что? – спросил ошеломлённый Дэвид.
- Это я от стресса, - ответила Таня, наливая себе ещё стопку. – Тебе налить? Невинно пострадавший.
-Почему невинно? – попытался уточнить Дэвид.
- Потому что ни за что в морду получил. Если б было за что, так хоть не так обидно. А так, без вины виноватый. Ну что, налить? Пить будешь?
  «Голова шумит, бровь дерёт нещадно, глаз жжёт, что остаётся делать? Только водка, типично русское лекарство от всех проблем», - подумал Дэвид и согласно кивнул.
- Наливай.
 Таня достала вторую стопку, наполнила её и вручила Дэвиду:
- Ну, как в таких случаях принято, не чокаясь, - сказала она, быстро справившись со второй порцией.
  Дэвид последовал её примеру. По телу разлилось приятное тепло, боль немного успокоилась.
- А почему ты сказала пить, не чокаясь? – спросил он.
- Потому что по русской традиции, когда пьют за покойников, не чокаются, - ответила Таня, устраиваясь на диване рядом с Дэвидом.
-  И где здесь покойник? Кто умер?  - удивился он.
- Я. Умерла я. В смысле умерла моя с Кирюхой любовь – большая и светлая. Вот так, была любовь и нету, всё, конец. А ты как думал? После того, что Кирилл с моими тюльпанами сегодня сделал – всё, конец, никогда его не прощу. Цветы растоптать – это всё равно что ребёнка ударить, или котёнка утопить, или щенка пнуть. Пре-ступ-ле-ни-е. Гнусное преступление против человечества. Так что следующую рюмку давай выпьем за то, чтобы подлых преступников всегда настигало суровое наказание. А за это уже можно чокаться.
  После второй стопки голова как ни странно прояснилась, Дэвиду стало тепло и уютно, он обнял прижавшуюся к нему Таню и стал с интересом слушать её хмельные признания, которые по мере опустошения бутылки становились всё более откровенными.
- Вот ты что, думаешь, для меня Кирилл просто так, как у вас говорят бойфренд? Нет, Кирилл Соколов – мой первый, и любимый, заметь, единственно любимый мужчина.
- А почему первый? Ты сказала, что тебе скоро тридцать, вы с ним два года, получается, ты что, девственности в двадцать семь лет лишилась, что ли?
- Ну Дэвид, ты и дурак, вот правильно Кирилл говорит, что американцы тупые. Я в Кирюшу на первом курсе влюбилась, когда в университет поступила, так что девственности я лишилась в семнадцать лет. Может для вас в Америке это и поздно, а для России в самый раз. Я приличных девушек имею в виду, не всяких там шалав.
- Так ты с ним не два года, а почти двенадцать?
- Ну ты меня со своей арифметикой достал. Какие двенадцать? Всего два, два года, как я и сказала. Просто тогда на первом курсе он меня сразу бросил, ради подруги моей кстати. А после универа мы сто лет не виделись, только два года назад пересеклись, и всё у нас опять завертелось. Ну я его очень любила, первый мужчина, такое не забывается, он потрясающий, единственный и неповторимый. Знаешь у нас с ним секс какой? Тебе и не снилось.
   После упоминания о потрясающем сексе с Кириллом Дэвиду резко захотелось уехать:
- Слушай, я, наверное, лучше поеду, сейчас такси вызову. Какой у вас здесь адрес?
  Не тут-то было. Допив остатки водки, вконец захмелевшая Таня вцепилась ему в рукав:
- Ой, Дэвид, не уезжай, пожалуйста. Не бросай меня, мне так плохо, не надо меня в таком состоянии здесь одну оставлять. Мне страшно, я одна боюсь в этом доме находится.
- Почему? Что не так с этим домом? Это же твой дом, такой дом хороший, сад красивый, - попытался успокоить её Дэвид.
- Да, дом хороший, только мой дед, который этот дом и построил, именно здесь двенадцать лет назад от инфаркта умер.  Прямо в этой самой комнате, где мы сейчас с тобой сидим, представляешь? Я с ним одна на была, родители в Москве, я скорую вызвала, врачи быстро приехали, только уже спасти не смогли, 79 лет всё-таки.
- Понятно, слушай, Таня, здесь что-то холодно очень стало, у вас что отопление не работает?
- Да, да, да, у нас так отопление устроено, что ночью только спальни на втором этаже греются, гостиную надо отдельно включать. Пошли наверх, только ты мне помоги, пожалуйста, а то я почти сплю уже.
  «Да уж, по лестнице ты вряд ли сама до спальни доберёшься, надо же было так набраться». 

 Уложив Таню, Дэвид прошёл в отведённую ему комнату. К его удивлению здесь было гораздо холоднее, чем прошлой ночью. Безуспешно покрутив кран на холодной батарее и не обнаружив ничего, что помогло бы согреться (ни обогревателя, ни пледа поблизости не наблюдалось), он решил вернуться в Танину спальню. «Чёрт, ещё не хватало на этой даче замёрзнуть и простудиться. Уж лучше с Таней лечь, теплее, да и спокойнее, а то не дай бог она ещё ночью что-нибудь по пьяни вытворит», - подумал он, укладываясь рядом, - «благо кровать большая, двуспальная, места достаточно. Да, вот это урок русского получил, просто с полным погружением – и дача, и драка, и водка, да ещё пьяная преподавательница в придачу. Ничего себе, повеселился. Зато интересно, будет, что друзьям рассказать». 
  Ночью Дэвид проснулся от странного ощущения, как будто на него навалился любимый пёс Джой и лижет его в лицо.
- Joy, stop it, stop, Джой, прекрати сейчас же! – отмахнулся Дэвид, но оказалось, что это вовсе не Джой, а сонная Таня пытается его поцеловать, видимо приняв за своего сбежавшего бойфренда. 
- Кирюша, милый, поцелуй меня, пожалуйста.
«Ну уж нет, - разозлился разбуженный Дэвид, сразу вспомнив про рассечённую бровь и обидную фразу «одним американцем больше, одним меньше». Во-первых, я не Кирилл, во-вторых, целоваться с пьяной женщиной не собираюсь». И со словами «Я не Кирилл» уложил явно не протрезвевшую Таню на место.
- Господи, Кирилл не Кирилл, какая разница, что, поцеловать сложно, что ли, -  пробормотала она и заснула.
«Смешная какая, - Дэвид не мог сдержать улыбки, - «Кирилл не Кирилл, какая разница». Действительно, почему рядом с Таней обязательно должен быть Кирилл? Да одного взгляда на этого самовлюблённого мачо достаточно, чтобы понять, он до старости будет пребывать в образе «крутого байкера», меняя мотоциклетных девиц в погоне за уходящей молодостью. Такие не годятся для семейной жизни и воспитания детей. И почему Таня этого не видит? Что она в нём нашла? Верно говорят, любовь слепа.
    Таня… Нежные, лёгкие прикосновения, вызывающие приятное тепло. Если бы два месяца назад Дэвиду сказали, что он, которому с его «тактильной сверхчувствительностью» понадобился год на привыкание к одной женщине, в Москве встретит другую, привыкать к которой времени не потребуется вовсе, он бы не поверил. Но кто может с уверенностью сказать, что будет завтра и как изменится твоя жизнь через месяц, два? Только сверхусмотрящий, а он, как известно, предпочитает не посвящать людей в свои планы, так, даёт иногда подсказки, «знаки судьбы», но далеко не каждому дано их прочитать. Поиски ответа на этот философский вопрос мешали Дэвиду заснуть, он долго ворочался, пытаясь найти удобное положение, наконец прижался к Тане и, уткнувшись носом в пахнущие цитрусовой свежестью волосы, успокоился. Постепенно навязчивые мысли растворились в уютном потоке тепла, уступив место космическим звукам токкаты ре минор Баха, и Дэвид улетел далеко-далеко, превратившись в маленького мальчика, в детской комнате которого мама выключила музыку и, поцеловав сына в лоб, погасила свет.
   

      Проснувшись утром Дэвид обнаружил, что Тани рядом уже нет. Спустившись на веранду, он застал её сидящей за столом с чашкой кофе в руках.
- Доброе утро, кофе хочешь?
- Давай.
- Дэвид, ты прости меня за вчерашнее, я совершенно не ожидала, что Кирилл приедет и так всё получится. Извини, - с виноватой улыбкой сказала она.
- Да ладно, - усмехнулся Дэвид, – мне даже понравилось. Такое насыщенное выездное занятие получилось, и тему обещанную удалось полностью раскрыть - как русские майские праздники проводят: дача, шашлыки, драка, водка.
- Извини, пожалуйста, - пытаясь сдержать смех, сказала Таня, - извини. Кстати, а как ты у меня на кровати оказался?
- В моей спальне батарея холодная, у вас видимо что-то с отоплением, пришлось в твоей комнате лечь, чтоб не замёрзнуть. Там ни другой кровати, ни дивана не было. Не на пол же мне ложиться.
- О господи, извини, я просто забыла второй кран в котельной открыть, не до этого было. Прости. И как? – Таня вопросительно посмотрела на Дэвида.
- Что как?
- Как я себя вела? Всё нормально?
- Нормально, если не считать, что лезла целоваться и Кириллом меня называла.
- Боже, ужас какой! – она закрыла лицо руками. – И что? Ты меня поцеловал?
- Нет, конечно, я же не Кирилл.
«Ну и дурак, мог бы поцеловать», -  подумала Таня и глядя на бегущие по окнам струи дождя, сказала:
    - Надо же, вчера жара-солнце, а сегодня дождь и холодно. Нечего в такую погоду на даче делать, пора в Москву возвращаться.
 

    Дождь, дождь, дождь, настоящий майский ливень. «Это природа вместе со мной плачет, оплакивает мою несчастную любовь», подумала Таня, наблюдая как дворники ритмично сбивают воду с ветрового стекла. Глядя на её печальное лицо, Дэвид пытался шутками-разговорами отвлечь Таню от грустных мыслей, но та упорно молчала, словно отгородившись от внешнего мира невидимой стеной. Наконец устав от завесы молчания, он легонько провёл ладонью по её щеке, стараясь подбодрить:
- Эй, Таня, улыбнись, хватит уже переживать, всё у вас с Кириллом наладится, всё будет хорошо.   
При упоминании Кирилла Таня сразу вышла из оцепенения.
- Ничего у нас уже не наладится, ничего у нас с Кириллом не выйдет, - со вздохом сказала она.
- Это почему?
-  Да разные мы очень.
- Ну и что, все люди разные, но различия никогда не мешали быть вместе и жить счастливо. Просто надо уметь договариваться.
- Вот, в этом-то всё и дело, «уметь договариваться». Молодец, Дэвид, прямо в точку попал. А мне с Кириллом договориться невозможно, разные у нас жизненные установки, приоритеты разные, понимаешь?
  «Неужели прозрела? Поняла, что с этим крутым байкером ничего у неё не получится, не пара они. Интересно, и как она это сейчас объяснит», - отметил про себя Дэвид. 
-  Поясни.
- Ну вот Кирилл, тридцать два года. Успешный айтишник, профессионал, в компьютерном деле просто ас, в фирме Касперского работает. Мотоцикл - второе «я».  С шестнадцати лет с него не слазит, такой прирождённый байкер. По жизни – законченный эгоист и убеждённый гедонист - свобода, развлечения, никаких обязательств. Я даже измены ему бесконечные прощаю.
- Он тебе что, изменяет? И ты прощаешь? – возмущённо спросил Дэвид.
- А, какие это измены? Так, очередная мотоциклетная блондинка, сколько их было, сколько ещё будет. А мне семья нужна, нормальная семья, ребёнок. Мне скоро тридцать, по русским меркам для первого ребёнка уже поздновато, а Кирилл вообще о детях слышать не хочет. Говорит, до сорока лет детей не хочу, вот в сорок родим сына и сразу его на мотоцикл. Он- то может в сорок и родит, а я? Мне что делать? До сорока лет ждать, за ним по бесконечным байкерским тусовкам бегать? Надоело. Всё. На-до-е-ло. Достало меня всё это.
-  А как же любовь? – решил уточнить Дэвид. – Ты вчера сказала, что у вас с Кириллом такая любовь, что мне и не снилось.
- Любовь? А всё, кончилась моя любовь, умерла вместе с растоптанными цветами. Вот знаешь, Дэвид, как интересно, я за эти годы многое от Кирилла терпела, и враньё его бесконечное, и грубости, и даже измены. Но то, что он вот так вчера тюльпаны мои любимые мотоботами растоптал – никогда не прощу. Просто не смогу с ним после этого общаться, у меня перед глазами эта дикая сцена стоит, так что всё, нету больше никакой любви.  Как говорится, любовь зла, полюбишь и козла. Так вот, я больше козла любить не хочу.
- Опять это слово, козёл. В русском что, козёл – это не только животное, но и ругательство?
- Правильно понимаешь, Дэвид. Козёл – это очень обидное для мужчины слово.
- А точнее?
- Ну, как объяснить. Это значит тупой, грубый, жадный, эгоист, не понятливый, в общем полный идиот и ничтожество.
- Надо же, а в Чехии козёл -  очень даже положительный персонаж, символ мужской силы, там даже такая популярная марка пива есть, «Велкопоповицкий козел» называется. Я когда в Праге работал, нас этим пивом угощали.
- Да, вот такая разница культур.
«Если Таня говорит, что у неё с Кириллом всё, значит у меня появился шанс», - подумал Дэвид и решил сразу действовать:
- Таня, ещё три дня праздников впереди, ты чем заниматься собираешься?
- Да особенно ничем. Отдыхать буду, отсыпаться.
- Слушай, а поехали сейчас ко мне. Русским нормально позанимаемся, а то на даче такое немного экстремальное занятие получилось.
 Таня окинула Дэвида задумчивым взглядом: «А ведь правильное в данной ситуации решение. Вот что я сейчас буду делать дома одна? Рыдать над своей несчастной судьбой, пять лет отношений псу под хвост? Поплакаться как следует и то некому, Машка на все праздники в Испанию укатила, так что остаётся только напиться, а после вчерашнего это совсем не кстати».
- А давай. Ещё три дня выходных, мне всё равно заняться нечем, а так хоть польза какая будет. Я тебе Москву покажу, можно в Архангельское съездить, на теплоходе покататься. Ты же говоришь, нигде не был.
- Отлично, а насчёт денег ты не волнуйся, тебе на фирме за все дополнительные занятия заплатят, я договорюсь.
- Понятно, такой американский подход, кто про что, а вы про деньги, - Таня с укором посмотрела на Дэвида, - да не волнуйся ты, насчёт денег разберёмся. Мне только сейчас домой заскочить надо, одежду теплую взять, а то похолодало, если гулять будем, замёрзну. Здесь рядом совсем.
   
    Решив заскочить за вещами, Таня никак не предполагала, что ей придётся столкнуться с Кириллом, но именно так оно и произошло. Как говорится, человек предполагает, а Бог располагает: мы выбираем пути-дорожки, но только сверхусмотрящий решает куда они нас приведут. Увидев Кирилла, выходящего из её подъезда с объёмистой сумкой в руках, Таня застыла на месте.
- Танечка, какая встреча, мы с Катюшей как раз к тебе заскочили, шлем и куртку забрать, которые я тебе подарил. Не возражаешь? Тебе, как я понимаю, больше не понадобятся, а Кате в самый раз, - с усмешкой сказал Кирилл.
- Да забирай ты всё что хочешь. Только ключи от моей квартиры верни, - холодно ответила Таня.
- Да пожалуйста, вот они твои ключики.
«Как же хочется дать этому самовлюблённому мачо в морду, просто руки чешутся», - подумал Дэвид, окинув Кирилла неприязненным взглядом.
- А ты, американец, что смотришь? Вот скажи, как тебе Таня уроки русского даёт? Хорошо даёт? Нравится? Она вообще специалист в этом деле, здорово давать умеет, такие штучки в постели выделывает. Уже всё тебе показала? Ты ей главное в долларах плати, она доллары любит. Шлюха. 
  И хотя Дэвид не совсем понял какая связь между уроками русского и постелью, он понял главное – Кирилл Таню оскорбил, сказав о ней что-то очень обидное, поэтому без промедления реализовал своё желание, с удовольствием врезав обидчику в челюсть. Очутившись на асфальте, Кирилл ощупал пострадавшую часть лица и, не обнаружив серьёзных повреждений, примиряюще улыбнулся:
- Ну, Танька, поздравляю, классного мужика себе отхватила, даром что американец, правильно реагирует. Ну всё, теперь квиты: око за око, зуб за зуб, вернее бровь за зуб, так что я не в обиде. Пока, ребята, арриведерче, - с этими словами он забрался в красную Ауди, за рулём которой сидела ярко накрашенная блондинка, и умчался.

- Спасибо тебе, - поднявшись в квартиру, сказала Таня.
- За что?
- За то, что Кириллу в морду дал. Отомстил за меня.
- Он про тебя какие-то гадости говорил, я не всё понял. Обозвал как-то, «шлюха» кажется. Это что значит?
- A whore.
- A whore?! Shit, знал бы, вообще убил. Кстати, научи меня на русском ругаться, очень полезно, оказывается. 
 

   Добравшись до квартиры Дэвида в Крылатском, Таня первым делом начала разбирать пакеты с оставшимися дачными угощениями:
- Ужас сколько всего, на три дня хватит. А когда твоя Джейн вернётся, может и ей что достанется.
  При упоминании о Джейн Дэвид решительно подошёл к Тане:
- Да оставь ты эти продукты. Лучше…
- Что лучше?
Дэвид обнял её и осторожно поцеловал в губы.
- Вот что лучше.
- Понятно. Ну давай, попробуем, если тебе так хочется. Только имей в виду, ничего личного, исключительно для улучшения русско-американских отношений, - улыбнулась Таня.
- Шутка? Ты снова шутишь?   
- Нет почему, я серьёзно. Крым, Украина, санкции ваши дурацкие, ты новости посмотри, сплошной негатив, отношения между Россией и США напряжённые хуже некуда. Надо улучшать, так что давай, действуй.

    Следующие три дня Дэвид провёл в состоянии абсолютного счастья. Прикосновения, проникновения, объятия, поцелуи. Лёгкие касания, приятные поглаживания, яркие слияния и ничего похожего на привычный «ожог медузы». Невероятно! Неужели сбылось предсказание дяди Эдварда, сделанное почти двадцать лет назад? Когда после первого хотя и удачного, но весьма неприятного для него сексуального опыта шестнадцатилетний Дэвид понял, что из-за особенностей своего тактильного поведения никогда не сможет нормально общаться с женщинами и запаниковал, решив, что дальше вообще не стоит этим заниматься, на помощь пришёл мудрый дядя Эдвард. 
- Дейви, ничего страшного не произошло, - сказал он тогда племяннику, сбежавшему с весёлого семейного торжества в дальний угол сада чтобы спокойно «пострадать», - я такой же как ты, «особенный», в смысле я тоже не выношу чужих прикосновений.  И как видишь, ничего, справился. Уже двадцать лет как счастливо женат, трое детей.
-  И как это тебе удалось? В чём секрет?
- Да никакого секрета нет, дело как ни странно, в привычке. Ты просто привыкнешь, и постепенно станешь воспринимать эту свою особенность как данность. И потом, расскажи об этом своей девушке, и если она тебя действительно любит, то поймёт и поможет справиться, преодолеть.
- А если нет?
- Тогда это не твоя девушка, и нужно искать другой вариант. Вот тебе неприятны чужие прикосновения, но ты ведь реагируешь на них по-разному. Чьи-то, как ты выражаешься, ощущаешь словно «ожог медузы», чьи-то как комариный укус, а чьи-то просто как лёгкий укол. Разная реакция, разная степень неприятия, согласен?
- Ну да, всё верно.
- Поэтому ищи наименьшую степень неприятия. И кстати, как сказал мне один очень хороший врач, у таких «тактильно сверхчувствительных» как мы, есть одно неоспоримое преимущество – мы сразу почувствуем, так сказать ощутим кожей, если встретили настоящую любовь.
- И как это понять?
- Ну если тебе повезёт, и ты встретишь женщину, тактильный и сексуальный контакт с которой не вызовет никаких неприятных ощущений, напротив, ты почувствуешь настоящее блаженство, то тогда ты можешь быть совершенно уверен, что это действительно любовь, потому что проблема не в коже, проблема как это обычно бывает в голове. For what is love? Just a matter of touch, provided you have found the right person.

- А почему ты меня всё время гладишь, ласкаешь, словно я твоя любимая кошка? – оторвала его от воспоминаний Таня, - тебе что, секса мало? Такие нежности неожиданные.
- Тебе что, неприятно? – встрепенулся Дэвид, испугавшись что Таня заметила его особенность.
- Наоборот, очень даже приятно, просто какое-то непривычно кошачье поведение. Мне кажется, я от твоих поглаживаний скоро мурлыкать начну.
- Вот и отлично, - рассмеялся Дэвид, - я давно хотел завести именно такую кошку.
 
    После трёх дней активного общения Дэвид понял, что встреча с Таней – как раз и есть тот счастливый шанс, о котором говорил дядя. Рядом с ней комфортно, её прикосновения - блаженство, а не мученье. И пускай сейчас она с ним не по любви, просто нашла убежище после расставания со своим буйным бойфрендом, ничего. Дэвид упорный, он добьётся, чтобы Таня осталась с ним, он всегда добивается поставленных целей. А с Джейн он разберётся, всё объяснит, тем более для неё карьера всё равно важнее отношений.

   Но путь к намеченной цели оказался вовсе не таким простым как ожидалось. В силу различия менталитетов Дэвид нечаянно испортил всё сам. Он очень хотел отблагодарить Таню за чудесное время, проведённое вместе, но как это сделать, чтобы она поняла, что он действительно ей безмерно благодарен, что она ему не безразлична? Конечно, нужен подарок. Но какой? Вот что дарят женщине в России чтобы показать, что это не просто благодарность, а знак особого отношения? Дэвид решил последовать совету своего американского коллеги, который прожил в России больше пяти лет и имел обширный опыт общения с русскими девушками. 
- Цветы-конфеты отпадают, банально. Духи? Не угадаешь. Дорогой смартфон? Может не понравится. Представляешь, я однажды своей нетбук подарил, причём заранее выяснил, какую модель предпочитает. Купил, так она расстроилась, потому что ей оказывается нужен был не синий, а золотистый. Поэтому самый лучший подарок для русских девушек – это деньги. Да, да, такой конвертик с деньгами, которые они сами могут потратить на то, что понравится.

   Провожая Таню завершающим праздники вечером, Дэвид протянул ей конверт:
- Знаешь, мне эти три дня было очень хорошо с тобой, я тебе безмерно благодарен и хочу сделать подарок, вот возьми.
   Обнаружив в конверте десять стодолларовых купюр, Таня помрачнела и холодно сказала:
- Мне кажется ты несколько переоценил мою работу. Четыре дополнительных занятия – это двести долларов, а за что ещё восемьсот? – и, с неприязнью взглянув на растерявшегося Дэвида, язвительно добавила: - ах, да, и как это я сразу не догадалась, восемьсот – это за секс.
- Таня, извини, я вовсе не хотел тебя обидеть, я просто хотел сделать тебе приятное, отблагодарить, ты всё не так поняла, - поспешил исправить досадную ошибку Дэвид.
- Да всё я так поняла, всё правильно, восемьсот долларов за три ночи нормальные деньги для проститутки, конечно не по высшему тарифу, но ничего сойдёт.
-  Таня, Таня, Таня, всё не так, всё совсем не так, я не… - Дэвид совершенно смешался, почувствовав, что всё непоправимо испортил.
- А знаешь, Дэвид, я тебе за эти три дня тоже очень благодарна, мне было действительно хорошо с тобой. Ты вовсе не такой жесткий, холодный и расчётливый, как казался. Ты нежный, ласковый и внимательный. Ты мне понравился. Только в отличие от тебя, я хорошее отношение деньгами не меряю. Просто обниму и скажу спасибо. Да что тебе объяснять, ты ж американец, как говорится, почувствуйте разницу культур. Так что забери свои деньги и до свидания. А оплату четырёх дополнительных занятий оформи через фирму, как и обещал. И кстати, я кажется свой смартфон в спальне оставила, пойду, заберу.
    Никакого смартфона Таня не оставляла, просто от обиды вдруг возникло спонтанное решение: «если Дэвид своим появлением на даче спровоцировал наш с Кириллом разрыв, то пусть и для их с Джейн отношений эти праздники тоже даром не пройдут». В спальне она быстро, не снимая свитерка, сняла бюстгальтер и положила его в верхний ящик комода. 
 
  По дороге домой, глядя как дворники сбивают капли дождя с ветрового стекла верной Мазды, Таня «думала печальные мысли»: «После того, как Кирилл растоптал мои любимые цветы простить его не смогу. И полюбить снова не смогу, ушла любовь, как отрезало, просто никогда не смогу забыть эту дикую сцену -  Кирилл в мотоботах топчет тюльпаны.  Как можно?! Они ведь живые! Причём нарочно это сделал, на цветах свою злость вымещал, это всё, ещё хуже, чем измена. Дэвид… Дэвид хороший, такой неожиданно трогательно нежный, но я его не люблю. И к тому же дурак, я к нему по-хорошему, а он мне деньги за секс предлагает. Ничего, Джейн приедет, мой лифчик найдёт, так ему наподдаст, мало не покажется. В результате права Машка, все мужики   козлы. Что делать? Как говорил мудрый дед-генерал «Танюша, что, опять печальные мысли думаешь? Отвлекись, делом займись, в саду поработай, помогает». Правильно дед говорил, надо взять паузу и отвлечься. Поживу-ка я пока на даче».  И передав эстафету уроков русского с американцем своей коллеге, Таня укатила на дачу.
   
    Убедившись в провале американского подхода, Дэвид решил сменить тактику и использовать «русский подход». Придя следующим утром на работу, он обратился за советом к своему московскому коллеге, кратко описав ситуацию и предусмотрительно представив её как воображаемо-абстрактную.
- Если тебе девушка реально нравится, то деньги дарить нельзя, - сказал Андрей. - Иначе она подумает, что ты её просто покупаешь, как проститутку и обидится. Нет, и ещё раз нет. Нужно разузнать, какие у неё вкусы, увлечения, что она действительно любит и постараться это использовать. Конечно, подарок может стоить денег, но это обязательно должно быть что-то особенное, соответствующее её интересам, например, билеты в Большой театр, или на хороший концерт, да можно хоть сертификат на прыжок с парашюта или щенка породистого, котёнка, что угодно. Главное, чтобы её зацепило, чтобы она почувствовала, что ты её любишь и понимаешь. Знаешь, как у нас говорят? «Счастье - это когда тебя понимают». Да, и конечно, обязательно цветы, много цветов, шикарный букет.   
   «Русский подход» показался Дэвиду вполне разумным, и он сразу начал его реализовывать: заказал роскошный дизайнерский букет из роз персикового оттенка, именно таких, какие как он успел выяснить Тане нравятся, и купил два билета на концерт знаменитого трио роялей Bel Suono в Международном Доме Музыки, на который она хотела попасть. Завтра утром Таня придёт к нему в офис на занятие, он торжественно вручит ей цветы и билеты, ещё раз извинится и постарается объяснить, что вовсе не хотел её обидеть, просто незнание «разницы культур» подвело. А учитывая цветы и билеты Таня обязательно должна его простить, а если не простит, то хотя бы выслушает, а уж он сделает всё, чтобы она его поняла, что-то, а убеждать он умеет.
  Разговор с Джейн, прилетевшей в тот же день из Нью-Йорка, Дэвид предусмотрительно решил отложить до «лучших времён», вернее до того, как прояснится ситуация с Таней, поэтому вернувшись вечером домой, он привычно чмокнул подругу в щёку, и, выслушав последние нью-йоркские новости, прилёг отдохнуть. На ожидаемый вопрос относительно заклеенной пластырем брови Дэвид дал распространённый в подобных случаях ответ – «неудачно упал». 
- Дэвид, это что такое? – громкий возглас, раздавшийся прямо над ухом, заставил его открыть глаза: перед носом болтался дамский лифчик, который словно дохлую крысу на вытянутой руке держала вышедшая из спальни Джейн.
- По- моему это бюстгальтер, а что, разве не так?
- Вижу, что бюстгальтер. Проблема в том, что это не мой бюстгальтер.
- Неужели? Не может быть, - искренне удивился Дэвид, - и откуда он здесь взялся?
- Вот и я не понимаю, почему в нашей спальне в верхнем ящике комода лежит чужой бюстгальтер, кстати не дешёвый. Объясни, пожалуйста, откуда он здесь появился.
«Ай да Таня, сказала, что в спальне смартфон забыла, а сама нарочно лифчик в комод подложила, чтоб Джейн мне скандал устроила», - путём несложных умозаключений догадался Дэвид и, не став отпираться, признался в измене с русской преподавательницей. К его удивлению Джейн не особо расстроилась:
- А знаешь, на самом деле даже хорошо, что так получилось. Я с самого начала в эту твою Москву ехать не хотела, у меня только карьера начала удачно складываться, а теперь, когда мне должность главного редактора предложили мотаться между Москвой и Нью-Йорком вообще не смогу. Всё переживала, как бедненький Дэвид с его тактильной сверхчувствительностью наше расставание перенесёт? А он оказывается тут в полном порядке, излечился с помощью «уроков русского». Так что я через три дня обратно, мне срочно к работе приступать нужно, и давай, как говорится, расстанемся друзьями.
       На следующий день Дэвид пришёл в офис пораньше, чтобы успеть подготовиться к встрече с Таней. Курьер доставил потрясающей красоты букет, Дэвид поставил цветы на стол, положил рядом билеты на концерт Bel Suono и, повернувшись к окну стал смотреть на затянутое серыми облаками небо, прокручивал в памяти вчерашний разговор с Джейн. «Надо же, что Таня учудила, бюстгальтер в ящике комода оставила», - он невольно улыбнулся, вспоминая как Джейн чуть в обморок не упала, когда чужой лифчик обнаружила. Причём скорее не от ревности, а от удивления, что недотрога Дэвид разрешил какой-то другой женщине к себе прикоснуться». И что самое интересное, в результате последовавшего «разбора полётов» оба почувствовали облегчение: Джейн от того, что ей не придётся испытывать чувство вины за то, что она предпочла карьеру семейной жизни, приняв предложение занять пост главного редактора, и что теперь так долго привыкавший к ней Дэвид не останется один, а Дэвид потому, что расставание с Джейн прошло относительно безболезненно и теперь ему ничто не мешает строить отношения с Таней.
 
    Однако в то утро всё пошло совсем не так, как он ожидал. Ровно в девять вместо Тани в кабинет вошла незнакомая женщина лет пятидесяти в строгом сером костюме.
- Здравствуйте, господин Джонсон, меня зовут Мария Александровна, я ваш новый преподаватель русского языка.
- Простите? А где Таня?
- Госпожа Кузнецова уволилась, не стала продлевать контракт.
- Как уволилась? Почему?
- По каким-то семейным обстоятельствам, я точно не знаю. Давайте не будем терять время и начнём.
   Усевшись за стол напротив Дэвида, дама одела очки:   
- Итак, тема сегодняшнего занятия: как я провёл майские праздники. Расскажите, пожалуйста, что у вас было интересного.
   Но Дэвид растерянно молчал, в отсутствие Тани все русские слова вдруг вылетели из головы, перед глазами проносились яркие сцены прошедших майских праздников: шашлыки на залитой солнцем веранде, нежные касания Таниных рук в танце, драка с Кириллом, три дня полного счастья «московских каникул», разборка с Джейн из-за оставленного Таней лифчика. Наконец он вежливо улыбнулся и на английском произнёс: 
- Извините, но я вряд ли смогу рассказать об этом на русском. Боюсь, слов не хватит.

    С трудом досидев до конца рабочего дня, Дэвид вернулся домой в панике. Таня упорно не выходила на связь, звонки, смски, электронная почта, вотсап, нет ответа, не хочет с ним говорить, всё бесполезно. Неужели так сильно обиделась? Но надо же дать человеку шанс объясниться, выслушать. Он же не виноват, что ему как американцу сложно сразу понять национально-культурную специфику и разобраться в тонкостях загадочной русской души, особенно если это душа женская. Но ничего, он упорный, он обязательно её найдёт и добьётся, не в его правилах отступать от намеченной цели.
   Но Таня словно нарочно испытывала его на прочность: два дня нет ответа, три, в четверг Джейн, сказав «пока, дорогой, расстаёмся друзьями» улетела на работу своей мечты в Нью-Йорк, и оставшийся в одиночестве Дэвид реально испугался. «А что если он действительно не сможет найти Таню и никогда её больше не увидит? Что, если она, например, улетела к маме в Китай, и как тогда её искать?»
   В пятницу вечером, измучившись от неизвестности, Дэвид в очередной раз отправился к Тане на квартиру, опять впустую, на звонок в домофон никто не ответил. Он уже собрался уходить как неожиданно на помощь пришёл вышедший покурить консьерж:
- Мужчина, вы что всё ходите, кто вам нужен? А, эта, с семьдесят пятой квартиры, – взглянув на фото на смартфоне Дэвида, сказал он, - так она уж неделю как дома не появляется, вроде как на дачу уехала.
  «Конечно, дача, вот где Таня наверняка прячется, и как это я раньше не догадался», - обрадованно подумал Дэвид и на следующий утро, в субботу, помчался на дачу.
   Адреса он естественно не знал, пришлось искать дорогу по памяти, наконец после двух часов плутания по похожим друг на друга дачным посёлкам Дэвид оказался у знакомого жёлтокирпичного дома с красивым литым забором в стиле модерн, за которым увидел Таню.    
 
    Не обращая внимания на подъехавшую машину, Таня продолжала увлечённо копаться в земле, сажая на месте уничтоженных Кириллом тюльпанов разноцветные примулы. От важного занятия её оторвал оклик стоявшего у калитки Дэвида. Скользнув по нему равнодушным взглядом, Таня спросила:
- Ты что здесь делаешь?
Достав из кармана злополучный бюстгальтер, Дэвид протянул его Тане:
- Приехал тебе кое-что вернуть, вот, держи, ты у меня в спальне оставила.
- Ах это. Нашёлся-таки, ну-ну, - ехидно сказала она.
- Пройти можно?
- Да-да, проходи, конечно.
«Что-то не особо обрадовалась моему приезду, видно здорово обиделась. Ничего, сейчас попробуем растопить лёд, начнём с чашечки кофе», - подумал Дэвид, глядя на молча сидящую за столом Таню.
- А можно кофе? Если хочешь, я сам себе сделаю, только скажи где что взять.
- Да ладно, сиди уже, - примирительно сказала Таня, ставя на стол тарелку с пирожками.
- О, вот это да, здорово, а то я уже успел по твоим пирожкам скучиться, - обрадовался Дэвид.
- Что? Как ты сказал, повтори, - услышав ошибку Таня невольно улыбнулась, автоматически включив «преподавателя». 
- Скучился по твоим пирожкам, - послушно повторил Дэвид.
- Ты хочешь сказать «соскучился», ты упустил приставку.
- А зачем здесь приставка? Скука – скучать - скучишься. Всё правильно, разве нет?
- Нет, скучать – соскучиться, глагол с приставкой, иначе никак.
- Почему? Объясни значение этой приставки.
- Не могу, просто так говорят, и всё.
- Ужас эти ваши приставки, никакой логикой не объяснить.
- Да уж, в языке логика не всегда присутствует. Впрочем, как и в жизни. 
«Ну вот, начала ошибки исправлять, уже прогресс», - отметил про себя Дэвид, наслаждаясь ароматным кофе.
- Вот видишь, у меня русский ещё не очень хороший, проблемы с приставками. Так что срочно нужны дополнительные занятия.
- Насколько я знаю, тебе уже прислали нового преподавателя.
- Марию Александровну? Бесполезно. Как выяснилось, я могу учить русский только с тобой, - серьёзным тоном произнёс Дэвид, подкрепив своё заявление особым «изучающим» взглядом. 
   «Надо же, прямо как признание в любви звучит «могу учить русский только с тобой», - повторила про себя Таня, чувствуя, как под внимательным взглядом серых глаз растворяется её обида.
- Понятно с тобой насчёт уроков русского. А по поводу бюстгальтера, извини. Это была просто шутка.
- Просто шутка? Хорошие у тебя шутки.
- Ну да, глупая шутка, извини. А если честно, я хотела тебе немножко отомстить за Кирилла. Мы же с ним в результате всего расстались, так что я подумала: почему это я одна должна страдать? Пусть и для тебя тоже эти майские праздники не пройдут даром.
- Поздравляю, у тебя всё получилось. Wonderful practical joke, the best I have ever been through.
- Что, Джейн в спальне мой лифчик нашла, скандал устроила?
- А ты как думаешь?
- Логично. Только она сама виновата, такого классного мужика одного на все праздники оставила. Она что, думает, ты целую неделю один сидеть будешь? Вот скажи мне, что нормальный мужик делает, когда его подруга одного оставляет?
- Ну не знаю, делами своими занимается, работает, у компьютера сидит, в спортзал ходит.
- Ха-ха, это, может быть, у вас в Америке. А в России, если женщина своего мужика на выходные одного оставляет, он либо пьёт, либо других баб приводит. Ясно? Вот такая у нас разница культур.
- Интересно.
- И кстати, в России, если женщина умная, то она на такое мужское поведение нормально реагирует. Ну попил мужик, погулял, но ведь он же мой, меня любит. Сама виновата, оставила человека одного.  Так что «с любимыми не расставайтесь», а то всякое может случиться.
- Понятно.
«Ну вот, уже разговаривать нормально начала, значит есть надежда»», - с удовлетворением отметил Дэвид.
-  Дэвид, ты прости меня, пожалуйста, я действительно не хотела, чтобы всё так получилось. Эту самую разницу культур не учла. Хочешь, я с Джейн сама поговорю, всё объясню, она поймёт, я уверена. Я хорошо объяснять умею, ты же знаешь.
- Да не нужно. Мы с Джейн расстались. Ей должность главного редактора одного журнала в Штатах предложили, она и укатила. Всегда хотела какое-то издание возглавлять, мечта всей жизни главным редактором стать, her big challenge, сбылось наконец. Так что я за неё искренне рад. А что касается нашего с ней расставания, то знаешь, Таня, даже не в журнале дело. Как ты правильно про вас с Кириллом сказала, у нас с Джейн тоже разные жизненные установки, приоритеты разные.
- Да, дела.   
- Вот такие вот дела. Но знаешь, как там ваша русская пословица говорит: нет худого без доброго?
- Нет худа без добра, - автоматически поправила Таня.
- Хорошо, пусть будет «нет худа без добра».
- И в чём же это «добро»?
- А в том, что теперь мы с тобой можем вместе быть. Как ты мне говорила? Нас бросили. Правильно?
- Ну да, получается, что так, бросили.
- Поэтому переезжай ко мне жить, ты мне очень нравишься, с тобой весело, интересно, ну и .. и всё остальное тоже замечательно. Ты понимаешь, о чём я.
- Конечно, понимаю. Об уроках русского. Если я к тебе перееду, твоей фирме за них платить не придётся. Экономия. Очень по-американски, прагматично.
- Таня, ты что, нарочно? – возмутился Дэвид, - ты же прекрасно поняла, что я вовсе не наши с тобой занятия имел в виду. Вернее, занятия, только не русским, а совсем другим, гораздо более приятным.
- Да успокойся ты, Дэвид, это я шучу опять, пора уже научиться шутки понимать. Юмор – неотъемлемая часть любой национальной культуры. Кроме вашей американской, конечно. 
- Так, про отсутствия юмора в американской культуре – это опять такая шутка неудачная?
- Почему неудачная, очень даже удачная, причём не шутка, а вполне серьёзное наблюдение серьёзных людей, занимающихся изучением национальных культур. Не только я, многие в этом убеждены, причём довольно часто приходится убеждаться на собственном опыте.
- Слушай, хватит уже около моего вопроса ходить. Лучше ответь: ты согласна ко мне переехать или нет? Хотя бы давай попробуем пожить вместе, вдруг получится.
- Не говорят «ходить около вопроса», говорят «ходить вокруг да около».
- Спасибо учту. Только ответь на мой вопрос, пожалуйста.
Таня в раздумье посмотрела на Дэвида: «Неожиданное предложение, но интересное. Хотя вряд ли у нас с ним что получится. Дэвид, конечно, хороший, но я же его не люблю, придётся объяснить»:
- Ну, если честно, ты мне тоже нравишься. Музыку любишь, поёшь неплохо, шашлыки отлично готовишь.
- Вот видишь, уже хорошо.
- Но, но …ты мне просто нравишься, ничего больше, я же не испытываю к тебе сильного чувства, как к Кириллу, например. Я тебя не люблю, понимаешь?  А как без любви совместную жизнь строить? Я вряд ли сумею.
 «Ожидаемая реакция, верно говорят, что русские сентиментальны и эмоциональны. Ничего, попробуем убрать эмоции и обратиться к разуму», - отметил про себя Дэвид: 
- Да, а вот это уже по-русски. Верно говорят, что русским нужны любовь, страсть, романтика! Таня, да какая любовь, нам же не по семнадцать лет. Совместная жизнь – это партнёрство, сделка. А знаешь, что нужно для успешной сделки? Заранее, с самого начала договориться о главном, о том, что ты в результате этой сделки хочешь приобрести, иначе говоря, что от партнёра ожидаешь получить. И если ожидания сторон совпадают, то это практически стопроцентная гарантия того, что брак, если рассматривать его как бизнес проект, сделку, будет взаимовыгодным и успешным.
- То есть получается, что семья для тебя - это такой бизнес проект? – с недоумением произнесла Таня.
- По-твоему слишком прагматично, по-американски? - уловив на себе её удивлённый взгляд, - спросил Дэвид, - Ну что ты на меня так осуждающе смотришь? Что? Да, согласен, без особой любви-романтики. Зато надёжно. 
   «Так, а теперь наступил момент применить свой талант убеждения в полной мере»:
- Вот подумай, что ты от нашего с тобой совместного проживания хотела бы приобрести? Что ожидаешь от меня как партнёра получить? Только честно.
- Ну не знаю, как-то всё это странно, - ответила Таня с сомнением в голосе.
- А ты подумай. И знаешь, давай всё проверим по-настоящему, как на бизнес- тренингах делают. Ручка- бумага есть?
    Вырвав два листочка из принесённой Таней старой школьной тетради, Дэвид аккуратным подчерком на одном написал «Таня», на другом «Дэвид», проставив на каждом столбиком цифры 1,2, 3. 
- Вот, здесь каждый из нас как участник предстоящей сделки, то есть предполагаемого брака, должен написать, что он в результате от этого собирается получить. Всего три пункта, не больше.
- Дэвид, да это просто смешно, ты видно, на своих бизнес тренингах перезанимался, - скептически улыбнулась Таня.
- Вовсе не смешно, серьёзные люди этот тест разрабатывали. Очень интересно, главное всё честно указать, тогда всё получится. И пожалуйста без этих твоих шуток. 
   В отличие от быстро справившегося с заданием Дэвида, Таня никак не могла придумать, что же написать третьим пунктом. «С первым пунктом понятно, это, конечно, секс. Хорошо, когда партнёр постоянный, тем более Дэвид очень даже в этом деле ничего, можно сказать замечательный, не хуже Кирилла. Со вторым – тоже ясно. Это естественно ребёнок. Уже скоро тридцать, самое время родить пока поезд совсем не ушёл, а если семья не сложится, то ребёнок-то всё равно останется, родной человек. А вот что с третьим пунктом делать, не ясно».
- Ты думай-думай, не торопись. И главное всё честно пиши. Если хочешь деньги, бриллианты, гражданство США, тоже пиши.
- А вот как раз про бриллианты и напишу, спасибо, что напомнил, - с вызовом сказала Таня, и, дописав ответ, положила свой листок на стол. 
- Wow! Вот это да! – с нескрываемой радостью воскликнул Дэвид, сравнив ответы. - Ты только посмотри: у меня «секс, дети, кофе с пирожками», у тебя - «секс, ребёнок, поездка на Бали (за твой счёт)». Да у нас полное совпадение ожиданий, одни и те жизненные установки! Ну вот, я же говорил, у нас всё получилось
- Вот это да! Ничего себе, - Таня изумилась не меньше, - Дэвид, ты что, подсматривал что ли? Секс, дети, и кофе с пирожками.  Ну секс, тут даже объяснять нечего, всё и так ясно. Дети – тоже понятно, ты семью хочешь, а почему про кофе с пирожками написал? Разве для тебя это так важно?
- Конечно, ну как ты не понимаешь, вот когда ты мне кофе по утрам делаешь, или пирожки сама для меня печёшь, я себя другим человеком чувствую, любимым мужчиной, мужиком, как ты говоришь. Удивительно, но у меня только здесь в России такое ощущение после встречи с тобой возникло. Так что спасибо тебе и за кофе, и за пирожки.
-  Ты написал «дети» во множественном числе. Ты сколько детей хочешь?
- Можно двоих, мальчика и девочку, но лучше троих – двух мальчиков и одну девочку.
- Ого, ну и запросы!
- Нормальные запросы, в семье дети должны быть, у меня самого две сестры младших. А мне твой третий пункт понравился, - усмехнулся Дэвид. – «Поездка на Бали за твой счет», в смысле за мой счёт, я так понимаю. Очень прагматично. По-американски, быстро усвоила.
- Да я и не собиралась про Бали писать, - извиняющимся тоном сказала Таня, - я как раз думала, что бы такое в третьем пункте написать, а тут ты со своими бриллиантами. Вот я и вспомнила про свою Балийскую мечту. А что «за твой счёт», так ты же сам просил честно. Вот я и написала честно. Хочу хоть раз в жизни себя настоящей женщиной почувствовать, королевой, для которой мужчине никаких денег не жалко. А то привыкла всё сама да сама. Сама зарабатывай, сама за себя плати, надоело.
- Будет тебе Бали за мой счёт, не волнуйся. Я там один классный отель знаю, просто райское место. Значит, договорились?
- О чем договорились?
 - Как это о чём? О том, что ты ко мне жить переезжаешь, и лучше расписаться сразу, чего тянуть. Семья, так семья.
- Это ты мне так предложение делаешь что ли? Я тебя правильно поняла? – уточнила Таня.
- Абсолютно.
 Пока голова соображала стоит соглашаться на такое заманчивое предложение или нет, оказавшееся в объятиях Дэвида тело сразу сказало «да», безоговорочно отдавшись тёплому потоку нежности. Прижав Таню к себе, Дэвид целовал её волосы, гладил, и всё никак не мог оторваться, словно боялся отключиться от с таким трудом найденного источника жизненной энергии.
- Пойдём наверх.
- Зачем наверх? – удивлённо спросила Таня.
- Ну как зачем, у нас первые пункты совпадают? Совпадают, так что надо выполнять. Улучшать российско-американские отношения, как ты выражаешься, - улыбнулся Дэвид.
- Надо же, шутить научился.
- С кем поведёшься, с тем наберёшься.
- Обязательно наберёшься, - рассмеялась Таня, - сегодня обязательно «наберёмся» вместе.
 
   С переездом на квартиру Дэвида в Крылатском у Тани началась та самая «настоящая семейная жизнь», о которой она мечтала, ещё будучи в отношениях с Кириллом – спокойная, размеренная, упорядоченная. Утром пробежка, днём работа, вечером разговоры-посиделки за домашним ужином, после прогулка в парке, потом спать со всеми вытекающими отсюда приятными последствиями. Ну и что, что с её стороны особой любви-страсти не наблюдается? Ничего, зато по статистике браки по договорённости, заключённые на основе взаимопонимания и уважения интересов, имеют гораздо больше шансов стать прочными и счастливыми. И как партнёр Дэвид её вполне устраивает – в быту не требовательный (спасибо Джейн, мужика к полной самостоятельности приучила), эмоционально уравновешенный, секс с ним вообще потрясающий, в отличие от Кирилла детей хочет, до и с чувством юмора как оказалось у него всё в порядке.  «Так что никаких сомнений, – уговаривала себя Таня, - всё правильно». 
   Опасаясь провокаций со стороны Кирилла, Дэвид предложил не тянуть с заключением брака, регистрацию назначили на конец июня. Поездку на Бали он также решил не откладывать: отличный свадебный подарок невесте - путешествие мечты, третий пункт из её списка, к тому же он сможет любимым серфингом позаниматься. На все предложения жениха Таня лишь молча кивала, наслаждаясь необычным для себя состоянием свободы от ответственности за принятие решений. Наконец-то ей не нужно организовывать всё самой: куда поехать, в какой гостинице остановиться, каким рейсом лететь, вопросы с оплатой – в случае с Кириллом ей всё приходилось брать на себя, теперь Дэвид удобно избавил её от этой необходимости. То, что бракосочетание состоится всего через три недели, практически сразу по возвращении с Бали, так это тоже в её интересах. Она обещала маме, которая никак не может успокоиться что дочери почти тридцать, а она всё ещё не пристроена, что к её приезду выйдет замуж? Обещала. Она же ни уточняла: за Кирилла выйдет, не за Кирилла, какая разница. Хотела мама дочь замужем видеть? Хотела. Нате вам, получайте. А за кого? Сюрприз.
   
   Распрощавшись с дружелюбным китайцем, Ника продолжила подъём. Оставшиеся до Павильона иллюзий сто метров были самыми трудными, ступеньки кончились, уступив место крутой тропе, более подходящей для горных козлов, чем для обычных туристов. Ничего, она упорная, уже два раза на эту вершину взбиралась, одолеет и в третий. Обязательно одолеет, надо же императора за дочку попросить. Вот как она там сейчас, опять какие-то тайны непонятные «мама всё в порядке, мама, ты только не волнуйся, я на две недели на Бали лечу». На вопрос «с кем» вразумительного ответа не дала, только «всё будет как ты хотела» сказала. Неужели это Кирилл наконец сподобился Танину мечту исполнить и её на Бали свозить? Ну ничего, скоро всё выяснится, уже через три недели она будет в Москве, как раз к своему дню рождения успеет.
     Преодолев последние метры, Ника остановилась: дыхание перехватило, то ли от тяжёлого подъёма, то ли от невероятной красоты. «Стою на вершине я счастлив и нем» запела душа знаменитыми словами Высоцкого, возносясь в небеса и прыгая от восторга на белых подушках облаков. Никакая фотография не в силах передать потрясающей панорамы, открывшейся перед её глазами: зелёные горы на фоне голубых долин, изумрудная лента извивающейся где-то далеко внизу реки, и вот он, Павильон иллюзий, воздушная округлая беседка в форме пагоды с похожей на цветок колокольчика крышей, сверкающей в лучах июньского солнца красочной глазурью. Перебравшись через ведущий к Павильону подвесной мостик, Ника села на одну из устроенных вдоль внешней стены скамеек и, вдоволь налюбовавшись фантастическими видами, закрыла глаза, чтобы никто из снующих рядом туристов не мешал сосредоточиться на предстоящей беседе с древним императором.
   
   Как это часто бывает, обещанное «райское наслаждение» в виде отдыха на Бали обернулось для Тани чередой разочарований. Она впервые тяжело перенесла самолёт, хотя длительные перелёты не были для неё в новинку: и в Пекин спокойно летала, и на Кубу, а тут вдруг извините за подробности просто выворачивало. Вместо романтического отдыха вдвоём, большую часть времени она оказалась предоставлена самой себе: в первый же день дорвавший до любимого занятия Дэвид умчался на базу сефингистов, где сразу оказался в объятиях друзей-любителей сёрфа со всего света. Предложение освоить сёрф Таня отвергла сразу и бесповоротно: ну не её это, не её. Полежать на песочке, понежиться в волнах, но лезть на доску? Ни за что. В результате пока Дэвид с утра до обеда оттачивал технику скольжения по волнам в весёлой компании, Таня откровенно скучала, коротая время между пляжем, гостиницей и бассейном.
    Как-то, устав бродить в одиночестве, она отправилась на базу посмотреть, как там Дэвид.  Дэвид на сёрфе разительно отличался от «офисно-домашнего» варианта. Высокий, загорелый, с копной развевающихся на ветру пшеничных волос, он лихо носился по волнам, то взмывая на самый гребень, то скрываясь за белым веером брызг. Не в силах оторвать глаз, Таня смотрела как зачарованная, чувствуя, что именно в этот момент с ней произошло то, чего ей в отношениях с Дэвидом до сих пор не хватало и чего после разрыва с Кириллом она думала с ней уже никогда больше не произойдёт. Любовь. Глядя на самозабвенно скользящего по волнам американца, она влюбилась. В один миг, в одну секунду, каждой клеточкой, до дрожи, до щекотки внутри живота.
- Хочешь попробовать? – вывел её из оцепенения вопрос на английском. Высокая загорелая блондинка протянула ей руку:
– Привет, меня зовут Саманта, я инструктор по серфингу. Ты, кажется, подруга Дэвида? Он молодец, уже четвёртый сезон сюда приезжает, хорошо доску освоил.
- Нет, спасибо, предпочитаю просто смотреть, - ответила Таня, окинув Саманту оценивающим взглядом: «это же та самая девица, которая каждое утро на джипе забирает Дэвида из гостиницы, прямо копия
Джейн, такая же здоровенная спортсменка».
- Дэвид сказал, он сейчас в Москве работает, ты что, русская?
- Да, а что? Что-то не так с русскими? – с вызовом спросила Таня.
  Саманта вежливо улыбнулась в ответ, и, заметив выходящего из воды Дэвида, радостно бросилась ему навстречу. Глядя, как её американский жених привычно приобнял блондинку и начал ей что-то увлечённо рассказывать, как эта наглая инструкторша нежно к нему прижимается Таня почувствовала, как внутри закипает ревность.

    Ночью, занимаясь с Дэвидом любовью, Таня впервые реализовала значение английского выражения «to make love» в полной мере. Теперь, когда она действительно в него влюбилась, всё было вроде бы также, но по остроте ощущений совсем по-другому, словно сексуальные отношения перешли на другой более высокий уровень, и Дэвид это сразу почувствовал.
- Таня, что случилось? Ты сегодня прямо какая-то необыкновенная, просто райское наслаждение, – сказал он, блаженно улыбаясь и потягиваясь от удовольствия.   
– Ничего удивительного, это просто Бали. Ты же сам сказал, что Бали – это райский остров? Вот и получай райское наслаждение. Всё логично.
- А что, в Москве такого уже не будет? Если так, то давай здесь останемся.
- Посмотрим на твоё поведение. Кстати, а что это у вас на базе за вечеринка послезавтра намечается?
- А, это у Криса день рождения, я особо не собирался идти, просто хотел днём поздравить, но если ты хочешь, давай пойдём вместе.
- Обязательно.
  «А вот и шанс утереть нос этой наглой американке, а заодно и всей развесёлой компании любителей сёрфа. Они на доске красуются, а я на танцполе почти что профессионал. А то: «у Дэвида подружка русская, русские такие, русские сякие. Да что вы англо-саксы и прочие немцы вообще про нас понимаете?» Я вам покажу какие русские, благо местный сальсъеро Джо мне про вечеринку обмолвился, его специально туда танцевать пригласили. Вот и станцуем вместе».
  О том, что в отсутствие Дэвида она ходит на танцевальные занятия в гостинице, где под руководством аниматора-сальсьро Джо отрабатывает сальсу с бачатой, Таня предпочла умолчать.

    На вечеринке Таня появилась в эффектном наряде - короткое красное платье, купленное в Милане специально для латиноамериканских танцев, идеально облегало её стройную фигурку. Ловя на себе восхищённые взгляды мужчин и оценивающие взгляды женщин, Таня лишь улыбалась в ответ. «То ли ещё будет, сейчас я вам такую сальсу с бачатой устрою, закачаетесь», - глядя на веселящихся гостей подумала она и подмигнула ведущему праздник сальсъеро.
- Минуту внимания! – прокричал Джо гостям. – And now with my friend from Russia we want to make Chris a special present. Сейчас именинника ожидает особый подарок - мы с моим другом  из России дарим ему этот зажигательный танец.   Для тебя, Крис! – и с этими словами жгучий красавец сальсъеро увлёк Таню в танце. Все замерли, и дело было даже не в том, что Таня с партнёром танцевали вполне профессионально, а в том, что их танец был наполнен такой откровенной страстью, настоящей passion, что создавалось впечатление, что эти двое просто внаглую занимаются у всех на глазах любовью, да так красиво, что нельзя глаз оторвать.
- Мне кажется, все присутствующие здесь мужики думают сейчас только об одном, - ехидно сказала Саманта стоящим рядом Крису и Дэвиду.
- И я даже знаю о чём – рассмеялся Крис, - они завидуют Дэвиду. Такая горячая подружка. Представляю, что она в постели вытворяет.
- Не представляешь, - довольно усмехнулся Дэвид. 
   После сальсы восторженные зрители потребовали бачату, на бис под бурные аплодисменты пара выдала знаменитое танго Por una cabeza.
   Закончив танец разгорячённая Таня вернулась к Дэвиду:
- Милый, принеси мне мохито, - попросила она, победно взглянув на Саманту.
-  Саманта, а ты что будешь? – прежде чем выполнить Танину просьбу спросил Дэвид.
- А мне как всегда, - кокетливо улыбнулась американка,- Дэвид, ну что ты спрашиваешь, ты же прекрасно знаешь, что я люблю.
«Знаешь, что я люблю». Намекает на их с Дэвидом «особые отношения», special relationships, стерва». Как только мужчины отошли, Таня перестала улыбаться и окинула Саманту холодным взглядом: 
- И не мечтай, ты его не получишь. Дэвид мой мужчина.
- Неужели? Ты уверена? А я думала он сам может выбрать с кем ему быть.
- Конечно сам. Только он уже выбрал. Меня. И ты можешь в этом сейчас убедиться.
- И как?
- А просто. Я сейчас уйду, Дэвид с коктейлями вернётся, думаешь, что будет делать, когда увидит, что меня нет? С тобой останется? Вряд ли. За мной побежит, потому что он меня любит, а не тебя. Кстати, передай ему, что он знает где меня искать.
 
   Прибежав на пляж, Таня села на песок и расплакалась. «Дэвид, ты же прекрасно знаешь, что я люблю» звонким молоточком отзывались в голове слова Саманты. «Вот гад какой, наверняка у них с Самантой что-то было, или даже сейчас есть». А она влюбилась в него как дура. Неужели опять придётся страдать-мучиться как в случае с Кириллом? Неужели недостаточно пролито слёз и опять всё по новой? Едва избавившись от одной любовной ловушки сразу угодила в другую. Нет, нет, и ещё раз нет. Надо это прекращать любым способом. Надоел этот райский остров, странным образом обостривший все ощущения, здесь всё казалось «слишком» – слишком яркое солнце, слишком жарко, слишком ветрено. Захотелось домой в Москву, на дачу, и чтобы шёл дождь.
- Таня, ты почему убежала? Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? – запыхавшийся Дэвид сел рядом на песок и попытался её обнять, но Таня резко отстранилась:
- Не прикасайся ко мне! Ты такой же как Кирилл, врун и изменщик. Сейчас Саманта, потом другая, потом ещё кто-то. Все вы козлы. Ненавижу.
  Дэвид застыл, Танины слова обожгли словно касание медузы. «Не прикасайся ко мне» для человека с тактильной сверхчувствительностью прозвучало как приговор. Неужели у Тани возникла такая же острая негативная реакция на его прикосновения как у него на чужих?
- Не прикасайся? Почему? Тебе что, не приятны мои прикосновения? Что ты чувствуешь? – с тревогой спросил Дэвид.
- Ничего хорошего. И вообще я не понимаю зачем ты меня притащил на этот чёртов остров, - раздражённо ответила Таня.
- Чёртов остров? Это же Бали, райский остров, твоя мечта, третий пункт в списке.
-  Да какой это к чёрту райский остров, если ты с утра до вечера на серфинге со своей обожаемой Самантой пропадаешь? Бросил меня одну, на пляж одна, в бассейн одна, обедать тоже одна. Так и не понял, что любовь никакими бизнес проектами не заменишь. Бизнесмен хренов.
- Но мы же все вечера проводим вместе, и ночи, кстати, тоже.
- Вечера? Ночи? Что-то я с твоей стороны особой страсти-романтики не наблюдаю. Что? Все силы на Саманту уходят, тоже мне, нашёл себе подругу, наглая, как эта ваша Ники Хейли в ООН.
- Таня, причём здесь Ники Хейли? Мы с Самантой просто друзья, она классный сёрфер, я с ней ещё в прошлом году тренировался, отличный инструктор, настоящий профессионал.
- Профессионал говоришь? Оно и чувствуется. «Дэвид, ты же прекрасно знаешь, что я люблю» - повторила она так разозлившую её фразу, имитируя голос Саманты.  - А знаешь что, иди ты к своему «профессионалу», или точнее «профессионалке». И вообще, надоел мне твой райский остров! Сыта по горло, хочу в Москву. А пока отвези меня в гостиницу и оставь в покое.
  От этих слов у Дэвида почва ушла из-под ног, он совершенно растерялся, не в силах понять причину столь быстрой перемены в поведении невесты, которая в одночасье из милой весёлой девушки превратилась в истеричную злобную фурию. Бали ей видите ли не нравится, всё надоело. Да при таком отношении ничего путного из их совместной жизни не выйдет. Не то что счастья, спокойствия и то не предвидится. Неужели всё впустую и придётся расстаться?
    По дороге обратно в гостиницу в такси оба напряжённо молчали, приехав, Таня также молча прошла в спальню и демонстративно закрыла за собой дверь. Тяжело вздохнув, Дэвид улёгся на диван в гостиной. Sepаrated. Он долго не мог заснуть, одолеваемый грустными мыслями и пытаясь найти ответ на мучивший его вопрос: почему Таня так резко изменилась? Что в их отношениях пошло не так?  В семь утра, очнувшись от тяжёлой дрёмы, он отправился на базу, чтобы на гребне морской волны улететь от всех тревог и волнений.

   В отличие от Дэвида Таня прекрасно выспалась и открыла глаза с необъяснимым ощущением скорого счастья. «Все будет хорошо» - подсказывали ей солнечные зайчики, играющие на зеркальной поверхности шкафа, «тебя ждёт замечательный день» - шептал ветерок, легко покачивая прозрачные шторы. «Чудеса», - счастливо улыбнулась она новому дню и, обнаружив что Дэвид уже ушёл, почему-то даже не расстроилась, и пошла плавать.
   За завтраком к ней подсел Крис, тот самый англичанин день рождения которого праздновали накануне.
- Привет, спасибо тебе за танец, я такого эксклюзивного подарка никогда не получал.  Ты здорово танцуешь.
- Рада, что тебе понравилось, на самом деле я действительно не знала, что тебе подарить, вот и решила преподнести такой танцевальный сюрприз.
- У тебя получилось. А знаешь, если вдруг Дэвид тебе надоест, имей в виду, я свободен.
- Спасибо за предложение, - рассмеялась Таня, - обязательно учту. Кстати, а почему ты сегодня не на доске?
- Сегодня ветер сильный, волны рваные, опасно, только такие ненормальные как твой Дэвид рискуют.  Хочет показать, что он лучше всех, перфекционист.
  При словах об опасности Таня инстинктивно сжалась: «А что если Дэвиду действительно угрожает опасность?  Что если он попал в беду?» Ответ мобильника «абонент не доступен» только усилил тревогу. Сев за руль арендованной Мазды, Таня помчалась к базе серфингистов. «Господи, волны какие здоровенные, никого в море нет, и что Дэвид за упрямый дурак такой?» 
   
     Оглушённый и здорово побитый обрушившейся на него массой воды Дэвид сидел на берегу, безуспешно пытаясь отдышаться. Мысль о том, что пять минут назад он мог погибнуть, просто кануть в разбушевавшихся волнах вместе с разбитой доской, не позволяла унять дрожь.
   При виде сидящего на песке Дэвида, растерянного, с окровавленной коленкой, Таня повела себя совсем не так, как ожидали от неё находящиеся рядом Саманта и другие инструктора. Никакой паники, только спокойствие.
- Ребята, привет, - бодрым голосом сказала она, - что тут с моим милым стряслось?
- Волной закрутило, у него колено здорово рассечено, надо в больницу, я отвезу – предложила Саманта.
- Не надо, я сама отвезу, без тебя справимся, - твёрдо сказала Таня, с неприязнью взглянув на американку. - Ребята, помогите Дэвиду до машины добраться. Дэвид, ты как? На одной ноге допрыгать сможешь? Вот и умница. Поехали.
- Ты как узнала, что со мной случилось? Так быстро примчалась, - сказал Дэвид, забравшись в машину.
- А я и не узнавала. Просто почувствовала. И вообще, Дэйв, нельзя так рисковать. Ты хоть понимаешь, что тебя могло волной пришибить? Совсем. Насмерть. Бабах, и всё, нет больше американца. Поглотила водная стихия ещё одного любителя острых ощущений.
- И что? Одним американцем больше, одним меньше, какая разница? Ведь так ты, кажется, говоришь? – язвительно произнёс Дэвид, у которого при упоминании о том, что он гражданин США, автоматически включилась мрачная ирония и он повторил запомнившиеся обидные слова, однажды произнесённые Таней в его адрес.
- Ну, Дэвид, ты и дурак, - дружелюбно протянула Таня. – Теперь ты не просто американец. Ты МОЙ американец. Мой мужчина, разницу чувствуешь?
- И что это значит?
- Неужели не ясно? Я тебя люблю. Понятно?
- Что-то не верится. Раньше говорила, что я тебе просто нравлюсь, вчера вообще кричала «не прикасайся ко мне, ненавижу», а сегодня уже любишь?
- Да, сегодня уже люблю. Сама не знаю, как это произошло, влюбилась и всё. А ты что, против?
- Нет-нет, что ты, конечно «за».   

   Оставшиеся три дня отдыха Таня провела именно так, как ей хотелось. На пляже, у бассейна, а главное рядом с Дэвидом, который из-за травмы вынужден был на время забыть о серфинге. Да Дэвид особо и не переживал по этому поводу, Таня со своей неожиданно образовавшейся любовью окружила его такой заботой и нежностью, что он забыл обо всём на свете и наслаждался новым статусом «любимого мужчины».  Неспешные прогулки по побережью, приятное ничегонеделание, и в качестве «вишенки на торте» - романтический ужин на берегу океана накануне отъезда.

   Утром в день отлёта Дэвид проснулся от характерных похожих на кашель звуков. Увидев вышедшую из ванной Таню – бледную, растерянную, он испугался:
- Что? Что случилось? Ты себя плохо чувствуешь?
- Да, кажется отравилась. Зря вчера на креветки набросилась. 
- Я тоже креветки ел, и ничего. Здесь всё свежее, чем ты могла отравиться7
- Не знаю, может соус местный слишком острый.
- Надо срочно к врачу, отравление дело не шуточное. 
- Ни за что. Не надо врача, надо домой в Москву.
- Таня, перелёт такой долгий, а если случится что? Давай к врачу, ещё успеем.
– Нет, только в Москву, хоть тушкой, хоть чучелом.
- Что значит «хоть тушкой, хоть чучелом»? Это как?
- Нет сил объяснять, это из анекдота такого известного про попугая, который за границу вместе с хозяином улететь хотел «хоть тушкой хоть чучелом». В общем обязательно, чего бы это не стоило. Всё, лучше помоги мне собраться.
 
   К счастью Таня проспала практически все девять часов полёта. Родная столица встретила тёплым июньским дождём и цветущей сиренью. Признаки отравления исчезли как будто их и не было, и несмотря на уговоры Дэвида, Таня решила не тратить время на поход к врачам, а встретиться с верной подругой Машей, которая жаждала услышать её рассказы об отдыхе на острове мечты.
- Да, красота, только лицо что-то не очень загорело, немного бледное, или мне кажется? – заметила Маша.
- Это я в последний день чем-то отравилась, утром перед отлётом так плохо было, просто выворачивало, но сейчас вроде ничего, всё прошло.
- Таня, а спорим, что никакое это не отравление, ты просто залетела, -  окинув подругу критическим взглядом, авторитетно заключила Маша. 
- Я? С чего ты взяла?
- Да у тебя на лице написано, что беременна. Не веришь? Поди тестер в аптеке купи и проверь, делов то.

   «Боже, вот это да! Второй пункт из списка начинает реализовываться, - взглянув на полоски на тестере, - подумала Таня, - просто чудеса какие-то с этим семейным бизнес проектом, всё получается в точности, как говорил Дэвид». Но сообщать жениху о беременности в тот же день не стала, решив сначала окончательно удостовериться в своём «интересном положении».  После посещения медцентра, где опытный врач ещё раз подтвердил результаты теста, Таня совершенно успокоилась, отдавшись новым ощущениям и начала строить планы на будущее.
    У неё будет ребёнок! Не важно кто, мальчик или девочка, ещё пока не видно, но главное свой, родной маленький человечек, именно то, о чём она так давно мечтала, и на что Кирилл никак не хотел соглашаться. А теперь уже через восемь месяцев она станет мамой. То-то её мама обрадуется! Сколько раз уже слышала: «Таня, скоро тридцать, надо рожать. Если замуж не получается, рожай так, воспитаем, на ноги поставим, я буду идеальной бабушкой, обещаю». Вот и проверим, какой мама Ника идеальной бабушкой будет.
     Однако сообщать новость маме Таня не стала, зачем ей лишние вопросы, волнения, и потом, по телефону такие вещи не сообщают, лучше как говорится, «глаза в глаза».  Тем более мама всё равно скоро из Пекина прилетает, аккурат к регистрации брака успеет. Большого свадебного торжества не намечается, просто распишутся и посидят в ресторане в узком кругу: она с Дэвидом, свидетель с её стороны в виде подруги Маши, свидетель жениха, пара коллег с работы и мама Ника. Просто, спокойно, по-родственному. А пока перед маминым возвращением нужно обязательно съездить на её квартиру проверить всё ли в порядке и прибраться. Завтра как раз суббота, вот с утра пораньше и можно будет отправиться, заодно Дэвид посмотрит какие квартиры советская власть своим генералам и прочим выдающимся личностям выделяла. 

   Роскошную трёхкомнатную квартиру в известном доме номер 50 на Фрунзенской набережной Ника унаследовала от отца-генерала. Войдя, Дэвид почувствовал, словно оказался в художественном музее. Везде были картины – большие, маленькие, в разных рамах, портреты, пейзажи, гостиную украшал внушительных размеров портрет солидного мужчины в военной форме.
- Это мой дед, мамин папа. Генерал ракетных войск и артиллерии. Тот самый, который построил дом на даче, - уточнила Таня, - замечательный был дед, очень меня любил.
  Следы генеральского прошлого присутствовали в квартире в виде множества моделей ракет, самолётов и прочей военной техники, а также огромного количества фотографий знаменитого деда – среди военных, в заснеженном поле рядом с пусковой установкой, в сборочном цехе на фоне ракеты, с ружьём на охоте, с друзьями на рыбалке, с политиками, космонавтами и прочими важными персонами.
- А это что, твой дед рядом с вашим первым космонавтом? - узнав покорившую весь мир улыбку Гагарина, поинтересовался Дэвид.
- Да, он тогда у Королёва работал, Королёв - это конструктор космических ракет, именно благодаря ему мы раньше вас американцев человека в космос отправили.
   Но Дэвид решил не углубляться в опасную тему военно-космического соперничества и, улыбнувшись, заметил:
- Не понимаю, как можно жить в такой обстановке, это же настоящий музей.
- А здесь особо долго никто и не живет. Дед предпочитал жить на даче, родители на квартире в Кунцево, где сейчас я живу, а мама … Во-первых, после смерти отца она практически в Москве не бывает, подолгу за границей работает, во-вторых, она деда, своего отца любила, и потом, у неё в комнате совсем другая атмосфера, очень уютно, зайди, сам убедишься.
 
  Из окна большой светлой комнаты открывался чудесный вид: на Москву-реку со снующими прогулочными судёнышками, на пышную июньскую зелень Парка культуры. Сквозь прозрачные шторы струился солнечный свет, который рассеявшись падал на стеллажи с книгами, письменный стол, уютное кресло в углу, аккуратный диван накрытый светло-бежевым пледом. Действительно Таня права – в комнате её мамы уютно и гармонично. Дэвид уже собрался уходить, как взгляд, следуя за солнечным лучом, скользнул по поверхности стола и остановился на фотографии в строгой серебряной рамке. Внимательно посмотрев на фото, Дэвид остолбенел. Эта была точно такая же фотография, как та, что отец показал ему перед отъездом, на которой он стоит в обнимку с симпатичной девушкой и оба печально смотрят прямо в объектив. Неожиданное признание отца тогда настолько зацепило, что Дэвид запомнил их разговор практически слово в слово.
 
- Рад за тебя, Дэвид, - сказал тогда отец. - Отличный шанс посмотреть на мир из другого полушария, с Востока. Как сказал Киплинг, East is East, and West is West, and never the twain meet. Кстати, я тоже в мае лечу в восточном направлении, китайские коллеги пригласили в Пекинский университет прочитать курс по экономике. Может по пути загляну к тебе в Москву, сто лет там не был.
- Ты был в Москве? Что-то я не припомню, чтобы ты нам об этом рассказывал.
- Давно это было, в 1979 году, ещё до твоего рождения. Я тогда в Москву в составе студенческой делегации поехал, ненадолго, всего на десять дней. Но какие это были десять дней!  Ten days that shook my world.
- Интересно, и что же тебя так потрясло?
- Любовь, конечно. Влюбился по уши в русскую студентку, которая для нашей группы переводила. Такое сильное чувство у обоих возникло, прямо как вспышка, потом три месяца переписывались, я всё надеялся, что смогу её в Штаты увезти, даже план «побега» через Польшу придумал. Только она отказалась, не смогла из советского плена вырваться.
- Ты мне раньше никогда об этом не рассказывал.
- А зачем? Это из прошлой жизни, тем более я полгода спустя вашу маму встретил, Джулию, она мне замечательных детей родила – тебя, Лизу, Аманду, мы тридцать пять лет душа в душу прожили. Так что я на судьбу не жалуюсь. Всё в результате счастливо сложилось, как мне Ника, так звали мою русскую возлюбленную, в прощальном письме пожелала. Я нашу с ней фотографию сохранил. Ты как сказал, что в Россию едешь, я свою поездку вспомнил, фотографию нашёл. Вот, посмотри.
- Симпатичная. И что, у тебя с ней реально что-то было?
- Да всё было, если ты о сексе. И знаешь что, эта русская была девственницей, представляешь? Единственной девственницей в моём сексуальном опыте, не очень обширном правда, но всё же. Повезло, можно сказать. Вот ты когда-нибудь спал с девственницей?
- Нет, можно сказать, мне повезло больше, потому что я избежал лишних трудностей.
Отец рассмеялся и они расстались.

 
- Дэвид, я всё закончила, можем уезжать. Ты что, не слышишь? Я тебя зову-зову, - Танин голос возвратил Дэвида в настоящее, оторвав от воспоминаний о разговоре с отцом.
– Что, правда похожа? – сказала Таня, застав Дэвида за разглядыванием фотографии в серебряной рамке, –это моя мама.
- Твою маму зовут Ника?
- Да, а ты откуда знаешь? – удивилась она.
- Ты знаешь, с кем она на этой фотографии?
- Ну да, это американский студент, кажется его звали Дэн, мама очень его любила. Конечно, до того, как замуж за моего отца вышла.
- Почему же она не уехала с этим американским студентом в США?
- Дэвид, о чём ты? Это же 1979 год, Советский Союз, какой замуж за американца.
- Но ты же говоришь, что она его сильно любила, почему не уехала?
- Ага, чтобы здесь её отца- генерала с работы выгнали? И вообще, что это тебя так история любви моей мамы интересует? – подозрительно посмотрела на Дэвида Таня.
- Потому что этот американский студент - мой отец. Дэниел Джонсон, а я его сын – Дэвид Джонсон.
- Не может быть, - от удивления Таня опустилась на диван.
- Ну да, не может быть, потому что этого не может быть никогда. Но факт есть факт: у моего отца дома точно такая же фотография, с подписью - To Danny with love. Forever yours Nika.
На мгновенье оба замолчали, изучающе глядя друг на друга. 
- Хорошо ещё, что ты мне не сводная сестра, - произнёс наконец Дэвид.  -  если тебе сейчас тридцать, значит ты через семь лет после отъезда моего отца родилась.
- Не тридцать, а двадцать девять. 
- Да какая разница!
- Большая. И вообще, ничего, что у моей мамы и твоего отца не было общего ребёнка, зато теперь будет общий внук. Или внучка, хотя мне почему-то кажется, что внук.
- Что?! Что ты имеешь в виду?
- Всё просто. Я беременна, уже четыре недели.
- Не может быть.
- Вот здесь как раз удивляться нечему. Очень даже может быть. Кто говорил: «Таня, зачем предохраняться, если мы оба ребёнка хотим»? Вот тебе пожалуйста и результат. Кстати, я вовсе не из вредности, а из-за беременности на Бали такая психованная была, и тошнота поэтому, никакое это не отравление, типично для женщины в моём положении.
- Всё как-то быстро очень, - Дэвид присел на диван рядом с Таней, не в силах прийти в себя от свалившихся на него новостей.
- Быстро? Дэвид, ты что не в курсе, что такие дела вообще за секунду случаются? Впрочем, если ты не рад, мне всё равно: я ребёнка давно хотела, сама воспитаю, не проблема.
- Таня, да ты что! Я очень, очень рад, просто сразу столько всего – и родители, и ребёнок. Извини. Конечно, я рад. Вот видишь, всё в полном соответствии с моим планом получилось: помнишь, как у нас в трёх пунктах прописано?
- Всё продолжаешь наши отношения пунктами мерять? А как же любовь? Вот скажи мне, только честно, ты меня хоть чуточку любишь? Или я для тебя просто инструмент для реализации твоего бизнес проекта под кодовым названием «семья»?
- Таня, ну я тебе поражаюсь. Русская, а настоящей любви не чувствуешь. Да я в тебя с самого начал влюбился, с самого первого дня, когда ты мне пуговицу оторвавшуюся на пиджак пришила. Просто тогда у тебя с Кириллом отношения были, такие страсти, переживания, а тут я со своей любовью. Ещё и деньгами чуть всё не испортил. Поэтому и бизнес проект этот придумал.
- Ну вот, хоть в любви признался наконец. А то я уже начала сомневаться. 
- Не нужно во мне сомневаться, я тебя очень, очень люблю. Только мне кажется не надо родителям сейчас ничего сообщать, ни о нас, ни о ребёнке. Не знаю, как твоя мама воспримет, а у моего отца точно инфаркт случится. У него сердце слабое.
- Не надо, так не надо, мы же их обоих скоро увидим. Ты говорил, что твой отец в Москву к тебе заедет? Вот пусть родители здесь и встретятся, на месте узнают какой их сюрприз ждёт. Получается они около сорока лет не виделись, вот интересно, узнают друг друга или нет?


   Важная беседа Ники с древним императором уже подходила к концу, как вдруг рядом послышалось чьё-то хриплое прерывистое дыхание. Ника в ту же секунду открыла глаза, мгновенно распознав признаки острой сердечной недостаточности, хорошо знакомые ей по болезни отца. Сидевший рядом седой мужчина судорожно шарил рукой в рюкзаке, безуспешно пытаясь что-то найти. На обветренном загорелом лице пятном выделялись посиневшие губы. «Сердце прихватило, а лекарство найти не может», - отметила про себя Ника и обратилась к мужчине на английском:
- Do you need help?
- Yes, can’t find my pills. They must be somewhere in the bag. Не могу найти свои таблетки, должно быть куда-то завалились в рюкзаке.
 «Судя по произношению, американец», - автоматически отметила про себя Ника и, взяв рюкзак из рук незнакомца, оперативно обнаружила затерявшийся пузырёк. Мужчина проглотил таблетки, лекарство подействовало довольно быстро, губы незнакомца порозовели, дыхание постепенно успокоилось. «Наверное, что-то типа нашего нитроглицерина», - отметила про себя Ника, не удержавшись от комментария вслух:
- Why have climbed this mountain? Вы зачем на гору полезли, если проблемы с сердцем?
- Да знаю я, что проблемы с сердцем. Я лекарство всегда с собой ношу, а тут завалилось куда-то, найти не мог, спасибо вам, помогли. А зачем в Павильон иллюзий поднялся? Очень нужно было с китайским императором поговорить, за сына попросить, он у меня особенный.
- Вы знаете эту китайскую легенду? И что, неужели верите?
- А почему нет? Вдруг поможет? Не зря же сюда толпы людей каждый день поднимаются.
- Да, не зря, - согласилась Ника и не в силах сдержать любопытства спросила:
- А что с сыном не так, если, конечно, не секрет?
- Да в целом всё хорошо, он взрослый уже, 35 лет, в профессии очень успешный, в разных странах работает, а семью до сих пор не завёл. Сейчас вроде как намечается, уже три года как с одной подругой (girl friend), но детей пока нет. Вот я и хотел попросить императора ему в личной жизни помочь.
- Понятно. – «Надо же, какие у всех в третьем возрасте просьбы похожие: всё о детях печёмся, о внуках мечтаем, а себе ничего. В разных странах живём, в разных культурах, а по сути своей одинаковые. Везде люди-человеки. Вот если бы там наверху политики об этом почаще задумывались». 
- Ну всё, пока-пока. Надеюсь император вашу просьбу услышит. А мне пора. И пожалуйста, спускайтесь осторожнее и больше не теряйте свои таблетки.
  С этими словами Ника поднялась со скамейки и, помахав седому американцу рукой, собралась уходить.
- Thank you, you are so kind.  And may the bird of paradise will follow you wherever you go, - сказал тот с улыбкой.
  Услышав «кодовую» фразу про райскую птичку, Ника застыла и внимательно посмотрела в серые глаза незнакомца. И как она сразу не узнала своего любимого? «Мы встретимся вновь сквозь года и пространства, и узнаем друг друга несмотря ни на что», - сказал он много лет назад, обнимая её в московском аэропорту. И пусть нет больше копны пшеничных волос, и пусть на лице морщинки, и на руках проступают вены, но глаза, глаза всё такого же удивительно чистого серого оттенка, и всё такая же чуть виноватая улыбка. У неё перехватило дыхание:
-  Дэн?!
- Что, не узнала меня? Нет больше пшеничной шевелюры, которая тебе так нравилась? Да, почти сорок лет прошло, точнее тридцать семь, от волос мало что осталось, поседел.  А я тебя сразу узнал, всё такая же стройная, лёгкая, красивая, моя Ника.
  Не раздумывая, Ника бросилась в объятия любимого и крепко прижалась к нему, почувствовав наконец настоящее, живое тепло, которое не исчезнет и не растворится как в том ужасном повторяющемся сне, который мучал её столько лет. После прощальных объятий-поцелуев в Шереметьево в далёком семьдесят девятом ей часто снилось, как будто они с Дэном бегут навстречу друг другу, она протягивает руки чтобы обнять его, но тот исчезает, растворяясь в серой пелене, а она остаётся одна под проливным дождём на скамейке в сквере возле Большого театра и плачет, плачет от отчаяния, понимая, что это всего лишь сон и надо проснуться, но никак не может открыть глаза.
- Дэн, Дэни, Дэничка, родной, как я рада, как же я рада.
  Если кто-то считает, что после стольких лет невозможно возвратить давно ушедшие чувства и ощущение родного тепла, то это не так, вернее не совсем так. По крайней мере по собственному опыту могу сказать, что человек, с которым вас связывали близкие отношения много лет назад, и после длительной разлуки всё равно оказывается гораздо роднее друзей и спутников, приобретённых позднее. Однажды случившаяся любовь никуда не уходит и очень быстро вспоминается, если, конечно, она была настоящей.
- Как ты, Дэни? У тебя всё хорошо? Про сына ты уже рассказал, а ещё дети есть?
- Ещё две дочери. Уже замужем, четверо внуков. В общем в семейной жизни я был счастлив, как ты мне и пожелала.
- Был? А почему был?
- Полгода назад жена умерла, один остался. Работаю в университете, часто езжу с лекциями по экономике в разные страны, вот сейчас китайцы пригласили. А как у тебя всё сложилось?
- У меня взрослая дочь, умница, красавица, правда ещё не замужем, поэтому внуков пока нет. Счастливый брак, который, к сожалению, закончился три года назад. 
- Закончился? Как закончился? Вы развелись?
- Нет, что ты, у меня муж очень хороший был, мы друг друга любили. Умер он, рядовая операция, но, к сожалению, никто не застрахован от врачебной ошибки. Сейчас тоже как ты в Китае с лекциями, русский язык и культура, в Пекинском университете международного сотрудничества. А ты в каком?
- Я в Пекинском государственном университете.
- Да, интересно у нас с тобой жизненные дорожки пересеклись: в начале пути, и почти что в самом конце. Встретились два одиноких профессора, российский и американский. И главное, где? Не в России, не в США, а в Китае, в Павильоне иллюзий.
- Да, выходит не зря я сюда карабкался. Кстати, а что ты попросила у императора?
- Ты знаешь, я шла с одной просьбой, о дочери, а китайский император выполнил совершенно другую, мою тайную мечту, которая я думала никогда уже не сбудется, а он взял и выполнил. Так что этот древний император гораздо мудрее нас, лучше людей их желания угадывает.
- Тогда летим в Москву вместе? Я домой через Москву возвращаюсь, у меня сейчас там сын работает. Ты меня со своей дочерью познакомишь, я тебя с сыном.
- Конечно, летим вместе.

   Ни Дэн с Никой, ни Дэвид с Таней, не подозревали КАКАЯ на самом деле их ожидает ВСТРЕЧА. И мы не будем вмешиваться, пусть всё случится так, как и должно произойти.


 
 

   
 


Рецензии
Читала с наслаждением, жаль только, что все закончилось.Очень уж понравились герои.))

Ирина Полонская   17.03.2019 19:23     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.