Ай-яй-яй

Не грустите, Антонина Сергеевна, если вдруг, случайно узнаете, что старый-старый друг вашего сына, парень как парень, видеться с которым сыну и вам не доводилось уже несколько лет, по трагическому стечению обстоятельств отправился в мир иной. Что совсем недавно, покинув веселую дружескую компанию, повстречал в темном переулке жадных до легких денег подростков и погиб. Погиб в неравной схватке, сражаясь за свой кошелек, честь и достоинство.

Не грустите, Антонина Сергеевна.

И после, Антонина Сергеевна, не падайте в обморок, если вдруг, сервируя стол для приглашенных на именины сына гостей, увидите несчастного стоящим в дверях вашей гостиной в костюме и при галстуке, улыбающегося... В общем, как живого.

Ведь бывает, что жёны пекутся о репутации мужей, как о своей собственной.

Вот и Светлана, супруга "покойного", не была исключением. Когда в тот злополучный вечер "погибший" вернулся домой без подаренной ему недавно весенней куртки и рассказал, как будучи сильно нетрезв прозевал ее, охлаждаясь в водах городского фонтана, она, Света, как и следовало ожидать, очень расстроилась: полгода назад — документы, недавно — деньги с ключами от квартиры, а теперь вот куртка. Ох-ох-ох. Допытливым родителям пришлось соврать, что возвращался домой с работы. Напали, мол. Пригрозили ножом и куртку пришлось отдать. Утверждать мужа как бездельника, пьяницу и остолопа в глазах папы с мамой очень не хотелось.

Ведь всяко бывает.

А бывает, растишь ребенка. Дочь. Вкладываешь в нее всю душу, все силы, жизнь за нее кладешь, а она, как будто лишь сама себе принадлежит, возьми да и выскочи за этого "простигосподи". Репутация родителей, светлый образ семьи для нее – это ж так, пшик. Только поэтому, из стыда мама Светы, когда в конце очередного трудового дня не осталось тем для разговоров с соседкой по рыночному прилавку, о случившейся с зятем оказии наврала так: шел, значит, домой с ночной; остановили семеро; отдавать не хотел и дрался, но силы были неравны; вдарили по голове чем-то тяжелым и сняли обнову с тела, пока сознание кружило где-то неподалеку.

И можно ее понять: "пригрозили и отдал" - как-то не солидно звучит, согласитесь.

Ну, а там...

От соседки по прилавку полетело к ее соседке по подъезду на лавочке, а от той к подруге, жене участкового в трамвае. И не обо всем, а так: в общих чертах и без подробностей — общественный транспорт – не очень удобное место для разговоров.

«Ай-яй-яй.» - нужно думать, сокрушалась в свою очередь про себя милиционерша.  – «Точно-точно. Он же, муж ее, буквально на днях дома по телефону со своими что-то такое обсуждал. Что парня какого-то избили, что избили до смерти. Во как! Значит, его! Феликса!»

 - Ну, Феликса! Вспомните! Он еще с сыном тети Тони дружил! - наседала она за обеденным кофе на Машку, Катьку и Ленку, роняя с губ крошки от печенья. - Ну а кого еще???!!

Вот так и бывает, Антонина Сергеевна.

Новость — какой-никакой, а все ж актив. Капиталец. Есть новости «так себе», на десять копеек – воробушки. А есть "на тыщу" – большие, жирные утки. Добудь такую, принеси в стаю, накорми изголодавшихся по живым эмоциям собратьев, и они отблагодарят: вниманием и почётом. Работает это даже в бурлящих событиями столицах, и уж конечно работает здесь, в нашем махоньком, постоянно не добирающем "калорий" городишке. Попробуй тут про "избили и обокрали" в себе удержать до полного прояснения обстоятельств. Вот и Ленка не справилась. Потому что человек. Потому, что животное социальное. Потому, что как все мы.

Так что, тёть Тонь, присядьте. Возьмите себя в руки, выпейте воды и отдышитесь. Не призрак и не приведение в предвкушении разглядывает угощения на праздничном столе вашем, а он, Феликс — живой и невредимый друг вашего сына.

Живой вопреки, так сказать. Возродившийся.