Z-day. 9 Грязные игры

Окрестности Эллисвилля, шт. Миссури.

Харви лениво покачивался в гамаке, сцепив пальцы на тощем животе, и наблюдал за крупной черной птицей. Ворон прыгал над влажными останками того, что когда-то было человеком. Он поднимал голову, раззевая длинный клюв, оглядывался вокруг так, словно боялся, что добычу отнимут, и выклевывал гнилое мясо с костей. Добравшись до перекошенного рта мертвеца, ворон присмотрелся к черному языку, попробовал на вкус глаз, затем просунул клюв в дырку над ухом. Йен прикончил зомби-торопыгу, увязавшегося за ним, прежде чем уйти на разведку, и тот лежал на обочине, а потом откуда-то возникла эта птица. "Когда все закончится, - думал Харви, не отрывая от нее взгляда. - Останутся только тараканы и воронье".
За прошедшие с начала зомби-апокалипсиса годы, мужчина повидал всякого. Стаи обратившихся бездомных псин, дохлых опоссумов, роющихся по привычке в мусорных баках, полчища зомби-птиц, способных стать серьезной проблемой, если застанут тебя на открытом пространстве. Но этот ворон без малейших признаков заражения жрал упокоенного с тем же успехом, с каким мог пировать на останках "здоровой" падали. Черные, как задница Сатаны, перья отливали синевой на солнце. Черт возьми, он клевал мозги.
С тех пор, как они покинули Фрифолк с его чокнутыми "обичалыми", прошло уже несколько недель. Ржавый рыдван, на который расщедрился Флинк, выпроваживая их, сдох в тот же день. Просто заглох посреди дороги. Техасец предпринимал попытки реанимировать развалину - пыхтя и чертыхаясь, колдовал над ним подручными инструментами. Кажется, он даже нашел причину поломки и обещал вставить Флинку выхлопную трупу в зад, но это не помогло. Синеватый пикап отказался восставать из мертвых. Тогда они разобрали сумки с вещами, оружие и двинулись вдоль трассы пешком. Кейлин по-прежнему не разговаривала с ними. Правда, оставаться одной ей хотелось еще меньше. Йен вслух сокрушался, что нет возможности перелить бензин - насчет полного бака чертов фрик не обманул.
Так, втроем, они продолжали идти, ориентируясь по солнцу и указателям. Останавливались на ночлег в разворованных придорожных мотелях, у наполовину пересохших ручьев и переполненных пластиковым мусором озер, спали под мостами и дорожными развязками, дежуря по очереди на случай нежданных гостей. Правда, исполнить желание и побриться им удалось в первом же пристанище.
Это была автозаправка с небольшим магазином и автоматами. Те, что в прежние времена плевали чипсами с шоколадными батончиками, были разбиты и выпотрошены. Зато автоматы с упаковками дорожного набора - крохотный тюбик зубной пасты, одноразовая бритва и складная зубная щетка - остались нетронутыми. Там же нашелся туалет, больше похожий на коридор из писсуаров и умывальников, где они привели себя в порядок и вернули лицам человеческий вид. Остальное, опустошив автоматы, растолкали по сумкам и карманам. С иной добычей в тот раз не свезло - ложились спать с пустым желудком.
Все время в пути Йен не терял надежду, что отыщет машину на ходу. Каждый из них давно выбился из сил. Запасы патронов подходили к концу, расходуясь на встречных, далеко не дружелюбных трупоходов. Выжившие уже долгое время не встречались. А потом они оказались здесь - в домике для скаутов на окраине Эллисвилля. Конечно, для начала техасец с азиаткой расчистили место от оживившихся парней. Зомби в рубашках и шортах песочного цвета с нашивками за их прежние бойскаутские заслуги, стекались как мухи на дерьмо, быстро окружая их. И пока Харви заставлял их стоять на месте, эти двое быстро и методично упокоили всех. Уже после, когда все закончилось, мужчина насчитал не меньше дюжины трупов - бывшие ученики средней школы, почти еще дети, и пара взрослых. Мужчина утешал себя мыслью о том, что они были угрозой для его друзей. И все же не мог не думать о том, что стал соучастником массовой бойни.
От созерцания ворона и его "шведского стола" Харви отвлек едва различимый шум шагов со стороны деревьев. Дом скаутов, как ему и полагалось, находился на лоне природы. Неподалеку протекал ручей, который чуть глубже в дебри превращался в освежающий водопад. Под ним можно было принимать бодрящий душ или стирать белье, или совмещать то и другое, становясь под потоки воды прямо в одежде.
Мужчина повернул голову на шум и, обнаружив приближавшегося к веранде парня, успокоился. С тех пор, как они заняли этот дом, к ним забредали только редкие трупоходы, вроде того, что кормил собой птицу.
- Боже, ну и вонища, - пробормотал Йен, поднимаясь по ступенькам. - Нужно перетащить его к остальным.
Ворон, расправив крылья, вспорхнул вверх. Сел на землю в четырех-пяти ярдах от брошенного пиршества и продолжал косить глазом, будто боялся оставить без присмотра.
- Ты не задумывался над тем, что у падальщиков мог возникнуть иммунитет к этой дряни? - спросил Харви, покачиваясь в растянутом под потолком гамаке. - Долбанная птица жрала его у меня на глазах. Может, это эволюция?
- Тупая птица, - бросил техасец, стаскивая с себя забитый доверху рюкзак. - Представь себя на ее месте. Ты жрешь падаль, но вот беда, если тебя не убивает трупный яд, это еще не значит, что не прикончит зомби-вирус. Ставлю десятку, еще не стемнеет, как ворон закаркает на другой лад.
Мужчина хмыкнул, с интересом поглядывая на брошенный рюкзак. Йен каждый день уходил на разведку, шатался по округе, делая вылазки в пустующие окраины Эллисвилля. Первое время Харви отправлялся вместе с ним, но вид заброшенного города и встречи с мертвяками, которых техасец косил без особой жалости (да и с чего бы ей взяться), навевали на него тоску.
- На плитку шоколада я бы поспорил. Что принес, кормилец? - он, наконец, свесил ноги и спрыгнул, гулко стукнув ботинками по дощатому полу.
- А, ничего стоящего, - отмахнулся Йен, прильнув губами к бутылке с водой. - Пара банок бобов, заплесневевшие сухари с крекерами, - начал он перечислять.
- Мм, пенициллин, - одобряюще кивнул Харви, сев на корточки, и принялся копаться в недрах рюкзака. - Мой любимый.
- Фонарики с батарейками. Не уверен, правда, что все рабочие. Бинты, несколько упаковок пластырей, сухие спички, тампоны...
- Тампоны? - он приподнял бровь, озорно покосившись на техасца. - Да ты прям герой-любовник. Напомни, когда вы с Кейлин перешли к этой стадии отношений?
Харви откровенно издевался, надеясь увидеть искорки гнева в голубых глазах Йена, но тот давно перестал резко реагировать на его шутки. И этот раз не стал исключением.
- Их можно использовать для растопки или остановки кровотечения, если кого-нибудь из нас ранят, - пояснил Йен. - И да, среди нас есть женщина, дубина. Кстати, где она?
- А я почем знаю? Она передо мной не отчитывается, - пожал плечами Харви.
И это было чистой правдой. Кейлин уходила и приходила. Да, она отвечала, если ей задавали вопрос, или когда ей было нужно что-то попросить, но в основном азиатка продолжала держаться особняком, игнорируя любые попытки восстановить общение.
Пока Йен что-то обдумывал, уперев руки в бока и глядя вдаль, где продолжал маячить живой ворон, Харви вскрыл упаковку крекеров. Как и обещал техасец, они горчили на вкус, обогащая организм полезным грибком, да и выглядели не лучшим образом. Но все полезней, чем никакой еды.
- Я видел людей, - пробормотал Йен, переведя задумчивый взгляд на мужчину.
Тот невольно закашлял, поперхнувшись крошками.
- Ты видел людей, - повторил Харви, когда, наконец, прочистил горло. - Ты видел людей и...?
Парень переступил с ноги на ногу и несколько томительных секунд изучал свои ботинки. Он что-то обдумывал. Мужчина провел достаточно времени рядом, чтобы узнать это по жестам и позе попутчика.
- Господи, да не томи уже! Что там с этими людьми?
- Я уже собирался в обратный путь. Задержался, чтобы немного передохнуть, ну и отлить, а потом услышал шум мотора. Затаился, стал слушать. Мимо меня проехал внедорожник, остановился в паре домов. У них там убежище вроде нашего, Харви.
- Ты же говорил, город пуст?
- Я тоже так думал. Эти люди, кажется, они приехали совсем недавно. Я насчитал пятерых, пока торчал там. У них одна машина, есть оружие и патроны, насчет еды не уверен. Но патроны и машина, Харви, - он смотрел на него, словно искал поддержку. - Просиживая штаны и нарезая круги по округе, мы ни черта не найдем. Здесь все давно растащили. Это сраное болото, в котором мы скорее сдохнем от голода, если не начнем жрать кору с деревьев.
- Ты предлагаешь их ограбить, - пробормотал мужчина, ткнув в Йена крекером, и усмехнулся. - Слова не мальчика, но мужа. Браво, приятель!
- Я сыт по горло всем тем дерьмом, - тряхнул тот головой. - Если у нас есть хоть малейший шанс прорваться в Сент-Луис, а не торчать в этой глуши день за днем, я готов его использовать. Если ты прав и там действительно крупное поселение, мы рискнем, - улыбка сползла с лица Харви. - Но соваться туда с голой задницей я не собираюсь. Нам нужны патроны и машина. И мы их достанем.
- Так. И каков план?
- Я думаю, - Йен потер переносицу, почесал пятерней затылок, прохаживаясь по веранде.
- Пятеро вооруженных парней против нас двоих плюс молчаливая китаянка, которую вечно где-то носит, - пробормотал мужчина, оставив упаковку с печеньем, оно больше не лезло в горло. - Расклад не в нашу пользу. Может, стоит с ними подружиться? Вроде как влиться в их банду, присмотреться к обстановке, ну знаешь, как если бы мы работали под прикрытием.
- Они тебе не понравятся, - бросил техасец.
- Это почему?
- Они стреляют в зомби.
- Ты тоже.
- Они... Черт, Харви, они используют их как мишени в тире. Обездвиженные мишени, понимаешь?
Улыбка сползла с лица Харви так же резко, как улетучился его оптимистичный настрой.
- Ясно, - процедил он, представив себе эту картину. - Давай ограбим этих ублюдков.
- Вот именно. А пока мне нужно немного вздремнуть и продумать план.
Сказав так, Йен скрылся за дверью, а Харви, вспомнив про еще одного молчаливого участника их беседы, оглядел двор перед домом. Ворон исчез. А вот труп продолжал лежать там, где его оставили, напоминая о себе смрадом разложения.
Пожалуй, техасец прав. Лучше перетащить его к остальным в овраг - туда, где лежали упокоенные бойскауты - и закидать землей. Это прибьет вонь.

Офис "Зет Индастрис" Нью-Сент-Луис.

Личные апартаменты Мэган Дортвич, находившиеся на верхнем этаже здания, были залиты солнечным светом. Она открыла глаза, убрав с лица прядь каштановых волос, и перевернулась на спину. Утро сложно было назвать добрым. К сверлящей боли в виске прибавились воспоминания о вчерашнем вечере. "Не стоило мешать кокс с алкоголем", - подумала молодая женщина, обнаружив рядом все еще спящего мужчину. Скользнув взглядом по светлой макушке, обнаженным плечам и крепким ягодицам, она признала, что тот был весьма хорош. И все же не стоило тащить в постель первого встречного солдата.
Мэган не планировала торчать в этом месте так долго. Здесь хватало других управленцев, способных решать основные задачи корпорации, на которую она работала. Но все, что касалось Джека Харви, этого невероятного мутанта с его способностью контролировать разум людей и зомби - все это было ее работой. Ее сверхзадачей, требующей скорейшего разрешения.
Никто другой не имел на него прав, и пока она сидела в этом чертовом бастионе, надежды заполучить его таяли одна за другой. Смириться с тем, что она просчиталась, отправив за ним сперва охотника за головами, а следом компанию металлистов, было мало. Нужно было выработать стратегию лучше той, что заключалась в бездейственном ожидании. Все попытки отыскать следы мутанта до сих пор не увенчались успехом. Охотник был мертв. Следы Боско и его сподручных терялись неподалеку от кровавой бойни, где нашли людей Черной Барракуды. Пара десятков упокоенных мексиканцев, работавших на Карлоса Дельканто, заправлявшего на севере штата, служили доказательством того, что у того были свои планы на мутанта.
Одно было ясно. Джек Харви не достался мексиканцам, а значит, не мог вечно оставаться невидимкой для ее соглядатаев.
Стараясь отмахнуться от мрачных мыслей, женщина поднялась с постели и, накинув шелковый халат на обнаженное тело, направилась к бару. Зашевелился, проснувшись, светловолосый мужчина.
- Скажи, пожалуйста, какого дьявола ты все еще здесь? - спросила она, откупоривая бутылку кальвадоса и наполняя стакан.
Утреннему гостю Мэг наливать не собиралась, надеясь, что тот оставит ее как можно скорее.
- Наверное, рассчитывал на утренний секс, - произнес он, подоткнув под себя подушку и небрежно накинув на середину крепкого тела простыню. - Он точно рассчитывал, - усмехнулся парень, намекая на эрекцию и продолжение вчерашней ночи.
Мэг пригубила немного, поставила стакан, катая бренди на языке и разглядывая любовника. Голубые глаза, аккуратный подбородок, маленькие уши и тонкие сжатые губы, словно у ребенка, которому не досталось игрушки. Определенно, в ее вкусе, но она и без того достаточно позволила себе отвлечься, чтобы продолжать кувыркаться, пока карьера находится под угрозой.
- Что ж, у меня для вас обоих плохие новости. Собирай вещи и выметайся. Мне нужно работать.
- Вчера ты так не говорила, - хмыкнул парень, но все же поднялся с кровати.
Он намеренно не спешил, собирая одежду, разбросанную по ковру, чем начинал действовать ей на нервы.
- Считай, что вчера у меня был выходной. Или как вы это называете.
Потягивая бренди у бара, Мэг думала только о том, как решить насущные проблемы раньше, чем о них узнают в головном центре.
- Мы, - бросил гость, застегивая ремень на камуфляжных штанах и натягивая черную футболку. - В следующий раз, если захочешь продолжить...
- Дверь там, - она указала стаканом на выход, одарив его взглядом, исключающим возможность другой встречи.
- Мы, - повторил он, на этот раз не менее презрительно, чем она сама, и ткнул в нее пальцем. - Знаешь, что я думаю? Ты забываешься, потому что считаешь, что у тебя есть все. Можешь и дальше вести себя, как богатая сука, но этой ночью я не заметил никакой разницы между тобой и какой-нибудь шлюхой, отсасывающей за пару колес окси.
Прежде чем хлопнуть дверью, он показал средний палец и еще раз назвал сукой. Мэг пожалела, что не спросила имени. Что ж, придется навести справки.
Обычно они не спорили. Подбирали одежду и тенью выскальзывали через задний ход. Дортвич знала, какие слухи ходили о ней в штаб-квартире "Зет Индастрис". Что-то из них было правдой, что-то приукрашивали в свойственной им манере научные сотрудники и обслуживающий персонал. Так или иначе, с ней считались. Ее боялись вывести из себя. Этот парень был хорош собой, но, безусловно, туп даже для военного.
В виске все еще сверлило, но боль начала утихать. Убрав пустой стакан вместе с бутылкой бренди в бар, Мэг направилась в гардеробную. Ее уязвленное эго может подождать, а работа нет. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы терять драгоценное время.


Окрестности Эллисвилля. Бывшее жилище бойскаутов

Кейлин вернулась вслед за Митчеллом. Харви знал, что она тоже таскает из города вещи, но в отличие от парня делилась неохотно. И то, по большей части потому, что на том настоял сам Йен. Бросив презрительный взгляд в сторону мужчины, она миновала труп, лестницу и, не говоря ни слова, скрылась в глубине дома. Харви отметил, что китаянка разжилась вязаной шапкой и теперь вместе с легкой курткой, короткими шортами поверх плотных бордовых колгот, и ботинками на прорезиненной подошве, казалась похожей на студентку.
Не то, чтобы мужчина не пытался поговорить с Кейлин, извиниться. Ну, может, недостаточно искренне. В конце концов, он ведь не сделал ничего такого. А вот ее вечно недовольное лицо набивало оскомину.
Сунув вскрытую упаковку крекеров обратно в рюкзак, Харви перебросил обе лямки через плечо и вошел в дом. Мысли помимо воли возвращались к Дакоте с Чарли. Хотелось бы знать, как они там. Несмотря на извечный скептицизм и взятое за основу правило "не привязываться ни к кому", мужчина скучал по ним. Не только по искренней улыбке рисковой блондинки, но и, к удивлению для самого себя, по сдержанному здравомыслию краснокожего друга. Его долгое путешествие приближалось к опасной черте. Что бы ни ждало в Сент-Луисе, одно было ясно - молчание в эфире плохой знак для девочки по имени Мария.
У него было время, чтобы все обдумать.
Раз уж необычный ребенок посылал ему телепатический сигнал о помощи, а после просто исчез, то, возможно, спасать уже просто некого. Да и, если отбросить другие, вертевшиеся в голове тревожные мысли, Харви понятия не имел, как он должен помочь ребенку, который еще пешком под стол ходил. В те краткие сеансы связи Мария говорила об угрожавшей ей женщине. И русский, обездвиживший его на брошенном складе, утверждал, что его наняла женщина. И чокнутый Флинк в палатке Вольной стаи. Мэган Дортвич. Вот кто мог ждать их в Сент-Луисе вместе со свитой ученых-садистов и вооруженной охраны. Поэтому мужчина всерьез опасался, что они держат путь в логово зверя, но, несмотря на это, не мог не думать о том, что в этом богом забытом месте ему предстоит провести еще одну неделю. При всем признании матушке-природе за ее дары Харви был горожанином до мозга костей и скучал по бетонно-кирпичному ландшафту.
Оставалось надеяться, что Чарли с Дакотой будут в безопасности.
Бросив рюкзак в гостиной, мужчина прошел, минуя лестницу, в свою комнату. У дома был один этаж, если не считать светлую мансарду под потолком, и просторный подвал, в котором стояла пара стиральных машин, рыболовные и охотничьи снасти, сложенные в аккуратные стопки гамаки, палатки и прочая скаутская ерунда, которая может пригодиться в походе. Кейлин занимала мансарду, а Харви с Йеном поделили комнаты, в которых до апокалипсиса размещались старшие скауты. Были еще общие помещения, где стояли рядами двухъярусные кровати, словно в казарме, но они продолжали пустовать.
В доме было куда теплей, чем на улице, хотя температура до сих пор редко опускалась до отметки ниже нуля. Мужчина стащил с себя куртку, кинул ее на незаправленную постель, размял пальцами шею. На какой бы то ни было массаж рассчитывать не приходилось, не говоря уже о хорошем. А он бы не помешал.
Кудряшка придумает, как им обнести новых "соседей". С машиной на ходу и оружием у них будет куда больше шансов. "Вдвоем против всего мира" - усмехнулся про себя Харви. Или втроем, если Кейлин передумает, но он на нее не рассчитывал. Достаточно и того, что парень был на его стороне. Вот только останется ли он на ней, когда узнает всю правду?
Оперевшись руками о край старого трюмо, Харви вперился в отражение. На него глядел хмурый серокожий мужчина с радужками глаз, больше похожими на отпечаток грязной губки, наложенный на обычный для них рисунок. Старая кожа сошла с лица еще по дороге к Эллисвиллю. Под ней оказалась новая. На ощупь она не отличалась от прежней, и все же насыщенный серый пугал мужчину не меньше того, что кожа продолжала слезать пластами. Словно он проторчал под палящим солнцем дольше, чем нужно. Однажды на месте выпавших коренных зубов Харви нащупал языком другие. После этого он еще сутки молчал, чем немало удивил Йена. Вряд ли он смог бы сказать, что вогнало его в ступор - сам факт, что зубы растут, или что они кажутся куда острее, чем были.
Что если однажды ему захочется мозгов?
Словно ища опровержение своим мыслям, Харви резко отшатнулся от зеркала и задрал рубашку до груди. Старые шрамы - те, что достались ему от мертвяков в захваченной передвижной лаборатории, долгое время зудели, словно прошло не несколько лет, а несколько дней, максимум недель с момента укусов - превратились теперь в плотную корку и бугрились словно панцирь. Стараясь подавить отвращение вперемешку с паникой, мужчина стащил рубашку через верх, затем так же спешно скинул штаны и, отодвинув их ногами, принялся стягивать с тощей задницы черные трусы-боксеры. Зеркало было достаточно большим, чтобы он мог видеть себя в полный рост. Все это время в пути он продолжал меняться. Лицо и шея, руки по локоть и ноги до середины голеней - он уже почти свыкся с тем, что они контрастируют с остальными частями тела. Йен и Кейлин знали его секрет. Они свыклись или скорее не показывали вида, что это их как-то волнует. Но потянув за край кожи на животе, там, где находился след одного из укусов, Харви понял, что вместе с ним тянется приличный пласт. Сухой, как старые, отстающие от стен обои. Медленно отодрав его, мужчина с трудом подавил приступ тошноты.
Он больше не мог ждать. Покончить со всем здесь - вот что казалось сейчас единственно верным решением.

Наконец, бросив последний клочок кожи на старый, родом из восьмидесятых, ковер, Харви отошел назад и еще раз оглядел себя. Пульс и дыхание постепенно приходили в норму. Панический страх отступал. Что ж, теперь ему совершенно точно не нужен солярий и солнечные ванны. Как и ровный загар в целом. Шрамы никуда не делись, но они больше не казались воспаленными, словно его тело все это время претерпевало изменения, а теперь это закончилось. Внезапная мысль о том, что в черно-белом кино Харви мог бы сойти за черного парня, заставила его улыбнуться.
Может, все не так плохо, как он того боялся?
Новые зубы... Новая внешность. Новая жизнь? Мужчина оценивающе глядел в отражение, подпирая бока руками, когда раздался деликатный кашель за спиной.
- Черт, Харви. Ты мог бы закрывать дверь, когда оголяешься?! - сказал техасец, стараясь глядеть в сторону.
- А ты мог бы не вваливаться ко мне в комнату без стука? - бросил Харви и нагнулся за трусами, чтобы прикрыться ими - Я, между прочим, не голый, - добавил он. - На мне носки.
- Я не хочу знать, что ты тут делал. Просто... - парень ткнул пальцем в сторону кучи ношенного эпидермиса. - Просто убери это. Потом мы ждем тебя внизу.
- У нас есть план? - приподнял бровь мужчина.
- У нас есть план, - кивнул Йен. - Подробности позже.
Пожав плечами и неловко махнув рукой, он скрылся за дверью. А Харви принялся одеваться, испытывая облегчение. День за днем, неделя за неделей не происходило ровным счетом ничего. И это сводило Харви с ума, как и то, что с ним происходило. Он готов был двигаться дальше.

- Ты предлагаешь ограбить шайку вооруженных мародеров, использующих зомби в качестве мишени. Я все правильно поняла? - повторила Кейлин.
Сидя напротив мужчин, она переводила полный сомнения взгляд с одного на другого и вся ее поза говорила о том, что девушка не заинтересована в сотрудничестве.
- У него есть план, - жизнерадостно добавил Харви и повернулся к техасцу в поисках поддержки. - Ведь так, да?
- С учетом того, что патронов у нас нет, а их почти вдвое больше, шансов, что мы сможем провернуть это грубой силой... мало. И я надеюсь обойтись без кровопролития, - говорил тот, бессильно свесив руки на колени. - Все-таки они люди.
Харви едва открыл рот, чтобы напомнить о зомби-мишенях, но передумал. Упоминания Кейлин об этом достаточно. К тому же он сам слышал об этом лишь благодаря рассказу техасца и понятия не имел, какие еще секреты могли хранить новые поселенцы Эллисвилля.
- Нет никакого смысла торчать здесь до самых холодов. Мы близки к цели. И все, что нужно сейчас - это достать колеса и стволы, - продолжал Йен.
Кейлин хмыкнула, откинулась на спинку кресла.
- Разве ты не хотела от нас избавиться? В крупном поселении выживших у тебя будет куда больше шансов сделать это. И не попасть в переделку. Продолжая торчать в этой глуши, мы рискуем застрять надолго без еды, средства передвижения, патронов. В полной жопе... И ты вместе с нами.
- Не зомби, так очередной притон, где будут рады новому мясу, - пожал плечами Харви, намекая на ее прошлую работу.
- Ты имеешь право злиться на него, на меня, но сейчас мне нужна твоя помощь. Чтобы добраться в Сент-Луис. Чтобы, черт возьми, не волноваться, что ты снова окажешься в месте, вроде того, откуда сбежала. Мне нужны вы оба, - парень перевел взгляд с девушки на Харви.
- Что?! Я не меньше твоего хочу убраться отсюда.
- Ладно, - выдохнула Кейлин. - Какой у тебя план?
- Прежде всего, нам нужно найти что-то, что можно использовать как оружие. На случай, если план не сработает. На окраине города есть строительный супермаркет. Если повезет, и его не разграбили подчистую, стоит поискать там. Молотки, гвоздометы. Все лучше, чем идти с пустыми руками. Понаблюдаем со стороны. Убедимся, что больше никого нет. Я насчитал пятерых, но кто знает. Потом пойдем к ним.
- Что, просто войдем, скажем "привет, нам нужна ваша одежда"? - не удержался Харви.
Техасец не изменился в лице, и он вынужден был признать, что шутка не взлетела.
- Представимся торговцами. Ты расскажешь историю о том, как у нас отобрали тачку вместе со всем добром или что-то в таком духе.
- Я? - поднял бровь Харви.
- У тебя лучше выходит вешать лапшу на уши. Правда, можно сказать, что она заглохла посреди дороги. Даже врать не придется. Ты будешь вроде как менеджером, а я отвечать за охрану. Когда окажемся в доме, понадобится твоя зомби-вудуистика. Если мы хотим, чтобы все прошло гладко и без трупов, самый лучший вариант - заставить их делать то, что мы хотим. Что ты хочешь, - последние слова парень произнес не делая пауз, как будто боялся передумать.
Теперь пришел черед Харви удивляться. Йен предлагал ему подчинить волю других людей. Не то, чтобы он сам не задумывался, как может это использовать, но слышать об этом от Митчелла было, по меньшей мере, неожиданно.
- Ага. Вот значит как. И что ты предлагаешь? Укусить каждого по очереди? Или ограничиться французским поцелуем?
- Не знаю. Ты мне скажи, как лучше? - парень стушевался, он не был готов обсуждать такие детали. - Ты ведь можешь это сделать?
- Чисто теоретически, - мужчина задумывался, прикидывая, каковы шансы того, что все пятеро сложат оружие по его приказу. - Я, знаешь ли, не тренирую свои джедайские навыки в свободное время.
Пятеро. А если их окажется больше? К тому же он понятия не имел, получится ли проделать это с несколькими людьми одновременно. Пока мужчина чесал шею, размышляя над планом Йена, Кейлин встала из-за стола и, не говоря ни слова, застучала ботинками по лестнице. Харви уже решил, что та слилась, не утруждая себя объяснением вроде "ваш план - дерьмо". Но азиатка поднялась в свою комнату и, не задерживаясь внутри, направилась обратно.
- Нужно заставить их сложить оружие и не двигаться, пока мы не сядем в машину, - продолжал, не обращая внимания, Йен. - В прошлый раз ты заставил женщину стрелять в людей. Сможешь?
- Мне нужно... не знаю, потренироваться на синхронном управлении людьми что ли, - всплеснул руками Харви. - Это тебе не битой махать, резвый ты наш баттер.
Возникшая рядом Кейлин поставила на стол бутылку красного вина с потекшей надписью на этикетке и сразу перешла к делу:
- Эта твоя вудуистика будет действовать в алкоголе?
Мужчина кивнул.
- Отлично. Плюнешь сюда, потом разопьем вместе с ними, - сказала девушка, с сожалением глядя на бутылку. - Надеялась отпраздновать день, когда избавлюсь от вас, но...
- Харви нужно будет провести эксперимент, - пробормотал техасец, потирая брови.
- Да ясно уж. Торчать тут точно нет никакого смысла. Так мы хотя бы попытаемся.
- Эй, кудряшка, если мы торговцы... А чем мы торгуем? У нас же нет ничего ценного, - вспомнил мужчина.
Наступила пауза. Он мог поклясться, что Йен провалится сквозь землю, лишь бы не произносить этого вслух. Покачав головой, словно ей приходилось общаться с умственно-отсталыми, Кейлин сказала:
- Господи! Да меня он хочет продать. Сдать в аренду на час. А вы двое мои сутенеры. Сперва думала, что это ты, Харви, мудак. Но теперь не сомневаюсь. Вы стоите друг друга.
- Тебе нужно будет потянуть время и только, - попытался оправдаться техасец.
- Да уж, как будто у меня есть выбор. Надеюсь, твой план сработает.
- Должен сработать, - пообещал Йен.
Он встал, протянув руку над столом, и девушка, не задумываясь, сжала ее в ответ. Они намеревались ограбить других людей и от того, как все пройдет, зависели их жизни. Но кроме этого, техасец готов был перейти черту, отделявшую его от тех, кого парень прежде презирал.
- Мне начинать беспокоиться, что в вас вселились призраки бойскаутов или еще рано? - скептически хмыкнул Харви. - Эй, а на меня-то что смотрите? Я этого не сделаю!
Йен ожидающе буравил его взглядом, пока не рассмеялся.
- Брось, Харви. Что тебе стоит? - сказал он, кивнув на сцепленные руки, его и Кейлин.
- Давай, примирительный жест, - пробормотала та.
Пусть это и сложно было объяснить, пока парень был мрачнее тучи, Харви и сам сомневался, что их затея выгорит. Йен редко улыбался, куда чаще он был сосредоточен внутренне и внешне на решении проблем, выстраивании маршрута, поиске припасов. И, несмотря на то, что в разное время тот обещал его убить и даже порывался пересчитать кости, где-то в глубине души Харви понимал, что успел привязаться к нему тоже.
- А, черт с вами, - он положил серую пятерню с грязной каймой под ногтями поверх узкой ладошки Кейлин и мозолистой руки техасца. - Только никаких пафосных фраз и обещаний. Ясно?

Автомагистраль I-70. Заброшенная стоянка подержанных автомобилей.

"Бьюик Ривьера", потерявший часть своего лоска после встречи со шрапнелью из бывшего частного склада, был припаркован между проржавевшим насквозь пикапом и "Фордом Фиеста" со снятыми колесами. Сверху, чтобы не привлекать внимание случайных гостей, Дакота накинула тент. Так он почти не выделялся на фоне других машин. Брошенные, не дождавшиеся ремонта, с глубокими вмятинами на кабинах, со снятыми аккумуляторами и зияющими дырами на местах дверей, с покрышками и без, и на вид почти целехонькие, но медленно врастающие в землю - все они медленно ржавели под открытым небом. Все, что можно было отсюда вывезти, уже вывезли. Ди не удалось найти тачку на ходу или бак, из которого можно было бы слить бензина. Правда, чтобы обойти их все, потребовалось бы куда больше времени, а ей не хотелось убивать на это весь день.
- По статистике, 45% от общего числа скелетных повреждений приходится на переломы нижних конечностей. Чаще переломы являются следствием несчастных случаев, например, падений на скользкой поверхности. Второе и третье места занимают переломы ног из-за дорожных происшествий и падений с высоты. Помимо прочего, причиной травмы могут быть криминальные инциденты, производственные и природные катастрофы, - читала блондинка, полулежа на капоте универсала с журналом в руках. - Интересно, спасение в машине от зомби и взрыва это производственный или криминальный инцидент?
Кёртис продолжал работать ножовкой, фиксируя в специальном зажиме по очереди стальные трубы и листы металла. Рядом на столе лежали гайки с болтами разных диаметров, газовая горелка и железная маска для сварки.
- Это можно назвать "Нильсон, херов ты мудак". И много других слов, которые я припас для личной встречи, - мрачно усмехнулся Кёртис, отложив ножовку, и сдул с очередной распиленной надвое трубки металлическую стружку.
- Думаешь, это он все подстроил? - Дакота села, скрестив ноги. - Нильсон мне сразу показался скользким, но то дерьмо, что там творилось...
- Насчет взрыва я уверен. Этот кондом хотел прикрыть задницу, отвлечь внимание от себя. Не удивлюсь, если ему удалось свалить, прежде чем спохватились фараоны, - пожал он плечами.
Ди с интересом наблюдала за тем, как он возится с инструментами, складывает детали на стол из темного дерева с облезшей по краям краской. Практически все, что понадобилось Кёртису, они нашли на месте. Просторный гараж, больше похожий на ангар для частного самолета, в котором стояли не дождавшиеся своего ремонта автомобили, располагал всем необходимым. Тут были инструменты и участок в углу здания для работы с мелкими деталями, разборки и сборки двигателей и еще черт знает чего, в чем блондинка не очень-то разбиралась. Тот, кто владел этим местом прежде, уехал или, что вероятней, обратился в зомби. Гараж располагался рядом с двухэтажным домом и небольшой пристройкой, в которой прежде хранился садовый инвентарь. Спустя годы зомби-апокалипсиса для того, чтобы найти что-то нетронутое мародерами, нужно сильно постараться. Получив от мужчины подробный перечень того, что может понадобиться, Ди прочесала дом, пристройку и, конечно же, сам гараж. Куда сложнее, казалось, отыскать инвалидную коляску, но и с этим она справилась, покружив на "Бьюике" по округе.
Теперь блондинке приходилось слоняться без дела, отбивая нервную дробь пальцами и надеясь, что они в скором времени продолжат путь. Ей хотелось поскорей добраться в Сент-Луис. Опередить парней, прежде чем станет слишком поздно.
- Вот так, - пробормотал Кёртис, осматривая напиленные заготовки. - Осталось утяжелить кресло сзади, приварить туда двигатель, подвести ручки управления на подлокотники и протестировать. Больших скоростей не выжмешь, да, думаю, и не стоит, но уж лучше этого дерьма, - он бросил взгляд на прислоненный к другому автомобилю самодельный костыль из двух тонких стволов дерева, связанных между собой веревкой.
- Не перестаю удивляться твоим скрытым талантам. Где ты вообще всему этому научился?
- Смотрел в свободные часы подписки на ютубе. На зоне развлечений не так много, - сказал он в своей обычной манере, серьезно глядя в глаза блондинке.
- Оу, - выдохнула Ди.
- Шучу, - усмехнулся Кёртис, подхватив колесо от продуктовой тележки, и крутанул его, держа за ось. - В тюрьме доступ в интернет сильно ограничен, зато есть масса других способов саморазвития.
Дакота до сих пор не понимала, когда новый попутчик говорил правду, а когда откровенно смеялся над ней. Он словно прощупывал почву, выясняя предел ее терпения и продолжая сохранять дистанцию, хотя девушка не видела в этом никакого смысла. Разве что ему действительно нравилось ее дразнить и ставить в тупик своей отстраненностью.
- Ладно, я поняла, - она соскользнула с капота, чтобы добраться до бутылки с водой. - С этой штукой у тебя будет больше шансов выжить.
- Зомби-апокалипсис не знает жалости к калекам. А я не собираюсь давать ему фору, чтобы прикончить меня в следующей передряге, - пояснил мужчина.
Морщась, он выставил из-за стола ногу в самодельном фиксаторе из деревяшек и разорванной на части рубашки, постучал по бедру.
- С этим у меня не так много шансов удрать от стаи разъяренных зомби. Про людей молчу.
- Ну, не все люди стреляют в других людей, - сказала Дакота, скорее для поддержания беседы, чем в качестве весомого довода.
- Ага. Но мы собрались сунуть руку в осиное гнездо, верно? Раз уж у меня все равно нет выбора, я предпочитаю встретить смерть во всеоружии, а не волочиться на трех ногах. И я не представляю, чего можно ждать от твоих дружков.
Утолив жажду, блондинка бросила бутылку мужчине. Пока он пил, она старалась не думать о том, что, возможно, совершает самую большую ошибку в своей жизни.
- Кёртис?
- Мм?
- Ты действительно поедешь со мной в Сент-Луис? И не вынашиваешь какой-нибудь хитрый план, как обставить меня, вернуть себе тачку и умчать куда подальше от спасательных миссий и прочего альтруистского дерьма?
Мужчина продолжал сидеть на викодине, передвигался, опираясь на костыль, и частенько проклинал Нильсона вместе со "сраным Хаксвиллем", добираясь самостоятельно до обочины, чтобы отлить, и обратно. Ди могла представить, насколько ему ненавистно состояние, в котором нельзя пройти и пары шагов без того, чтобы сломанная нога не дала о себе знать. Но когда у него появится легкая в управлении коляска, а боль пройдет, со здоровой правой ногой он вполне сможет управлять "Бьюиком" без ее помощи.
- Умница, Дакота Уилсон, - произнес Кёртис, явно довольный, что подобная мысль пришла ей в голову. - Ты, наконец-то, начинаешь понимать что к чему-то. Не стоит доверять никому кроме себя или прощайся с головой. В лучшем случае, конечно же.
- А в худшем стану топливом для тачки?
Мужчина рассмеялся, отложив в сторону колесо.
- Я бы не стал так использовать твое тело, - произнес он уже серьезнее. - А другая подобная машина вряд ли найдется в округе, так что мы этого не узнаем.
- Я серьезно. Ты не ответил на мой вопрос. Зачем тебе на самом деле поддерживать эту затею?
Взгляд Кёртиса на какой-то миг потух, словно он ушел в себя. Дакоте показалось, что мужчина стал непривычно мрачным, но спустя пару секунд это выражение сменила уже знакомая смесь нахальства и уверенности. Даже теперь.
- В крупном человеческом поселении, если принять твой рассказ за чистую монету, куда проще затеряться, чем может казаться. В случае, если затея не выгорит, а ты и твои приятели окажутся в западне, у меня будет немного времени, чтобы слинять. Корабль тонет, крысы бегут. Ничего личного, детка, я всего лишь рассматриваю все варианты, чтобы не сдохнуть. А теперь советую тебе немного прогуляться. Я собираюсь заняться сваркой, и маска у меня всего одна.
Дакота ничего не сказала. Если временами она и ловила себя на мысли, что хочет довериться этому засранцу, то такой щелчок по самолюбию снова возвращал мозги на место.
Прикрыв тяжелую, металлическую дверь гаража, блондинка оставила Кёртиса одного. Мужчина проводил ее взглядом и еще какое-то время неподвижно смотрел в одну точку. Только желваки ходили под кожей. Он не сказал, что калеке на самодельной коляске с бензиновым движком потеряться в поселении, каким бы крупным оно ни было, далеко не так просто. С тем же самым успехом можно повесить табличку на грудь с надписью "Я убил Кеннеди" и встать на видном месте. Но знать ей об этом было не обязательно.
Взяв со стола сварочную маску, Кёртис надвинул ее на лицо и устроился на табурете так, чтобы под руками не было ничего, что могло случайно проплавиться или загореться.

На то, чтобы сварить между собой стальные трубы у Кёртиса ушло полчаса. Еще часа три он убил на то, чтобы оборудовать старое инвалидное кресло мотоциклетным двигателем, второй парой вспомогательных колес позади спинки - для утяжеления конструкции и чтобы не заваливалась назад во время езды - и доведением простенькой системы управления до рабочего состояния. К тому времени как Дакота вернулась, он почти закончил и собирался обкатать доведенный до ума транспорт. Правда, для этого нужно было добраться до выхода, зафиксировать тяжелую дверь открытой и выкатить наружу коляску. Не так просто со сломанной ногой, но Кёртис привык рассчитывать только на себя.

Дакота припарковала машину на старом месте. Тот факт, что машину на ходу может выдать свежая колея, ее не пугал. Во-первых, она сомневалась, что кто бы то ни было начнет разглядывать землю перед каждой прогнившей тачкой. Ее саму удручал вид гигантской в несколько акров ржавой помойки. А во-вторых, пусть только попробует сунуться.
Заглушив двигатель и взяв с пассажирского сиденья молоток, Дакота принялась укрывать "Бьюик" тентом. Слабый свет пробивался сквозь щели в проеме гаража. С генератором им тут не повезло, зато нашлась целая коробка дешевых парафиновых свечей. Остаться без освещения ночью им не грозило.
Пара кругов за рулем маслкара сделали свое дело. Досада и злость поутихли. Да и в целом Дакота все чаще приходила к выводу, что Кёртис во многом прав. Если ей не нравилась его позиция, это не значило, что та не имела права на жизнь. К тому же блондинке хотелось узнать, что вышло с конструкцией умелого паяльщика.
Она как раз направлялась к гаражу, когда поймала боковым зрением движущиеся тени. Следом до слуха донесся приглушенный полухрип-полурык. Зомби где-то поблизости - топчутся меж рядов ржавых рыдванов. Девушка нырнула под ближайший пикап. Подтянув к себе молоток, она затаилась.
Мертвяки передвигались, скребя отваливающимися подошвами ботинок по земле, шумно принюхиваясь к запахам. Дакота слышала, как натужно скрипнула дверь гаража. Следом, сражаясь со сломанной ногой и костылем, выругался Кёртис.
Подождав, пока последняя пара ног окажется дальше ее укрытия, Ди выскользнула из-под днища автомобиля с другой стороны и, стараясь не шуметь, двинулась следом.
Кёртис, подпрыгивая с костылем подмышкой и кирпичом в свободной руке, толкал дверь наружу. Свет разогнал сгустившиеся сумерки, заодно обрисовав его силуэт и сделав заметным как на витрине. Зомби разом издали утробное урчание - предвкушали скорый ужин. Держась позади и справа, Дакота насчитала не меньше пятерых. Не так уж много. Самый быстрый едва отделился от тени ржавых остовов, когда она обошла последнюю преграду сзади и нанесла удар.
Череп под ударом треснул как перезрелая тыква. Молоток влажно чмокнул, покинув пробитую брешь, а зомби упал. Словно по команде обернулись другие, и тут Дакота поняла, что на нее смотрит куда больше пар глаз, чем могло принадлежать оставшейся четверке.
- Кёртис! У нас гости! - бросила она, резко отклонившись назад.
Это стоило ей вспышки резкой боли под ребром, зато грязно-бурая пятерня пронеслась над головой, не задев даже краем. Вступать в ближний бой, оставаясь запертой с обеих сторон машинами, не лучшая затея, и Ди метнулась назад. Но и там ее уже ждали голодные глаза и черные расщелины ртов. Она ударила, метя в голову, вынесла нижнюю челюсть, сделав лицо мертвяка удивленным. Сила удара толкнула его назад и чуть развернула, но не лишила сил. Мозг оставался цел. Ди оказалась зажата в ловушке.
Выхватив "беретту", она уложит одного, двоих. Другие тем временем разорвут ее на части. Дерьмовый расклад. И блондинка сделала то, что еще могла.
Упала на спину и закатилась под днище ближайшей машины. Вытащила "М9", сделала несколько выстрелов по ногам над лодыжками. Не упокоит, но лишит возможности резво бегать. Корпус автомобиля над ней покачнулся от напора зомби. Дакота взяла на прицел другие ноги, но тут ее саму дернули с силой назад. Пистолет ударил о днище, пальцы машинально разжались. Она почти почувствовала, как на плотной подошве сомкнулись зубы мертвяка, а затем лягнула наугад, потом еще и еще. Поползла на локтях, вцепившись в то, что оказалось ближе - рукоятка молотка - к гаражу.
Кёртису потребовалось немного больше времени, чтобы доковылять до коляски и завести. Выбравшись из-под машины, блондинка бросилась бежать. Оружие осталось под днищем, а зомби, почуяв свежее мясо, словно обрели второе дыхание. Холодные пальцы, сомкнувшись кольцом на плече, дернули Ди назад. Не раздумывая, блондинка развернулась, ударила по темени, пробивая череп, и толкнула упокоенного ногой в грудь. Успела двинуть локтем слева, смяв хрящи трахеи другому. Гнилые зубы клацнули в воздухе. А Ди уже била тупым концом молотка по зомбибою справа. Оставив вмятину там, где был нос, она едва успела нагнуться. Перехватила второго поперек тела и толкнула на стихшего третьего. А другие продолжали стекаться к ней, стремясь урвать свой кусок.
Дакота вколачивала молоток в череп пятого, стараясь держать в поле зрения еще двух голодных тварей, когда сквозь негромкое тарахтение раздался выстрел, а следом другой. Кёртис методично отстреливал обступивших ее трупоходов и тех, кто рванулся к нему.
- Вправо! Живо! - крикнул мужчина, целясь из обреза "винчестера".
Блондинка дернула очередного противника за воротник, закружив с ним в нелепом танце. Удары пролетали вскользь, едва оглушая зомби. Он продолжал свои попытки дотянуться до лица Дакоты и ускользал из прицела Кёртиса.
Наконец, его крепкий череп треснул, взорвавшись ошметками мозгов и спекшейся крови. Ди едва успела выставить перед собой руку, надеясь спасти от них хотя бы голову. А зомби стих у ее ног.
- Топливо с доставкой на дом? Неплохо, - усмехнулся мужчина, оглядывая упокоенных на парковке перед гаражом зомби, и бросил взгляд на нее. - Цела?
Дакота кивнула, переводя дух и стряхивая с одежды остатки мозгов.
- Да, кстати, я уже заправилась. Не благодари, - сообщила она, выдернув платок из кармана, и принялась оттирать молоток.
Кёртис держал обрез на коленях, сидя в коляске.
- Оно работает? - спросила Ди, обойдя его вокруг.
- Нужно прикрепить ремень безопасности. Тормоза не ахти. Боюсь, чтобы довести их до ума, у меня не хватит ни инструментов, ни мозгов.
- Мо-о-о-зги! - протянула Дакота над его ухом и потрепала по плечу. - Умираю, хочу есть. У нас что-нибудь еще осталось?
- Ты сама знаешь.
- Ну а вдруг ты прячешь от меня еду в багажнике, - бросила она по пути в гараж.
Баррикадировать дверные проемы и выбитые окна на время сна ей не улыбалось, а вот гараж казался неприступным. Разве что он окажется на пути у мигрирующего стада зомби, но Дакота надеялась, что их пути не пересекутся. Поэтому в первый же вечер перетащила сюда матрас и пару подушек, а пустую жестяную канистру определила в качестве прикроватного столика, на котором расставила найденные свечи. Наркоманский притон, но всяко лучше, чем спать в машине.
- Я похож на того, кто прячет еду? - Кёртис въехал следом.
Какое-то время он возился с дверью и кирпичом, подпиравшим ее, потом задвинул засов, звонко брякнув металлом о металл.
- Кстати, что у тебя там? - спросила Дакота, подхватив с пола спортивную сумку.
Запасы еды, которую успели обналичить за карточки в Хаксвилле, таяли как мокрый снег. Сумка, что была набита до отказа, теперь и по весу и на глаз казалась скорее пустой, чем полной. Блондинка села на край матраса, извлекая по очереди жестяные банки и поднося их к горевшим свечам.
- Пара миллионов баксов и труп президента, - отмахнулся мужчина, задувая свечи на столе с инструментами.
- Я серьезно, Кёртис, - она вернула сумку на пол, так ничего не взяв.
Все это время он носил ключ от багажника при себе. Отцепил его почти сразу, как только они покинули Хаксвилль. Дакота была выбита из колеи смертью Чарли и даже не спорила, а после уже мужчина попросту игнорировал все ее расспросы.
- Я тоже. Будешь хорошо себя вести, скоро узнаешь.
- Никому не доверяй, да?
Мужчина, перехватив ее взгляд, постучал по носу, и задул последние свечи на столе. Дакота фыркнула и, решив сбить голод водой, пошла за бутылкой туда, где ее оставила. Вода плескалась на донце. Еще одна ополовиненная бутылка осталась в машине. Утром ей придется отправиться к ручью и наполнить всю пустую тару. Пока она пила, Кёртис прошуршал на коляске вглубь, положил обрез рядом с матрасом, костыль, который вез с собой от самого входа, прислонил к стенке.
"Мне придется рассказать им, как погиб Чарли", - думала Дакота, наблюдая, как мужчина устраивается на лежбище. Еще хуже, если рассказывать будет уже некому.
Бросив на пол пустую тару, она вернулась. Свечи, зажженные на жестяной канистре, продолжали гореть, какие-то уже начали чадить, добравшись до своего логического финала. Они стояли там со вчерашнего вечера. А сегодня их зажег Кёртис, по-видимому, решив не экономить.
Он занял левую сторону матраса, закинув руку за голову и подоткнув под нее подушку. Глаза прикрыты, но еще не спит.
- Вода заканчивается, - бросила Ди.
Плюхнулась на матрас, по очереди стаскивая ботинки. Потом потушила свечи одну за другой.
- Викодин тоже, - мрачно хмыкнул Кёртис. - Всякий раз, как он перестает действовать, мне кажется, что я в медвежьем капкане, и он все давит и давит... Иногда хочется взять ножовку и отпилить ее к чертовой матери.
- Эй, ты мог погибнуть. Если подумать, все не так уж плохо. Так что кончай ныть.
- Как будто тебе есть до этого дело. А, прости, действительно есть. В этой заварушке тебе понадобится тачка и пара лишних рук в придачу, - его голос звучал так же ровно, когда он шутил.
- Говори, что хочешь. Я больше на это не ведусь.
На самом деле Дакоте захотелось врезать ему как тогда, в баре Саксона, но вместо этого она сняла пропахшую потом и ошметками зомби куртку и попыталась устроиться поудобней поверх его плеча. Кёртис не прилагал никаких усилий, чтобы ей в этом помочь. Продолжал лежать, глядя в потолок и, Ди в очередной раз поймала себя на желании провести пальцами по его груди, спустится ниже и запустить руку под рубашку, чтобы коснуться тела. Она свернулась, подтянув ноги и упираясь коленками ему в бок, макушка на плече. Казалось бы, куда проще - преодолеть несколько дюймов, чтобы исполнить желаемое. Эй, да ведь этот парень звал ее прокатиться еще там, в Хаксвилле. Все было просто и понятно, разве что она сама до последнего отрицала, как сильно ее влечет к нагловатому типу. А потом была развилка, расставание с забавными, но по-своему милыми Джефом и Хейли. Чарли, укушенный зомби. Кёртис, теряющий сознание. И дорога к этому месту, где они прятались от зомби и людей. Старик на прощанье сказал, что ему повезло - сломана одна кость, а не обе сразу, и перелом закрытый, а рана оказалась поверхностной, иначе он истек бы кровью в считанные часы. Так или иначе, Кёртис продолжал сыпать двусмысленными фразами и вместе с тем держал дистанцию. Возможно, всему виной травма. Если без викодина его нога по ощущениям как в тисках, какой уж тут может быть секс.
И все же Дакота лежала, боясь пошевелиться, и старалась дышать ровней. Спать не хотелось. Стоило подумать о чем-то другом, кроме того, как стащить с Кёртиса одежду, и в голову лезли жуткие картины пыток ее друзей, попавших в лапы к сумасшедшим ученым. А если она облажается - и ее самой. Да, у них есть тачка, заправляемая зомби - Нильсон не соврал, годились любые зомби - но нужно еще оружие и план, способный не только вытащить Йена с Харви из какой бы то ни было западни, а еще и сохранить им всем жизни. Не так уж мало. А потом мысли вернулись к багажнику "Бьюика", содержимое которого Кёртис предпочитал держать в секрете. Все свои пожитки он переместил из "Форда" еще до того, как она с остальной командой подъехала к складам. Что бы мужчина там ни хранил, он не собирался этим делиться. "Будешь хорошо себя вести, скоро узнаешь". Да уж, конечно.
- Слушай, я с детства была любопытной, - не выдержала Дакота. - Если ты не скажешь, что в багажнике, клянусь, защекочу тебя до смерти, - воодушевленно выпалила она, навалившись сверху.
- А я все думал, насколько же тебя хватит, - усмехнулся он, переместив левую руку вдоль тела. - Я не боюсь щекотки.
 - Мы едем в сраное логово безумных ученых, и если у тебя там есть что-то, что можно использовать против них, я должна знать, - она не теряла надежды получить ответ, а заодно пробить стену, которую так усердно возводил Кёртис.
- Или это все больные фантазии и нас ждет обычное поселение выживших. Или огромный кратер от ядерной боеголовки на месте Сент-Луиса. Видишь, никакой конкретики. Но ты все равно хочешь туда добраться?
- Даже не сомневайся.
- Тогда какая разница, что в багажнике?
- Это не ответ! Я блин хочу знать, на что мы можем рассчитывать сейчас и как не сдохнуть потом. Что? Чего ты смеешься?
Кёртис как будто не собирался ей отвечать. Ди чувствовала, как от смеха напрягаются мышцы его живота, и желание стащить с него одежду вернулось с новой силой. Вернее оно никуда не уходило. Проблемы и вопросы отвлекали только на время. Перекинув одну ногу на его здоровую, блондинка переместила вес и оказалась сверху. Дождалась, пока Кёртис прекратит смеяться, а затем сказала, стараясь быть серьезной.
- Ты прав. Щекотка, расспросы, все это детский лепет. Может, мне просто дождаться, пока ты уснешь, и прикончить. Кто тогда помешает мне обыскать твой труп?
На краткий миг блондинка и сама поверила, что способна воплотить свои слова в жизнь.
- Ты этого не сделаешь, - насмешливо произнес Кёртис.
Пальцы его правой руки заскользили вверх от ее бедра. Неспешно, заставляя Дакоту чаще дышать.
- Почему? - она приподнялась на локтях, когда он коснулся груди и осторожно сжал.
Прикрыла глаза, забыв про недавнюю угрозу и целиком отдавшись предвкушению. Планы, припасы - все отошло на второй план.
- Может... поэтому?
На ней была теплая толстовка, и Ди не ощутила прикосновения холодного металла. Зато острие упиравшегося ей в пупок ножа сложно было спутать с чем-то еще. Что блондинка и усвоила в пути с Кёртисом, так это то, что его ножи всегда остры, а стволы очищены и смазаны. В том, что лезвие легко пройдет сквозь кожу и вскроет брюшину, стоит лишь дернуться, она не сомневалась.
- Вот как? - выдохнула Дакота одними губами, боясь сделать неверное движение.
А мужчина, наслаждаясь ее растерянным видом, так же неспешно, как только что гладил пальцами, повел ножом вверх, задирая толстовку. Какую бы он ни выстраивал стену, сегодня ее не было. И Ди не нужно было пытаться разглядеть его улыбку. Прижав блондинку к себе за ягодицы, он недвусмысленно намекнул, что упирается в нее не только ножом.
Его Кёртис спустя миг бросил на пол, чтобы блондинка, стаскивая с себя верхнюю одежду, не поранилась, а потом сгреб ее в охапку, целуя. Одним движением он сдвинул спортивный лифчик и, зажав в пальцах соски, массировал грудь, а Ди расстегивала ремень на его джинсах, стараясь при этом не задеть больную ногу. Когда мужчина приподнялся, обводя языком грудь, она сбросила с его плечей куртку и, сев сверху, занялась пуговицами. Гараж был заперт на массивную дверь и засов. Длинные узкие окна располагались практически под потолком - ни один зомби не допрыгнет, а уж чтобы проявить смекалку и приставить лестницу, мертвым быть недостаточно. Можно было не ждать незваных гостей.
Разобравшись со своей одеждой, Кёртис придвинул Ди к себе за бедра и потянул за молнию на джинсах. Она обвила шею руками, скользнула пальцами по успевшим отрасти волосам на его затылке.
- Слушай, твоя нога...
- Плевать.
Горячий коктейль из гормонов и долго сдерживаемого желания бурлил в крови, заставляя Дакоту забыть на время о заботах и чертовом зомби-апокалипсисе. Кёртис целовал ее, запустив пальцы в сухие от дорожной пыли и солнца волосы. Другой рукой он соскользнул в расстегнутые джинсы и дальше, заставив блондинку застонать от нетерпения. Скользя языком по его губам и спотыкаясь о мелкие трещины, она жарко выдохнула, почувствовав в себе его пальцы. Подалась вперед, осторожно двигая бедрами и не зная, чего хочет больше - чтобы он продолжал или чтобы поскорее перешел к более активным действиям. Как бы сладко ни было, Ди хотелось скорее добраться до основного блюда, и она не сомневалась, Кёртису тоже. Словно прочитав ее мысли, мужчина отстранился, чтобы спустить штаны вместе с бельем, а Ди соскользнула с него на матрас, чтобы избавиться от джинсов. Вышло слишком резко.
Кёртис чертыхнулся, упав спиной на матрас и шумно выдохнув. Ди едва толкнула его выше колена. Это вышло случайно и лишь потому, что сам он приподнялся, но судя по реакции, боль была нешуточной.
- Гребаный Нильсон, - процедил мужчина сквозь зубы. - Надо ж было так поднасрать.
- Черт, черт... прости, я не хотела, - пробормотала блондинка, прикусив губу от досады.
- Неа, тебе незачем извиняться. Это я не могу и пару ярдов пройти без викодина, чтоб не обмочиться. Хорош ухажер, звал тебя покатиться, а сам что тот металлолом, - он с досадой махнул в сторону машины.
- Эй, брось. Мы можем подождать с этим, - попыталась приободрить его Ди.
Подождать чего? Если вся безумная затея накроется медным тазом, ждать не имеет никакого смысла. Разве что собственную смерть или того хуже. Кёртис погладил ее по плечу, пытаясь выровнять дыхание.
- Или найти другой способ, - пробормотала блондинка, поцеловав его в губы, затем в шею и осторожно спускаясь ниже. - Это немного странно, что ты вспоминаешь в постели другого мужика, но если считаешь, что от этого ему будет хуже, я не против.
Кёртис усмехнулся, оценив шутку. Дакота больше не спешила, боясь снова все испортить, ласкала его ртом и руками, искоса поглядывая на прикрывшего глаза мужчину и не жалея слюны. У них не осталось времени, чтобы ждать. Завтра, как только встанет солнце, придется решать уйму дел и двинуться в путь. Наполнить тару водой, попытаться найти в округе еду, погрузить зомби вместе с коляской в прицеп, чтобы заправка для кровожадного движка была всегда под рукой. Но эта ночь еще не окончилась. И Ди еще возьмет свою порцию удовольствия, но сперва доставит его Кёртису.

Отделение "Зет Индастрис". Нью-Сент-Луис

Вид из окон небоскреба на Честнат-стрит, до зомби-апокалипсиса принадлежавшего крупнейшей телекоммуникационной компании "АТ & T", не радовал своей новизной. Пестрая толпа горожан, ведомая духовным лидером, снова собралась у центрального входа - с рукописными плакатами, громкими лозунгами и неизменной жаждой докопаться до истины. Относительно мирные, но шумные и назойливые, они грозили стать серьезной проблемой. Пока Мэган Дортвич не воспринимала Церковь Судного дня всерьез, численность ее прихожан неуклонно продолжала расти. Сегодня под стенами небоскреба собралось не меньше двух сотен человек.
- Прочь из нашего города. Верните Марию пастве. С нами Бог и... дитя божие?! - читала Мэг надписи на плакатах, наблюдая за митингующими вместе с генералом Монро. - Они что, не понимают, что в буквальном смысле живут за наш счет?
- Стычки среди штатских в нынешнее время недопустимы. Преподобный Джедикайя со своими фанатиками переходит все допустимые рамки. Я распоряжусь, чтобы сегодня же этот вопрос был решен.
Крепкий коренастый мужчина за пятьдесят в форме представлял военную власть Нью-Сент-Луиса. У города был свой мэр, по факту марионетка. Реальная же власть была сосредоточена в штаб-квартире "Зет Индастрис", и даже генерал Монро вынужден был подчиняться.
- Нет, - Мэг застыла с поднятым вверх указательным пальцем и повернулась к генералу уже всем торсом, оставив крики и шум сборища фанатиков за спиной. - Я хочу, чтобы вы устроили мне приватную встречу с преподобным. Его последователи сплошь необразованные, недалекие люди, но сам он, как мне кажется, способен понять, что сотрудничество в его же интересах.
Под приватной встречей подразумевалось, что служителя церкви встретят в неурочный час, утрамбуют в машину и отвезут в означенное место. Чем меньше горожан, в частности последователей проповедника, будет знать о встрече, тем лучше. Конфликт религии и науки в нынешней ситуации не выгоден ни одной из сторон.
- Разумно, - кивнул генерал Монро.
- Место и время сообщу вам позднее.
- Мои люди позаботятся, чтобы он не опоздал, - сказал мужчина, поджав губы.
Мэг не сомневалась, что генерал поддерживает позицию "Зет Индастрис" и ее действия в решении проблем, с той же долей скепсиса, с какой смотрит на религиозные группировки города. Может быть, он даже видел в тех и других растущие опухоли на теле бывшего мегаполиса, которые предпочел бы вырвать с корнем. Но физически устранить лидера культа, секты или кем они себя считают, недостаточно. Нужно действовать тоньше, или митинги перерастут в вооруженные стычки и, что очевидно, летальный исход участников. Череда бесконтрольных обращений, массовая истерия. Конец клочка цивилизованного мира. Отправить же своих солдат против обосновавшихся в небоскребе "АТ & T" - все равно, что отключить рубильник "безопасность" для всего города. Генерал Монро понимал это. К тому же головной офис "Зет Индастрис" не станет утруждать себя поиском виновников и их устранением. Нет. Направит несколько боеголовок в центр восстановленного города и тем самым решит весь конфликт.
- Генерал, они должны быть предельно учтивы с преподобным, - сказала Мэг, сверля его взглядом. - Никаких ссадин, ясно?
- Предельно. Если я больше не нужен...
-Да, конечно, - она оперлась о подоконник, возвращаясь к наблюдению за митингом.
Несколько сотен мужчин и женщин разных возрастов, телосложения, цвета кожи. Прихожане Церкви Судного дня, поднятые с насиженных скамей и готовые надрывать глотки, требуя вернуть им "божье дитя". И, конечно же, сам преподобный Джедикайя.
Мужчина в черной рубашке с колораткой был в первых рядах митингующих. Высокий, выше большинства собравшихся, он яростно выкрикивал имя ребенка-мутанта, каждый раз подкрепляя его взмахом руки. Словно за кафедрой. С круглыми очками на носу, в облачении священника, мужчина должен был казаться образцом святости и благочестия. И все же Мэг не могла избавиться от мыслей, что с его внешностью, мужчина скорее похож на искусителя, чем на поборника добра. "Еще один голубоглазый блондин..." - подумала Мэг с усмешкой, вдруг вспомнив про дерзкого военного.
- Генерал Монро?
Оклик застал мужчину у самой двери. Подозревая, что его подчиненного ждут неприятности, генерал отпустил ручку двери и повернулся к Мэг.
- Да, мисс Дортвич?
- Имя Фил Катлер вам знакомо?
Ей не пришлось напрягать память или выуживать информацию через сторонние каналы. Каждодневно пытаясь решить вопрос, от которого зависело будущее человечества, Мэг иногда упускала из виду простейшие решения. Достаточно было узнать, кто дежурил в ту ночь на проходном пункте.

- На девятом иннинге Баху бьет по мячу, тот летит за дальний круг. Хоум-ран! И он бежит через все базы. Весь чертов "Буш стадиум" встает, люди кричат! Я кричу вместе с отцом. Лучший, черт возьми, момент напряженной игры!
Катлер, только что изображавший баттера в памятном матче "Кардиналс", опустил воображаемую биту. Двое его сослуживцев, развалившись на стульях напротив, ожидали продолжения.
- Бейсбол еще вернется в этот город, готов поспорить. Иначе какой во всем смысл?
- Ага, вернется, - скептично хмыкнул Билгерт, долговязый афроамериканец. - Куда он вернется, если лучших игроков сожрали зомби?
- Мы не знаем наверняка, - развел руками Катлер и, усмехнувшись, добавил. - Может, где-то там "Красные птицы" выбивают страйк-ауты зомби?
Гэрри, рыжий с нелепыми веснушками на носу, поддержал его искренним хохотом. Билгерт покачал головой, подыскивая слова для спора, но треск двери о стену их прервал.
Все взгляды переместились к выходу.
- Что за дерьмо?! Какой дебил выдавил мне крем в ботинок?!
Капитан Гилли, злой как подстреленный гризли, ввалился в проем, едва не снося собой стол вместе со всей стоявшей на ней техникой. Он держал ботинок за язычок, тыча им по очереди в вытянувшихся по стойке капралов.
- Кто из вас, обмудков, это сделал, я спрашиваю?!
Капитан Гилли, несокрушимая гора мышц, тестостерона и ярости, буквально нависал над каждым из них, сверля взглядом и раздувая ноздри.
- Это не мы, сэр, - выпалил Билгерт, не отрывая подбородка от шеи.
- Может, кто-то из штатских? - осмелился предположить Гэрри.
- Что?! Пробрался ночью превратить мой ботинок в вагину, чтоб вас?! Так что ли? - продолжал брызгать слюной капитан. - Тогда где вас черти носили? Отвечать, когда спрашиваю!
- Возможно... - подал голос Катлер, осторожно, боясь попасть под сход лавины ясным днем. - Я знаю, кто это мог сделать, сэр.
Капитан Гилли застыл перед ним, сжимая в одной руке ботинок, полный крема, в другой - воздух. Только ноздри на квадратном, будто каменном лице, раздувались в такт его дыханию. Фил Катлер выдержал паузу, словно опасался вызвать еще больший гнев.
- Ну?! Говори кто?!
- Прошлой ночью я видел, как капитан Монахью шел в сторону вашей комнаты, сэр. Я не подозревал ничего такого...
- Херов обмудок! - выкрикнул Гилли, уносясь с ботинком в поисках виновника.
Гэрри с Билгертом облегченно выдохнули, решив, что опасность миновала, а Катлер, убедившись, что капитан достаточно далеко, рассмеялся.
- Кому-то достанется, - сообщил он, довольный выходкой, и достал из переносного холодильника запотевшую банку "Доктор Пеппер" - Я бы на месте Монахью зарылся поглубже.
- Черт, это был ты? - выдохнул изумленно Гэрри. - Кат, ты отшибленный! Он же голову свернет, если узнает
- Двух зайцев одним выстрелом, - усмехнулся Катлер, сделав глоток вишневой газировки, бросил приятелю вторую. - Между прочим, они должны спасибо мне сказать. Не могу без слез смотреть на их невысказанную страсть друг к другу.
- Тебе влетит, - заключил Билгерт. - Они начнут разбираться и точно найдут, кто их стравливает.
Долговязый и самый худой из всей троицы, он тоже взял банку и устроился на подоконнике. Вскрыл ее и выдул сразу половину.
- Ну, - протянул Катлер, втянув воздух сквозь уголки губ. - Для начала им нужно начать разговаривать. А это у них не очень-то выходит. Верно, Гэрри?
- В точку, брат. Они скорее вышибут друг другу мозги.
С Гэрри они вернулись из Ирака, пережили чертов зомби-апокалипсис и продолжали держаться вместе. Рыжий простак из Огайо с восторгом воспринимал приколы Катлера, вроде этого, возможно потому что сам вряд ли когда осмелился на подобное. А Билгерт чаще осторожничал, взывал к разуму, словно потерянная совесть.
- Да и хрен с ними.
- Ага, - Гэрри растягивал газировку, смакуя маленькими глотками. - А что с той бабенкой из "Амбреллы"? Ну, которую ты окучивал. Не зовет больше смотреть на звезды?
Фил усмехнулся. Апартаменты злобной суки, владевшей по слухам всем в "Зет Индастрис" и городе, начиная от пробирок в секретных лабораториях и заканчивая яйцами генерала Монро, находились на последнем, сорок четвертом этаже "АТ & Т". Выше только звезды.
- Неа, ход в райские кущи меж ее холеных ножек мне теперь закрыт, - произнес он, напустив на себя печальный вид, но ненадолго. - Да и хрен с ней тоже. В городе немало других шлюх.
Они допили, отправив смятые жестяные банки в мусорное ведро.
Дортвич здесь не любили. Ее боялись, избегали, стараясь лишний раз не мозолить глаза, потому как никто не знал заранее, что у нее на уме. Катлер слышал много подобных историй. Кем еще должна быть ухоженная дамочка, раздающая приказы с самого верха лестницы под названием "Зет Индастрис", на которую все они работали? Но одно дело слухи. И совсем другое - стойкое желание, возникавшее всякий раз, как ее упругая задница скользила по коридору туда и сюда.
Той ночью, когда Дортвич ввалилась в фойе и поплыла по коридору к лифту, Катлер был на посту. Перевалило далеко за полночь. Он уже клевал носом, надеясь, что никому из руководящего звена не придет в голову проверить, как он несет свой долг. Одного взгляда на ее растрепанные волосы и нетвердую походку было достаточно, чтоб понять - дамочка знатно навеселе. От нее несло крепкой выпивкой, глаза - сплошная чернота зрачков с тонким абрисом радужки. Катлер всерьез представлял, как будет рассказывать парням о бухущей "небожительнице", но когда та заслонила весь обзор своим декольте, все иные мысли покинули голову. Они начали заниматься сексом еще в лифте, и хоть у этой сучки были маленькие ногти, пару царапин на спине она все же оставила.
От воспоминаний о горячей ночке кровь снова прилила к паху, и Катлер выудил еще одну банку газировки - охладиться.
Он едва сделал глоток, посмеиваясь над шутками приятелей о зубах в вагине Дортвич, когда вошел генерал Монро. Дверь все еще была открыта нараспашку, никто не удосужился ее закрыть за капитаном Гилли. Все трое молниеносно избавились от банок, чтобы отдать честь, второй раз за последние десять минут.
- Генерал, - выдохнул Билгерт.
- Капралы, - генерал приветствовал солдат и, бросив серьезный взгляд на Катлера, перешел сразу к делу. - Капрал Катлер. Прошу идти за мной.
Парень подозревал, что рано или поздно о его чудачествах дойдет до вышестоящего звена, но не ожидал, что генерал может опуститься до обсуждений крема в ботинках Гилли.
Билгерт с Гэрри обменялись озадаченными взглядами, а Монро, не желая тратить время на пустую болтовню, покинул помещение.
- Сэр? Я могу узнать причину? - спросил Катлер, припустив следом.
- Скоро все узнаешь.
В этот момент, шагая по коридорам за обманчиво неспешным генералом, он готов был отдать палец, чтоб узнать, где именно прокололся, но приходилось ждать, нервничая и строя догадки. Генерал вошел в переговорную, включил свет и, обойдя массивный стол, занял место в кресле.
- Закрой за собой, - сцепив пальцы в замок, он ожидал, пока Катлер сделает это и сядет напротив.
Низкий, не выше пяти футов и шести дюймов роста, генерал Монро даже в свои пятьдесят четыре казался крепким орешком. Его железная выправка и невозмутимое спокойствие, даже когда мир вокруг рушился, вызывали у Катлера только уважение и, может, предположение, что уроженца Иллинойса воспитали монахи Шаолинь. Но сейчас все его мысли вертелись вокруг слов Билгерта. Ему влетит. Если он не постарается выставить все в чуть более светлом тоне, конечно.
- Сэр, я... я могу все объяснить, - пробормотал солдат, пытаясь выдумать правдоподобную легенду. - Если все дело в том, что капитан Гилли...
- Капрал Катлер. Два дня назад вы находились на посту в "Зет Индастрис" и, согласно поступившей информации, покидали его на достаточно долгий срок. Мисс Дортвич утверждает, что в этот период из ее апартаментов исчезли ценные вещи. В том числе папка с секретной информацией по крайне важному проекту, - его голос был бесцветен, а глаза, не потерявшие за годы остроты, сверлили Катлера.
Еще секунду назад он ожидал услышать другое. Теперь до него стало доходить, что проблема куда серьезней, чем невинный розыгрыш старшего по званию.
- Вот что, значит, она вам сказала?! А где я был все это время, не уточняла?! - вспыхнул парень, хлопнув ладонью по столу. - Ничего я не брал. Это... это ложь.
- Тихо! - приказал генерал. - Мисс Дортвич готова пойти навстречу и не даст ход делу. Она уверена, что это недоразумение, а не происки конкурентов. Головной офис "Зет Индастрис" об этом извещен не будет, поисками пропажи займется сама мисс Дортвич, однако есть условие. С учетом обстоятельств я вынужден был с ним согласиться.
- Чертова сука, - выдохнул Катлер, уже догадываясь, что это за условие, поднял глаза на Монро, качая головой. - Она ненормальная. Не брал я ничего. Зачем мне вообще какие-то бумаги? Мы перепихнулись, вот и все. Наутро я ушел,
 - Думаю, мне необязательно знать подробности. Однако, единственным условием мисс Дортвич было взыскать с тебя со всей строгостью. Что я и намерен сделать, - откинувшись на спинку, генерал Монро озвучил вердикт, почти вбивая гвозди в крышку гроба - Сержант Филлип Райс Катлер, с этого момента ты разжалован и лишен всех прав и почестей, полагаемых военнослужащим Армии Соединенных Штатов. Отныне ты не имеешь права на льготы, соц.страховку и военную пенсию, если наш мир когда-либо вернется к прежней жизни. Так же ты лишаешься обеспечения удвоенным пайком и выплаты за службу. В течение часа ты должен сдать оружие, находящееся на ведении армии, и покинуть штаб.
Катлер чувствовал, как стучит в висках кровь, все еще не веря, что чертова сука могла так поступить. Какой в этом смысл? Она и без того ясно дала понять, что больше одной ночи ему не светит. Ну, посмеялся он с парнями, но дальше них не уйдет, да и кому какое дело? О Дортвич и без того ходит немало слухов, чтобы ее волновали такие мелочи. Она не могла просто взять и выставить его на улицу!
Катлер, облокотился о стол, прикрыв рот рукой, шумно втянул воздух. Требовалось время, чтобы переварить услышанное.
- Катлер, ты меня понял?
- Да, я... - выдохнул парень, схватившись пятерней за макушку. - Час... Мне нужно, - он показал на дверь, поднялся со стула, смутно представляя, куда теперь ему идти. - Нужно собраться.
Чтобы потерять теплое местечко под крылом генерала Монро солдату вроде Катлера, лет семь назад вернувшемуся из Ирака, нужно было сильно постараться. Армия, вернее те ее остатки, что с потрохами купила "корпорация зла", обеспечивала всем необходимым. Оружие, еда, наркотики, которые шли в ход как временная валюта, если сам не дул и не пускал по вене, топливо вместе с машиной, оплату за жилье в обеспеченном всеми благами районе - все давала армия. Ему придется съехать. Найти жилье в более чем наполовину вымершем городе, будет несложно. Однако, до сих пор не во всех районах подавалась горячая вода и электричество.
- Чтоб ты знал, - остановил его у дверей Монро. - Я настаивал на том, чтоб отослать тебя к "барьеру". Подальше с глаз. Зомби постоянно стягиваются к блокпостам, всегда есть, чем себя занять. Сидел бы там тихо, пока она не забыла бы о тебе, - он говорил тихо, словно хотел очистить совесть. - Я всегда стою за своих людей, Катлер. Но ты здорово напортачил.
Катлер понимающе закивал, улыбнулся одними губами и вышел за дверь, не произнеся больше ни слова.
Один час, чтобы сдать оружие и валить к чертовой матери. Он еще не представлял, что будет делать. Наняться вышибалой в один из заново открывшихся баров. Организовать старт-ап с блэк-джеком и шлюхами? Поговорить с парнями насчет их планов на будущее. Местечко в армии по доходности и стабильности не переплюнуть, но есть и другие, менее законные способы заработать на беззаботную старость. У него были сбережения и кое-какие мысли, как все провернуть. Только он понимал, ни у Гэрри, ни у Билгерта не станут рисковать своими задницами, пока дело не касается его жизни.
Но прежде чем покинуть штаб, Катлер хотел услышать все от заносчивой суки, подложившей ему дерьма. А заодно высказать все, что о ней думает. Вдавив кнопку лифта, он оперся спиной о металл обшивки и сделал глубокий вдох.
Лифт ехал наверх. Туда, где в это время суток должна была находиться Мэг Дортвич.

Разъяренная толпа во главе с преподобным Джедикайей все еще кричала под окнами, призывая вернуть им их доказательство чуда. Устав слышать очередные бредни фанатиков, Дортвич опустила жалюзи. Несмотря на ранний час, ей хотелось есть, но для этого пришлось бы спускаться в общую кухню или возвращаться к себе. Это внесло бы нежелательные коррективы в рабочий график. Она тянула горячий чай, изучая материалы последних исследований, и тщетно пыталась найти погрешности в вычислениях, способные изменить результаты в лучшую сторону. На данный момент рабочей вакцины против зомби-вируса не существовало, но штат ученых под ее началом продолжал биться над этой задачей в лабораториях "АТ & T".
Несколько месяцев исследований, уникальный биологический материал, круглосуточная работа лучших умов Америки, выживших, конечно же. И все коту под хвост. Иногда Мэг казалось, что ответ находится прямо у нее под носом, но результаты опытов оказывались нестабильны либо вовсе заканчивались летальным исходом. Задача создания рабочей вакцины была не единственной. Для решения той, что волновала ее боссов, Мэг необходим был мутант - Джек Харви - и его кровь. В отличие от Марии, которую так хотели узреть фанатики Джедикайи, он не был рожден с иммунитетом. В его случае мутация носила направленный, не хаотичный характер, скорректированный последующим заражением через укус. И его невероятная способность контролировать зомби и людей. Если слухи не врут, он и сам не понимает, с чем столкнулся. Тот, кто владел подобным, владел новым миром. Но, пока чертов Харви мотается по штату, она стоит на месте.
Разложение и жажда мяса с мягкими мозгами - вот, что ждет человечество в конце. Материал, взятый из крови Марии, до сих пор не дал результатов, которые можно было бы назвать хоть сколько-нибудь успешными. Только Харви способен сдвинуть ее исследования и предмет ночных кошмаров с мертвой точки.
Словно откликнувшись на мысли о кошмарах, раздался телефонный звонок. После орущей под окном толпы и очередном отчете о смерти подопытного, казалось, ничто не может сделать день еще хуже. Но Мэг ошибалась.
- Алло.
- Мисс Дортвич, - раздался напряженный голос секретарши. - Мистер Хольсман на проводе.
В горле мгновенно пересохло, пальцы, державшие трубку, похолодели.
- Соединяйте, - выдохнула она, надеясь, что голос не дрогнул, но импульсивно отодвинула телефон от уха.
Какое-то время на той стороне было тихо. Затем что-то щелкнуло, и почти сразу молодая женщина узнала уверенный голос человека, доверившего ей этот проект.
- Мисс Дортвич.
- Добрый день, господин Хольсман, - выдохнула она, вцепившись мертвой хваткой в кружку с чаем.
- Как обстоят дела с поиском вакцины?
- Мы работаем над этим. Есть небольшие успехи, но пока преждевременно утверждать, что... - залепетала в трубку Мэг, проклиная себя за дрожь в голосе.
- Мои источники утверждают обратное. Что вы не справляетесь. Мисс Дортвич, меня не интересует грязное белье подчиненных. Только результат. Так что советую хорошенько обдумать свои слова и, положив руку на Библию, Конституцию, что угодно, сказать. Мне стоит прислушиваться к этой информации?
- Нет, господин Хольсман, - сказала Мэг. - Исследования не стоят на месте. Этим утром я получила результаты последней формулы вакцины и они... внушают надежду, - она навалилась на стол, едва не расплескав чай и обреченно сжав лоб рукой. - С вероятностью до семидесяти пяти процентов мы движемся в верном направлении, однако генетика - сложная наука и заигрывать с ней...
- Оставьте. Вы движетесь в верном направлении, я понял. Очень хорошо. Надеюсь, это действительно так, потому что в противном случае я вынужден буду пересмотреть вашу кандидатуру и принять меры.
- Заверяю вас, я...
- В какой стадии проект "Барракуда"? - мистер Хольсман сделал паузу. - Вы нашли "объект"?
- В настоящее время "объект" в сопровождении моих людей движется в Сент-Луис. Со дня на день я готова буду приступить к следующему этапу.
Совершеннейшая ложь. Джек Харви находился черт знает где, и лишь по устаревшей информации направлялся сюда.
- Хорошо. Продолжайте исследования.
Он отключился, а Мэг еще некоторое время сидела с трубкой в руке, стараясь унять сошедший с ума пульс. Каким бы острым не был ее ум и управленческие способности, незаменимых нет.
Это должно было напугать Мэг, но вместо этого лишь распалило растущую в глубине злость.
Когда на пороге кабинета появился молодой мужчина в военной форме, она хотела сказать, что никого не вызывала. Потом поняла, отчего его лицо кажется ей знакомым.
- Я дала генералу четкие указания насчет тебя, - хмыкнула Дортвич, возвращая режим бесчувственной суки. - Почему ты все еще здесь?
- Зачем?! - бросил он, громко хлопнув дверью.
Мэг запоздало подумала, что стоило ее запереть. А разъяренный солдат уже шагал к ней.
- Зачем ты так поступаешь?! У людей есть рот, знаешь ли, чтобы выяснять отношения. Не стучать на других. Не подставлять их, требуя выставить на хер, ты, психованная сука! - продолжал он, сверля взглядом голубых глаз с горящим в них желанием свернуть ей шею.
- Нет никаких отношений, бывший капрал Катлер. Можешь поплакаться в жилетку своим друзьям. У меня нет времени на подобную ерунду, - она захлопнула ноутбук, поднимаясь со стула.
- Ты же меня уничтожила! Мою службу, мою жизнь... Все! - Катлер всплеснул руками перед ее лицом. - Что мне теперь, идти на улицу побираться? Этого ты хочешь?
- Хнык-хнык, - сказала Мэг, не меняя выражения лица и тона.
Оперевшись спиной о край стола, она наблюдала за тем, как по кабинету расхаживает взбешенный Катлер.
- Чертова сука! А я не верил тому, что говорят. Думал, все это чушь для простаков вроде Гэрри.
- Извини, не расслышала ответа. Какого дьявола ты все еще здесь, м? - она склонила голову набок, проклиная момент, когда ей захотелось потрахаться именно с этим, а не с каким-либо другим голубоглазым красавчиком.
- Какого я здесь? Какого хера ты решаешь, кому оставаться на службе, а кому нет? Кто ты на хрен такая?! Я не для этого прошел через мясорубку в Фалудже и здесь, когда улицы заполонили ходячие мертвецы, чтоб от таких, как ты, получать пинком под зад.
- И что?
- Что что?!
- Да всем насрать на тебя, герой войны и кто ты там еще. Думаешь, кому-то есть до тебя дело? Не знаю, что вам там вбивают в головы, но вот ты получил свой пинок под зад. И дальше что?!
Мэг отступила в сторону, стараясь держать его в поле зрения. Ей удалось подлить масла в огонь. Фил Катлер, буравя ее ненавидящим взглядом, не обещал ничего хорошего. Скользнув взглядом к кобуре, Мэг убедилась, что оружие он еще не сдал. Но в следующий миг Катлер выхватил из нагрудного кармана складной нож.
Хотел ли он всерьез пустить его в ход или решил только покрасоваться, выпустив пар, солдат потратил несколько секунд, раскрывая его. Дортвич потребовалось лишь взять его пистолет из кобуры и, сделав шаг назад, выстрелить.
Череда ненависти, удивления, боли и обиды - все пронеслось за доли секунды на симпатичном лице, оставляя Катлера наедине с пониманием. Он ранен. Нож, теперь бесполезный, выпал, брякнув о паркетный пол.
Держа пистолет на уровне талии, Мэг отступила еще на пару шагов. Катлер схватился за живот, перевел взгляд на руку, красную и влажную от крови, затем на ствол в руках Дортвич и ее саму.
- Ну что? Доволен? Почему нельзя было просто собрать вещички и свалить на хрен? - процедила она, наблюдая за тем, как он теряет силы.
- Сс...сука, - выдавил из себя Катлер. - Лучше добей меня. Или я вернусь... и сожру твои мозги, тварь...
- Конечно. Попрошу повара приготовить соус поизысканней. Только будь любезен, сдохни сперва.
Солдат предпринял еще одну попытку достать Дортвич, прежде чем упал на подкосившиеся ноги. Он все еще был жив, но пуля в животе обещала ему непередаваемую палитру мучений, прежде чем зомби-вирус возьмет свое. Не упуская истекающего кровью Катлера из поля зрения и прицела, она набрала номер охраны и попросила переместить его в лабораторию. К остальным.
Следовало изолировать тело до того, как оно станет потенциально опасным для живых. А насчет того, что делать с мертвым, сомнений не возникало.

Эллисвилль.

С высоты десятого этажа убежище новоприбывших просматривалось почти как на ладони. Харви, лежа на брошенной куртке, битый час наблюдал за ними через позаимствованный у Йена бинокль. Люди то появлялись, то исчезали в глубинах здания. Пятеро мужчин средних лет. Среди них один высоченный афроамериканец, задиристый латинос и трое белых. Они курили, переговаривались друг с другом, иногда бросали дротики и стреляли. Самих мишеней Харви не видел. Их прикрепили к противоположной стороне ограждения. И хоть троица заняла достаточно высокий пост, с этого ракурса разглядеть, что за ним, оказалось невозможно. Но он слышал стоны и знал, кому они принадлежали. Техасец не врал.
Сам парень покинул их почти сразу, как только они определились с местом. Еще раньше, едва рассвело, каждый из них растолкал свои пожитки, то, что можно унести, по рюкзакам. Самая легкая ноша была у Харви, самый увесистый рюкзак вышел у Кейлин. Девушка, в отличие от него, рассчитывала только на себя и свои припасы. В Эллисвилле Йен, как и обещал, привел их в строительный супермаркет. Пожалуй, реши они провести косметический ремонт в своем бунгало, зашпатлевать стены, поменять обои, заменить проводку, а то и построить дом своими руками, возомнив себя Робинзоном Крузо зомби-апокалипсиса, для этого здесь нашлось бы все. Даже с учетом прошедших по рядам грабителей и пустующих стеллажей, в магазине все еще было чем разжиться. Сабельные аккумуляторные пилы, гвоздометы, дрели, опять же работающие от аккумулятора. Тот, кто бывал здесь прежде, вряд ли оставил бы их, если только не смог унести больше, чем взял. У стендов "Милуоки" и "Райобо", техасец недолго примерял в руке гвоздометы. Сделав по выстрелу в деревянную балку стеллажа, он оценил результат, недовольно хмыкнул, но уже спустя пару минут ходил с новым рабочим поясом и двумя гвоздометами по бокам. Суровый взгляд имелся, не хватало только стетсона и шерифской звезды. Блоки гвоздей в упаковке парень рассовал по карманам, в том числе и на поясе. Все еще блестящий, словно вчера сошел с конвейера молоток фирмы "стиллето" заткнул за ремень. Кейлин ограничилась одним гвоздометом и "патронами" к нему, а Харви, повертев в руках дисковую пилу, прихватил дрель. В планы входило разжиться серьезным оружием, а не построить дом. С тем они и направились к покинутому административному центру Эллисвилля, с высоты которого открывался достаточный обзор, чтобы следить за незваными гостями.
И пусть мужчина тоже надеялся на мирный исход, уверенность в этом таяла с каждой минутой ожидания. Проблем с оружием у тех не было. Это он понял, когда вместо дротиков в "живые" мишени полетел свинец. Какой дурак станет раскидываться патронами, чтобы позабавиться? Разве что этому дураку не приходится ломать голову над тем, где раздобыть боеприпасы. Если что-то пойдет не так, изрешетят Харви и остальных. И дело с концом. От строительного инвентаря мало толка, разве что им удастся подобраться вплотную.
Харви втянул воздух ноздрями и досчитал до десяти, прежде чем выдохнуть. Все это "вооружение" - лишь на тот случай, если что-то пойдет не так. Но, черт возьми, что может пойти не так?
Весь прошлый вечер, заполучив в свое распоряжение волю Йена с Кейлин, он заставлял их вставать и садиться, брать в руки разные предметы, бросать их друг в друга. Особенно смешно вышло лупить парня руками азиатки, хотя она и сама была не прочь тому наподдать. Йен шутку не оценил, но и не прервал эксперимента. Все это Харви проделывал с ними сперва по очереди, затем заставляя обоих двигаться синхронно. Разделить сознание, не теряя при этом связи с разумом каждого из них, оказалось не так просто, как он мог представить. Долгое время ни черта не выходило. К тому моменту, как окончательно стемнело, мужчина почти отчаялся и был выжат как лимон. Идея визуализировать связь пришла ему, когда "подопытные" уже готовы были ставить крест на безумной затее и отправляться спать. Харви вдруг стал кукловодом, они - марионетками, связанными с ним невидимыми крепами. "Сядь!" - приказал он, мысленно дернув за нити, и двое поднявшихся с дивана людей резко сели обратно. Они переглянулись, испуганные и ликующие одновременно. Он смог. План оставался в силе.
Теперь оставалось дождаться техасца, где бы его ни носило, и отыграть весь спектакль без репетиций.
- Эй, - позвала его Кейлин, поднявшись с выдолбленной ниши в стене, где сидела. - Отойду по нужде ненадолго. Не теряй.
- Ладно, - отмахнулся Харви.
Он старался казаться невозмутимым. Того же мнения придерживался Митчелл, да и Кейлин, смирилась с его новым внешним видом, словно ничего выходящего за рамки не происходило. И все же Харви понимал - ничто не останется для него прежним. Что можно заполучить, обладая его... "зомби-вудуистикой"? Это прельщало и грело душу, но были и минусы. Когда они пересекут черту Сент-Луиса и окажутся среди общины выживших, смогут ли те принять его как человека или окрестят монстром, которого нужно истребить?
Кейлин исчезла в темноте коридоров. Здание пустовало много лет. Им пришлось упокоить нескольких оголодавших зомби, но в остальном мародеры не так уж сильно резвились в стенах администрации. Выбитые стекла, перевернутые столы и стулья, разбитые мониторы и редкие кучи дерьма, встретившие их на первом этаже - вот, пожалуй, и все. Если не считать того, что отвоевывала год за годом природа.
Харви наблюдал, как латинос вразвалку подошел к ограждению и, поторчав там какое-то время, вернулся с зажатыми в кулаке дротиками. Чувствуя, как его переполняет внезапно нахлынувший гнев, мужчина отнял бинокль от лица и крепко зажмурился. В памяти возник образ зомби, распятого посреди кукурузного поля. Лишенный возможности охотиться, есть и медленно усыхавший под солнцем. И Харви не знал, что страшнее - оказаться на его месте или вдруг осознать, что даже в таком состоянии зомби способен испытывать голод, жажду и боль. Стоя там, напротив него, мужчина каким-то шестым чувством, доступным ему, вдруг разделил с ним все это. И это было невыносимо. И пугающе.
Сама мысль о том, что ему придется пройти мимо них, обездвиженных и искалеченных, и, возможно, снова пережить все это, вызывала тошноту. Стараясь смахнуть наваждение, Харви тряхнул головой и потер переносицу.
- Они все умрут, - сказала Кейлин, и он удивился, потому что не слышал ее шагов. - Люди, зомби. Все. Ты знаешь, чем это закончится, и хочешь оставить как есть.
- Какая навозная муха тебя укусила? - бросил Харви через плечо. - Мы вроде уже миновали стадию обсуждения плана.
Он не спешил оборачиваться, но почему-то поймал себя на мысли, что голос азиатки звучал как-то иначе.
- Она найдет тебя. И разберет на кусочки, чтобы докопаться до истины. Они верят тебе, как и я, но ты ведешь их в ловушку.
По коже побежал холодок. Харви почувствовал, как поднимаются волосы на затылке. Голос не мог принадлежать Кейлин. Этот тембр и тон... Говорил ребенок. Ребенок, который не мог быть здесь, как не мог говорить, потому что по всем человеческим меркам должен был этому только учиться.
 - Я знаю это. Я тоже мертва.
Он не выдержал, обернулся, уперевшись спиной в стену под окном.
- Ты сама меня позвала! - воскликнул он, стараясь не повышать голос. - Ты влезала в мои мысли. Просила помочь тебе!
Харви ожидал увидеть все что угодно, но это не спасло его от нервной оторопи. Ярдах в трех от того места, где он сидел, у дальней стены стояла девочка лет шести. Ее когда-то белое платье было покрыто коростой гноя из вскрытых язв, волосы цвета прелой соломы слежались и свисали как тонкие дреды, опущенные в ведро с внутренностями, а затем высушенные солнцем и ветром. Но куда хуже было у нее с лицом. Бугристая кожа сползала пластами, обнажая белые сухожилия и упругие бока опарышей, одна глазница зияла чернотой, из второй на тонких мышцах свисало глазное яблоко, лишь чудом не отрываясь. В пальцах, наполовину лишенных плоти, мертвый ребенок что-то сжимал. Какую-то замызганную игрушку.
Он вскрикнул, резво поднявшись на ноги, и едва не запнулся о рукав своей же куртки.
- Ты не можешь быть здесь! - выкрикнул он, уже не таясь. - Тебя нет!
- Конечно, нет. Ты убил меня, - разлепив черные ссохшиеся губы, произнесла девочка.
Из трещин тотчас потек гной. Харви, отказываясь верить своим глазам, прижал кулак ко рту. За прошедшие годы он навидался мертвецов. Свежих, с сочащейся кровью из вывороченных внутренностей, поджаренных южным солнцем, раздутых от воды утопленников, зомби, носящих на себе колонии насекомых-падальщиков...
- Нет, нет, нет, - бормотал он, продолжая мотать головой. - Убирайся! Прочь!
- Плохая женщина, - мертвая девочка двинулась в его сторону, буравя пустыми глазницами.
- Что?!
- Останови ее. Не дай ей добраться до тебя тоже.
- Это все неправда. Ты всего лишь галлюцинация. Черт... Откуда мне знать, что ты и раньше не была ею? Что тебя никогда не существовало?! Что мне теперь с этим делать, а?
Ноги не слушались его. Враз обессиленный, Харви упал на колени и застонал, а труп ребенка продолжал приближаться, пока не остановился напротив его лица.
- Останови ее, - прошелестело из губ, похожих на гнойную рану. - Отомсти. За нас, - она протянула руку и коснулась лба Харви холодными кончиками пальцев.
"Это шизофрения. Я сошел с ума. Да, так все и происходит. Но когда?! Как давно?! Они в меня верят... Йен верит..." - пронеслось в мыслях. Он крепко зажмурился, стараясь отогнать видение, и тут же ужаснулся от нахлынувшей следом паники. Что если и они - горячечный бред съехавшего с катушек мозга?
- Харви? Эй? - прозвучал голос Кейлин в темноте.
Он был словно спасательный круг, брошенный утопающему. Мужчина открыл глаза и обнаружил девушку у входа. Она обеспокоенно глядела на него и щелкала пальцами в воздухе, пытаясь привлечь его внимание.
- С тобой все в порядке?
Все еще стоя на коленях и жадно хватая воздух ртом, Харви принялся шарить глазами по углам. Зомби-ребенок исчез.
- Ушла на пять минут, а ты уже кричишь и бьешься в истерике, - произнесла Кейлин, придирчиво оглядывая трясущегося мужчину. - Точно справишься с заданием?
Стараясь унять нервную дрожь и барабан в груди, мужчина поднялся с колен, подошел к девушке и сжал ее за плечи. Теплая. Живая. Настоящая.
- Конечно, справлюсь. Как будто я когда-либо вас подводил.
Должно быть, он потерял счет времени, стараясь зафиксировать в памяти каждый дюйм ее лица и прислушиваясь к себе, потому что терпение Кейлин резко кончилось. Отмахнувшись от Харви, она скользнула к оконному проему.
- Давай только без этих... нежностей. То, что я согласилась в этом участвовать, еще не значит, что мы друзья.
- Ладно, как скажешь, - согласился мужчина, поправляя одежду на себе.
Самообладание еще не до конца вернулось к нему, но проще сказать, что все в порядке, чем объяснить, что с ним происходит. В одном из брошенных у стенки рюкзаков ждала своего часа бутылка вина. Пришлось изрядно постараться, чтобы вернуть пробку на место.
- И где носит кудряшку? Чего мы ждем? - расправив плечи, спросил он.
Кейлин тоже не знала. А следом, словно услыхав его вопрос, в проеме возник сам техасец с сумкой через плечо.
- Ну, наконец-то! У меня уже в заду зудит торчать тут. Давайте покончим со всем поскорее, - встретил его Харви.
- Пришлось задержаться на распродаже, - буркнул Йен, проходя вглубь помещения
Он порылся в сумке и, выудив картонную коробочку, бросил мужчине.
- Нежная пудровая текстура, минеральные пигменты, гиалуроновая кислота... - прочитал вслух Харви. - Выравнивает рельеф, сужает поры, мгновенно скрывает несовершенства кожи и увлажняет... Натуральный бежевый, - и перевел взгляд на парня в ожидании объяснений.
 - Просто нанеси это на лицо, и можем начинать. Или попроси Кейлин помочь тебе с этим, - Йен прильнул к окну, стараясь не отсвечивать.
- Я не буду ему помогать, - хмыкнула та, скрестив руки на груди.
Харви усмехнулся и, уперев одну руку о пояс, жеманно помахал в воздухе тоналкой.
- Да ты еще тот затейник. Скажи, а бальзама для губ на распродаже не было? Мне кажется, они слишком сухие.
- Просто. Намажь. Лицо, - процедил парень и, покосившись на руки Харви, добавил. - С ними тоже надо что-то придумать.
- Ладно, ладно.
Выбросив упаковку, мужчина открыл пластиковый тюбик и выдавил тональный крем себе на палец. Растер другим пальцем, прислушиваясь к ощущениям. На такой поворот его разум вряд ли способен. Это реально, а значит, у него есть шансы. Для начала разобраться в себе, а уже затем с тем, кто та злобная бабенка, о которой говорили все вокруг, включая галлюцинацию. Но это уже после того, как он разберется с более насущной проблемой.
- Слушай, а может... там было зеркальце?
Техасец шумно выдохнул, а Кейлин, всплеснув руками, сказала:
- О, господи! Давай уже сюда, - и забрала у него тюбик.

Автомагистраль I-70. Заброшенная стоянка подержанных автомобилей.

Пока Кёртис возился с найденными ремнями и прилаживал их к инвалидной коляске, Дакота вскипятила на костре воды и разлила по жестяным банкам. Банки из-под бобов отмывались куда проще, чем из-под тушеного мяса. При том, что никакого моющего средства в доме не нашлось, блондинка не без жалости расставалась с последними. "Надо ж быть такими уродами, чтоб перебить все нормальные кружки!" - подумала она, обнаружив при первом осмотре кухни осколки битой керамики и стекла. Так или иначе, жаловаться было не на что. Им и без того повезло со всеми нужными деталями, надежным укрытием зомби, а еще с прицепом, который ждал во дворе своего часа.
Выдернув из сумки с припасами пакетик какао, Ди покопалась еще, вывернула кармашки и с досадой вздохнула. Последний. Что ж, пусть он и был на вкус как опилки, прошедшие через желудок древесного жука, это был хоть какой-то вкус. Поделив содержимое, блондинка помешала получившуюся бурду вилкой.
- Убила бы за пачку чая, - выдохнула она, толкая дверь гаража плечом.
Кёртис вместе с инструментами и коляской расположился на улице, решив, что достаточно проторчал в затхлом полумраке гаража. Он сидел на пассажирском сидении маслкара, вытянув сломанную ногу, и колдовал над креплениями ремней. С сигареты, зажатой в уголках губ, прямо на штанину падал пепел, но это его не смущало. Проверяя на прочность очередной узел, он даже не обратил внимания на блондинку, пока она не приблизилась вплотную.
- Я могла бы снести тебе голову, пока ты вот так занят, - пробормотала Ди, протягивая мужчине вторую банку. - Осторожно, горячий, - добавила она, забрав у него сигарету, и стряхнув пепел, затянулась.
- Неа. Это не в твоих интересах, - отозвался Кёртис, оставив починку.
Сделав осторожный глоток, он скривился, отставил банку в сторону.
- Что ты добавила туда, женщина? Я думал, это какао уже не может быть дерьмовей.
На второй затяжке сигарета дотлела до фильтра. Ди, запрокинув голову вверх, с сожалением выпустила дым и потрепала мужчину по затылку, начавшему обрастать темными волосами.
- Я добавила свою любовь. А нет, знаешь, еще я плюнула туда и сморкнулась пару раз, - сказала, косясь в его сторону.
- Так и знал, что это не вина производителей. В следующий раз предупреждай заранее, - хмыкнул Кёртис, отхлебнув из банки.
- Ага, обязательно.
Отправив бесполезный окурок в сторону утрамбованной колесами земли, Ди пригубила свое какао. Что ж, он не выдумывал. Какао по всем законам вселенной не мог стать еще хуже, однако, ему это удалось.
- Это была последняя пачка, - призналась блондинка, пожав плечами. - Пришлось разделить пополам.
- Вот оно что. Ну, по крайней мере, в этом можно найти положительные моменты. Например, у нас больше нет какао со вкусом дерьма.
Хоть Кёртис и произносил это серьезным тоном, в его зеленых глазах плясали черти, а губы едва сдерживались, чтоб не растянуться в озорную ухмылку.
- Да иди ты, - Ди хлопнула его по плечу, поймав себя на мысли, что тоже улыбается.
- Что ты имеешь против кипятка со вкусом кипятка? Насыщенный привкус железа по выходным, аппетитный осадок извести или болотистый душок по будням. Почти изысканный привкус кипятка со спорами растений, грибка и лишайника, - говорил мужчина, прихлебывая из банки. - Кто может устоять против такого?! Подогретая водица с кишечной палочкой. Коктейль из ботулотоксина и сальмонеллы? М? - продолжал он перечислять, опустошив ее.
- Прекращай, это не смешно.
- Да? Тогда почему ты смеешься?
Дакота успела отвесить ему еще пару безболезненных хлопков и открыть рот, чтобы ответить, но в следующий миг мужчина, взяв ее за талию, буквально развернул вокруг оси и усадил на здоровое колено. Какао в банке сделало громкий "бульк", грозя если не ошпарить, то, как минимум, вылиться на одежду. Ожидая чего-то подобного, девушка издала короткий вскрик, вцепившись в банку, но тут же облегченно выдохнула.
- Больше так не делай. Не хочу добавлять к твоему перелому еще и ожоги, - пробормотала она, оставив банку на крыше "Бьюика" и уперевшись локтями о плечи мужчины.
- Ну, совсем недавно ты грозила снести мне башку, - он состроил испуганную гримасу, по-хозяйски сцепив руки за ее спиной, и вполне серьезно добавил. - Ожоги я как-нибудь переживу.
Решив не тратить время на споры, Ди прильнула к нему губами. Мужчина не возражал, отвечая на долгий, влажный поцелуй, и запустив руки под толстовку, скользил пальцами от поясницы вверх. Чувствуя, как разгорается тепло в паху, блондинка рассчитывала на продолжение вчерашнего вечера, но у Кёртиса было другое мнение на этот счет.
- Кстати, - вставил он, довольно резко отстранившись. - У меня для тебя небольшой сюрприз, - добавил, с интересом наблюдая за ее реакцией.
Удержавшись от желания озвучить возникшее "так уж и небольшой", Дакота театрально закатила глаза и вздохнула.
- Ну и какой?
- В левом кармане рубашки ключ, - сообщил довольный собой мужчина, - Возьми его.
Блондинка, ожидая очередной шпильки в свою сторону, недоверчиво приподняла бровь, бросила взгляд на карман.
- Ключ? От багажника? - на всякий случай уточнила она, постучав по нему пальцем.
Да, там определенно лежало что-то металлическое. И как ей не пришло в голову обшарить карманы, пока он спал?
- Серьезно?
- Серьезно. Не в заднем же проходе мне его хранить. Давай. Открой его, - поторопил ее Кёртис.
Но Дакоте, получившей разрешение вскрыть тайник, и самой не терпелось добраться до его секретов. Выдернув ключ, она издала ликующий вопль, чмокнула мужчину в губы и бросилась к багажнику. Кёртис, подхватив с земли костыль, заковылял следом.
Когда блондинка повернула ключ и, затаив дыхание, подняла крышку, он успел встать рядом. Кажется, теперь до нее дошло, почему мужчина предпочитал держать содержимое багажника под замком. Конечно, у нее всегда была возможность бросить Кёртиса и уехать на доставшемся ему "Бьюике Ривьера", а после, вооружившись ломом или гвоздодером, вскрыть. Но Ди не собиралась так поступать с человеком, лишенным возможности нормально передвигаться. Не с ним. И дело было даже не в том, что в затеянной авантюре ей нужен был напарник. Вернее не только в этом.
Присвистнув, блондинка покосилась на Кёртиса. Тот самодовольно ухмылялся в ответ.
- Так вот что ты от меня скрывал. Черт, для этого нужно было оружейный магазин обнести!
- Несколько. В режиме тотального дефицита пришлось изрядно покататься.
Помимо двух трехгаллонных канистр с бензином - третьей Кёртис заправлял самоходную коляску - в багажнике умещалось не меньше пары десятков пистолетов под самые разные калибры, патроны в картонных коробках, пластиковых пакетах, контейнерах, магазины к ним, две винтовки "винчестер" и "сэведж", еще один обрез, на цевье которого было стерто имя производителя и марка. Тут же было четыре автомата: два "АК47", М16 и еще один, с которым Ди не приходилось встречаться, и уложенные рядами автоматные рожки к ним. Под ними угадывались пластиковые контейнеры, в которых наверняка тоже оружие, не распакованное, хранящееся в упаковке от производителей. С правой стороны - увесистый топор с примотанным к острию чехлом. Поверх всего - матерчатая сумка. Заглянув в нее, Дакота обнаружила ножи с самыми разными хватами и заточкой, в чехлах и без них. Ремингтон, ругер М3 и М4, глок, кольт, вальтер ПП, спрингфилд 1911... От внушительных крупнокалиберных моделей, бьющих с оглушительным грохотом грабителя, спрятавшегося за холодильником в соседнем здании, до пистолетов класса "компакт", призванных обезопасить население от хулиганов в прошлом мире до зомби. Дакота скользила восторженным взглядом по блестящим стволам, пластиковым и металлическим накладкам на рукоятках, и ловила себя на мысли, что шансов на удачный исход стало чуть больше. С таким арсеналом у нее есть возможность вытащить друзей из неприятностей. Еще бы ящик гранат и можно брать штурмом хоть офис Сатаны. Если, конечно, придется.
"Когда дело касается девушек и стволов, этот парень первый в очереди " - вдруг вспомнились блондинке слова старины Джефа.
- Какие-то из них не мешает прочистить, но все пристрелено и доведено до ума напильником там, где были проблемы. При стрельбе не подведут, - пояснил Кёртис.
- Какой к черту желудок, - усмехнулась Ди. - Пусть к сердцу мужчины лежит через хороший отсос, и даже не пытайся спорить. В этот раз я права.
Она ожидала какой-нибудь колкости, но Кёртис только попытался прожечь в ней дырку взглядом, прежде чем усмехнуться. Потом запер багажник и вернул ключ обратно в карман.
- Хватит болтать. Лучше помоги пристроить прицеп и погрузить в него коляску, - бросил он через спину, ковыляя к стоявшему в паре ярдов прицепу - Скоро полдень. Если хочешь добраться до своих приятелей раньше, чем их враги, лучше поторопиться.
- Эй! - всплеснула руками блондинка.
"Что опять не так?" - хотела добавить она, но наблюдая, как мужчина с костылем примеряется к прицепу, решила, что сейчас точно не время для болтовни.
Кёртис мог поддевать ее самолюбие, вести себя как мудак, которому это доставляло удовольствие, но в одном он был прав. Чем раньше они доберутся до Йена с Харви, тем больше вероятность, что не придется бороться с некой корпорацией зла, ответственной за создание зомбидробильного движка "Бьюика Ривьеры" и еще черт знает чего. Остается надеяться, что парни не успели добраться до Сент-Луиса.

Эллисвилль.
- Как думаешь, они нас уже заметили?
- Бьюсь об заклад, следят через прицел.
- Да-а, мне бы твой оптимизм, - покачал головой Харви и нервно сглотнул.
Они двигались по бетонной дороге неспешной, уверенной походкой, почти налегке. Все их вещи остались в пункте наблюдения. За ними еще предстояло вернуться. С собой Йен взял только полупустой рюкзак с мотком веревки и бутылкой вина. Он собирался связать людей после того, как Харви выполнит свою часть плана.
За пояс к гвоздометам техасец сунул и "глок" с единственным патроном в патроннике. Кейлин спрятала свое "оружие" в компактную сумку, болтавшуюся через плечо, в надежде, что ее не станут обыскивать. "Если бы все было так просто", - думал Харви, вытирая вспотевшие ладони о задние карманы штанов. Мужчина провел достаточно времени, наблюдая за мелькавшими во дворе фигурами, чтобы понять - легко их ограбить не удастся. Против вооруженной шайки маргиналов был только один козырь, о котором они не знали. Он.
Когда все трое оказались у запертых ворот, Харви почувствовал острое желание бежать. Бросить все и дать деру куда угодно, потому что сейчас они были безоружными идиотами, застывшими перед клеткой со львами, перед тем как в нее войти. Из-за ограждения слышались голоса и шаги. Йен намеревался постучать, но не успел. Потому что в следующий миг ему открыли.
- Ну вот, я же говорил, - произнес парень, переводя взгляд с дула дробовика на его владельца, и медленно поднял вторую руку.
- Советую не тратить мое терпение и поскорее сказать, кто вы такие и что, на хрен, здесь забыли, - выпалил молодой латинос, дернув стволом влево. - А ну, зашли, живо.
- Спокойно, - сказал Йен, покосившись на Харви, и шагнул вглубь двора. - Мы путешествуем. Ездим тут и там, предлагаем товар.
Другой, белый здоровяк в поношенной спецовке, открывший ворота, оттолкнул его и остальных в сторону, выглянул наружу и, обернувшись к первому, пожал плечами. В руках он держал увесистый пистолет, небрежно направляя его в сторону вошедших и одновременно запирая ворота на засов.
- Что-то не видно вашей тачки, - усмехнулся латинос, обнажив пару золотых зубов в верхней челюсти. - Может, вы по воздуху летаете?
За его спиной появилось еще двое мужчин: чернокожий верзила ростом не менее шести с половиной футов и полный мужчина в треснутых, обмотанных скотчем очках. Судя по брюкам, свободно висевшим на втором, тот был вдвое больше до того, как все перешли на вегетарианскую диету. Оба были вооружены и настороженно косились на гостей.
- Проблемы? - верзила встал рядом с владельцем дробовика.
- Какие-то оборванцы. Впаривают, что барыги. Чо вам надо, барыги? А?
- Мы... - пробормотал Харви, совершенно забыв, что должен говорить.
- У нас была машина, пока ее не забрали, - подхватил Йен.
- Ага, конечно. Заливай дальше. Эй, Донни, это не ты их грабанул?
- Этих троих я бы запомнил, - покачал головой чернокожий.
- Не похожи они на торговцев, - хмыкнул толстяк.
- Может, вальнуть их сразу и дело с концом? - напомнил о себе тип, впустивший их внутрь двора. - Кто попало в зомби-апокалипсис в двери не стучит. Или подвесить на крючья. Старые зомби совсем вялые и воняют.
До слуха Харви донеслись хриплые стоны. Обернувшись, он обнаружил первого пришпиленного к стене трупохода. Тот висел на штыре, по-видимому, приваренном к металлической части ограждения. Штырь проходил сквозь грудную клетку и загибался кверху, лишая зомби возможности освободиться. Одежда на нем успела выцвести и полинять там, где не была испачкана следами разложения. Руки связаны у запястий, а ноги, сползая с импровизированной подставки в виде прибитой доски, висели над землей на расстоянии не меньше фута. Идеальная мишень. Тело стихшего зомби покрывали раны от выдернутых с мясом дротиков и круглые отверстия от огнестрельного оружия. За ним находился еще один, и еще, и еще. Харви обернулся в другую сторону и увидел по другую часть ограждения то же. Все то, что скрывал от него угол обзора с другого здания.
Чувствуя, как изнутри поднимается волна ярости, Харви отвел взгляд. Йен, взяв на себя роль переговорщика, общался с латиносом. В его тоне слышался оптимизм, но мужчина не мог разобрать ни слова. Он словно проваливался сквозь реальность прямо в сознание измученных болью и голодом зомби. Если отчаяние можно было измерить тональностью эмоций, то они кричали в его голове.
Все вдруг прекратилось, когда Кейлин сжала его руку. Она словно в очередной раз вырвала его из водоворота безумия, в которое он рухнул, стоя под прицелом вместе с остальными. Зомби в его голове никуда не делись, но теперь Харви слышал их лишь как эхо из глубины, оставаясь где-то на поверхности. И, вернув себе самообладание, понял, что Йену требуется подмога.
- Господа, - произнес он, разведя руками. - Мы оказались на мели. Нас ограбили, увели тачку вместе с припасами. Такова эта жизнь. Она отнимает все, что достается таким тяжелым трудом. Если вы немного задумаетесь, то вспомните, что с вами она поступала так же. Сколько раз в прошлом нас прижимали те и другие? - он осторожно двинулся вперед, навстречу латиносу. - Власти, копы, законы - все полетело к чертям. Но и сейчас находятся ублюдки, желающие отобрать то, что принадлежит нам. Поэтому мы здесь и просим немного понимания взамен на кое-какие блага.
- Кончай трепаться, на хрен. Твой друг говорил об обмене. Что вы, на хрен, можете предложить? - тот начал нервничать, наблюдая, как Харви приближается к дробовику вплотную.
- У нас есть немного вина. И девка, - произнес мужчина, смеясь, и положил руку поверх ствола, намекая, что он тут лишний.
- Серьезно? Что мешает нам пристрелить вас, а девку забрать себе? - усмехнулся латинос, явно удивленный наглостью гостя.
Его подельники одобрительно засмеялись. Тогда Харви, продолжая держать руку на дробовике, упершемся в его живот, дернул за ниточку. В тот же миг Йен выхватил пушку, успев стереть ухмылки с лиц, и приставил ее к виску Кейлин. Мужчина не видел их, но слышал испуганный вздох, вырвавшийся из глотки девчонки.
- Спорим, он нажмет раньше? - усмехнулся Харви.
Латинос переминался с ноги на ногу, бегая глазами от ствола, которым мужчина мог попытаться завладеть, на него самого и развернувшуюся за спиной Харви картину. Чернокожий верзила и толстяк двумя секундами раньше схватились за оружие и теперь тоже целились в их троицу. Мужчине не нужно было оборачиваться, чтобы представить, как третий целится в техасца, а тот держит на мушке Кейлин. К счастью, ей не пришлось играть испуг. Все вышло само собой, иначе никто бы не повелся на этот маленький фокус.
Наконец, латинос усмехнулся, приняв решение, и убрал дробовик.
- Вот теперь я верю. Прости, приятель. Сам сказал, этот мир и так держит нас за яйца, - сказал он куда более приветливо и протянув руку. - Хорхе Моначес.
- Джек Сингер, - Харви ответил на рукопожатие. - Мой компаньон Митч и Солнышко, - кивнул в сторону друзей.
- Солнышко сегодня всем посветит! Да, парни?
Те охотно закивали, довольные мирным разрешением конфликта и встречей с женским телом.
- Что ж, обсудим наши условия? - уточнил Харви, бросив осторожный взгляд на загораживающих вход приятелей Хорхе.
- Да, идемте внутрь, - согласился тот. - Держите руки на виду и следуйте за мной. Вздумаете хитрить, Илай вам пятки прострелит и подвесит на крючья, - и двинулся первым внутрь дома.
Толстяк и верзила остались, наблюдая за троицей с обеих сторон от входа, а названный Илаем шел следом, не опуская пушку.
- Живьем насажу, - пообещал он, и выражение его лица говорило, что шутить он не любит.
- Мы даже не думали хитрить. Правда, Митч?
Техасец просверлил его взглядом, возвращая "глок" за пояс, но вслух сказал лишь:
- Правда.
- Вот и славно. Просто не злите Илая, на хрен, и все будет хорошо.
Хорхе провел их за собой по коридору, не боясь выстрела в спину. Он не мог знать, что у Йена был патрон. Зато об этом знал Харви. И Кейлин, успевшая обжечь его яростным взглядом, когда всех троих привели в просторную гостиную и выстроили в ряд вдоль стенки.
Раньше это был жилой многоквартирный дом. За каждой дверью длинного коридора со скрипучим дощатым полом скрывались гнезда горожан низкого достатка. Многие двери были приоткрыты и за ними угадывалось все то же, что годы отвоевывало территории людей. Запустение и разруха таились в тенях и перевернутой мебели, разбитых стеклах, торчащих из оконных проемов, песке вперемешку с землей в углах, нанесенных сильным ветром, и пустившей в ней корни траве. Моначес с его подельниками обосновались за последней, самой дальней дверью. Он толкнул ее и махнул идущим позади.
Замыкали шествие толстяк с афроамериканцем и, подкрепляя свои действия направленными пушками, следили, чтобы гости стояли смирно.
- Я думал, мы все уяснили снаружи, - пробормотал Харви, теряя уверенность.
- Все так и есть, приятель, - согласился Моначес, упав в мягкое, обтянутое тканью кресло и положив ствол поверх колен. - Только сперва вы сдадите все оружие, какое есть. А потом обсудим детали. И не будем устраивать тут споры, на хрен.
- Не сдадите сами, за вас это сделает Донни, - хохотнул Илай, кивнув на чернокожего крепыша.
Тот ничего не сказал, зато его желтозубая улыбка говорила сама за себя. Из глубины помещений донесся звук смываемой воды в унитазе. Вместе с ней утекла надежда Харви на то, что все пройдет как по маслу.
- Мы не станем сдавать оружие, - твердо сказал техасец, двинувшись вперед с поднятыми руками. - Нас меньше и мы пришли торговаться, а не воевать.
- Не, ты не понял, приятель, - покачал коротко стриженой макушкой латинос. - Условия здесь диктуем мы.
Он убрал палец со спуска, но продолжал держать дробовик так, что мог в любой момент направить его в одного из них. К тому же на мушке их держали и трое остальных, а пятый член банды не заставил себя долго ждать. Крепко сбитый мужчина лет сорока появился в проходе, подтягивая штаны и бормоча что-то про новый ремень.
- Стоило отойти посрать, - выдохнул он, переводя взгляд с незнакомцев на Моначеса. - Это еще кто? И какого черта они тут забыли?
- Не поверишь, амиго, спросил у них то же самое. Говорят, торговцы. Предлагают шлюху и бухло, - Моначес усмехнулся.
- Наконец, Иисус услыхал мои мольбы. Ей богу, все руки стер о хрен.
- Только оружие сдавать не хотят.
"Делай, как они хотят. И заткнись" - приказал Харви техасцу, а вслух произнес:
- Стойте. Нет проблем. При раздаче мозгов Митч стоял последним в очереди. Мы сдадим оружие.
Он нервно сглотнул, вытаскивая чехол с охотничьим ножом из-за пояса, и протянул его рукояткой Донни. В ответ на немой вопрос мужчина только развел поднятыми руками.
- Все что ли? Чем ты зомби укладываешь? - вставил Моначес.
- Своей харизмой, - сказал Харви, ни разу не соврав.
Он не отвел взгляда от латиноса до тех пор, пока с лица того не сползла глумливая ухмылка. А верзила Донни тем временем перешел к техасцу и первым делом взял "глок", с которым тот не хотел расставаться. Подержав его в руке, он подозвал Моначеса, бросил ему пистолет. Тому потребовалось пара секунд, чтобы понять то же, что его подельник. "Глок" без магазина весил меньше.
- Смотри-ка! - воскликнул он, вытряхнув пустой магазин в ладонь и помахав им в воздухе. - Отчаянные янки, - добавил, покачав головой, пока Донни отнимал оба гвоздомета у Йена и вытряхивал третий из дамской сумочки Кейлин.
Моначес бросил пустой магазин за спину, а глок с дробовиком отложил в сторону, на стол, покрытый липкими пятнами и крошевом пепла. Харви скользнул глазами по утыканной окурками пепельнице и подумал, что у этих людей должны быть сигареты. Или табак. Или марихуана. Ему не помешало бы расслабиться, хотя бы на время. Но он боялся, что затуманенный разум не справится с поставленной задачей. Наблюдая за тем, как чернокожий верзила складывает все их "оружие" в картонную коробку на старом, родом из девяностых телевизоре, Харви скорее почувствовал, чем осознал, что напряжение в комнате спало. Латинос отвел пятого типа в сторону. Перекинувшись парой фраз, они оба вернулись. Моначес распорядился накрыть на стол, а его подельник, очевидно, занимавший в этой команде не последнее место, взял с собой Илая и покинул квартиру.
- Прости, приятель, - сообщил Моначес, похлопав Харви по плечу. - Мы все тут немного на взводе, на хрен. Приняли вас не за тех, вот и все.
- Да уж. У тех нашлось бы больше одного патрона для нас, - вставил опасливо толстяк, переместив стол так, что он оказался по центру гостиной, между двумя креслами и свободным пространством. - Они б скорее забросили сюда связку гранат, да и все, - добавил он, небрежно смахнув часть пепла, а часть сдув со стола.
- Золански, на хрен! - осадил толстяка латинос. - Держи рот на замке.
Он притащил пару стульев, расположив их с другого края стола. Тип, названный Золански, понял, что сболтнул лишнего и заткнулся. Харви приподнял бровь, с интересом наблюдая за приготовлениями Моначеса. Еще пару минут назад тот готов был вышибить им мозги, а теперь словно старался загладить вину, изображая радушного хозяина.
- Сперва дама, - пробормотал Харви, усаживая молчаливую Кейлин в одно из кресел. - Эй, я кормлю и одеваю тебя не за хмурую мордашку. Ну-ка, улыбнись.
 Он поймал ее за подбородок, повернув лицом к себе. Дернул за другую ниточку. Открыв дверь в чужое сознание, нельзя думать, что эта дверь будет работать только в одном направлении. Или Харви еще не понимал, как контролировать обратный процесс. Китаянка едва справлялась с собственным страхом, а еще - хотела его убить. Но спустя считанные доли секунды, на ее подкрашенных помадой губках расплылась игривая улыбка, а карие глазки стрельнули по вернувшимся мужчинам.
- Вот так куда лучше, - добившись результата, Харви сел на стул рядом и закинул ногу на ногу.
"Улыбайся. Или мы все умрем"
- Спесивая сучка, да? - понимающе кивнул на нее Илай, выковыривая остатки еды из челюсти. - Я бы выбил ей пару зубов, чтоб знала свое место.
Техасец молча встал за спиной Кейлин. И хоть он был безоружен, Харви не сомневался, что парень не даст девушку в обиду.
- Эй, спокойно. Никто здесь не будет выбивать зубы. Ясно? Вот так, - Моначес дождался, пока Илай, недовольно плюнув под ноги, не отойдет в сторону, и продолжил. - Я так понимаю, вам нужно оружие. И еда. Еды у нас не так много, самим едва хватает, - говорил латинос, пока толстяк выставлял вскрытые упаковки армейского сухого пайка, и извлекал содержимое.
Харви завороженно наблюдал, как один за другим появляются чили с бобами, курица фахита, овощная лазанья, говяжья грудинка, фрикадельки под соусом маринара, свиные ребрышки, рататуй и боролся с собственным желудком, готовым издать громкий звук, пока рот наполнялся слюной.
- Зато у нас есть оружие и кокс. Ими мы готовы поделиться. В обмен на общество сеньориты, конечно.
- Вы, парни, военную базу ограбили что ли? - усмехнулся Харви, оторвавшись от созерцания еды.
К его удивлению никто не засмеялся. Градус напряженности в комнате снова стал нарастать.
- Амиго, лучше тебе не знать, - произнес Моначес, покачав головой.
- Ты прав, - поспешно согласился мужчина, и Йен по немой команде достал из рюкзака бутылку вина. - Что ж, обсудим условия.
Они сошлись на одном стволе с полным магазином за полчаса. Итого пять стволов за каждый член в буквальном смысле. Харви настаивал на полной упаковке патронов сверху, но сумел выторговать лишь по запасному магазину и кокаин. Моначес готов был расстреливать свинец в обездвиженных зомби, но не хотел отдавать патроны кому-то еще. Чернокожий Донни принес кейс, в котором было обещанное оружие. Успев пересчитать его, прежде чем Донни захлопнул крышку и убрал кейс в сторону, мужчина понял, что там больше пяти стволов.
- Ну что ж, теперь можем и выпить, - воскликнул мужчина, потянувшись за бутылкой.
Илай опередил его, перехватив горлышко, и смерил настороженным взглядом.
- Может, ты нас отравить решил, - сказал он, взявшись вытаскивать пробку.
- Он выпьет первым и вопрос решен. Правда, Сингер? - Моначес не разделял страхов Илая, но предложенное решение устроило всех.
- Конечно, - Харви охотно принял стакан с вином и сделал большой глоток. - С Джексонвилля мечтал вскрыть эту бутылку.
Остальные, собравшись у стола, последовали его примеру. Обед намечался сытным и вкусным. Харви с Йеном давно не видели нормальной пищи и, несмотря на опасения, каждый из них хотел поскорее заглушить свихнувшийся желудок. Кейлин не меньше них хотела есть. Она едва схватилась за сочный кусочек средиземноморской курицы, когда перед ней возник силуэт пятого члена банды.
- Ну, довольно, потом поешь, - обронил он, дернув девушку за плечо. - Давай шевелись.
Кейлин, пробуравив Харви взглядом, вынуждена была следовать за ним вглубь комнат.
- Эй, а как же выпить? - спохватился Харви, заметив, что его стакан полон.
- Все нормально, - отмахнулся Моначес. - Леонард не пьет вино. Говорит, бабское пойло. А я вот не против. Тем более тут не до выбора, на хрен.
"Леонард. Вот значит, как его зовут", - пронеслось в мыслях Харви. Встретившись взглядом с латиносом, он натянул беззаботную улыбку.
- Так как вас занесло сюда? Без машины, без оружия? Расскажи, как вам троим удавалось избегать встреч с зомби, - Моначес говорил, жестикулируя пластиковой вилкой над упаковкой риса с перчиками холопеньо.
- Да они их голыми руками и харизмой валили, - хохотнул с полным ртом толстяк Золански.
- Прежде чем засесть здесь, мы с парнями поездили по округе. Городок не густ на muertos vivientes . Но бывает, забредают целыми стаями по десять-двадцать голов. Те, на стене, из такой же стаи. А людей кроме вас мы тут не встречали.
- К северу от города есть лес. Там мы нашли бойскаутский домик. После того, как нас обчистили. В нем и жили.
- Бойскаутский дом? - усмехнулся, обнажив золотой зуб, Моначес. - Типа дом скаутов? С вожатыми, малолетками в шортах?
- С зомби-вожатыми и зомби-малолетками, - кивнул Харви, чувствуя, как все внутри него превратилось в натянутую струну.
Решающий момент должен вот-вот настать. Кейлин придется справляться самой, но обездвижить этих четверых - его задача.
- Во чума! Донни, ты слыхал? И вы их всех? - он чиркнул пальцем по горлу.
- Мы с Митчем должны заботиться о Солнышке, - пробормотал мужчина, переглянувшись с техасцем. - У нее больше никого не осталось.
Из дальних комнат донесся придушенный женский визг. Все на миг стихли, прислушиваясь, но визг не повторился. Харви обмер, спрашивая то ли себя, то ли Йена, "сейчас?".
- Я следующий, - нетерпеливо поерзал на стуле Донни.
- Черта с два, - осадил его Илай. - Сперва я объезжу эту суку, пока ты своей ниггерской палкой не раздолбал в ней шахтерский тоннель.
- За расистские шутки я в тебе раздолбаю тоннель.
- Так и знал, кто из нас говномес, - Илай сплюнул под ноги, а Донни почти готов был вцепиться ему в глотку.
- Тихо! - осадил обоих Моначес.
Харви не успел понять, как латинос оказался с дробовиком на ногах. Он направлял его в потолок, держа палец на спуске.
- Потом девка моя. Потом Золански, на хрен. А если не заткнетесь оба, прострелю вам яйца и заставлю смотреть на все в сторонке. Ясно, на хрен?!
- Ясно, - процедил Донни.
- Илай? Что? Я не слышу!
- Ясно, Хорхе. Не кипятись, всего пободались малёха, - пробормотал Илай, подняв плечи и скрестив руки на коленях.
- Неужели так сложно?! Дождаться Родригеса, твою мать, и не поубивать друг друга, а? Мы уже здесь. Мы сделали это, на хрен! - продолжал Моначес, явно забыв о том, что его слышат чужаки. - И он приедет за нами, когда все уладится, ясно?!
- А что если... Родригес уже мертв? - подал голос толстяк.
Латинос не успел ответить. В следующий миг раздался новый вопль, и на этот раз он принадлежал мужчине. Он был больше похож на рык раненного медведя, и Харви подскочил со стула разом с остальными.
Дальнейшее в сознании мужчины отпечаталось с четкостью снятого в "слоу-мо" фильма. Он был на ногах, когда мысленно схватился разом за все раскинутые нити, кроме тех, что связывали его с техасцем и Кейлин. Им нужна была полная свобода действий.
"Сидеть".
Губы беззвучно вторили мысли.
Пока девушке приходилось бороться с Леонардом, Йен схватил пустую бутылку за горлышко.
Моначес за доли секунд до приказа навел дробовик на грудь Харви, целясь в сердце. Он не хотел стрелять, только осадить. Мужчина вдруг понял это по взгляду.
Трое других сели там, где стояли - Донни с Илаем упали на стулья, толстяк Золански бухнулся задницей прямо на пол между ними, повалив вместе с собой хлипкий табурет.
Йен ударил бутылкой наотмашь по стволу дробовика, меняя траекторию выстрела. В воздухе громыхнуло.
Что-то силой толкнуло Харви в плечо. И тут же обожгло в месте, куда пришелся удар.
- Ах, сука! - услышал он голос Моначеса и, накрыв ладонью плечо, обнаружил на ней кровь.
И тут Харви понял, что не владеет ситуацией. Вспышка боли разорвала его связь с остальными.
Под истошный вопль Леонарда, на Харви накинулся Донни. Он схватил мужчину за грудки, вытаскивая из-за стола, вмял стальной кулак ему в челюсть. Что-то хрустнуло и картинка перед глазами заиграла желтыми пятнами. Раздались новые выстрелы. Йен, схватившись с Моначесом, наконец, выбыли из его рук дробовик. Тот перелетел через всю комнату и исчез за диваном. Парень бросился было за ним, но латинос перехватил его на полпути, не давая добраться до ствола.
- Харви, давай! - кричал техасец, борясь с ним.
Харви пытался.
Донни продолжал выбивать из него дух, а Илай с толстяком покинули комнату. И тут до мужчины дошло. Они вернутся с оружием, которое на время мирной встречи оставили где-то еще. В гостиной был только кейс с кодовым замком.
- Я не могу! - выдавил из себя Харви, закрывая голову локтями от ударов.
 Здоровяк Донни, повалив мужчину на землю, взялся бить его носками по ребрам. Что-то заставило его остановиться и взглянуть по-новому на сжатый кулак, которым афроамериканец бил Харви по лицу. Разглядывая тональный крем, оставшийся на костяшках пальцев, он перевел озадаченный взгляд на мужчину.
- Что за черт?! - выдохнул Донни, обнаружив на скуле Харви, там, куда пришелся его удар, темную серую полосу.
Тот лежал на ковре, сжавшись в позу эмбриона. "Они вернутся с оружием! Гвоздометы!" Харви взмолился, чтоб Йен его услыхал, а тот тем временем пытался пробить затылком Моначеса стену.
- Что за черт?! - повторил афроамериканец, взяв мужчину за грудки. - Что ты такое? - пробормотал он, с отвращением всматриваясь в лицо Харви.
Другого шанса могло не быть. И Харви представил, как затягивает петлю на шее чернокожего здоровяка. Отдал ему приказ. С хрустом треснули позвонки Моначеса, когда Йен свернул ему шею. Тело латиноса рухнуло мешком на ковер, и в этот миг на пороге появились Илай и Золански с оружием наперевес. На их глазах здоровяк Донни прошел к коробке на телевизоре, и, приставив к виску гвоздомет, выстрелил.
Техасцу потребовались доли секунды, чтобы нырнуть за диван и, оставаясь между ним и стенкой, встать, направив дробовик в сторону выхода.
Двое других, непонимающе глядя на убившего себя Донни и борясь с завладевшей их разумом волей, бросили автомат и "винчестер" и толкнули их вперед. Еще спустя миг они заложили руки за головы, сцепив пальцы на затылке, и медленно опустились на колени. А Харви, расправив плечи и будто забыв о боли в ране и под ребрами, позволил себе насладиться моментом. Но его маленькому триумфу пришел конец, когда в проходе появилась Кейлин. Издав яростный крик, она расстреляла их из пистолета-пулемета, и лишь, когда те с изрешеченными грудными клетками упали, перестала жать на спуск. Продолжая стоять над телами, Кейлин шумно втягивала воздух ноздрями. Лицо китаянки и одежда были забрызганы кровью.
- Отлично, - пробормотал мужчина, растирая ушибленную скулу и пробуя двигать челюстью.
Кейлин явно не намеревалась остывать и, держа в одной руке М10, издала вопль, больше похожий на животный рев. Техасец склонился над Моначесом и, пустив ему пулю в лоб, принялся выворачивать карманы.
- Черт, черт. Должен же быть ключ, - с досадой бормотал он над одним телом.
Потом перешел к трупу Донни, взявшись его охлопывать, пока, наконец, не нашел ключи от машины.
- Никто не скажет "эй, мы собирались обойтись без насилия"? - развел руками Харви, оглядывая гостиную.
Кресло перевернуто, стулья и табуреты опрокинуты. Столик с едой устоял, но большая часть богатого армейского меню рассыпалась по грязному ковру. Но это все еще была еда. Сытная, богатая белками и протеином, еда для настоящих бойцов. Нужно было собрать, что еще можно, обратно в открытые контейнеры, переложить в пакеты или сумку. Наверняка, здесь что-то такое найдется. А еще эти парни где-то должны хранить свое оружие и наркотики. Моначес говорил, что у них полно этого добра. "Прости, приятель. Тебе это уже не понадобится", - подумал Харви, бросив взгляд на латиноса со свернутой шеей и вытекающей из черепа кровью. На какой-то момент мужчина испугался, что тот сейчас откроет глаза и обвинит его во всем. Но этого не произошло. Зато дала о себе знать рана в плече.
Осторожно просунув пальцы в дырку на куртке, Харви зачем-то потянул за нее. Коснулся раны, нервно сглотнув, и с облегчением обнаружил, что кровь красная и продолжает течь. "Нужно вытащить дробь", - подумал мужчина, борясь с приступом тошноты. Он больше не владел ничьим разумом, снова став обычным человеком. Слабеющим от кровопотери и испытывающим боль.
- Зубы он мне выбить собрался! - выкрикнула, наконец, Кейлин и, тяжело дыша, отступила назад. - Это все ты!
Харви вскинул голову, ожидая увидеть направленный в его сторону взгляд девушки. Но та обращалась к техасцу. Йен, упокоив и обшарив карманы двух других, вытащил кейс с оружием на середину комнаты и пытался вскрыть его с помощью ножа и вилки.
- Ты сказал, все пройдет по плану. У нас будет подстраховка на случай, если что-то сорвется. Ты позаботишься, чтобы никто не пострадал, - выкрикнула Кейлин. - Я поклялась, что не вернусь больше в бордель. Ясно тебе это?!
- Откуда я мог знать, что кто-то не выпьет?! - вспыхнул и без того напряженный парень.
- Мне пришлось выколоть ему глаза! Гвоздем! - процедила Кейлин. - Мне теперь это сниться будет.
Йен, не зная, что сказать, потер переносицу.
- Если бы я не припрятала пару гвоздей, что мне тогда оставалось делать? Раздвинуть ноги и ждать, пока вы тут закончите? Так ты себе этот план представлял?! - не унималась Кейлин.
- Послушай, я не хотел этого! Ясно?! - прикрикнул техасец, поднявшись на ноги. - Если эти парни ограбили какую-то неизвестную нам шишку, лучше отыскать, где они прячут оружие и дурь, сесть в машину и гнать отсюда на всех парах в Сент-Луис. Потому что если их все еще ищут, то рано или поздно придут сюда. И нам лучше быть как можно дальше от всего этого. Понятно?
- Военные, - вставил Харви, нервно сглотнув.
Он прихватил брошенное полотенце с пола, крепко прижал его к плечу, пытаясь остановить кровотечение.
- Что? - нахмурился Йен.
Китаянка так же непонимающе глядела на него, ожидая более полного ответа.
- Армейский сухпаек, - Харви кивнул в сторону разбросанного добра. - Если у кого и может быть полно оружия, наркотиков и ИРП , то только у переживших зомби-апокалипсис военных. Ну, или тех, кто мог их заменить, - он пожал плечами, выражая неуверенность. - Не удивлюсь, если какой-нибудь серьезный бандитский синдикат теперь распределяет пайки и наводит порядки.
До Йена начинало доходить.
- Они могут базироваться в крупном поселении выживших. Обеспечивать защиту жителям и держать их под контролем.
- Если это так и наши парни, - Харви кивнул в сторону Моначеса. - их обнесли...
- То мы, возможно, собираемся отправиться вместе с награбленным прямо в их логово, - закончил за него Йен упавшим голосом и, развернувшись, ударил кулаком в стену. - Черт!
- Мда, парни, - выдохнула Кейлин, закатив глаза к потолку. - Вы двое - прямо магнит для неприятностей.
Она прикрыла рот ладонью и повернулась спиной, переваривая сказанное.
- Но у нас нет выбора, так? - покосился в сторону Харви техасец. - Мы столько проехали, чтобы добраться туда. К тому же насчет военных или кого еще, это все предположения, верно? У нас нет никаких подтверждений, что они будут там, куда мы едем, - в его голосе звучала слабая надежда.
Парень хотел верить в то, что говорил. Ему это было необходимо не меньше, чем Харви - знать, что он еще не полностью съехал с катушек. И он, распрощавшись со взывающим к разуму инстинктом самосохранения, изобразил оптимистичную улыбку.
- Конечно.
Мужчина опустился на диван и протянул руки:
- Давай сюда кейс.
- Что ты собираешься делать? - уточнил Йен, выполняя его просьбу.
- Вскрыть его, дубина. Что еще с ним можно делать?
- Ты успел забраться в башку Моначеса и узнать код? - просиял он.
- А надо было? Прости, ты не уточнял, когда сворачивал ему шею, - оглядев замок, Харви шумно вздохнул и произнес. - Мне понадобится немного времени.
- Хорошо, - кивнул техасец. - Мы с Кейлин займемся поисками.
Они ушли. В этот раз китаянка не спорила, очевидно, выпустив весь пар. Харви остался наедине с металлическим кейсом и четырьмя трупами. Поверхность приятно холодила пальцы и колени, на которых тот лежал.
- Ничего сложного, если знать алгоритм, - пробормотал он себе под нос, прокручивая по очереди каждое колесико кодового замка, и невольно усмехнулся.
Открыв крышку кейса, Харви еще раз взглянул на лежавшее внутри оружие. Вид полированных стволов, металлических и пластиковых накладок каким-то образом вызвал в памяти арену Фрифолка. Вырванные глотки зомби, сжатые в его руках. Он был безоружен, и почти не прилагал усилий, с трудом понимая, что творит. Все, чего ему тогда хотелось - прекратить. Остановить схватку, избежать лишних смертей. Но он не смог тогда, как не смог сегодня. И пусть эти люди, чьи мозги и кровь растекались по старому ковру, заслуживали наказания хотя бы за то, что они делали с зомби, Харви не хотел их убивать. "Может быть, пора пересмотреть некоторые взгляды" - пронеслось в его мыслях.
Взяв из кейса "Ругер Марк 3", он проверил заряд магазина, убедился, что тот полон, и загнал его со щелчком обратно.
- Харви! - донесся голос техасца из глубины комнат. - Давай сюда! Ты должен это видеть.
Пришлось отложить кейс и поспешить к Йену. Правда, пистолет Харви сунул сзади за пояс, успев пожалеть о слишком резком движении.
- Я, между прочим, ранен. Если ты до сих пор не заметил, - первым делом сообщил он, обнаружив обоих в одной из пустующих комнат.
Это была спальня с двухместной кроватью, тумбочками с обоих сторон от нее и большим зеркальным трюмо, на котором висели дамские безделушки и совместные фотографии прежних владельцев. Большой двухстворчатый шкаф был настежь распахнут. Редкое тряпье на вешалках раздвинуто в обе стороны, а ящики, которые, очевидно, хранились внутри, парень вытащил и расставил перед собой. Какие-то были уже вскрыты, какие-то нет.
На кровати, сжимая гвоздодер в руках, свешенных с коленей, сидел Йен. Кейлин, не обращая на него внимания, набивала внутренние карманы куртки пакетами с коксом.
- Видишь? - спросил Йен, подняв на него обеспокоенный взгляд.
- Что я должен видеть? - спросил, оперевшись здоровым плечом о косяк, Харви.
Три квадратных ящика со сдвинутыми крышками, набитые соломой. В одних рядами лежали пистолеты в других - расфасованные по пакетам наркотики. Кроме них на полу комнаты стояли еще два прямоугольных ящика. В них, наверняка, автоматы или винтовки. Так или иначе, им удалось сорвать джек-пот.
- Мы... богаты? - предположил мужчина, сомневаясь, что ответ верный.
- Взгляни НА ящики, Харви.
И только тогда он обратил внимание на надпись, отпечатанную на древесине крышки.
"Собственность "Зет-Индастрис".
Взгляд Харви метнулся к другому ящику, к третьему, четвертому. На каждом красовалась подобная надпись. Сердце стремительно ушло в пятки. "Злобная сука из "Зет-Индастрис... Обещала мне вертолет и личный остров за тебя..." - твердил русский наемник в оживших воспоминаниях. "Плохая женщина... она придет за мной..." - повторял ребенок из его слуховых галлюцинаций. "Экспериментальная вакцина "Зет-Индастрис" творит чудеса, если... не убивает..." - вторил им голос Акселя Флинка.
- Пойду поищу сумки. Ящики брать нельзя, - выдохнул техасец, поднимаясь с кровати.
Остановившись напротив Харви, он скользнул взглядом по ране, нахмурился и бросил через плечо:
- Кейлин, помоги ему перевязать рану, - не дожидаясь ответа, добавил, повысив тон. - Сделай хоть что-нибудь нормально, пока я не начал терять терпение!

 Техасец вернулся спустя пару минут с ворохом легких парусиновых сумок и, бросив их на кровать, принялся, не говоря ни слова, перекладывать оружие, патроны и кокс, пока Кейлин сооружала повязку на плече Харви, используя рваные простыни. На сборы ушло не больше пятнадцати минут. Чтобы перенести все в машину, припаркованную во дворе, и того меньше. Забрали с собой и еду: ту, которой их угощал Моначес, и ту, что нашли в шкафчиках на кухне. Те были забиты невскрытыми упаковками сухпайка. Правда, радоваться жирному кушу никто не спешил.
Покончив с погрузкой, Йен захлопнул багажник "Тойоты Форанер", вытащил из-за пояса пистолет и, щелкнув затвором, направился в сторону частокола из обездвиженных зомби. Кейлин, сомневаясь, что остальное ее касается, забралась на заднее сидение и, словно только теперь обнаружила следы чужой крови, принялась оттирать лицо, смотря в зеркало.
- Эй! - окрикнул Йена Харви, двинувшись следом.
Почуяв поблизости свежее мясо, измученные зомби оживились. Из ссохшихся глоток вырвался нестройный полурык-полухрип. Одни резво задергались, скользя по металлическому штырю навстречу к еде, другие могли только клацать зубами, бессильно хватая почерневшим ртом воздух.
- Ты меня не остановишь, - отрезал Йен.
- Ты не сделаешь этого, - произнес Харви, попытавшись сквозь боль дотянуться его до сознания.
Кожа вокруг того места, где засела дробь, успела припухнуть. Боль отдавала в мозг пульсирующим сигналом. Это мешало сосредоточиться. Если в ближайшее время не вынуть дробь и не обработать рану, ничем хорошим это не закончится.
- Хочешь остановить меня? - спросил техасец, встав напротив ближайшего зомби.
Тот вытянул шею вперед, насколько позволял загнутый крюк в его грудине и жадно втянул воздух подгнившими ноздрями
- Ты не можешь просто убить их.
Услыхав голос Харви, мертвяк повернул голову в его сторону и замер с полуоткрытым ртом. Его лицо, вернее то, что от него осталось, скорее походило на работу маньяка-свежевальщика. Часть кожи на обеих щеках была срезана, раны успели почернеть на солнце. Мясо отслаивалось пластами. Отсутствовали уши и добрый кусок плоти на лбу. Ниже выпирающих ребер, а этот зомби был в одних рваных джинсах, на теле отсутствовал еще один кусок кожи вместе с мышцами живота, а ссохшиеся под солнцем внутренности спутанными лентами висели до самой земли. И, конечно же, его использовали как мишень. Харви переводил взгляд от одного пулевого отверстия к другому, испытывая невыносимую боль и чувствуя, что хочет только одного. Прекратить мучения.
- Если собаку сбивает машина и та не может ходить, гадит под себя, ее усыпляют, Харви. Если собака подхватит бешенство, ее усыпляют. Я не знаю, что творится у тебя в голове, и, честно, не хочу знать. Но это, - Йен указал на зомби пистолетом. - Бешенная собака, сбитая машиной. И все, что я могу сделать, это упокоить его. Нет другого решения. Нет лекарства, которое вернет им способность мыслить и не жрать людей, а нам - надежду, что после смерти каждый из нас не превратиться в трупохода.
Мужчина нервно сглотнул, слушая его.
- Посмотри на них. То, что делал Моначес с его людьми, это неправильно. Так не должно быть. Окажись я на их месте, то хотел бы знать, что найдется кто-то, кто подарит мне покой. Окончательный покой, понимаешь? И я намерен сделать это прямо сейчас, - сказав так, Йен поднял пистолет, на этот раз наведя прицел на череп мертвеца.
- Нет, - Харви встал между ними, словно решил принять пулю вместо подвешенного зомби.
- Ну что еще? Как мне объяснить, что это милосердие, мать твою?!
- Нет, - повторил мужчина, тяжело выдохнув, выдернул из-за пояса присвоенный "Ругер" и, встретившись взглядом с Йеном, добавил. - Ты этого не сделаешь. Это... моя головная боль. Я все сделаю, иди.
- Ты уверен?
- Открывай ворота и заводи мотор. Я справлюсь.
- Ладно, - Йен кивнул, соглашаясь с его решением.
Он хотел сказать что-то еще, но вместо этого уткнулся взглядом в ботинки. Затем, словно собравшись с мыслями, крепко сжал плечо Харви.
- Чтоб ты знал, я благодарен за то, что ты меня вытащил после смерти Лу. И не виню, что втянул в этот дурно пахнущий переплет. Вакцина знатно спекла тебе мозги, да? - они оба горько усмехнулись. - Только мне кажется, что скоро придет время выбирать с кем ты. И мне не хотелось бы думать, что ты выберешь тех, кто жаждет чужих мозгов.
Убрав пистолет, парень направился к воротам, чтобы открыть их, а Харви сделал глубокий вдох. Ствол теперь казался непомерно тяжелым. Ему пришлось перехватить запястье другой рукой, наводя прицел. Мертвец продолжал завороженно пялиться на него, словно узрел чудо, и от этого сделать выстрел было куда трудней. Ладони вспотели, пробитое плечо пульсировало с новой силой, будто дробь в нем только ждала момента, чтобы напомнить о себе. Убить зомби, чьи самые сильные позывы или чувства, не важно, как их назвать, он испытывал помимо воли, казалось, все равно что прикончить себя. Однако, когда раздался выстрел и череп мертвяка, дернулась на ослабших мышцах, ударив в стену, стало легче. Шум в голове не стих, но заметно ослабел. Покой. Только сейчас Харви вдруг осознал, почему Йен и остальные говорили "упокоить". Бросив вороватый взгляд в сторону садившегося в машину техасца, он подумал, что парень прав. Это и есть милосердие.
И мужчина перешел к следующему повисшему на крюке зомби, чтобы подарить ему тишину. И покой.

Церковь Судного Дня. Нью-Сент-Луис.
Под крышей здания на углу Макферсон и Вандевентер-авеню, принадлежавшем в мирные дни Церкви Иисуса Христа святых последних дней, сегодня не осталось пустого места. Выжившие, лишившиеся близких и родных, как и прежде искали поддержку в доме Господа и паства преподобного Джедикайи Санденса росла день ото дня, принимая все новых и новых последователей. Люди заняли все свободные скамьи, толпились в проходах между рядами.
Тех, кто пережил первую волну заражения в городе, очищенном от зомби, осталось мало. В первый месяц погибло более ста тысяч мирных жителей, в последующие численность населения продолжала снижаться, пополняя ряды свежеобращенных мертвецов. Большая часть тех, кто не заразился, стремились покинуть оккупированный живыми мертвецами Сент-Луис. Они, как и многие, считали, что если держаться подальше от мегаполисов, то можно избежать инфицирования и дожить до того времени, когда создадут вакцину. Другие укрепляли свои жилища, занимали опустевшие дома и убежища, надеясь, что правительство не оставит граждан в трудный час. И те, и другие рисковали в равной степени. Однако, судьбы покинувших город оставались не известны, а те, кто остался, со временем справились с охватившим общество недугом и смогли начать заново. Первыми в город пришли военные и, объединив усилия с уцелевшими патрулями полиции и отрядами добровольцев, принялись расчищать квартал за кварталом, выкуривая зараженных изо всех подворотен и домов. Затем, когда численность зомби в черте города стала стремительно снижаться, явились люди в костюмах, пообещавшие положить конец болезни. И тогда появился "барьер", удерживающий мертвецов на расстоянии от города, а люди в костюмах развернули свою деятельность на полную, обосновавшись в небоскребе "АТ & T".
В тот день, когда последний живой мертвец в Сент-Луисе был уничтожен, контроль за смертностью и последующим упокоением был прописан новым уставом городского совета, началась новая история. В укрепленный и восстанавливаемый город стали стекаться выжившие из других мест. Сент-Луис, истощенный болезнью, разбоями и внутренней враждой охотно принимал новых поселенцев.
 И сегодня каждый, кто оказался по эту сторону "барьера", мог заново начать жизнь, не боясь больше стать кормом для зараженных. Но была у этой монеты и обратная сторона.
Преподобный Джедикайя скользнул длинными пальцами по строкам святого писания, перелистнул страницу назад, туда, где лежала пачка исписанных тонким размашистым почерком листов, и, нахмурившись, захлопнул книгу. Горожане, пришедшие в это воскресное утро, ждали от него нужных слов. Важных слов, способных открыть им глаза на вящую истину, заставить сердце биться сильнее, а души ликовать от мысли, что Бог все еще с ними, что он не покинул их в это сложное время. Пастор подготовил прекрасную проповедь. Он репетировал ее несколько часов, проговаривал вслух до тех пор, пока, наконец, не пришел к идеальному звучанию заложенного в нем посыла. Но сейчас, стоя за кафедрой и глядя сверху вниз на лица прихожан, он вдруг понял.
Они хотят слышать другое.
Пастор снял очки для чтения, потер переносицу и, скрестив дужки, положил их рядом с Библией.
- Братья и сестры! - воскликнул он. - Пора отринуть страх, в котором мы живем, и взглянуть правде в глаза.
Он выждал немного, скользя взглядом по обеспокоенным лицам. В наступившей тишине под сводами церкви был хорошо слышен шепот и хруст одежды. Кто-то ерзал на скамье, кто-то застыл, глядя во все глаза на духовного лидера.
- Мы живем в трудные времена. Пусть вокруг нас царит размеренный ритм и каждый занят делом во благо нации, пусть зараженные остались за чертой "барьера" и всякий чтит право ближнего на вторую смерть, но дьявол не дремлет, - он выждал, пока тихий говор в рядах прихожан стихнет, и продолжил. - Он обещает нам безопасность, еду, работу и будущее, в котором нет места страху. Он окружил нас надежной защитой от мира, где голод, зависть, гнев и разруха продолжают пожирать и раздирать Америку на части. Мы окружены его лживой заботой и не видим, что стали подобны агнцам, взращенным на убой.
Из середины зала донесся нестройный голос поддержки. Многие оставались верны его видению происходящего. А происходящее заключалось в том, что дитя, единственное здоровое дитя, рожденное от зараженной матери, насильно забрали у приемных родителей и поместили в лабораторию "Зет Индастрис" для бесчеловечных опытов. Сами же приемные родители канули в лету, а все, кто мог знать о их дальнейшей судьбе, предпочитали отмалчиваться и отводили взгляды.
- Я был одним из вас. Тем, кто поверил в их слова о благих целях, об исцелении для всех, переживших удар Гнева Господня. Пока они не показали свое истинное лицо. Лицо врага человеческого, разделяющего детей с матерями. Убивающее невинных, чтобы скрыть свои злодеяния, паразитирующее на наших страхах и надеждах, обещая то, чего все мы жаждем. Спросите сами себя. Спросите, чего вы хотите?
- Не стать зомби! - выкрикнул темнокожий парень лет двадцати.
- Не хочу стать угрозой моим детям, когда придет время, - подала голос крепенькая седовласая старушка в просторном вышивном балахоне.
- Чтоб вернули интернет и кабельное с порнухой, - хохотнул крепкий мужчина средних лет в мятой бейсболке.
- Я не хочу оказаться в Обители последних дней, - полнотелая мулатка, во внешности которой угадывались индийские и афроамериканские корни, говорила спокойно, но в выражении лица была тревога.
И каждый, кто хотел еще высказаться, замолчал, кивая в ответ. Обитель последних дней, хоспис для неизлечимо больных, слишком старых или смертельно раненных жителей. Туда со дня подписания устава отправлялись все, кто должен был умереть. Обреченным, словно осужденным на высшую меру наказания, предлагался обед на выбор в пределах разумного, отводился день на прощание с родными и приведение дел в порядок, а затем его жизнь оканчивалась вместе с инъекцией анестетика и контрольным в голову. Так говорили. Но со временем преподобный начал сомневаться, что люди, способные убить добропорядочную пару, растившую Марию как свою дочь, станут тратить время и деньги на облегчение чьих-то мук. Он пришел к выводу, что пуля в голову была единственным средством их милосердия.
Но ему даже в голову не могло прийти, чем на самом деле являлась Обитель последних дней для целей, преследуемых "Зет Индастрис".
Проповедник продолжал говорить, изобличая коварства научно-исследовательского центра, опутавшего город подобно спруту своими щупальцами влияния. Во что бы то ни стало, он должен был донести до каждого в этом городе, как опасна их деятельность. День за днем, месяц за месяцем и год за годом, обретя веру, Джедикайя Санденс, перспективный политик, член городского совета и кандидат в конгрессмены в прошлом, просил Господа подать ему знак. Если Он сохранил ему жизнь, когда смерть дышала в затылок, то ради чего? Какую миссию возложил на плечи получившего в распоряжение церковный приход наставника и верного друга?
"Могу ли я говорить им о Гневе Господнем и скором пришествии Иисуса, который подарит нам всем исцеление, когда сам погряз в сомнениях и страхе? Подай мне знак, хоть что-то, чтобы я мог знать, что не напрасно продолжаю дышать. Что ты со мной, с нами", - молился он снова и снова, пока однажды в дверь не постучал Питер Якобсен, один из его прихожан, и не позвал за собой в больницу Святой Мэри. По дороге он сбивчиво рассказал о молодой паре горожан, ожидавших пополнение в семействе со дня на день. Вот уже три года как жизнь за "барьером" начала налаживаться, но еще очень многие опасались заводить детей в столь опасное время. Каждый родившийся после эпидемии ребенок уже был чудом, а так же огромной ответственностью и риском для родителей. Джедикайе чаще приходилось отпускать грехи умертвившим плод в утробе, чем крестить рожденных.
Однако, в случае с настоящими родителями Марии все было не так. Отец оказался заражен, когда ее мать уже находилась на седьмом месяце беременности. Какое-то время, пока протекал процесс обращения, ему удавалось скрывать место укуса и саму болезнь от окружающих, а когда стало поздно, он заперся в доме с женой, угрожая застрелить ее, себя и всякого, кто сделает хоть шаг в сторону его жилища. Иначе как безумием подобное нельзя объяснить.
Умершие обращаются в зомби от нескольких минут до получаса. У тех, кто будучи инфицирован, оставался жив и не имел смертельных ран на теле, оставалось еще, по меньшей мере, около суток. Самые крепкие, в зависимости от генетики, врожденных и приобретенных заболеваний, иммунитета, могли продержаться чуть дольше, но, так или иначе, исход для всех был один. Отец Марии около суток скрывал правду, и из них еще три часа держал в заложниках беременную жену. "Все, чего он хотел, это увидеть ребенка перед смертью", - думал Джедикайя, вспоминая день, изменивший все. Возможно, он уже не понимал, что играет со смертью наперегонки, подвергая опасности всех и в первую очередь близких. Когда раздался вопль, а затем выстрел, сдерживать собравшихся у здания людей стало некому. Ворвавшись внутрь, они обнаружили мужа с кровавым месивом вместо затылка. Винчестер лежал рядом. Теряя остатки сознания, он выстрелил в голову, но прежде укусил женщину. "Спасите ребенка! Спасите ребенка!" - повторяла она. И тогда даже у солдат под натиском возмущенных горожан не нашлось смелости, чтобы прикончить укушенную согласно всем предписаниям. Организовав изолированную перевозку, они доставили женщину в ближайшую действующую больницу. А дальше случилось то, что иначе как чудом нельзя было назвать.
Джедикайя, погруженный в книги и размышления, пропустил большую часть всего, что сопутствовало явлению чуда. Он был слишком подавлен, почти отчаялся и потерял надежду увидеть знак, о котором молил. Всю дорогу до больницы Святой Мэри на Бельвью-авеню, пока Якобсен, без остановки говорил, мужчина не мог поверить собственным ушам. Все это было больше похоже на игры спящего разума. А потом он увидел послание на дорожном указателе - Верь . И на нетвердых ногах шагнул в переполненный людьми холл.
 Он сменился стерильной чистотой больничных коридоров и стеклом, за которым находилось освещенное родильное отделение. Посреди пустого помещения в прозрачном изолированном боксе подергивал ручками пухленький младенец. Он не был стеснен в движениях, детей давно перестали пеленать в тугой кокон, как это было с его малышкой Эмили. Младенец был совсем крохотным. В глаза сразу же бросался непривычно бледный, почти серый цвет кожи с темно-синими прожилками вен, но он уверенно подергивал ручками и ножками. Стоя за перегородкой вместе с теми немногими жителями, кого пустили в эту часть больницы, преподобный впервые за долгие годы отчаянья и борьбы, оставил сомнения. Господь дал ему больше, чем знак. Он дал надежду.
Мать не успела назвать ребенка. Она обратилась во время родов и была упокоена сразу после того, как тот появился на свет. Члены совета, врачи с медсестрами и все, кто знал, а знали к концу второго дня все, даже солдаты, несущие вахту у "барьера", с замиранием сердца и робкой надеждой ждали, когда закончиться карантин. Младенец не обратился ни через день, ни через три. Ни спустя неделю. Продолжал жить, питаясь разведенным сухим молоком и сладкой водой вопреки всякому научному объяснению. Тогда ему, наконец, дали имя.

Внутри живота, где застряла пуля, все горело огнем, словно кто-то вытащил внутренности, щедро полил их "табаско хабанеро" и затолкал обратно. Жажда казалась невыносимой. Жар не спадал, лишь резко превращался в озноб, и Катлеру казалось, что он давно мертв, а все вокруг лишь иллюзия. Он проваливался в спасительное забытье и возвращался из него, когда огонь в животе становился невыносимым. Лица и образы мелькали перед глазами, приходя на смену непроглядной черноты.
Время потеряло смысл, как и желание жить. Прошлое и настоящее смешались.
Вот он отстреливается от шиитских боевиков в раскаленной добела иракской пустыне, сидя на пассажирском сидении "Хамви", прикрывает Гэрри, вцепившегося в руль мертвой хваткой. Каска жарит затылок. Соленый пот течет по лбу и бровям, затекает в глаза, мешает держать прицел. Катлер не может отвлечься. Он прикрывает огнем, Гэрри везет. К зеленой зоне. К спасению из чертовой шиитской западни, где полегло две трети их взвода. Выжженные пейзажи пустыни и полуразрушенных зданий Багдада сменяет тесный больничный бокс. Сюда его привезли люди в светло-синих комбинезонах с бейджами "Зет Индастрис" на груди. Он был еще в сознании, когда его уложили на кушетку и пристегнули. Пока с него методично срезали одежду, он попытался завладеть ножницами и бежать. Кровь хлестала из раны, пачкая живот, ноги и кушетку с полом вокруг. В брюшине стало горячо и влажно, словно что-то разорвалось. Скорее, так и было, но тогда он еще не представлял, что может быть хуже. Пустота, пришедшая следом за инъекцией транквилизатора, казалась спасением. Катлер не помнил, как ударился головой о бетонный пол. Тогда ему казалось, что он падает на мягкую постель. Придя в себя в следующий раз, он обнаружил на затылке спекшуюся кровь и с содроганием вспомнил, что умирает.
Его переодели в длинную белую рубашку с короткими рукавами, из тех, что шнуруются на спине. Рану на животе зашили и обработали. Отмыли от крови изолированный стеклопакетом вместо решетки бокс. Но никто не собирался его лечить.
Мэган Дортвич смотрела, как он сгорает изнутри. Офисный костюм, безупречный макияж, словно молодая женщина пришла на открытие художественной выставки или съемки телепередачи о том, как быть чертовой сукой.
- Доктор Фернандес хотел извлечь пулю, но согласился, что это не обязательно, - сообщили смеющиеся губы цвета спелой клубники. - Боюсь, тебя ждут самые долгие часы в твоей жизни.
Катлер потерял счет и чувство времени. Он проваливался в беспамятство и снова возвращался, иссушенный жаждой и смертельной раной. Никто не собирался его спасти. Никто не станет избавлять его от страданий, пустив пулю в лоб.
Ничего он не хотел так сильно, как, наконец, сдохнуть. Но когда слышал голос Дортвич, в реальности или галлюцинациях, навеянных жаром, сильнее всего ему хотелось стиснуть в руках ее горло. И сжимать до тех пор, пока не хрустнут позвонки, стерев чертову надменную ухмылку с накрашенных губ. Если ненависть могла придавать сил, то последние часы он жил только за ее счет. А потом и это исчезло в совершенной пустоте.

Автомагистраль I-70. По дороге в Сент-Луис.

Небесно-голубой "Бьюик Ривьера" мчал стрелой, минуя указатели и повороты. Пока трасса была относительно свободной от брошенных автомобилей, Дакота выжимала все, на что тот был способен. Ее не смущал ни прицеп с примотанной к нему инвалидной коляской, ни Кёртис, скептично заметивший, что такими темпами они съедут в кювет, если понадобится резко тормозить.
Сегодня у нее было хорошее настроение и странное предчувствие, что все получится. Получится добраться до мегаполиса и найти Харви с Йеном раньше, чем те попадут в переделку. Получится убраться оттуда, не потеряв больше никого из близких людей. Конечно, она предполагала, что Йен захочет вернуть все, как было, может даже устроит дурную сцену ревности, но... Важным сейчас было вытащить их и Кейлин, если та еще с ними. С остальным Ди разберется потом.
- Сбавь чутка, - посоветовал Кёртис. - Через десять миль будет развилка. На таких местах обычно орудуют мародеры, устраивают заграждения из всего, что под руку подвернется.
- Вечно ты весь кайф обламываешь, - выдохнула Ди, бросив на него насмешливый взгляд поверх очков.
Солнцезащитные "авиаторы" она нашла на месте прошлой остановки, где они заправляли машину. Похожие были у нее в прошлой, до апокалипсиса, жизни, когда они с парнями выступали по клубам с "Мертвым рассветом". Сигарета в одной руке, стойка с микрофоном в другой, в половине песен, еще и гитара, на которой Дакота играла, изображая не знавшую страха рок-диву. Черт, да она была ей! Пока стояла на сцене, пока мелодия окружала со всех сторон, проходила сквозь тело и соединялась с ее чуть надтреснутым, но сильным, как ей казалось, голосом, Дакота Уилсон была непобедима, обожаема и способна на все. Ровно до тех пор, пока не спускалась с нее, возвращаясь к привычной роли неудавшейся дочери, сестры и подруги. И только на сцене, как и в дороге, рискуя не успеть вписаться в поворот, она по-настоящему оставляла все страхи за бортом.
- Если так хочешь пробить зад прицепом, я держать не стану. Только учти, что багажник забит оружием, которое нам еще понадобится, - сказал Кёртис, выдернув с заднего сидения бутылку с водой.
- Ладно, ладно, - выдохнула блондинка. - И откуда ты столько знаешь о засадах на дороге? Нет, стой. Даже слышать не хочу о твоем богатом жизненном опыте и том, скольких бедолаг тебе довелось обчистить тем же способом.
Искоса наблюдая за тем, как он пьет, она поняла, что во рту тоже пересохло, и забрала бутылку. Кёртис усмехнулся, явно довольный ее выводом.
- Когда доберемся до твоих дружков, хочу, чтобы ты трезво оценивала ситуацию. Возможно, спасать будет уже некого. И тогда план действий придется серьезно пересмотреть. Или твои парни окажутся в полном дерьме, и тогда любой просчет может стать последним, а я не готов так скоро прощаться с жизнью, - он сделал паузу, не отрывая взгляда от трассы, но на губах играла все та же ухмылка, означавшая "я пытаюсь вывести тебя из себя и посмотреть, что будет".
Ничего нового. Дакота уже смирилась с этой игрой в "кошки мышки".
- Допустим, - она вернула бутылку.
- У нас нет никаких шансов против воротил "Амбреллы" или кем они там себя возомнили, - продолжал Кёртис.
- Ну и?
- Никаких шансов, если только мы не станем играть грязно.
- Грязно, - усмехнулась блондинка. - Повтори еще. Мне нравится, как ты это говоришь. Очень сексуально.
- Грязно, расчетливо, используя других людей и подставляя их под удар, - говорил Кёртис, стирая игривую улыбку с ее лица. - Конечно, все может оказаться не так серьезно, но нужно быть готовым к тому, что ради твоих друзей тебе придется пожертвовать жизнями других людей. Если ты не хочешь подставиться под удар сама, конечно.
Где-то в глубине души Ди надеялась, что все ее страхи - лишь выдумка, родившаяся из скудного разговора, который ей удалось подслушать в Хаксвилле. Если бы она могла убедить себя в этом окончательно, ей не обязательно было бы выжимать из "Бьюика" максимум лошадей. Но если последние годы выживания ее чему-то и научили, так это тому, что в любой ситуации стоит руководствоваться законом Мёрфи. Пока есть хоть малейшая вероятность, что ее друзья окажутся в переделке, нужно готовиться к худшему.
- А вот и то, о чем я говорил, - произнес Кёртис.
Дакота и сама заметила впереди преграду, вместе с этим сбавив скорость. Два ржавых минивэна стояли поперек дороги таким образом, что перекрывали две из трех полос. Пустые проемы с выбитыми стеклами, крохотные островки уцелевшей краски посреди изъеденной ржавчиной поверхности. Сдутые колеса. Машины, должны были провести немало времени под солнцем, прежде чем стали такими. А еще за ними, наверняка, кто-то ждал.
- Засада? - блондинка, бросила очки их на приборную панель.
- Сама что думаешь? - Кёртис, вытащил "глок" из бардачка, проверил магазин и снял его с предохранителя.
- Думаю, пошел бы ты в жопу со своим опытом, - покосилась на него Ди.
Он криво усмехнулся.
- Не лучшее время для развлечений.
- Что тогда предлагаешь?
Расстояние до преграды продолжало сокращаться.
- Можно повернуть назад, пока еще есть возможность. Правда, нам придется сделать приличный крюк, потому что за ближайший час я не помню ни одного поворотоа в нужную сторону. Или рискнем проскочить на полном ходу. Тогда эти парни будут стрелять, так что прощай стекла и головы. Черт знает, сколько их там, поэтому скорее всего нас прикончат. "Ривьеру" вместе с остальным заберут себе. Я бы забрал, - спокойно рассуждал Кёртис, не отрывая взгляда от приближавшейся западни. - Но этого они и ждут. Поэтому мы встанем. Сейчас.
- Что?! - бросила Ди. - Ты серьезно? Это и есть твой гениальный план?!
- Да! Тормози! - прикрикнул Кёртис.
До засады оставалось не больше ста ярдов, когда она резко вдавила педаль тормоза в пол. Позади скребанул прицеп о бампер, коляска взвизгнула колесами по стальному дну. Дакота выхватила "беретту", предполагая перестрелку в духе дорожных вестернов. Кёртис, держа руку со стволом на здоровом колене, сверлил взглядом тени за преградой микроавтобусов.
- Так... И что дальше? Просто ждем, пока они подойдут, и стреляем?
- Не будь у меня перелома, показал бы тебе один трюк с грабителями. Но... придется импровизировать.
Сквозь тихий шелест работающего двигателя, до слуха начали доноситься еле слышные голоса. Дорожные налетчики переговаривались и теперь довольно громко - можно было различить отдельные фразы и слова. Кажется, их мнения о том, что делать с добычей, разделились. Два или три голоса, все принадлежали мужчинам.
- Эй! - выкрикнул Кёртис.
Распахнув свою дверь, и, переложив "глок" в левую руку, он махнул им.
- Нам не нужны проблемы! Ладно? У нас в машине полно оружия и дури. Я предлагаю обмен!
Тени за баррикадой зашевелились. Споры между налетчиками возобновились с еще большим жаром.
- Какой еще обмен? - наконец, выкрикнул один из них.
Голос хриплый и низкий.
- Честный обмен. Вам все оружие, что есть в багажнике. И дурь. Нам - наши жизни и машина.
Предложение Кёртиса вызвало у грабителей приступ хохота.
- Зачем нам твой обмен? Через пять минут ты и твоя подружка умрете, а мы возьмем все, что останется.
- Справедливо, - согласился мужчина, вызвав недоумение на лице Дакоты. - Послушай, парень, ты веришь в бога?
- Мне насрать на бога и на тебя. Но скоро я устрою вашу встречу, ясно? Вот что я могу, так что заткнись и сиди смирно. Понял?!
- Видишь ли, приятель, за свою жизнь я творил много плохих вещей. Я не боюсь смерти. Ты только сделаешь мне одолжение. Мы все тут по уши в дерьме, правда? Ты, я... Но моя подруга, она беременна и я хотел бы спросить тебя и твоих друзей вот о чем. Кто-нибудь из вас уже убивал ребенка? Или это будет первый на вашем счету? Потому что, прикончив нас, вы прикончите и его.
Какое-то время из-за ржавых рыдванов не доносилось ни звука. Затем, справившись со сложным мыслительным процессом, налетчики принялись переговариваться с еще большим жаром. Не отрывая взгляда от теней за преградами, Дакота уже отчетливо различала двоих за тем минивэном, что загораживал трассу слева, и еще одного за тем, что был справа.
- Прошу! - выкрикнул Кёртис, напоминая о себе. - Давайте разойдемся мирно.
- Сколько бензина в твоей тачке? - раздался другой, более молодой и звонкий голос.
- Достаточно, чтобы добраться до границы штата, - ответил с усмешкой Кёртис. - Можете забрать ее. Черт с ним! Забирайте все в обмен на наши жизни. Идет?
На какой-то миг Дакоте показалось, что она снова посреди дороги в Хаксвилль, вокруг чертовы сухопутные пираты и их вот-вот обставят. Дежавю зомби-апокалипсиса, чтоб его.
- Ладно. Но если вздумаешь выкинуть что, пришью обоих. Заглуши мотор.
- Спасибо! - выкрикнул Кёртис.
Дакота повернула ключ, усмирив кровожадный движок.
- В жопу засунь свое спасибо. Пусть тебя и твою брюхатую бабу прикончит кто-то другой, но не я. И не мои парни.
Из-за рыдвана слева вышел сухопарый мужчина лет шестидесяти в сальной бейсболке поверх наполовину седого пучка волос, видавшей виды куртке цвета хаки и разодранных ниже колен джинсах. Пистолет он держал обеими руками и двигался полубоком, явно опасаясь открывать для прицела весь корпус. Следом за ним вышел второй, менее осторожный. Третий, если только их не было больше, оставался в укрытии.
- Сейчас вы выйдете из машины, - раздавал указания старший, приблизившись к капоту "Бьюика". - Бросите оружие на землю и толкнете его сюда.
Дакота едва открыла рот, чтоб возмутиться. Происходящее нравилось ей все меньше и меньше, а Кёртис, вместо того, чтоб встать на защиту и выторговать им хотя бы по стволу, сделал жест рукой, означавший "заткнись", и обратился к поджарому налетчику.
- Боюсь, мне понадобится помощь, чтобы встать.
- Что за черт? Ты издеваешься?!
- Клянусь богом, моя нога сломана, - Кёртис поднял вверх обе руки, продолжая держать в одной из них "глок". - Вот моя пушка, видишь?
Сообщник первого, обойдя машину с другой стороны, взял под прицел блондинку.
- Руки, чтоб я видел, - выкрикнул он, явно нервничая.
"Неужели, мы первые, кто спутал их план и забил на ловушку?" - подумала Дакота, следуя его приказу.
- Я даже отлить без поддержки не хожу, а пока доковыляешь до обочины, уже и не очень нужно, так болит, - продолжал говорить Кёртис, пока тип в бейсболке обходил машину, желая утолить любопытство.
Пушку тот держал так, что мужчина все еще был у него на прицеле. Кёртис знал это, потому тянул время и ждал момента, когда внимание налетчиков ослабнет.
- Твою мать, - выдохнул старикан, обнаружив, что он не врет насчет ноги. - Да ты, в самом деле, больной ублюдок. Такие, как ты, и просрали Америку. Тупые, недальновидные фанатики, бездумно делающие детей больше, чем способны выкормить и воспитать, - он смачно харкнул в сторону, выразив свое отвращение. - Ствол на землю. Рой, выводи бабу.
- Ножками, выходи давай, - поторапливал названный Роем.
Сцепив челюсти, блондинка покосилась на Кёртиса, намеревавшегося бросить "глок" на дорогу, и, уже выбираясь из салона поняла, что он задумал. Ручка ее топора, прислоненная к сидению, подсказала ей. Налетчик, державший мужчину на прицеле, стоял прямо перед ним. Кёртис закрывал от него топор своим "гипсом".
Дакота выпрямилась, держа "беретту" так, чтоб у ее противника, сжимавшего пистолет в левой руке, не возникло мыслей о неповиновении. За спиной на поясе висел охотничий нож, один из тех, что холил Кёртис, пока блондинка не позаимствовала его.
Ди не тешила себя мыслью, что бросает ножи так же метко, как Нейт. Без брата она совсем перестала пытаться. Но сейчас это был ее единственный козырь в рукаве.
- Давай малышка, - произнес Кёртис за ее спиной. - Сделай, как они хотят.
Она услыхала, как "глок" ударился о поверхность трассы, и разжала пальцы, нервно сглотнув. Толкнула ствол ногой к Рою, который только и ждал этого, чтоб за ним нагнуться.
В следующий миг Кёртис вцепился в куртку его матерого сообщника, ударил обухом по затылку, потом еще и еще, пока не проломил череп. Бейсболка сползла с макушки и повалилась на дорогу. Сам он издал тихий всхлип, еще живой, рухнув на подкосившиеся ноги.
Молодой отвлекся на возню, которая завязалась с другой стороны "Бьюика". Выпустил Дакоту из поля зрения и прицела на доли секунды, но этого ей хватило, чтоб выдернуть нож и бросить в него. Она целила в грудь, опасаясь, что в голову точно промажет.
- Сука! - выкрикнул Рой.
Сталь вошла в грудь чуть выше сердца. Налетчик, не ожидавший такого поворота событий, крепко зажмурился от боли и выдернул нож. Кровь захлестала из раны, пачкая свитер и рубашку. Блондинка кинулась на него, когда он перекладывал ствол в другую руку. Перехватив ее за запястье, Дакота всем весом толкнула назад.
- Тварь! - заорал Рой.
Он выстрелил трижды, пока блондинка била его по запястью. Наконец, ей удалось завладеть пушкой. Рой, собрав последние силы, издал вопль и ударил ножом, скользким и красным от собственной крови. Дакота едва успела извернуться и выстрелить, почти не целясь. Лезвие скользнуло по плечу, рассекая рукав куртки с толстовкой и кожу.
Словно очнувшись от ступора, третий налетчик начал палить из укрытия. Пули просвистели рядом с ее головой. На то, чтобы подхватить обмякшего Роя с простреленной грудью и спрятаться за ним, у Дакоты ушло еще несколько секунд.
Кёртис пытался снять стрелка, заняв позицию за распахнутой дверью. Пули отскакивали от обшивки ржавых рыдванов, пока, наконец, пуля не нашла свою цель в проеме окна. Блондинка прислушалась, все еще опасаясь отпускать свой "щит". Мертвый Рой оказался куда тяжелее, чем выглядел, и стремился выскользнуть из рук.
- Кончай обжиматься. Поехали, - поторопил ее Кёртис.
Он успел занять водительское кресло и следил за тем, как блондинка стискивает поперек груди мертвого Роя.
- Пошел ты, - выдохнула она, не найдя ничего лучше. - В следующий раз я буду играть инвалида. Что, теперь ты ведешь?
- Думал, тебе нужна помощь, - пожал плечами мужчина и кивнул в сторону бледного парня.
Тот начинал подавать признаки обращения - подергивал веками, пытался сфокусировать на Дакоте взгляд и принюхивался. Запах тут же вызвал у него отрыжку вязкой грязно-бурой жижи и зверский аппетит.
- Твою ж мать!
Она попыталась выстрелить, перехватив горло свежего зомби, чтоб удержать его подальше от лица. Прижала дуло пистолета ему ко лбу, нажала на спуск. Щелчок. Еще щелчок. Зомби продолжал напирать, хватая воздух зубами.
- Да ты издеваешься?! - изумилась Ди, продолжая нажимать. - Кто грабит тачки с полупустым магазином?!
"Бьюик" утробно заурчал, предлагая решение проблемы.
- Бросай его в зомбидробилку и поехали. Или тебе нравится с ним танцевать? - надсмехался Кёртис, отстукивая дробь по гладкой обшивке руля. - Нет, я не против, дело твое, но мы и так тут порядком задержались.
Удерживая за глотку и лупя бесполезным стволом по голове, блондинка дотолкала зомби до хищного переда машины. Тот все еще пытался урвать из нее сочный кусок, пока Дакота поднимала капот. А когда ей, наконец, это удалось, вращающиеся зубья зомбидробильного агрегата встретили голову Роя с громким хрустом и влажным чавканьем.
Куда лучше было бы разрубить его на части, дожидаясь пока лопасти переработают их в пригодный бульон из костей, волос, внутренностей и одежды с обувью. Но сегодня они уже заправляли "Бьюик" и заталкивать туда Роя целиком было не обязательно.
Справившись с рвотным позывом, который все еще настигал Ди от вида и запаха во время "заправок", она оттащила безголовое тело с дороги, захлопнула капот и поспешила сесть в машину.
Кёртис, промолчав на этот раз, тронул машину с места. Самым сложным для него оказалось пересесть на место водителя, не покидая салона. Управлять машиной он мог и одной ногой, по крайней мере до тех пор, пока действует викодин, заглушая боль срастающихся костей.
Позади, покачиваясь и раздувая ноздри, поднялся из лежачих мертвых пожилой налетчик. Проводив его взглядом, Кёртис нашел третьего. Тот застыл со свернутой шеей за минивэном справа. Дырка во лбу - не обратится.
Дакота с досадой оттянула мокрую от крови толстовку. Вздохнув с сожалением, девушка принялась стаскивать с себя кожаную куртку, а затем и грязную толстовку, оставшись в одном спортивном лифчике. Рана на плече, куда попал нож, оказалась глубже, чем ей сперва показалось. Взяв сумку с заднего сидения и порывшись там, блондинка выдернула бандану с черно-белым рисунком.
- Будем честными, не очень-то ты мне там помог, - пробормотала она, колдуя над раной.
- Ты жива. Я тоже. Это единственное, что важно, - сказал Кёртис, искоса наблюдая за тем, как Ди обматывает плечо свернутым в ленту платком. - У этих парней была рабочая схема. Мы спутали их карты, заставив действовать наобум. Думаю, говорить о том, что теперь они в проигрыше, нет смысла?
Закрепив узел зубами, блондинка отыскала в сумке легкий свитер, стараясь не делать резких движений, натянула его на себя, а следом куртку и откинулась на спинку сидения, переводя дух.
- Знаешь, за то, что ты там нес, мне самой хотелось тебя прикончить, - сказала Ди и, помолчав, задумчиво добавила. - Но это сработало. Они купились.
- Грязная игра, - ухмыльнулся Кёртис, перехватив ее взгляд.
- Что ж, раз ты теперь снова за рулем, - Ди вернула "авиаторы" на нос и попыталась устроиться в кресле поудобней. - Я немного вздремну. Разбудишь, когда надоест.

Черный "Форанер" шел по трассе со средней скоростью. Впереди, судя по дорожным указателям, располагался небольшой городок Де Пирс, и Йен ожидал скорую встречу с бродячими зомби. Техасец планировал проехать сквозь город, не тратя время на поиск объездных путей. Они могли оказаться в Сент-Луисе куда раньше, но, возможно, менее готовые к тому, что их там будут ждать. Задержка во Фрифолке с дальнейшим пешим ходом, жизнь в брошенном бойскаутском лагере - все это замедлило их. Иначе к наступлению серьезных холодов вся троица уже давно бы обжилась на новом месте.
Почесав лоб под вязаной шапкой, Йен вернул ее на место и бросил косой взгляд на Харви. То, что самый давний его попутчик сбросил старую кожу и стал насыщенного серого цвета, он еще мог как-то принять. Наверное, это было даже логично, если учесть, что за Джеком Харви охотились наемники, старые друзья Дакоты и банда мексиканцев, а тип, у которого на глазах зарастали раны, стремился держаться от него подальше, боясь навлечь беду на своих "обичалых". Но с момента, как они покинули Эллисвиль, мужчина не проронил ни слова. Только глядел потерянно перед собой и кусал губы, сцепив руки на груди. Йену начинало казаться, что от напряженного молчния в салоне вот-вот взорвется воздух. Кейлин, в очередной раз уйдя в себя, тоже не спешила помогать ему с этим. Подложив под голову плотно набитую сумку, девушка дремала. Или делала вид.
Парень ловил себя на мысли, что ему все больше не хватает искреннего смеха Дакоты с ее неиссякаемым оптимизмом. У нее нашлись бы слова, чтобы растормошить Харви и прочистить мозги Кейлин. Как не хватало рассудительности Чарли и крепкого плеча, на которое всегда можно положиться. И Нейтана. За время их совместного путешествия, техасец стал воспринимать парня не то, чтобы младшим братом, на это у него не было никаких прав, но уж парнишкой с соседнего дома, за которого он отвечал головой, точно. Он напортачил, потеряв его.
С каждой оставленной позади милей, времени на то, чтобы продумать план, оставалось все меньше. Да, у них была набитая оружием и наркотой тачка, еда, вода. Впервые за долгое время можно расслабиться, перестать бояться, что завтра будет нечего есть или придется отбиваться от толпы голодных мертвоходов подручными средствами. Только Йен сомневался, что владельцы награбленного станут сидеть сложа руки. Он полагал, что подельник Моначеса, которого тот ждал, давно мертв. И оставалось надеяться, что его прикончили раньше, чем он успел проболтаться о чем-то.
- Думаешь, они догадались сменить тачку? - бросил Йен в сторону насупленного мужчины.
Тот лишь приподнял бровь, но тут же напустил на себя вид, будто не услышал.
- Я имею ввиду, если они ограбили "Зет-Ай" или тех, кто за каким-то хреном вез их груз, то должны были избавиться от всех свидетелей. И сменить машину, чтобы замести следы. Иначе нашу тачку могут все еще искать. Понимаешь, о чем я? - продолжал Йен, не отрывая взгляда от дороги. - Сент-Луис... Кто бы мог подумать, что я доберусь до него теперь, в чертов зомби-апокалипсис. Интересно, Арка еще стоит? Если лифт до сих пор работает, хрен меня кто остановит. Хочу посмотреть на все это дерьмо с высоты. Забраться туда и смотреть, до чего мы докатились, - парень махнул рукой в обрезанной перчатке, словно видел не дорогу в сердце Великих равнин, схваченных приближающимися холодами, а что-то еще. - Когда мы туда доберемся, я обязательно сделаю это, а потом...
Он замолчал, обдумывая следующие слова. Потом можно будет решить, насколько опасно для них оставаться в городе. Для Кейлин, да и для него, возможно, нет никакой опасности, но вот Харви... Хотелось бы Йену сказать, что его не волнует судьба этого засранца, всю дорогу только и делавшего, что ворчавшего на всех, объедавшего общие припасы и пускавшего ветра, когда вздумается. И все же он не мог отделаться от мысли, что в ответе и за него тоже.
- Как вообще так вышло, Харви? Мы проделали такой путь, чтобы добраться в город без зомби и вот оказывается, что именно туда тебе лучше вообще не соваться. Я всегда думал, что ты бежишь от любых опасностей, как от огня. Или ты знал что-то еще, чего не знаю я?
- Нет, - поспешно выпалил тот.
Он потупил взгляд и нервно сглотнул, но больше ничего не сказал.
- Послушай, мне самому не нравится эта заварушка. Для каких бы опытов ты ни понадобился "Зет-Ай", я на твоей стороне. Ясно? - Йен повернул к нему голову, но тот продолжал напряженно глядеть вдаль, игнорируя все прочее. - Будем вести себя тихо, осмотримся. Если все будет так, как ты говорил, если там безопасно, оставим Кейлин.
Он готов был поклясться, что девушка не спит. Слушает.
- А сами двинем на север, туда, где меньше зомби. Как насчет Миннесоты? Не то, чтобы я горел желанием дальше колесить по стране или морозить зад, сбивая сосульки с носа, но выбора, наверно, не так много. Разве что найти, где окопались охотники за твоей головой, и взорвать их гнездо к чертовой матери.
Мужчина оторвал взгляд от дороги и какое-то время молча разглядывал острые коленки, выглядывавшие сквозь прорехи в ношенных джинсах.
- Для каких бы опытов я им не понадобился, - повторил он и, повернув лицо к Йену, добавил. - Даже если они хотят создать вакцину от зомби-вируса? Способную излечить всех трупоходов и остановить озомбение после смерти?
- А это возможно?
- Откуда мне знать? Посмотри на меня, один раз у них уже получилось, - Харви явно не хотел говорить об этом, но промолчать не смог.
- Извини, приятель, но ты выглядишь скорее как побочный эффект. Без обид, - пожал плечами Йен. - Если Штаты наводнит пара тысяч копий тебя, боюсь, им придет конец раньше, чем от десятка ядерных бомб. И я уже видел орду мутантов Флинка в действии. Это не лучший выход. Не для нас. Пусть лучше все остается как есть.
Мужчина еще какое-то время переваривал услышанное, прежде чем заговорить снова.
- Миннесота, значит?
- Забьемся как можно дальше на север, к самой границе. Если, конечно, у тебя нет предложений насчет Канады.
- Нет уж, спасибо. Не люблю канадцев, а уж канадских зомби тем более.
- Ты их еще не встречал.
- Это не причина их любить, как по мне. И что, будем носить три слоя курток на меху, питаться подножным кормом и медвежьим жиром?
- Ну, не обязательно. На месте определимся.
Харви усмехнулся, представив себе зимовку в одном из северных штатов, а Йен поймал себя на мысли, что все это самообман. Чтобы строить планы на будущее, нужно для начала покинуть Сент-Луис, а это может оказаться не так просто, как думается сейчас.
- По крайней мере, мы не втянули в это малышку Ди. Я скучаю по ней, - выдохнул Харви, и во взгляде его окрашенных мутацией зрачков была печаль.
- Я тоже, - кивнул Йен. - Как думаешь, с ней все в порядке?
- С ней Чарли. Что может случиться под такой охраной? - попытался усмехнуться Харви, но вышло скорее жалко, чем ободряюще.
- Да уж, - согласился парень. - Наверно, это и к лучшему.
- Йен?
- Да?
- Там, в твоем доме, когда мы только встретились, - мужчина говорил, вдумчиво подбирая слова, словно опасался, что парень может в любой миг сменить свой добродушный настрой. - Я тебя обманул.
- Что? - он не понимал, куда тот клонит.
- Я тогда сказал, что один парень слыхал о поселении в Сент-Луисе. Безопасном поселении. И что я тоже хочу туда добраться.
- Я не понимаю. Он оказался прав, разве нет?
- Не было никакого парня.
Теперь Йен окончательно запутался. Харви говорил о человеке, который, судя по всему, направлялся в Сент-Луис и должен был уже давно добраться туда, если не попал в переплет. Но теперь он утверждал, что этого человека не существовало. Как тогда Харви узнал о поселении? И почему говорит об этом только сейчас?
- Не было никакого парня, - повторил мужчина, втянул воздух полной грудью, а на выдохе продолжил. - Мне пришлось его выдумать, потому что иначе ты бы не поверил. Принял бы меня за сумасшедшего и, возможно, был бы прав. Я... я уже не понимаю, что со мной происходит. Что реально, а что нет. Может быть, я еду в машине с вами, а может, торчу в чертовой лаборатории в каком-нибудь бункере, где меня изучают под микроскопом. Или я просто забился в какой-нибудь крысятник, а вы все вместе с моими способностями управлять зомби - всего лишь галлюцинации...
Терпение техасца лопнуло и он, не отвлекаясь от дороги, дал Харви оплеуху.
- Ау! - тот возмущенно потер щеку, косясь на парня.
- Это реально. Я реален, она реальна. Эта машина едет в Сент-Луис, где нас ждет РЕАЛЬНАЯ заварушка, - процедил Йен. - Так что возьми себя в руки и прекрати истерику.
- Не обязательно было...
- Нет, обязательно. Выкладывай все, что знаешь. Сейчас.
- Ты все равно не поверил бы мне, - продолжал тянуть время Харви.
И парень, оторвавшись на миг от дороги, схватил его за затылок и треснул лбом о приборную панель. Кейлин больше не пыталась притвориться спящей. Она села, спустив с сиденья одну ногу, и наблюдала за нарастающей перепалкой между попутчиками.
- Говори. Мне. Все, - повторил Йен, искоса наблюдая, как тот растирает ушибленную переносицу. - Или я сам сдам тебя этим ублюдкам, ясно?
- Ладно! Ладно. Успокойся, - Харви выставил перед собой руку. - Это был ребенок. Младенец. Он возник из ниоткуда, как голос в моей голове. Все время звал на помощь. Видишь, да? Теперь понимаешь, почему я не сказал? Бред сумасшедшего, вот как это звучит.
И он рассказал. О том, как впервые услышал среди собственных мыслей чужую, зовущую на помощь. О том, как этот голос поведал ему о себе и месте, где он находился физически. Продолжая вести машину и напряженно слушать рассказ Харви, Йен все больше убеждался, что тот был прав. Конечно же, он бы ни за что не поверил. Тогда. Но теперь он знал, что Сент-Луис, а точнее крупное поселение в нем, существует, как существует и некая женщина по имени Дортвич, которая охотится за Харви. Сложив одно с другим, можно было предположить, что она и есть тот человек, от которого ребенок-телепат просил спасти. Каким образом он вообще был способен достучаться до чьего-то разума? Даже если не задумываться о расстоянии между ними, это звучало более чем фантастично. И почему именно Харви? Почему не кто-то другой? Тот Йен Митчелл, что встретил необычного мужчину с укусами на теле, отмахнулся бы от подобных слов, а то и пригрозил психу держаться подальше. Тот Йен не слышал в своей голове чужих мыслей и не верил, что зомби, как и им самим, можно управлять. К тому же, если у этого ребенка, Марии, как у Харви есть зомби-гены, или что-то такое, в чем парень совершенно не разбирался, они могли быть как-то связаны между собой.
Вся эта история едва укладывалась в голове и Йен, потирая лоб под шапкой, долго молчал. Кейлин тоже не решалась нарушить тишину, наступившую, когда мужчина закончил. Если ее желание сойти с лодки только укрепилось от этой информации, то она тактично его не озвучила.
- Мы во всем разберемся, - произнес техасец, приняв для себя решение. - Найдем ребенка, если еще не поздно. И поднимем чертов "Зет-Ай" на воздух.
Он кивнул Харви, крепко сжав его плечо и, встретившись с его потерянным взглядом, добавил:
- А потом все вместе рванем в Миннесоту.
Вот и все. Сказав вслух, Йен вдруг понял, что более простого и правильного решения нет. Какими бы высшими целями ни прикрывались люди из "Зет Индастрис", это не могло оправдать опытов над младенцами. Даже если те не совсем обычные. Горечь, почти забытая и похороненная на заднем дворе вместе с Луизой и его мертворожденным ребенком, нахлынула волной.
Это мог быть его малыш.
Загнав подобные мысли подальше, парень нахлобучил шапку на глаза и открыл окно. Снаружи было холодней, но свежий воздух - то, что нужно, чтобы прочистить мозги после услышанного.

Когда последний отголосок сумерек потонул в непроглядной мгле, "Бьюик" свернул с автострады и проехал еще пару миль по гравийной дороге, прежде чем нашлось место для ночлега. Выхватывая лучами фар лишенную деревьев поляну, Дакота сдала назад, вздрогнув от стука прицепа о капот, и осторожно съехала с обочины.
Припарковав "Бьюик", она обернулась назад, убедиться, что плотная череда голых лиственных и редких хвойных и небольшой уклон земли скроют машину от любопытных взглядов. Затем заглушила двигатель и откинулась на спинку. Фары высвечивали перед собой небольшой участок земли, свободный от деревьев и кустарников. Чуть дальше снова начинался лес.
Кёртис слушал тишину вместе с ней. Наконец, убедившись, что никакой голодный зомби не очнулся, потревоженный ими, и не спешит сквозь заросли набить брюхо, он сказал:
- Приехали.
- Да, - кивнула Ди и, подхватив из бардачка фонарь, вывалилась из салона.
Тело успело изрядно затечь. Блондинка потянулась на носках вверх, словно пыталась дотянуться до черного пятнышка неба в россыпи созвездий. Наклонилась вправо, влево и, включив фонарик, двинулась в сторону чащи, разгоняя лучом тени.
- Можешь развести костер, пока я ищу подходящие кустики, - бросила она через плечо.
- Непременно. Только щелкну пальцами, - пробормотал тот, вытаскивая из салона сперва самодельный костыль, а затем, хватаясь за распахнутую дверь, и себя. - Можешь не торопиться.
- Ага, - донеслось из зарослей.
Озираясь вокруг, насколько это позволял свет фар, мужчина вытащил из внутреннего кармана мятую пачку сигарет, откинул крышку и вытряхнул из нее последнюю.
- Черт, - выдохнул он, глядя на сломанную пополам сигарету с крошками табака на ладони.
Последняя таблетка, выпитая утром, давно перестала действовать. К счастью, был еще окси, но и его хватит от силы на неделю, и то, если очень сильно постараться. Надеяться, что кости быстро срастутся при том образе жизни, какой вел он - гиблое занятие. Как и на то, что боль пройдет сама собой.
Сдув табачное крошево, Кёртис сунул полсигареты в рот и, опираясь на костыль, принялся чиркать зажигалкой. Ему удалось сделать пару затяжек, пропуская блаженный дым по легким, прежде чем огрызок дотлел до фильтра.
Блондинка не слишком спешила. Когда она вернулась, игриво помахивая лучом фонаря, мужчина вовсю копался в глубинах багажника. Он осторожно раздвигал уложенные стволы и коробки, пытаясь достать что-то еще.
- Если вдруг тебе приспичит по-крупному, туда лучше не ходи, - сообщила Дакота, махнув рукой в сторону, откуда вернулась. - И эти бобы на выходе... не очень, - добавила она, скривив лицо.
- Так и быть, пойду в другую сторону, - пробормотал Кёртис с серьезным лицом и вдруг просиял, выпрямляясь - Старина "Джемисон" хочет составить нам компанию, что скажешь? - спросил он, потрясая бутылкой ирландского виски в воздухе.
- Скажу, что всегда рада такому компаньону. Кёртис, что еще ты таскаешь с собой в багажнике? - изумилась Ди, взяв ее и подсветив фонарем, убедилась, что тот не выдумывал.
Действительно "Джемисон". Действительно старина. Бутылка оказалась вскрытой, но в ней было еще не меньше двух третьих.
- Не так много, - пожал плечами мужчина и, оперевшись спиной о машину, принялся хлопать по карманам.
В одном из них нашелся вскрытый пузырек с окси. Выдернув зубами крышку, он отсыпал пару таблеток на ладонь, закинул их в рот и принялся разжевывать с выражением отвращения на лице.
- Как нога?
Кёртис помотал рукой в воздухе, что означало "так себе". Затолкал бутылек обратно в карман джинсов.
- Что насчет небольшого костра? - спросил он, забирая бутылку.
- Да. Как раз хотела спросить, почему он еще не горит.
Пока Кёртис полоскал рот виски и счищал языком остатки обезболивающего с десен, блондинка приблизилась к нему вплотную. Сунув фонарь между открытым багажником и задним стеклом, она прижала мужчину к кабине, скользнула губами по губам. Он отвечал ей нехотя, стараясь не подать виду, что больше всего сейчас хочет растянуть обе ноги и не двигаться хотя бы пару часов. По-крайней мере, пока не начнет действовать окси или алкоголь. Или все вместе, без разницы, лишь бы унять ноющую боль в стянутой "гипсом" конечности.
- Или может, горит, а я не знаю? - прошептала Ди ему на ухо, спускаясь пальцами к металлической пряжке ремня и ниже.
Втянув воздух ноздрями, Кёртис прикусил губу изнутри, досчитал до десяти и медленно выдохнул, проведя холодным стеклом бутылки по бархатному лицу девушки.
- Почему бы тебе не спросить у этого парня? - произнес он, отстранившись, насколько это было возможно. - Его давно не баловали женским обществом, - усмехнулся, наблюдая за тем, как холодеет взгляд Дакоты.
И едва сдержал новую волну возбуждения, когда скользнул горлышком по ее влажным губам.
Испепелив его ненавидящим взглядом, блондинка выдернула бутылку, сделала несколько больших глотков, и, наконец, направилась с фонариком к чаще.
- Если соберешь ворох палок, я обещаю соорудить ему целый погребальный костер! Потому что мне кажется, старина до утра не доживет! - крикнул он уже спине Дакоты.
Та выкинула средний палец, не оборачиваясь, но все же взялась за поиски всего, что могло сгодиться для костра.
Откинув голову назад, так что перед глазами оказалось черное небо, Кёртис старался выровнять дыхание. Больше всего он ненавидел собственную немощь. Меньше всего хотел казаться жалким. Развернуть ее лицом к машине, прижать грудью к холодящему стеклу и, стащив джинсы, отодрать так, что мало не покажется - вот это было бы хорошо. А пока он едва ходит, опираясь на костыль из сучьев, горячий секс - не совсем то, что доктор прописал.
Вместе с приятным теплом в пустом желудке по телу разлилось умиротворение. Боль потихоньку стихала. Решив, что Дакота собрала достаточно сучьев, чтобы подпалить костер, мужчина закрыл багажник и, спрятав ключ, заковылял к подходящему месту для огня. Пара толстых стволов с ворохом листвы вокруг, еще одно поваленное дерево, которое можно было использовать в качестве сиденья. Пока блондинка продолжала сносить к нему собранную древесину, Кёртис перевернул костыль широкой частью к земле и принялся осторожно, балансируя на одной ноге, сгребать сухую листву от корней к центру. Спустя какое-то время он сидел на поваленном дереве, сооружая вокруг вороха кострище и чиркая зажигалкой в темноте. Ди выключила фары сразу, как закончила со сбором древесины. Они не собирались торчать возле костра всю ночь. При свете солнца еще сохранялось какое-то тепло, однако, ночью в это время года температура нередко опускалась до сорока двух градусов . Осень без того продолжала быть теплой, но на рассвете даже в салоне "Бьюика", натянув на себя несколько одеял и грея друг друга, он все чаще просыпался от того, что замерз.

Костер разошелся достаточно, чтоб осветить часть пространства вокруг и согреть воздух. Изнутри обоих грел виски. Где-то между третьим и четвертым глотком Кёртис заметил, что нога совсем отпустила, и переместился с поваленного бревна на землю под одним из деревьев, окружавших поляну. Блаженно вытянув сперва больную, затем здоровую ногу, он оперся спиной о массивный ствол. Подтянул ближе оставленную у бревна бутылку и позволил себе, наконец, расслабиться.
Воздух от костра приятно согревал ноги. Если не считать треска горящей древесины, скрипа ветвей в верхушках деревьев и возни Дакоты в салоне машины, в округе было тихо. Кёртис сидел с закрытыми глазами, словно не боялся нападения, но случись поблизости непрошенный гость, в кобуре на поясе "глок", еще два магазина к нему - в разных карманах. А если этого будет недостаточно, и зомби захотят более близкой встречи, под рукой всегда острый охотничий нож для разделки мяса. Но лучше все-таки, если никто не станет вырывать его из состояния алкогольно-наркотической релаксации.
- Сырные крекеры, - сообщила Дакота, бросив ему на колени вскрытую упаковку со старым, твердым на зуб печеньем.
Она возникла перед мужчиной с ворохом из стеганых одеял. Справедливо решив, что в автомастерской, где они проторчали двое суток, те уже не понадобятся, Дакота прихватила их вместе с другими полезными мелочами.
Бросив беглый взгляд на целлофановую упаковку, Кёртис переместил ее на землю рядом с собой. Пусть будут крекеры. Чтобы их разгрызть и не потерять зубов, нужно еще постараться. Попытки размочить в воде и употреблять как питательную жижу приносили успех, но вкус сыра совершенно терялся и во рту крекеры становились кашей из опилок.
Дакота свернула одно одеяло, заставив мужчину переместить свой зад на него, затем второе - для себя. Устроившись сверху, она какое-то время грела руки и косилась на Кёртиса, очевидно, желая высказать все, что о нем думает. Но здравый смысл победил, и блондинка пришла к тому же выводу, что и он. Иногда нужно просто напиться.
Какое-то время они молча гоняли бутылку по кругу. Потом Дакоте надоела тишина. Она начала ерзать и выстукивать по земле ритм ботинком, пока, наконец, не скрестила ноги, оставшись сидеть в позе лотоса. Кёртис искоса наблюдал за тем, как она ищет повод заговорить. Он находил это забавным. Правда, сейчас, под действием оксиконтина с виски, у него самого чесался язык.
- Если хочешь сказать все, что обо мне думаешь, валяй. Вряд ли я узнаю что-то новое о себе, - пробормотал он, протолкнув в горло сухой крекер.
- С чего ты взял, что я думаю о тебе? - усмехнулась блондинка. - В мире что, нет других проблем?
- Дай угадаю. Глобальное потепление? Смена полюсов? Может быть, эпидемия зомби? - перечислял он, загибая пальцы. - И это только навскидку, но твоя милая головка вряд ли занята такими вещами. Потому что мне, например, на это насрать. Мне сейчас насрать даже на то, что это последняя пачка крекеров и ее хватит разве что до следующего утра.
- Потому что у тебя наверняка припрятана заначка на дне багажника или что-то еще в таком духе, - предположила Ди.
- Нет, Дакота. Потому что прямо сейчас я не могу решить эту проблему. Может, с рассветом с неба свалится мешок гуманитарной помощи. Может, нет. Но сейчас я пьян и мне хорошо.
- Это и есть твоя философия?
Кёртис развел руками, состроив скорбную мину, сделал крепкий глоток и, уставившись в огонь, произнес:
- Это лучше, чем ничего.
- Да конечно, - отмахнулась Ди.
- Но ты еще можешь поговорить обо мне. Я люблю, когда говорят обо мне, особенно, когда делают разные выводы. Всегда любопытно наблюдать за тем, как люди создают свой собственный образ тебя.
- Если ты о том не очень удачном разговоре в баре, то я за него уже извинилась. Мне, правда, стыдно. Ты, наверно, уже заметил. Я скорее скажу, чем подумаю, а потом... ну в общем, мне просто надо научиться меньше говорить. Вот и все, - девушка поджала губы, изучая носки ботинок, потом добавила, обернувшись к Кёртису. - Если ты собираешься напоминать мне об этом до самой смерти, то я наверно пас.
- В горе и в радости, пока Сент-Луис не разлучит нас, - процедил он и засмеялся. - Это даже забавно.
Сделал глоток и едва не поперхнулся от толчка в плечо.
- Не смешно! Совсем. Если мы напортачим и вместо того, чтоб спасти парней, сами окажемся в какой-нибудь ловушке для лузеров, я лучше пущу себе пулю в лоб, - пробормотала она, отобрав бутылку, но вместо того, чтобы пригубить, продолжила греть в руке. - Не могу их подвести.
- Что за настрой депрессивного самаритянина? Мы еще даже не добрались до пункта Б. И знаешь что, не все выходит так, как ты хочешь. С неудачами тоже приходится мириться, чтобы жить дальше.
- Откуда тебе знать, с чем приходится мириться мне? - Дакота скептически хмыкнула, тряхнула головой, взъерошив волосы. - Может, всю жизнь я только и делала, что лажала. Подводила родителей, брата, себя, своих друзей...
- Ну давай, удиви меня, - пробормотал Кёртис, подтянув здоровую ногу, чтобы свесить на нее руку. - Не думаю, что тебе есть чем крыть мои карты, Дакота Уилсон.
Она долго подбирала слова, все не решаясь начать. Мужчина почти уверился в том, что блондинка передумала. Но Ди заговорила, тихо и не отрывая взгляда от языков пламени.
- Мои родители хотели мальчика, - она усмехнулась. - У них это, конечно, получилось, но сперва родилась я.
- Неплохое начало для неудачника.
- Потом я подросла и к ужасу предков, которые таскали нас с Нейтом в местную церковь, пробила ноздрю, следом бровь. Изрезала большую часть шмоток так, как мне казалось правильным. Думаю, если б я ходила к психологу, он наверняка бы сказал, что на мой стиль в одежде, бунтарский дух и все такое повлиял внутренний протест. В старшей школе брат понял, что девочки ему не интересны. Он делился со мной многими вещами и этим в том числе. В секрете мы хранили это где-то с год, пока мама не обнаружила под его кроватью журналы с загорелыми накаченными жеребцами. В то, что они были мои, предки бы не поверили, на тот момент я большую часть времени проводила на вписках у друзей и гаражах, где можно было представить, что у нас рок-группа. Полуголые парни там тоже бывали, но по большей части мы жарили рок, ели пиццу и курили травку.
- Неплохое, должно быть, было время.
- Да, веселое.
На ее лице блуждала улыбка, словно теплые воспоминания вернули девушке что-то важное.
- Я втайне надеялась... Знаю, как это звучит, правда. Гадко и неправильно, но мне нравилось думать, что когда предки узнают, что их любимый сын гей, для меня все изменится. И знаешь что?
- Они оказались либеральными христианами? - предположил Кёртис, приподняв бровь.
- Точно. Раз уж Иисус создал его таким, то почему бы нет, черт возьми. Но я тоже любила Нейта. У него были мама с папой и я, а у меня вроде как только он, понимаешь? И тогда я впервые задумалась, что дело всегда было во мне. Все, чего я прикасалась, все, кто был мне дорог, сваливали куда подальше, либо терпели, но так, между делом. Такое долбаное чувство все время, что ты урод, только они это видят, а ты нет. Школу я закончила со скрипом, в колледже продержалась с полгода, пока не вылетела. Совмещать концерты в ночных клубах и учебу оказалось нереально. Первая группа, в которой я играла на гитаре и голосила на подпевках, развалилась, так и не записав ни одного сингла. Но прежде оттуда вылетела я, устроив ту еще потасовку с вокалисткой. Эта сука, называвшая меня подругой, однажды устроила потрахушки с моим парнем. Они даже не пытались как-то шифроваться.
- Не слишком умно с ее стороны.
- Плевать. Я устроила ей головомойку напоследок, так что... мы были квиты, - сказала она, вызвав у него очередную усмешку. - Вторая моя попытка прорваться на рок-сцену оказалась поудачней. Правда, в итоге все тоже полетело к чертям.
- Мертвый бывший и зомби-апокалипсис, - кивнул Кёртис, припоминая. - Но это не твоя заслуга.
- Ну, хоть какое-то дерьмо происходит без моей помощи, - согласилась Дакота. - Не очень обнадеживает, но... - она пригубила виски, подержала во рту, прежде чем проглотить и продолжить. - Нас с братом прилично помотало по зомби-аттракционам, но у меня был он и, если я чего-то и боялась на самом деле, так потерять его. Ну, кроме того, чтоб быть сожранной мертвяками, конечно. Я это потом поняла, уже после, когда парни вернулись без Нейта.
- Зомби?
Дакота кивнула, отгоняя мрачные воспоминания.
- Я всего-то просила привезти его назад живым... Так вот, несмотря на то, что мы прекрасно справлялись вдвоем, моя везучая задница нашла приключения. Вместо того, чтоб осесть в теплом местечке, мы оказались в логове каннибалов, или торговцев живым мясом, скорее. Хотя какая разница, если мясо - это ты? Оттуда мы выбрались только благодаря Йену с Харви, - она просияла, словно представляя их перед собой, и Кёртис невольно напрягся. - Харви, он та еще заноза в заднице, но я все равно люблю этого вонючку.
- Харви это...
- Хороший друг. Тот парень с суперспособностями, я о нем говорила. А Йен... мы были близки какое-то время. Ну, знаешь, зомби-апокалипсис и все в таком духе. Пока я и это не похерила, конечно. Мне даже начинало казаться, что мы вроде как большая семья. Я с Йеном, Нейт, Харви, вечно чем-то недовольный, и Чарли.
Дакота подхватила ветку с земли и поворошила ею в затухающем костре, оживляя пламя. Подкинула еще сучьев и ветвей.
- Мой брат, он не просто погиб от зомби. Он пожертвовал собой, чтобы спасти Йена. У него были чувства и... я не знала. Но теперь его нет, Чарли мертв, я здесь, а другим моим друзьям грозит опасность и... Ох, черт, я просто не могу позволить им тоже погибнуть. Ты не знаешь, какое это было дерьмо - торчать в подвале и ждать, когда за тобой придут, чтоб разрубить на куски. Эти двое могли нас там бросить. Но они этого не сделали, понимаешь? - Дакота взглянула на мужчину и в ее влажных глазах отражались язычки пламени. - Я должна хоть что-то сделать правильно.
Нужно было что-то сказать, чтобы прервать затянувшуюся паузу. Дакота ждала этого от него, может быть, слов поддержки или даже едкой шутки, способной разрядить обстановку. Пьяные исповеди должны оставаться пьяными исповедями. При свете дня и на трезвую голову они будут вспоминаться с усмешкой и, в зависимости от обстоятельств, легким стыдом, но то чувство плеча, в котором она нуждалась, останется.
Кёртис не собирался никому давать надежду.
- Ты пить собираешься? Я вроде как начинаю трезветь.
Чтоб не встречаться с ней взглядом, а еще потому что задница начала затекать, он осторожно поерзал на одеяле, подоткнул часть его под сломанную ногу. Дакота, словно опомнившись, протянула виски.
- Да, конечно. Это все выпивка. А я опять наговорила лишнего.
Если какая-то часть Кёртиса и хотела приободрить девчонку, момент все равно был упущен. Дакота снова закрылась, затолкав всех своих тараканов обратно и накрепко закрутив крышку. Он пил, искоса наблюдая за тем, как блондинка кутается в одеяло, пытаясь оставить часть его под собой и одновременно укрыть плечи, и мыслями возвращался в свое прошлое. Туда, где он сам был моложе, самонадеянней и пытался добиться правды всеми доступными средствами.
- Мой старик часто прикладывался к бутылке, - произнес Кёртис, сверля взглядом темное стекло "Джемисона". - Он возвращался с работы, наливал себе стакан и выискивал повод, чтоб устроить нагоняй. Если приходил поздно, когда я уже спал, перепадало его женщине. Если нет, вся отцовская "любовь" доставалась мне, ну а если кому взбредало в голову заступиться, то тут предок тоже не скупился. По молодости он был хорош собой и язык у него был подвешен, что надо. И он охотно этим и пользовался, так что братьев и сестер у меня, должно быть, полно. Правда, мало кто мог с ним ужиться. Женщины рано или поздно сбегали. Кто со скандалом, заламыванием рук и разбитой губой. Кто среди ночи, как вор. Так сделала и моя мать. Я совсем ее не помню, знаю только со слов отца, что она не хотела отстирывать пеленки от детского дерьма. Говорила, что создана для лучшей жизни, чем эта. Так или иначе, у них была возможность послать к чертям Кёртиса-старшего с его скверным нравом и довеском. В отличие от меня.
Он прервался, чтобы смочить горло.
- Вот дерьмо, - выдохнула Дакота. - И она ни разу не пыталась тебя найти? Твоя мать?
- Видимо, она нашла нечто другое. Лучшую жизнь, - Кёртис пожал плечами. - Когда я подрос, научился давать сдачи. Сперва тем во дворе, у кого чесались кулаки, и кому больше всех хотелось почесать их об меня. Потом старику. Помню, он сильно удивился. Думал, я "хорошо заучил его уроки". К тому времени старик давно не ограничивался одной бутылкой, перестал следить за собой и нажил врагов не только в том районе, где мы жили, но и далеко за его пределами. Так что я отделался серьезным разговором с шерифом и обещанием, что найду себе жилье подальше. Не стану усугублять.
Его предок, чертов Джим Эдвин Кёртис, за неполные семнадцать лет побоев и морального унижения получил вывих челюсти вкупе с выбитыми зубами, сломанную руку и серьезные трещины в паре ребер. Этого было мало, по крайней мере, тогда ему так казалось, но шериф Лоббино был убедителен. Он соображал, что к чему. Если бы Кёртиса не остановили и не оттащили от распластанного на заднем дворе отца, пока он превращал его лицо в маску неудачливого пчеловода, ему грозил бы срок за убийство. И пусть ублюдком всю жизнь был Кёртис-старший, отбывать срок пришлось бы ему.
- Так я и сделал. Набил сумку нужными вещами, сел в машину и уехал из города. Решил, раз уж начинать жизнь с чистого листа, то лучше не мелочиться. Снял жилье, не ахти какое, но на первое время меня все устраивало, нашел работу в порту, завел новые знакомства, в том числе и полезные. Я мог водить к себе кого хотел, устраивать попойки до утра, не боясь нагоняя. Любой парень в моем возрасте о таком только мечтал. Правда пахать приходилось за двоих, деньги заканчивались так же быстро, как и случайные интрижки с горячими девчонками. Я просаживал сотни баксов, не задумываясь, что будет завтра, и так же легко находил возможность подзаработать. В порту всегда есть люди, заинтересованные в том, чтобы тебе с этим помочь. Мне фартило. Сперва быстрые и легкие деньги, потом я достучался до тех кругов, где вращались куда более солидные суммы. Правда, и риск схлопотать пулю или сесть за решетку вырос, но... - он развел руками.
- Тебе фартило, - закончила Ди.
- В точку. Тогда я и встретил Лиз. Она заметно отличалась от тех сучек, что мне попадались раньше. Начитанная, высокоинтеллектуальная, - процедил Кёртис, холодея взглядом. - Так что, когда все случилось, вопрос об аборте не стоял. Решил, пора остепениться, завести семью, ну знаешь, как у нормальных людей. Так мы съехались, расписались без лишней помпы.
Лиз настаивала на пышной свадьбе, с парой сотен гостей, в числе которых должны были понаехать родственники родственников вплоть до седьмого колена, коллеги по работе - она была дантистом - и еще черт знает сколько народа, с кем она когда-либо держалась за руку. Кёртис подготавливал почву, чтобы уйти из нелегального бизнеса как можно безболезненней для семейного бюджета и собственной безопасности. Деньги были нужней для другого.
- Денни родился крепышом, здоровым мальчуганом, которому совсем не нужно было знать, чем занимался его отец. Так что я решил завязать с контрабандой и остальным. Конечно, надеяться мирно разойтись с теми, кто мне платил, было глупо, но я был ослеплен, молод и верил, что все обойдется, - он выдохнул, собираясь с мыслями, чтобы продолжить.
- О, боже, только не говори что... - пробормотала блондинка, подобравшись.
- Не-ет, - покачал головой Кёртис. - Это были люди с твердыми принципами, так что в итоге я расплатился отбитыми почками и кругленькой суммой из накоплений. А спустя пару недель кто-то настучал на них фараонам. В ходе облавы полегла часть моих прежних подельников, другая часть оказалась в тюрьме. Мне не нужна была месть, все, чего я хотел, это оградить свою семью от дерьма, но... Кто бы ни был стукачом, он хотел стравить всех собак на меня и ему это удалось. Пришлось спешно переезжать, на этот раз в компании и с кучей вещей. Убраться подальше от побережья и проблем.
Встревоженная баба с ребенком, который ни на миг не затыкался, салон заваленный подгузниками, сосками, бутылочками со смесями и полный запрет на курение в салоне. Правда, редкие остановки в пути, чтобы пропустить сигарету-другую, вспоминались ему сущим раем на земле. Конечно, она знала, ради чего он так поступает, как знала с самого начала, что ее ждет, и все же Кёртис не мог отделаться от мысли, что растрепанная и злая сука на заднем сидении, больше не та женщина, с которой он рискнул завести детей. И что, отговорив Лиз от аборта, он, возможно, сделал самую большую ошибку в своей жизни - позволил крохе родиться в семье, которой тот был не нужен.
- С работой на новом месте с самого начала не шло. Правда, нам помогали соседи, пара таких же придурков, взвинченных родительством. Потом я устроился в автосервис, Лиз надела униформу официантки в местной забегаловке. Так все и пошло. Сорить деньгами, как раньше, не получалось, но на жизнь хватало.
Лиз возвращалась с работы далеко за полночь, срывала с себя пропахший кофе и сигаретами передник и ложилась спать, не забыв вывалить кучу благодарностей за ту жизнь, что он ей дал. В автосервисе, как он узнал позднее, работали и над угнанными машинами. Однажды, ему предложили долю в обмен на рабочие руки и молчание, но Кёртис тогда отказался. Согласился он много позже, когда обнаружил лживую суку с членом соседа во рту.
- А потом до меня стали доходить разные слухи. О Лиз и других мужчинах. Я не хотел им верить, но дерьмо копилось внутри, пока в один день меня не решил позлить чертов ублюдок в баре. Я вышел из себя, сломал ему пару ребер и отправил на больничную койку в глубокую кому. Тогда-то я и загремел за решетку в первый раз.
Дакота молчала, переваривая сказанное.
- Что сказать, парень выбрал неудачный день для самоутверждения, - усмехнулся Кёртис, не особо надеясь сгладить острые углы. - Я даже имени его не спросил. Узнал только на суде. Лиз навестила меня пару раз. В первый, чтобы сказать, что я сраный ублюдок и не заслуживаю ее. Второй, чтобы подписать бумаги о разводе. Тот парень вскоре вышел из комы. К его и моему счастью без серьезных последствий. После апелляции срок сократили, так что мне удалось выйти на несколько лет раньше. В мастерскую после отсидки меня брать не хотели, им не нужны были лишние проблемы, и я их понимал. Но дело сдвинулось, когда взятый на мое место парень, крепко запил. Так я вернулся. Лиз отказывалась принимать меня обратно, но у нас все еще был сын, и она не могла запретить мне бывать в доме, который был и моим тоже. К тому же бумаги я так и не подписал, так что... А малец успел соскучиться, ему нужен был отец, и в итоге она согласилась. Попытаться заново.
Перед внутренним взором всплывали картины из прошлого. Лучи заходящего солнца горят золотом на волосах парнишки, тот смеется и совсем не боится, что отец его уронит. Кёртис готов был терпеть каждодневный бубнеж и извечную "головную боль" Лиз, сменявшую редким торопливым сексом, словно ей хотелось поскорей закончить и отвернуться лицом к стенке. Он мог быть чертовым садистом, бывшим зэком, кем угодно для окружающих, но парень всегда смотрел на него так, будто его папка был Суперменом, не меньше, и это придавало сил, чтобы пытаться быть лучше. Может, поэтому вместо того, чтобы оттаскать чертову суку за волосы и съездить по роже Клайду, отзывчивому соседу из дома напротив и "верному" мужу, он засунул поглубже свою гордость вперемешку с яростью и отправился в тот же бар, заливаться алкоголем до самого его закрытия. Это уже потом от своих товарищей по автомастерской и полицейского, он узнал, что устроил там драку, разбил пару носов. Правда, на этот раз в больницу никто не попал. Решив, что этого мало, Кёртис вооружился битой, проник во двор к соседу, раскурочил к херам его машину и, щедро полив мочой сраных садовых гномов, которые всегда его бесили, отправился спать в свой гараж. После этого его снова взяли под стражу. Клайд в обмен на символическую компенсацию и, должно быть, пару отсосов сверху, вошел в положение и заявление отозвал. Лиз выставила чемоданы с его вещами на улицу. Она не догадывалась, что он все видел и знает об их интрижке.
Очевидно, Кёртис молчал слишком долго, уйдя в воспоминания. Он понял это по выражению лица Дакоты и по тому, что теперь она смотрела на него, боясь сбить с мысли и все же ожидая продолжения.
- Я считал, что смогу все изменить, ради пацана уж точно. Только все те слухи оказались правдой. Ну и вышел из себя, крупно напортачил по пьяни. Снова оказался в участке, на этот раз обошлось без суда, но Лиз нашла повод меня выставить. Она все еще пыталась изображать из себя святую невинность, ставить в пример мне муженька ее близкой подруги и соседки. Добропорядочного семьянина и успешного менеджера среднего звена. Того самого Клайда, который шпилил ее, пока я торчал под тачками сутки напролет, зарабатывая нам на хлеб. Я ушел, чтобы не наговорить лишнего сгоряча. Вернулся спустя пару недель, набравшись храбрости для серьезного разговора. О том, что у нее был день рожденья, я вспомнил накануне, купил какой-то подарок и надеялся, что пропустил вечеринку по этому случаю. Но тут, видно, мой фарт закончился, и вместо того, чтоб застать Лиз одну, я оказался посреди вечера барбекю. Во дворе было полно народу, взрослые и дети чуть ли не со всей улицы. Больше людей, все как она любила. Потом я увидел Клайда за грилем и ее рядом с ним, женушка его тоже там была, - Кёртис сделал большой глоток, чувствуя, что в горле пересохло, а в голове как назло стало проясняться. - Когда нашел пацана, решил, всё, к черту их, не стану я марать руки о всякое дерьмо. И знаешь, что? Этот сраный, щедрый сосед и раньше делал подарки моему сыну. Всякие радиоуправляемые машины, трансформеры, все, что я не мог купить ему сам. Я велел ему держаться подальше, засунуть свои подарки поглубже в зад, но я словно исчез для них. Денни почти не обращал на меня внимания, залипал в игрушку на планшете, а я чувствовал, как теряю все, что было моим.
Кёртис невольно сжал правую руку в кулак и скользнул по нему взглядом. В тот вечер он сбил костяшки до крови, впечатывая лицо Клайда в куцый газон и обещая стереть его в порошок. Он бил снова и снова, потеряв счет времени и реальности, желая поквитаться за все, что тот у него отнял, а когда снова пришел в себя, то понял, что его окружили перепуганные гости. Страх вперемешку с отвращением и чувством, что они выше, лучше него - вот что было в их взглядах, но не это было самым ужасным. Все они и без того считали его монстром, отправившим незнакомца в кому за резкое слово. Среди всех этих лживых ублюдков был его сын, и он смотрел, не отрываясь, на то же, что и они. И в его взгляде, еще совсем недавно лучившемся теплом, непоколебимой верой в своего отца, был тот же страх. И обида.
- Я хотел сравнять его лицо с землей, и мне это почти удалось. Народ там жил мягкотелый, совсем не то, что в округе Кёртиса-старшего. Они стояли и смотрели, боясь схлопотать по роже, а может, им было интересно, чем все кончится, - мужчина пожал плечами, отметив, что Дакота, да и он сам совсем забыли о затухающем костре. - В любом случае, тогда я потерял пацана. Перестал быть для него кем-то правильным, вроде супергероя. Ему было шесть, он уже умел отличать хорошее от плохого и делать свои выводы. Так я снова оказался за решеткой. Клайду не пришлось изображать жертву. Было достаточно свидетелей, следов на теле, да и история с раскуроченной машиной тоже не давала мне поблажки. А Лиз ко всему прочему добилась запрета, чтобы я больше не мог приближаться к ней или Денни. Они переехали, не оставив контактов. После отсидки мне пришлось потратить много нервов и сил, чтоб достать новый адрес и телефон, но я держался подальше. До сраного зомбеца. Подкинь-ка сучьев, у меня пятки скоро начнут мерзнуть.
- Пожалуй, ты был прав, - выдохнула Дакота, переключившись на костер. - Мне нечем крыть. Что было потом? Ты нашел их?
- Я пытался. Бросил все и поехал туда, где они жили. Эта чокнутая сука заперлась в доме вместе с укушенным бойфрендом и моим пацаном. Когда я приехал, было уже поздно.
- Мне жаль, - блондинка закончила ворошить золу новыми сучьями, вернулась на место.
Стараясь не делать лишних движений, чтобы не выпустить тепло из-под стеганного одеяла, она примостилась так, что ее голова оказалась у него на здоровом бедре.
- Все в прошлом, - пробормотал Кёртис, не зная, куда теперь деть свободную руку. - Они все мертвы.
"Как и тот, кем был я", - добавил он про себя, и, определившись, запустил пальцы в короткие волосы девушки. От нее исходило тепло, как и от заново разгоревшегося костра. Надолго его не хватит, но какое-то время огонь еще продержится, разгоняя мрак и холод. На донце бутылки еще плескался виски, и он намеревался с ним расправиться.
- Прости меня, Кёртис.
- Ну вот. И за что на этот раз?
- За что-нибудь, неважно.
- Если настаиваешь, - мужчина невольно улыбнулся. - Может, переберешься в машину?
- Пять минут, - отозвалась Дакота сонным голосом.
По крайней мере, теперь у нее была еще одна причина, чтобы уйти. Одна большая, прежирная причина держаться подальше от психопата, способного бить людей на глазах у собственного ребенка. Достаточная для того, чтобы он испытывал еще большую ненависть к тому, кем однажды едва не стал.
И все же у них была одна общая на двоих черта. Они оба не верили в то, что их может кто-то любить. И так же остро в этом нуждались.
- Пять минут, - повторил Кёртис, бессознательно вороша пальцами волосы и прислушиваясь к тому, как она дышит во сне.

Нью-Сент-Луис. Церковь Судного дня

Последние служащие давно покинули здание церкви. Было далеко за полночь, и сводчатый неф освещали только алтарные свечи. Запах ладана и миры успокаивал. Здесь Джедикайя Санденс по-прежнему чувствовал, что отец Бенедикт продолжает вести его за собой, убеждая в правильности избранного пути. После его смерти прихожанам был нужен кто-то, кто мог повести за собой, продолжить дело старого проповедника и никто, кроме Санденса не смог бы занять это место. Но без поддержки мудрого, видевшего во всем промысел Божий, он больше не был уверен в том, за что боролся.
Мужчина сидел между вторым и третьим рядами слева от прохода, склонившись вперед и уперев сцепленные руки в спинку передней скамейки. Перебирая пальцами звенья золотой цепочки, которую использовал вместо четок, Джедикайя мысленно обращался к Богу, но тот молчал. Как и она.
- Если бы я только знал, что этот ребенок еще жив. Что моя борьба не напрасна, - пробормотал он удрученно и собирался сказать что-то еще, но услыхав шаркающие шаги за спиной, напрягся.
Вдоль рядов, подволакивая правую ногу, споро двигался человек и еще раньше, чем он вышел на свет, Джедикайя узнал по походке старого Мэдуорта. Старик повредился умом, лишившись всей семьи в самом начале эпидемии, имел стальные пластины в ноге и по кусочкам собранное колено, но прекрасно справлялся как с ходячими мертвецами, так и с уборкой церковной территории. Фактически он жил в подсобном помещении и следил за порядком.
- Время позднее, Мэдуорт. Я думал, ты спишь, - произнес Джедикайя, озадаченный спешкой старика.
- Бессонница, шут ее дери, - отозвался тот. - Боялся, не застану вас. Мне нужно что-то сказать, что-то важное, преподобный.
- Это не может подождать до утра? Я и сам немного засиделся. Хочу поскорей добраться до подушки, - соврал, не задумываясь, проповедник.
Спать ему совсем не хотелось.
Он выпрямился во весь рост, сразу став выше сгорбленного Мэдуорта едва ли не на целую голову. Спрятал цепочку в карман. Старик на миг задумался, покачал головой.
- Нет, дело важное. Это не обо мне, обо мне можно и завтра. Ничего. Дело о вас.
- Говори, я слушаю?
- Там на улице какие-то люди. Я не мог уснуть, все ворочался. Вышел отлить и нечаянно подслушал, что говорят. Они пришли за вами, преподобный, - изрезанный морщинами Мэдуорт обеспокоенно заглядывал в лицо проповеднику, словно ждал благословения. - У них машина и оружие. Думаю, лучше вам не высовываться, остаться тут на ночь.
Джедикайя ждал, что это случится. Однажды люди, забравшие Марию, придут и за ним, чтобы закрыть ему рот.
- Это все из-за митингов, да?
- Им есть что скрывать, - кивнул он. - Они боятся.
- Думаю, лучше бы вам никуда не ходить. Господь здесь охраняет нас, он защитит, - старик решительно преградил ему дорогу, словно говоря этим, что и сам он на что-то годен.
- Все хорошо, Мэдуорт. Пришло время узнать правду, - Джедикайя ободряюще сжал его плечи и, воспользовавшись замешательством, проскользнул мимо. - Считай это приглашением к встрече. А если я не вернусь, расскажи остальным, - бросил он уже у самого выхода.
- Я?! Но я уборщик, мне не сложить так умно и красиво как вы.
- Расскажи, как можешь, - он постарался улыбнуться как можно оптимистичней, но лицо старика по-прежнему было искажено страхом. - Господь со мной, Мэдуорт. Что может случиться?
- И, правда. Что ж это я... - старик стушевался, затем махнул рукой вслед отворявшему дверь проповеднику. - Но я буду молиться за вас!
- До встречи, Мэдуорт.
Он оказался снаружи перед ступенями, ведущими вниз. Закрыл за собой и шагнул вперед, к припаркованной в десяти ярдах от церкви машине. Черный "джип" светил фарами в сторону, двигатель продолжал работать вхолостую и, казалось, внутри никого нет. "Если это ответ, о котором я молил, Ты не дашь мне погибнуть" - обратился он к Богу, ступая вперед. -"Если же нет, то ничто меня не спасет". Он не носил при себе оружия. После создания Обители последних дней в нем больше не было нужды для человека, проповедующего мир и любовь к ближним. И его верный "кольт М1911", приносивший упокоение, теперь лежал в дальнем ящике шкафа, под Библией короля Иакова и исписанными черновиками проповедей, которые он временами доставал и дорабатывал. Положившись на Бога и мирный исход, Джедикайя поднял обе руки.
Боковое зрение поймало движение теней. Ему перекрыли путь назад и накинули плотный мешок на голову, полностью лишив обзора.
- Это не обязательно, - пытался сказать проповедник, когда его подтолкнули в спину.
В довесок к ним аргументом был холодный круг дула, намекавший, что встреча состоится так или иначе. Руки заломили за спину и сковали наручниками. Когда Джедикайю пинками и подзатыльниками затолкали в багажник и захлопнули за ним дверь, он смог немного расслабиться и прислушаться к ощущениям. В машине было натоплено, лицо в мешке быстро покрывалось испариной, но сдернуть его, чтоб было легче дышать, он не мог. Веревка фиксировала его на шее.
Джип двинулся с места. Мужчина не мог видеть, как цепочка скользнула из кармана и осталась лежать на полу багажника. Но мысли сами собой потекли в прошлое, когда он в один день потерял все, чем дорожил.

Эпидемия разгорелась в начале весны, слишком быстро и стремительно охватывая крупные города и превращая их в многомиллионные очаги неизлечимого вируса. В первые дни мало кто мог связать единичные случаи заражения с грядущим зомби-апокалипсисом. Джедикайя Санденс баллотировался в конгрессмены от штата Миссури, всерьез рассчитывая на повышение.
Ему было сорок пять. С чистой репутацией супруга, отца и политика, а также поддержкой среди республиканцев в Палате представителей он не сомневался, что вопрос почти решен. И не важно, что с женой они уже несколько лет делили разные спальни, создавая видимость крепкого брака лишь на публике. Женщина, с которой Джедикайя спал последние два года, жила на другом конце города в квартире, которую он ей купил. Чтобы избегать утечки информации в прессу, приходилось идти на ухищрения, в том числе приезжать к ней на машине, оформленной на подставное лицо. От жены, Глории, не было смысла что-то скрывать. Она давно заявила, что живет с ним лишь потому, что так надо и ей в целом плевать, кого трахает ее муж, хоть йоркширского терьера, если на счет продолжают поступать деньги, а Эмили верит, что все хорошо. Джедикайя надеялся, что после выборов, когда ажиотаж немного спадет, и он освоится в новой должности, можно будет подумать о разводе. Монике придется потерпеть, какое-то время они не будут видеться, но после развода и раздела имущества, мужчина планировал начать с чистого листа. Она всегда была умной женщиной. Смущало другое, как отнесется к разводу малышка Эмили, ведь она всерьез верила, что у них идеальная семья. С другой стороны, ей уже почти шестнадцать. Должна понять.
Погруженный в эти мысли, Джедикайя вышел из здания Совета. Почти машинально поправил галстук, расстегнул пуговицу пиджака, хорошо подогнанного по фигуре, и скользнул рукой в карман, вибрирующий от звонка. Он едва обратил внимание на хулиганов, обступивших чью-то машину и без устали колотивших по стеклу. Сигнализация заглушала собой другие звуки, поэтому он не сразу расслышал трель своего мобильника.
- Да, - ответил Джедикайя, прислонив к уху смартфон.
- Привет, звоню тебе, чтоб узнать, какого цвета обои лучше подойдут к гостиной, - раздался голос супруги. - Я листаю каталог на сайте "Сен-Дженим" и не могу определиться между нежно-бежевым и насыщенным бордо. Что скажешь?
- Это не может подождать до вечера? Я немного занят, - пробормотал мужчина, шагая по просторному тротуару к перекрестку.
- Нет, не может. Я хочу внести нотку изысканности в это чертово жилье, - в голосе Глории все та же упертость и легкая обида, как будто выбор обоев имел какой-то смысл.
- Господи, Глория. Какая разница? Мы ведь уже решили, что выставим этот дом на продажу, как только все решится, - воскликнул Джедикайя и запоздало спохватился, снизив тон. - Зачем делать ремонт в доме, если ты не знаешь, что захочет в нем поменять новый владелец? Это бессмысленная трата...
- Ты никогда меня не слушаешь. Я спросила про цвет, а вместо этого получила очередной упрек по поводу денег. Ты только и делаешь, что следишь за моими счетами, это уже никуда не...
Телефон снова вибрировал, на этот раз без мелодии, сообщая о параллельном звонке. Мон. На дисплее тут же мелькнул пропущенный, затем повторился. Моника не стала бы названивать, не будь это что-то серьезное.
- Глория, не вешай трубку. У меня вторая линия, - Джедикайя прервал бубнеж в динамике, переключаясь. - Мон, что случилось?
- Джей, в городе что-то происходит, - ее обычно мягкий и теплый голос дрожал, мужчине показалось, что она сильно напугана. - Я вышла за покупками и не могу вернуться к машине. Стою в торговом центре с другими людьми. Здесь все сошли с ума. Они кидаются на других и... о боже мой, Джей, они едят других людей.
- Что? Погоди, где ты сейчас? - он остановился на полпути к перекрестку, пропустив зеленый свет и озадаченно потирая лоб.
- Я в "Плаза Фронтиак", на шестом этаже. Джей, они повсюду, мне страшно.
- Стой, погоди. Ты можешь сесть в машину?
- Я... - было слышно, как Мон всхлипнула, и это был плохой знак. - Джей, они на эскалаторах, внизу полная неразбериха. Мы... мы закрылись, но двери стеклянные, я боюсь, что они не выдержат.
Моника последней выходила из себя, даже когда у него самого все вскипало внутри. Только ей удавалось достучаться до Джедикайи в такие моменты и не принимать решений сгоряча. В горле пересохло. Пытаясь найти решение, мужчина поднял глаза и вдруг увидел улицу с кирпичными массивами зданий даунтауна, расчерченными пешеходными переходами дорогами и табличками указателей над ними совсем по-другому. Те, кого он принял за банду хулиганов, ломавших машину, выглядели так, словно кто-то изрядно их потрепал. Там, где они касались желтого "жука", почему-то оставленного у дороги, а не на парковке, остались кровавые разводы. Внутри кто-то был. И теперь Джедикайя видел, что это женщина, вцепившаяся в кого-то маленького, мальчика или девочку. Он понял это в доли секунды. А следом стекло не выдержало напора и под истошный вопль в салон нырнули все, кому хватило места в возникшей дыре. Маленькую машинку зашатало. Вопли заглушил ревущий клаксон несущегося внедорожника. Желудок стянулся в узел.
- Черт, слушай меня внимательно, - сказал он в трубку, подавив приступ рвоты. - Воспользуйтесь лифтом. Постарайся добраться до машины и езжай домой, закрой все окна и двери. Я скоро приеду. Хорошо? - в ушах все еще стоял предсмертный крик женщины.
- Хорошо, - он почти видел, как она кивнула.
- Набери меня из машины.
Тем временем Джедикайя понял, что каннибалы, пирующие на останках бедной семьи, не единственная опасность, грозившая ему. Переключаясь на Глорию, он выхватывал взглядом тут и там людей, выглядевших так, словно они только что вернулись с того света. Или из логова изголодавшихся хищников.
- Глория, слушай меня. Ты дома? - получив утвердительный ответ, он продолжил. - Запри все выходы и окна, не позволяй никому проникнуть внутрь. Здесь происходит что-то ужасное, - он нервно сглотнул, коснувшись рта. - Где Эмили? Она с тобой?
- Что происходит? По новостям ничего не говорят.
- Где Эмили?!
- Она собиралась найти тебя после школы. Вы еще не встретились? Что происходит, Джей?
- Оставайся дома. Я позвоню.
Загорелся зеленый. Люди, толпившиеся возле перехода, хлынули на другую сторону дороги. Джедикайя, чувствуя, как холодеют пальцы, набрал номер дочери. Ему больше не нужно было на ту сторону. Сначала он разыщет Эмили, потом доберется до Мон. Если она будет умницей и закроется на все замки, то ничего не случится. Полиция или ЦКЗ разберутся, что стало причиной массового каннибализма. Они найдут выход. Нужно только держаться подальше от зараженных. "Если только эта дрянь не разносится по воздуху" - пронеслось в мыслях. Мужчина нервно провел пальцами по лицу и волосам, пытаясь не впадать в панику, пока в телефоне звучали гудки, соединяя его с Эмили.
- Папа? - раздался звонкий голос его девочки, и он понял, что все это время боялся сделать вдох.
- Малышка. Как я рад тебя слышать. Где ты сейчас? С тобой все в порядке?
- Я иду к тебе. Хотела сделать сюрприз, но ты меня опередил. Что сегодня с людьми? Все какие-то... недружелюбные.
- Боже мой, Эмили. Скажи мне, где ты, я сейчас же тебя заберу, - страх, что он мог ее потерять, еще не до конца отпустил, сердце так и стучало.
Джедикайя растянул галстук, оставив его болтаться на шее, оттер выступивший пот со лба.
- Так вот же я, машу тебе. Видишь меня?
Он поднял голову и посмотрел прямо через дорогу. Его девочка, словно белое пятно в своем легком сарафане до колен, махала рукой, борясь с людским потоком, толкавшим ее назад. Они тоже видели, что вокруг творится что-то неправильное, и стремились убраться подальше. А к перекрестку и пространству вокруг продолжали стекаться существа с голодными взглядами и разорванными животами. Волочились за улепетывающими горожанами, спотыкаясь о болтающиеся внутренности, и издавали холодящие душу то ли стоны, то ли рычание. Едва сдержав новый приступ тошноты и паники, Джедикайя поднял руку, растопырив пальцы.
- Стой, где стоишь. Я уже иду, слышишь?
- Что? Зачем, пап?
- Просто жди меня там!
Людской поток, сносивший его дочь, наконец, иссяк, и она смело шагнула по пешеходной дорожке. Зеленый все еще горел, и ей нечего было бояться, кроме, разве что зараженных.
- Не говори глупостей. Меня до чертиков пугают все эти люди, - сообщила она, оглядываясь по сторонам.
Джедикайя шел ей навстречу, думая, что это не лучшее время для знакомства дочери с Мон. Возможно, куда лучше будет отвезти малышку к матери и только потом убедиться, что его женщина в безопасности. Так было бы лучше для всех.
Белый универсал возник слева, вслед за другим потерявшим управление автомобилем. Водитель за рулем отчаянно с кем-то боролся и, когда у него на пути возникла худенькая девичья фигурка, сделал попытку вывернуть руль. У Джедикайи на глазах белый бок универсала толкнул Эмили и тут же пронесся мимо, тараня светофорный столб. Фигурку в белом швырнуло как куклу. И он закричал, бросился к ней.
Его малышка не двигалась. Подол платья с одной стороны задрался чуть выше, оголив бедро, руки раскинуты, голова повернута набок. Мужчина упал на колени, убрав с лица густые каштановые пряди волос, повторяя ее имя срывающимся голосом, прильнул к груди ухом, но, так и не разобрав ни звука, попытался нащупать пульс на запястье.
Автомобиль, протаранивший светофорный столб, продолжал работать на холостом ходу. Водитель с застрявшим в глазу стеклом, содрогался над приборной панелью, а пассажир рвал зубами его шею. Звуки сработавшей сигнализации, клаксонов машин, битого стекла и голодное рычание зараженных быстро вытесняли собой все другие звуки. Где-то вдалеке выла полицейская сирена. Кричали люди.
Джедикайя Санденс, бросив попытки отыскать у дочери пульс, принялся стаскивать с себя пиджак. Он расстелил его на коленях и осторожно, боясь причинить ей боль или того хуже, усилить возможное внутреннее кровотечение, приподнял девочку. Придерживая за голову и подложив руку снизу под спину, мужчина перенес ее к себе на колени, вернул сбившуюся прядь за ухо и увидел, что его пальцы испачканы кровью.
- Господи, Эмили, - простонал он, чувствуя, как теряет способность трезво мыслить. - Кто-нибудь! Вызовите скорую! Здесь срочно нужен врач! - закричал он, оглядываясь по сторонам, и не увидел никого, кто мог бы прийти на помощь.
Люди бежали прочь. Им не было никакого дела до чужой боли.
- Боже мой, Эмили, не оставляй меня, - бормотал он, баюкая совершенно податливое тело дочери. - Нет, нет, нет. Ты не можешь так поступить, только не ты, прошу тебя, малышка.
Время перестало для него существовать.
Кровь течет из разбитого виска, пачкая рукав светло-голубой рубашки. Теплая, в отличие от пальцев девочки, которые холодеют слишком быстро. Он пытается их растереть, но все попытки тщетны. Сердце не бьется. В кармане пиджака снова вибрирует мобильник. Джедикайя не слышит его, продолжая баюкать дочь. Он нежно гладит ее дрожащими пальцами. Солнце, выглянув из-за плотных серых туч, превращает ее густые, мамины, волосы в каштановый пожар, бликует на его обручальном кольце и золотой цепочке на ее груди. Мужчина не сразу понимает, почему на белом платье Эмили растет мокрое пятно, а потом до него доходит, что он плачет навзрыд, не в силах отпустить ее или подняться с дороги.
А потом что-то ударяет его по затылку.
И время возвращается к прежнему ходу, но сам он оказывается во тьме.

Сознание вернулось к нему так же резко, как покинуло. Сперва в звенящую пустоту ворвались звуки. Затем пришла пульсирующая боль, берущая начало где-то внутри головы. Джедикайя разлепил веки и попытался встать, но тут же осел. Картинка перед глазами плыла, взгляд никак не хотел фокусироваться. Вспомнив, что с ним произошло, мужчина стал искать глазами дочь, но той нигде не было. Остался только пиджак, скомканный, со следами еще не успевшей засохнуть крови. Джедикайя не знал, сколько пролежал без сознания. Несколько секунд или минут? Где-то глубоко внутри вспыхнула надежда. Что если его девочка все еще жива? Она могла прийти в себя, обнаружить его без движения и отправиться за помощью.
В горле саднило. Джедикайя явственно чувствовал в воздухе запах гари и чего-то еще. Тот другой запах был уместен скорее в хирургическом отделении, чем посреди центральной улицы Сент-Луиса. Острый запах окисленного железа, а еще дерьма и мочи. Когда зрение восстановилось, он понял, что находится в западне. Зараженные были повсюду. Тут и там, на дорогах и тротуарах, между брошенных и раскуроченных машин, они дрались между собой за добычу и рвали голыми руками и зубами грязно-красные тряпки. Приглядевшись, Джедикайя увидел, что это одежда, пропитанная кровью. Одежда с пластами кожи, сухожилий и мышц, которую твари, больше похожие на зомби из фильмов ужасов, стремились отхватить побольше.
Последствие удара по голове или мысли о том, что его девочка не смогла бы уйти далеко, но в глазах у Джедикайи снова потемнело. Он безвольно упал на дорогу. Обхватил голову руками, едва сдерживая крик отчаянья, и только теперь вспомнил о Мон. Он обещал за ней приехать.
Телефона не было ни в пиджаке, ни где-то поблизости. Как не было при нем бумажника с наличкой и банковскими картами. Пропали наручные часы, доставшиеся ему от друга в Конгрессе. И ключи от машины.
Уважаемого политика и кандидата в конгрессмены от штата Миссури обокрали, как только представился случай, и оставили на съедение злобным тварям. Он не понимал, почему до сих пор жив, но когда попытался взять с обочины булыжник, которым его, наверняка, ударили, сразу несколько зомби обернулись и угрожающе зарычали. Следом за ними, словно по рядам прошлась цепная реакция, обернулись и остальные. Если раньше они были слишком заняты обгладыванием костей и дележом добычи, то теперь обнаружили прямо у себя перед носом наисвежайший, даже не надкушенный кусок мяса. "Вот кто я для них. Еда, - думал Джедикайя, не видя для себя выхода и окончательно потеряв надежду выбраться живым.
- Ну! Давайте! - закричал он, выпрямляясь в полный рост. - Хотите меня сожрать, вот он я! - и замахал в воздухе мятым пиджаком.
От неминуемой смерти его отделяло два-три быстрых прыжка или три-четыре шага зомби. И он надеялся, что все закончится быстро. Однако, ряды живых мертвецов на его глазах стали взрываться кровавыми брызгами, черепа раскалывались под градом пуль, останавливавших тварей навсегда. Далеко не сразу Джедикайя соотнес происходящее с коротким, повторяющимся треском, который могли издавать только автоматы.
- Ложись на землю, если не хочешь присоединиться к трупакам! - донесся до него смазанный стрельбой голос.
И он упал, прикрыв уши руками, и не шелохнулся, пока автоматные очереди не стихли.
Отряд зачистки, единственное, что помогало сдерживать внезапно вспыхнувшую эпидемию, сопровождал выживших в безопасное место, где им оказывали первую медицинскую помощь. Все это время Джедикайя пытался узнать, в порядке ли его жена и, может быть, кто-то видел Эмили. Люди говорили о том, как умершие у них на глазах возвращались голодными и злыми. Они не говорили вслух, но это означало, что и его малышка, должно быть, бродит среди них. Или лежит с пулей во лбу.
 Он нашел телефон, чтобы позвонить и по очереди набирал близких ему женщин, звонил Петерсону, другу и соратнику на рабочий и личный номера. Мобильная сеть была перегружена, локальные телефоны молчали. Парамедики в центре, куда свозили выживших, диагностировали у него легкое сотрясение и отказывались отпускать куда-либо до того, как ситуация в городе нормализуется. Но обещали, что экстренные команды спасателей, чтобы остановить массовые беспорядки вкупе с распространением заразы, намерены прочесать весь город и спасти тех, кого еще можно спасти. Тогда Джедикайя назвал им оба адреса - Глории Санденс и Моники Купер. Он уже потерял дочь, и репутация ничего не могла изменить.
Прошло много бессонных ночей и лишенных всякого смысла дней, прежде чем он узнал, что Мон выстрелила себе в голову. Ее нашли в запертой машине с мобильным в одной руке и карманным "ругером" в другой. Последним в исходящих был его номер. Глорию обнаружили в ходе зачистки зараженного квартала, жрущей чьи-то мозги, и "обезвредили". Эмили по его описанию обнаружили среди зачищенных в даунтауне зомби в первый же день. Даже с испачканным спекшейся кровью ртом она была похожа на ангела, который еще совсем недавно улыбался ему, шагая навстречу. Джедикайе дали немного времени, чтобы попрощаться, затем с остальными упокоенными отправили на кремацию. Все, что осталось на память, это золотая цепочка, которую он успел снять.
Отделение "Зет Индастрис". Нью-Сент-Луис

Мэган захлопнула за собой дверь в лаборатории и, одернув ворот белого халата, двинулась вдоль по коридору. Еще один подопытный не оправдал ожиданий, когда казалось, дело движется к успешному завершению.
Зомби осознанно двигал конечностями, следил за траекторией луча и справлялся с самыми сложными тестами для шимпанзе, тем самым проявляя возросший до определенного уровня интеллект. Доктор Наваз делал оптимистичные прогнозы, заявляя, что дальнейшее применение вакцины способно увеличить темп роста изменений в коре головного мозга и, что немаловажно, таламуса, фактически возвращая инфицированному его сознание вместе со способностью распознавать окружающих людей. Подопытный 146 на десятый день вакцинации проявлял все внешние признаки узнавания при виде Дортвич, доктора Наваза и остального персонала, но категорически отказывался воспринимать незнакомых ему людей. Они оставались для него всего лишь пищей. Но и это были хорошие результаты, процентов на тридцать лучше предыдущих. Правда, оставался еще некроз кожных тканей, к которому Мэг продолжала искать подходящий ключ. Однако, теперь это было не важно. На шестнадцатый день после первой вакцины подопытный 146 без видимых причин сложился на полу своего бокса в позу эмбриона и истек жидким супом из блевотины и собственных внутренностей.
Полный провал. И это чертов поиск вакцины от зомби-вируса, основой для которого являлась кровь Марии Конрад. Вакцины, которая теоретически должна была спасти человечество от вымирания и подарить им шанс на новую жизнь. Что же до того, чего от нее требовал Хольсман, вооружившись слухами о невероятном Харви, то Мэг даже думать об этом не хотелось. Пока все ее расчеты строились на теории, для полной картины ей нужен был сам Харви.
Погруженная в свои мысли, Мэг вошла в лифт и, приложив ладонь, нажала на кнопку. 4-ый подземный уровень стремительно удалялся, а женщина, прикрыв веки, облокотилась спиной о заднюю стенку. "Они хотят результатов. Если я провалю задание, никто больше не доверит мне серьезный проект. И это в лучшем случае, в худшем..." Она тяжело выдохнула и потерла переносицу тонкими пальцами с французским маникюром. Может, пора прислушаться к предложению доктора Наваза, каким бы сомнительным оно ни казалось, хотя ей самой не хотелось уступать в гонке за поистине важным открытием. А еще ей - вскрыть пакетик с коксом, который лежал у нее в кабинете, в третьем шкафчике стола под научными журналами, и упасть в него лицом.
Вместо этого молодая женщина стащила с себя халат и, перевесив его через плечо, попыталась настроиться на предстоящую встречу.
Лифт издал звонкий треньк, распахнув перед ней металлические створки. Мэг шагнула в освещенный коридор офисных помещений и тут же столкнулась с Фредериком Гуйе. Чернокожий крепыш, сенегалец по происхождению и коренной житель одного из черных районов Сент-Луиса, он занимал не последнюю роль в личной охране Дортвич, а также координировал и держал под контролем другие, менее научные эксперименты "Зет Индастрис".
- Мисс Дортвич, - кивнул он, подстраиваясь к ее шагу на каблуках. - Нужно поговорить.
- Ради разнообразия, мог бы хоть раз обратиться ко мне по имени, - Мэг устало изобразила кокетливый взгляд, но тут же отбросила эту затею. - Что еще?
- Это касается Хаксвилля. Я понимаю, последнее время вы целиком погружены в исследовательские дела, но у меня есть подозрения, - продолжал он на ходу.
Мэг резко остановилась, шаркнув металлической набойкой по полу.
Хаксвилль, их бензиновая жила. Одна из пока немногих точек на карте, которые должны были приносить если не прибыль, то рычаг давления на население среди выживших. "Зет Индастрис" дают людям утерянные и новые блага, а взамен берут все, что захотят. Таков действующий алгоритм, и Хаксвилль успешно справлялся со своей ролью, раз в месяц поставляя в Сент-Луис добытых из резервуаров зомби. Пропитанных бензином и парами и готовых к употреблению. Конечно, определенная доля оседала у них, но было еще кое-что важное.
- Не тяни. Говори, что за подозрения? - накинулась она на Гуйе.
Время было позднее. Коридор пуст, камеры пишут картинку, но не звук, так что она не боялась, что кто-либо услышит то, что не следует.
- Большой Билл уже несколько недель не выходит на связь. Олбани тоже. Это может быть совпадением, но больше похоже на то, что они решили вести свою игру. И прошу прощения, этот тип, Олбани, он всегда вызывал у меня недоверие.
- Нет. Я достаточно ему дала и пообещала сверху, чтобы купить с потрохами. Разве что случилось что-то по-настоящему серьезное. Ох, черт, - Мэг сжала виски, почти физически чувствуя, как ускользает из рук контроль над ситуацией. - Этот мэр, Барт как-его-там.
- Эдисон.
- Если кому и было выгодно прибрать все к рукам, так это ему. Билл вместе с Нильсоном либо примкнули к нему, либо уже мертвы. Подумать только, они решили объявить мне войну! - Мэг изумилась этой дерзости.
- Следующая поставка должна состояться через два дня. Моих парней, вероятно, будет ждать засада. Я хотел получить разрешение, - продолжил Гуйе.
- Отправляйся на рассвете. Возьми столько людей, сколько нужно. Поставки не должны иссякать и самое главное, найди чертов "Бьюик" вместе с конструктором. Ты понял? - последние слова она выпалила, буравя взглядом кофейные глаза координатора.
- Да, мисс Дортвич.
Чертов "Бьюик Ривьера", восстановленный на задворках Хаксвилля настоящим конструкторским гением с задатками безумного ученого. Ей никогда бы не пришло в голову так использовать зомби, если бы однажды тот не указал на нейротоксины, одинаково возникавшие в организме зомби-вирусом и у бензомби, и у обычных мертвых. Этот эксперимент мог устранить зависимость от бензина и полностью сосредоточить власть в ее руках. Или стать откупом, на случай, если поиски вакцины провалятся. Это был ее тайный козырь против боссов "Зет-Ай". Мэг могла пережить бунт любого из пунктов добычи бензомби, но только не в Хаксвилле.
Ошарашенная, она зашагала прочь, но вдруг вспомнила еще кое-что.
- Фред, а что с поиском пропажи?
Тот, словно ожидал подобного вопроса, произнес:
- Фургон, на котором перевозили краденное, нашли неподалеку от Сент-Клер на пересечении Грейвуа-роад и сорок четвертого шоссе. Очевидно, там их ждала машина, на которой они скрылись вместе с оружием и наркотиками. Крота мы тоже нашли. Но в результате перестрелки он обратился, его пришлось пощадить. Мы не успели что-то узнать.
- Продолжай поиски. Но в первую очередь займись Хаксвиллем и отыщи чертов "Бьюик". О нем не должен узнать кто-либо еще, - Мэг на секунду потупила взгляд, пытаясь сосредоточиться и взять себя в руки. - Это слишком важно, ты понимаешь? Я могу тебе довериться, Фред?
- Конечно, мисс, - кивнул Гуйе, поджав пухлые губы. - Вы же ищете лекарство для моей сестры и всех остальных?
- Я круглые сутки работаю над этим, - произнесла женщина и, замешкавшись на пару секунд, выдавила из себя обнадеживающую улыбку.
Если бы ей и хотелось помочь ему вернуть обратившуюся сестру-близнеца, то лишь для того, чтобы дать лишний повод для верности. А пока та содержалась в изолированном боксе среди прочих, готовых для экспериментов зомби на уровне 3, и ждала своей очереди. Правда, Мэг обещала, что излечит ее, а значит, она будет оставаться там до тех пор, пока вакцина не будет полностью безопасна и готова к массовому производству. Выходит, ей даже не приходилось ему лгать.

"Джип" остановился, очевидно, приехав к условленному месту. Проповедник лежал на левом боку, не чувствуя скованных за спиной рук. Ждать пришлось не долго. Спустя несколько томительных секунд, дверь багажника открыли и, перехватив мужчину под плечо, выволокли наружу.
- Не нужно насилия! Я пойду, куда вы скажете, - попытался обозначить свою позицию Джедикайя, но его не слушали.
Подталкивая в спину и одновременно удерживая за плечо, мужчину тащили сперва по ступенькам вниз, а затем еще пару десятков ярдов прямо и налево. Только потом его ударили под колени, заставив опуститься на них, и стащили с головы мешок, оставив руки скованными.
После темноты багажника под слоем плотной ткани на глазах, Джедикайя прищурился и часто заморгал. Света в помещении было не так много. Горело несколько круглых ламп под потолком и еще сбоку, прикрепленных к армированному бетону. Само помещение больше было похоже на крытую автостоянку, только машин здесь не наблюдалось. А вместо них был стул и пятеро человек в черной униформе с автоматами. Четверо крепких, коротко стриженных белых мужчин и одна смуглокожая женщина со схваченными на затылке волосами. Джанис Перес, наполовину пуэрториканка. Джедикайя узнал ее, потому что часто видел на воскресных встречах в церкви. Он думал, что не все солдаты преданы "Зет Индастрис", державших их, как и весь город, за горло, но, видимо, ошибался.
Встретившись с проповедником взглядом, женщина поспешно отвернулась.
- Ты не задаешь вопросов. Говоришь, когда к тебе обращаются, и молчишь, если не спрашивают. Одно резкое движение, и я прострелю тебе ногу. Будет мало, прострелю другую. Ясно? - заговорил один из обступивших Джедикайю мужчин.
- Если вы привезли меня сюда, чтобы убить, нет смысла тратить время, - произнес он, переступив с колена на колено.
- Ты нужен живым. Пока что, - сообщил тот же увалень, держа автоматный ствол у лица Джедикайи.
Скользнув по нему напряженным взглядом, он промолчал и уткнулся взглядом в пол.
Сказать, что Джедикайя не боялся смерти, было бы неправдой. Он боялся смерти, но не только ее. Расстаться с жизнью сейчас, на заброшенной автостоянке, оставив прихожан без поддержки... Ему хотелось верить, что Господь бережет его для чего-то более важного, чем такой нелепый финал. А чутье подсказывало, что предстоящий разговор, с кем бы ему ни предстояло встретиться, даст ответы хотя бы на часть вопросов, преследовавших его последние месяцы.
Пятеро человек с оружием, пять солдат, судя по выправке, походке и тому, что он мог знать о службе Джанис. И кто-то, кого все они, включая проповедника, ждали.
- Так, - осторожно начал он, изучая помещение и своих конвоиров. - Я полагаю, ты здесь не главный, раз уж вечеринка еще не началась.
Увалень, который учил его вести себя тихо, зло покосился на мужчину.
- Я велел тебе заткнуться, на хрен. Ясно, святоша?
- Я понял, - кивнул Джедикайя. - Ты, наверное, хочешь, чтобы я дал тебе повод меня пристрелить, так? - ему не стоило так говорить, но как еще узнать, есть ли у него иммунитет на сегодня. - Так легко убивать тех, кто не может сопротивляться. Как я, я скован и...
Лидер его конвоиров тут же вспыхнул. Он находился на расстоянии трех ярдов от проповедника, но тут же кинулся к нему. Другой солдат в черной униформе и Джанис заступили ему путь, толкнули в грудь, советуя поостыть.
- Вот видишь, - невольно улыбнулся Джедикайя, наблюдая за бессильной злобой здоровяка. - Ты не можешь причинить мне вред, а, значит, твои угрозы не имеют ни малейшего смысла для меня, - подвел он черту. - Так кого же мы ждем? Мне не терпится познакомиться с тем, кто посадил тебя и твоих друзей на короткую цепь.
Тот дернулся снова. Однако, товарищи не собирались его подпускать к стоявшему на коленях святому отцу. А спустя миг мужчина разобрал женский смех из той части помещения, что была скрыта мраком. Затем раздался стук каблуков по бетону.
Из тени на свет вышла молодая женщина с уложенными в аккуратную прическу каштановыми волосами. На ней был темный брючный костюм с рукавами на три четверти, туфли на высоком каблуке, придающие среднему росту три-четыре дополнительных дюйма. Завершали образ успешной бизнес-леди часы с похожим на золотой циферблатом и естественный макияж с ярким, почти агрессивным пятном алой помады на губах. Часы даже недорогие, в силу дефицита батареек, считались весомым атрибутом роскоши. Он узнал ее.
Мэган Дортвич собственной персоной.
- Браво, преподобный Джедикайя, - произнесла она приятным, даже озорным голосом. - Я восхищена вашим напором, непоколебимой верой в бога и смелостью, - бросив взгляд на единственный стул, она уставилась на прежнего увальня, словно требуя немедленных объяснений. - Почему до сих пор не развязали ему руки? И где другой стул? Мы договаривались о "приватной" встрече, а не шоу с заложниками.
Тот готов был провалиться сквозь землю. Благо ему представился шанс скрыться с ее глаз, кинувшись на поиски второго стула. Другой конвоир немедленно отпер замок на наручниках Джедикайи.
- Приношу искренние извинения по поводу причиненных вам неудобств. Мне следовало конкретнее изъясняться перед этими идиотами, - произнесла женщина, садясь на стул перед ним.
Она стряхнула невидимые пылинки с бедра, закинула ногу на ногу, и сложила пальцы в замок. Джедикайя почти физически ощущал, как напряглись названные "идиотами" конвоиры. Им не нравилось такое обращение, но они с ним мирились. Мужчина не спешил подниматься с колен, растирая запястья там, где металл слишком сильно вдавился в кожу. Он использовал это время, чтобы постараться выстроить тактику диалога. Политик в прошлом и проповедник в настоящем, он как никто другой знал, чего стоят успешные переговоры и какими жертвами могут обернуться те, где ты слеп и глух к мотивам и целям других.
- Признаться, я ожидала увидеть вас в более, - Мэг взмахнула рукой, словно извиняясь за место. - Непринужденной обстановке. Эта не совсем подходит для конструктивных решений, но приходится работать с тем, что мы имеем. Верно? Вы знаете, кто я?
- Хороший коп, - произнес Джедикайя, вызвав на безупречном лице застенчивую усмешку, или то, что она хотела под ней спрятать.
Он поднялся. Медленно, стараясь не делать резких движений, ведь в его сторону все еще были направлены автоматы. Стул отыскался достаточно быстро, так что ему практически не пришлось стоять.
- Конечно, я знаю, кто вы, Мэган Дортвич.
- Возможно, мои методы вызывают в вас сомнения, преподобный. Я не стану отрицать, по большей части эксперименты "Зет Индастрис" - как вы там говорите? - богопротивны и противоестественны, но мы с вами преследуем одну цель.
- И какую же?
- Спасти человечество от неминуемой гибели.
- Звучит с претензией на божественное деяние.
- Ох, вы же умный человек, Джедикайя. Вам ли не знать, там, где пасует бог, остается надежда на науку.
- Я слышал иную трактовку, но продолжайте.
- По статистическим подсчетам в результате эпидемии зомби-вируса за последние пять лет население США сократилось на восемьдесят процентов. То же происходит и в других странах. Темпы распространения заболевания значительно замедлились, но с учетом естественного нежелания выживших повышать демографический фонд на сегодняшний день мы имеем естественное угасание человечества как вида. Менее чем за десять лет, если не найти решение, в живых останутся сущие единицы. Сент-Луис полностью изолирован от внешних зомби, проблема внутренних на данном этапе решена. Впрочем, вы и сами это прекрасно знаете.
- Люди знают, что рано или поздно окажутся в Обители последних дней. И мало кто этому рад, - произнес Джедикайя.
- Как и тому, что мы все рано или поздно станем зомби. Такова цена. Вы сами способны представить, что было бы, если бы умирающих не изолировали от их близких.
Мужчина кивнул. Неконтролируемые вспышки обращений по всему городу, как та, в результате которой умерла мать Марии Конрад. Девочки, ради которой он находится здесь и пытается играть по чужим правилам, чтобы узнать хоть что-то.
- И пока эта проблема не полностью решена, а только взята под контроль, пока мы не можем с уверенностью вычеркнуть человеческий фактор, моя работа имеет неоспоримую ценность.
- Вы хотите создать лекарство от вируса?
- Блокировать его возможность обращать людей после их естественной и случайной смерти. Свести к минимуму вызванные им патологии мозга, мышечной и эпидермальной ткани. И, наконец, вернуть тем, кто уже обратился, способность снова стать человеком. Как вам такое решение, преподобный? Хотите взглянуть на будущее моими глазами? Вот то, к чему я стремлюсь. И вы, как никто другой, должны понимать, что ваши шумные митинги ни к чему не ведут. В лучшем случае вы наживете себе врагов и окажетесь там, где вас нашел отец Бенедикт.
Джедикайя насторожился при упоминании человека, которому он был обязан многим, в том числе и своим, не совсем реальным церковным саном.
- Или вы думали, я не наведу справки, чтобы узнать о вас больше? - Мэг склонила голову набок, наблюдая за реакцией мужчины. - Джедикайя Санденс, почти конгрессмен Палаты общин от штата Миссури. Метили в Сенат и выше? Думаю, да. Мне нравятся такие как вы, хладнокровные, когда это нужно, хваткие и способные взвесить все за и против. Поэтому мы разговариваем, чтобы прийти к соглашению, которое будет выгодно для нас обоих. Чего вы хотите добиться? Что вам нужно, преподобный?
Выдержав паузу, Джедикайя сказал:
- Люди имеют право знать, что вы сделали с Марией. Господь явил нам чудо, вы же отняли его. Разлучили ребенка с семьей, которая готова была ее вырастить.
- О, Мария нужна мне живой. Так что, если это все, могу заверить. Она жива и находится под постоянным наблюдением. Ее жизни ничто не угрожает, и никто не ставит над ней ужасающих опытов.
Если это было правдой, то Дортвич явно что-то не договаривала. Еще какое-то время назад ребенок говорил с ним посредством мыслей, а потом просто перестал.
- Я хочу ее видеть.
- Хорошо. Когда придет время и ее кровь больше не будет мне нужна, я верну ее вам. А до тех пор этот ребенок останется там, где от него больше пользы. Никто не причинит ей вреда, я обещаю. Взамен мне нужно, чтобы вы перестали настраивать людей против "Зет Индастрис". Это не выгодно никому. И, чтобы у вас не осталось желания проверить, поясню почему, - Мэг поднялась со стула, приблизившись к проповеднику. - Мои специалисты обслуживают "барьер", следя за его исправностью круглые сутки. Если он выйдет из строя, если что-то или кто-то спровоцирует поломку или намерено отключит его, зомби снаружи массово хлынут в город и тогда такому чудному островку спокойствия, как Нью-Сент-Луис, придет конец. В считанные часы или минуты, кто знает, как быстро они управятся с населением, - скользнув мягкими пальцами по щеке проповедника, она приподняла его за подбородок, так, чтобы он смотрел на нее снизу вверх, и задумчиво улыбнулась. - Я не хочу, чтобы "барьер" пал, это не в моих интересах, даже если ваши последователи займут все этажи "AТ & Т". Но где гарантия, что кто-то еще, кто имеет доступ к управлению, не захочет утащить с собой на дно всех и сразу?
Ее взгляд с интересом блуждал по его лицу, скользя от голубых глаз к крепко сжатым губам, и в какой-то момент Джедикайе показалось, что она хочет его поцеловать. Вместо этого Мэг выпустила его подбородок из тонких пальцев и, спешно отвернувшись, произнесла:
- Надеюсь, я доступно объяснила возможные перспективы сотрудничества. Живой ребенок, рабочий "барьер", создание вакцины в ближайшем будущем. Все это по цене "не лезь не в свое дело, Джедикайя Санденс". Так всем будет лучше, - она развернулась, уперев руки в бока. - Мы договорились?
Сам дьявол не смог бы быть убедительней. Похоже, что Дортвич все предусмотрела. У проповедника не оставалось выбора, кроме как согласиться на сделку. Одного она, кажется, не учла.
- Больше никаких митингов, - кивнул он для пущей убедительности. - Но тебе нужно опасаться не меня или мою паству.
- Кого же тогда?
- Последователей Анжелло Бойда и его самого. Он называет Марию предвестником Антихриста и подстрекает других к тому, чтобы ее уничтожить. Любой ценой.
Сказанное им заставило Дортвич напрячься. Очевидно, она не знала о радикальном религиозном образовании у себя под носом или не воспринимала его всерьез, до сих пор.
- Что ж, было приятно, наконец, познакомиться лично, - произнесла она и обратилась к конвоирам. - Проводите его домой. И будьте аккуратней.

Где-то на пути в Нью-Сент-Луис

С рассветом как будто стало еще холодней. Стекла изнутри запотели. Кёртис проснулся какое-то время назад и, не обнаружив рядом Дакоту, со всей грациозностью контуженого бойца, выпростался из одеял и машины. Выпитое вчера давало о себе знать пустыней во рту. Он едва подумал о том, осталась ли у них еще вода, как на поляне появилась блондинка. В одной руке она тащила пластиковую бутылку на два галлона и еще пару, из-под кока-колы, прижимала к груди. К одежде и волосам Дакоты прилипли сухие колючки репейника и хвоинки, но выглядела она при этом весьма довольной.
- Ты зря время не теряла, - ухмыльнулся мужчина, нагнувшись за оставленным у машины костылем.
- Ну, я выбралась, чтобы сходить по-маленькому, забралась чуть дальше в глушь и в какой-то момент поняла, что журчу не только я, - радостно сообщила она, протягивая ему бутылку полегче. - Пришлось, правда, еще вернуться за тарой.
Две другие Дакота поставила на землю и, коснувшись волос, принялась вытаскивать инородные предметы, словно только сейчас их обнаружила. В воде плавал песок, крошки размокшей листвы и хвои, а еще она была настолько ледяной, что зубы и нёбо мгновенно онемели. А Кёртис продолжал пить, пока не утолил жажду.
- Сперва у меня была мысль разбудить тебя, но потом подумала, что обойдусь без, ну знаешь, моральной поддержки.
- О, ты пытаешься втоптать в грязь мою самооценку, - усмехнулся Кёртис, закручивая крышку. - Это интересно. Что еще пустишь в ход?
- Ничего, - Дакота протянула руку и взъерошила темные волосы на макушке мужчины. - Тебе так хорошо.
Волосы успели отрасти не только на голове, борода тоже потеряла свою аккуратно подстриженную форму. Сломанная нога, как бы он ни пытался хорохориться, влияла на все, в том числе и на такие вещи, как уход за внешностью. Чертовски сложно думать о чем-то еще, когда постоянно ощущаешь себя развалиной. Кёртис надеялся привести себя в порядок, когда они окажутся на месте и определятся с дальнейшими действиями. Он начинал злиться на перелом за то, что тот решает за него, что делать и как.
- Джим, значит? А я думала, что Кёртис это имя, - сказала Дакота, словно забыв убрать руку.
- Не называй меня так, - отмахнулся он, перехватив ее за запястье и буравя взглядом.
- Или что? Отшлепаешь меня?
- Не. Называй.
- Нет? Ну, так я и знала.
Дакота стояла к нему слишком близко и не ждала подвоха. Так что, когда Кёртис дернул ее за ремень к себе, все еще держа другой рукой запястье, не устояла на месте. Прижав к себе и запустив пальцы в ее волосы, мужчина долго и влажно ее целовал, чувствуя растущее напряжение в штанах. Кто, в конце концов, командует его телом? Он сам или этот чертов перелом? Может, если бы он проснулся с болью срастающихся костей, думал бы иначе, но сейчас он не собирался выпускать девушку из своих объятий.
Дакота, ощущая его настрой бедрами, жадно отвечала на поцелуи и, на ощупь боролась с пряжкой ремня. Она выдохнула почти животное "ох", уткнувшись лицом в его плечо, когда Кёртис сдернул с нее джинсы вместе с бельем и раздвинул складки губ, пальцами соскользнув во влажное нутро. Блондинка, справившись, наконец, с ремнем и молнией, смочила ладонь слюной и, заключив его член в кольцо, провела сверху вниз.
- Кажется, я теперь знаю, чем тебя завести, - она двигалась осторожно, покачивая бедрами так, словно пыталась поглужбе затолкать его пальцы, и продолжая работать рукой.
- Заткнись, - выдохнул Кёртис, перехватив ее.
И развернул блондинку спиной, тут же притянув к себе за бедра. У нее была бледная, давно не загоравшая кожа, и выцветший рисунок татуировки над крепкими ягодицами. Сжав их, словно мягкий хлеб, Кёртис вошел в нее и, на доли секунды, зажмурился от прикосновения к горячей изнутри Дакоте. Он распоряжался своим телом. Так или иначе. И получал то, чего хотел.

Нью-Сент-Луис. 20 миль

Харви проводил взглядом указатель. На металлическом щите, покрытом белой краской, слово "новый" было написано синим спреем под небольшим углом над остальным названием. Дорога все еще была свободна от заторов из машин, который каждый из них ожидал увидеть на пути к Сент-Луису. Блуждающие зомби встречались на пути, но все они были одиночками или небольшими группами из пяти-шести голов. Это вселяло надежду, но лишь в том, что касалось реальности поселения и его безопасности. В остальном же угроза для Харви никуда не делась.
- Чувствуешь? - заерзал мужчина.
- Что? - Йен пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги.
Кейлин, вытянувшись на заднем сидении, насколько позволял салон, взбила смятую сумку и снова оперлась на нее спиной.
- В воздухе витает дух свободы. Бодрящий и... такой волнительный, - выпалил Харви.
- Говори нормально, я не понимаю, - сказал Йен.
- Он хочет сказать, что снова напустил ветров, - буркнула китаянка, ехидно ухмыльнувшись.
- Нет! И что значит "снова"? - возмутился мужчина и отвернулся к окну, правда, ненадолго. - И сколько мне говорить, что это был не я?
- Да ладно тебе, Харви. Все пускают ветра время от времени. Просто в следующий раз предупреждай заранее, чтоб мы успели открыть окна, - продолжала Кейлин, явно не собираясь униматься. - Еще одну химическую атаку я не переживу.
- Если Харви постарается держать все в себе до Сент-Луиса, то тебе не придется, - бросил через плечо техасец.
Он пытался говорить серьезно, но улыбка выдавала его с потрохами.
- О, ну прекрасно. Давайте, продолжайте! - Харви нахмурился, скрестив руки на груди. - Между прочим, это все соус. Я говорил, что не перевариваю острое.
Парень, наконец, рассмеялся, а вместе с ним и Кейлин. Харви невольно позволил себе улыбнуться. Они все были напряжены до предела: с краденым оружием, на принадлежавшей грабителям машине вместе с единственным, пережившим укусы зомби человеком, за которым охотилась "Зет-Ай". Безумие. Дурацкие шутки про пердёж, может быть, лучший способ разрядить обстановку.
- Ладно, серьезно, - Харви перегнулся через спинку сиденья так, чтобы видеть обоих сразу. - Как вы себе представляете этот Нью-Сент-Луис? А? Мы уже сегодня будем там. Разве не интересно, как они все обустроили? Может, нас ждет радушная встреча и бокал мартини, ради исключения?
- Ага, и полуголые девицы с бусами из цветов, - скептично хмыкнула Кейлин и покачала головой. - Даже не надейся.
- Вряд ли им удалось изолировать весь город от зомби. Для этого, наверно, пришлось бы построить новую Китайскую стену, - предположил Йен. - Хотя, если жители с самого начала не разбежались как крысы, и если у них была поддержка военных и этих... охотников за твоей головой, то они могли, ну, расчищать квартал за кварталом от зомби, придумать какую-нибудь рабочую систему по контролю. Не знаю, может, нас ждет въезд по пропускам или что-то в таком роде, - размышлял он вслух. - Или досмотр машины, как на границе. Это... было б разумно с их стороны.
- Ха! Добрый день, добро пожаловать в наш замечательный город. Везете что-нибудь запрещенное? - сымпровизировал мужчина, представив себе встречу с законниками на въезде. - Конечно! Мы доверху упакованы дурью, оружием и шлюхами! Ха! Замечательная встреча, - перехватив в зеркале заднего вида взгляд Кейлин, он тут же стушевался. - Извини, просто пришлось к слову.
- Черта с два я больше позволю тебе копаться в моей голове, ясно? - вряд ли китаянка всерьез была обижена, но близость к конечной цели действовала и на нее.
- Ну я же извинился, - пробормотал Харви, наблюдая, как та скользнула ногами в ботинки и принялась их поочередно зашнуровывать.
- Наверное, нам придется дать взятку, - хмыкнул техасец, встретившись с ним взглядом. - Цивилизация! О, дивный старый мир! - воскликнул он.
И на мгновение мужчине показалось, что он снова видит того беспощадного убийцу, расправлявшегося с быстрыми зомби Фрифолка. Нервный задор, словно старая краска, сошел с него, обнажив холодный цинизм глаз и улыбку заговорщика. А в следующий миг техасец ткнул кулаком ему в плечо и рассмеялся как ни в чем не бывало.
- Да брось, на месте разберемся. Ты только поднови свою, ну, знаешь, - он обрисовал пальцем лицо, намекая на стертый местами тональный крем. - Свою маскировку. И лучше надень что-нибудь на руки. Кейлин, найди ему перчатки. Чем меньше людей знает, какого ты цвета, тем меньше у них будет вопросов.
Кейлин, водрузив увесистую сумку на колени, вжикнула молнией и более чем серьезно произнесла:
- Ну что, ты готов к модному приговору, вонючка Харви?

Когда по обе стороны дороги на обочинах стали попадаться размокшие от дождей матрасы, скомканные куртки и нагромождения коробок, Харви был полностью готов к новой встрече с людьми. Тональный крем, хоть и подсох за время апокалипсиса, все равно годился для того, чтобы скрыть его нынешний цвет лица. Лоб, нос, щеки, подбородок и шея, там, где не топорщилась трехдневная щетина, покрывал равномерный слой вполне нормального оттенка. Вблизи смотрелось довольно странно, но все лучше, чем насыщенный серый. На руках у Харви были легкие кожаные перчатки черного цвета. Конечно, среди запасов вещей нашлась еще одна пара, которая приглянулась ему куда больше - с обрезанными фалангами, проклепанные металлическими кнопками и вставками красного. Черт, шикарные перчатки! И совершенно бесполезные для него.
"Я похож в них на киллера", - подумал мужчина и хотел было сообщить об этом остальным, но Кейлин его опередила.
- Смотрите! Зомбопробка! - воскликнула она, прильнув к передним сидениям.
Харви, подняв глаза, увидел то, что так привлекло ее внимание. И действительно, впереди их ждало то, что Кейлин метко назвала зомбопробкой. Йен сбавил скорость, изучая вавилонское столпотворение, к которому они приближались.
- Серьезно? Теперь? - выдохнул Харви. - Это какая-то ошибка. Должна быть ошибка. Нет, я ни за что не поверю, что...
Бетонная стрела дороги и заросшая земля по обе стороны на расстоянии двухсот ярдов или около того, казалось, беспрестанно шевелилась. Словно гигантский движущийся ковер из нескольких сотен зомби, плетущихся на зов невидимого музыканта. Ближайших переставлявших ноги мертвецов отделяло друг от друга навскидку не меньше ярда свободного пространства, но чем дальше к надземной дорожной развязке, которая виднелась впереди, тем плотнее сдвигались ряды. Техасец, весь мыслительный процесс которого был написан на лице, мрачнел с каждой секундой. Опасаясь привлечь внимание раньше, чем найдется хоть какое-то решение, он отпустил педаль газа. Машина на холостом ходу катилась едва ли быстрее мертвяков.
- Дерьмо, - выдохнула Кейлин, вытряхивая из сумки компактный "Вальтер".
Посмотрела обреченно на пистолет, потом на раскинувшееся впереди стадо ходячих мертвецов и покачала головой. Даже с учетом того, что впереди их ждал целый и невредимый островок человечества, к нему еще предстояло пробиться. Они могли строить предположения о том, каким будет Нью-Сент-Луис, но даже на миг не задумались, что он может быть взят в кольцо тварями, которых приманит крупное поселение живых. Если они еще держат оборону, конечно же.
- Мы не пройдем, да? Они же сомнут нас как консервную банку, - прошептала Кейлин, и ее голос дрожал от страха.
Харви нервно сглотнул. От вероятного спасительного убежища их отделяла стена зомби, преодолеть которую казалось невозможным. Если "Форанер" сдаст назад и, набрав скорость, рискнет проложить новый путь, сбивая зомби как кегли в боулинге и трамбуя под собой, то все равно завязнет где-нибудь на середине пути. И еще черт знает, где заканчивается "зомбопробка". Пустить в ход автоматы, выкосив какую-то часть мертвоходов, прежде чем уцелевшие окружат их и начнут биться внутрь, тоже плохая затея. Их слишком много, чтобы это сработало. А решение нужно найти в считанные секунды, которых оставалось все меньше, до того как...
- Ладно, мы все знаем, что нужно делать, - решился, наконец, Харви. - Провернем тот фокус с хижиной Чарли. Я пойду впереди, отвлекая зомби на себя. А ты с Кейлин осторожно продолжишь ехать. Не бросать же нажитое непосильным трудом, - он обращался к техасцу, согнувшемуся над рулем и странно стрелявшему глазами по сторонам. - Правда, я не уверен, что в этот раз получится так же хорошо. Ох, черт, ну и проблемка, а?!
- Если все получится, ты раскроешься, - пробормотал задумчиво Йен. - Им нужен парень со сверхспособностями, и они его получат.
- Да кто узнает? Они что ли настучат? - усмехнулся Харви, махнув на ряды мертвяков впереди.
Техасец, оторвавшись от напряженной оценки происходящего, покосился на него и невесело усмехнулся:
- Нас уже заметили, - он кивнул на наземную развязку, к которой "Форанер" приближался черепашьим темпом. - Кажется, у них там блокпост или что-то в этом роде. Мы на границе, Харви, приготовься показать документы, - несмотря на холодный расчет во взгляде, голос техасца звучал озорно.
Мужчина хотел ответить чем-нибудь язвительным, но когда разглядел то же, что заметил Йен, решил, что это подождет. На нависшей над движущейся массой зомбопробки части транспортной развязки, с первого взгляда не привлекавшей внимания, кипела жизнь. Несколько фигур, сходу он насчитал пятерых, но мог ошибаться и посчитать кого-то дважды, промелькнуло и скрылось за естественным ограждением надземного моста. Однотипная цвета хаки одежда была похожа на армейскую полевую форму. Значит, военные. Между стальными леерами, укрепленными с наружной стороны листами металла, располагались пулеметные гнезда. Небольшой участок дороги, на которой расположился блокпост, был огорожен с обоих концов дощатыми распорками, увитыми железной проволокой, а перед ними, в надстроенных будках, больше похожих на деревенский сортир, ютилось по снайперу. "Пулеметчики - для зомби, снайперы - для людей" - отчего-то подумал Харви и в поисках поддержки покосился на Йена. Тот пытался понять, что за знаки подает человек с блокпоста. Сперва он вращал левой рукой, словно накручивая невидимый трос на катушку, затем выставил ее перед собой с поднятой вверх ладонью. Правой спустя пару секунд дал отмашку своим людям.
"Форанер", находясь на расстоянии двадцати ярдов от края стада, встал.
- Что-то мне нехорошо, может... - успела пробормотать Кейлин, прежде чем голодную тишину разорвали пулеметные очереди.
Ближайшие к развязке ряды, попав под обстрел, затряслись. Зомби пачками оседали на землю, освобождая путь позади идущим. Те, словно очнувшись от коматозного полусна, тут же хлынули во вскрытую брешь. На шум стрельбы и запах человечины. Голодное безумие тут же передалось от них дальше и дальше, вплоть до самого края стада. Зомби рванулись на баррикаду, сметая более слабых и нерасторопных. Толкая друг друга, топчась по телам упокоенных сородичей, они делали попытки достать до свежего мяса. По ним стреляли короткими очередями. Выкашивая ходячих ряд за рядом, блокпост не нес никаких потерь, а перед развязкой росли холмы из упокоенных тел. Так же внезапно, как все началось, пулеметы замолчали. Еще несколькими прицельными выстрелами снайперы избавились от последних оставшихся на ногах зомби. За ними, прямо под блокпостом находились сомкнутые ворота, которых здесь не было до зомбиапокалипсиса. Через них можно было попасть в город и от этой мысли каждый в "Форанере" невольно затаил дыхание. Вот они! Настоящие врата в уцелевший уголок цивилизации. От них в обе стороны уходили стены ограждения, кажущегося недостаточно прочным для напора большого количества зомби.
Следом за тем, как прекратилась стрельба и последний мертвоход затих, на дорогу хлынули новые участники зачистки. С болезненным спазмом в желудке Харви наблюдал, как солдаты, чья форма была обвешана влажно блестевшими на солнце тряпками и веревками, работая баграми и лопатами, растаскивали трупы на обочину и сталкивали их в кювет.
- Это кишки, да? Они... носят на себе кишки? - борясь с приступом тошноты, спросила Кейлин.
- И пахнут как зомби, чтобы сойти за своих. Очень умно, - пробормотал техасец, встретившись взглядом с мужчиной.
"А как для них пахнешь ты?" - услышал его Харви, забыв, что обещал не влезать в чужие мысли без необходимости. Это вышло само собой, а может, потому что Йен хотел, чтобы тот его услышал.
Солдаты, перебрасываясь словами вроде "давай-давай", "шевели клешнями" довольно споро расчистили путь. Ворота пришли в движение, открывая путь в изолированный город. Все менялось так быстро, что Харви просто не мог найти подходящих слов. Он лишь вглядывался в расширяющуюся брешь, боясь, что если моргнет или отведет глаза в сторону, видение исчезнет, растворится, как мираж в пустыне, и они снова окажутся посреди оцепленного зомби куска земли. Кейлин за его спиной точно так же боялась шелохнуться, словно от этого зависело нечто куда более важное, чем жизнь. Мужчина готов был поклясться, что слышит, как стучит ее сердце, а от пальцев девушки, накрепко вцепившихся в обивку сидения, казалось, обдавало жаром. Один из солдат, приблизившись к машине со стороны водителя, хлопнул по крыше, и, склонившись ближе, сказал:
- Давай не мешкай. Они скоро опять собьются к посту.
- Хорошая работа, - Йен кивнул на отрезок дороги перед воротами, залитый сгустками мозгов, внутренностей и темной, почти черной кровью.
- Надумаешь в дозор, места всегда есть. Езжай.
Техасец поехал, наблюдая за оставшимися военными в зеркало заднего вида. Поток зомби по капле возобновлялся. Припоздавшие твари ползли к преграде, желая того же, чего и их упокоенные собратья, а солдаты, обвешанные кишками мертвецов, укладывали их из автоматов, висевших у каждого на плече.
Едва машина оказалась за чертой, разделявшей мир на зомби-апокалипсис и Нью-Сент-Луис, ворота поспешили закрыться. Дальнейший путь преградил коренастый смуглокожий мужчина с нашивками капрала сухопутных войск. А следом, держась на расстоянии, «Форанер» обступили автоматчики.
- Покиньте машину, - приказал капрал.
- Ну вот, начинается, - проворчал Харви.
Он последним покинул салон, напряженно ожидая, что будет дальше.
- Ранения, укусы, близкие контакты с зомби? - принялся перечислять капрал, внимательно осматривая техасца, стоявшего к нему ближе всех.
- Ничего такого.
- Мы много слышали об этом городе. И то, что вы сделали там, это... невероятно... - Кейлин замешкалась, подыскивая нужное слово для своих впечатлений от бойни перед воротами.
- Эффективно, - капрал оставил Йена в покое и принялся за визуальный осмотр азиатки. - Наркотики, оружие, патроны? - удовлетворившись, он перевел взгляд-детектор на Харви, словно вопрос предназначался ему.
- Д-да, - неуверенно вытолкнул из себя мужчина.
Он надеялся, что Йен выручит его, но тот и не думал встревать, ограничившись кивком. Как вообще можно ответить на этот вопрос правильно?
А капрал, словно увидел что-то занятное, не спешил отлипнуть от Харви - продолжал буравить его взглядом, заставляя нервничать и потеть, несмотря на низкую температуру.
- Что с твоими руками?
- Псориаз, - вытолкнул из себя мужчина и, словно вернув себе самообладание, добавил с широкой улыбкой. - Постоянно чешусь и теряю пласты кожи, - Йен за спиной едва ли не позеленел на последних словах, но быстро справился. - Поэтому они заставляют меня носить перчатки. В них, между прочим, жарко!
- Ох, ты опять за свое? Сколько можно говорить, что это временно, пока у тебя не пройдет сезонное обострение? - подхватил техасец и тут же, словно извиняясь, обратился к капралу. - Это не заразно и не смертельно.
- Я в курсе, - кивнул смуглокожий. - В городе вы сможете получить медицинскую помощь. Советую пройти осмотр у доктора Йетс и получить необходимые лекарства.
Оставив, наконец, Харви, он распорядился открыть багажник. Нырнул вглубь, осмотрел набитые сумки и скользнул крепкой рукой в тот, что был мягким на ощупь.
- Пошлина за въезд, - сообщил капрал, подбрасывая увесистый пакет кокаина и, вмиг потеряв к ним интерес, сказал. - Добро пожаловать в Нью-Сент-Луис!
Это было последнее, что они услышали на блокпосту. Рассевшись по местам, каждый из них сохранял молчание, словно опасаясь, что тот может передумать и потребовать больше. Или вовсе не пускать их в город.
- Ты был прав, - произнес Харви. - Без взятки не обошлось.
- Постарайся не пускаться больше в подробности, ладно?
- Ладно, как скажешь.
"И от медпункта тебе стоит держаться подальше" - добавил техасец, обращаясь к нему мысленно.
- Никаких медпунктов. Как будто не я об этом говорил, - отозвался мужчина, поздно спохватившись, что говорит вслух.
Но Кейлин вовсю глазела на расстилавшиеся перед ними дорожные развязки, указатели и видневшуюся за плотной россыпью зданий, похожих издалека на гигантские ульи из бетона и стекла, арку. Те самые Ворота на Запад, ставшие визитной карточкой города и одним из обязательных пунктов посещений для туристов, если тем было не жалко убить несколько часов в очереди. Ей удалось уцелеть и даже ничуть не измениться за прошедшие годы. Может быть, потому что за аркой продолжали смотреть люди, а может, просто времени было недостаточно, чтобы природа окончательно поглотила и переварила двести десять ярдов стальных листов, спаянных арматурой и укрепленных бетоном. Но почему-то видя впереди верхушку отражавшей солнце дуги, Харви думал о том, что арка как нельзя лучше отражает суть города, в который они так долго стремились попасть. Словно она была символом плотины на пути у тотального озомбения и неизбежной деградации человечества.
Может быть, это последний оплот прошлой жизни во всей Америке? Или таких островков, больших и малых, продолжавших держать оборону, вынужденных искать новые способы существования и борьбы с зомби, бессчетное множество? Рансом-Каньон. Перевалочный пункт "Земли обетованной". Обичалые Фрифолка. Сколько еще таких общин раскидано тут и там? Сколько времени осталось у человечества, чтобы исправить самый крупный провал за всю историю, прежде чем оно окончательно обратится в дикарей или примкнет к рядам живых мертвецов? И что, если это будущее напрямую зависит от человека, которому совсем не хочется ложиться под скальпель ради высших целей?
От этих мыслей, как и от стоявшей в салоне тишины, Харви стало не по себе. Судорожно дернув ворот рубашки, он опустил стекло и стал жадно хватать воздух, чувствуя на спине обеспокоенные взгляды. А когда и это не помогло, попросил остановить. Йен не задавал вопросов. Всем им нужна была небольшая передышка перед тем, как впереди замаячат обжитые кварталы и первые жители Нью-Сент-Луиса. Кейлин, как и техасец, миновав огражденный кордон, почувствовали себя в безопасности, но лишь на короткий период. Вслед за Харви они оба выскользнули из машины и долго стояли, дожидаясь, пока тот справится с панической атакой.
- Надеюсь, местные подскажут, где можно выпить. Желательно чего покрепче и пусть это будет хоть разбавленный спирт. Мы проделали долгий путь, чтоб добраться сюда. Думаю, заслужили немного выпивки и покоя, - пробормотал Йен и задумчиво поскреб затылок под шапкой. - Что скажешь?
- Да, - рассеяно кивнул мужчина, оглянувшись на него с Кейлин. - Отличная идея.
- И не мешало бы перекусить, да?
- Я бы не отказалась от горячего душа. Ох, ладно, даже если он будет чуть теплый, готова продать душу дьяволу за полчаса в нем, - отозвалась Кейлин. - Как думаете, найдется тут такая роскошь, м?
- Давайте узнаем. Ну что, поехали? - Йен сжал Харви за плечо. - Ты готов?
- Поехали. Но сперва выпивка, дамские штучки подождут.
Они погрузились в машину и продолжили путь.

Звонок заставил Дортвич вздрогнуть.
Она пыталась отыскать слабое звено в формуле имеющейся вакцины, в надцатый рад пролистывая файлы на ноутбуке, но все ее мысли неизбежно возвращались к тому, о чем думать совершенно не хотелось. Ее цепной пес, Фредерик Гуйе вместе с отрядом подготовленных бойцов отправился штурмовать Хаксвилль. Что могло случиться с тремя десятками здоровенных парней, лучше всего умеющих убивать?
Мятеж будет подавлен в кратчайшие сроки, Барт как-его-там, этот самопровозглашенный мэр ее бензиновой жилы, быстро поймет, что связался не с теми парнями и продолжит играть свою роль, не высовываясь. Или пойдет на корм бензомби.
Гуйе все уладит - он большой специалист в разрешении конфликтов - а потом привезет "Бьюик Ривьеру" вместе с создателем чудо-движка сюда. Конечно, она опасалась соглядатаев. Тех, кто работал под ее начальством и втайне стучал на каждый ее чих Хольсману. Придется проявить осторожность и как-то объяснить чудесное возвращение Ламбера из мертвых, как и то, почему он так долго не появлялся. Сумела же она разыграть его смерть, чтобы держать работу чертова гения в тайне. Неужели не справится с обратной историей? Или использует разработки Ламбера и опытный прототип в качестве козыря. У нее до сих пор нет рабочей вакцины, нет средства, которое так жаждут получить на самом верху, нет чертова мутанта Джека Харви, чтобы продвинуться в поисках дальше, а терпение босса не безгранично. "Бьюик" способен выкупить ей немного времени.
Взвинченная ожиданием новостей, она застыла и несколько долгих секунд боролась с собой, чтобы схватить трубку и, подавив волнение, вернуть голосу привычный тон. На том конце трубки оказался не Гуйе. И не Хольсман.
Звонок поступил из северо-западного блокпоста, через который, по словам капрала Монтенейро, в город въехала подозрительная троица на черном джипе "Тойота Форанер". Они были под завязку набиты оружием и наркотиками. Может, в прошлом это и было бы неплохим основанием для ареста, но здесь означало, что беженцы располагали ресурсами и могли претендовать на хорошее жилье в обеспеченном горячим и холодным водоснабжением районе. Как минимум, прочие возможности ограничивались лишь нуждой приезжих и возможностями Нью-Сент-Луиса, который мог дать им почти все в обмен на их патроны с дурью. Подозрительным капрал назвал не это. Один из троих подходил под описание наводки, которая была на каждом блокпосту в городе. Белый мужчина, возраст около сорока. Рост приблизительно шесть футов и два дюйма, телосложение худощавое, нездоровый цвет кожи и глаз. Для тех, кто желал уточнить, что означает "нездоровый цвет" в ориентировке была приписка "похож на говорящего зомби". Этого хватало, чтобы солдаты звонили, едва определив очередного беженца подходящим под описание. Любое подозрение, любая странность - докладывалось напрямую в тот же миг и лично ей. Мэг не имела права упустить этого ублюдка снова. Если верить словам капрала, цвет кожи у этого типа был обычный, правда, он прятал руки в закрытых перчатках и болтал что-то о псориазе. А вот глаза...
"Это он", - сердце заколотилось в груди, в горле пересохло. Совсем скоро она получит его. Пташка больше не упорхнет из расставленной ловушки. Только не теперь, когда от этого зависит ее карьера. И, вероятно, жизнь.
Холодно попрощавшись с капралом, Мэг нажала отбой и набрала номер генерала Монро.
- Добрый день, генерал. Объект въехал в город, мобилизуйте группу захвата.
Она продиктовала только что полученную информацию о Харви и его попутчиках, распорядившись определить местонахождение черного "Форанера" в кратчайшие сроки. Генерал, выслушав ее, заверил, что все будет сделано, но этого было недостаточно. От Джека Харви зависело слишком многое, чтобы доверить его поимку тупым воякам.
- Генерал, необходимо найти его и перекрыть пути к отступлению. Я возглавлю операцию. Никакой самодеятельности без моего ведома, ясно?
Нравилось тому или нет, Дортвич не могла допустить, чтобы Харви стал жертвой случайной пули, похоронив вместе с собой все ее надежды.

Бар назывался "Старый койот" и дорогу к нему описал встречный парень в наглазной повязке. Он охотно сообщил новоприбывшим, что это не единственное место, где можно выпить, но одно из приличных, на его взгляд. К тому же, добавлял он, владельцы не задирают цену и хорошо готовят. Парню явно не терпелось рассказать больше, и он обязательно так бы и сделал, если бы Йен не махнул ему рукой, прощаясь, и поехал дальше. В конце концов, не только Харви нужно было залить за воротник пару-тройку стаканов. Приглядывая за насупленным попутчиком, парень надеялся, что тот вскоре, как и всегда, придет в себя и продолжить сыпать дурацкими шуточками. Йен привык к ним, как и к тому, что тот всегда был рядом. С тех пор как Дакота покинула его, Нейт погиб, а Чарли вызвался оберегать сбежавшую девушку, Харви единственный, на кого техасец готов был положиться как на себя. Пусть Кейлин и сбавила уровень враждебности к ним обоим, она по-прежнему хотела одного - держаться от них подальше. И Йен не мог ее винить за это. Скорее надеялся, что у нее в Нью-Сент-Луисе как раз все будет хорошо. Должно же хоть у кого-то получиться...
Что именно должно получиться, он так и не додумал. Кейлин, тронув его за плечо, указала куда-то в сторону и попросила ее высадить. Отель "Бэйлиард" обещал одноместные, двуместные и номера люкс повышенной комфортности с горячей водой, завтраком, включенным в стоимость, и шведским столом. Лучше не придумаешь. Перекинув лямку рюкзака через одно плечо, сумку со своей долей добычи через другое, азиатка улыбнулась.
- Ну все, ребята. Если вдруг мир снова перевернется вверх дном, вы знаете, где меня искать. Но я надеюсь, мы больше не пересечемся, - она говорила без упрека и скорее всего не всерьез.
- Если понадобится помощь, можешь рассчитывать на нас. Не знаю, правда, где мы остановимся, - пробормотал техасец, переглянувшись с Харви. - Думаю, нам не стоит терять друг друга, - стукнул его по плечу, ожидая поддержки.
- Да, конечно, - закивал тот. - Всегда можешь рассчитывать на мое плечо. Ну и если надумаешь открыть свой стрип-клуб, знай, я в деле. Что? Наша малышка может позволить себе карьерный рост, - деланно возмутился он в ответ на новый шлепок по плечу.
- Если подумать, он прав, - Кейлин потупила взгляд, резко выдохнула. - Ну что ж, ненавижу долгие прощания. Не дайте себя съесть, ладно?
- Мы постараемся, - отозвался Йен.
Он ожидал, что китаянка сразу же выскользнет из салона. Но та вдруг притянула его за шею, насколько это получилось, и прошептала: "Спасибо, что вытащили". Одарив Харви кивком, Кейлин, нагруженная двумя увесистыми сумками, зашагала к зданию отеля. Она ни разу не обернулась, но парень предпочел подождать, пока за ней хлопнет дверь, и лишь затем двинулся дальше.
Он припарковал "джип" на крытой парковке через дорогу от бара, набил карманы патронами, решив оставить кокс на будущее. Его еще предстояло расфасовать из больших пакетов в мелкие. Никто не берет с собой крупные купюры, отправляясь в незнакомый район. К тому же Йен сомневался, что Новый Сент-Луис не ввел в оборот новую денежную единицу.
Харви, искоса наблюдая за его приготовлениями, поступил так же.
Парень расплатился с парковщиком в черном комбинезоне и для уверенности пообещал проделать дырки в башке, если с машиной или вещами что-то случится. Харви, задержавшись, сделал жест указательным и средним пальцами, предупреждая, что тоже следит. За ним.
- Плохой и очень плохой коп, - с усмешкой обронил Йен, когда мужчина с ним поравнялся. - Мы отлично сработались. Что скажешь?
- Скажу, пара шотов текилы не помешает, чтоб скрепить наш союз, - пробормотал тот, недовольно озираясь по сторонам и ускоряя шаг. - И забыть о том, что мы собрались сделать.
- Я думал, ты этого хочешь. Разве нет?- пожал плечами парень, направляясь к выходу вслед за ним. - В любом случае, пока не осмотримся, делать какие-то выводы и строить планы нет смысла. Определимся с жильем, заведем новые знакомства, прощупаем почву. Эй, да что с тобой такое? - крикнул он.
- Я хочу напиться. Это все, что мне сейчас нужно, - произнес Харви, прежде чем двинуться дальше.
- Ладно. Как скажешь.
Выпустить пар. Сделать небольшую передышку, прежде чем они возьмутся за исполнение плана, который, несмотря на доводы совести, все равно казался Йену безумной авантюрой. Но он обещал. Харви и себе, что сделает это, чего бы ему ни стоило.

Бар нашелся именно там, куда их направил встречный парень. Вывеска, еще хранившая лоск прошлых лет, размашистым курсивом цветных люминесцентных ламп сообщала о конце проделанного пути. "Старый койот" не горел. В это время суток освещение ему было ни к чему, но почему-то сомнений по поводу того, что к сумеркам он заиграет яркими красками, не возникало. Харви застыл перед оббитой металлом дверью. На ум невольно пришла горячая ночь в "Земле обетованной", едва не отправившая его на корм зомби-шлюхам. Конечно, у него оставался шанс понравиться мертвым девчонкам, но только в том случае, если б он добрался к ним живым. Проверять, останутся ли при нем его способности, и жизнь, с пулей во лбу - сомнительный эксперимент.
Техасец, потеснив Харви в сторону, дернул дверь на себя. Изнутри донеслась незнакомая мелодия, скрашенная разговорами и звоном посуды. Пахнуло чем-то горячим и жареным, отчего желудок вмиг скрутило узлом. В последний раз они ели на рассвете, прежде чем пуститься в дорогу. Сейчас был уже полдень и голод давал о себе знать. Ладно, он вооружен, набит самой ходовой валютой во всем зомби-апокалипсисе, а цвет его кожи скрывает толстый слой "натурального бежевого" и перчатки "киллера". Что может пойти не так?
Из тесного скудно освещенного фойе, уходящего ступенями вниз, они попали в святая святых "Старого койота". Большая часть столиков пустовала. Занимавшие два других в дальней части зала мужчины едва повернули головы в сторону вошедших и тут же вернулись к своей выпивке. Еще трое торчали на высоких стульях у стойки. Бармен, подтянутый здоровяк в татуировках на голых бицепсах, увлеченно болтал с одним из них. Никому не было дела до новых посетителей, и Харви приободрился. Но, уже шагая к стойке с манящей выставкой бутылок за спиной у бармена, он понял, что при всем желании им не сойти здесь за своих. Двое парней в заношенной, не стиранной с жилища бойскаутов, одежде, выглядели и пахли так, словно только что выбрались из выгребной ямы. Ну, может, последнее было преувеличением, и все же среди редких посетителей бара, отмытых, выбритых и причесанных, они оба были как два лесоруба посреди центральной городской площади.
- Да, пожалуй, Кейлин оказалась умней нас. Надо было сперва принять душ, - пробормотал Харви, стараясь не повышать голоса и не смотреть на техасца.
- Думаешь, они выглядели иначе, когда только сюда приехали? - усмехнулся Йен, приподняв бровь. - Черта с два. Давай узнаем, найдется ли тут текила.
- Это будет настоящее чудо.
Направляясь к стойке, Харви, наконец, разглядел, откуда доносилась музыка. В зале весь основной свет фокусировался на огороженном уголке бармена с его сокровищницей из алкогольных напитков и удаленной сцене, расположенной на символическом возвышении. За пианино, работая пальцами и изредка отвлекаясь на стакан с выпивкой, колдовал седовласый мужчина. Музыка расслабляла, как и вся атмосфера в баре. Словно в этом мире никогда не существовало зомби.
- Живая музыка дешевле электричества. Пока что, - раздался рядом с ним надтреснутый баритон бармена. - Вечером будет настоящий концерт, а пока Барри разминается. Заодно развлекает публику, какая есть.
Пока они рассаживались на свободные места, тот выкатил на стол пару стопок, подбросил бутылку водки в руке, легким жестом откупорил ее и склонил над первой стопкой. Йен едва успел остановить его жестом, озвучив желаемое. Чудо свершилось. В барной карте нашлась текила и много чего еще. На удивление в "Старом койоте" имелось даже меню на красивых ламинированных листах. Самый настоящий бар в самом настоящем городе. Правда, за пару шотов пришлось выставить целую пригоршню патронов.
- Запасы текилы у нас не так богаты, а вот водки уйма, - по-свойски сообщил бармен, смахнув оплату в ладонь. - Говорят, в Мексике возобновили производство, только пока наши там, - он сделал жест указательным пальцем в потолок, облокотился о стойку, доверительно бросив. - Не слишком хотят с ними налаживать контакт. Да и за счет транспортных расходов один черт взвинтят цену до небес. Попробуй нынче провези груз через всю страну. Так что не обессудьте.
Подмигнув напоследок, он умчал в другой конец стойки, переключившись на нового посетителя. Харви не горел желанием трепаться со словоохотливым бородачом, а Йен был всерьез увлечен изучением закусок "Койота". К текиле прилагалась соль и, внезапно вместо классического лайма, кусочек огурца. Что ж, по крайней мере, ясно, чего здесь нет.
- Выпьем, - мужчина поднял свой шот, напоминая техасцу, зачем они пришли.
Выпили, смакуя вкус. Йен попросил бородача повторить, заодно заказал сангриту с томатным соком, овощи на гриле, начос и ассорти из поджаренных на огне насекомых. Последнее успешно замещало собой мясо последние годы.
- Традиционная китайская кухня. Кейлин здесь точно понравится, - усмехнулся Харви. - У нее вроде отец владел рестораном? Отличный повод продолжить семейное дело.
- И лишить тебя бесплатного прохода в стрип-клуб?
- Я же шутил. К тому же мы вряд ли здесь задержимся, чтобы до этого дожить.
- Как знать, - пожал плечами парень.
- Ладно, пока ты тут рассиживаешь, поищу комнату для мальчиков. Кажется, мне срочно нужно сбросить балласт, - сообщил Харви, хлопнув того по спине.
- Мог обойтись без подробностей, - бросил Йен.
- Прости, приятель. Не в этот раз, - смеясь, сказал мужчина. - Если я найду настоящий чистый унитаз с рабочим смывом и освежителем, ты первый об этом узнаешь.
Первая дверь налево от стойки, судя по аппетитному запаху еды и вынырнувшей из нее дородной мексиканки, вела на кухню. Проводив голодным взглядом тарелку с выпечкой, Харви протолкнул слюну и двинулся дальше. Туалет нашелся еще через пару шагов и располагался аккурат между залом со сценой, где продолжал играть пианист, и барной стойкой, где остался Йен Митчелл.
Дверь открывалась в обе стороны и, когда Харви оказался внутри, зажатый между рядов писсуаров и закрытых кабинок, все еще продолжала болтаться. Белый фаянс писсуаров на первый взгляд был действительно белым, унитазы в кабинке ничем не уступали им в белизне. В кабинке даже нашелся рулон туалетной бумаги, правда, без освежителя. На стенках изнутри теснились старые и новые. Некоторые из них были сделаны так давно, что казались запечатанным в бутылке посланием. Чувствуя подступивший к горлу ком, мужчина провел пальцами по надписи "Красные птицы вперед! 2009". Никто еще не знал, что их ждет. Джек Харви отбывал второй год в тюрьме Портленда, штат Мэн, стараясь не нарываться на неприятности и надеясь на досрочное освобождение. Потом изменилось все.
Прогнав неприятные воспоминания, мужчина переложил "ругер" во внутренний карман куртки, сдернул штаны и занялся тем, зачем собственно пришел. Снимать перчатки он не рискнул даже наедине с собой.
Когда он закончил и, затянув ремень, ткнул на кнопку смыва, его ждало еще одно потрясение.
- Чтоб я сдох! - присвистнул он.
Смыв работал.
Задержавшись над умывальником, Харви подмигнул своему отражению и зашагал прочь из туалетной комнаты. За стойкой его уже должна была ждать горячая еда и острая сангрита. Казалось, ничто не сможет встать на пути к этому райскому пиршеству. Но едва мужчина сделал пару шагов по коридору, как вдруг почувствовал, что все внутри него сжалось от необъяснимой тревоги и страха. Словно кто-то приставил дуло к виску или скорее приложил шокер к обнаженной коже. Он резко остановился, огляделся по сторонам, пытаясь понять, что это может значить.
Музыка продолжала играть, седовласый Барри без устали развлекал редких посетителей. Из той части зала, где расположились люди за столиками и барная стойка, доносился негромкий говор. Никакой угрозы. Ничего. Харви сделал еще пару шагов вперед, прислушиваясь к своим ощущениям, и понял, что необъяснимая тревога отхлынула. Стала тише. Тогда он недоверчиво покосился в другой конец коридора. Он продолжался до тех пор, пока не заворачивал вправо. А что там?
Если он уйдет сейчас и выкинет из головы этот внезапный приступ тревоги, то сможет спокойно поесть и выпить. Как и собирался. "Ругер" в левом кармане будто стал тяжелее, ноги приросли к полу. "Ну же, вернись к Йену и забей. У тебя давно не все в порядке с головой. С чего бы этому чутью быть реальным", - уговаривал себя Харви, переминаясь с ноги на ногу. И все же, он не мог вернуться, не убедившись в том, что все в порядке.
В прошлый раз беспечность едва не стоила ему жизни. Больше он не собирался попадаться на этот крючок. Будь то запуганные шлюхи, русские охотники за головами или предатели вроде Боско. Вернувшись туда, где он только что стоял, Харви сделал еще один осторожный шаг, а следом еще. Страх нахлынул волной. То, откуда он исходил, находилось в конце коридора. Вытащив пистолет и стараясь не шуметь, мужчина пошел на его источник.
Добравшись до очередной двери, запертой на затвор, он открыл ее и толкнул наружу, не забыв выставить перед собой ствол. Кто бы ни находился по ту сторону, он вряд ли придерживался правил Нью-Сент-Луиса, а значит, был для него опасен. "Только не это, пожалуйста. Пусть это будет моя паранойя" - бормотал он себе под нос. То же самое Харви испытывал в убежище Моначеса, разряжая обойму, чтобы даровать покой изувеченным зомби. Инстинктивную просьбу прекратить страдания, которая каким-то образом передавалась ему.
Задворки "Старого койота" оказались пусты. Лишь нагромождения старых коробок, свободное место под парковку служебного транспорта, мусорные баки, в которых что-то негромко шелестело пакетами и остатками еды. Не теряя бдительности, Харви приблизился к первому из них - с "ругером" в сцепленных руках, готовый выстрелить. На его глазах среди ошметков мусора мелькнула серая шерсть и длинный похожий на дождевого червя хвост. Крысы, что б их. "Зомбокрысы?" - спросил он сам себя и поспешно отошел от бака, оглядываясь вокруг.
В десяти ярдах от выхода стоял небольшой грузовик с приоткрытой едва ли на пару дюймов задней дверцей. Потертый принт рекламной наклейки на борту сообщал, что раньше на нем доставлял свою продукцию "Будвайзер". Теперь в грузовике могли возить все, что угодно. Если, конечно же, предприимчивые горожане не возродили пивное производство. С них не убудет. Он так же осторожно шагнул вперед, оставляя мусорный бак и крысу, привлекшую внимание, позади. И, словно отзываясь на его мрачную догадку, усилилась тревога в голове. Кто-то заманивал Харви, словно он рыбешка, а наживка должна была находиться в крытом кузове грузовика.
- Я знаю, что ты там, - выкрикнул мужчина, держа проем с чернотой внутри на прицеле. - Выходи или буду стрелять.
Доли секунды он сомневался, что это вообще сработает. "Выходи или буду стрелять? Серьезно, кто так говорит?" - запоздало подумал Харви. Как будто если тот, кто скрывался в грузовике с зомби, выйдет, он пообещает не делать этого. Как же.
Но это сработало. Сперва он услышал стук каблуков. Затем из-за другого борта кузова, того что был закрыт от его глаз, вышла женщина. Пустые руки она держала перед собой.
- Все в порядке, - произнесла женщина, глядя на Харви так, словно всю жизнь ждала этой встречи. - Из всех слухов о тебе, этот, наверное, самый безумный. Я до конца не верила, но... Выходит, это правда. Ты связан с ними.
Происходящее нравилось ему все меньше. Нужно было позвать Йена, а не нестись сломя голову в расставленную западню.
- Понятия не имею, о чем ты, женщина. Я слышал, как кто-то звал на помощь. Очевидно, не ты... Эй, руки! - Харви напомнил, что оружие при нем, и он может выстрелить.
Женщина, набрав воздуха в грудь, заговорила снова.
 - Послушай, я знаю, как это прозвучит, но тебе придется выслушать меня и поверить на слово. У нас мало времени.
- А у меня мало терпения. Советую поторопиться, - сказал Харви, держа ее на прицеле.

Заказ принесли быстро. В считанные минуты на стойке перед Йеном возникли две корзинки с начос, следом смуглокожая официантка выставила блюдо с запеченными овощами. Дольше всего пришлось ждать барбекю из членистоногих, а когда их принесли, техасец уже уплетал за обе щеки сочные, с ароматом дымка и хрустящей корочкой овощи. Еда была свежей, желудок пустым, и Йен всерьез опасался оставить тарелки пустыми к возвращению Харви. Тот подозрительно долго торчал в уборной, но зная его многие месяцы подряд, парень не спешил волноваться. Когда первый голод утих, Йен опрокинул вторую стопку текилы, запил сангритой и блаженно зажмурился.
Он даже не сразу заметил, что музыкант перестал играть.
Вокруг в одночасье все смолкло. Уверенный стук каблуков в напряженном вакууме звучал как недобрый метроном. Редкие посетители предпочли заткнуться, искоса наблюдая за приближающейся бурей. Бармен, поджав губы, потянулся за бутылкой кальвадоса. Все вокруг знали, чего ждать от нового гостя. В отличие от Йена.
Он с упоением обсасывал ножки жареного кузнечика, когда на соседний стул села молодая женщина и легким взмахом руки дала бармену знак подождать с выпивкой. Стул предназначался Харви, так что техасец поднял голову, чтобы сказать "место занято" и на миг потерял дар речи.
Стройные ноги в черных туфлях на шпильке, упакованные в строгую юбку того же цвета, пиджак на пару тонов светлее, скроенный будто по фигуре, и безупречный маникюр на руке, которой она отослала бородача за стойкой. Алый цвет ногтей, конечно же, был подобран под цвет помады, и в целом незнакомка производила впечатление уверенной в себе женщины, берущей от жизни все, что хочет. Склонив голову набок, отчего по каштановым волосам, схваченным заколкой, пробежал блик света, она надменно улыбнулась. Ему.
Чтобы поверить в то, что избалованная благами цивилизации дамочка, решила посреди дня снять в баре самого грязного парня ради секса, нужно было для начала лишиться мозгов. И Йен похолодел.
- Что ж, - произнесла незнакомка, явно смакуя ситуацию, в которой она была кошкой, а парень, очевидно, мышкой. - Полагаю, для всех будет лучше, если мы перейдем от отговорок, бессмысленной лжи и прочей чепухи, которую ты непременно захочешь мне скормить, к сути дела, - игривая улыбка сползла с ее алых губок, обнажив холодный расчет и нетерпение. - Где Джек Харви?
- Кто?
- Джек Харви. Мужчина, выживший после укусов зомби, - процедила женщина. - Думаю, ты не захочешь усугублять ситуацию. Так что просто скажи мне, где он.
Краем глаза техасец видел, как с лестницы в зал спускаются люди в черной камуфляжной форме. Он слышал, как бряцают затворы и глухо стучат подошвы армейских ботинок. В полупустом баре в считанные доли секунд стало тесно. Йен готов был поклясться, что в его спину смотрят прицелы. Стоит только дернуться, и все закончится, не успев начаться.
- Я не понимаю, о чем речь, - произнес парень, буравя ее взглядом.
- Нет? - деланно изумилась женщина и, покосившись на блюда, усмехнулась. - Твоя машина, черный "Тойота Форанер", на котором ты приехал с двумя другими людьми, стоит на парковке через дорогу. Твоя подружка-азиатка зарегистрировалась в отеле "Бейлиард", значит здесь ты с тем, кто мне нужен. Иначе зачем тебе два шота?
- Чтобы не утруждать бармена попусту, - отозвался Йен, чувствуя, как просел голос. - Сейчас доем кузнечиков и выпью вторую.
- Логично, но нет, - покачала головой. - Где Джек Харви? И предупреждаю, даже не думай водить меня за нос.
"Только бы этот придурок не явился сюда прямо сейчас" - пронеслось в его мыслях, а взгляд помимо воли скользнул в сторону, где техасец в последний раз видел друга.
"Харви, где бы ты ни был. Беги!" - он не надеялся, что тот его услышит, но хотя бы попытался.
- О, спасибо! - переменилась в лице женщина, перехватив его взгляд. - Никаких действий без моего приказа! Держать дистанцию! - тут же распорядилась она, координируя группу захвата.
Так же решительно, как пришла, незнакомка покинула место за стойкой и, отстукивая дробь каблуками, направилась за Харви.
- Лучше тебе не злить ее, парень, - бросил ему бармен.
Но Йен, проклиная себя, уже бежал ускользающей в темноте коридора фигурой. Следом, выполняя приказ держать дистанцию, двинулись люди в форме.

Мэг, сама того не замечая, перешла на бег. От конечной цели поисков ее отделяло всего несколько ярдов. Ждать дольше она не могла. И пусть присутствие Харви - это лишь половина дела, его биологический материал способен дать ответы на все вопросы. Он - недостающее звено, ее философский камень, способный превратить в золото что угодно. Мария Конрад пережила изменения в утробе матери, другими словами она никогда не была человеком в полном смысле этого слова. В отличие от него, получившего инъекцию экспериментальной вакцины доктора Ди Пальмы, укушенного зомби и не обратившегося после всего этого.
Она бежала, спиной ощущая присутствие незнакомца. Тот и не думал держаться подальше. Ему не было никакого дела до авторитета Дортвич, что неудивительно. Но у него еще будет время выяснить что к чему, если конечно не станет лезть на рожон и под пули. А Мэг очень надеялась, что обойдется без стрельбы. Джек Харви не должен пострадать.
Толкнув тяжелую дверь, она оказалась на задворках "Старого койота". Справа от нее возник попутчик мутанта. Выхватив краем глаза ствол в его руках, Мэг осмотрелась вокруг. Площадка перед задним входом пуста, если не считать мусорных баков и скопление пустых коробок. Сердце в груди стучало так, словно готово было вот-вот выпрыгнуть. Возбужденная скорым успехом, она шумно дышала и озиралась.
Никого.
Черт бы побрал его, никого!
- Не-ет, - бессильно выдохнула она. - Нет, нет...
Переставляя ставшие вдруг чужими ноги, Дортвич беспомощно оглядывалась вокруг. Он должен был быть здесь! Должен! Но Харви не вещь, чтобы спокойно ждать, пока его возьмут в кольцо. Он сбежал, словно почуял за собой хвост. Словно? Если только кто-то не предупредил его и не помог сбежать.
- Мэм? Какой будет приказ? Мэм?
Пытаясь взять себя в руки, Мэг принялась считать до десяти.
Приятель Харви прошел вперед и, убрав пистолет за пояс, сел на корточки.
- Можешь праздновать победу. Твой друг сбежал, - выдохнула она, чувствуя, как силы покидают тело.
- Мэм?
- Проверить автостоянку и периметр. Если машина на месте, значит, он уехал на другой или прячется где-то здесь. Далеко он не мог уйти.
Вместо долгожданного триумфа еще один повод для головной боли.
День, когда она создаст первую вакцину, способную исцелить зомби и остановить процесс обращения после смерти, откладывался на неопределенный срок.
Снова.

28.07.18 - 24.12.18 гг.


Рецензии
Или мне кажется, или с каждым эпизодом объём увеличивается. Что, конечно, не в минус, ибо читается по-прежнему легко. Нравится распределение повествования между персонажами, что было, конечно, и раньше, но теперь-то они и вовсе разделены большими расстояниями и действуют независимо друг от друга. Особенно выделяю, конечно, Ди и Кёртиса ;-) Парочка колоритная, их история мне наиболее интересна была. Разумеется, Харви, Йен и Кейлин тоже хорошо выступили, просто лично я особенно упивался эпизодами новоявленных владельцев зомбоядного "Бьюика". Задел на продолжение хороший, как и полагается в сериалах, так что ждём-с!

PS. А Мэган таки стерва, каких поискать!

Евгений Кусков   11.01.2019 12:14     Заявить о нарушении
Зомбоядный "Бьюик"! Как вкусно звучит, мне нравится! Пожалуй, я и сама упиваюсь приключениями этих засранцев. И объем растет в геометрической прогрессии, части давно уже не вписываются в "эфирное время", и я не стремлюсь их впихнуть в жесткие временные рамки.

Хиль Де Брук   11.01.2019 12:53   Заявить о нарушении