Живу, пока помнят

Занедужила Валентина. До какой части изможденного временем тела не дотронуться – все болит. И внутри – ноет и немеет. А чего ожидать лучшего, если возраст перевалил за девятый десяток лет? Поизносился организм, так как работает она сызмальства. Как начала в войну девчонкой, так с перерывами лишь на отпуск, и проработала швеей. И как работала! Сразу после войны ее, шестнадцатилетнего подростка, в числе первых наградили медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», а потом она на своей фабрике индивидуального пошива многократно становилась победителем социалистического соревнования. Но это все – осталось в прошлом и в памяти Валентины, которая упорно не сдается возрасту и недугу и, даже, отказывается переехать на жительство к кому-либо из сыновей, решительно заявляя, что пока у нее ноги ходят – она никуда из своей квартиры не уйдет и не желает быть обузой детям.
Так и живет Валентина одна, радуясь каждому приходу сыновей и снох, которые купят в магазинах, что ей надо, и в квартире приберут. А, главное, вживую, а не по телефону, поговорят и расскажут городские новости и о тех, кого швея знала и помнила. Но этих людей с каждым годом становится все меньше и меньше. Кто-то уехал к детям в другие края, а большая часть – тихо  уходят в иной мир. Туда, иной раз, Валентина тоже собирается последовать. Как правило – в  порыве гнева от одиночества, после смерти мужа, или от свербящей боли в коленях и других суставах, Но, одумавшись, цепляется за жизнь. То даст наказ сыновьям купить лекарства, то участкового врача, когда невмоготу становится, вызовет или скорую помощь. Да и к жизни сыновей старается быть ближе: накопленную пенсионную «денежку» им  в помощь даст,  свои советы им   изложит, а, бывает, что и  поругает, если они, по ее мнению, что-то не так в семье делают.
Так и корпит Валентина, искренне благодаря Бога за каждый прожитый ею день и прося у Создателя того же на завтра. При этом она боится того, что люди ее уже забыли. Даже страшится такого исхода. Это желание возникает у нее интуитивно, а может быть потому, что когда-то она услышала и запомнила на похоронах фразу о том, что человек жив – пока жива о нем память.  Поэтому, в беседах со старшим сыном Павлом, она непременно задает ему вопросы: не звонили ли ему ее знакомые и не интересовались  здоровьем и  как она живет? На что сын в большинстве случаев давал отрицательный ответ. А, порою, и злился.
- Ну, кто, мама, по поводу тебя должен звонить? Кроме тети Маши, с которой ты работала в ателье, уже в живых никого нет. Да и ты на пенсии уже почти полвека. У нас министров и прочих больших руководителей через неделю забывают после того, как они становятся пенсионерами, а тут пять десятков лет! – пенял родительнице сын.
… После таких слов Валентина как-то сникала и безропотно соглашалась с тем, что ей, действительно, уже некому звонить из числа бывших швей и знакомых. И что она зажилась на этом свете…
Так говорила старушка, чтобы, спустя время, забыв предыдущие ответы сына по этому поводу, вновь задать ему те же вопросы. Но, вскоре надобность в них стала возникать реже. Сын то в телефонном разговоре, то при встрече стал регулярно передавать ей приветы от бывших соседей по дому, где раньше жила семья, от своих знакомых и тех, с кем прежде общалась Валентина.  Все они, по рассказу Павла, беседуя с ним, обязательно спрашивали его о маме и как у нее здоровье, если она жива? Все это, самым подробным образом, передавалось повеселевшей родительнице, чтобы в ответ услышать от нее  какие-либо воспоминания об этих людях и имевших место случаях с их участием.
Так как круг любознательных и чутких людей расширялся, то сыну приходилось подробно объяснять: кто этот человек, каким образом мама знает о нем и кому он приходится другом или родственником. В итоге возникали бурные и подробные воспоминания, заканчивающиеся фразой, сопровождающейся радостной улыбкой: «Вот видишь, люди меня не забыли, потому что я никому зла не делала!».
Так говорила в своем старческом простодушье Валентина, не догадываясь, что большинство рассказов сына о встрече со знакомыми и их приветов ей от них – это выдумка Павла. Он понял, что даже такая Память, позволяет маме бодриться, чувствовать себя не обделенной вниманием, и продлевает ей жизнь.
Сергей Александрович Горбунов


Рецензии
Добрый рассказ, а, главное, жизненный. Старики, как дети. С ними обязательно надо мудро общаться и помнить, что мы все (в большинстве) станем стариками, а старость-это далеко не радость. Всех благ, Сергей Александрович. Заглядывайте по возможности.

Галина Куковенко   28.02.2019 20:09     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.