Это было грандиозно...

                Научный семинар, проводимый  в Ашдоде каждую среду, стал  глотком свежего воздуха... Зачастую, единственным...

                Руководил им  профессор Константин Бравый - бывший  командир девятнадцати советских зенитно-ракетных дивизионов...

                Свою оптимистичную фамилию отважный полковник оправдывал полностью...

                Обязанности ученого  секретаря в научном семинаре исполнял Электрон. Представьте себе москвича, которого в детском садике, средней школе, универе и научно-исследовательском институте - всегда называли именем важной элементарной частицы...

                Интеллигентный до мозга и костей, обладавший бездной тонкого юмора и великолепным знанием русского языка, он как мог  оправдывал завышенные ожидания множества спутников жизни, знакомых и коллег...

                Да... От обладателя такого удивительного имени требовалось нечто совершенно неземное и фантастическое...

                Даже обычная телефонная беседа с Электроном всегда вызывает у меня в памяти восторженные ассоциации... И от самой манеры его разговора, и от уважительных  речевых оборотов, подходивших, разве что, для старинных университетов...

                Губы Электрона при разговоре слегка причмокивали, будто пробуя слова на вкус... От непреходящей радости общения его интонации возбужденно вибрировали...

                Обсуждая любую тему, Электрон будто смаковал из маленькой блестящей ложечки какое-то особенное вкуснейшее варенье... Радуясь каждому из ловко выстроенных предложений как ребенок, он сладко прищуривался от удовольствия...

                Для достойного завершения  картины не хватало только представить как Профессор неспешно прихлебывает чай из стакана  в серебряном подстаканнике...

                Чай крепкий,  кирпичного цвета , который в добрые старые времена подавали только в фирменных вагонах поездов дальнего следования...

                Напиток этот не пили. Его вкушали... Обязательно с колотым сахаром вприкуску...

                Процедура моего научного доклада, содержащего критический анализ выполнения инновационных проектов  в центрах развития передовых технологий Беер-Шевы и Кирьят-Гата, полностью соответствовала высокому уровню прежней Академии Наук...

                Там были и каверзные вопросы аудитории из нескольких десятков тертых профессоров и инженеров, и конструктивные прения, и  азартные выступления отдельных оппонентов...

                Распаренный и взмокший в бане ожесточенных дискуссий, я , как мог, кланялся и благодарил своих новых знакомых...

                Исчезли, испарились, делись куда-то целые годы и десятилетия, щедро наполненные суетой и приземлёнными реалиями... В эти минуты в моих глазах и на лицах собеседников снова разгорался неистовый огонь новых творческих перспектив...

                По небольшому залу Бэйт (Дом, иврит) Канада Ашдода, где долгие годы собирался научный семинар, как будто прошла Муза, задевшая всех своими блестящими искрящимися одеждами...

                - Ну-с..! Будем ли мучить нашего дорогого Эмануила далее..?,- счастливо улыбаясь, Электрон медленно обвёл взглядом аудиторию,- Или, может,  по чайку с печеньицем ..?! 

                Радостно шумнув отодвигаемыми стульями, аудитория быстро избавилась от толпы ученых, кинувшихся к стоящим в коридоре столикам с традиционным семинарским угощением...

                - А Вас , Эмануил, - торжественно заявил Электрон, - , милости  прошу посетить наше скромное жилище... Всенепременная пременно со своей дражайшей половиной...

                Через несколько дней в полной мере я уже наслаждался удовольствием общения с Электроном в его домашних условиях...

                Внешне он выглядел чистым теоретиком. Неважно в какой академической дисциплине... С равным успехом его можно было причислить, и к математикам, и физикам, и к лирикам...

                Однако привычный стереотип рассеянного странноватого ученого по отношению к нему совершенно не срабатывал. Не годился ни в коей мере...

                Электрон оказался ловким, сообразительным и рукастым, обставив квартиру с примыкающим земельным участком множественными произведениями  своего незаурядного плотницкого таланта...

                Чай также был отменным... Общение... - с Большой Буквы... Стоит ли добавлять, что я, конечно же, стал постоянным участником знаменитого ашдодского научного семинара ..?

                Там могли выступать не только ученые, не только  Цви Цилькер - легендарный мэр Ашдода, не только политики типа Щаранского и Либермана,  простые Премьер Министры и Президенты страны , но и обычные изобретатели, поэты и гитаристы...

                Все выступления подвергались настоящему пристрастному академическому разбору... Прения затягивались, порой, на долгие часы...

                Обстановка, в том числе военная, периодически накалялась, неопределенность жизни государства, города, отдельного человека, зашкаливали...

                Точно все знали только одно - ровно через неделю, в семь часов вечера среды научный семинар обязательно состоится. Он будет, произойдет, случится всенепременно , чтобы не происходило...

                Это вселяло Надежду, это  вдохновляло всех, это  позволяло людям, от которых давно и пренебрежительно отмахивались на работе и дома,  независимо от сложившихся тяжёлых экономических, психологических, личных и общественных обстоятельств, не только высказаться на любую тему, но и быть уважительно, внимательно и доброжелательно услышанным...

                Это было грандиозно...


Рецензии