Палач Глава 3

                ***

Виг Ирма опустился на одно колено и поцеловал массивный перстень кардинал Тореза. Кардинал возложил руку на голову главы Торговой гильдии и благословил его.

- Встаньте, мой друг, - произнес Торез властным голосом, от которого у Ирмы по телу прошла волна дрожи. Вынести кардинальский глас истины было непросто.

Виг Ирма, с честью выдержав испытание, встал с колена и без подобострастия поклонился кардиналу. Он демонстративно не замечал гостей и подчиненных, суетящихся вокруг старика, ожидающих, когда тот обратит на них внимание. Рядом с высоким и сухопарым кардиналом Виг Ирма казался недоразвитым уродцем. Слишком большая голова главного торговца едва доходила кардиналу до подбородка.

Виг Ирма был похож на круглый, отполированный, лоснящийся шар на толстых ножках, наряженный в дорогой костюм, единственным украшением на нём была бриллиантовая булавка на лацкане пиджака. У торговца было круглое лицо, маленькие черные глаза и нечётко очерченный рот. Он дружелюбно улыбался, но эта улыбка не могла обмануть никого, кто знал Виг Ирму. Никто не рискнул бы посмеиваться над нелепым внешним видом главы Торговой гильдии, зная, какой властью тот обладает.

По степени влияния на судьбу Конгрегации Хоны он мог вполне сравниться с любым кардиналом церковного сообщества. Иногда за глаза его так и называли - тринадцатый кардинал. Виг Ирма на дух не переносил сомнительный титул, всякий раз демонстрировал кардиналам своё уважение и не посягал на их власть.

В отличие от своего предшественника, он сам добился высокого положения. Пост главы гильдии вполне удовлетворял его амбиции и аппетиты. Его страстью было приумножение богатств и участие в рискованных финансовых комбинациях, приносящих баснословные барыши.

Ещё Виг Ирма был искренне верующим. Он осознал себя в позднем возрасте, уже сделав успешную карьеру в Торговой гильдии. К моменту осознания он проживал далеко не первый цикл жизни. Пользовался дорогим и качественным телом, сделанным на заказ. Он был в состоянии заказывать тела у имперцев - признанных биоконструкторов, - чьё представительство находилось на Ватаре.

Виг Ирма часто видел людей, переживших «осознание себя». Подмечал, какими они становились после благословения Хоны, но сам относился к таинству скептически. До тех пор, пока Святой Хона не коснулся его духовной сути в храме Всевышнего во время Богослужения. Он испытал ни с чем несравнимое чувство понимания того, кто он, и для чего существует во вселенной, сотворенной Всевышним.

Когда на тебя снисходит любовь Всевышнего и словно согревает душу теплыми лучами солнца, только тогда ты осознаешь себя и принимаешь свет истинной веры. Вера пронизывает духовную суть и наполняет неугасимым светом любви, вытесняя смешные сомнения и глупый страх. Ты чувствуешь, что теперь ты под дланью Всевышнего, простертой над тобой как силовое поле, и так будет всегда.

Для Виг Ирмы осознание себя стало самым сильным потрясением за все его жизни. Он бросил дела, ушел в храм благого Каденны и несколько дней горячо молился Всевышнему, благодаря за то, что позволил простому торговцу понять свое предназначение. Виг Ирма не мог подобрать нужные слова молитвы. Те, что он знал, казались ему безжизненными и фальшивыми, поэтому он говорил со Всевышним своими словами, воздавая хвалу и благодарность за любовь.

Там, в храме, его и встретил кардинал Торез, служивший вечернюю службу в дни Почитания. Истово молящийся неофит, одетый в дорогую одежду, тронул душу старика. Кардинал решил поговорить с ним. Верующий пребывал в трансе, стоял в молитвенной позе и смотрел на пламенный камень алтаря, выступающий из нефа, что-то невнятно бормоча сухими губами.

Кардинал поднес неофиту чашу причастия. Человек поднял глаза. Во взгляде будущего главы Торговой гильдии полыхало неугасимое пламя Веры, как у человека, который познал истинную любовь Всевышнего.

- Скажите, святой отец, вы чувствуете его любовь каждый день? - спросил Виг Ирма.

- Я чувствую ее каждый миг своей жизни, - ответил кардинал, осеняя себя знамением.

После этой встречи эти два совершенно разных человека стали друзьями. Карьера уверовавшего торговца была стремительной. Он очень быстро смог войти в Высший Совет Торговой гильдии.

Пока высокопоставленные члены гильдии решали, что им делать с самонадеянным выскочкой, он доказал причастность Высшего Совета к незаконным сделкам с врагами Конгрегации. Начались разбирательства с инквизицией. На время проверки Совет назначил Виг Ирму временным управляющим Гильдии. Так он оказался в кресле главы Торговой гильдии, откуда вытащить его уже никто не решился.

Поговаривали, что назначение Виг Ирмы на высокий пост не обошлось без вмешательства кардинала Тореза, но доподлинно это было неизвестно. Известно лишь, что после своего взлёта Виг Ирма регулярно жертвовал большие суммы ордену Аскезы. Тайно финансировал монастыри и планетарные базы самого бедного ордена Конгрегации. Финансисты Виг Ирмы открыто управляли активами ордена и сделали его процветающим.

Кардинал с интересом наблюдал за восхождением своего протеже, помогая ему словом и делом. Авторитет Тореза открывал перед торговцем двери в закрытые дома. Орден Аскезы, в отличие от Инквизиции, умел влиять на людей словом, а не страхом. Многие внимательно прислушивались к просьбам кардинала.

Дружба между удачливым дельцом и честолюбивым кардиналом была выгодна обоим. Они помогали друг другу, не переступая невидимых границ и не вмешиваясь в дела более, чем это было необходимо. Глава Торговой гильдии был скромен и не хвастался дружбой с высокопоставленным священником.

С одной стороны, статус и социальное положение Виг Ирмы не позволяли ему официально вступить в орден Аскезы, с другой же, - его влияние в ордене выходило далеко за рамки полномочий некоторых старших магистров и епископов. В его ведении находились финансовые дела ордена. Он был тайным советником кардинала и  консультировал Тореза по некоторым щекотливым вопросам внешней политики. Негласно, конечно.

Аналитики инквизиции не могли понять, что может объединять таких разных людей. А объединяла их общая Вера и цель - во чтобы то ни стало сохранить единство Конгрегации Хоны, благословенную Всевышним Каденной.


- Волнуетесь, друг мой? - кардинал взял под руку Виг Ирму, неспешно уводя его по широкому коридору резиденции.

После торжественной церемонии и службы, посвященной юбилею Верховной Ассамблеи, они отправились сюда, в спокойную обитель ордена.

- Я не волнуюсь, Ваше Преосвященство. Для этого у нас пока слишком мало информации, - тихо ответил глава Торговой гильдии.

Они дошли до небольшой ниши, в которой стояли два деревянных стула с вогнутыми спинками, украшенные резным изображением благословляющей ладони - символом ордена Аскезы. Между стульями стоял маленький столик с матово-черной гладкой поверхностью. Казалось, в глубине столешницы мерцают звезды. Кардинал и Виг Ирма уселись на неудобных стульях и продолжили разговор.

- Толкователи Узора ничего толком сказать не могут. Только общие слова: многовариантность развития событий и непредсказуемые векторы вероятности. Они видят назревающую Развязку в Конгрегации и могут определить место её возникновения. А это, в свою очередь, говорит о том, что мы на правильном пути, Ваше Преосвященство, - сказал Виг Ирма.

- Друг мой, я доверяю анализу толкователей, но не стоит забывать, что они всего лишь подслеповатые чтецы Узора, а не его создатели. Читая одну и ту же книгу, вы всякий раз ее прочтете по-другому. И всякий раз будете думать, что поняли ее суть. Так и толкователи, «читая» страницы Узора Судьбы, всегда уверены, что поняли его содержание.

- Бесспорно, Ваше Преосвященство, полагаться только на выводы толкователей безрассудно, но речь идет о масштабной Развязке, которая затронет каждого в Конгрегации Хоны. Ошибка в толковании исключена. Именно исходя из прогноза, мы задумали эту операцию.

- Мы задумали, как вы выражаетесь, операцию не потому, что толкователи что-то узрели в Узоре, смею напомнить, - резко перебил кардинал. - А для того, чтобы остановить оступившегося кардинала Сета. Для этого не обязательно заглядывать в Узор.

- Рисунок Узора подтверждает отступничество кардинала.

- Узор ничего не подтверждает и не опровергает! - поморщился кардинал. - Узор и есть создатель судьбы. Он - следствие твоего выбора, который определяет вектор твоего движения и влияет на твою дальнейшую судьбу. Поэтому его и называют Узором Судьбы. Это так же истинно, как и то, что Всевышний Каденна - один из создателей механизма Игры, которую мы называем Узором.

Узор отчасти подталкивает людей самим создавать свои Развилки и Развязки, руководствуясь свободой выбора. Чем больше сообщество людей, тем масштабней игры, в которые они вовлечены - волей или неволей. Игровая комбинация, которую именуют Развязкой, неуправляема и непредсказуема сама. Слишком много вероятностей её исхода. А мы сейчас вовлечены в очень большую Развязку, где о каких-либо точных предсказаниях говорить и вовсе не приходится.

- Вы совершено правы, Ваше Преосвященство. Мы вошли в область именно такой большой Развязки, ключевой фигурой которой выступает кардинал Сет. На это указывает воронка Развязки: ее основание нацелено на Ватар, как указующий перст Благого Каденны.

Торговец не хотел вступать с кардиналом Торезом в диспут о роли Узора в жизни людей. Они уже говорили об этом не раз. Рассуждения кардинала по этому вопросу были близки к еретическим. Сейчас торговца интересовал не столько Узор, сколько опасная игра, которую они с кардиналом затеяли против общего врага - Сета. Ставками в этой игре были не просто их жизни в текущем теле, а угроза вечного Забвения — потеря своей личности навсегда.

Кардинал почувствовал настроение собеседника и сменил тему разговора:

- Хорошо, Виг, не будем об этом. Какие новости с Халлы?

- Новостей немного, Ваше Преосвященство. Как вы уже знаете, мы засекли высадку паладина Тора четырнадцать стандартных суток назад на малом континенте Халлы. Вчера утром мы потеряли его. Он перемещался по территориям, контролируемым местными повстанцами, и был пленен одной из повстанческих групп. С этой минуты началась наша операция. Через десять минут я должен получить информацию. Тогда я смогу рассказать вам больше, Ваше Преосвященство, - отчитался Виг Ирма.

Кардинал рассеяно его слушал, глядя в витражное окно. Окна резиденции выходили на площадь Веры, на которой началось празднество. Первые залпы салюта прокатились над площадью. Фейерверки окрасили небо в разные цвета, подсвечивая храм Всевышнего и его тонкие, словно вырезанные на тёмном небе, шпили.

- Я понимаю, что вас смущает, мой друг, - кардинал оторвался от созерцания салюта и обернулся к торговцу. - Сейчас многие видят нерушимость Конгрегации, и им кажется, что ничто и никогда не может ее пошатнуть. Но поверьте, это иллюзия. Очень опасная иллюзия, навеянная нам Всевышним. Заглянув в Узор Судьбы, вы найдете тому массу подтверждений. Поскольку ничто не может долго оставаться неизменным в этой Вселенной.

Наш друг, кардинал Сет, это прекрасно понимает, потому и решился разыграть свою карту только сейчас. Как вы понимаете, кардинал так же, как и мы, прибег к услугам толкователей Узора. Причем, думаю, гораздо раньше нас. Я абсолютно уверен, что на сегодняшний день все кардиналы обратились к толкователям и пытаются повлиять на Развязку. Иначе они не стали бы теми, кто они есть. И каждый истолковал увиденное в Узоре по-своему.

Кардинал Сет возжелал большего, и решил вытащить из колоды джокера, который даст ему пропуск на самую вершину власти. Именно поэтому ему понадобился ОН. Понимаю твоё недоверие к моим предположениям, но, поверь, я очень давно и хорошо знаю Сета. Отправить на поиски лучшего ЕГО ученика - очень в стиле Сета. Не просто жестокость, а изощренная пытка, излюбленный стиль кардинала.

Глава Торговой гильдии покивал головой, размышляя о чём-то своём. Его больше увлекал  процесс игры, чем история, которая за ней скрывалась. Через пять минут по закодированному каналу должен прийти инфопакет с Халлы, тогда и станет понятно, насколько правильно понимает ситуацию его друг. А пока он со скучающим видом смотрел на разноцветные залпы салюта и ждал сигнала коммуникатора.


                ***

Пробуждение.

Казалось, Морран все это время просидел, не вставая с кресла. В той позе, в какой его запомнил поверженный паладин, до того, как погрузился в реабилитационный транс. Но Тор заметил изменения внутри модуля.

Очнувшись, старик приоткрыл глаза и осмотрелся. Обезглавленное тело гиганта-телохранителя лежало на спине, в сложенных руках - отрубленная голова с закрытыми глазами. Занятно.

- Смотрю, ты уже очнулся, Тор, - раздался чуть глуховатый голос Моррана. - Не буду спрашивать, как ты себя чувствуешь. Знаю, что не очень хорошо.

Старик сделал несколько глубоких вдохов, настраивая дыхание на нужную глубину и частоту. Он неподвижно лежал на спине и диагностировал свое состояние.

Потом, поддерживая рукой голову, перевернулся на бок. Морщась от боли, монах с трудом поднялся с пола, шатаясь, словно пьяный, дотащился до кресла. Левый глаз паладина дергался и слезился от накатывающей волнами боли.
- Вы чутки, как никогда, учитель.

Морран не спускал глаз с паладина, внимательно наблюдая за его передвижениями, и облегченно вздохнул, когда старик уселся.

- Знаю, Тор. Знаю. Тебе понадобится время, чтобы восстановиться. И проблема в том, что его у нас нет. Не так ли?

- Именно так, учитель. Времени у меня совсем мало. Странно, что это вас беспокоит, - стиснув зубы от боли, произнес старик. Было видно, что каждое слово давалось ему с трудом. Лицо побледнело, лоб покрыла испарина, а левый глаз продолжал дергаться.

- Беспокоит, малыш Тор. Нам есть о чем поговорить.

Старик скривил рот в подобие улыбки и устало прикрыл глаза.

- Говорите, учитель. Как собеседник, я сегодня не очень.

- Тем лучше для тебя. Поверь, Тор, ты сделал все, что мог, и не нужно винить себя в неудаче. Твоя миссия изначально была обречена на провал. Кардинал Сет ждёт, что ты принесешь ему мою голову, но твоя подлинная твоя миссия - иная. Уж поверь мне.

- Если вы знаете всё наперед, учитель, зачем я вам нужен? Не с кем поболтать? Или хотите покаяться передо мной?

- Тор, мы тратим время. Мне нужно сейчас твоё внимание, а не дешевый сарказм киношного героя, - раздраженно перебил молодой человек.

Монах поерзал в кресле, держась рукой за затылок, с трудом сдерживая стон боли. Кинул взгляд исподлобья на собеседника, сидящего напротив в каких-то пяти метрах. Тор надеялся, что Морран потеряет бдительность и его удастся зарезать.

- Похоже, я ошибся в тебе, Тор. Вместо того, чтобы слушать, ты все еще прикидываешь свои шансы.

- Чего вы ждете от меня, учитель? Помочь мне вы не в силах. Обратить меня в свою веру не получится. Мне не интересно, что вы задумали. Что задумал кардинал Сет и зачем послал меня сюда, вы и так знаете. Убить вас у меня нет сил, да и ваш серый друг не позволит. Так что валяйте, болтайте, о чем хотите. Только вот раньше вы не баловали меня задушевными беседами.

- Раньше? Я как раз хотел рассказать тебе о том, что было раньше, пока ты не сбежал из своего тела. Только вот бежать тебе покуда некуда. Это так, к слову. Не буду лукавить, Тор, я ждал именно тебя. Кардинал Сет предсказуем, несложно было просчитать его действия. Но дело, конечно, не в нем, поскольку он сам - лишь орудие Узора Судьбы. Впрочем, как и все мы.

- Я предпочел бы находиться в руках Всевышнего, а не его творения.

- Старый спор про яйцо и курицу. Кто определяет нашу судьбу: создатель или его творение. Пожалуй, с этого я и начну.

Раньше мне, как и тебе сейчас, была непонятна роль Узора Судьбы, созданного Всевышним. Непонятно, почему ему поклоняются имперцы, возведя в статус государственной религии, почему его почитают служительницы Айсу, которые нам близки по духу и Вере. Я долго искал ответы на эти вопросы.

Мне казались не убедительными предположения, что из себя представляет «искра» Всевышнего, дарующая нам осознание себя. Я хотел понять природу этого чуда. Каждый из нас пережил осознание себя. Ты помнишь это чувство, когда в тебе вспыхивает любовь Всевышнего?

Это ощущение невозможно выразить словами. Тебя захлестывает божественная благодать и ты чувствуешь себя бесконечно счастливым. Но однажды я понял, что не всё так гладко. Момент осознания себя сложнее, чем кажется.

Надеюсь, ты понимаешь, что благословение апостола Хоны отличается от благословения Каденны. И в том и в другом случае мы осознаем себя и чувствуем любовь высшего существа. Но между ними огромная разница, как между оригиналом и подделкой.

Конечно, Хона делится любовью творца. Но помимо искры Каденны апостол вкладывает в благословение что-то от себя, тем самым искажая первичный посыл творца. Поэтому кажется, что благословение Хоны неполно.

Эта неполнота создаёт благоприятную среду для игровых партий Узора Судьбы. Мы принимаем чужую игру, не давая себе труда разобраться, чья она. Приняв искру Каденны, мы обрекаем себя играть по неизвестным правилам в непонятные игры.

Вдумайся, Тор: мы возлагаем ответственность за всё, что происходит с каждым из нас, на высшее существо, словно вычеркивая самих себя из собственной жизни. Мы ведем себя, как неразумные дети, привыкшие, что кто-то другой — сильнее, могущественней — возьмёт на себя ответственность за наши дела и судьбы. Такая позиция рано или поздно приведет нас к гибели. Мы, безусловно, в каком-то смысле дети Его, но мы - это мы, а не Он.

Всевышний в мудрости своей создал некий мыслящий механизм — Игровой Концепт, - в который вплел частичку своей сущности и даровал концепт всем духовным сутям. Со временем, увлекшись играми, предложенными Игровым Концептом, большинство душевных сутей забывало об искре любви Всевышнего. Гораздо позже Дар Всевышнего назвали Узором Судьбы.

Между тем эта искра, живущая в нас, никуда не исчезла, поскольку вплетена в нашу суть, и мы вспоминаем об этом, переживая момент осознания себя, вспоминая заново его любовь, - Морран сделал паузу.

Монах с недоверчивым видом сидел, выпрямившись как палка. Его глаза блестели в рассеянном свете модуля.

- Что вы хотите сказать? Что Всевышний и Узор - одно и то же? Или то, что апостол Всевышнего Хона, который коснулся меня в момент обретения осознания, - не посланник Всевышнего, а самозванец, ведущий свою игру?

- Рад, что ты так быстро все улавливаешь.

- Это богохульство! - воскликнул монах с перекошенным от злости лицом.

- В чем ты видишь хулу на Всевышнего, паладин Тор? Разве я сказал что-то оскорбительное о Всевышнем? - повысил голос верховный инквизитор Конгрегации и хранитель истинной Веры Морран.

Монах дернулся вперед и застонал от боли. Несколько минут он сидел с закрытыми глазами. Было видно, как вздымается его грудь под черной рясой, а скрюченные пальцы свободной руки перебирают невидимые чётки.

- Вы утверждаете, что Благой Каденна - не Всевышний. Вы ставите под сомнение, что святой Хона - апостол Каденны. И это говорите вы – тот, кто безжалостно громил секты отверженных за гораздо меньшую ересь.

Вы сотни раз лично возглавляли карательные экспедиции на мятежные планеты, отвергающие учения Хоны. Вы сжигали подпольные орбитальные фабрики торговцев телами вместе с людьми, обитающими там, только за то, что они почитали Узор Судьбы, а не истинную Веру. Вы – единственный, кто осмелился казнить еретиков-кардиналов, от которых Хона отвернул свой лик. Теперь вы говорите и думаете как еретик!

Вас называли Палачом Хоны. Враги Конгрегации до сих пор вздрагивают при упоминании вашего имени. Вы убедили коллегию кардиналов создать Инквизицию – орден, следящий за чистотой Веры на планетах Конгрегации, - и возвысили его над остальными орденами. А теперь вы… сами... вы бросаете вызов тому, что истово отстаивали не так давно.

- Ну, ну, малыш, слишком много патетики. Я сам могу пересказать список своих достижений с момента осознания себя. И поверь, он куда длиннее твоего. Уж не обессудь, но я прерву тебя, пока ты не разошелся в своем праведном гневе и не покинул меня раньше срока, - рассмеялся Морран. - Не переживай, мы еще вернемся к этому. Может, ты хочешь выпить?

- Вашей крови, учитель!

- Всему своё время, Тор. У нас остались незаконченные дела.

Из голоса Моррана исчезли шутливые нотки. Теперь он был серьезен. Бывший инквизитор посмотрел на экран коммуникатора и вернулся к беседе.

- Ты решил, что я отвергаю благого Каденну, не признавая его Всевышним.  Это не так, Тор. Я ни к коей мере не умаляю роли Каденны в сотворении нашей цивилизации и церковного сообщества. Просто хочу напомнить тебе, что сам Каденна в откровении апостолу Хоне никогда не называл себя Всевышним. Наоборот, он рассказывал о других известных Богах, почитающих Всевышнего.

Ты же не настолько глуп, чтобы отвергать существование Светлой Богини Айсу и Неделимого Бога Морпа. Заметь, - это разные существа, а не триединство Всевышнего Каденны, как говорят в Конгрегации, дабы не смущать неокрепшие сознания, едва обретшие Веру. Даже такой фанатик, как ты, понимает, что Бог Каденна — одно существо! Ты сотни раз проводил обряд чистоты крови и знаешь, как звучат в крови прикосновение «чужих» Богов к духовным сутям людей. Ты не мог не уловить в таких душах вибрации любви Благого Каденны.

Не секрет, что вибрацию Каденны невозможно перепутать с другими. Она также уникальна и узнаваема, как вибрация апостола Хоны или твой собственный волновой код. Их невозможно подделать. Другие известные нам Боги имеют иные вибрации, но они не вмешиваются в игры собрата на его территории, вот почему мы не сталкиваемся с ними. И чтобы объяснить верующим, почему именно Каденна - Всевышний, мы, люди, придумали ему триединую сущность.

Мы назвали нашего создателя Каденну Всевышним, хотя он сам себя так не называл. Заметь, даже апостол Хона не называл Его так никогда. Потому как прекрасно знал, чья любовь наполняет его самого.

Я говорю тебе очевидные вещи. Ты догадываешься о них, но боишься признаться даже себе самому. Ты сильно удивишься, если узнаешь, что и всем кардиналам это прекрасно известно. Отчего, по-твоему, вспыхнул раздор в коллегии кардиналов много лет назад? А ведь мы говорим о людях, которые ощутили прикосновение Благого Каденны, а не его ученика и апостола Хоны.

Это в первую очередь я хотел донести до тебя.

- Вы сами впали в ересь, а теперь пытаетесь склонить меня к ней.

- Чего ради мне лгать тебе, если ты можешь проверить истинность моих слов и чистоту моей Веры!

- Вы хотите сказать... - начал было монах, но не закончил фразу – весь во власти сомнений.

Морран кивнул и вновь бросил взгляд на дисплей коммуникатора.

- Я уже сказал тебе: всему своё время, малыш. Я не собираюсь мешать твоей миссии. Для меня важно, чтобы ты услышал меня.

- Зачем, учитель? Что вы задумали?

- Задумал? Нет, малыш, это задумал не я, просто всё имеет своё начало и свой конец. Даже Узор Судьбы не всемогущ. А пока у нас есть время, я хочу рассказать тебе кое-что, чего ты точно не знаешь. Придется тебе еще какое-то время побыть моим гостем, малыш.

Монах наконец-то позволил себе расслабиться.


                ***

Зуммер наручного коммуникатора генерала Шеира Уса - командующего центральным округом военных планетарных сил Халлы - тихонько пискнул. Он посмотрел на мигающие цифры на дисплее, начавшие обратный отсчет, и отправил сообщение в генеральный штаб.

В маленькой приемной, расположенной рядом с кабинетом, собрались офицеры. Большинство сидело на низеньких стульчиках, кое-кто толпились у дисплея карты, висящей на стене, - исчерченной стрелками и пиктограммами, обозначающие области на обоих континентах планеты. Увидев командира, офицеры отвлеклись от своих дел и замерли.

- Вольно, господа! - пророкотал генерал низким голосом, испытующе оглядывая офицеров.

Вереница военных последовала в просторный кабинет. Генерал Шеир Ус стоял перед входом и жал руку каждому проходящему мимо. Все вошли, двери закрылись.

- Господа, я рад видеть вас. Значит, сомневающихся среди вас нет. Всё идет согласно плану. Вы получили информацию на свои коммуникаторы. База ордена и его космический терминал утром подверглись нападению, как и ожидалось. Неожиданностью можно счесть только то, что наземную базу возглавил некий майор Зейн из службы охранения.

Майор Зейн оказался настоящим солдатом, он быстро навел порядок на территории базы, восстановил связь и привел уцелевший после диверсии гарнизон в боевую готовность.

Через час после атаки мы перехватили сигнал со сторожевика ордена. Некий капитан-командор Хаек вышел на связь с наземной базой. Нам известно, что капитан-командор подтвердил полномочия майора и внёс его волновой код в каталог терминалов связи звездной системы Халлы.

Практически одновременно мы зарегистрировали чей-то мощный сигнал в пятидесяти милях от нас. Спустя пятнадцать минут базу покинул скиммер и направился к месту сигнала. Еще через пятнадцать минут базу покинули две десантные тройки гвардейцев.

Гвардейцы были кем-то атакованы. Скиммер сбит. Загадочный сигнал пропал. Гвардейцы уклонились от боя и отступили.

Сейчас они в сорока милях от нас. Их преследует неизвестный противник. Несколько минут назад майор Зейн попросил меня помочь его людям. Это значит, что все идет согласно плану. Ход за нами, - закончил генерал.

Он посмотрел на всех тяжелым взглядом из-под густых бровей и выразительно помолчал. Нажав пальцем на край стола, генерал перевел столешницу в вертикальное положение. На столешнице-экране отразилась точная копия тактической карты, висевшей в приемной. Именно ее внимательно рассматривали офицеры, ожидая вызова генерала.

- Наша задача - любой ценой не допустить гибели солдат ордена и вывести их к своей базе. Противников гвардейцев атаковать двумя десантными группами. Здесь и здесь, - генерал ткнул лазерной указкой в красные точки на карте. - Мы должны на время задержать врагов инквизиторов и дать гвардейцам преимущество во времени. Окажем услугу орденским воякам.

Майор Зейн не знает, что несколько дней назад мы засекли ещё один отряд неизвестных. Полагаю, он и атаковал базу ордена. Сейчас местонахождение отряда неизвестно.

А пока они минусуют друг друга, займемся своими делами. Обсудим нашу операцию. Майор, прошу.

Майор Каил Нис подошел к карте столицы Халлы.

Генерал Шеир Ус сидел в кресле, рассеяно слушая майора. Все детали операции по захвату столицы уже обсуждались сотню раз. Ничего нового майор не говорил.

Тот день был переломным днем в его жизни. Он это осознал еще утром, когда собирался на службу. Нет, не было никаких знамений или фанфар. Он просто проснулся с мыслью, что сегодня все изменится. Генерал не знал, что конкретно, но знал, что это будет сегодня. На службе в течение дня ничего особенного не произошло, и он маялся, ожидая вечера. Подчиненные генерала заметили его настроение и старались лишний раз не попадаться на глаза старику.

Выйдя вечером со службы, он отказался от водителя и направился домой пешком. Небывалый случай в его размеренной жизни, Генерал решил прогуляться до своего холостяцкого жилища, где его ждал старый подслеповатый пёс. Настроения хватило на пару миль. Он дошёл до военного городка.

На въезде в городок стоял небольшой бар, где любили задержаться до утра подгулявшие младшие офицеры, чтобы не нарваться на ночной патруль. Генерал вошел в полупустое помещение и уселся за самый дальний столик у окна, ожидая официанта. Там его и нашел бунтовщик.

- Здравствуйте, генерал Шеир Ус, я Зоран! Уделите мне пару минут? Нам есть о чем с вами поговорить, — молодой человек не тратил слов зря.

- Я так понимаю, это риторический вопрос, - отозвался генерал, нисколько не удивившись желанию повстанца.

- В какой-то мере, генерал.

- Слушаю вас, э-эээ… Зоран.

- Хорошо. Господин генерал, вам известно мое отношение к нашему правительству и ордену Инквизиции, который здесь хозяйничает.

- Оно мне известно, Зоран, как и всем военным, симпатизирующим вам. А таких немало в моем окружении. Вы демонстративно избегаете столкновения с частями регулярной армии. Разумная тактика - не злить армию по пустякам. Отдаю должное вашей проницательности, но не могу понять, чем могу быть полезен. Вы дислоцируетесь на малом континенте, где удобно скрываться, а я здесь, что достаточно далеко от  вас.

- Я думаю, господин генерал, вы понимаете, зачем я пришел. Такого, как вы, я бы не смог долго водить за нос. Вы бы быстро меня прихлопнули.

- Молодой человек, я не чувствителен к лести. К тому же дружен с генералом Ваис Колом, возглавляющим операцию по вашей поимке. Поверьте, если бы он не разделял ваши взгляды, то давно раздавил бы вас и ваших повстанцев, как тараканов. Так что оставьте вашу болтовню и излагайте дело.

- Хорошо. Через две недели на Халле произойдет столкновение между орденом Инквизиции и другими орденами Конгрегации. В ходе конфликта база инквизиторов либо будет полностью уничтожена, либо эвакуирована. Эта стычка будет иметь далеко идущие последствия для всей Конгрегации Хоны. Конкретно Халлу волна перемен практически не затронет, но вы надолго избавитесь от опеки инквизиции.

Генерал недоверчиво смотрел на молодого человека, перебирая в голове варианты действий. То, что он сейчас услышал, не удивило его, но перспектива избавиться от кровососов звучала заманчиво.

- Кто вы такой, Зоран, и что вам нужно на самом деле?

- Мое настоящее имя Морран, я - верховный инквизитор Конгрегации Хоны, если вам это о чем-то говорит. А предлагаю я избежать длительной и кровавой гражданской войны.

Генерал пристально всмотрелся в сидящего напротив человека. Теперь он не сомневался в том, что перед ним не молодой бездельник, решивший поиграть в партизан, а опытный, много переживший человек. Глаза - вот что не соответствовало облику юного бунтовщика. Это были глаза старика.

- Вы предлагаете мне измену, верховный инквизитор?

- Да, я предлагаю вам нарушить присягу и предлагаю вам взять власть в свои руки, чтобы предотвратить гражданскую войну. Стоит ордену убраться отсюда, падение правительства неизбежно. Другими словами, я предлагаю вам взять на себя ответственность за судьбу планеты.

Народ недоволен кабальным договором о сотрудничестве с орденом Инквизиции. Мятеж - вопрос времени. Армию ожидает раскол, следствием которого станет гражданская война. Вы можете действовать уже сейчас, не дожидаясь резни на Халле.

- Хорошо. Допустим, вы правы, верховный инквизитор Морран. Вам-то лично это для чего, если вы такой же инквизитор, как и ваши братья. Вы хотите предать свою Веру?

- Господин генерал, Веру нельзя предать. Она либо есть, либо ее нет. Чуть позже я вам это докажу. А пока отвечу на ваш вопрос. Я многим обязан вашей планете, генерал, хотя бы тем, что провел здесь много времени. Встретил здесь свою любовь. Вы удивитесь, но, кроме Всевышнего, мы способны любить еще и людей. Я хочу сделать ответный жест -  помочь вам преодолеть Развязку малой кровью.

Генерал кивнул. В общих чертах Шеир Ус знал об Узоре Судьбы и его Развилках и Развязках. Он верил в свою судьбу и  начертанное в Узоре Судьбы предназначение. На Халле, как и на многих планетах Конгрегации, существовал культ Узора, который возглавляли толкователи. Инквизиторы не ладили с жрецами культа, но и не слишком их притесняли.

Морран, тем временем, продолжал:

- На нас надвигается грандиозный шторм, генерал. Развязка Узора Судьбы, - наверное, самая большая со времен возникновения Конгрегации. И в неё будет вовлечено всё церковное сообщество...

- Не мне судить об этом, инквизитор. Но мне весьма трудно принять ваши слова на веру. Если только вы не возьмете меня за руку и проведете экскурсию по Узору. Что-то более весомое, кроме слов, у вас есть?

- Конечно, иначе зачем бы мне искать встречи с вами, - с этими словами верховный инквизитор коснулся руки генерал.

Генерал удивился, но затем на лице его появилась блаженная улыбка. Тепло от руки Моррана разливалось по телу густой волной, наполняя его до краев, как пустой сосуд. «Волна» накрыла его с головой, из ниоткуда возникла яркая вспышка света. Перед глазами мелькнул калейдоскоп переплетенных линий и далеких огоньков, мерцающих холодным светом. Потом пришло понимание: он видел перед собой Узор Судьбы.

Шеир Ус не успел испугаться или удивиться, как ощутил прилив подлинной Любви высшего существа. Божества, для которого важно, что ты просто существуешь. Никогда раньше старый генерал не испытывал такого восхитительного чувства. Это было поистине божественное прикосновение к духовной сути, которое можно было сравнить со звездой, вспыхнувшим в ночи. Божественный свет не ослеплял, а дарил ощущение тепла каждой клеткой тела.

Генерал рухнул на колени со слезами на глазах. Он благодарил Всевышнего за то, что пробудил его от сна, позволил словно увидеть себя «глазами» высшего существа. Существа, даровавшее Шеир Усу неописуемое чувство Любви, пылающее в его душе. Мгновения осознания себя превратились в секунды и минуты, которые текли сквозь человека, как вода сквозь песок, оставляя после себя теплое чувство любви.

Наконец генерал разомкнул веки. Взгляд выхватывал из реальности отдельные «кадры», которые никак не желали складываться в общую картину. Шеир Ус с трудом поднялся с колен и тяжело опустился на скамью. Его глаза сияли восторгом от пережитого чувства обретенной Веры. Он не знал, что сказать человеку, подарившему ему миг единения с Богом. Генерал не сомневался, что пережил прикосновение Творца.

- Не нужно ничего говорить, Шеир Ус. Я знаю, что вы чувствуете. Если вы меня слышите, просто кивните, - мягко прозвучал голос Моррана.

Генерал медленно кивнул. Он знал, что не сможет подобрать нужные слова, чтобы описать пережитое. Любые слова казались сейчас пустыми и бессмысленными, как скорлупа ореха. В душе сиял свет любви, наполняя генерала осмысленностью и благоговением. Он знал - этот свет останется с ним навсегда.

- Вы пережили момент осознания себя, Шеир Ус. Оно пришло немного раньше, чем задумано Узором, но поверьте, вы бы все равно достигли этого состояния. Считайте, что я немного ускорил процесс, и поделился любовью Благого Каденны, а не его ученика Хоны. Прикосновение каждого из них уникально и отличается друг от друга, как земля и небо. Вам даровали право прикоснуться к отпечатку приязни Благого Каденны. А это смогли пережить очень немногие люди. Вы в их числе.

- У меня нет слов. Спасибо вам за этот свет!

Слезы хлынули из глаз генерала. Впервые в жизни он не стыдился их. Морран похлопал Шеир Уса по руке:

- Не торопитесь. Пусть слезы и станут вашим причастием. Вам понадобится какое-то время, чтобы принять Его Дар и до конца осознать себя. Это очень личный момент. Вы обрели Веру, которая не требует объяснений. Берегите её. Ложь способна убить Веру и потушить дарованную искру. Я думаю, вам, как и мне, не захочется терять Его любовь.

Генерал отрицательно замотал головой. Ни за что на свете он не хотел утратить ту крохотную искорку света, прочно обосновавшуюся в душе и ее согревающую божественным теплом.

- Сейчас я вас покину. Оставлю вам примерный сценарий развития Развязки. Она наступит через две недели. Уверен, вы сможете быстро и безболезненно сместить предателей в правительстве и возглавить его. Со своей стороны, могу лишь посоветовать, при любом варианте развития событий не вступать в прямой бой с людьми ордена Инквизиции.

Рано или поздно шторм, вызванный Развязкой, утихнет, и орден вернется сюда, поскольку вы связаны с ним договором о сотрудничестве. А когда у вас на руках будут доказательства вашей помощи ордену в трудную минуту, вы сможете добиться более выгодных условий. В любом случаи, сюда вернутся другие люди.
Мне жаль, генерал Шеир Ус, но больше мы с вами не увидимся. Храни вас Всевышний! Его Добро и ваша Вера! Прощайте! - с этим словами молодой человек с мудрыми глазами пожал руку генералу.

Морран встал со скамьи и направился к выходу. У самой двери он обернулся и подмигнул генералу, чтобы через мгновение исчезнуть навсегда. За ним скользнула размытая серая тень. Потрясенный Шеир Ус остался наедине с собой и обретенным Даром божественного прикосновения.

На следующий день генерал принял окончательное решение. Он пригласил к себе двух друзей из столицы, служивших при генеральном штабе и рассказал о встрече с инквизитором. Майор Каил Нис первым нарушил молчание.

- Шеир, я верю твоему инквизитору-бунтовщику. Похоже, он говорит правду. Что-то назревает. Мы засекли на орбите малый сторожевик ордена. Вчера он выбросил в атмосферу десантную капсулу на малый континент. Одновременно с запуском капсулы был зафиксирован вход в атмосферу десантного челнока, с корабля с опознавательным кодом Торговой гильдии. Что-то не так с этим торговцем, нутром чую. Челнок приземлился у гиблого леса, недалеко от твоего гарнизона. Точнее не скажу. Нет данных.

Никто из прибывших на планету не дал о себе знать. Наши штабисты, как обычно, решили сделать вид, что они в курсе дела. Но я тебе скажу, Шеир: они понятия не имеют, что происходит. Похоже, готовится какая-то заваруха.

Пока церковники будут выяснять отношения, мы вполне можем взять власть в свои руки. Мы владеем инициативой, информацией и людьми, которые устали от дерьма, в которое нас загнали.

Генерал Шеир Ус облегченно вздохнул. Старый штабист-аналитик - полковник Симус Арк, похожий на древнюю высохшую мумию, - выглядел спокойным и равнодушным. Он рассматривал графики на коммуникаторе, сверяясь с календарём. Арк выслушал рассказ генерала и со скучающим видом достал планшет и стило. Ответную речь майора полковник слушал вполуха, погрузившись в свои мысли.

Генерал не случайно решил пригласить дряхлого полковника, которого держали при генеральном штабе скорее из уважения, чем из необходимости. Старика он помнил еще с академии, в которой Симус Арк учил их – сопляков - основам стратегического анализа. Он же помог начать карьеру молодому кадету Шеир Усу, черкнув от руки записку своему ученику с одним словом: «Годен».

Шеир Ус не подозревал, что стал одним из птенцов «стаи» старого полковника, уже тогда формировавшего когорту талантливых офицеров.

- Развязка приходится на двадцатое число месяца Сада, - проскрипел полковник. Он посмотрел на удивленные лица заговорщиков и продолжал. - Двадцать первого числа в Конгрегации отмечается юбилей Веры.

Значит, точка прохождения Развязки на Халле должна прийтись на двадцатое, чтобы все участники поспели к празднику. Я слышал о твоем госте, Шеир, он очень большой человек в Конгрегации. Его часто называют Палачом, и он знает, о чем говорит. Я уверен, он представил тебе достаточно весомые доказательства, - полковник сморщил лицо в некоем подобии улыбки.

- Мне нужны сутки на анализ стратегии. Завтра с тобой, Шеир, свяжется мой ученик, с ним начнете прорабатывать план переворота. Добро и Вера!


Две недели пролетели, как один день. Ученики старого полковника прибыли в распоряжение Шеир Уса через два дня - со всех уголков планеты под разными предлогами.

Шесть высокопоставленных офицеров сходу включились в работу. Военная база генерала Шеир Уса стала ставкой заговорщиков. Доверенные офицеры генерала начали подготовку десантников и штурмовых групп. Заговор разрастался, как снежный ком. Генерал понимал: захватить власть - только первый этап.

Через две недели офицеры разработали план переворота. К утру двадцатого числа месяца Сада по календарю Конгрегации люди Шеир Уса были готовы и ожидали сигнала к началу операции.

Утром неизвестными был атакован космический терминал. Спустя несколько минут произошел взрыв на наземной базе Инквизиции, вышел из строя орбитальный спутник. Генерал решил больше не ждать и вызвал базу ордена с предложением помощи. Толстый майор наземной службы высокомерно отмахнулся от местного вояки.
 
Отказавшись от помощи генерала, майор изменил направление вектора в Развязке. Точка невозврата была пройдена. Операция по захвату власти людьми генерала Шеир Уса началась с момента атаки на гвардейцев ордена на окраине Гиблого леса. Генерал молил Всевышнего, чтобы те выжили.

                ***

Майора Зейн душила ярость, требовавшая выхода наружу. Он отправил своих людей на погибель в засаду. Сучий ублюдок капитан-командор вынудил его влезть в какое-то дерьмо. Ретранслятор душ испарился вместе со зданием штаба, оставив всех без шансов воскреснуть в телах ордена.

- Скиммер огневой поддержки… - начал он отдавать приказ, когда с северной стороны прилетел первый энергозаряд и разнес в клочья дверь запасного выхода.

Стоявшие рядом гвардейцы сержанта Крега опрокинули майора на землю и потащили в бункер.

- Сержанта Крега ко мне! Энергетик на связь! - взревел взбешенный майор, едва его поставили на ноги внутри бункера.

 Сержант Крег предстал перед ним через несколько секунд.

- Почему не активированы щиты? - спросил у дежурного офицера пунцовый от злости майор.

- Господин майор, у нас не хватает энергии для активации щитов, - пробормотал офицер, колдовавший у пластины управления коммуникациями базы. Он оторвался от пульта и развернулся к майору Зейну. - Энергии хватит ненадолго. С момента взрыва мы сидим на резерве. Вся энергия на орудиях.

Майор понимал, что энергетик прав - сейчас они просто мишень и энергопушек надолго не хватит. Зейн может рассчитывать только на людей, покуда верящих в него.

- Сержант, я слушаю.

- Скиммер уничтожен. Нас обстреливают энергопушками малой мощности. Люди укрыты в казармах южного сектора. Двадцать два гвардейца и тридцать семь вольнонаемных. Убитых и раненых нет. Огонь ведется по казармам. Нас хотят загнать в норы, чтобы мы не высовывались. Нам не позволяют помочь десантной группе, которая прихватила с болот что-то важное.

- Спасибо, сержант. Только вот наша группа ничего там не захватила, - заметил майор.

- Об этом знаем только мы. В противном случае их бы оставили в покое, а нас прессовали сейчас энергопушками.

- Согласен. Слишком нагло эти мерзавцы ведут себя. Чтобы напасть на базу ордена Инквизиции, нужно быть очень уверенными в себе. Это явно не местные отморозки, а кто-то хорошо знакомый с нашими порядками. Только легче от этого не становится.

- Дайте мне канал связи с местным гарнизоном, как его там, генерал Шермус, - бросил он связисту.

- Генерал Шеир Ус, господин майор, - поправил сержант.

- Господин майор, вы хотите обратиться за помощью к местным? Это не одобряется уставом: вмешивать в наши дела местных военных, - заметил офицер связи.

- Выполняйте свою работу, офицер! Пока я еще здесь командую.

- Виноват! Вызов отправлен.

На дисплее появилось мясистое лицо генерала Шеир Уса. Генерал был гладко выбрит и опрятен, в отличие от помятого майора в разорванном кителе. В глазах генерала застыл вопрос. Шеир Ус уже видел майора несколько часов назад и тот недвусмысленно отказался от его помощи.

- Чем обязан, майор Зейн?

- Господин генерал, обстоятельства вынуждают меня принять ваше предложение о помощи. Не скрою, что не рад этому, но оперативная обстановка изменилась.

- Слушаю вас, майор, - сказал сухо генерал, обратившись к инквизитору, как старший  по званию и «позабыв» про «господина».

От такой наглости Зейн заскрипел зубами, но быстро взял себя в руки.

- Наша база подверглась атаке. С этим мы справимся. Мне нужна ваша помощь в другом. Примерно в сорока милях от вашей части находятся четверо моих людей. Гвардейцы подверглись нападению и их преследуют. Они двигаются в вашу сторону. Уверен, что вы отслеживаете сегодняшние события, и знаете это не хуже меня. Прошу помочь им добраться до нашей базы. Вы знаете, что мы умеем быть благодарными.
Генерал Шеир Ус на мгновение скривился после упоминания майора о благодарности.

- Хорошо, господин майор. Я немедленно отправлю своих солдат на выручку вашим людям.

Экран погас. В тесной комнатке командного пункта майор Зейн шумно выдохнул, вытер рукой пот со лба, борясь с желанием швырнуть что-то тяжелое в стену, где секунду назад красовалось лицо наглого аборигена с генеральскими погонами. Справившись с приступом бешенства, он обернулся ко второму экрану поменьше. На мониторе отображались маркеры гвардейцев, пробивающихся к базе местных вояк, зажатых с флангов клещами атакующих.

Сквозь толстые стены командного пункта доносились звуки разрывов энергозарядов. Со стен после каждого разрыва сыпалась штукатурка. В тесной комнатушке находилось шесть человек, не считая майора Зейна. Все они ждали его приказов.
Присутствующим было понятно, что если они сыграют по навязанным правилам, то останутся живы. В условиях отсутствия ретранслятора душ это было немаловажно. Но майор не думал о ретрансляторе. Он не собирался мириться с тем, что кто-то диктует ему условия.

Зейн считал спасение десантной группы приоритетной задачей. Ради этого он наступил на горло своей гордости. Как офицер ордена Инквизиции майор поступил  не по правилам: попросил помощи у аборигенов, наплевав на негласный закон ордена: «Мы сами решаем свои проблемы!».

Шесть пар глаз смотрели на майора. Зейн не замечал этого. Он погрузился в размышления. Очередное попадание энегрозаряда в командный пункт выбило бетонную пыль из стен. Людей обсыпало серой взвесью и бетонной крошкой. Майор смотрел на тактический дисплей, высветивший позиции работающих энергопушек. Противник сосредоточил огонь на охранном периметре с северной стороны.

Со стороны казалось, что Зейн подавлен, но сержант Крег уже успел изучить своего нового командира и понимал: тот что-то задумал. Майор был из тех офицеров, кто мог принимать неординарные решения в критических ситуациях. А сейчас ситуация была хуже некуда.

- Майор Зейн вызывает сторожевик «Перст», - произнес вояка, переключив частоту на коммуникаторе.

- На связи! - отозвался далекий голос.

- Я надеюсь, вы видите оперативную обстановку.

- Да.

- Вы собирались спуститься, командор, и помочь нам, если я не ошибаюсь. Сейчас самое время это сделать. Мы под огнем противника и ответить этим мерзавцам нам нечем.

- Майор, я занимаюсь этим вопросом. У нас возникли непредвиденные трудности на орбите.

- Неужели? А у нас возникли трудности очень даже предвиденные, - не удержался от язвительного замечания Зейн. - Нас перемалывает чья-то артиллерия, а мы даже носа высунуть не можем.

- Майор Зейн, поверьте, мы тоже здесь не остались без внимания. Я делаю все возможное, чтобы спуститься к вам. Большего сказать не могу.

- Зато я могу много чего сказать, командор! Например, послать тебя куда подальше с твоим дерьмовым дерьмом, - произнес майор после того, как сеанс связи был завершен.

- Общий канал.

Коммуникатор майора тихонько пискнул. Зейн помедлил, собирался с мыслями, потом спокойно произнес:

- Солдаты, не буду кривить душой, мы в дерьмовой ситуации. На нас напали за сегодняшний день дважды. Я обещал вам, что враг пожалеет об этом, и я хочу сдержать слово. Не потому, что этого требует устав ордена, а потому, что я никому не позволю вытирать ноги об солдат Конгрегации. Какие-то сучьи выродки возомнили, что могут прижучить нас и мы всё проглотим, потому что нам нечем им ответить. Энергии почти нет, защитный периметр разрушен, скиммеры уничтожены.

Нам предлагают трусливо посидеть в сторонке, пока эти ублюдки разберутся с нашими братьями. С теми парнями, кто отправился вырвать святого отца Ордена из лап повстанцев. Лично мне такой расклад не по нутру, и я хочу дать по зубам мерзавцам, возомнившим себя крутыми.

Я так скажу вам, ребята. На этой долбанной планетенке есть только одни крутые парни, это мы - форпост ордена. Иначе нас бы сюда не отправили. Сейчас мне нужны вы и ваша смелость. Все, кто готов драться за честь называться солдатом Конгрегации, отправьте мне свои коды. Я не в силах гнать вас на смерть, но мне нужны добровольцы. Осуждать и принуждать никого не буду, - закончил майор Зейн.

Он не стал заострять внимание, что десантная группа была отправлена по приказу неизвестного командора, болтающегося на орбите, чтобы притащить ему какого-то паладина, невесть что забывшего на этой планете.

Интуиция подсказывала Зейну, что все это слишком похоже на театральную постановку, а не настоящую драку. Сержант Крег предположил, что противник ведет не прицельный, а беспокоящий огонь, тем не менее северная стена уже частично разрушена, доступ на территорию базы открыт.

«Похоже, мне демонстрируют, что сидеть сложа руки - единственное правильное решение. А между тем нас разносят вдребезги. Что-то все происходящее напоминает зачистку свидетелей, а не отвлекающий маневр», - подумал Зейн.

Через несколько минут на тактическом дисплее высветились коды всех гвардейцев и большей половины вольнонаемного состава, в основном, из службы охраны. Гвардейцы были злы, что их загнали в подвал как крыс, и рвались в драку, невзирая на отсутствие ретранслятора душ.

- Всю энергию на западный бастион, - обернулся Зейн к энергетику. - Мне нужны два работающих орудия хотя бы на несколько минут.

- Сержант, лучших бойцов направить в западный бастион к батарее энергоорудий. Боевые тройки гвардейцев приготовить к контратаке, как только заработают наши пушки. Всем заглушить боевые имплантаты. Оставшимся гвардейцам рассредоточиться вдоль разрушенной северной стены. Остальным выдать им оружие и на восточную стену. Будем встречать гостей.

Для гвардейцев приказ отключить имплантаты был равносилен распоряжению идти в бой безоружными. Майору было сейчас наплевать на чувства подчиненных, он хотел, чтобы для тактических компьютеров противника гвардейцы были невидимы. В том, что гости зайдут на базу, он не уже сомневался.


                ***

- Зафиксирован выход из гиперпространства. Корабль класс крейсер, - доложил дежурный офицер на мостике. Он считывал с дисплея характеристики свалившегося им на голову крейсера, механически повторяя их вслух. Против такого исполина у сторожевика не было никаких шансов.

- Яйца сатаны. Какого хрена? -  воскликнула командор Хаек.
 
Она была уверена, что противник прячется где-то внутри системы, готовый вытащить своих людей с планеты и скрыться. Но зачем в тайной операции задействовать боевой крейсер? Внизу, на Халле разгорелся новый бой: кто-то обрушил на базу ордена огонь энергопушек.

Хаек не могла понять, зачем было кому-то громить базу инквизиторов, если она со стратегической точки зрения не представляет никакой ценности? Людям, которые напали гвардейцев майора, прекрасно известно, что паладина на базе нет. Возможно, это другая команда, но тогда тем более непонятна логика их нападения. Чего они хотят этим добиться? Зачистить всех свидетелей событий на Халле, пользуясь отсутствием ретрансляторов душ? Так это бессмысленно: о том, что на планете творится чёрт знает что, разве что ленивый не знает.

Командор ломала голову над этой загадкой, когда пожаловал крейсер.

- Определить принадлежность крейсера. Все данные перевести на меня. Боевая тревога!

На корабле взревел сигнал тревоги. Экипаж занял посты согласно боевому расписанию. По десантной палубе загрохотали тяжелые ботинки. Гвардейцы деловито бросились рундукам за снаряжением. Зазвучали команды младших офицеров. Отделение гвардейцев погрузилось в десантный бот.

- Крейсер «Добродетель», флагман флота ордена Аскезы, - доложил дежурный офицер. - Идет в походном режиме. Силовые щиты не активированы. Торпедные шлюзы заблокированы. Активность поисковых сенсоров нулевая. Он шлет сигнал вызова на всех частотах.

- Вижу.

- Он нас не обнаружил. Но если начнет искать — найдёт, - заметил старший помощник.

- Ему не обязательно нас искать. Как только мы запустим двигатель, он нас засечет. Вопрос в том, как долго мы его не запустим или не отправим сообщение по мультилинии, - пробормотала командор.

- Что с ботом, Крипс? - бросила она через плечо старпому.

- Готов к запуску. Траектории и боевые задачи загружены в бортовой компьютер. Гвардейцы ждут приказа.

- Отлично. Объявляй погрузку.

- Так точно, командор.

Все расчеты и предположения командора Хаек полетели к чертям. Она ожидала чего угодно, но не появления боевого крейсера Аскезы. Против него она была беспомощна, как ребенок против гвардейца в полной выкладке. Их сторожевик могли распылить на атомы за несколько секунд. Никакие силовые щиты не выдержали бы залп орудий крейсера.

- Двухминутная готовность. Пока они не начали искать нас в системе всерьез. Сразу после выброски выслать доклад по мультилинии. И свяжите меня, наконец, с этим долбаным крейсером. Посмотрим, что это за добродетель такая.

- Командор, нас вызывает наземная база Халлы.

- Соединяй.

В голосе майора слышалась злость. Чувствовалось, он с трудом сдерживается, чтобы не сорваться на крик. Зейн уже не старался быть вежливым, а открыто потребовал помощи. Будь Хаек на его месте, она сама бы рассвирепела, сидя в бетонном мешке без энергии и чувствуя себя беспомощной под вражеским обстрелом.

Отвечала Хаек холодно. Хаек отключила связь, так и не сообщила майору, что высылает ему на подмогу десантный бот. Она не сомневалась в любопытстве местных вояк и в том, что они прослушивали все частоты. Майор прекрасно продержится до их прилета.

Окончив разговор, она заметила мигающий огонек на рабочей панели. Десантный бот покинул корабль, взяв курс на Халлу, унося в своем чреве вожделенное подкрепление для майора Зейна — двенадцать гвардейцев-штурмовиков, стоивших целого гарнизона майора. Перед ними стояла задача уничтожить противника, атаковавшего наземную базу, и обеспечить безопасность паладина, если он выйдет на связь или появится его волновой сигнал. Да поможет им и нам Всевышний!

Хаек проводила взглядом отделившиеся от грузовой палубы бот, высвеченный на обзорном дисплее, и послала вызов крейсеру «Добродетель».

- Говорит капитан-командор Хаек, сторожевик «Перст». Вы вошли в систему Халлы, находящуюся под юрисдикцией ордена Инквизиции. Назовите себя и цель вашего визита.

На экране появилось изображение высокого мужчины, затянутого в темно-синий мундир капитана с серебристыми кометами на обшлагах рукавов. У капитана «Добродетели» был узкая голова с большими залысинами и глубоко посаженными глазами. Он стоял, скрестив на груди руки, и ухмылялся.

- Капитан-командор, вас приветствует капитан Ирмас, крейсер «Добродетель», орден Аскезы. Не понял вопрос о цели визита. Система Халла внесена в звездный каталог Конгрегации Хоны, как система со свободным статусом.

- Капитан Ирмас, правительство системы Халлы подписало договор о сотрудничестве с орденом Инквизиции и находится под его защитой.

- Защитой? От кого, капитан-командор Хаек, вы ее защищаете? Мне ничего не известно о договоре между Халлой и орденом Инквизиции, поскольку он не зарегистрирован в Верховной Ассамблее.

- Повторяю, капитан, система Халла находится под защитой ордена Инквизиции, несмотря на то, что она не отмечена в каталогах, как территория ордена. Все ответы вы можете получить, связавшись с нашей резиденцией на Икаре. Я не отвечаю за политику Ордена, а выполняю приказы. Я нахожусь на боевом дежурстве и имею право применить оружие. Так что не испытываете мое терпение, - высокомерно заявила капитан-командор. Она блефовала. Говорить так с капитаном корабля, который мог уничтожить их в мгновение ока, было, как минимум, опрометчиво.

- Капитан-командор, согласно статье «Контакты и навигация в независимых звездных системах», указанной в кодексе Верховной Ассамблеи, я могу находиться в любой независимой звездной системе. О целях своего визита я могу сообщить только местной администрации. Звездная система Халла внесена в реестр Конгрегации Хоны, как свободная звездная система. До тех пор пока я не увижу, что её статус изменился, я буду находиться здесь без вашего разрешения.

- Я вынуждена настаивать, капитан Ирмас, на том, чтобы вы покинули систему Халлы, - не сдавалась Хаек.

Она прекрасно осознавала правоту Ирмаса. Его корабль действительно имел право здесь находиться, поскольку формально орден не заявил о своем присутствии в системе Халлы. Орден уже не раз попадал в такие щекотливые ситуации. Аскеза об этом, разумеется, знала и воспользовалась моментом, чтобы подловить инквизиторов.

- Вы серьезно рассчитываете на то, что я послушаю вас, капитан-командор? «Добродетель» будет находиться в системе Халлы столько, сколько сочтет нужным, невзирая на абсурдные требования сторожевика ордена Инквизиции. Не смею вам мешать нести боевое дежурство. Если у вас будут ко мне вопросы, канал связи открыт. Честь имею, капитан-командор Хаек, - капитан крейсера кивнул и отключился.

Изображение капитана растаяло. Командор была вне себя от бессильной ярости. Ирмас был в своем праве. Присутствие боевого крейсера Аскезы в системе Халлы вводило новую переменную в игру ордена Инквизиции.

Она выслала сообщение по мультилинии в резиденцию ордена на Ватаре, где сейчас находился глава ордена — кардинал Сет. Командору оставалось только следить за маневрированием десантного бота, приближающегося к планете, и надеяться на появление сигнала пропавшего паладина.