Счастье материнства

Счастье – это мягкие, теплые ладошки,
За диваном фантики, на диване крошки.
Что такое счастье – проще не ответить:
Счастье есть у каждого, у кого есть дети!

Когда мне исполнилось 36 лет, я вновь остро ощутила тоску по маленькому ребенку. Мои дети стали большими, и уже не толклись возле меня, поминутно задавая вопросы, не шумели, и дома стало неуютно тихо. Меня одолевали мысли, что я уже созрела для того, чтобы снова почувствовать радость материнства.
На этот раз все было осознанно. Я хотела этого ребенка, неимоверно сильно возникло желание держать на руках маленького человечка, вдыхать прекрасный его запах, трогать его маленькие ручки, да попросту снова испытать счастье материнства!
Во снах ко мне приходили самые разные дети, которые заглядывали мне в глаза, нежно звали меня «мамочка», тянули за руку, обнимали меня за шею, робко целовали. Боже мой! Мои мысли – мои скакуны! Эти мысли одолевали меня с возрастающей силой, не давали покоя.
И вот – свершилось. Врач сказал мне, что беременность протекает нормально, поводов для беспокойства нет. Я была бесконечно рада, бежала домой на крыльях, чтобы сказать мужу, что у нас снова будет маленький.
Почему-то я думала, что у нас родится девочка. В магазинах я останавливалась возле прилавков для девочек, упоенно разглядывала бантики, заколки, платьица и юбочки.
Прошло какое-то время, и на очередном приеме у врача я узнала, что у нас будет мальчик. Сообщив дома детям и мужу, увидела радость и восторг на их лицах. Оказывается, они все хотели мальчика.
Мои желания в еде удивляли. Теперь я обожала конфеты и пирожные и пила только вишневый сок. Животик округлялся день ото дня.
И вот настал долгожданный час. Врачи готовили меня к кесаревому сечению по медицинским показаниям. Они боялись, что мой возраст может сыграть со мной шутку. Я не стала противиться. И в назначенный день и час мой младшенький сыночек появился на этот свет.
Когда я проснулась, медсестра принесла мне моего малыша. «Он такой беленький, такой маленький, губки бантиком, пальчики тоненькие», – написала я своим домашним.
Меня удивило, что малыш следит за мной, когда я передвигаюсь по палате. Раньше дети возрастом до сорока дней ничего подобного не делали. У ребенка было очень спокойное выражение лица, он не любил хмуриться, часто улыбался. Почти совсем не плакал. Когда у него хотели взять кровь и прокололи пальчик, он только нахмурился. Вот это выдержка! Мне уже нравился его характер. Я чувствовала, что этот ребенок не будет беспокойным.
Аташка (Ата – дедушка, перевод с казахского) радовался больше всех. Он купил черного барана и привез домой. Хоть это звучит немного кровожадно, барана зарезали и поставили варить бешбармак. По казахским традициям, нужно было отметить «шильдехана» – имянаречение. Аташка не думал долго на этот раз, сказал нам с Адаем: «Выбирайте – Адиль или Азиз». «Тут и думать нечего, сказала я. – Конечно, Адиль».
Когда мы приехали с малышом из роддома, решили сразу же получить основной документ – свидетельство о рождении. Азербайжан Мадиевич, мой свекор, отпуская нас, напутствовал: «Добавьте к имени окончание «жан», пусть будет похож на меня». Адильжан Мамбетов! Хорошо звучит.
Домашние сразу стали звать его – Адека. Он рос бутузом, крепкий, пухленький малыш. Любознательный и веселый, храбрый и подвижный. Ничего не боялся. Врачи сказали, что все кесарские дети такие. Пришлось учить его осторожности почти с пеленок.
В детский сад он пошел легко. Его ничто не пугало: ни незнакомая обстановка, ни чужие люди и незнакомые дети. Он сразу устремился к игрушкам и просто ворвался в толпу детей. Я стала громко прощаться с сыночком, но он лишь отмахнулся. Взяв в руки самый большой грузовик, стал катать его с шумом по полу, дергая за веревочку, что была привязана к игрушке.
Это повторилось и на следующий день, и еще на следующий. Утром я спрашивала его: «Пойдешь в садик?» Адека молча кивал головой в ответ. Никогда не ныл, не просил остаться дома. Его оптимистичный характер всегда ему помогал.
Помню, как переезжали в Астану. Адека был маленьким, чуть больше двух лет от роду. Мы сели в поезд. Не успела я разместить вещи, как, оглянувшись, обнаружила, что его нет рядом. Я побежала по вагону. Нашла его в одном из купе. Он стоял возле незнакомой женщины и разворачивал конфету, которой его, видимо, только что угостили. Я стала звать его, но он, мотнув головой, побежал дальше. Потом мне помогали его ловить все проводницы и посторонние люди. Он, отчаянно визжа и хохоча, ловко сновал между нами. Для Адеки это была просто очередная игра.
В Астане я отдала его в казахский садик «Ер-Тостик», наивно полагая, что Адека начнет говорить по-казахски. Но с его приходом вся группа стала говорить по-русски. Как-то раз на утреннике он стал баловаться, так как ему не предложили ни одной роли. Он ставил подножки другим детям и толкал их во время выступлений. Я думала, все родители сейчас меня убьют за это. Я тихонько вывела его, одела, и мы убежали. Боже мой, каким хулиганистым он был, не передать словами.
Он очень не любил, когда его ругали. Всегда действовал назло обстоятельствам. Если ему приказывали прекратить хлопать дверями, начинал хлопать еще сильнее.
Помню, как аташка, сидя в кресле, смотрел телевизор. Он ставил на полную громкость, потому что уже плохо слышал. Адека, пробегая мимо, одним движением руки ловко нажимая на кнопку, выключал телевизор. Аташка начал громко его ругать. Малыш повел себя в ответ странно: пошел в прихожую и стал бросать обувь в зал, где сидел Азербайжан Мадиевич. Аташка стал смеяться в ответ. Тогда ребенку надоело бросать обувь, и он ушел. Аташка говорил: «Ну надо же, как он похож на меня». Я недоумевала. Что ж хорошего в поведении ребенка? И в чем же он похож на своего деда? А аташка говорит: «Он умеет постоять за себя без криков и ругани, просто дает понять, что не любит, когда им командуют».
Когда в августе Адеке исполнилось шесть лет, он сказал, что хочет учиться в школе. Мы взяли документы и отправились в 17-ю школу, где раньше учился Алем, наш старший сын. Адека прошел тестирование, и его приняли в 1-й класс. Он был самым маленьким в классе не только по возрасту, но и по росту. Это его не смутило. Он никому не давал спуску, дрался, бегал по коридорам. Но его надолго запомнили все, потому что он коммуникабельный и веселый. На уроках он тоже вел себя, как хотел, но учился только на пятерки.
Во втором классе он заявил нам, что любит математику и хочет учиться в математической школе. Сдав тест на «отлично», Адильжан перешел в интеллектуальную школу Назарбаева, в которой проучился до 6-го класса, всегда получая отличные оценки.
В 2012 году мы вернулись в Алматы. Адека учился так же хорошо, как и раньше. Он не похож на того хулиганистого сорванца, каким был в детстве. Сегодня это серьезный и спокойный стройный парень, который увлекается изучением иностранных языков и компьютером, много читает. Школу окончил на одни пятерки, грамот и благодарностей не счесть.
Он самый младший в нашей семье и самый серьезный из нас. Всегда спокойный и любознательный, обожает музыку и кино, словом, нормальный алматинец. Конечно же, мы очень многого от него хотим, но главное для нас, чтобы он был здоров, счастлив и получил высшее образование, которое пожелает. Адека очень добрый, всегда жалеет нас и хочет во всем помогать. Он понимает, что он младший в семье, и на нем лежит ответственность за нас, родителей. Когда он учился в начальных классах, то часто говорил нам, что ему достались пожилые родители. Мы смеялись в ответ, но сейчас стало понятно, что этим он хотел сказать, как переживает за нас.
Дорогой мой сыночек, как хорошо, что ты есть у нас. Твои старшие брат и сестра уже взрослые и живут отдельно. Ты даешь нам счастье во всей его полноте, потому что благодаря тебе мы – молодые родители. Мы желаем тебе всего самого наилучшего, мы верим в тебя, верим, что ты добьешься успеха во всем, в чем пожелаешь. Самое главное – быть честным, добрым и целеустремленным. Мы хотим, чтобы ты знал, что наши верные и любящие сердца бьются для тебя и твоего будущего. Будь счастлив, сынок!


Рецензии