Суп с алмазом

 
  У нее были мама, папа, собака и древние родственники, из старшего поколения времен перестройки и даже оттепели, а первым ее словом стало именно АФ, в подражание любимой собаки. Ее дед Егор, был нелюдимый, но к деткам и животным был отзывчив и по своему даже добрым.
 Он спасал постоянно и каждый день, то воробышку зерен подкинет к колодцу коллектора, то завАливающегося пьяного, в метро, на эскалаторе поддержит, а то и таджичке какой у церкви 3 рубля даст, да и что там греха таить, иной раз и жене всю зарплату приносил, страшно добрый был, а уж она ему за это, суп на всю неделю варила, самую большую кастрюлю.
 А по большим праздникам, лаврушечки туда бросала, но чесноку не разрешала с супом хлебать, уж больно вонючим он становился, этот дед, да и  половину зубов он похоронил, еще в прошлом веке.

  Он шел по коридору, напротив открытой двери ванной комнаты и увидел, как маленькая трехлетняя, мыла ручки, перегибаясь назад, в сторону ванны и подставка под ее ножки съезжала по мокрому полу, издавая скрежет, и ее тело продолжало крениться и только сделав невероятное усилие, изогнувшись, успел подхватить ее руками. А она даже не поняла, что происходило еще секунду назад, а только крепче прижалась к нему.
 
  И тут же, ворвалась в ванную молодая мамаша-фурия, Лариса Макаровна и вырвала свое сокровище из его рук и глаз ее сверкнул белым, недобрым светом алмаза. Она конечно не видела, как дочь была на волосок от смерти, а только крепче сжимала ее к себе и бормотала в забытьи материнского счастья, что вот она, спасла ее от рук этого ненавистного ей человека. Она унесла свое солнышко, в темницу московской хрущебы, а глаз продолжал поблескивать, а губы шептали проклятия.

  Акт мщения был очень скоротечен, когда полчаса спустя, она подобралась к кухне наливая из фильтрованного кувшина воды, чрезмерно наклонила его и через крышку, в кастрюлю упал один из "алмазных" камней, для очистки и обеззараживания воды. Краем глаза она увидела это случайное падение и нос хмыкнул в удовольствии и подбородок в предвкушении сжался в елочку и рука дрогнула, высыпая вермишель, которая накрыла квадратный камень горочкой.
 Но решимость ее была непреклонна, так и поступила... суп этот, они есть не будут, обойдутся ванильными, глазированными сырками из детства.
 Он вечно мешался этот старик, ее папаша. А ведь у нее детки, такие пухленькие, румяные и она ими наслаждалась, хотя в особые дни и вымещала свою стервозность, когда они не слушались. Ведь сколько раз надо было говорить, как только дед показывался на кухне, срочно надо бежать в свою комнату и не смотреть на него, не смотреть!

  Через 2 часа, пришла жена Егора, и переговорив с другими членами семьи и получив разрешение, открыла дверь в комнатушку, где у ней, на двоих, с дедом, стоял роскошный диван, цвета сливочного мороженного, перегородивший ровно половину комнаты и кивками головы показала, что настала и его очередь идти на кухню и ужинать.
 Кухня не отличалась от комнаты и приветствовала его свой шестиметровостью, где на богато украшенном петрушкой и укропом столе, ждал тот самый, наваристый вермишелевый суп, томно остывающий, в предчувствии ступора кишков деда.
 Суп был вкусный, действительно вкусный, он даже мечтал о таком, давясь гамбургерами в Макдональдсе, ради счастья выиграть квартиру за стикер, приклеенный на коробочке.
 И ведь он мог стать одним из них, из трех, но подумал трЕхнутых, из 20 миллионов счастливчиков, имеющих счастье получить квартиру в Новой Москве.

  Удача была близко, когда он размечтался, крупная удача, в его ложке сверкал "алмаз", ему сказочно повезло, он не успел поднести ложку ко рту, краем глаза скосив в зомбиящик, в котором лоснился диктор, с пеной у рта, сообщающий о том, что мы правы.
 Этот диктор и спас деда, поскольку старичок, чуть поперхнулся от лжи человека в ящике, от всей его вони и надутости защиты интересов и приоритетов, а второй глаз, разглядел нечто сверкающее.
 Теперь Он, оставил диктора, без благодарности и уставился уже двумя глазами на ложку, с барствовавшим белым и блестящим  камнем, восседающим среди вермишели, в самой середине ложки.
 Какое-то тайное сладострастие разливалось надеждами на новую жизнь и шептало о бриллиантах, но он тряхнул головой, сгоняя телевизионную дурь и собственное одурачивание мнимым блеском.

  Рука протянулась к камню, взяла, повертев его, чуть постучала по столу, тут то до него и дошло, что это камень из кувшина, для очистки воды.
 Неторопясь, в нерешительности, подошел к крану, открыл, брызнув хлорированной водой на камень, обмыв его. В задумчивости взял кувшин, пересчитал все камни в нем, вместе с "алмазом", их оказалось ровно тринадцать, вернул все в кувшин и залил водой.

  Чуть позже он сказал жене с улыбкой, что проглотил, что-то крупное, а она поддержала смехом, сказав, что вероятно кусок мяса попался, и чтоб в будущем не глотал, а разжевывал, но доченьке сообщила и просила поменьше кусочки нарезать, для супа.

  Все уже давно разбрелись по комнатам, шаркая тапочками, дети спали обняв игрушки, а дед все сидел на кухне и смотрел мультики. Последние девятнадцать лет, он только и смотрел Культуру, Регину из "Пятницы", про животных и мультики, и надо же, сегодня случайно включил центральный канал и этот диктор, или депутат, или как там еще его назвать, спас его! 
 
  После слов матери про мясо, ближе к полночи, дочь  пошла проверять состояние жильца хрущебы и нашла его здравствующим и в хорошем настроении и тут же выскочила, прямо в обьятия к мужу и тихо рыдала у него на плече с горя, а муж шепотом спрашивал, с чего это она так расстроилась и пытался узнать, что там дед так долго делает на кухне, а она отвечала в захлебе, что мультики смотрит.

  А ночью в восторге радости, предварительно поперхнувшись, тот же диктор сообщил, что страна вышла на первое место по переработке алмазов, но, дед к счастью спал и перерабатывал суп без него.


Рецензии