Из темноты к свету. Часть 2. Глава 23

             - Мать, я не понял, чо за фигня? – возмущённо спросил Сергей, войдя на кухню и закрыв за собой дверь. – Это, чо получается, живёшь с Игорем, а из Москвы письма получаешь? Никак свой курортный роман не забудешь?

             В это время Люба сидела в кресле у стола и читала письмо, которое было для неё очень дорогим и долгожданным.  Не зная, что ответить, она молча смотрела на своего сына, не отводя взгляда, и пыталась сообразить, откуда Сергей знает о её курортном романе и о Москве.

             - Это письмо мне прислал очень хороший человек …   ничего особенного в письме нет, - зачем-то попыталась оправдаться Люба.

             - Мать, ты меня за дурака держишь? Ты знаешь, кто на морях романы заводит?..  Шлюхи!  И ты для него одна из них!– с пренебрежением сказал Сергей, показывая всем своим поведением и видом главенство над матерью. – Короче, я тебя предупредил – ещё одно письмо и будешь иметь дело со мною, я быстро тебе мозги на место вправлю!

             Выплеснув внезапный гнев, Сергей оставил мать и вместе с Игорем, сидевшим во время разговора в соседней комнате, покинул квартиру.

             Люба так и осталась сидеть в кресле, размышляя над случившимся: «Всё же сын прав – для Николая я  просто женщина лёгкого поведения, поэтому он и просит в письме снова встретиться со мною на море, погулять и опять бросить на целый год до следующей поездки. Мне, действительно, нужно подумать об устройстве личной жизни, Игорь мне уже весь мозг вынес – жениться хочет, и с сыном моим – неразлучные друзья. Если бы тогда Николай не прервал нашу переписку, может всё сложилось бы по-другому…  Сколько же я слёз из-за него пролила...  До сих пор люблю его…»

               
             Через несколько дней, 17 августа – в день восемнадцатилетия сына, Люба дала согласие на подачу заявления в ЗАГС. Дата регистрации брака была назначена на 17 сентября.  Сергей был счастлив, что разговор с матерью возымел силу и теперь Игорь будет ему не только другом, но и отцом. Разница в возрасте между ними была не такой уж и значительной – всего каких-то пятнадцать лет.

             Тяжело было на душе у Любы – замуж выходить ей не хотелось, всего этого требовали обстоятельства. С появлением Игоря ей стало проще общаться с сыном, и она перестала его бояться. Жилистый и высокий, Игорь имел неимоверную силу и мог врезать так, что мало не покажется. Именно это обстоятельство сдерживало Сергея и заставляло прислушиваться, чем Люба и пользовалась, найдя в лице Игоря своего защитника.

             Оттягивая с ответом, Люба, наконец, решила отправить Николаю письмо, сообщив, что в Анапу она приехать не сможет. Она, как смогла, поведала ему о сложившейся обстановке и о строгом предупреждении своего сына. Сообщая в письме о своём предстоящем замужестве, Люба указала и саму дату бракосочетания.


             Однако возникшее душевное смятение никак не покидало Любу, внутренняя тревога всё больше нарастала. Причиной тому были не только сомнения в правильности выбранного решения, но и странное видение о будущих событиях, отчего сильное беспокойство начинало граничить с паникой. Чтобы как-то скинуть с себя груз навалившихся проблем и немного встряхнуться,  Люба решила посетить свою пожилую подругу.

             - Ну, здравствуй, дорогая…  совсем забыла ты меня, - сказала Дмитриевна, отворив дверь, - проходи прямо на кухню, я как раз обедать собралась… вот, сейчас вместе и пообедаем, заодно по стопочке опрокинем.

             - Я пришла к тебе душу излить, может, совет какой-нибудь дашь… подходящий, - безрадостно ответила Люба, - я чувствую, что меня затягивает куда-то, словно в воронку…  и вырваться уже не смогу…

             - Так, сначала давай выпьем и закусим – я с утра крошки во рту не держала, и только после этого ты мне всё  расскажешь.

              Исполнив пожелание Дмитриевны, Люба выпила до дна стопку очень крепкой домашней самогонки и, поднеся к носу кусочек хлеба, нюхнула его, содрогаясь всем телом. Закусив выпитое «лекарство» небольшим количеством еды, Люба почувствовала, как алкоголь, обжигая изнутри, стал медленно разливаться тёплыми ручейками по всему её телу.

              - Дмитриевна, мне на днях сон приснился, страшный очень… Иду я по нашему полю, а кругом трава невысокая и зелёная-зелёная… Иду нарядная… на мне зелёное платье, моё любимое, и белые туфли, а вокруг – ни души…

              - Замуж удачно выйдешь, точно тебе говорю, – прервала её Дмитриевна, - сон хороший!

              - Это я и сама знаю…  заявление уже подали…  даже о венчании договорились…  из ЗАГСа прямо в церковь. Ты дальше послушай, - сказала Люба и с тревогой продолжила, - иду я себе, иду, как вдруг прямо подо мной проваливается земля, и я падаю в образовавшуюся узкую яму, но при падении успеваю ухватиться руками за её край. Яма эта оказалась самой настоящей бездной, с глубины которой меня стала засасывать неведомая сила, сорвав с моих ног туфли. Словно мощный пылесос, она старалась сорвать и меня в свою пасть, чтобы проглотить и от меня не осталось бы даже следа….  Я пыталась кричать… звать на помощь, но рядом  никого не было… силы покидали меня… вот-вот мои пальцы разожмутся и я стремительно полечу вниз…  Было очень страшно…  И тогда я подумала: не нужно кричать, надо поберечь силы, всё равно никто меня не слышит…  И тут я резко проснулась… Я даже не сразу поняла, что это сон…

               - Так ты вниз упала или нет? – поспешно поинтересовалась  Дмитриевна, - Ты мне самое главное не сказала.

               - Нет, я не увидела себя падающей, я проснулась именно в тот момент, когда ко мне пришла мысль сохранять молчание. Яма эта не имела дна, она была бесконечной и я это каким-то образом ощущала.

               - Да-а… вообще-то, насколько я понимаю, этот сон к смерти, но здесь не всё понятно, - попыталась рассудить Любина подруга, - туфли с тебя слетели, значит брак твой разрушится… Вполне возможно, что смерть грозит твоему мужу… Может с вами обоими что-то случится?..  Да-а…  ничего не понятно. Но ты же не видела себя упавшей в яму, значит, в любом случае для тебя всё более-менее обойдётся.

               - Не хочу я замуж выходить, чувствую, что ничего хорошего из этого замужества не получится …   но и без него мне тоже не обойтись, - заключила Люба и выпила вторую порцию домашней «водки», налитую хозяйкой.

               - А Славка оставил тебя в покое или продолжает в своём репертуаре?
 
               - Покой мне только снится… Он умудряется подобраться ко мне при каждом удобном случае, такое впечатление, что почву прощупывает. Надеюсь, что когда я выйду замуж, тогда он отстанет  окончательно – поймёт, что вернуть меня назад он уже не сможет. Когда он впервые увидел меня с Игорем, ему стало не по себе – сильно на лице изменился.  Позже прохожу мимо его торговой точки, а он и говорит мне в след: не нужен он тебе, тебе надо в Москву ехать. То, что он был против Игоря, это ясно, но причём здесь Москва и, что он имел в виду, я так и не поняла, а переспрашивать не стала.

               - Будешь свадьбу делать или просто распишитесь?

               - Дмитриевна, ты смеёшься? Какая свадьба? Игорь почти без работы, найти не получается, за полгода всего два раза в рейс съездил, и то, без денег приехал… Сына вообще работать не заставишь, он как-то заявил, что я обязана его кормить и поить до восемнадцати лет. Вот, неделю назад он, наконец-то, своё восемнадцатилетие  отпраздновал, но за работу даже слышать ничего не хочет…  Все сидят на моей шее.

               - Помню, когда ты впервые пришла ко мне с Игорем, на нём были узенькие брючки, видно, что не его, и рубашка голубая, милицейская.

               - Это были вещи его брата, он в милиции работает, - уточнила Люба. - Все свои вещи Игорь якобы оставил у прежней жены, ушёл без ничего.

               - Но ты приодела его хорошо, так что жалеть ему не о чем и, вдобавок, отъелся – худющий был и замученный.

               - Однажды у нас дошло до того, что хлеб не за что было купить, пришлось сдать в ломбард своё обручальное кольцо, которое осталось от Славки.  С тем кольцом пришлось распрощаться, а новое купить до сих пор не получается – лишних денег нет.

               - Ничего, вот на свою свадьбу и купишь.

               - Нет, покупать я ничего не буду. Я сказала и ему и его матери, что обойдёмся без колец, на кольца у меня нет денег. Тогда его мать, Лидия Алексеевна, и говорит: кольца я возьму на себя, от моего покойного мужа кольцо осталось, оно большое и толстое, из него свободно получится два кольца.

               - А от чего он умер?

               - Она сказала, что он сильно пил, до умопомрачения…  вечно пьяный валялся… Однажды его нашли под деревом уже холодного, он захлебнулся собственной блевотиной…

               - Ужас! Какая нелепая смерть! Похоже, что кольцо с покойника сняли? Примета плохая!.. Не боишься?..

                Две подруги ещё долго сидели, не заметив, как за разговорами пролетело время и, если бы не пришли Сергей с Игорем, чтобы забрать Любу, она просидела бы у приятельницы ещё долго, потому что домой идти ей совершенно не хотелось.


                День свадьбы всё же приблизился. Накануне Люба приготовила несколько блюд и закупила спиртное, чтобы накрыть стол в честь свершившегося события. Однако в планы Любы подобное мероприятие не входило по причине нехватки денег. Расходы оказались для неё тяжелыми, а помощи ожидать было не от кого. Но свекрови хотелось праздника, и она вынудила Любу его организовать, пусть даже в узком семейном кругу.

               Встав рано утром, Люба начала подготовку к поездке в ЗАГС. Причёску она сделала из подобранных вверх волос, уложив с правой стороны несколько светло-жёлтых искусственных роз, которые были под цвет её волосам и придавали  им особую нежность.

               Платье она решила одеть своё любимое, зелёное с белой вставкой… то самое, в котором она пришла на свидание к Николаю… год назад… в Анапе…

               Воспоминания нахлынули с новой силой…  курортный роман так и не отпустил её… сегодня он навсегда канет в вечности…  От этой мысли сердце свело и к горлу подступил комок… слеза одна за  другой покатились по щекам… 

               Всё происходило как в тумане, Люба не могла понять, что происходит и почему она всё делает против своей воли, ей хотелось всех  бросить и сбежать в Анапу… Внутреннее сопротивление постепенно улеглось лишь после того,  когда на её палец было одето обручальное кольцо.

               Сидя в такси на переднем сидении, Люба молчала, она ехали в церковь на венчание, и только свекровь со своими сыновьями веселилась на заднем сидении, но ровно до того времени, пока дорогу им не перегородила машина с покойником.

               - Разворачивайтесь… немедленно! Быстрее! Поедем в обход! – скомандовала Лидия Алексеевна.

               - Это что за ерунда? – встревожился Игорь. – Плохая примета!

               - Ничего страшного, - успокоил всех его брат Андрей, - они не успели нам дорогу переехать.

               И только Люба оставалась спокойной, потому что ей было абсолютно всё равно, даже тогда, когда подъехав к церковному двору, они увидели внутри подворья ту же самую машину с покойником в гробу, которого привезли на отпевание…

               Возвращаясь после длительного венчания,  они все вместе уже поднимались по лестнице, преодолевая последний пролёт. Впереди всех шествовал Сергей с ключом от квартиры, но вдруг он замешкался, разговорившись с кем-то у их двери, Люба даже не обратила внимания, с кем именно он общался, настолько она была безразлична ко всему происходящему.

               - Люба, смотри, тебе телеграмму принесли с поздравлением, - радостно сообщила свекровь, протягивая телеграммный лист.

               - Какую ещё телеграмму…  от кого? – удивилась Люба, взяв в руки протянутый клочок бумаги.

               - Не надо ей читать,- сказал Сергей, вырывая из рук матери телеграмму, - это бывший любовник из Анапы прислал, поздравить решил на прощание…

               От объявленной Сергеем новости мгновенно наступила тишина, застав всех врасплох… кроме Любы. Однако свекровь проявила смекалку и поспешила разрядить обстановку, сделав вид, что она ничего не поняла. По примеру матери так же поступил и Игорь…  Праздник для всех продолжился, и только Люба по-прежнему оставалась грустной…  тоже не подавая вида…


               Спустя несколько дней душевные тревоги улеглись – Люба смирилась, и прошлое отошло в сторону. Игорь помогал ей перевозить на рынок и с рынка товар, хранящийся в гараже, чего она никогда не могла добиться от своего сына. Они всё делали вместе. Игорь всегда ухаживал за столом, подкладывая лучший кусочек, и всё бы казалось хорошо, но виделось Любе во всём этом что-то странное.

               - Любаня, смотри, кого я  привёз, - сказал Игорь, проходя в комнату и вынимая из-за пазухи маленького серенького котёночка, - мамка нам подарила, теперь и у нас свой кот на хозяйстве будет.

               - Какой маленький! И очень красивый! – искренне обрадовалась Люба, принимая из рук Игоря серенький комочек. – Сейчас я всех вас кормить буду! У меня коробка из-под обуви есть, я ему из неё кроватку сделаю.

               Плотно пообедав, Игорь захотел прилечь на диван. Он повернулся на правый бок, лицом к стене, и  быстро уснул, а Люба продолжала сидеть в кресле, у головы мужа, и играть с котёнком. Почему-то ей стало скучно, и она решила игру с котёнком перенести на Игоря, посадив малышку на мужское плечо.

               То, что случилось дальше, Люба никак не могла предвидеть, такое невозможно представить даже в страшном сне. Правая рука Игоря резко рванулась к плечу и, уцепившись мёртвой хваткой в крошечный комочек, что есть силы, сжала его в своём жилистом кулаке.

               От увиденного ужаса, Любу словно парализовало, она лишь приоткрыла рот, не успев издать ни единого звука. Молниеносным движением эта рука запустила мяукающее от боли животное  в пространство комнаты, резко развернув корпус своего хозяина. В воздухе плачущий котёнок пролетел через всю комнату и с резким звуком ударился о стену…

               Люба бросилась к малышке, заливаясь потоком слёз, её трясло, но говорить она по-прежнему не могла.

               - Ой, что я сделал? – поспешил к Любе Игорь, вскочив с дивана. – Я совсем не хотел его убивать!

               - Как ты мог? – продолжая беззвучно плакать, только и спросила Люба, до смерти перепуганная, с болью подумав: «Это я во всём виновата, мой маленький котик,  я… я… я…»

               Пушистый серенький комочек недвижимо лежал в коробке из-под обуви и прерывисто дышал, вздрагивая время от времени. Через полчаса признаков жизни он уже не подавал.

               Эта выходка Любу насторожила, но никаких вопросов своему нынешнему мужу она задавать не стала. Он сам сказал ей, что это последствия после службы в Афганистане и что у него даже есть некая отметка в документах, подтверждающая этот факт.

               - Прошу, не говори матери, что это я его убил, она не простит мне этого, - упрашивал Любу Игорь, словно маленький провинившийся ребёнок, - давай скажем ей, что я нечаянно на него наступил…  или что-то в этом роде.

               «Хорошо, что Сергей этого не видел, даже не представляю, как бы он на всё это среагировал», - подумала Люба и тихо произнесла в ответ:
               - Пусть будет так, как ты скажешь, только нам нужно отнести его в лесополосу и там похоронить…


               Сергей под натиском матери, требовавшей от него заняться поиском работы, укатил в Ростов. Он сослался на то, что там у него осталось много друзей, которые помогут ему в этом деле. Одним из таких заявленных товарищей оставался для него и бывший муж его матери – дядя Слава. Собрав в сумку все свои вещи и положив в карман выделенные матерью деньги, он с радостью рванул в свободное плаванье.

               Приближалась середина октября, продолжая одаривать своим теплом и солнечным светом.  Шествуя с мужем под ручку, Люба шла из магазина в направлении своего дома, проходя мимо частных гаражей. Вдруг перед её глазами замелькала красная машина и остановилась чуть поодаль. Дверь машины приоткрылась, и из неё вышел её бывший муж. По тому, как он неотрывно на них смотрел, Люба поняла, что Вячеслав ожидает их подхода.

               - Здравствуй, - поздоровался он с Любой, ей улыбнувшись, и переведя взгляд на Игоря, сказал ему: - Я готов, куда машину подогнать?

               - Подъезжай прямо к подъезду, мы сейчас подойдём, - ответил Игорь, чем очень Любу удивил.

               - Так может, присядете, и подъедем вместе? – не растерялся Вячеслав.
               - Хорошо, - услышала Люба ответ Игоря, не понимая, что происходит.

               - Что это всё значит? Вы мне можете объяснить? – взорвалась Люба, не веря своим глазам и ушам.

               - У него зажигание барахлит…  посмотреть надо, - спокойно ответил Игорь своей жене, открывая переднюю дверь автомобиля. – Да ты садись… прокатимся.
 
               Игорь знал Любиного мужа в лицо, она ему его показывала, но она и подумать не могла, что между ними могут возникнуть какие-либо отношения.

               Усадив Любу на переднее сидение, Игорь сел сзади и они все вместе поехали в сторону их дома.

               У подъезда как раз собралась компания языкатых сплетниц, которые сидели на лавках с раннего утра и до позднего вечера, сменяя друг друга по мере свободных мест в наличии. Среди зрительниц как раз оказалась и Надежда Владимировна, хозяйка квартиры, у которой снимал жильё Вячеслав, приезжая из Ростова торговать на местном рынке.

               «Соседи сейчас со смеху попадают, когда увидят меня сразу с двумя мужиками, скажут: какой позор, всех мужиков до кучи собрала, ей мало одного!» - подумала Люба, мысленно расхохотавшись.

                Машина остановилась почти у самих лавок и, открыв переднюю дверь, Люба вышла первой, а вслед за ней и её мужья. От изумления все головы  были повёрнуты в сторону подъехавших. Вячеслава знали все жители дома, теперь они знали и Игоря, но чтобы эти двое на пару сопровождали одну и ту же жену, такого они не ожидали увидеть.

                Приоткрыв от удивления рты, женщины молча проводили Любу взглядами, когда она проходила  в подъезд, лишь ответив ей на её приветствие.  А Вячеслав и Игорь остались у машины и, подняв капот, погрузились в поиск и устранение всяких неисправностей прямо на глазах удивлённой публики.

                С тех пор Любины мужья ещё больше сдружились. Игорь помогал Вячеславу ремонтом, так как в этом деле был хорошим специалистом, а тот в свою очередь оплачивал ему за работу.

                Так Славик превратился в друга семьи и, дошло до того, что стал он часто подъезжать к подъезду, громко сигналя, после чего Игорь выводил Любу и усаживал её к Вячеславу в машину, чтобы тот отвёз её в Ростов за товаром и привёз обратно. А Люба смотрела на всё это и смеялась сама в себе: «Сказал бы кто раньше, что так будет, ни за чтобы  не поверила… Соседи, наверное, день и ночь хохочут».


                Как-то незаметно Люба смирилась со своим положением, и ей стало казаться, что всё складывается не так уж и плохо.  Но однажды холодным ноябрьским вечером в дверь раздался звонок, и Игорь пошёл открыть. В коридоре послышался голос сына, и Люба поспешила выйти ему на встречу.

                - Мама, здравствуй. Я приехал буквально переночевать… мне нужно срочно уехать, - сказал Серёжка, глядя на мать так, чтобы скрыть свою тревогу.

                Сняв обувь и верхнюю одежду, он взял полиэтиленовый пакет и проследовал в комнату. За ним последовали Люба и Игорь.

                - А почему так быстро?  Ты где пропадал и чем занимался? – спросила Люба, пытаясь понять, что вдруг могло у него случиться.

                - Я в больнице лежал, операцию мне делали, - коротко ответил Сергей, опускаясь в кресло перед телевизором.

                - Какую? Что случилось? – встревожилась мать.

                - Меня чудом спасли, я мог умереть… у меня неожиданно открылась прободная язва желудка, много крови потерял…  вон полотенце привёз, оно всё в крови, могу показать, - сказал Сергей и полез в пакет, чтобы достать следы доказательства.

                Люба разволновалась и забеспокоилась, но Игорь резко остановил Сергея, сказав ему:
                - Не стоит доставать…  лучше пошли на кухню, покурим.  Или тебе нельзя курить?

                - Почему нельзя? Пошли, покурим.

                - Игорь, ты его заодно и покорми, - заботливо попросила Люба.

                Мужчины отправились на кухню, оставив Любу сидеть у телевизора.

                - А ну, давай колись, так что тебе за операцию делали? – настойчиво потребовал Игорь сразу же после первой затяжки.

                - Я же сказал уже, что язва у меня, - снова попробовал оправдаться Сергей.

                Игорь подготовил еду и выставил её на стол перед Сергеем, наблюдая, как и сколько тот съест. Изголодавшийся ребёнок ел с большим аппетитом и довольно улыбался, уплетая всё подряд. А когда ужин был окончен, Игорь взял и выдал ему правду-матку:
                - Значит так, парень, после операции на язву, столько не жрут, потому что удаляется половина  желудка – это раз. При язве кровь истекает вовнутрь, а ты собрался полотенцем перед нами трусить – это два. Так что колись, кто и за что тебя заточкой поранул, не то я из тебя всю душу вытрясу, пока правду не скажешь.

                Сергей застыл от страха и удивления, такого моментального разоблачения он не ожидал, ему ничего не оставалось, как сказать правду.

                - Ты всё верно сказал, пырнули в меня… за деньги…  взял в долг и не отдал…  Со мной дружбан был, он меня и доставил до больницы… успел… Ты только матери ничего не говори…

                - А куда вещи свои подевал?  Почему с пустым пакетиком приехал?

                - Так я же свои ноги уносил… пришлось все вещи в Ростове бросить…

                - Значит так, завтра чтобы духу твоего здесь не было, мне только не хватало, чтобы из-за тебя нас на счётчик поставили. Ты меня понял?

                - Ладно, Игорь, я всё понял. Завтра утром уеду…


                С отъездом Сергея, Люба долго не могла прийти в себя, когда узнала от Игоря истинную причину всего случившегося.  Живя с Игорем, Люба чувствовала защищённость от собственного сына, что придавало ей спокойствие за свою дальнейшую жизнь. Она ещё раз убедилась, что жить без мужа ей никак нельзя – сын упорно катится по наклонной и ожидать от него можно чего угодно. Она очень переживала за него, но эти переживания не могли изменить ничего.

                Большим утешением для Любы стала предстоящая поездка к родителям на Украину, о которой она долго мечтала. Вырваться к ним она смогла лишь перед самым Новым годом, когда в воздухе уже витало предвкушение новогоднего праздника. С трудом собрав нужную сумму, она вместе с Игорем приехала в далёкий Таврийск, маленький городок, возглавляющий собою начало Северо-Крымского канала.

                Как никогда, Любе хотелось увидеть свою любимую сестричку, о которой она всегда думала и переживала. Семейная жизнь Ольги была настолько мучительной, что Люба не понимала, откуда сестра  черпает силы, чтобы вынести  все те испытания, которые ей посылал её единственный  родимый муж. Будучи  замужем, вот уже одиннадцать лет она воспитывала сына, не зная и не ведая, в каких краях летает её птах, когда он соизволит объявиться.

                - Мамульчик, а где наша Олечка, - спросила Люба, едва переступив порог родительского дома.

                - Оля на работе, она приезжает очень поздно… она к нам только на выходной придёт… она у себя останавливается, – ответила Валентина Ивановна, радуясь приезду таких дорогих гостей.

                - А где она работает, что приходится работать допоздна?

                - В Новой Каховке она работает… продавцом  в магазине.

                - Надо к ней съездить, мы ведь с Игорем всего на пару дней приехали, могу её не дождаться. А в каком именно магазине она работает?

                - Ой, не знаю я… надо у Женьки спросить, вот он точно знает, где его мамка работает. Он даже сможет вас к ней отвезти, - с радостно в конце сказала Валентина Ивановна и скрылась за дверью, что ведёт в соседнюю комнату, срочно направившись за внуком.


                Приехав в город, Женька, наконец, подвёл гостей к небольшому стеклянному павильону, который в сумерках утопал среди сугробов из расчищенного снега.
                Через огромное толстое стекло Люба увидела у стены, возле самой витрины, невысокую ёлку, украшенную игрушками и обвешенную разноцветными мигающими лампочками. За прилавком она разглядела двух девушек, одна из которых была очень похожа на её Ольгу. Сердце радостно забилось, вот-вот она увидит свою сестру, обнимет её и распахнёт ей своё любящее сердце.

                Открыв дверь, они ввалились всей компанией, подняв радостные крики и возгласы. Радовались все, даже заходившие на огонёк покупатели.

                - Оксанка, отпустишь  меня с сеструхой посидеть?  Когда мы ещё с ней увидимся, даже представить трудно…  Мы тут в подсобке устроимся, если что я рядом буду, - обратилась Оля к своей напарнице с надеждой на понимание.

                - И ты ещё спрашиваешь? Конечно, иди…  я сама поторгую, справлюсь как-нибудь, - ответила девчонка, искренне радуясь, что кому-то нужна её помощь.

                - Тебе мой Женька поможет, он уже большой и очень ответственный…  ему одиннадцать лет и деньги считать он умеет хорошо, - предложила Ольга ответную помощь, рассмеявшись от сказанных в конце слов.

                Скрывшись в подсобке, они накрыли стол, используя какую-то коробку. В ход пошли магазинные продукты, принося дополнительную прибыль в предпраздничные дни. Игорь говорил мало, больше слушая разговорчивых сестёр и занимаясь разливом высокоградусных напитков.

                - Больше всего я переживаю за тебя и Влада… расскажи мне, он хоть немного изменился? – решилась спросить Люба, зная, что подобных вопросов сестра не любит.

                - Тебе как ответить, кратко  или с подробностями? – спросила Оля, не то в шутку, не то в серьёз, чем невзначай озадачила сестру.

                - Неужели всё очень плохо?

                - Муж мой постоянно где-то пропадал, дома он всегда появлялся наездами на самое короткое время… сделавшись совсем чужим. Этой осенью я зашла в городской бар, выпить чашечку кофе, и ко мне подсел наш общий знакомый, сделав неожиданное предупреждение: если твой муж предложит продать квартиру, ты не должна соглашаться – останешься без ничего. Так и было, Влад такое предложение сделал, но я ему отказала. На это он сказал: значит, в Москву уеду...  и уехал.

                - Странный он какой-то, разве это муж? Видно, таких мужчин, как наш отец, днём с огнём не найдёшь…  он  самый заботливый, самый лучший, такого мужчину встретить – дорогого стоит, -  уже изрядно опьянев, возмущённо  сказала  Люба и тут же осеклась, потому что сказанное прямым текстом касалось и Игоря тоже.

                - Только сомневаюсь я, что он в Москву уехал, ему там делать нечего, - с иронией продолжила свой рассказ Ольга, - тем более что он сам себя выдал и даже этого не заметил. На днях он передал через парня  пакет конфет для Женьки и маленького дракончика, символ двухтысячного года. Когда я взяла подарок в руки, у меня мелькнула в голове мысль: как он, будучи в Москве, мог передать вещи через этого парня? Но спрашивать не стала, так как до меня в последнее время стали доходить слухи, что у него барышня есть и его видели с ней в городе, а не в Москве. Теперь по подарку я убедилась, что слухи правильные и он не в Москве.

                - И что теперь ты будешь делать?

                - Ни-че-го!..  Мне главное, чтобы денежку заработать и Женьку в люди вывести…   А добра этого у меня с головой – табуном за мною ходят. Когда придёт время, тогда и посмотрю, что со всем этим делать… А пока что сильно на душе тяжко…

                - Ты не только красавица, ты ещё и очень мудрая…  мне бы хоть немного твоей мудрости… может тогда с моим бы сыном у меня сложилось всё по-другому.

                Сёстры при упоминании о Сергее сразу же замолчали, думая за него каждая о своём. Выпив достаточное количество водки,  все потеряли свою меру, продолжая осаду следующей «батареи» под личным командованием  Игоря Владимировича.

                - Хотя, может, мудрость здесь вовсе и не при чём, - немного помолчав, предположила Люба, - Просто моя свекровь – ведьма,  и факт этот не опровержим.  Пока она жива, покоя мне от неё не будет… Чувствую нутром, что ей только моя смерть нужна…

                - Слушай, мне как-то мамка наша одну комедию рассказала, я до сих пор, как вспомню, так смехом и заливаюсь. Это правда, что твой Сергей устроил бабке переполох?  Якобы у них схватка была не на жизнь, а на смерть?

                - Об этом я ничего не знаю, мне он  не рассказывал… Но как-то однажды, он мне пожаловался, что у бабки с головой не всё в порядке, она сказала ему: меня всю ночь черти хвостами били, не давали спать. Тогда я ему дала почитать, найденный  в книжке отрывок из текста, где описывается этот факт и говорится, что когда ведьма начинает лениться и перестаёт делать людям гадости, тогда по ночам черти бьют эту ведьму хвостами, не давая ей спать и заставляя, таким образом,  работать. Кстати очень поучительная книга,  она называется «Я – не колдун, я – знахарь», автор Александр Аксёнов. Он пишет, что Донецкая, Ростовская и Московская области – самые негативные, потому что в них самое большое скопление ведьм… Так вот, тогда я ему и рассказала  про банки с «живой водой» и «мёртвой водой», что берётся после обмывания покойника,  которые стоят у неё в стенке…  про толстую книгу «Чёрная магия» тоже рассказала. Он мне тогда сказал: ну, всё, бабке хана будет.

                - Значит, он не соврал, когда рассказывал нашей матери, какую комедию он устроил твоей свекрови, опозорив её на всё село, - выслушав внимательно сестру, сказала Оля.

                - Как интересно! Оля, расскажи!

                - Особых подробностей я уже не помню…  Короче, он сначала нашёл банки с водой. В одной из них, с надписью «мёртвая вода»,  вода на вид была очень страшная – зелёная и вонючая.  Он поймал бабкину кошку и залил ей в глотку этой воды, чтобы проверить, сдохнет она или нет. Кошка ныкалась из угла в угол, кричала-кричала и в итоге сдохла. Тогда он взял нож и вспорол ей брюхо. Ему было интересно посмотреть, что у неё от этой воды случилось.

                - Фу, какие страсти! Как такое можно слушать?  Неужели это может быть правдой? – спросила Люба с содроганием.

                - О!..  А мне почём знать? Он так рассказывал нашей матери, а она мне. Что я слышала, то и говорю. Лучше слушай дальше, я к самому интересному уже  подошла… Итак, вспорол он ей брюхо и видит, что внутри у неё всё чёрным сделалось. Тут он бабке шухер и устроил! Всё ей перебил, испоганил… Крыл её, на чём свет стоит…  Тогда бабка схватила палку от косы и побила его. Сцепились они не на жизнь, а на смерть прямо посреди двора, крик такой стоял, что на другом конце села слышно было. Сбежались соседи, концерт бесплатный послушать, они и так знали, что бабка – ведьма, а тут ещё и внук подтверждает. Вдруг на помощь бабке прибежал один мужик и тогда Сергей, схватив топор, двинул на него с топором. Пока они между собой упражнялись, бабка ментов вызвала. Сергея повязали и привезли в отделение. Там выяснилось, что он ещё несовершеннолетний, тогда его отпустили, предупредив: ещё раз – и посадим. Но бабка его выгнала, и он приехал к нам…

               Рассказав Оле о последних событиях, связанных с преднамеренным убийством  Сергея, чудом избежавшего злой участи,  Люба посмотрела в сторону Игоря, словно пытаясь найти в нём поддержку, но он был так далёк от всего происходящего, как будто находился на другой планете и ничего не слышал. Люба думала, что нашла в нём своё убежище, совсем не подозревая, что однажды это убежище  превратится в само исчадие ада…

               


               
               
               


Рецензии