Галоши

Пожилой мужчина в женских гамашах и тапочках на босу ногу, с шахматной доской под мышкой, подходит к двери соседа. Громко стучит.

Дверь приоткрывает маленькая старушка в меховой безрукавке.
- Чаго тобе, Васильевич? - шипит она.

- Мы с хозяином договорились партию сыграть, - вторит  ей шепотом нежданный гость.

- Не, ён ня може. Расстроився и спить. Иди. Другим разом сыграете.

Вечер.
Потряхивая шахматной доской,громко, нараспев, прислонившись лбом к двери, Васильевич зовет соседа:

- Яхимович, ти жив ты?

Опять старушка распахивает дверь и выразительно молчит.

- Ну, как хозяин?

- Плох.

- Совсем, али как?

- Да заходи уже.

В большой комнате на диване,закрыв глаза, и скрестив руки на груди, лежит Яхимович.

-Ты чего так - то?

-Ай, ничёга, - оживает несостоявшийся покойник.

-Играть будешь?

Старик промокает слезу замусоленным носовым платком.

- Не, я дюже расстроенный.

- Тю. Кто ж тебя так? Баба?

- Не, не баба, вернее, баба.

- Так баба или не баба?

- Нюрка с магазину.

- Господи, она ж не баба, она - скользота. Плюнь и разотри. Нашел о чем бедовать.

Потом, все – же, осторожно спрашивает:

- А, дык, чаго вона?

Старик оживляется.

- Ну, слухай. Я тады яще в дяревне под Красным жиу. По зиме, в сельсовете ряшили подарки ветеранам войны сдарить под заказ.

Пошел я в магазин, подарок собе выбирать.Деуки – продавщицы спрашивають: "Чаго тобе, дед, нада в хозяйстве? Картинки стали  разные показывать.

Смотрю я их, а сам думаю: «Зачем маёй бабе пылясос? Она половики через порог трясеть. Бяллё свое в корыте стираить.

Что там яще собирались ненужное дарить, уж и не помню.

Рассудиу: « Рязиновые сапоги - ёсь. А чуть земля подсохнить, так тяжело их ногами тягать. Галоши нужны, а их у мяне и нет».

Вот я девкам, тым, и сказал, что б на галоши записали. Они тогда хохотали и я с ними, черт старый.

Пошел  прочки с магазину, да со смеху забыл спросить, когда нада галоши получать.

Вертаюсь назад и спрашиваю:

- Когда галоши будуть? А девки, как меня опять увидели, то под прилавки попадали, смяютца, думал обоссутца.

-Приходи, дед, на праздники за галошами. И га - га - га, як гуси.

Бабе, что на галоши записався, я не сказал. А то опять начнеть свою песню гундеть:«У тобе усё, не как у людей…» Решил так: раз подарок - мне, кубыть, сам собе и хозяин.


У мае, деревня зашумела. Старуха мне говорить: "Иди, дед, проверь очередь, може подошла уже".

Пошел я в магазин. Тых девок- практиканток уже не было, поди, в город прибрались.

Нюрка – заведующая, одна за прилавком возвышается.
Увидала мяне, скривилась, в стенку смотрит и спрашивает: "Чаго тебе, Яхимович"?

Отвечаю с уважением: "Дык, очередь сверить". А яна стоить надутая такая. Потом бяреть тетрадь и давай яе листать. Туды - сюды, туды - сюды.

- Нет, тобя, дед, нигде: ни в холодильнике, ни в стиралке, ни в пылясосе. Иди, говорит, домой и спи дальше, пока царствие нябесное не проспишь. У меня – обед!


Отошел я чуток от магазина, да и крикнул  ей, что за галошами записывался. Нюрка глянула на меня в окно, а потом пальцем в своем вухе покрутила, глазы закатила, да как завязжить: "Совсем сдурел, выстариуся вконец!Замки на магазин повесила и пошла, задницей подкручивая.

Тут мяне обида и взяла. Горло как стиснула, не продыхнуть даже.

Сосед интересуется: "А когда это было?"

- В 85 годе.

- В 85 годе!  Вспомнила бабушка про первый поцалуй. По той поре обиженный и ходишь?!

Старик насупился.

- Так ты получил тогда галоши? Яхимович повернулся к стенке и замолчал.

- Ну, коли, не хочешь играть, то я пойду.

- Не получил я ничёго,- буркнул он соседу вслед.


Сжалившись над стариком, мужчина снова присел на табуретку,ткнул Яхимовича пальцем в бок.

- Слышь, чего тебе скажу. Вот, коли б немцы победили…

- Чаго бы они победили?! - старик шустро повернулся, спустил босые ноги на пол и сел.

- Я, к примеру, говорю, - если б немцы победили, то холодильников и машин не сулили, а вот галоши бы точно дали.

Яхимович хитро сощурился: "А вот, ведь, не победили ж!"
 
Потом старик как - то  мудрено скрестил руки на груди, спрятав обе  большие ладони под мышками и застыл.

Через мгновение он оттаял и командирским тоном указал соседу: " Пошто сидишь? Давай расставляй свои шашки".