Вот так новости!

 – Хочу сообщить вам неприятную новость!
 – К нам едет ревизор? – кем-то сказано  вовремя и к месту. Все засмеялись.
 – Если бы только ревизор... Хуже!- ответил  Юрий Акимович. 
         
  Мы,  пятнадцать студенток четвёртого курса иняза, группы немецкого и английского языков, заинтригованные  странной новостью,  не издав больше ни звука,  садимся на  свои места и  удивлённым взглядом буравим  куратора.   


 – Из ОблОНО пришло в деканат письмо. Ваша группа будет учиться  только четыре года, так как в сёлах не хватает учителей немецкого языка, – продолжил Юрий Акимович.
 – Ура! – заверещали мы хором, даже не подумав и не осознав, чему радуемся. – Здо-ро-во!..
 – Зря  радуетесь, – не поддержав  наши  бурные эмоции, заявил Юрий Акимович. – После пяти лет обучения вы бы стояли на двух ногах, то есть – два языка:   немецкий и английский, а так вы будете стоять на одной – только немецкий.


  Мы, наконец, уразумев слова куратора, тут же сникли, обсуждая неожиданную новость.
   
      – Всё верно. Так и будет.  А что делать? Опять за нас всё решили, даже не спросив нашего мнения.

 – После новогодних праздников вам будет предложен список школ в посёлках области. Вы должны выбрать, на своё усмотрение, подходящее место и заявить об этом в деканат.  Всем понятно?  Ну, вот… примерно так.  А сейчас продолжим урок.


  Юрий Акимович, как всегда, краток, а краткость, как известно, сестра таланта. А нам, оставшимся в «растрёпанных» чувствах, не хватает ещё и брата таланта. Какой тут может быть урок, когда мысли скакунами носятся в голове, и остановить их невозможно. Масса вопросов!..  На них нужен ответ и – сразу, 
сейчас! Наконец, долгожданный звонок прозвенел.
               

        Пишу письмо домой:
 «Мама, мы уже в июне следующего года заканчиваем обучение в институте. Сдав государственные экзамены,  едем работать в школы области, будет представлен  список  сёл. Что выбрать?  Ведь я, кроме Зилово и Бушулея, не знаю ни одной станции, ни одного посёлка.  От железнодорожных школ заявок не будет, сказали.  Получим  диплом, когда отработаем три года в селе.  Пока.  На каникулы приеду домой, обо всё поговорим.  До свидания».
 

          Ответ от мамы:
 «Аленька, здравствуй! Несколько раз прочитав твоё коротенькое письмо,  посоветовались с отцом и решили: ты, окончив институт, приедешь  к  нам в Устюг. Учителя везде нужны, и нет разницы, где ты применишь свои знания, каких детей будешь учить. Они все наши – советские. Помню, как я восемнадцатилетней  девчонкой  добиралась через всю страну с сухарями в далёкое холодное Забайкалье. Осталась без родных и близких – не к кому  было голову  приклонить. Одна-одинёшенька! Как я скучала!.. А потом война!  Голод, холод, болезни. Ты - маленькая, оставить не с кем. Бросала тебя с кем попало. А попробуй пропустить хоть один урок или опоздать – пойдёшь под суд! Не буду много расписывать, а только скажу:  «Дом уже продан, хозяйство – тоже. Вышлю денег на билет, приедешь. Твою одежду, книги отправляем багажом.
 До свидания, Аля, не скучай.  Целую,  мама".         
               
   
 Я не совсем согласна с мамой, хотя и хочется с ними  поехать. Ведь я так мечтала  посмотреть разные города! А тут такая возможность! А возьмут ли меня в школу без диплома,  поверив только на слово? Ладно, поживём – увидим. Не буду паниковать раньше времени, да и не до этого  сейчас: идёт зачётная неделя. И я должна выбрать какое-то  село. Не могу же сказать комиссии о своих хитрых планах. Меня и так уже поторапливают, и  ничего стоящего уже не осталось. Да и какая мне разница?  Ехать, значит ехать. А сомнение всё же не даёт мне покоя.   


 Читаю: Улётовский район, село  Горека.  Какое противное название! Восьмилетняя школа-интернат. Нагрузка – четырнадцать часов в неделю.  Классного  руководства  нет. И что же я там буду делать?  Да ничего я там не буду делать. «Альбина, у тебя раздвоение  личности. Ты остаёшься, наконец, или едешь? Определись всё  же»! Я часто разговариваю сама с собой: успокаиваю, заставляю, стыжу, воспитываю.


  Мой  жених,  узнав о моих планах и поняв, что я могу исчезнуть с его орбиты, делает мне предложение – выйти за него замуж.
 Вот так оборотики-поворотики! А как же Устюг?! Во время государственных экзаменов мы расписались. Значит, Горека остаётся моей Горе – кой, а Устюг мне уже не светит.


  Пришло время ехать на место назначения. Село с таким удручающим названием  примерно в двухстах  километрах от Читы.  Место красивое! За рекой стеной стоит сосновый бор!  Сосны, могучие лиственницы и основное богатство – кедр!  Круто вывернув  из-за  сопки,  Ингода  здесь широкая и спокойная, будто остановилась на отдых. Сентябрь!..  Вся эта прелесть  разукрашена  художником – природой во все цвета радуги!  Чудесная живая картина, ясно отражаясь в невозмутимых зеркальных водах реки, завораживает взгляд!  И сам становишься сентиментальным, добрым, хорошим! Весь негатив улетучивается серым облачком.  А ты стоишь, улыбаешься и насмотреться, и надышаться не можешь! 

 
  Деревня, как и многие деревни России (сужу по прочитанным книгам), бедна и грязна. На весь посёлок один  «Смешторг», мы его называем «Смехторг», школа – интернат, Управление колхоза, общественная баня и акушерский пункт. Вдоль длинной грязной улицы стоят дома и домишки, хозяйственные постройки, огороженные кривыми, местами завалившимися заборами. Коровы, овцы, лошади ходят тут же, размешивая грязь дороги. Жирные ленивые свиньи лежат в грязи, потом скребут свои бока об угол дома. Лай собак, кудахтанье кур, охрипшее «пение» петухов.  Трактора, комбайны, косилки, грабли,  телеги...  Вот такая «картина маслом»! Ужас!.. И привыкну ли я ко всему этому и надо ли привыкать?


  Школа после ремонта  чистенькая, пахнет масляной  краской. Этот запах олифы, за которой мы с мамой ездили в ШЧ станции  Зилово,  болезненно напомнил мне мою родную школу, её зелёненькие парты, крашеный охрой пол, широкие окна, на подоконниках  цветы. На стенах – алфавит, таблица умножения и карта мира.  На переменах мы играли;  например,  найти города на букву «М».  Конечно, прежде всего называли  Москва. И мы уже неплохо ориентировались по карте: знали реки,  города, моря и океаны, где север, юг, восток, запад. Скажу вам, очень даже полезное наглядное пособие!


  Здесь тоже есть печка, только у нас она была прямо в классной комнате.  На перемене, греясь возле неё, первоклассник Серёжка Авдюшев «признался  мне в любви», сказав учительнице (маме): «Лидия Васильевна, я вырасту большой,  женюсь на Вашей Альке. Вам куплю козу и шаль пуховую».  Я  со слезами на глазах, крикнула:  «Нет! Мама, я не хочу на нём  жениться! Он – дерун! (Драчун)».


  Поселили меня, как и других приезжих учителей, в «учительском доме» – пятистенка  на две квартиры. В нашей комнате с кухней  квартируют четыре  молодые  учительницы, а за стеной один молодой парень – физик. Имя его – Вальдемар!  Как же оно мне не понравилось!  Надо же!  Вальдемар!.. Два ударения в одном имени!  Откуда он взялся? Ну да Бог с ним,  не важно, какое имя,  лишь бы человек хороший был.


  Первое сентября! Начался учебный год. Нагрузка   всего четырнадцать часов в неделю. Позже ещё дадут шесть часов  труда – шить для мальчиков  фартуки. Но это позже, а пока у меня много свободного времени. Придя из школы  раньше других,  готовлю на всех обед. Сидя на ступеньках высокого крыльца, пишу планы, греюсь в ласковых осенних лучах солнышка. Частенько навещают меня загорелые, крепенькие  девочки, мои ученицы – болтушки-хохотушки. Угощают ягодой  и кедровыми орехами. Говорят, что орехов  в нынешнем году очень много.


  Осень! Хозяюшки  заняты заготовкой  впрок: солят, квасят, маринуют, варят варенья. Повсюду ароматы ягод и грибов! Мой  обострённый  нюх, как и у всех  женщин в соответствующем положении,  привёл меня в один из дворов, где  молодая хозяйка, раскрасневшаяся от жаркой печки, солит рыжики.


- Здравствуйте! Можно я побуду с Вами, посмотрю, как делаете горячий засол грибов?
– Пожалуйста,  смотрите… –  И ни слова больше.
  Я присела на стоявшую во дворе чурку и, не отрывая глаз от чистеньких толстеньких рыжиков, глотаю слюну.  Как же мне хочется съесть ну  хотя бы один! А она, не обращая на меня внимания, берёт дуршлагом  партию грибов и секунд на пять отправляет их в кипящую воду, или  рассол. Вынув, укладывает в приготовленную банку, смешивая с приправами. Разговаривать ей некогда – я так  поняла. Наслаждаюсь запахом распаренных рыжиков. Если бы знать, что мне не будет плохо от съеденного гриба, я бы  обязательно выпросила один.  Но надо помнить о человечке, который живёт под моим сердцем. Он тоже просит гриб, но ему ещё рано – как бы не навредить.  Была бы на месте этой молодухи   опытная женщина, она  без слов поняла бы  меня. А с этой  мне не повезло, да и сама я виновата. Застенчивость – мой комплекс.  Так и ушла не солоно хлебавши,  но  досыта нанюхавшись чудесного аромата!


  Иду на речку, я ещё ни разу не была там, любуюсь природой.  Я очень люблю  осень! Любую: разноцветную, солнечную, с танцем листопада;  ненастную, слякотную, с жухлыми листьями под ногами, когда и сам  тоже настраиваешься на  грустный лад.


  Перейдя по мосту на другой берег, остановилась на песчаном,  с плоскими  камушками пляже.  Наверное,  здесь молодёжь собирается летом – купаются, загорают. Как же хорошо! Пахнет рыбой, и мне сразу вспомнились гальянчики в нашей маленькой речушке. Здесь, наверное, крупная рыба водится! То там, то тут из воды выскакивают фонтанчики –  рыба ловит мошек. Бросая камешки в воду, думаю о доме. Вспомнила маму, отца, сестрёнку с братиком. Они уже в Устюге. Мама пишет, что Славка пошёл в школу. Мама пока не работает. Отец устроился работать на сплаве леса.  Река Сухона  впадает в Северную  Двину. На  высоком берегу тянутся деревни, много храмов и церквушек, а на противоположном  стоит стеной могучий сосновый бор.  Местные  мужики, по-вологодски окая,  подшучивают над отцом: «Красавца привезла Лидия Васильевна на свою родину, видимо, для улучшения  генофонда». Отец и сам  хороший шутник и  всегда найдёт, чем ответить.


  Погода отличная!  Можно искупаться, но нет купальника. Собираясь сюда, о нём я даже  не подумала. Сняв кофточку, приподняв край юбки, брожу по мелководью. Мысленно я опять дома,  уже  в  Кавекте. Захотелось поплакать.  Мечтала  самостоятельной  стать, жить своей жизнью, и вот она… Пришло это время неожиданно быстро!  Видимо, один год учёбы, украденный у нас, не дал нам как следует «вызреть».  Как  недоношенных детей, полуфабрикатов,  выпроводили  на все четыре стороны.


  Грустные мысли прервал юноша, непонятно, когда и откуда взявшийся. Словно из-под земли вырос или с небес спустился? Стройный, как молодой саженец, смуглый,  недоверчиво  смотрит  на меня. Я тоже испугана, и моё  выражение, видимо,  такое же.

  Юноша не уходит, время от времени поглядывает на меня и ловко  бросает плоские камушки в воду, да так, что, выпрыгивая, они образуют волнистые  круги.  Надев блузку,  отряхнув  юбку, беру книгу, которую я так и не начала читать, медленно удаляюсь, подумав: «Я, наверное,  мешаю ему».


  Два дня шёл дождь, но осень не спешила  покидать землю. Придя в очередной раз на речку, внимательно  смотрела,  появится ли паренёк?  Он опять оказался почти рядом и неожиданно. Может, он отсиживается в кустах?  Мне всё интересней становится его появление, и я рада видеть его! Чем он занимается? В школе  его нет, значит, он уже не школьник. Может, учится в Чите в ГПТУ?   Или приехал к бабушке, дедушке погостить? Да, на деревенского парня он не похож.  Деревенские отличаются самостоятельностью и выглядят старше своих лет. Мне хочется познакомиться с ним, поговорить. Размечталась! Прекрати! Что люди-то скажут, увидев нас вдвоём? Это же деревня! Тут такое напридумывают, за всю жизнь не отмоешься! Ты же учительница, притом немножко беременна. Муж твой в городе таксует, а ты  по воле судьбы  оказалась здесь – в  Гореке.  Иди-ка  лучше домой, Альбина, готовься к урокам.


  Бабье лето радует тёплыми, солнечными денёчками! Сегодня   издалека заметила, как юноша на велосипеде кругами катается по берегу, выделывая сложные пируэты. Увидев меня, заулыбался и кивком головы  ответил  на моё приветствие. Взгляд паренька стал открытым, приветливым. А подойти стесняется.  «Не глухонемой ли ты»?  Неожиданно мелькнувшая  мысль поразила меня как громом и молнией.


  Сегодня он, сидя на велосипеде, показывал разные трюки: то  едет, не держась за руль, а то, наклонившись корпусом назад,  на одном заднем колесе. Разогнавшись, перескакивает через валун и, резко вывернув,  возвращается, наблюдая за моей реакцией. Я громко хлопаю в ладошки, подбадривая его. Он счастлив! Он намеренно развлекает меня, хорошо понимая моё  настроение. Сколько же ему лет? Шестнадцать, пятнадцать?  Уходить не хотелось, но надо. Помахав ему рукой, сказала: «Пока, небожитель!», а он,  в ответ,  кивнув головой, оставил велосипед и поплёлся к воде,  на ходу подбирая плоские камушки.
 Я почему-то чувствовала, что вижу его в последний раз, и мне  опять стало грустно.


  Праздник "День учителя" послужил хорошей возможностью поближе  познакомиться с коллегами. Теперь по вечерам вместе  пьём чай , много говорим. Каждой девушке есть что рассказать. Без десяти минут одиннадцать лампочка, мигнув дважды, настраивает на ночной покой. Но  мы зажигаем керосиновую лампу и в романтической обстановке продолжаем бодрствовать.


– Давайте  пригласим физика чай пить. Он сегодня из города приехал. Конечно, мама напекла ему всякой всячины, – предлагает старшая из нас Валентина. Она уже третий год отрабатывает свой диплом. Мы уважаем её за трудовой подвиг и всегда прислушиваемся к её мнению. Обрадовавшись хорошей идее, уже в четыре кулачка стучим в стенку  соседу. 
  Вальдемар, иди к нам чай пить! За стеной слышится непонятный бубнёж, и уже через пару минут физик стучится в нашу дверь. Мы, вереща от радости, дружно встречаем  его, а больше всего рады кулёчку: колбаска, пирожки, варенье!  Вот это да! Вальдемар тоже рад, ведь ему скучно одному.  Нас-то четверо всё же.  Взахлёб,  беседуя на разные темы, начинаем спорить, да так, что перья летят! Наше чаепитие заканчивается "разводом".  Обидевшись, Вальдемар уходит. И почему нас дружба не берёт? Почему нет согласия?  Хорошо, что сосед зла на нас  долго не держит. В следующий раз всё происходит почти по такому же сценарию.
 И вот случилось непредвиденное!: Вальдемар перестал навещать нас. Преподавая в вечерней школе, он познакомился там с молоденькой русоволосой  доярочкой. Румяная, ну... просто кровь со сливками! Мы за него радовались. И всё же нам стало чего-то не хватать: его гостинцев что ли?
 — Не скучайте, — говорит Валентина.— Закончится уборочная, опять будет "весело."
Механизаторы будут напрашиваться в гости. Среди них есть и женатики.
 — Что?! И как ты с ними разговариваешь, как ведёшь себя?
 — Между прочим, они хорошие ребята, — не наглеют. И почти все — мои ученики в вечерней школе.
 — А вот с этого места поподробней, пожалуйста! Как в фильме "Весна на Заречной улице?
 — Да, примерно, так. Сами увидите.
 — О! Как интересно!..
 
 В один из обычных учебных дней директор приглашает меня в свой кабинет и, держа какой-то документ, читает: «Решением Министерства образования Вы переводитесь в распоряжение  ГорОНО с последующим трудоустройством по месту  жительства».


– Так что собирайтесь, Альбина Петровна. Завтра Вас увезут до Улёт. А там сами автобусом до Читы.
  Я в недоумении. Что это? Кто опять решает за меня?
– Вам не понравилось у нас? Могли бы доработать учебный-то год.  Бросаете детей!..


- В январе я уйду в декретный отпуск, надо обследоваться, а здесь нет таких условий, – вернувшись из стопора, наконец, объясняю только что придуманную причину.

      
  Директор  буравит меня взглядом, так,  что я вся съёжилась, похолодела.
      
 – Наши бабы без врачей рожают и ничего…  вон  какие деточки – залюбуешься!
         
  Я  ещё не совсем вышла из оцепенения и не нашлась что сказать.
    
 – Ладно, ладно, понимаю. Не поминайте лихом. Счастливого пути, Альбина  Петровна.


  Почти ни с кем не попрощавшись, я  уже на другой день оказалась в городе. Радости не чувствовала. Ощущалась скорее горечь от расставания с подружками и школьниками. И опять  неопределённость,  забота… Куда пойти – податься?!

  А юноша?..   – Спасибо  тебе,  мальчик!  Ты коснулся моего сердца, как  солнечный зайчик! Я буду помнить тебя и твои «блинчики» на реке.  Конечно буду скучать.  Будь счастлив, небожитель! А надо ли желать ему счастья?   Ведь он Ангел!  Ангел-хранитель! И появляется  на земле  для того, чтобы сделать людей  чуть-чуть  счастливее!
      


Рецензии