Другие миры гл7

   Ленг сидел на берегу горной речки, подтянув колени к животу. Его брат Хар, всё ещё гостивший у него, спал в пещере на разбросанной на земляном полу соломе. Это было утреннее время. Раннее утро, на небе даже ещё не появились первые солнечные лучи.
   " - Итак, я вызвался женится на уродине Хорге, чтобы завладеть княжеством её папаши Питая, что носит название Тварног, - размышлял он. - Тут должно быть положено начало нашей власти, тут должны разрушаться храмы демонов стихий. Затем, завладев первым куском земли, с помощью богов стать императором всей восточной половины Гобо. Другого выхода нет. Иначе пропадёт подвиг Хара - уничтожение Чудовища. Ведь храмы демонов стихий долгие десятилетия существуют и на западной половине, и там приносят на алтарь детей и Кулька, боровшаяся против этого с Гобо, теперь ничего не может поделать с этим. Да, я должен жениться на уродине Хорге, но почему этому так противиться моя душа? Кажется, ведь я мог бы это сделать, я бы добился этого брака не богатством, так силой, но почему мне так тягостно об этом думать, как будто моя душа погружается в ледяную пропасть? Почем, почему?"
   - Потому что этим ты оскорбишь великую Госпожу, - как из плещущейся реки услышал он голос.
   Он несмело повернул голову в сторону, откуда этот голос доносился.
   Перед ним стояла женщина - в белом платье, копна светлых волос рассыпана по плечам, прекрасная, юная, свежая, в белом лёгком платье. Этот облик был до боли знаком. Мать. Давно умершая мать, которую он не знал, но которая прежде являлась ему и давала советы.
   - О какой великой Госпоже ты говоришь, матушка? - Ленг сам не мог понять, почему он всегда робел перед этим обликом.
   - О Госпоже, что владеет силами власти, и богатства, и смерти, и ещё много чем, и разгневать её не решаются даже боги, - ответила душа Решмы.
   - Но что в этом плохого, если я женюсь на безобразной Хорге вместо Хара?
   - В том, что ты сделаешь это только по расчёту. Многие поступают так и не всегда сразу несут наказание. Вот только не стоит с этого начинать великое дело - может не сладится.
   - Но ведь этого пожелал сам бог Став!
   - Бог Став не владеет знаниями, какими располагает Золотая Звезда - наивысшее измерение. Став только предположил, что все средства хороши для спасения мира Великой Тыквы, но это не так. Нельзя спасаться любой ценой - можно попасть в ещё более опасную ловушку.
   - Если тебе что-то известно о знаниях этого самого высшего измерения, которое ты называешь Золотой Звездой, то скажи, как же тогда возможно спасти мир Великой Тыквы? Неужели он обречён? Как спасти?
   - Купи его.
   - Купить? Разве возможно купить целый мир?
   - Дахан оставил тебе в наследство почти все сокровища императора Лира, они несметны. Покупай этот мир по частям, ибо он продаётся.
   - Разве Питай продаст мне свой Тварног, если он князь этой земли?
   - Вопрос только в цене. А тебе с твоими сокровищами за ценой стоять не стоит.
   Облик Решмы начал таять - всего несколько секунд и он исчез на глазах Ленга.
   " - А ведь на самом деле, - принялся размышлять полудемон, - ведь Гобо настолько деньголюбив, что готов продать что угодно! Правда, ни у кого не было столько денег, чтобы купить всё. Ни у кого, кроме императора Лира. А теперь у меня!"
   Когда Хар пробудился, Ленг поспешил поведать брату о своём видении и тот был изумлён.
   - Ты.. Ты видел нашу общую мать, Решму? - вскричал он.
  " - И ещё раньше, - подумал с горечью Ленг, - но не могу признаться тебе в этом, потому что не уверен, что ты простишь меня за это. Ведь из-за меня больше не существует мира Болот, где прежде несли наказание грешники. Этого хотела наша мать. Боюсь, что ты всё ещё можешь неправильно меня понять."
   - Как, как она выглядела? - Хар был взволнован до предела.
   - Как и говорили жрецы, что видели её ещё при жизни - прекрасна, как богиня.
   - Она говорила с тобой? Что она тебе сказала?
   Ленг подробно пересказал брату разговор с душой Решмы. Тот слушал его и по мере этого лицо его всё больше сияло радостью и облегчением.
   - Значит, никому из нас не надо жениться на уродине Хорге! - счастливым голосом произнёс он. - Но как же наша мать говорит, что мой отец мог чего-то не знать и повелеть мне делать то, что могло бы разгневать какую-то Госпожу, которую бояться даже боги? - лицо его опять внезапно помрачнело. - Разве может мой отец, бог Став, быть неправ?
  - А почему не может? - пожал плечами Ленг. - Если боги допустили такое, что этот мир сумел захватить всего лишь один полудемон Лир и на целом материке ввести культ демонов, то почему не предположить, что эти боги не всесильны и у них нет достаточных знаний?
  - Никогда не мог подумать, что наступит время, когда я могу усомниться в правоте моего отца, - пробормотал Хар.
   - И тебе ведь сильно не хочется выполнять его волю, быть принесённым им в жертву? Тебе ведь омерзительна эта Хорга? Правда, я бы сделал это за тебя, но ведь мы можем обойтись вовсе без жертв, верно? Просто пожертвовать цветными камешками из сокровищниц Дахана - неживое и должно приноситься в жертву вместо живого.
   В тот же день они спустились в пещеру через ход у реки под скалой за тремя соснами...
   И вскоре убедились, что на материке Гобо можно было купить всё, что угодно.
   Поначалу они выкупили западную часть княжества Тварног. Питай как-то не слишком долго отказывался продать её. Во-первых, казна этого князя не была слишком богатой, а во-вторых, западная часть его княжества граничила с беспокойной западной половиной материка Гобо, с которой хоть и не воевали уже много лет, а всё-таки сохранялась беспокойная обстановка, не было полноценного мира - и всё тут.
   Территория эта называлась Ямла, она состояла всего из двух деревень, но теперь она стала отдельных княжеством, которым правили сразу два князя - князь Хар и князь Ленг.
   После этого Ленгу вновь явилась душа Решмы, объяснившая, что своё правление князья должны начать с постройки храма, которого прежде не было в мире Великой Тыквы никогда - храма Светоносного.
   - В постройке этого храма нет ничего сложного, - объясняла она. - Храм должен иметь форму параллелепипеда, и снаружи и внутри окрашен только светлым, у него должны быть большие окна, чтобы в него проникало много света. Крыша должна быть окрашена в золотой или серебряный цвет, а в середине её должна возвышаться башня, на которой был бы купол в виде половинки тыквы, как у других обычных храмов. А над куполом должен возвышаться шпиль, на котором возвышалось бы изображение огненной лилии. И в самом храме, где алтарь, должна находиться стела, а на ней - огненная лилия. Не нужно картин, статуй, изображений богов. Это храм, где будут поклоняться энергии Золотой Звезды. Это храм Светоносного.
  Братья вновь посетили горы Уш, сокровищницу Дахана и взяли оттуда драгоценных камней столько, чтобы хватило на возведение этого храма.
   А после Ленг часто ездил к пещерам Дахана и вёз, вёз, вёз сокровища, запирая их в тайниках своего жилища.
   Со временем князья отстроили для себя достойные княжеские хоромы, красота которых ничем не уступала хоромам князей более обширных и богатых земель.
   Когда Ленг вёл караван из вьючных животных с гор Уш, нагруженный драгоценными каменьями, он не боялся разбойников, что могли бы напасть на него и не брал с собой охраны. Если бы только кто-то посмел на него напасть, Ленг испепелил бы его огнём.
   И такое случалось: лихие люди перегораживали ему путь и на этом пути оставались их обгорелые кости.
   И меньше, чем за год, были отстроены и храм Светоносного, и княжеские хоромы в новообразовавшемся княжестве Ямле.
   Поначалу жрецами и адептами в храме Светоносного были сами князья.
   Но вскоре князья заслужили такое уважение своих немногочисленных подданных, что в этот храм потянулись почти все жители двух деревень этого княжества и нашлись желающие стать в нём жрецами вместо князей.
   Потому что после появления храма Светоносного Хару и Ленгу, кроме облика их матери, начали являться облики правителей Золотой Звезды и давать им советы, как следует править их землёй, чтобы она процветала и не была отнята.
   И на самом деле князья Хар и Ленг сумели так поставить экономику своей державы, что она богатела сама по себе и казна пополнялась не за счёт продажи драгоценных камней из тайников князей.
   И в Ямле появилась своя собственная, отлично вооружённая армия.
   И пополнялось население: в Ямлу перебирались жители соседних княжеств, надеясь обрести себе здесь лучшую долю.
   И всё это произошло за какие-нибудь три года.
   А после Хар и Ленг вновь раскрыли свои тайники с сокровищами и выкупили кусок пограничной земли у соседнего княжества с севера. И там тоже был выстроен храм Светоносному и проложен кусок железной дороги, тянущийся от Ямлы.
   И ещё один кусок был приобретён князьями вдоль границ южного соседнего княжества.
   А затем ещё и ещё покупали братья пограничные куски земли у княжеств, тянущиеся вдоль восточной границы на север и на юг. Князья продавали эти земли с удовольствием, не желая граничить с беспокойными западными соседями и надеясь, что армия Хара и Ленга перегородит неприятелю дорогу в глубь их княжеств, если кулькийцы, хозяйничающие на западе и те, кто перешёл на их строну, пойдут войной на восток.
   И так получилось, что в общем за восемь лет и несколько месяцев в руках Хара и Ленга оказалась вся пограничная между западом и востоком полоса от океанского побережья на севере, до океана южного. Их княжество теперь напоминало длинную змею, разделяющую материк.
   И за всё это время, скупая земли, братья производили реформы на них, касаемо религии. Каждый раз, когда им доставалась очередная часть территории, они выстраивали на новой земле храм Светоносного, а кое-где и по нескольку таких храмов, чтобы каждому было доступно посещать их и поклоняться энергии Светоносного и привлекать в мир Великой Тыквы спасительную силу Золотой Звезды.
   Братья не решились сразу запретить культ демонов стихий и отдать приказ демонтировать храмы. Это могло вызвать беспокойство народа, который всё ещё этот культ признавал. А кроме того, это были всё-таки храмы и надругаться над ними, разрушив их и запретить вот так внезапно общепризнанную религию, означало притянуть в мир Великой Тыквы полчища лей.
   Лей и без того было достаточно в мире Великой Тыквы и увеличения их количества грозило бы его концом.
   Поэтому всё началось с того, что Хар и Ленг издали только один запрет для храмов демонов стихий: приносить в жертву детей в новогодние праздники.
   Жрецы лахи проигнорировали этот запрет, как будто он ничего не значил и перед новогодними праздниками как ни в чём не бывало они снова готовились к жестоким ритуалом убийства детей.
   Однако, указом князей была создана полиция, в обязанность которой входило проследить, чтобы этот закон исполнялся, а не являлся пустым звуком.
   И почти одновременно во все храмы демонов стихий врывались толпы полицейских как раз в те минуты, когда жрецы собирались умерщвлять детей, почти все дети были спасены, а жрецы, нарушившие закон, арестованы и в последствии казнены через повешенье.
   Это вызвало бурные пересуды по всему материку Гобо: впервые некулькийцы уничтожили жрецов за ритуалы принесения в жертву детей! И, поскольку детей в храмах демонов стихий убивали на западе и сами жрецы-кулькийцы и гобойцы, а не только лахи, то взволновало это и запад Гобо. Одни были возмущены тем, что нарушены традиции из-за каких-то никому не нужных детей, у которых нет родителей, которым сама судьба приказала умереть на алтарях, теперь как бы чего не вышло, "боги" стихий могут отомстить всем; другие твердили, что жестоким обрядам должен прийти конец, а боги стихий должны довольствоваться тем, что их храмы не снесли вовсе. И последних было больше.
   - Ведь было же время, когда кулькийцы захватывали западные земли и демонтировали храмы богов стихий. И что? - рассуждали они. - Не случалось ни землетрясений, ни потопов, ни каких-то особенных засух, ни всемирных пожаров. Боги стихий ослабли, они бессильны! А мучить на алтарях невинных детей это на самом деле недоброе! И как это получилось, что сами кулькийцы, когда-то рушившие храмы богов стихий и уничтожавшие их жрецов, сами стали поклоняться им?
   Жрецы лахи негодовали по всему Гобо, они ходили по улицам всех городов материка и вели проповеди о том, что княжество Хара и Ленга - рассадник греха, они привлекают гибель для всего мира Великой Тыквы. Не даром же один из князей полудемон и лицо его, и тело покрыто густыми красными волосами и он способен вызывать огонь и сжигать людей, устраивать пожары.
   Весь Гобо уже знал о том, что князь Ленг, один из соправителей длинной пограничной земли - полудемон и о том, как он выглядит. Это пугало, но, тем не менее, его княжество было так богато и так процветало, что туда перебирались многие, преодолевая страх. И страх этот порождал уважение к Ленгу и покорность. Никто не желал перечить его воле и, допустим, устроить бунт за то, что они казнил так много жрецов лахи, попытавшихся обойти его запрет убивать на алтарях детей.
   Да, княжество Хара и Ленга процветало. В нём впервые в Гобо появились государственные приюты для детей и стариков, в то время как раньше дети-сироты или старики, у которых не было родственников, были вынуждены перебиваться милостыней и жить где попало.
  Железная дорога протянулась от южного океана к северному. Строились заводы не хуже, чем когда-то были в Кульке.
   Между тем, промышленность в самой Кульке значительно упала, как, впрочем, почти все остальные отрасли. Война, которую затеяла эта империя с целью обогатиться, только разорила её и опустила на много ступеней вниз на лестнице прогресса и процветания. Запад Гобо не подчинялся ей, те многочисленные кулькийцы, что переселились на эти земли, забыли свою родную землю и теперь чувствовали себя хозяевами чужой, отрицая власть над собой империи Кульки, которой были обязаны служить даже на расстоянии. Запад Гобо стал как бы отдельным государством с иными законами, чем в Кульке: деление на касты, которое началось было в самом начале после завоевания этой земли кулькийцами, здесь так и не прошло; рыночная экономика, которую пытались по первой уничтожить оккупанты, возродилась снова, причём, многие кулькийцы сами вошли во вкус, начав заниматься коммерцией; женщин пытались уровнять с мужчинами, причём, не только в правах, но и абсолютно во всех обязанностях, но и из этого не вышло ничего хорошего.
   А в княжестве Хара и Ленга процветало не только строительство заводов и фабрик, здесь дан был ход самым разнообразным наукам, изобретательству, искусствам. Росла и крепла армия, совершенствовалось оружие и никто не решался напасть на эту державу, чтобы поживиться её богатством, которое росло из года в год. Это государство разбогатело настолько, что многие соседи на западе и востоке просили в долг, потому что большинство княжеств Гобо так и не восстановили экономику после долгой войны.
   И Хар и Ленг давали в долг и случалось, иногда прощали долги... Но ставили условие: прощённое княжество-должник издавало закон, запрещающий приносить в жертву детей в храмах демонов стихий. И закон этот должен был не просто существовать, власти были обязаны организовать полицию, которая бы следила за точным его исполнением - с повышенной строгостью и бдительностью. А жрецы, нарушившие его, подвергались бы наказанию - ни больше и ни меньше, чем смертной казни.
   И многим князьям приходилось соглашаться на эти условия, к негодованию жрецов храмов демонов стихий. Жрецы, что отмена ритуальных принесений в жертву детей на алтарях - это только начало ослабления их власти. И они не ошибались.
   После отмены человеческих жертвоприношений Хар и Ленг начали постепенно изымать из собственности храмов демонов стихий деревни, бордели и игорные дома, обогащавшие их. Деревни, за счёт налогов и оброков с которых прежде кормились эти храмы, теперь перешли в пользование приютов для детей и стариков, а бордели и игорные дома и вовсе постепенно закрывались, уходя под запрет.
   Но самих храмов князья по-прежнему не касались, чтобы их осквернением и разрушением не вызвать в мир Великой Тыквы дополнительные полчища лей. Отныне храмы должны были существовать только за счёт подношений прихожан и мелкой торговли при храме.
   И так получилось, что к двадцати годам правления Ленга и Хара человеческие жертвоприношения были отменены на всём материке Гобо. И, поскольку князья, издавшие указ о запрете убийства детей на алтарях, поняли, что никакой мести демонов стихий это не повлекло - ни землетрясений, ни засух, ни потопов, ни прочего, осмелели и продолжили реформы. Так же, как и в княжестве Хара и Ленга они постепенно конфисковали земли, принадлежавшие храмам демонов стихий, отнимали у них бордели и игорные дома, обогащавшие их.
   Лахи, которых оказалось слишком много на востоке материка после войны с кулькийцами, особенно пострадали от этого. Если раньше их бОльшее число относилось к младшим жрецам храмов демонов стихий и они выполняли в храмах совсем мелкую незначительную работу и за это имели кров над головой, питание три раза и скромную, но одежду, то теперь и это не оказалось. Казармы при храмах, в которых ночевала эта прорва, не имея средств на ремонты, разваливались. Столовые, в которых они получали порцию пищи, вместо кормления младших жрецов три раза в день, сократила выдачу еды только раз в день, затем кормили уже не всех, а после и вовсе лишили пропитания. На все вопросы, негодования и возмущения у старших жрецов был один ответ младшим жрецам: "Правительство обездолило нас, отняв у нас земли и другие источники доходов. Нечем вас кормить, ищите себе сами, чем жить до лучших времён."
   И огромные массы лахи вняли их совету. Но, разумеется, ни в какую не желали прокормить себя честным путём, наняться на работу. Они скитались по городам и деревням, просили милостыню, притворяясь калеками, пробовали воровать, грабить тех, кто слабее, обманывать, вымогать. Молодые девушки и мальчики занимались проституцией. Голодные лахи стали настоящей проблемой для восточного Гобо.
   Но не в княжестве Хара и Ленга. Здесь полиция не теряла бдительность, за всякое преступление лахи попадали на каторгу, где либо всё же им приходилось работать на самых изнурительных работах в цепях и кандалах, вопреки запрету их богини Мамы Лахи, либо умирать.
  Поэтому в этом княжестве лахи меньше творили противозаконных дел. Большинство из них ютилось по берегам рек, где они, как могли, добывали себе пропитание. Кто-то ловил рыбу, а когда рыба плохо шла, добывали раков, лягушек и моллюсков, запекали на кострах даже пиявок, пытаясь утолить голод этим. А также расставлялись силки на птичек и диких уток. Лахи оказались непривередливы в потреблении пищи, потому что тащили в свои рты всё, что придётся: если не могли поймать птицу, не брезговали крысами и мышами; могли словить жука, ползущего по дороге и тут же съесть его, как, впрочем, поступали и с другими насекомыми, кроме ядовитых; в снедь им также шли ягоды и грибы. Этот народ бы живуч невероятно и умудрялся выкарабкиваться всего лишь на собирательстве, собирая всё подряд.
   Они были оборваны, нося на себе сплошные лоскуты вместо одёжки, кое-где разживаясь старыми тряпками - довольствовались этим, по-прежнему не считая, что следует работать, чтобы одеть себя.
   Ночлегом им служили развалины казарм при храме демонов стихий, а позже, когда казармы начали сносить, как нечто, портящее устройство городов, строили шалаши и ютились в них - даже в северных холодных краях.
   И уже не было надежды на возвращение в прошлое, да и в душах некоторых лахи начали закладываться сомнения в том, что их народ был прав, проживая столь долгое время за счёт жестокости по отношению к детям, умиравшим далеко не быстрой и лёгкой смертью на алтарях демонов. У многих возникало чувство вины, а когда оно появляется, как известно, трудно добиваться каких-то перемен к лучшему.
   И всё меньше прихожан посещало храмы демонов стихий и отдавало им что-то на пожертвования.
   Зато по всей земле Гобо уже не только в княжестве Хара и Ленга вырастали новые храмы - Светоносного. Многие княжества, видя процветания в державе этих князей и себе желали такого и пытались подражать им. И всё больше народу посещало эти храмы и творило должные ритуалы.