Призрак мятежного Ориона. 35гл

начало: http://www.proza.ru/2018/12/10/1596

*Мемуары друга публикуются с его согласия.
Фамилия ЛГ вымышлена. События реальны.

"Новому поколению подводников России в память о тех, кто погибал без боя и без славы, но честь не потерял и Присяге не изменил."

35 ГЛАВА

1.
 
Весной 1974 года произошла мощная драка в городском парке Владивостока.
«Голос Америки» окрестил те события, как попытку военного путча нэвэл кадетов.

Виктор был в эту субботу на танцах, и оказался в числе двенадцати курсантов, организовано - с ремнями на руку, отступивших без потерь, от толпы ДВВИМУшников и гражданских, до самого училища.
Тех было не меньше роты.
 
Тогда наступил предел терпения от нападков гражданской молодёжи.
Шпана поджидала и била курсантов поодиночке. Одного старшекурсника, на глазах жены, зверски избили, связали проволокой и утопили в озере Чан...Тарасика (из класса Самарина) пырнули ножом в живот.
Повезло, что лезвие оказалось коротким...зелёнкой и пластырем обошлись.
Старший курс решил достойно покончить с этим беспределом. 

***

В воскресенье, Виктор стоял в камбузном наряде, когда пришёл один третьекурсник и двое ребят с четвёртого.
Одним из них, был популярный Саша Лукьянчиков по прозвищу Лукьянчик.

- Кого-нибудь запомнил? - спросили его.
- Конечно,- ответил Виктор, думая, что попросят описать внешность главных зачинщиков.

Но они договорились с мичманом, дежурившим по камбузу и забрали его с собой.
Виктор переоделся в спортивную одежду. Страшновато было, но идти нужно.
 
В парке, на танцплощадке, Виктор ходил с ними в поиске вчерашних знакомых.
Их выдёргивали из толпы и передавали на профилактику другим, которые были сзади.
Самарина попытались, точно так же, вытащить из курсантской массы менты, но Саша с товарищами отбили его.
После этого случая, они содержательно общались до самого выпуска из училища.
 
Сашка - вылитый Есенин с пробором волос посредине, и обаятельно-бесшабашной улыбкой.
Вот только с фигуркой не повезло, её просто не было. Бегать не мог и подтягивался еле-еле на троечку.
Но это не сказывалось на внимании к нему девушек.
На танцах в курсантском клубе, он был ими обильно обвешан и нагло целован.
В дальнейшем, за низкую успеваемость и дисциплину он был сослан на Краснознамённый Черноморский флот.
 
Пили на флоте все, но не умевших в меру, наказывали вплоть до увольнения.
Со слов самаринского товарища, за этот порок и прелюбодеяния, Лукьянчик был «отторгнут от брачных уз».
В дальнейшем, отбыл по замене в Бечевинку. Есть такая, самая глухая и всеми забытая, база подводников.
Дальше ссылать было некуда...Камчатка.

2.

- «Бывшая»...Мог бы не говорить этого слова. Звучит как-то плохо, как будто БУ - бывшего употребления.
А «дзеувки» – это очень хорошие девушки по-белорусски.

Самарин продолжал любоваться своим товарищем, пожиравшим глазами брюнетку. И не мог сдержать глупого смеха от его, не менее глупого, выражения лица. Но было, по-прежнему, досадно за училищного товарища - Лукьянчика...оказавшимся «бывшим» мужем этой Пантеры. От неё сейчас не отходил симпатяга Борис.
Татьяна, однако, не отвечала взаимностью своему хамовитому кавалеру. Холодность и даже брезгливость, явно, бросались в глаза.

- Сань, по-моему, он ей надоел. Ручки свои шаловливые сует, куда не следует. Пойди-ка, разберись,- не унимался Виктор в подначках.

- Сами разберутся,- через паузу выдавил Санёк, и ещё через паузу съязвил,- А ты сам сходи, разберись!

- Я-то здесь причём? Это ты сидишь, задыхаешься. Чего от неё хочешь? Она старше твоего командира.
Тут есть мужички и посолиднее,- парировал Самарин провокацию.

Татьяна взяла кий, оглядела его, заправски обработала мелом, и хлопком ладоней побелила лицо капитан-лейтенанта Паши Жарикова - минёра опытовой лодки «СС-151». Дружный смех окружил неловкого офицера, стоящего на пути Сергеича. На пути в том смысле, что увольнение из войск ему грозило по тем же причинам.
Грамотный офицер, но из-за отсутствия перспективы, откровенно вёл себя пофигистски.
Любил подурачиться как мальчишка, и пил, с открытием магазина, рядом с причалом его лодки.

Самарин прекратил приставать к Александру и тоже увлёкся наблюдением за брюнеткой.
Он любовался красивыми волнистыми локонами длинных волос, спадающими на стол при прицеливании.
Её движения вокруг бильярдного стола, сосредоточенный взгляд оценивающий расположение шаров - всё указывало на то, что она опытный игрок.
Виктор, замирая, ловил моменты, когда ножки оголялись как можно выше, бросая боковой взгляд на Сашу.
Он тоже в эти моменты вытягивал шейку, как деревенский гусь на угрозу, и Виктор, неожиданно схамил:

- Хороша, стерва! А, Саш? Вот, ради этой красоты мы здесь!? Давай ещё по винцу, и в школу не пойдём.
Мне стало интересно.

- Ты задолбал уже. Стерва, девки...Сиди и не выступай,- огрызнулся приятель по-пацански и, забрав стаканы, направился к буфету.

Вино было явно самодельное, и с добавкой какого-то куриного помёта.
От подводнической обеденной нормы в сто грамм, Виктор, почему-то, начал веселеть.
Разглядев его среди мясистых листьев фикуса, Паша подошёл и небрежно, как тряпочку, протянул руку.

- Привет, Паша. Умойся, мел спадает,- поласкал Виктор его «кисточку» своим рукопожатием, из которого тот поторопился выскользнуть.

- А ты шляпу сними…- и Паша сделал попытку через фикус, снять с собеседника шапку.

Но Виктор блокировал его движение и оттолкнул:

- Не трожь. Иди, лучше сразись с вон той Пантерой,- и указал на брюнетку,- Посмотрю, как она тебя в порошок стирать будет.

Самарин хотел быстрее избавиться от присутствия минёра.

- Пантера? Да, пантера. Еще, какая Артемизия! Ятио мать. Я с ней один раз сыграл. Пощадил,- глядя на Татьяну, зажигался Паша.
 
Когда он выговаривал негодяйства, у него оттягивалась нижняя губа, и он становился забавным «плохишом».

- Выиграешь, коньяк с меня,- подбросил Виктор жару в его огонь желаний.

Паша кивнул, и как шут, изобразив старт мотоцикла, решительно ушёл.

***

В общежитии, офицеры приняли Самарина подчёркнуто уважительно и, прежде всего - старожил Паша.
Он там был авторитетом. Комендантша Алла, по недоразумительным вопросам, обращалась к нему за правдой и справедливостью.

Пришёл Саша с вином. Попивали с шоколадными конфетами и продолжали, как удавы, пожирать глазами только одну женщину.

- А «стерва», Сашенька, это не то, что ты думаешь. Я тоже стервец. И только потому, что с раннего детства, стремлюсь делать всё лучше других. Поэтому, выработал свой девиз по жизни: «Если быть, то быть первым».
«Стерва» - это не шлюха и не «бэ», а Первая женщина. Можно «стерва» произнести как брань, а можно с восхищением!

- Вот и восхищайся, стервец,- бросил Александр с довольной улыбкой.

3.

Виктор, действительно, поймал себя на том, что до бесстыдства увлёкся наблюдением из-за кустов.
Чтобы не выглядеть зевакой, предложил товарищу сыграть в нарды. Но бросая кости и беседуя, они всё равно заламывали шеи в сторону Королевы бильярда.
Она мастерски закатывала шары в лузы, так что Пашин коньяк грозил остаться в магазине.
Но он не был бы Жариковым, если бы не сподлил. Чего-то нашептал Татьяне и она, угрожающе по-кошачьи взглянула на Виктора. Гордо подняла голову, на глубоком вдохе раздув ноздри. Бросила кий на стол, и решительно направилась в сторону Самарина.

Паша попытался удержать Пантеру, но так и остался с протянутой рукой, и застывшей мимикой шута.
Виктору же, ничего не оставалось, кроме как подумать: «Это трындец».
При её подходе он поднялся, готовый ко всему.

- Лейтенант,- отведя рукой листья могучего растения, обратилась к нему девушка.

А затем, расставляя каждое слово:

- Должно быть стыдно. Не по-офицерски...и не по-мужски делать ставки на коньяк…
Тем более, когда другой игрок не извещён.

Внушение звучало категорично, но по ниспадающей в тональности.

Вдруг, она замолчала и уставилась в глаза Виктора.
Он тоже не мог отвести взгляд от зелёных глаз, в которых отсвечивалась лампочка светильника-бра на стене.
Они была одного роста, и стояли как два солдатика, в одном ранжире.

Виктор ощущал атаку всех глаз этого зала. Стало стыдно, и он отвёл взгляд вправо и вверх от головы Татьяны. Оправдался, как мог:

- Да. Согласен. Что толку извиняться…Учту на будущее.

- А ты не лейтенант Самарин, случайно? - она за мизерную паузу сменила тон, и гневное выражение лица на тихий удивлённый восторг.

- Да, это он,- вдруг, неожиданно опередил самаринский ответ, Саша.

Все одновременно повернули головы на него.

- Лейтенант, пересядь, пожалуйста, за другой столик. А мы с твоим другом пообщаемся,- отшила Татьяна своего воздыхателя, и села на его место.

Теперь фикус стал бесполезным, и надо было быстренько что-то говорить, чтобы не казаться нокаутируемым:

- Мы где-то встречались? - Виктор получше разглядел её красивые длинные ресницы, когда она прикрыла глаза.

- Во-первых, даже в шапке ты похож на отличника БП и ПП с первого этажа. Там на доске твоё фото.
А во-вторых, Балаклава маленькая, и если то, что не долетело до Севастополя и Москвы, то разнеслось здесь. Твою фамилию разве что глухой не слышал,- её голос становился глуше и мягче,- Я была в лазарете, когда тебя привезли. Кроме этих голубых глаз и губ, ничего не было, что вижу сейчас.

Татьяна покрутила пальцем вокруг лица, сделала паузу...и положила свою руку поверх руки Виктора:

- Быстро ты поднялся. Врач Игорь Петров - мой сосед. Я первое время, каждый день справлялась о здоровье лейтенанта Самарина, - она стала проще и дистанция сократилась.

Виктор сильно смутился от её красоты и тепла, испачканной мелом руки...и от своего внешнего вида в шапке, натянутой на уши. Куда девалась недавняя дерзость и бесшабашность!? Непроизвольно перевернул свою кисть, и взял её руку в свою ладонь. Помолчали секунды. Самарин отвёл взгляд в холл:

- Спасибо, Татьяна...Как меня привезли, я плохо помню. Можно сказать, вообще не помню. Спал,- и снова окунулся в её зелёные лучистые глаза.

Осмотрев холл через защитный фикусовый лист, Самарин понял, что злобный Борис порывается подойти к ним. Но Паша его сдерживает, явно веря, что выиграл коньяк.

- Кажется, Ваш кавалер желает поскандалить, - предупредил он тихо Татьяну, но она даже не отреагировала.
Не хотелось отпускать её руку, и он положил сверху свою ладонь.

- Был кавалер, да весь вышел. Борис Сергеевич - мой бывший муж. При мне он ничего не посмеет.

Сейчас она совсем не та, что была в игре или в разговоре с Пашей.
Но, не ощущала угрозы явного назревающего скандала. Самарин же, боковым зрением видел и слышал, как Паша уже всерьёз противодействует агрессии Бориса.

«Обана...- подумал он,- Лукьянчиков Саша...теперь ещё этот Борис Сергеевич…Уже многовато для одной молодой женщины. И чего «бывший №2» так бесится?»

- Всё-таки. Если он подойдёт, то прошу Вас не лишать меня, в данном случае поступить по-мужски. Хорошо? - выговорил Виктор, глядя в зал.

- Хорошо, лейтенант Самарин. Встречаемся на площади,- прозвучало уже как приказ.

_______________________________________

Мои стихотворения по теме «Призрак»

1.

Про эту драку помнят старожилы,
И давности не истекает срок.
Но все остались, слава Богу, живы.
Семидесятые. Весна. Владивосток.

Он был одним из двадцати курсантов.
С ремнём в руке, спасаясь от толпы,
Успешно...отступал - без вариантов,
До самой заградительной черты.

В Союзе снова «путч нэвэл кадетов»
Передавали вражеские СМИ.
На сто вопросов не было ответов:
Что же творилось с этими людьми?

2.

За что такая ненависть к ребятам?
Ножи, да цепи у шпаны в ходу.
«Кадеты» только в том и виноваты,
Что нравятся девчонкам, на беду.

Решив покончить с этим беспределом,
Собрались местной шайке дать отпор.
Поддерживает дух стальное тело.
На танцах в парке был объявлен сбор.

Но, не у всех играет в мышцах сила.
Лукьянчик был насмешлив и красив.
Конечно, слаб курсантов заводила,
Зато...какой о нём создали миф!

3.

Красавчик внешне - вылитый Есенин,
Характер вздорный, этим и хорош,
Такой же разухабисто - весенний.
Что с шалопая этого возьмёшь?

За это был и сослан на Камчатку.
В семейной жизни тоже не везло.
Хотя, с женою он «попал в десятку»,
Скорее, это - чёрта ремесло.

Ах, стерва! Королева бильярда.
Как можно объяснить судьбы каприз,
Что встретится она, в пылу азарта,
Женатому мужчине...словно, приз.

***

Коробит слово «бывшая» Викто'ра,
Но задурманил плен зелёных глаз.
Не в силах удержаться от напора,
Готов каприз исполнить, как приказ.

*коллаж автора, на фото ПЛ С-37
*продолжение: http://www.proza.ru/2019/01/28/1092


Рецензии
Эту шпану с ножичками(перьями) и шкворнями ( металлическими прутами) в те времена презрительно звали "бакланами", а 206-ю статью УК (хулиганство), бакланкой.В зонах их блатные не любили и делали "шнырями"(что-то, вроде рабов).
И эта мерзапакость совершенно не имела мозгов и не думала о последствиях своего "бакланства". По стране свершались целые побоища, где именно курсанты военных училищ были единственной силой,которая могла им противостоять, поскольку курсанов окружала круговая военная порука и особая сполочённость, чего не было, к сожалению, в гражданских ВУЗ-ах, где несчастных студентов колотили и в стройотрядах, и в колхозах на картошке. Кроме того, никто, кроме курсантов или солдат не обладал таким диковинным искусством "мотать" ремень и драться им, причём бить бляхами да прямо по мерзкой морде, отчего в неё впечатывались звезда или якорь.К сожалению, свершенные при подобных массовых драках убийства или тяжкие увечья, весьма часто оставались нераскрытыми, ибо очень трудно было определить, в чьей руке находился нож или отвёртка, а, тем паче - найти орудие убийства.Всё это были признаки болезни нашего общества.
Очень интересно, Ольга, я под впечатлением.

Леонид Тиликин   07.05.2019 22:01     Заявить о нарушении
Это вы интересно написали, Леонид! А курсантов ещё звали каратистами, владели борьбой.
Так что, постоять за себя могли.

Ольга Шельпякова   07.05.2019 22:05   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.