Глава 3. Кавказский фронт

    В 1912 году Иосиф, Пиня и Рахель увлеклись идеями сионизма.Они уехали из России в Палестину, находившуюся тогда под властью турецкой Османской Империи.

    1 августа 1914 года Германская империя объявила Российской империи войну. В этот день Россия вступила в мировой конфликт, который ее участники называли Великой войной или Большой войной. Турция, в союзе с Центральными державами (Германией, Австро-Венгрией и Болгарией), вступила в войну против России и других держав Антанты. Поводом к началу войны стало убийство в сербском городе Сараево австрийского престолонаследника эрцгерцога Франца Фердинанда и его супруги, совершённое 28 июня 1914 года сербским студентом Гаврилой Принципом. 10 июля Австро-Венгрия предъявила Сербии ультиматум, а 15 июля объявила ей войну и подвергла бомбардировке Белград. Российское правительство немедленно заявило, что не допустит оккупации славянского государства, и уже 31 июля в Российской империи началась мобилизация. Германия в ультимативной форме потребовала ее прекратить, заявив, что в противном случае объявит России войну, что и произошло на следующий день.(6)

    Начало Первой мировой войны было отмечено небывалым всплеском патриотизма в России. Улицы Петербурга каждый день заполнялись многолюдными, насчитывавшими десятки тысяч человек процессиями. С национальными флагами России и стран-союзников, с иконами и пением гимна, шествия завершались лишь глубокой ночью. “Да здравствует Сербия и ее армия!”, “Долой швабов!”, “Долой лоскутную империю!” — с подобными криками толпы направлялись в первую очередь к сербскому посольству на Фурштадтской улице. Картину “общенационального единения” эффектно дополнила манифестация петербургских евреев. Около 20 тысяч человек “верноподданно” встали на колени перед Зимним дворцом, а затем отправилась к памятнику Александру III на Знаменской площади, где синодальный хор исполнил еврейскую молитву об упокоении души императора. Еврейские манифестации с портретами Николая II и свитками Торы прошли во многих городах России.
     В Одессе, после неожиданно доброжелательной встречи патриотического еврейского шествия и демонстрации “союзников”-черносотенцев со скандально известным депутатом Государственной думы В. М. Пуришкевичем, парламентарий разразился сенсационным заявлением: “Все то, что я говорил и думал до сих пор о евреях, есть ложь и заблуждение. Все свои слова я беру назад. В эти исторические дни я убедился, что евреи — такие же верноподданные Русского Государя, как и мы сами”(7)

    В Соколовке проживало около трех еврейских семей. Учитывая их оторванность от еврейской общины и окружение на удивление дружественными и доброжелательными украинскими и польскими (почти полностью украинизированными) соседями, они значительно ассимилировали. Интересно, что люди в разных селах значительно отличались своей культурой и нравом. Например, в Тарнавке(современное название Терновка) народец был довольно пакостный и воровской.

    Семья Арончика ничем не отличалась от соседей. В конюшне стояли две лошади, в хлеву мирно жевала сено корова, повизгивали поросята. На улице Арончика кликали Андрюхой, только друзья детства по-прежнему звали его Арончик. Отношения с односельчанами были тёплые, на добро отвечали добром.

     Вскоре нескольких друзей Арончика мобилизовали на германский фронт. Арончик пошёл добровольно на призывной пункт, чтобы воевать вместе с друзьями. Рослый крепкий Андрей Яковлевич очень понравился фельдфебелю. Писарь начал записывать его:" Андрей Яковлевич". Дошло до фамилии, писарь никак не мог толком понять фамилию, пришлось повторять несколько раз.

   "Это что за фамилия такая немецкая?"- пробормотал фельдфебель.
Его расположение к Андрею Яковлевичу явно изменилось.
   "На  Кавказский фронт",- скомандовал фельдфебель.

    Так Андрей оказался на Кавказском фронте.
Русско-турецкий (Кавказский) фронт был протяженностью в 720 километров, простирался от Черного моря до озера Урмия. Но надо иметь в виду важнейшую особенность Кавказского театра военных действий – в отличие от Европейских фронтов, здесь не было сплошной линии окопов, рвов, заграждений, боевые действия сосредотачивались вдоль узких трактов, перевалов, часто козьих троп.
     Турецкий план операций на Кавказском фронте, разработанный под руководством военного министра Турции Энвера-паши и одобренный германскими военными специалистами, предусматривал осуществить вторжение турецких войск в Закавказье с флангов через район Батума и Иранский Азербайджан, с последующим окружением и уничтожением русских войск. Турки рассчитывали уже к началу 1915 года захватить все Закавказье и отбросить русские войска за Кавказский горный хребет.(8) Энвер-паша, фактический правитель Турции и большой авантюрист, мечтал не просто захватить Закавказье вплоть до Баку, но и поднять восстание мусульман на Волге и в западной Сибири. Он лично, несмотря на трудную дорогу, прибыл на театр военных действий и командовал войсками, отстраняя усомнившихся в его гениальных идеях офицеров.

      Но Кавказская армия захватила стратегическую инициативу и не упускала её в течение всей войны. После завершения операции 17 января 1915 года русские овладели городом Тавриз, а в феврале – марте изгнали противника из Чохорского края. Война шла на территории противника. В апреле – мае в ходе Ванской операции был разгромлен корпус Халил-бея и заняты ключевые позиции в турецкой Армении.    Летние бои не дали ни одной стороне существенных преимуществ, хотя русским удалось хоть немного сократить линию фронта и обеспечить левый фланг, прикрытый большим озером Ван. И потому русские войска уже собирались спокойно зимовать. Благо фронт простирался от Чёрного моря до Тегерана, а резервов для активных боёв не хватало — другие фронты, далеко на западе, постоянно высасывали все подкрепления. Туда же из Тифлисского арсенала и Карсской крепости отправляли миллионы патронов.

     Турки долгое время собирали силы после поражений у Сарыкамыша и летних боёв. Но с началом эвакуации британцев и французов с полуострова Галлиполи у турок освобождалось множество лучших дивизий — опытные солдаты, уже познавшие вкус победы над лучшими войсками. Догадаться, куда теперь они направятся, было нетрудно — на Кавказский фронт.
    
    О грядущей эвакуации союзников русские узнали во второй половине октября. Вариантов дальнейших действий у русского командования было немного. Вариант первый — пассивно дожидаться прибытия свежих частей противника и надеяться их как-то удержать на и без того растянутом фронте. Вариант второй — постараться разбить имеющиеся на фронте турецкие войска, причём непременно до прихода к ним подкреплений. И не просто оттеснить противника, а разгромить его. На бои отводился январь, ещё месяц войска бы отдыхали — ожидая прибытия свежих турецких войск в марте.
     Важнейшим городом, символом и столицей края был Эрзерум, лежащий на пересечении старинных дорог — от Чёрного моря к Персии и от турецкой провинции Анатолии на Кавказ. Русские войска уже не раз брали Эрзерум. Сначала под командованием Паскевича в 1829 году — чему был свидетелем Пушкин. В Крымскую войну русские войска взяли считавшуюся неприступной крепость Карс, но до Эрзерума не дошли. Затем город занимали в 1878 году — после очередной русско-турецкой войны. И вот теперь русской армии снова предстояло пробиваться к древнему городу.
     Все главные коммуникации между провинциями азиатской Турции – Анатолии, Сирии и Месопотамии – сходились на Эрзерумской равнине. Она как замок запирала армянский театр военных действий, а ключом от этого замка служил Эрзерум. Модернизированная немцами в конце XIX века горная крепость с более чем 700 орудиями имела незамкнутую линию укреплений. Самой мощной считалась Деве-Бойнская позиция. Немцы усилили её двумя фортами на севере, Кара-Тюбек и Тафта, и двумя на юге. План Н. Н. Юденича заключался в том, чтобы зайти в тыл по кратчайшему Ольтинскому направлению через Кепри-кей.

    Андрей воевал в составе Первого Кавказского армейского корпуса. Перед наступлением на Эрзерум был сформирован штурмовой отряд из добровольцев под началом подполковника Пирумова, в который попал и Андрей.

    Андрей получил комплект зимнего обмундирования: теплые портянки, валенки для ночлега, короткий, не стеснявший движений, полушубок, стёганые шаровары, папаху с отгибающимся назатыльником, белый маскировочный халат и чехол на шапку. Он с интересом рассматривал солнцезащитные очки, которыми были снабжены все солдаты его части. В поход выступили поздним вечером. Андрей в полной экипировке, за плечами карабин Мосина,вещмешок и сверху два полена. Каждый должен был нести по два полена для обогрева на ночлегах, для переправ через ручьи наступавшие роты запаслись толстыми досками и жердями.

    Местность, где предстояло воевать, даже в военных трудах описывалась в духе приключенческих романов — суровый, «необычайно дикий» край, с глубокими мрачными ущельями, нередко сплетающимися в настоящий лабиринт. Дорог в европейском понимании этого слова практически не было. По большинству горных троп могли пройти без подготовки лишь пешеходы и навьюченные животные — но не колёсные повозки и тем более не современный транспорт. Зимой глубокий снег и морозы добавляли трудностей стратегам. Экзотическими, но сравнительно удобными даже в зимнее время путями служили «топ-иолы» («пушечные дороги» на турецком) — водоразделы речных бассейнов.

     Поскольку фланги турок упирались в труднопроходимые горные районы, командующий Кавказской армией генерал Николай Юденич выбрал местом главного удара центр турецких позиций в направлении на село Кепри-кей и одноименный мост. Этот мост соединял берега Аракса, и к нему сходились почти все дороги Панкисской долины, где размещались основные силы турок. В теории прорыв к мосту позволял бы отсечь и уничтожить почти всю армию противника. Первые атаки на других направлениях должны были отвлечь внимание турок, а затем совершался главный удар 4-й дивизией — чуть севернее кратчайшего пути к Эрзеруму. Там турки не ожидали бы наступления.

     Время начала операции было выбрано под Новый год и Рождество (28 декабря по старому стилю, 10 января — по новому). Согласно замыслу, именно в это время турки меньше всего ожидали бы наступления русских войск.

     К месту удара скрытно, по ночам, стягивались войска. Русские смогли собрать около 75 000 солдат, которым противостояло 60 000 турок. На главных направлениях у русских было вдвое больше артиллерии — 235 орудий против 100. Несмотря на чудовищный кризис вооружения 1915 года, общий для всех воюющих стран, Кавказский фронт смогли обеспечить десятью самолётами и 150 грузовиками. Не менее важно и то, что бойцов снабдили кожаными сапогами, тёплыми портянками, валенками, а также зимней одеждой — полушубками, ватными шароварами, папахами, рукавицами и шинелями.  На случай обморожения части имели запас сала, для защиты глаз от яркого солнечного света, отражающегося от снега и льда — очки-консервы.

     Для переправы через неглубокие зимой ручьи и реки наступающие части должны были иметь толстые жерди или доски — чтобы бойцы не замочили в мороз ноги. Жизненно важные зимой дрова в пустынной местности подвозили верблюды, плюс каждый боец должен был нести по два полена. Была тайно проложена новая сеть телеграфной и телефонной связи, а также сеть метеостанций. Не только турки, но и свои войска до последнего момента не подозревали о грядущем наступлении. Узнав о нём, солдаты и офицеры понимали, что предстоят тяжёлые бои — турецкие позиции было практически невозможно взять одним ударом. Однако настроение у всех было приподнятое и деловое. Численность отдельных полков была доведена до 5500 человек.

     С рассветом 11 января русские части перешли в наступление. Первые окопы благодаря внезапности были захвачены легко, но затем начались упорнейшие бои. Наступающие резали проволоку и висли на ней под огнём пулемётов, кидали гранаты и сами получали их в ответ. Пулемёты стреляли даже по одиночным солдатам, поэтому пулемётчиков нередко убивали врукопашную. Для разрушения турецких башен на горе Гей-даг не хватало тяжёлых гаубиц, но подвести их по горам без расчистки дорог было очень сложно. Укрыться от вражеского «огневого ада» было негде, поэтому войска несли большие потери. Только 155-й Кубaнский полк потерял с 12 по 14 января более 20 офицеров и 1700 солдат, 153-й Бакинский — более половины офицеров и 2000 солдат за два дня. Турки постоянно переходили в контратаки, в итоге уже 13 января бросив в бой все наличные силы. Настало время решительного удара.При начале штурма Юденич решил нанести основной удар ночью, когда психологическая устойчивость турецких солдат к бою сильно слабеет.

     В 23 часа русские войска пошли на штурм вражеских позиций. За сутки ожесточённого боя, русские войска захватили северную часть Гурджибогазского прохода и форт Далан-гез.

     Турецкий форт Далан-гез захватил штурмовой отряд Андрея. Начался кровавый бой за форт. На рассвете 1 февраля турецкие войска пошли в контратаку, сосредоточив на этом участке до 100 орудий. Защитники форта были отрезаны от своих, и у них стали заканчиваться боеприпасы. Пять турецких атак отбили ружейно-пулеметным огнем. Шестую атаку отбили в рукопашном бою, штыками и прикладами. Перед седьмой атакой османских войск в строй встали даже раненые, врага снова отразили в штыковом бою. Восьмая турецкая атака могла стать последней. Тогда Андрей под вражеским огнем, в вечерних сумерках пробрался к основным силам и на ослах подвез боеприпасы. Турецкую атаку отбили. Из 1400 солдат и командиров героического 153-го пехотного полка оборонявшего форт, в строю осталось всего около 300 бойцов, да и то большинство были ранены. Ночью гарнизон форта усилили, раненых вывезли. Андрей был ранен в ногу. В результате этого ранения он начал хромать и пользоваться при ходьбе тростью.

--------------------------------
(6) https://eadaily.com/ru/news/&- vstupila-v-pervuyu-mirovuyu-voynu
(7) http://magazines.russ.ru/zvezda/2009/9/ar11.html
(8) https://topwar.ru/2745-kavkazskij-& pervuyu-mirovuyu-vojnu-chast-2.html


Рецензии