Призрак мятежного Ориона. 38-39 гл

начало: http://www.proza.ru/2018/12/10/1596
предыдущее: http://www.proza.ru/2019/01/30/1905

*Мемуары друга публикуются с его согласия.
Фамилия ЛГ вымышлена. События реальны.

«Новому поколению подводников России в память о тех,
кто погибал без боя и без славы,
но честь не потерял и Присяге не изменил.»

38 ГЛАВА

1.

- В нашем училище Балтика и Чёрное море являются бесперспективными, - начал Виктор свой рассказ, - На флоте так говорят: Северный флот – современный флот; Тихоокеанский флот – тоже флот; Балтийский флот – бывший флот; а Черноморский флот – чи флот, чи ни флот.
 Учился я хорошо. Пришёл новый НачПо-солдафон, считавший нас стройбатовцами, как раз в период, когда мы готовились и сдавали выпускной экзамен по марксистско-ленинской теории…

Татьяна закивала, подсказав, уткнувшись в воротник шубы: «Научный коммунизм. Как и у нас…».

- Да...Мои земляки, с первого класса роты, отмечали в каюте успех экзамена, а я в это время дежурным был. Дневальными стояли на входе младшекурссники. К нам никогда никто не ходил с проверками. Но не был бы я Самариным…В общем, выпил со своими земляками грамм сто. Устроился в «Ленкомнате» на двух ножках стула. Придавил себя большим столом - мне так нравилось. Смотрю телевизор спиной к входу...А тут НачПО поднимается по трапу и, пальцем к губам, показывает дневальному, мол, команду «Смирно» не подавать. Тихо подошёл сзади и потянул спинку стула. Я грохнулся с бляканьем, поднимаю фуражку и встал перед НачПО нос к носу.«Смирно» крикнул и начал докладывать, но он дал отмашку:

«Фу, товарищ дежурный. Пьёте, так хотя бы закусывайте, что ли»,- и попросил показать порядок в помещениях.

Я его повёл в конец коридора, что бы мужики успели как-то приготовиться к его осмотру или разбежаться. Но проверяющий сообразил и стал прислушиваться. Потом спрашивает: «А в каких каютах живут сегодняшние герои… ну, которые экзамены сдали».

Я ответил, что почти все ушли в город по домам, но он всё равно настоял. Зато моё «Смирно» и оттяжка сработали. Ребята быстро всё смели со стола, и с «голым торсом» в штанах под одеяла прыгнули. Окно открыто, свет выключен. НачПО попросил включить свет и стал обнюхивать спящих. Смешно было смотреть, как он, вытягивая шею, и на цыпочках до второго яруса дотягивался. А все лежат лицом к стенке…

Татьяна вспрыснула от смеха:
«Тьфу, какой кошмар! Вы же завтра уже офицерские погоны нацепите! Чудак какой то…».

- Ну, и продолжаю. Обшарил шкафы и ниши, даже под койки заглядывал, но ничего не нашёл. Они, оказывается, в окно на склон с травой всё выбросили…

Виктора перебил её откровенный смех!

- Он смотрит на меня снизу вверх, чувствуя, что опарафинился и говорит:
«Пусть…бойцы отдыхают…ещё двадцати часов нет, а они отдыхают!? Пусть...отдыхают. С Вами отдельно разберёмся, товарищ главный старшина. С дежурства снимаю. Доложите начальнику курса». И ушёл. Мужики с хохотом поднялись, достали из шхер запасы...продолжили. Нарукавную повязку дежурного я выбросил, с досады, в окно и расстроился. Земляк мой - Валера Петров отправил дневального за повязкой, успокаивал, мол, все уже распределены, и ничего кроме внушений уже не будет.

***

На следующий день, Валера и второй земляк зашли с водкой в мою каюту.
Дверь подпёрли шваброй и только-только разлили по полстакана, как стук «семёрочкой» в дверь: «дай-дай-за-ку-рить». Это означает позывной, вроде как «свой». Я со стаканом в руке открыл дверь, а это опять НачПО, начальник курса и ещё кто-то.

- Что это? - спрашивает он, заглянув в каюту, и протянул руку к стакану.
- Вода,- отвечаю с улыбкой «а-ля, привет, Вася» и демонстративно выпил, не морщась.
- Ну, правильно. Зачем добру пропадать,- вставила Татьяна, и они расхохотались вместе!
- Он взял из рук стакан, изобразил смачный комиссарский нюх, и передал нашему начкурса: «На, понюхай. Говоришь отличник!? Некого на ЧФ отправить!?
Вот его и отправляем. Готовь документы, командир роты». Вот так...- остановился Самарин, поймал разочарованный взгляд Татьяны, и продолжил:

- Я потом его убедил, что в Дунае, это посёлок меньше Балаклавы в десять раз, меня ждут на ракетной лодке «К-70» сразу на майорскую должность. Он согласился, но с условием. За меня на ЧФ кто-нибудь другой пойдёт. Убеждал всех, что Чёрное море - это персики, виноград… всё, что деткам нужно. Но никто не клюнул.
Потом в кадрах меня успокоили, что назначат в Севастополе в экипаж новостроящейся лодки для ТОФа. Остальное уже рассказывал.
- Ничего, лейтенант. Верю, быть тебе командиром, и дальше пойдёшь с волками выть, если конечно, захочешь.
И всё-таки, сначала страшно было на «пьяной лодке»? Только честно,- спросила Таня серьёзно.
- Татьяна, во-первых, прошу не называть «триста сорок восьмую» пьяной лодкой, - попросил Самарин, -
А во-вторых, мы в училище проходили на разных лодках практики и стажировки. Сначала там пообтерся.

2.

Попал, перед свадьбой, на легендарную гвардейскую ракетную атомную подводную лодку «К-56».
В семьдесят третьем году она получила приличную пробоину при столкновении с гидрографом «Академик Берг». Погибло много офицеров во втором отсеке. В первом спаслись в воздушной подушке. Лодка шла на экспериментальную стрельбу крылатыми ракетами с доразведкой. Кроме штатных офицеров были ещё офицеры штабов и контролёры. После восстановительного ремонта она всё равно «фонила».
Говорят, от мощного удара и выброса на мель была повреждена защита контуров охлаждения реакторов. Практически все карманные радиационные дозиметры при возвращении отбивали перебор. То есть, облучение превышало норму.
Я успешно сдавал зачёты и командир хотел меня забрать к себе - начальник РТС в академию планировался. Но больше мне приходилось контактировать с командиром БЧ-2, ракетчиком. Так как, я хорошо работал на планшете «Ш-26» по определению элементов движения целей, он меня в своей смене пригрел на БИПе.
Это боевой информационный пост для...

Здесь, Татьяна слегка дернула Самарина за рукав:

- Я знаю, что это такое, Сашка объяснял.
-…Хорошо. Иногда, «покровитель» брал меня к себе домой помочь с ремонтом в квартире. Его все называли «Дед». Пил мужик, практически, не скрываясь, но уважали и как человека, и как офицера, и особенно как специалиста. Ему равных не было - флагман даже в лодку не спускался с проверками. Ценили и покрывали. Только жену боялся, любил очень сильно. После обеда не пил, если на сход идти.
И вот, однажды, вышли на ракетную стрельбу с командиром дивизии, адмиралом, штабом и заводчанами. На разборе стрельбы в Центральном по нему замечания звучали, примерно, так: «Команды подавал матом, и не в той последовательности.»

Татьяна расхохоталась, как девчонка, и даже закашлялась! Пришлось Самарину постучать по её спине.

- Ну, так дальше…Дед расстроился и затащил меня в свою каптёрку на нижней палубе ракетного отсека.
Открыл бидон со спиртом, и мы из чарки, которая внутри на цепочке болталась, выпили «шила».

Она опять рассмеялась и замахала руками:

- Знаю, знаю! Спиртика хлебанули,- бросила она сквозь смех,- Ну скажите, пожалуйста, какие мы ранимые.
В море, да ещё при начальниках, хлещете. Извини, продолжай, пожалуйста.
- После второй, он говорит: «Пойдём, студент, покурим.»
А я растерялся, курилок-то нет на старых лодках. Он меня успокоил: «Не бзди, Самарин. Мы с механиком всё обустроили. Там герметично и кроме нас никто не появляется». Так, скрытно мы оказались в овальной зоне РБ реакторного отсека. Зашли, задраились и ничего. Никакая сигнализация не сработала. Сели на корточки под смотровым иллюминатором, прикурили «Беломорканал», и опять ничего. Дед угадал мои непонятки: «Студент, я же сказал - мы сделали всё как надо. Где-то ваткой, где-то проводками».
Сижу и переживаю: «Ты,- думаю,- Старый болван, весь седой, а такой ерундой занимаешься. Тебе хорошо, детей наплодил и трава не расти. У меня свадьба в августе, а здесь куча нейтрончиков и протончиков летает.
Эта кинематика не в потенциальную, а в импотенциальную энергию превратится».
И быстро, одну затяжку за другой, как перед смертью. Он опять уловил мои мысли и снова успокоил:
«Студент, кури спокойно, а то не накуришься. Не переживай. Я своей, как вставлю… так светится. Заметь, до сих пор…Кури спокойно.»

Таня, в смехе, слегка ударила рассказчика по коленке: «Да ну тебя, студент».

- Вдруг, сигнал «аварийной тревоги» - продолжил Виктор.

Женщина отшатнулась, и прикрыла рукой ротик, выбросивший эмоционально на вдохе «А-аа..»

- Он чертыхнулся: «Сиди,- говорит,- вдвоём не успеем». А самого, только и видел, как ветром сдуло. Сижу - весь на дерьмо исхожу. Лампочки помигали - помигали и отключились, только аварийное освещение осталось. Страшно стало. Ничего же не слышу. А главное в полной изоляции и двери заблокировало…дёрнулся, но не получилось.

***

«…Всё, как надо…» - вспомнил. Почему-то, холодно стало. По подволоку мутный дымок стелется, но не от папирос конечно, но и без запаха. Обречённо махнул рукой, сел на корточки, закурил свой «Беломор»...Завтра день рожденья...Командир отказал во Владивосток к невесте съездить: «Ездил уже,- говорит,- Хватит. На стрельбу пойдёшь, учиться будешь».
Я постеснялся сказать о своём дне рождения, а до этого ездил на её день рождения. Смотрю на парок, потираю себя от холода, а сам думаю: «Трындец тебе Самарин. Отвоевался. Облысеешь - это в лучшем случае, а так может, и свадьбу отменять придётся или ещё хуже…»

На этом месте, он стал смеяться над собой, а Татьяна, опять, по ноге ударила:

- Лейтенант. Ты чего смеёшься? Ненормальный что ли? Оно может позже проявиться,- огромные зелёные с искоркой глаза, видимо, впервые увидели, действительно ненормального.
- Всё нормально. Жена беременна, чего ещё надо. Вот только, позже, замучили обследованиями...
и на атомоходы стал непригодным. Понял, что нельзя безумно рисковать - фактор случайности всегда присутствует,- закончил Виктор свой рассказ.

Она помолчала, потом грустно и красиво спела неизвестную Самарину песню:

«Мы идём широкими полями, на восходе утренних лучей.
Мы идём на бой с большевиками за свободу Родины своей.
Марш вперёд железными рядами в бой за Русь, за наш народ!
Только смелость двигает горами, только смелость города берёт!
Только смелость двигает горами, только смелость города берёт!».

- Смелость, бесстрашие, долг, честь, совесть…- это далеко не каждому дано или нужно.
Трудно тебе будет по жизни, Самарин. Мальчишка ты ещё совсем. Всё у тебя просто.

_______________________________________

Мои стихотворения по теме «Призрак»

1.

Флот Северный считают современным.
А Тихоокеанский... тоже флот.
Балтийский - бывший, из-за перемены.
Флот Черноморский - есть «чи ни» оплот?

Считался он тогда бесперспективным.
Выпускникам училища - бедой,
Хоть, напевали разные мотивы
Про сад с черешней, девой молодой.

Успешно сдал экзамены Самарин.
Отличник, гордость курса, молодец!
И на дежурстве, отмечал, в ударе,
С товарищами... тут пришёл конец.

2.

НачПО явился, вовремя, с проверкой.
Всех перенюхал, кто был «подшофе».
Открылась лейтенанту «рая» дверка:
Был прямиком отправлен на ЧФ.

Он прибыл в легендарный Севастополь.
Где, перед самой свадьбой, он попал,
На атомной подлодке, снова в штопор.
Виною - «шила» кружечка-бокал.

После второй, ракетчик (прозван Дедом),
В реакторный отсек пошёл курить.
Викто'р, конечно, потянулся следом.
Задраились. Но, что ни говори...

3.

Переживает, словно перед смертью,
Быстрей одну затяжку за другой.
Вдруг, «аварийная тревога» жгучей плетью!
Ракетчика смахнуло, как рукой.

Сидит один, при тусклом освещении.
По подволоку стелется дымок...
И вспомнилось что завтра день рождения.
Так холодно, совсем уже продрог.

«Трындец тебе,- решил,- Отвоевался.»
Придётся, видно, свадьбу отменить.
Настал черёд в судьбе «второго шанса».
- А ты ещё совсем мальчишка, Вить.

***

Татьяна смотрит материнским взглядом,
В нём жалость, за дурачество укор.
Запела...Песня та - была наградой.
Безумно не рискует он, с тех пор.

39 ГЛАВА

1.

Самарин, задал засевший в мозгах, как заноза, вопрос:
- Таня, а кто же Вы по профессии? Я, честно говоря, запутался.

Ему хотелось знать о ней больше. Разницу в возрасте шесть-семь лет он посчитал.
Эти годы должны пройти через неизвестное будущее, чтобы суметь понять её.
Она очнулась от задумчивости и рассмеялась:

- Говоришь вальс и мазурку, танцуешь? Ну что ж, тропинку нам протоптали. Народ по домам разбежался. Приглашайте, лейтенант, даму на вальс!

Татьяна, игриво, потянула кавалера на тропинку. Он повёл её, как истинный моряк, с песней «Севастопольский вальс». Партнёрша подхватила, и они закружили, как на императорском балу, по площади до самого магазина.
От восторга, Татьяна стала двумя руками осыпать его снегом и кричать как конферансье:

- А теперь, дамы и господа, не скучать, не скучать! Прошу кавалеров выводить своих дам. Мазурка. «Oух, ду либер Авгутин». «Туит ле мьёнде данце»,- провозгласила по-немецки и по-французски, что-то вроде «Ох, мой милый Августин. Танцуют все!»

Они начали танец, но оказалось, что знали разные вариации и Таня пошла вперёд сама. Напевая «Августина» на немецком и русском языках, она устремилась обратно к детскому садику. Самарин шёл следом со своим вариантом мазурки. Несколько раз, Татьяна хватала его за руку, он присаживался на колено, и она кружила вокруг него, раскрыв подол расстегнутой шубы.

- Как я давно не танцевала! Спасибо, сударь. А что твой друг Лукьянчиков в училище только водку пил и девок тискал? Кроме прилюдных прижималок, и буги-вуги он ни хрена не умеет.

Запыхавшаяся Татьяна, опять забыла про самаринскую обожжённую шею и подвисла, изображая усталость. Виктору хотелось попросить её меньше вспоминать бывших мужей. Он поддёрнул её чуть выше, освобождаясь от захвата, и она всё поняла:

- Извини, ради Бога. За всё извини. Пошли они все - Баландины, Лукьянчиковы. Я сегодня с Самариным.
И мне с ним очень хо-ро-шо! - запыхавшись, громко выговаривала последние фразы до крика. Её понесло, а Виктор улыбался, как Иванушка-дурачок.
- Ты любишь…Фредерика?...Шопен, который.
- Да. Люблю сонаты, вальсы, полонезы. Шопена, и Штрауса, да и у Вивальди кое-что. Классику люблю Бетховенскую и Чайковского, но это, изредка, только в охотку. Стыдно, но я не смог дослушать до конца, практически, ни одной симфонии. Вслушивался в основном в звучание любимых инструментов,- ответил Самарин, выводя её на тропинку, и предложил тур вальса под песню «Сказки Венского леса».
- Странно, стихов не выучил, а песни знаешь. Нет, хватит. Пойдём домой. У меня Шопен на электроинструментах. Поль Мориа. Будем слушать и пить «Чиро». Я люблю это вино,- она взяла его под руку и потянула между домами, но Виктор не сделал, ни шага вперёд.
- Что? Не хочешь!? Хорошо! Пойдём дальше! Завтра воскресенье…Можно до утра шарахаться,- в её голосе зазвучали нотки оскорблённой Пантеры. Но, коварная кошечка не унывала,- Кем я работаю? Если интересно, узнаешь только у меня дома. Там всё для работы,- не унималась оскорблённая женщина, и становилась в мелком психозе прекраснее.

Самарин упрямо молчал и вспоминал слова деда своему, младшему зятю:
«Женитьба, Александр - это как выстрел в голову, раз и навсегда. Во что бы то ни стало, всё должны пройти вместе, до самой могилы».

***
Татьяна, увидела наблюдавших за нами моряков на ютах, стоящих на бакштовах гидрографических судов.
И устроила целое представление! Играла Шекспировские сцены из «Гамлета», «Короля Лира» и голосом, и жестами, и даже вставала на колени. Да так громко, что Виктор непроизвольно поглядывал на окна ближайших домов. Поражался её таланту и энергии. Моряки сверху аплодировали, и она отвешивала им реверансы.

2.

На месте нынешней площади Первого Мая в девятнадцатом веке был богатейший рынок.
Вся бухта была забита купеческими судами. Здесь Татьяна изобразила, как греки торгуют оливками и маслом, грузины специями, болгары овощами и кожей, молдаване вином, балаклавские греки рыбой, а татары овцами. Применила греческий и болгарский языки, да ещё с акцентами.
Самарин подумал: «И на хрена в театры ходить? Вот тебе театр, ходячий».

Подходя к ДОФу, актриса резко развернулась:
- Хм...Самарин...Когда, уже после лазарета, увидела твою улыбку в ДОФе, я чуть не задохнулась: «Какой мальчик. Ничего мужественного, а полез в эту проклятую бочку. Была бы его женой - ни за что! На берегу сидел бы и бумажки перекладывал с места на место».
Решила познакомиться с тобой и естественно, узнала о тебе всё. Ты женат. Жена беременная...во Владивостоке.
Тебе квартиру выделили, но получишь только тогда, когда вернётся. Перспективен. Я всё знаю!
Самарин, не в постель тащу. Ненавижу любовничество. От моего подъезда до входа в твою общагу пятьдесят шесть Лукьянчиковых шагов, сбежать не проблема»,- теперь она попыталась его буксировать.

Виктор опять заупрямился, со словами: «Извините, Татьяна. Я же сказал. Не могу».

- Чудак, лейтенант…А я тоже упрямая. Если только возникает предпосылка, что у меня может что-то не получиться - заболеваю»,- выделяя каждое слово, произнесла она,- Смешно. Идёшь со мной и тайком шапкой чешешь голову. Тень впереди нас идёт,- и показала тень от фонаря.

Виктор был убит позором до дичайшего стыда.

- Всё видно. Я всё понимаю, ты стесняешься снять свою шапку. Я права?

Голова, ноги и спина на самом деле зудели, он так долго ещё не ходил одетым. Нужно было, хотя бы слегка, протереться мокрым полотенцем. Отошёл и снегом намочил голову. «Ладно, идём» - подумал он, и повёл Таню в сторону «Мотеля».
Они пошли по улице Рубцова мимо памятника погибшему комбригу подводных лодок Крестовскому. Татьяна рассказывала о последнем приезде отца, хлопотавшего за Лукьянчикова: «Что бы больше такого позора не было. Увлекись чем-нибудь полезным, но без этих грёбанных подводников».

Самарин размышлял: «Папа её сейчас Заместитель министра внешней торговли Союза. Когда родители приезжают в гости, то обязательно встречаются с нашим командиром дивизии Стасом и отдыхают на Базе отдыха «Батилиман» в бухте Ласпи...А дети? Она спокойна. Ни слова о них не сказала. Где они? Про беременность рассказала, что дальше?».
Подходя к общежитию, он предложил подождать, пока возьмёт в каюте медикаменты и тампоны, но Таня очень сильно, до боли, сжала его руку и сказала: «Нет!»

- Татьяна...Вы считаете, что я могу сбежать?
- Нет, дорогой мой человек. Как раз, об этом-то я не думаю. Но придём домой, всё объясню. Проходим быстрее это заведение. Я даже в магазин сюда не хожу из-за вашего «гадюшника», - строго ответила она, но руку не отпустила пока не прошли общежитие.

***
В прихожей, не раздеваясь, она принесла телефон на длинном шнуре и поместила его на тумбочке. Квартира Татьяны, прямо с прихожей, поразила Самарина. Поразительная, поражающая женщина!

- Давай послушаем? - сидя на корточках, нажала на мигающую лампочку запуска записи приёма звонков.

Сначала, милый женский голос напомнил о своём существовании и ожидании встречи в Севастополе. Затем, такой же милый, женский голосок просил перезвонить по срочному и серьёзному вопросу. А потом, пошёл бред Бориса с угрозами в самаринский адрес. Они насчитали, среди других прочих, три его звонка.

- Я всё объяснила? Он будет ждать тебя в общаге до упора. Ерунда, ему в понедельник на работу. Но тебе неприятности с адмиралом из-за него не избежать. У Стаса или НачПО, среди вас всегда есть стукачок, который, минуя комендантшу, заложит.

Очередной раз, поразила прелестная Артемизия своим знанием обстановки в «Мотеле». На ярком свете, Самарин продолжал рассматривать её с меланхоличной улыбкой.

*кормовая надстройка судна
_______________________________________

Мои стихотворения по теме «Призрак»

1.

Один вопрос, засевший как заноза,
Сегодня будоражил его мозг:
«Профессия Татьяны?» Нет прогноза.
Спортзал...«защита», безупречный лоск.

Отрывки фраз не создают картину.
А так хотелось тайну приоткрыть.
Искал ответ, как в море субмарину.
Но подсчитал года - умерил прыть.

Ему до этой женщины чудесной,
Расти по жизни семь, не меньше, лет.
Что будет, только Господу известно.
Не торопилась Таня дать ответ.

2.

Кокетничала, как могла тянула
Смешного лейтенанта за собой,
Подталкивала, как упрямца - мула,
Не в общежитие, конечно, а домой.

«Я не в постель тащу!» - она смеялась,
Кружила в танце посреди зимы.
Всего-то, примешь душ, такая малость.
Хотя, ты с ней, по-прежнему, на «вы».

Зудят твои ожоги под одеждой...
Не рано ли «гулянки» начались?
Она смогла, уверенно и нежно,
Завлечь его...ну, лейтенант, держись.

3.

Артистка разыграла представленье!
На площади торговой в поздний час.
Вставала грациозно на колени,
Стихи читала, не сводила глаз.

И даже, сорвала аплодисменты,
От зрителей - на ютах моряков.
Прокрутит память кадры киноленты,
Через тринадцать вспомнится, годков.

Ты на пороге топчешься неловко.
Татьяна объяснила что к чему:
«Общага - это драка»...Остановка.
Так хорошо в таинственном плену.

*фото: Балаклава
*продолжение: http://www.proza.ru/2019/05/21/318


Рецензии
Объединила отредактированные главы.

Ольга Шельпякова   20.05.2019 14:14     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.