СРТ Глава 57 Протопоп Аввакум и его время

Систематизация основ Русской Жизни и Типа.

Глава 57

Типология старообрядчества, как природного великорусизма. Протопоп Аввакум (Авакум) и его время.

Первая наглядная роковая катастрофа Русской Имперской Типологической Государственности, это Великий Раскол XVII века, где Русский Народ в массе воспротивился своей открытой материалистической социализации Русской Государственности и Духа своей Имперской Культуры.

Давайте все вместе посмотрим историческим взглядом на ту эпоху и перекинем мостик в прошлое, определим откуда и пришла эта духовная антикультурная порча в Русский Мiръ.


Дух Русской Империи начали одолевать социальные догмы. В области Веры это смена духовного природного вектора социальным, пропротестантским синодоидальным нововерием богослужебной практики, которому воспротивился русский народ. А в области Русской Государственности, в материальной западнической скверне, противной Русскому природному Духу.

Здесь очень важный момент, это то, что в Царствование Ивана IV Васильевича Грозного сама Русская Империя достигла своих естественных цивилизационных границ. А далее должна была, если и расширять свое пограничное цивилизационное влияние, в санитарной защите своей типологической имперскости духовных смыслов, то вести его в форме исключительно культурной экспансии, к силе прибегая лишь в крайних случаях защиты геополитических интересов Империи. Столкнувшись с народами иной цивилизационной, западнической установки социальности в широком культурном смысле Царь Иван Грозный провидчески оставил завоеванные западные пределы и отступил с Балтики в свои прежние границы Руси. Великоруский Имперский Дух верно подсказал Государственному Гению Грозного, что эти и подобные им по духу инорасовые народы никогда не станут гармоничной частью Русского Имперского Мiра и его Семьи Народов.

Это же касалось в первую очередь цивилизационных границ - Средней Азии, Кавказа и всего западного направления. А вот здесь исторически, в противовес этому природному русскому имперскому направлению, с первыми Царями Династии Романовых воцарился социальный Абсолютизм Империи (скорее всего здесь прямо с Царствования Михаила Федоровича сыграл роль долгий почетный плен и жизнь в среде западных народов Филарета Романова отца первого Романова на троне, но естественно приоритет космополитизма церковного ветхозаветного стяжательства, «обретенное» от Константинополя Патриаршество, как социальная принадлежность к «мировой религии», и иные причины В.М.). И все эти геополитические тенденции Руси с середины XVII века, приняли разнонаправленный характер, государственного и военного движения на Запад, где столкнулись с встречной духовной инорасовой социально материалистической цивилизационной экспансией Запада.

Русская Церковь изначально, с cамого IX века и в разной степени, была под духовным попечительством, омофором Константинопольского Патриархата. Оттуда часто присылались в Россию митрополиты для управления Церковью. Но после завоевания и тотального разграбления богатств и главное всех христианских святынь Константинополя в 1204 году, ее Патриархат фактически попал в плен папского Рима.  Отношения Русской Церкви с Константинополем стали крайне напряженными. Особенно обострились эти отношения, когда Русская Церковь, в природном имперском движении периода  Становления Имперской Культуры, закономерно провозгласила себя независимой от Константинопольского патриархата (середина пятнадцатого века). К этому времени Греческая Церковь, да и вся Восточная Православная Церковь утратила чистоту православия под нарастающим влиянием и социальным давлением сформировавшегося единого иудохристианства (несмотря на его различные религиозные толки и течения В.М.).

Вот в этом геополитическом смысле и надо разсматривать саму специфику  революционного процесса Великого Раскола Руси XVII века. Это был Великий Раскол ее Государственной Власти и официальной Церкви с одной стороны, и практически всего верующего Русского Народа с иной. Сама «правка» богослужебных книг, ее начало, была лишь формальной причиной разногласий подходов к ней. И главное противоречие здесь то, что старообрядцы и «никониане» сторонники церковной реформы мировоззренчески, типологически, абсолютно по-разному видели цели и пути дальнейшего развития Руси.

(правка была назревшей проблемой, в чем были солидарны и ревнители веры и реформаторы «никониане»; там в ее реалиях процесса столкнулись противоположные расовые типологические духовные установки В.М.)

«Правка» всех богослужебных книг Патриархом Никоном и Царем Алексеем Михайловичем предполагалась по греческим образцам руками «лукавых греков» и фактически униатским малоросским духовенством. А само единообразие между русской и греческой церквями обоим нужно было для решения своих честолюбивых социальных замыслов, которые ничего общего не имели с самими вопросами Веры (почему для этого и привлекались инорасовые «лукавые греки» и униаты малоросского священничества, как прообраз и предтеча будущего «русского» революционного «интернационал-марксизма В.М.). Сам Царь Алексей Михайлович захотел воссесть на древний византийский престол, то есть стать Государем всего православного мира, а патриарх Никон — вселенским Патриархом.

Аввакум был не просто вздорный неуживчивый спорщик, как его представляет сегодня плоская либеральная мысль. Это был духовный вождь старообрядчества и его маяк. Посмотрите богатейшая и влиятельная Боярыня Морозова и ее круг последователей буквально вдохновлялись пастырскими посланиями Аввакума. Именно Аввакум сформулировал свою великорускую идеологическую платформу, заветами которой и жил старообрядческий верующий мiръ. 

Так Аввакум обличал: -

«Никонианская» Русь — это и есть «чужая земля», или, иначе, «земля варваров», отринувшая все традиционное и устоявшееся. Здесь царит «озлобления много», обитают «враги благочестия», а предводительствует сам «сатана». Это дремучий лес, из которого бегут, «утекают» праведники.  «Чужую землю» он сравнивает с огромной темницей, где беспрестанно «льется кровь мученическая», и с могилой: «Воистину и на свободе люди те в нынешнее время равны с погребенными. Во всех концах земли ох и рыдание, и плач, и жалость».

Центральной фигурой, главным виновником превращения России в «чужую землю» оказывается царь Алексей Михайлович. Как часто в угоду своим близким, мы поступаемся природными моральными принципами. При этом боимся оттолкнуть людей своей суровостью, не хотим лишиться житейских благ, опасаемся навлечь гнев, насмешки, презрение, непонимание. И утешаем себя надеждами когда-нибудь, как-нибудь, потихонечку обратить близких на путь истинной Веры и Жизни. И вдруг понимаем, что мы сами стоим на скользком пути ереси. Даже такой молитвенник, как Аввакум претерпел такие искушения:”Видят оне, что я не соединяюся с ними, приказал государь уговаривать меня Родиону Стрешневу, чтоб я молчал. И я потешил ево: царь-то есть от Бога учинен, а се добренек до меня, — чаял, либо помаленьку исправится. Недолго часто в угоду своим близким, мы поступаемся христианскими принципами своих святых отцов! При этом боимся оттолкнуть людей своей суровостью, не хотим лишиться житейских благ, опасаемся навлечь гнев, насмешки, презрение, непонимание. И утешаем себя надеждами когда-нибудь, как-нибудь, потихонечку обратить близких на путь истинного православия. И вдруг понимаем, что мы сами стоим на скользком пути ереси. Недолго терпел Аввакум ересь близ себя: - «Да так-то с полгода жил, да вижу, яко церковное ничто же успевает, но паче молва бывает, — паки заворчал, написав царю многонько-таки, чтоб он старое благочестие взыскал и мати нашу, общую святую церковь, от ересей оборонил и на престол бы патриаршеский пастыря православнова учинил вместо волка и отступника Никона, злодея и еретика».

По мысли Аввакума Патриарх Никон это совратитель царя, а затем лишь исполнитель его воли. Сам же Алексей Михайлович — тиран, «мучитель и гонитель», подчиняющий себе людей «насилием и властью»: «А ты, никониян, чем похвалишься? — вопрошает Аввакум царя. — Скажи-тко? Антихристом своим нагим разве да огнем, да топором, да виселицею». Он уподобляет Царя Алексея Михайловича наиболее жестоким библейским царям — Саулу, Навуходоносору, Максимияну, Озии.

 Аввакум, да и все старообрядцы, не обличали принцип самодержавного правления как таковой, они исходили из идеи божественного происхождения царской власти. В отношении самого Царя Аввакум долгое время сохранял надежду, что он одумается и вернется к старой Вере.

Проблема заключалась в ином — в истинности царя. Предавший старые Великоруские Традиции Царь, это изменник истинной Веры и, следовательно, он теряет право быть Царем, так как ведет Царство и его Народ в неизбежную пучину неисчислимых бедствий.

Резко возросшее влияние западноевропейской культуры («немецкие поступы», «польские обычаи», «латинство») делает «никоновскую» Русь окончательно «чужой землей». Введение новых церковных обрядов рассматривалось Аввакумом как наступление католичества на Православие. Аввакум восклицает: «Ох, ох, бедная Русь, чего-то тебе захотелося немецких поступков и обычаев!»

Еще большее неприятие Аввакума вызывает заимствование с Запада «внешней мудрости», светской науки и всеобщее поклонение этому лжекумиру. Уже говорилось, что основное противоречие в данном случае лежало в разных системах мышления старообрядцев и «латинствующих». Если последние старались привить на русской почве рационалистическое мышление с его опорой на знание, то первые защищали традиционный для древнерусского сознания принцип религиозно-мистического постижения Божиих тайн (здесь все тот же извечный расово-мировоззренческий - паламитский спор св. Григория Паламы и «ученого» грека Варлаама В.М.). Аввакум видит в «еллинских философах» язычников, а в более современных западноевропейских ученых авторитетах — еретиков. Так, он пророчески утверждал, что «ритор и философ не может быть христианин» (то есть иметь истино верующий Дух, так как он всегда исконный материалист В.М.), что «ни на праг церковный ритор и философ достоин внити». А сам же с гордостью утверждает: «Аз есмь ни ритор, ни философ, дидаскалства и логофетства неискусен, простец человек и зело исполнен неведения». И здесь Нам с Вами, Русскому Мiру тиражируется сущая глупость от либералов и их духовных соратников «социалистов-коммунистов», что «неприятие западной учености в любом ее виде — это принципиальная «дремучая» архаичная позиция Аввакума» и духовная Суть Русского Мiра.

Не совместимыми с «чистой верой», с ее основами, Аввакум считает материалистические учения Сократа, Платона, Протагора, Диагора Милисийского, которые приводят в пример в богословских спорах его нововерческие и светские  оппоненты. По провендециальной Великоруской мысли Аввакума лишь Природный расовый Великоруский Дух определяет возможные границы агностического Познания от которого и должен отталкиваться ученый, а не «безпривязно-свободный либерально-западный ум человекобожия», который неминуемо ведет мир народов к всемирной катастрофе, Апокалипсису.

В итоге образ «чужой земли» связывается Аввакумом непосредственно с антихристом, этим «врагом человеческим», символом мирового зла.

Вообще старообрядцы создали собственную теорию об антихристе, ибо отказ от старой веры они воспринимали исключительно как дьявольское деяние, приближающее наступление конца света.
 
В трактовке протопопа Аввакума, Никон и царь Алексей Михайлович  непосредственные предшественники антихриста — «войско антихристово», «слуги антихристовы». Аввакум живо рисует яркий образ антихриста, явившегося ему во сне в виде «нагого человека», «огнем дышит, изо рта, из ноздрей и из ушей пламя смрадное исходит». За спиною же антихриста — «царь наш последует и власти со множеством народа».

«Свое отечество» в трактовке всех идеологов раннего старообрядчества и в понимании протопопа Аввакума в частности ассоциируется с природным, изначальным данным Нам с Вами от Сохдателя, и с той Русью, которая была типологической хранительницей истинной русской Веры. Именно благодаря именно своей Вере, как части общей Гармонии Русской Культуры Русь заняла выдающееся место в мире и была «сподоблена благодати».

Нам с Вами навязывается мнение, что особенно важной для старообрядцев была идея Руси, как «Третьего Рима». Но здесь лукавая подмена. Погиб второй Рим – Византия и Руси суждено своей Верой удерживать в мире народов идеал «Веры истинной». Эта «удерживающая» Русь и мыслилась Аввакумом в качестве своеобразного маяка для народов.

Еще одной важной характеристикой «своего отечества» в творчестве Аввакума становится идея равенства все людей перед Создателем, его трактовка природного демократического начала Русского Народа. Это равенство определено уже самим устройством Вселенной, поэтому в «своем отечестве», где всем «одинаково светит» солнце, все равны перед Богом: -

(нравственно) «Если богатому кланяешься в пояс, то нищему поклонись в землю». Более того, здесь Аввакум утверждает принцип русской расовой демократии, что «меньшие» наравне с «большими» имеют право решать каждый свои вопросы, от которых зависит и судьба отдельных людей, и судьба «отечества» в целом.

 (этим Аввакум утверждал вечное традиционное незыблемое право Великоруской Типологии, право Русского Мiра на традиции народных Земских Соборов Руси, как неотъемлемую Великорускую природную типологическую Сущность Жизни и опору Монархической власти Богоданного Царя В.М.)


Рецензии