Петровское барокко

Французский ученый и писатель Бернар де Фонтенель (1657-1757) в своей элогии по случаю смерти Петра I, произнесенной в 1725 году на заседании Французской академии наук, говорил: «Царь открыл свое великое государство, дотоле закрытое [для иностранцев]; после того как он послал своих высокопоставленных подданных искать знаний и просвещения у иностранцев, он привлек, насколько мог, самих иностранцев в свою страну, способных передать знания и просвещение его подданным: офицеров сухопутных и морских, моряков, инженеров, математиков, архитекторов, людей, способных отыскивать месторождения и обрабатывать металлы, врачей, хирургов, ремесленников всякого рода» (B. De Fontenelle. Eloges des academiciens de l’Academie Royale des sciences. T. 2. La Haye, 1731, p. 233). В той же речи Фонтенелль подчеркивает роль Петра I в развитии русской архитектуры и живописи: «Положив своему делу твердые и необходимые основания, он добавил то, что касается лишь внешнего вида и украшения. Он изменил древнюю архитектуру, громоздкую и бесформенную до последней степени, или, скорее, он породил у себя архитектуру. Можно было видеть, как было возведено большое множество правильной формы и удобных домов, несколько дворцов, общественных зданий и, прежде всего, здание Адмиралтейства, которое он повелел соорудить величественным и роскошным не только ради того, чтобы явить этим зданием величие, но и в силу важности его предназначения. Он повелел привезти из Италии и Франции множество картин, которые научили тому, что такое живопись, народ, который этого не знал, кроме очень плохих изображений своих святых» (Ibid., 249-250).
           1 апреля 1703 года, при дворе Петра Великого, молодой человек лет тридцати подписывал контракт, обязывавший его служить Его Величеству царю Московскому в качестве старшего мастера-каменщика по строительству зданий и крепостей.  Договор начинался такими словами: «Обещаю господину Трецину, архитектонскому начальнику, родом итальянцу, который здесь служит датскому величеству и ныне к Москве поедет…» (Ю. Овсянников. Великие зодчие Санкт-Петербурга: Трезини, Растрелли, Росси. СПб., 1996, с. 24).  Это решение изменило всю жизнь неизвестного, но талантливого архитектора, навеки связав его имя с городом на Неве. Будущий создатель Александро-Невской лавры, Петропавловского собора и здания Двенадцати коллегий начинал скромным каменщиком и немало поездил по Европе, прежде чем обосноваться в России и воплотить в жизнь мечты Петра
              Доменико Трезини родился в городке Астано, близ швейцарского Лугано, расположенного на границе с Италией. Его семья, представители «аристократии эмиграции» - предпринимателей и строителей, предпочитавших швейцарскому Малькантоне соседние города Ломбардии по экономическим причинам, - перебралась в Милан и некоторое время жила в Бергамо и Крема. Видимо, там и прошли детство и юность будущего архитектора. О его воспитании и образовании известно мало, но учитывая, что среди родственников по линии матери были нотариусы и инженеры-строители, можно предположить, что юноша получил солидные знания не только в точных, но и в гуманитарных науках. Во всяком случае, чиновнику, допрашивающему его по прибытии в Москву в 1703 году, молодой человек представился как «архитектор и инженер, получивший образование в Италии».
Благовещенская церковь, построенная в 1717-1725 годах по приказу Петра I, является первым каменным храмом Санкт-Петербурга, собственно вокруг него и сформировался впоследствии ансамбль Александро-Невской лавры. Вначале постройкой церкви руководил архитектор Д.Трезини, который разработал проект храма. 21 июля 1717 года «от речки заложили фундамент под церковь и под трапезу»  (Ю. Пирютко, А. Кобак. Исторические кладбища Санкт-Петербурга). Очевидно, предполагалось, что в нижнем этаже будет находиться монастырская трапезная, но планы переменились. Трезини занялся другими проектами, а руководить постройкой Благовещенской церкви в 1718 году поручили Х.Конрату, которого в 1720 году сменил Т.Швертфегер. Здание было выведено под кровлю в 1719 году, но отделочные работы продолжались ещё три года.
             Доменико Андреа Трезини считается одним из основоположников т.н. петровского барокко. Первой крупной работой Доменико Трезини в России стал форт Кроншлот (Кронштадт, не сохранился), который впоследствии успешно выдержал атаку шведской эскадры. В 1704 Доменико Трезини работал над укреплением Нарвы, обновляя поврежденные фортификации; там же он возвел триумфальные ворота из камня, получившие название “Петровские” (не сохранились): иностранцы могли въезжать в город только через них. В 1706 Доменико Трезини приступил к работе в Петропавловской крепости, которую предстояло из земляной перестроить в каменную. В 1708 было начато строительство двух бастионов (Меншикова и Головкина), в 1714 деревянные Петровские ворота крепости заменили на каменные. К 1718 сооружение крепости в основе своей было закончено. В 1712–33 под руководством Доменико Трезини возвели Петропавловский собор — 3-нефную базилику с колокольней, увенчанной золоченым шпилем (высота колокольни — 112 м). Это сооружение стало самым масштабным из всех построек петровского времени и главным для Доменико Трезини — перечень своих работ он неизменно начинал с “Санктпетербургской фортификации”. В оформлении ансамбля Петропавловской крепости Доменико Трезини сделал акцент на мощную архитектонику, подчеркнутую ритмом пилястр и волют. Для надзора над сооружением Петропавловской крепости была создана Канцелярия городовых дел, главным помощником ее главы У.А. Сенявина стал Доменико Трезини. Со временем Канцелярия стала ведать всей планировкой Петербурга; по проектам Доменико Трезини в городе возводились как отдельные здания, так и целые комплексы. В 1710–11 Трезини построил первый каменный Зимний дворец (не сохранился) — трехэтажное здание с 13 окнами в ряд, с ризалитами и подчеркнутым центром строения, к парадной двери вели широкие лестницы; по распоряжению Петра I дворец был окрашен в белый цвет с позолотой. В 1710–14 под руководством Доменико Трезини велось строительство Летнего дворца Петра в Летнем саду. Это двухэтажное здание с 14 комнатами, фасад которого украшен аллегорическими барельефами, посвященными Семилетней войне. По распоряжению Петра I Доменико Трезини составил план каменных зданий в Александро-Невской лавре (строительство начато в 1717), по его проектам в лавре были возведены церковь Благовещения Пресвятой Богородицы (1717–22) и Свято-Духовский корпус.
           Доменико Трезини работал и в Москве — в 1730 он начал строить колокольню Донского монастыря. По распоряжению Петра I Доменико Трезини также обучал будущих зодчих — из его школы вышли М. Земцов, П.А. Трезини, В. Зайцев, Г. Несмеянов, Н. Назимов, Д. Ельчанинов, Ф. Окулов.
           Колокольня у западных ворот Донского монастыря была построена в 1730-1755 гг. Сооружение колокольни началось по проекту Доменико Трезини. Он возвёл лишь нижний ярус колокольни, расчленённый тосканскими пилястрами. Достраивал колокольню архитектор А.П.Евлашев. В колокольне находится церковь праведных Захарии и Елизаветы. Надвратный храм над западными воротами во имя праведных Захария и Елизаветы был закрыт в конце XVIII века по указу императрицы Екатерины II; впоследствии в нем разместилась монастырская библиотека и архив. После революции помещения храма были приспособлены под жилье, а весь объем храма разделен на этажи. Реставрационные работы, начатые еще музеем архитектуры, вернули первоначальный облик храму.
        Вопрос о строительстве новой колокольни в Донском монастыре в Москве встал в конце XVII века в связи с окончанием строительства нового соборного храма, масштабам которого не соответствовали имеющиеся колокольни у Малого собора и над северными воротами. Вероятно, отсутствие средств заставило отложить начало работ по сооружению новой колокольни почти на треть века. Первое упоминание о новой колокольне относятся к марту 1730 года, когда архимандрит Иларион Рогалевский (он стал игуменом Донского монастыря в 1728 году и пребывал на этом посту до 1732 года) обратился к Императрице Анне Иоанновне с просьбой о выделении средств на строительство колокольни и церкви над западными воротами. Однако Анна Иоанновна не ответила на просьбу архимандрита и пришлось собирать средства «на колокольное строение» у богатых прихожан. В частности, Александр Львович Нарышкин (1694-1746), владелец Тульских железоделательных заводов, доставшихся ему по наследству от отца – Льва Кирилловича Нарышкина (1664-1705), пожертвовал на строение колокольни 100 пудов железа. Судя по документам, к строительству колокольни приступили в 1730 году: «1730. Начато строить новая колокольня, чтоб быть на вратех от западныя страны, а по намерению, чтоб под тою колокольнею была церковь. И для онаго новаго строения старыя ворота разобраны все и бут выбран и фундамент весь очищен для того, по усмотрению архитектора иноземца Андрея Иоакимова сына Трезина, что оной старой фундамент был не тверд и такова большаго здания не подымет; а оное дело старым воротам разобрание началось июня с 19, а окончилось июля 14. И июля с 22 начаты строить вновь ворота с новаго фундамента, и по средине на пяти саженях, против котораго места быть церкви, по обе стороны биты сваи дубовыя двуаршинныя и бучено под все стены бутом на извести и защебенивано щебнем и заливано известью и стены деланы с лица белым камнем с тескою, а изнутри делано кирпичем; и оных ворот сделано сентября по 16 число от земли в вышину 2 саж., а сводов не сведено, за умалением денежной казны, и тогож сентября 16 оное дело делать покинуто; и что построено и то покрыто тесом. А у того строения был подрядчиком каменного дела мастер Матвей Васильев Говоров, а у досмотру был архитектор Ив. Ив. Шейден (Годфрид Иоганн Шедель. – И.Л.)» (И.Е. Забелин. Историческое описание московскаго ставропигиального Донскаго монастыря. М., 1865, с. 149-150).
            В документе, приводимом И.Е. Забелиным, упоминается некий Ив. Ив. Шейден. Это не кто иной, как российский архитектор немецкого происхождения Готфрид Иоганн Шедель (Gottfried Johann Schaedel), родившийся  около 1680 года в городе Вандсбек и умерший 10 февраля 1752 года в Киеве. Архитектор Шедель является типичным представителем петровского барокко. Он прибыл в Санкт-Петербург в 1713 году по приглашению князя Александра Меншикова. Именно он строил дворцы Меншикова в Санкт-Петербурге и Ориенбауме. Как видим из документа, приводимого И.Е. Забелиным, он также участвовал в строительстве колокольни в Донском монастыре, а в 1731 по повелению императрицы Анны Иоанновны построил Благовещенскую церковь в Кремле, примыкавшую к Благовещенской башне, которая стала играть роль колокольни (башня сохранилась, церковь уничтожена в 1932 году).
Постройки Доменико Трезини стали образцом петровского стиля, т.н. петровского барокко. Они отличаются строгой геометрией и регулярностью планов, сочетанием ордерных элементов с барочными деталями, скромностью декора и убранства. В декоре зданий Доменико Трезини отдавал предпочтение плоским пилястрам с изящными капителями. Доменико Трезини внес в зодчество новые для России параметры высоты и длины построек. Стиль возводимых им построек менялся в зависимости от назначения — светские здания более практичны, а храмы подчеркнуто масштабны и величественны. Доменико Трезини умер в 1734 году в Санкт-Петербурге и был похоронен на иноверческом кладбище при Сампсониевской церкви, на месте которой однофамильцем (а возможно, и родственником) Доменико Трезини – Пьетро Антонио Трезини был воздвигнут в 1728-1740 гг. Сампсониевский собор. Могила Доменико Трезини утеряна.
         Каменная Благовещенская церковь, созданная по проекту Доменико Трезини, является старейшей частью архитектурного ансамбля Александро-Невской лавры. Двухэтажное здание с высокой кровлей увенчано восьмигранным барабаном с куполом и фонариком, завершенным позолоченной главкой с крестом. Нижний этаж выделен декоративной рустовкой, стены верхнего двусветного зала расчленены пилястрами и филенками, рисунок и ритм которых характерен для петровского барокко начала XVIII века.
            Александро-Невский монастырь был основан Петром I в 1710 году в Санкт-Петербурге  на восточном конце Невского проспекта. Монастырь был назван именем князя Александра Невского, в память о Невской битве 1240 года, во время которой Александр Невский разгромил шведское войско. Сама битва состоялась не на месте монастыря, а в устье реки Ижоры, т.е. там, где Ижора впадает в Неву (примерно в 20 км на юго-восток от того места, где был воздвигнут монастырь). Существует икона Александра Невского (ее датировка 1740-е годы), где Александр Невский изображен с панорамой Александро-Невского монастыря. Ныне эта икона находится в коллекции Государственного Эрмитажа.
          Любопытное свидетельство о причинах построения Александро-Невского монастыря и о восприятии личности Александра Невского иностранцем-гугенотом мы находим в сочинении французского путешественника и дипломата Обри де Ла Мотре (1674-1743) «Путешествие … по различным провинциям и местностям герцогской и королевской Пруссии, России, Польши и т.д.»: «Орден Святого Александра Невского был учрежден императрицей [Екатериной I] 1 июня 1725 года в день и в честь бракосочетания принцессы Анны [Петровны, 1708-1728] и герцога Гольштинского [Карла Фридриха]. В тот же день она (Екатерина I. – И.Л.) произвела в рыцари этого ордена 19 человек […] и еще 7 человек в сентябре 1726 года, когда я был в Петербурге […]. Кроме того, что новизна вообще нравится, эта дама (Екатерина I. – Авт.) не могла избрать патрона своего ордена более по вкусу своим подданным, чем этого (Александра Невского. – И.Л.), поскольку он был одним из первых вождей (ducs) или знаменитых военачальников (generaux) у их предков, который много сделал для того, чтобы установить у них христианство и русскую монархию, проявив силу и доблесть в борьбе с язычниками, особенно теми, которые обитали в окрестностях озера Ладога. Он был назван Невским по причине большой победы, которую он одержал над королем Швеции Магнусом у реки Невы; уже давно, как эти народы (ces peuples) упросили своих патриархов (leurs Patriarches), чтобы те включили его в число святых; рассказывают, что, кроме большого количества героических действий во время своей жизни, он совершил множество чудес после своей смерти. После того как Петр I упразднил Духовный Патриархат (Patriarchat Spirituel) и сам себя провозгласил Верховным Первосвященником на манер римских императоров, люди умножили свои просьбы к нему, и он удовлетворил их и повелел построить на берегах Невы величественный монастырь, который можно видеть на рисунке 3 (страница 278. – И.Л.) и которому он пожертвовал часть доходов других монастырей, которые он упразднил. Он перенес туда его (Александра Невского. - И.Л.) прах (cendres) в августе 1724 года с большой пышностью и благочестием и провозгласил его святым (le declara Saint); он повелел поместить его досточтимый прах (ces cendres venerables) в раку (depot) в маленькой часовне в ожидании того, как красивый храм, строить который он только начал и который должен был быть посвящен ему (Александру Невскому. – И.Л.), будет окончен. Он не был окончен еще и в 1726 году» (Voyages en anglois et en franсois d'A. de la Motraye en diverses provinces et places de la Prusse Ducale et Royale, de la Russie, de la Pologne etc., contenant un traitе de divers orders de chevalerie. La Haye, 1732, p. 72-73).

         В 1710 году Петр I назначил помощником и учеником Доменико Трезини мастера Оружейной палаты Михаила Григорьевича Земцова (1688-1743). Так идеи нарышкинского барокко, процветавшие в мастерской Оружейной палаты в Москве, соприкоснулись с новыми веяниями с Запада. Михаил Григорьевич Земцов построил в Санкт-Петербурге несколько памятников сакральной архитектуры, в частности, церковь Свв. Симеона и Анны (1731-1734), сохранившуюся и по сей день.
        "Михаил Григорьевич Земцов (1688 (по др. сведениям, 1686), Москва - 28.09.1743, С.-Петербург), архитектор, градостроитель, художник-график, один из первых зодчих Санкт-Петербурга. Образование, вероятно, получил в школе при типографии Оружейной палаты Московского Кремля. В 1709 г. приехал в Санкт-Петербург, где учился в губернской канцелярии итальянскому языку. В 1710 г. по указу императора Петра I был отправлен на службу в учрежденную в 1706 г. Канцелярию городовых дел, занимавшуюся строительством каменной Санкт-Петербургской крепости. Работал под руководством Д. Трезини. С 1713 г. стал полноправным членом его команды и вскоре - ближайшим помощником, возможно, участвовал в работах по возведению крепости и Петропавловского собора. Земцов выделялся среди других учеников одаренностью и работоспособностью, в 1715 г. его жалованье было повышено вдвое. По рекомендации Трезини в 1719 г. командирован в Москву, где руководил строительными работами по собственным чертежам в Кремле и Китай-городе, занимался «устроением мостов» и «показанием строений всем жителям», т. е. проблемами градостроительства. Обучал архитектуре воспитанников математической и навигацкой школы П. Невельского и А. Болгорина. Был вызван в С.-Петербург и определен в помощники и переводчики к Н. Микетти, рекомендовавшему перевести Земцова из учеников в гезели (подмастерья). 23 февр. 1721 г. получил статус гезеля, вероятно первым из русских, обучавшихся архитектуре в С.-Петербурге. 2 июля 1723 г. именным указом Петра I направлен в командировку в Стокгольм для изучения строительной техники (рецепта приготовления штукатурки) и вербовки шведских мастеров. С 1723 г. Земцов трудился в Канцелярии от строений, в которую была преобразована Канцелярия городовых дел. После смерти архитектора Г. И. Маттарнови (1719) и Н. Ф. Гербеля (1724) Земцов вместе с Д. Трезини по указу Петра освидетельствовал оставшиеся после них бумаги" (Православная Энциклопедия. Т. 20, с. 71-76).
           Маттарнови Георг Иванович (Georg Johann Mattarnovy) – немецко-швейцарский архитектор, работавший в Санкт-Петербурге. Дата рождения его неизвестна, умер 2 ноября 1719, похоронен на иноверческом кладбище при Сапсониевской церкви. Почему именно при этой церкви устроили иноверческое кладбище? Наверное, потому, что св. Сампсон известен как «Странноприимец», т.е. он славился помощью путешествующим и бездомным. Иноверцы и иностранцы в России также приравнивались к «странникам», на что и по сей день указывает слово «иностранец».
          Николай Федорович Гербель (Nikolaus Friedrich Gerbel) (1688-1724) – швейцарский архитектор – один из создателей проекта иконостаса Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге (А.А. Морозова. Н.Ф. Гербель. Городской архитектор Санкт-Петербурга. СПб., 2004, с. 97-104).  Николас Гербель пишет в своем прошении: "Понеже ваше царское величество ко всяким хитростям и архитекторе особливое любопытство иметь всемилостивейше изволите, того ради я из швейцарской земли из Базеля города (несмотря на убытки, которые для проезду имел) сюда в Санкт Петербург приехал, дабы случай получить мог вашему царскому величеству всеподданнейшую службу мою представить. Сего ради я чрез сие всеподданнейше доношу, что так в рисовании чистом чертежей как и особливо в практике толико искусен, что я не токмо совершенному архитектору подлежащую службу исправить, но наипаче в архитектуре цивились, такожде и в других инвенциях новоизобретенных, которые доныне еще скрыты, иниоткого не практикованы суть таким образом себя показать могу". Он был определен на службу и в его услугах вскоре представилась большая нужда: 19 ноября 1719 г. умер архитектор Обер-Полицеймейстерской канцелярии Матарнови, на место которого был назначен Гербель. После смерти Гербеля его сменил итальянец Гаэтано Киавери.
           Киавери (Кьявери) Гаэтано (Gaetano Chiaveri) (1689—1770) — итальянский архитектор, работал в России с 1718 по 1727. Его творчество относилось к периоду позднего римского барокко и находилось под влиянием церковных построек Франческо Борромини, работавшего во 2-й половине XVII в. В 1722 императрица Екатерина I поручила Киавери постройку церкви в своей вотчине, селе Коростине Новгородской губернии. Киавери создал проект треугольной в плане центрально-купольной постройки с использованием вогнутых поверхностей стен, идею которых он заимствовал в римской церкви Сан Иво (церковь Сант-Иво алла Сапиенца = Chiesa di Sant’Ivo alla Sapienza —  шедевр римского барокко XVII века, яркое и отточенное творение Франческо Борромини, одна из признанных вершин его мастерства,  расположена  рядом с Пьяцца Навона на улице Корсо дель Ринашименто). Проект остался на бумаге, т. к. в нем не были учтены традиции православной церкви (отсутствовали иконостас и ризницы). В августе 1727 Киавери был уволен и в апреле 1728 покинул Санкт-Петербург. После отъезда из России работал в Дрездене, где создал здание Дворцовой церкви (католический собор Св. Троицы).
        В нояб. 1724 года при поддержке Д. Трезини, Г. Кьявери и Б. К. Растрелли Земцов был удостоен звания архитектора - первый случай присвоения этого звания русскому, не получившему профессионального образования за границей. 4 июня 1735 года Земцов был назначен старшим архитектором Главной полицмейстерской канцелярии (вместо П. М. Еропкина) и стал по существу главным архитектором города. В 1737-1741 входил, первоначально под руководством Еропкина, в Комиссию о санкт-петербургском строении, выделенную из Канцелярии от строений.
           Среди учеников Земцова – Иван Яковлевич (Иоганн Фридрих) Бланк (1690-1745) – русский архитектор немецкого происхождения, автор Троицкой церкви в Красном Селе (1733-1735) и Знаменской церкви в Царском Селе (1734-1747).
           Земцов проявил себя как видный мастер церковного зодчества. В 1724-1730 гг. он закончил сооружение 2-й церкви во имя преподобного Исаакия Далматского, начатое в 1717 г. Маттарнови достроил колокольню и занимался отделкой интерьера, включая иконостас (разобран в начале 60-х гг. XVIII в.). Проектировал главные храмы Охты, окраинного района Санкт-Петербурга. В 1729-1731 гг. под началом Земцова соорудили каменную 3-престольную церковь Св. Троицы, рядом с ней в 1740 г.- деревянную Покровскую церковь (разобраны в связи со строительством новых храмов соответственно в 1837 и 1746). С 1732-1733 гг. состоял архитектором Александро-Невского монастыря вместо Т. Швертфегера, руководил строительством до 1735 г. Возможно, еще в 1725-1727 гг. он участвовал в сооружении юго-восточного (впосл. Феодоровского) корпуса. В 1740-1743 гг. выполнял ряд надзорных работ в монастыре; он обнаружил ошибки при проектировании сводов строившегося Троицкого собора, который пришлось разобрать в 1753 г.
С Земцовым работали ряд западных архитекторов немецкого и итальянского происхождения. Из них наиболее известен  Растрелли (Rastrelli) Бартоломео Карло — итальянский скульптор и архитектор, работавший в  России, один из представителей петровского барокко; родился в 1675 во Флоренции, умер 18.11.1744 в Санкт-Петербурге. Обучался ювелирному делу и бронзовому литью во Флоренции. В 1698–99 работал в Риме, а с 1700 — в Париже, при дворе Людовика XIV. В Париже в 1703–06 Бартоломео Карло Растрелли создал надгробие маркиза де Помпонна в церкви Сен-Мерри (разрушено в 1792), за работу над которым получил графский титул. В 1716 Бартоломео Карло Растрелли вместе со своим сыном (будущим арх. Ф.Б. Растрелли) по приглашению сподвижника императора Петра I Франца Лефорта приехал в Санкт-Петербург. Бартоломео Карло Растрелли поручили руководить архитектурными и скульптурными работами по украшению города, создавать сады, сооружать театральные декорации, выполнять портреты, штемпели для чеканки медалей и монет. Особо оговаривалось, что Бартоломео Карло Растрелли обязуется готовить учеников. В 1730–32 Р. стал придворным архитектором императрицы Анны Иоанновны. Бартоломео Карло Растрелли участвовал в планировке Васильевского острова, строительстве дворца в Стрельне, принимал участие в конкурсе проектов здания Сената, выполнял модели гидравлических машин для фонтанов. Наряду с этим Бартоломео Карло Растрелли занимался скульптурой и преподавал в отделении рисования Академии наук. Одной из первых скульптурных работ, выполненных Бартоломео Карло Растрелли, были бронзовые фигуры по мотивам басен Эзопа, которые расставили по левому берегу Невы (не сохранились). В 1720–24 Бартоломео Карло Растрелли создал памятник Петру I — первый конный памятник в русском искусстве (отлит из бронзы в 1747 и в 1800 установлен перед Инженерным замком). Им был создан ряд портретов Петра I — большой бронзовый бюст (1723–29), восковой портрет, созданный по гипсовой маске Петра I (т.н. восковая персона, 1725). Среди других его портретов — бюст Меньшикова (1723–29), скульптурный портрет императрицы Анны Иоанновны с арапчонком (1733–41). Бартоломео Карло Растрелли развивал тип парадного барочного портрета, для которого характерны определенная театральность и тонкая отделка деталей. В 1721–23 Бартоломео Карло Растрелли принимал участие в оформлении фонтанов Петергофа; как создатель декоративной скульптуры работал в Стрельне и Летнем саду. В 1721–24 Бартоломео Карло Растрелли работал над проектом Триумфального столпа в память побед в Северной войне. Идея принадлежала Петру I, по замыслу которого памятник должен был увековечить подвиги русских войск. Колонну, опоясанную барельефом в подражание колонне императора Траяна в Риме, должна была завершать статуя Петра I. Однако эта колонна так и не была создана. "Творчеству Бартоломео Карло Растрелли свойственны репрезентативность, пышность и монументальность, характерные для стиля барокко, соединенные с прекрасной техникой владения бронзой. Из сакрального зодчества Бартоломео Карло Растрелли принадлежат лишь работы по укреплению сводов Исаакиевской церкви" (Н.И. Архипов и др. Бартоломео Карло Растрелли. М., 1964, с. 33).
          Также с Земцовым и Трезини работал Леонард Теодор Швертфегер ( Leonard Theodor Schwertfeger; около 1680 — после 1738) — немецкий архитектор эпохи барокко. Швертфегер «принадлежал к прусской нации» Он прибыл в Петербург в 1713 году, после чего «был у дел его императорского Величества безотлучно», возглавляя с 1720 по 1733 год строительства Александро-Невской Лавры, которая была основана Петром в 1710 году, а проект составлен Д. Трезини в 1715. Последний начал в 1717 году сооружение угловой башни в виде Благовещенской церкви и примыкавшего к ней Духовского корпуса. Затем его на некоторое время сменил Кристоф Конрад, которого и сменил Швертфегер.
          Кристоф Конрад (1670-е — ?) — немецкий архитектор эпохи барокко. Один из первых иностранных архитекторов, приглашённый Петром в Россию. Приехал из Дрездена первоначально в Москву, где стал первым из иностранных архитекторов, работавших по европеизации Москвы. Он строил там здание Арсенала в Московском Кремле «на немецкий манер», в контакте с русскими мастерами. Но после обрушения его свода перебрался в Петербург в 1715 году. Здесь он строил дома в Кронштадте вместе с И. Ф. Браунштейном. Под руководством Доменико Трезини возводил Благовещенскую церковь и Духовский корпус — первые здания Александро-Невской Лавры. В 1720 году был сменён Швертфегером. Вернулся к строительству арсенала в Москве, но был в 1731 году уволен.
Швертфегер создал симметричный Духовский корпус. Кардинальным изменением в силуэте Александро-Невского монастыря стал бы центральный собор Св. Троицы, макет которого хранится в музее Академии художеств. Заложенный в 1716 году собор был выстроен вчерне без купола и башен, но здание дало осадку и в 1753 году было разобрано. Это здание обещало стать шедевром петровского барокко.
Швертфегеру же принадлежит проект подворья монастыря на Васильевском острове (7-линия, д.12. 1720—1726) Архитектор принял участие в проектировании здания Двенадцати коллегий, ставшего образцом Петровского барокко. Считают, что центральная часть здания соответствует проекту Швертфегера, которому указом 1724 года было поручено построить и всё здание. Но, будучи занят строительством монастыря и не склонным к напряжённой работе, он отказался. В 1733 году получил отставку и в 1738 году уехал в Берлин.
Церковь во имя святых Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы (Санкт-Петербург, ул. Моховая, 46) представляет собой единственное сохранившееся без значительных изменений наружного облика произведение Земцова в стиле петровского барокко. На месте деревянной церкви, созданной в 1712-1714 гг., по повелению императрицы Анны Иоанновны Земцовым и его помощником Иваном Яковлевичем Бланком был возведен новый, 3-придельный каменный храм (1731-1734). 27 янв. 1734 г. состоялось его торжественное освящение архиепископом Феофаном (Прокоповичем) в присутствии государыни. Главный алтарь был освящен во имя праведных Симеона и Анны - небесной покровительницы императрицы, правый - во имя архангела Михаила, левый - во имя преподобного Ефрема Сирина, память которого приходится на день рождения Анны Иоанновны. Трехчастный храм восходит к характерному типу посадского храма 2-й пол. XVII в. (близкий к центричному основной объем, трапезная и колокольня над притвором по оси). Объемно-пространственное решение определяет мотив восьмерика на четверике: над массивным основным восьмериком возведен дополнительный малый восьмерик, завершенный малой луковичной главкой. Фасады растянутого в ширину четверика завершены т. н. полуглавиями, апсида полуциркульная в плане. Земцов увеличил размер купола и приблизил его к колокольне, сделав композицию более цельной и центричной, чем в Петропавловском соборе, построенном Д. Трезини. Для петровской архитектуры характерны 3-нефный тип здания с высокой (5-ярусной) колокольней, увенчанной шпилем (высота 47 м), завершение вытянутого горизонтального объема крышей с переломом, ритмическая организация фасадов с помощью пилястр. Стены церкви и 1-го яруса колокольни оформлены пилястрами римско-дорического ордера. На верхних ярусах колокольни и на барабане купола, обработанном сдвоенными пилястрами, применены ионический и коринфский ордеры. Боковые колонные портики Симеоновской церкви, на которых покоятся балконы, напоминают боковые порталы церкви архангела Гавриила в Москве (т. н. Меншиковой башни, 1705-1707).  Меншикова башня или церковь архангела Гавриила на Чистых прудах в Москве – памятник петровского барокко, построенный в 1707 году по заказу Александра Меншикова. Автором проекта считается архитектор Иван Зарудный, предполагают участие Доменико Трезини.
Здесь надо сказать несколько слов и об Иване Петровиче Зарудном. Иван Петрович Зарудный – польский художник и архитектор, автор проекта храма Архангела Гавриила на Чистых прудах. Место и год рождения Зарудного не установлены. Известно лишь, по свидетельству русского историка С. М. Соловьева, что И. П. Зарудный умер в 1727 г. Вероятно, зодчий прибыл в Москву во второй половине XVII века. Только этим, конечно, объясняется загадочное прозвище "иноземец", примененное к нему в сенатском указе № 600 от 14 августа 1713 г. о выдаче жалованья Зарудному за его службу по охране "глобоза" - глобуса, привезенного из Амстердама: «В 1710 году, по указу великаго государя царя и великаго князя Петра Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца. Глобус, который привезен из-за моря из Амстердама и был в доме светлейшего князя Александра Даниловича Меншикова, из дома его перевезен со станком и поставлен под Грановитою Палатою; а у присмотра того глобуса и для чистки были математических инструментальных дел мастера Дмитрий Турчанин и Иван Калмык […] А с 8 августа 1710 года у присмотра и надзирания того глобуса и для чистки и строения, что к нему надобно, велено быть и ныне у того присмотра иноземец Иван Петров Заруднев» (Доклады и приговоры, состоявшиеся в правительствующем сенате в царствование Петра Великаго. Т. 3. Год 1713. Кн. 2 (июль-декабрь). СПб., 1888, с. 604).
Но вернемся к Симеоновской церкви в Санкт-Петербурге. В строгости композиции, трактовке ордера и рисунке наличников присутствуют классицистические мотивы. Центральный объем двусветный. Трехнефная трапезная разделена пилонами, вытянутый по поперечной оси главный четверик напоминает трансепт. Стены и барабан оформлены пилястрами композитного ордера с капителями: лепными в 1-м ярусе и живописными во 2-м. Четырехъярусный иконостас по замыслу архиепископа Феофана (Прокоповича) вырезал Конрад Ган, лепку исполнил Игнатий Росси. До 1802 г. церковь была придворной.
             Ган (Hahn) Конрад (? - 9 апреля 1739, С.-Петербург), скульптор, резчик по камню и дереву. В 1703 заключил в Берлине договор о работе в России, в том же году приехал в Москву, с 1710 работал в Санкт-Петербурге, Петергофе, Стрельне. В 1718-20 изготовил для грота в Летнем саду алебастровые фигуры и капители, в 1721 для фонтана там же - деревянные фигуры и гербы. В 1731 создал резную кафедру для Петропавловского собора, занимался реставрацией мраморных скульптур в Петергофе, украшал там же гроты, каскады и фонтаны туфом и раковинами, делал модели из воска и глины для отливки свинцовых фигур. В 1732-35 осуществил деревянное резное убранство Симеоновской церкви на Фонтанке (скульптуры 12 апостолов и ангелов, 16 капителей композитного ордера, 38 ваз и др.). Среди других работ - дубовые рельефы и капители для церкви апостолов Петра и Павла при Морском и Сухопутном госпиталях на Выборгской стороне (1733-1739, архитектор Д. Трезини, не сохранилась). 
            Еще одним, к сожалению, не сохранившимся памятником петровского барокко являлась церковь Рождества Богородицы на Невском проспекте (1733-1737; архитектор Иван Яковлевич Бланк, разобрана в 1810-1811). Это здание зального типа с высокой колокольней над притвором, близкое к Петропавловскому собору. Отсутствие живописного сочетания объемов «компенсировалось» барочным усложнением декоративных элементов (форма главки колокольни, наличники, овальные окна, использование коринфского ордера, в частности во внутренней колоннаде). Здание находилось на месте современного сквера перед Казанским собором и являлось значимой частью облика улицы. В нее были перенесена икона Казанской Божией Матери, и потому эту церковь часто именовали Казанским собором. Прямоугольное в плане здание было вытянуто вдоль проспекта. Над входом возвышалась многоярусная колокольня со шпилем, которую уравновешивал высокий восьмигранный барабан с куполом. В храме совершались не только обычные службы, но и архиерейские богослужения, а также бракосочетания лиц царственной династии. 3 июля 1739 г. в нем было совершено "законное бракосочетание Ея Высочества благоверныя государыни принцессы Анны (Анны Леопольдовны. – Авт.) с его светлостью принцем Антоном Ульрихом, герцогом Брауншвейг-Люнебургским". От брака Анны Леопольдовны с Антоном Ульрихом родился наследник русского престола Иван VI (которому так и не удалось править Россией). С церковью Рождества Богородицы связано одно из самых драматических событий русской истории XVIII в. — приход к власти Екатерины II в 1762 г. в результате дворцового переворота. 28 июня в 8 часов утра гвардия, Сенат и Синод присягнули новой императрице в стенах Казанского собора (церкви Рождества Богородицы).
      Интересным памятником петровского барокко является Преображенский собор лейб-гвардии Преображенского полка (Преображенская пл., 1). Проект был составлен в 1741 году Земцовым совместно с Пьетро Антонио Трезини, строительство началось в 1743 году и было завершено П.А. Трезини в 1754 году уже после смерти Земцова.
      В 1745 г. последовал указ императрицы Елизаветы Петровны о перемене формы и постановке глав: вероятно, в первоначальном проекте Земцова они были ориентированы по сторонам света. План собора близок к квадрату. Основной объем завершен пятиглавием, боковые главы, несколько сдвинутые от углов к центру, группируются вокруг массивного главного купола на широком барабане. Фасады были оформлены парными пилястрами, простенки прорезаны высокими окнами с барочными рельефными наличниками. Центральная ось здания выделялась небольшим ризалитом, завершенным треугольным фронтоном. В 1827-1829 гг., после пожара, собор был капитально перестроен в позднеклассицистических формах архитектором В. П. Стасовым.
       Для того чтобы понять политику, проводившуюся Петром I в области искусства, надо знать о его художественных вкусах. Любопытную информацию на этот счет мы находим в книге немецкого художника Якоба Штелина (1709-1785) «Любопытные и достопамятные сказания о императоре Петре Великом». В главе 17 этой книги, имеющей название «Вкус Петра Великого к хорошим картинам» Штелин пишет: «Во время второго путешествия, предпринятого царем в 1716 и 1717 годах, показал сей монарх наиболее свою склонность и охоту к картинам. В Амстердаме посещал он славных тогдашних живописцев и с особливым удовольствием по целому часу сматривал, как они работали, беседовал с ними о их художестве и весьма усовершенствовал свой тонкий вкус в знании картин. Наиболее ему нравились картины фламандского и брабантского вкуса» (Я. Штелин. Любопытные и достопамятные сказания о императоре Петре Великом, изображающие истинное свойство сего премудрого государя и отца отечества. СПб., 1786, с. 55). Кстати, Якоб Штелин участвовал в создании серебряной раки для мощей Александра Невского. До 2012 эта рака хранилась в Государственном Эрмитаже, сейчас она находится на реставрации. После реставрации рака должна быть передана в Александро-Невскую лавру.
Пьетро Антонио Трезини, как и его однофамилец, а возможно и родственник Доменико Трезини был родом из швейцарского кантона Тичино. Он прибыл в Санкт-Петербург в 1726 году и работал вместе с Михаилом Земцовым в разных проектах, в частности, при строительстве Александро-Невского монастыря. Также по проекту Пьетро Антонио Трезини была построена Сампсониевская церковь (1728-1740) и Преображенский собор (сильно пострадал во время пожара в 1825 году). 
Вернувшись в Италию в 1751 году, Пьетро Антонио Трезини работал для Габсбургов. Потом опять вернулся в Санкт-Петербург.
Пьетро Антонио Трезини упомянут в стихотворении русской поэтессы Лидии Аверьяновой (1905-1942) «Князь-Владимирский собор» (1930):
Среди берез зеленокудрых
Собор, как чаша, вознесен:
Трезини был он начат мудро,
Ринальди славно завершен.
В обличьи стен – еще простое:
Петровский росчерк, прям и смел.
И колокольня высотою –
О, в тысячу парфянских стрел!
Но не об этом встанет песня
Костром в лирической игре:
Не о соборе, всех чудесней.
Не о Трезини и Петре…
Высок и прост мой символ веры:
Я сквозь листвы живую сеть,
Вон с той скамьи, на дом твой серый
Могу рассеянно смотреть.
Стихотворение Лидии Аверьяновой отражает исторический факт. В 1740 году на месте будущего Князь-Владимирского собора по указу императрицы Анны Иоанновны был заложен одноглавый каменный храм (архитекторы Михаил Земцов и Пьетро Антонио Трезини). Здание вывели под своды, но при восшествии на престол Елизаветы Петровны в 1742 строительство было заморожено. Эта дата – 1742 год – символична. Кончается эпоха петровского барокко (мы объединили его с «аннинским барокко»). Начинается эпоха елизаветинского барокко.


Рецензии
Про художественные вкусы Петра как-то незавершенно ... так ничего определенного и не сказано. Так какие у него вкусы были? Или он восхищался художеством как ремеслом?

Андрей Охоцимский   11.10.2019 15:20     Заявить о нарушении
Я сам так и не понял. Странный был человек, психически не очень здоровый. Страдал припадками гнева. Только жена (Екатерина) могла его успокоить.

Иван Лупандин   11.10.2019 19:05   Заявить о нарушении